Детектив на свидании

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Елена Логунова
Принц на велоконе

Парадно-выходное платье было красивое, но тесное.

Все-таки есть одну кашу с хлебом – не вариант. Что сэкономишь на еде, потратишь на новый гардероб. «Эмка» уже отчетливо маловата, надо «эльку» покупать. А потом «икс-эльку», «два-икс-эльку», «три-икс-эльку»…

Устрашенная перспективой, Маша содрогнулась, больно стукнулась локтем о стену и выругалась:

– Вот же гадство!

– В Санкт-Петербурге надо говорить не «гадство», а «прискорбные обстоятельства», – хрустнув яблоком, наставительно сказала Инга, быстро почавкала и пропищала, манерно грассируя: – Мари изволили посетовать на прискорбные обстоятельства.

– Посетуешь тут. – Маша оставила попытки одеться в подобии узкой ниши между стеной и открытой дверцей шкафа и вышла на середину комнаты.

– Мину-у-уточку! – Инга подняла на лоб очки. – Что я вижу, новый комплектик «Виктория Сикрет»? У кого-то наполеоновские планы? Мари, колитесь! Куда это вы изволили намылиться?

– Я разве не сказала? – Маша влезла в платье и повернулась спиной. – Застегни молнию.

– На колени! – повелела Инга и хлопнула опустившуюся на коврик Машу свернутыми в трубку листами с текстом. – Посвящаю вас в рыцари… А, нет. Лучше ты меня посвяти: что задумала?

– Молнию застегни, – повторила Маша, удерживая скрученные волосы на макушке, чтобы они не попали в замок. – У тебя склероз, ваша светлость? Я же говорила: иду на свиданку.

– С Гаврилой? – Даже не видя лица подруги, Маша поняла, что Инга скривилась.

– Он Георгий.

Свистнула молния.

– Встаньте, сэр… То есть мэм. Маня, а ты не слишком торопишься? Вы с Гаврилой знакомы всего ничего, а ты уже готовишься снять с себя «Викторию Сикрет». – Инга заговорила укоризненно.

– Петрова, заканчивай. – Маша встала и прошла к трюмо, чтобы поправить прическу. – Роль заботливой матушки тебе неорганична. Кто позавчера пришел домой под утро, дыша духами, туманами и пасхальным кагором?

– У нас был двойной прогон! Коломойцев устроил генеральную репетицию в стиле «Телепузиков» – заставил отыграть спектакль два раза подряд!

– Винище жрать тебя тоже злой дядя режиссер заставил?

– Бакунина, и ты заканчивай! – Инга психанула и запустила в подругу распечаткой с ролью. Листы разлетелись по всей комнате. – Не все из нас смирились с прискорбными обстоятельствами! Я хотя бы лежу в направлении мечты! Изо всех сил надеюсь на лучшее!

– А я – на Георгия, – Маша обернулась, не глядя вдевая в ухо серьгу. – Знаю, тебе он не нравится, но у него своя жилплощадь!

– Твой Гаврила, – Инга выпятила губу и выделила имя, – живет с мамой!

– Да. В одной квартире. А вторую сдает!

– Серьезно, у него две квартиры в Питере? – Та перестала гримасничать. – Ого, Гаврила сильно вырос в моих глазах. Аж сразу до Георгия! Послушайте, Мари…

– Все, мне некогда. – Маша вздернула на плечо сумочку и пошла к двери. – До утра не жди.

– Мань, так, может, он сдаст свою вторую квартиру нам с тобой? – Инга спрыгнула с дивана и побежала за подругой в прихожую, в коридоре на бегу раскланиваясь с соседями по коммуналке: – Здрасьте, дорогая Вера Михална, добрый вечер, любезный Андрей Афанасьевич… Да постой ты. – Она ухватила Машу за ремень сумочки уже в дверях. – Серьезно, пусть Гав… оргий! Сдаст свою хату нам по пониженной стоимости. Ему ж самому хорошо будет: вы станете там встречаться, а я – клянусь! – мешать не буду, готова на время ваших свиданок уходить из дома…

– Инга! – Маша выдернула сумочку из рук подруги. – Не гони коней! – и вышла из квартиры.

Тяжелая старая дверь гулко бухнула, закрывясь, и из-за нее донеслось нарочито басовитое:

– Ямщи-и-ик, не гони лошадей! Мне не-е-е-екуда больше спешить. Мне не-екого больше лю…

– Хорош голосить, на часы посмотри, горлодерка! – оборвал раздольное пение злобный крысиный писк старухи-соседки.

«Дорогая Вера Михална», ага. Ведьма старая, чума ходячая. А еще такую благостную фамилию носит – Милосердова.

Маша показала язык табличке с надписью «Милосердовы – 3 звонка», с сомнением покосилась на ржавую клеть лифта и заспешила вниз, ловко перебирая ногами стертые ступени из серого ноздреватого камня с красивым названием «путиловский известняк». Выскочила из парадной, отошла подальше от дома и только тогда позвонила Гавр… ой, да Георгию, конечно!

– Ну наконец-то. Мария, я жду уже двадцать минут! – печально молвил мужской голос в трубке. – Если ты планировала задержаться, следовало предупредить меня…

– Я не планировала, так сложились обстоятельства.

– Какие?

– Прискорбные!

– Мне следует об этом знать? – усомнился ее собеседник.

– Не надо тебе знать. Надо ждать! Я буду через десять минут.

– Значит, через полчаса, – все так же печально, но смиренно сказал Георгий и первым завершил разговор.

– Блин, вот же ты… Гаврила! – в стиле соседки Милосердовой злобно прошипела Маша загудевшей трубке.

Через тридцать пять минут она была в кафе, где ее ждали кавалер и легкий ужин. А через час они вместе ехали на метро в тот спальный район, где Георгий с маменькой сдавали свою вторую квартиру. В данный момент она была свободна, что определило как маршрут, так и дальнейшую программу. Предполагалась ночь более-менее бурной любви, о чем, впрочем, не было сказано ни слова. «Хочешь посмотреть мою однушку в Мурино?» – нарочито безразлично спросил Георгий. «Давай», – равнодушно согласилась Маша.

А что тут обсуждать? Все же ясно и ей, и ему. Взрослые люди – одному двадцать три, другой девятнадцать. Маша очень надеялась, что Георгию предстоящее не внове и все пройдет без сучка, без задоринки.

Напрасно.

Первый афронт приключился на подходе к чугунному забору жилого комплекса. Оказалось, что у Георгия нет ключа-таблетки от калитки. Пришлось дожидаться появления мамаши с коляской, чтобы попасть во двор, а потом подкарауливать желающих войти в подъезд, чтоб увязаться вслед за ними.

– На калитку и на подъезд одна таблетка, – чуточку смущенно объяснил Георгий, когда они уже ехали в лифте на нужный им седьмой этаж. – А она приложена к ключу, а тот выдается квартирантам, а те, когда съезжают, оставляют его в локере. Сейчас заберем.

Локером, оказывается, называлась маленькая стальная коробочка с кодовым замком. Она помещалась справа от двери квартиры, внимания не привлекала и на мимолетный взгляд могла сойти за квадратный электрический звонок.

– Видишь, как хорошо все продумано, – похвастался Георгий, желая реабилитироваться в глазах Маши за конфуз с калиткой и подъездом. – Нам даже не нужно встречаться с квартирантами. Мы просто сообщаем им шифр, они достают ключ из локера, а после возвращают его туда же.

– А если не вернут? – спросила Маша.

Не потому, что ее живо интересовал процесс. Просто из вредности: чтобы немного понервировать Георгия. Она-то, между прочим, переживала, когда они не сразу попали во двор и в подъезд! Подумала – все, накрылась эта ночь более-менее бурной любви медным тазом! А когда та квартирка будет свободна в следующий раз – еще неизвестно, может, к тому времени Георгий захочет прийти сюда с какой-нибудь другой подругой.

Иногородних красавиц, желающих зацепиться в Питере, много. А коренной петербуржец со своим жильем – мужчина интересный. С парой квартир – интересный вдвойне!

– А если не вернет, мы это узнаем, – успокоил ее он. – В локере специальный датчик, он посигналит, если ключ не положат на место.

– Кому посигналит? – не поняла Маша.

– Считай, компьютеру, а тот – мне, – хохотнул Георгий. – У меня на смартфоне специальная программа. Хочешь, покажу?

– Лучше покажи мне квартиру. – Маша напомнила официальную цель визита.

Стоять на коврике под дверью ей уже надоело.

– Момент!

Георгий ввел код, открыл придверную коробочку-локер, взял из нее ключ, сунул в замок, три раза провернул – и вуаля! Дверь рая распахнулась.

Ну, может, не рая, но очень симпатичной, хоть и маленькой, квартиры-студии.

Будь у нее такая, Маша была бы счастлива. Какое-то время. Потом бы ей, конечно, захотелось жилье побольше, поближе к центру…

– Правда, уборка за последним жильцом тут еще не делалась, он только сегодня съехал, но жил всего двое суток, надеюсь, насвинячить не успел. – Георгий первым прошел в квартиру, оставив Машу с курточкой, в ожидании галантной помощи спущенной на локти, в прихожей.

– Вроде чисто, – согласилась она и сама аккуратно повесила нарядную белую курточку на крючок.

– Ага… А это что?!

– Что? – Маша вдвинулась в комнату, огляделась и ничего такого, что могло бы объяснить удивление в голосе Георгия, не увидела.

Комната как комната. В кухонной нише мойка, плита и шкафчики, стол со стульями, в зоне гостиной диван, рядом велотренажер, напротив тумба с телевизором.

Хотя велотренажер и ее удивил: в стандартную комплектацию съемных квартир спортивные снаряды не входят. Впрочем, у них в коммуналке есть допотопная шведская стенка с перекладинами, до блеска отполированными ладонями многих поколений жильцов. Теперь-то на ней никто не занимается, бабка Милосердова на деревянных палках свои постирушки развешивает, но стенка стоит, как вкопанная. Любезный Андрей Афанасьевич говорит: демонтировать ее слишком дорого, очень уж крепкая и тяжелая конструкция. Как будто еще древними викингами сооруженная из особо прочного природного материала типа «сосна вековая».

– Это же телевизор! – воскликнул Георгий тоном, каким уместнее было бы вскричать: «Это же адронный коллайдер!».

– Ну да, это телик, – подтвердила Маша. – А что?

Ее кавалер уже прилепил к уху смартфон.

– Ма-ам, ты купила телевизор? – услышала Маша. Голос Георгия был полон обиды. – Мы же договорились на это не тратиться, сначала обновить мне компьютер!

Маше стало неприятно. Взрослый человек, дважды интересный мужчина, а ведет себя, как избалованный мальчик! Она отвернулась и стала рассматривать велотренажер.

Не самая навороченная модель, но не из худших. В фитнес-клубе, который Маша как-то посетила по гостевому приглашению от подруги (Инга все-таки наскребла себе на абонемент), такой скромно стоял в дальнем конце длинного ряда подобных агрегатов и исправно работал, хотя эксплуатировали его, только когда все более современные тренажеры были заняты. Тренеры и постоянные посетители ласково-пренебрежительно называли его «Конь педальный» – Маша, попавшая в клуб на птичьих правах, на нем и занималась.

На потертом сиденье здешнего педального коня пестрели какие-то крошки. Маша протянула руку и двумя пальчиками, как пинцетом, сняла розовый катышек.

Так-так-так… Гарцевал, значит, на этом самом педальном коне кто-то в розовых штанах!

– Твой тренажер? – остро глянув через плечо, спросила она Георгия.

Очень хотелось услышать, что его. Если мальчик носит розовые подштанники, это, конечно, тревожный звоночек, но гораздо хуже, если у него тут свободно, как дома, чувствует себя какая-то девочка.

– Еще и тренажер?! – чуть не взвизгнул Георгий, как будто рядом с адронным коллайдером запарковался НЛО.

– То есть как не твой? – нахмурилась Маша.

– Конечно, не мой! Божжжже мой, откуда это?!

Он кинулся осматривать тренажер, жужжа свое «Божжже, божжже!» и нервно хрустя пальцами.

Маша смотрела на него сверху вниз, борясь с желанием презрительно оттопырить губу. Поведение кавалера ей не нравилось. Так нервничать из-за того, что в привычной обстановке произошли незначительные изменения?

На значительные изменения неновый телевизор и потрепанный велотренажер не тянули.

– Сядь. – Маша толкнула Георгия на диван, прошла в зону кухни, налила в стакан воды из-под крана, подала кавалеру. – Попей и успокойся.

Тот послушно хлебнул и скривился:

– Водопроводная?

– Извини, не вижу кулера с перье, – съязвила Маша.

– Еще и кулер?! – Георгий подскочил, огляделся, источника французской минералки тоже не увидел и снова опустился на диван. – Ничего не понимаю…

– Аналогично. – Маша села рядом. – Объясни, в чем проблема? Что не так с телевизором и конем?

– Каким конем?!

– Сидеть! – Она вовремя приземлила взлетающего. – Педальный конь – это велотренажер. Чем он тебе не нравится?

– При чем тут нравится или не нравится? Ты оперируешь не теми категориями. Это просто не наши вещи. Ни телевизора, ни тренажера тут не было.

– То есть кто-то их вам подбросил?

– Да! Но зачем? – Георгий снова вскочил и пошел осматривать телевизор.

– Ну-у-у… Телик могли заминировать, а в тренажере сделать тайник с наркотиками. – Маша хихикнула.

Она вообще-то пошутила, но кавалер встревожился пуще прежнего:

– Ты думаешь?!

– Надо идти в полицию, – посоветовала она, стараясь не разоржаться, как конь. Настоящий, не педальный.

– Точно! – Георгий распрямился и снова сник. – Да нет, нельзя в полицию. Во-первых, они не поверят. Люди заявляют о кражах из квартир, а у нас же совсем наоборот. Во-вторых… Нет, в полицию нельзя.

– Сдаете хату неофициально, без договора и уплаты налогов? – догадалась Маша.

Знакомая история: они с Ингой так же снимают.

– Мы сейчас просто вытащим это добро из квартиры, да? И что с ним будет дальше, не наша проблема. – Георгий посмотрел просительно-вопросительно.

Маше понравилось, что он с ней советуется. Значит, не считает посторонней. Посвящает в семейные дела. Что ж, это объединяет. Не так, как более-менее бурная ночь любви, но для начала неплохо.

– Не лучшее решение, – сказала Маша. – Скорее всего, это телик и коник последнего жильца. Он почему-то не забрал их, съезжая, но будет в претензии, если вещам не обеспечить сохранность.

– Так что же нам делать? – спросил Георгий.

Это его «нам» Машу окончательно подкупило.

– Найти хозяина добра и вернуть ему, конечно, – решила она и встала с дивана, на котором еще недавно планировала интересно полежать. – Что ты знаешь о вашем последнем жильце?

Конечно же, оказалось, что паспортными данными гражданина нелегальные арендодатели Георгий и маман не располагают, лично с ним не встречались, договаривались по телефону, а деньги за двое суток проживания получили на криптокошелек. Разумная, знаете ли, мера, когда не хочешь, чтобы о твоих доходах узнала налоговая.

– Ну, в криптокошельках я ничего не понимаю, – не без сожаления призналась Маша. Ей бы тоже хотелось получать деньги как-нибудь так, чтобы не делиться с налоговой. В кофейне, где она трудилась бариста, ее оформили официально и платили со всеми вычетами. – Но номер телефона жильца у вас должен был сохраниться?

Георгий и сам уже это понял. Приободрившись, он полез искать в смартфоне путеводную ниточку. Нашел нужный номер и сразу же по нему позвонил, предупредительно включив громкую связь, чтобы Маша тоже слышала. Она снова села на вполне удобный диван.

– Алло! Здравствуйте! – оживленно сказал Георгий, когда на другом конце воображаемого провода сняли трубку. – Я по поводу аренды квартиры в Мурино, вы жили тут вчера…

– Молодой человек, вы ошиблись номером, – ответила ему женщина. – Это телефон нашего дедушки, а он уже вторую неделю лежит в больнице. И вовсе не в Мурино – во Второй городской. Ты ж не сбегал из палаты, дедуль, я надеюсь?

В трубке послышался дребезжащий смех, и старческий голос с хрипами заверил:

– Только до клистирной и обратно.

Трубка загудела.

– Дедушка? – озадаченно повторил Георгий.

– Быть такого не может, чтобы этого вашего жильца за два дня никто не увидел. – Маша снова встала. – Пойдем по соседям, будем расспрашивать…

– Погоди! – Георгий стал тыкать пальцем в смартфон. – Посмотрим видео с камеры.

– С какой камеры? – Маша напряглась. Вот так придешь к кавалеру на ночь относительно бурной любви, а у него здесь, оказывается, камера! – Ты что, тут видео пишешь?!

– Не тут, конечно. Там! – Георгий кивнул на входную дверь. – Она в глазке, картинка в приложении. Нельзя же квартиру совсем без присмотра оставлять, мало ли что может случиться… Ага! Вот он, наш последний жилец! Смотри, я отмотал на момент его заселения, ориентируясь на время, когда из локера забрали ключ, и-и-и-и… И никакой он не дед!

Маша придвинулась ближе, почти положила голову Георгию на плечо – чтобы лучше видеть картинку на экране смартфона, конечно.

Камера в дверном глазке определенно была не из тех, какими снимают в Голливуде. А может, это выпуклая стекляшка самого глазка искажала картинку, показывая главным образом нос персонажа: тот в максимальном приближении выглядел массивным и крупным, как клюв тукана. В остальном о человеке в кадре мало что можно было сказать. Ну, безбородый, не усач и вроде бы не седой, хотя последнее неточно – не поймешь, то ли у него волосы темные, то ли на лбу тень от надвинутого капюшона худи.

– Еще мотай, – велела Маша. – Он же, наверное, не раз пришел-ушел, давай посмотрим и другие изображения.

Второй раз жилец появился через несколько часов, опять ушел и вновь прибыл уже на следующий день. С телевизором в руках!

– Что и требовалось доказать! – с удовлетворением отметил Георгий. – Это он притащил телик!

– Точно он? – усомнилась Маша. – Мне кажется, это она. Женщина.

Они внимательно изучили и эту запись, и следующую, на которой человек неясного пола волок тренажер. Но в первом случае его лицо не позволял рассмотреть телевизор в руках, а во втором – наклон головы.

– Но кофта вроде та же самая, – без уверенности сказал Георгий.

– Не кофта, а худи, – поправила Маша. – И не факт, что то же самое. Видео черно-белое, цвет не разберешь. Может, черный, может, красный… Да, идти с опросом по соседям смысла нет. «Какой-то человек в темном худи» – так себе портрет.

– С телевизором в руках, – дополнил описание Георгий. – А потом еще с велоконем! Так ведь мало кто ходит!

– Так вообще не ходят! – Маша шлепнула себя ладошкой по лбу. – Так ездят! Значит, была еще машина, которая всех привезла – жильца, коня и телик. И наверняка она была припаркована поближе к подъезду, чтобы не так далеко тащить. Есть камера на входе?

– Вообще-то планируется, мы, собственники, уже и оплатили установку…

– Значит, нет камеры. – Маша подошла к окну и оглядела двор, образованный тремя домами одного ЖК. – Зато в нижнем этаже напротив торговые точки, и у них вполне может быть видеонаблюдение. Идем!

Они оделись, обулись, вышли из квартиры, спустились во двор и пересекли его, встав перед домом, на первом этаже которого помещались аптека, круглосуточный продовольственный и петшоп – магазин товаров для домашних питомцев.

– Ставлю на аптеку, – сказал Георгий. Он уже избавился от уныния и выглядел бодрым, как щенок, нарисованный на вывеске петшопа. – У них полно разных интересных препаратов, туда наркоши лезут по ночам, должна быть камера.

– Согласна. – Маша кивнула и тут же помотала головой. – Но нам это ничего не даст. Смотри, какая правильная тетенька в той аптеке – халат белоснежный, шапочка крахмальная, очки сверкающие, лицо строгое. Она свои видеозаписи только полицейским покажет, и то если они по всем правилам обратятся. А в петшопе милый юноша, ты глянь, он на нас смотрит и улыбается.

Милый юноша за стеклом жестикулировал, явно приглашая их в свой мирок. Маша посмотрела на Георгия и кивнула на дверь. Он немедленно открыл ее и вежливо подождал, пропуская девушку внутрь:

– Дамы вперед!

Воспитанный.

Маша переступила порог помещения, густо ароматизированного разнообразными запахами живой природы, и вдоль стенки из клеток с грызунами решительно проследовала к прилавку.

– Добро пожаловать в «Зоомир»! У нас сегодня акция, скидка на все десять процентов, покупатели кормов для животных участвуют в розыгрыше призов, что вас интересует?

– Машина, – бухнул Георгий.

– Машинка для стрижки шерсти, когтей?

– Машина, на которой ездят.

– Кто?

Парни уставились друг на друга одинаково удивленно. Потом продавец скосил глаза на клетки с мышами, хомяками, морскими свинками и кроликами, видимо, соображая, кто из них потенциальный автовладелец. И что-то себе надумал:

– Хотите беговое колесо, да?

Маша поняла, что пора вмешаться:

– Братик, выражайся яснее! – Она подпихнула локтем Георгия и встала напротив продавца за прилавком. Коварно приспустила молнию тесной курточки, обмахнула ладошкой открывшееся декольте парадно-выходного платья. – Извините нас, мы вообще-то не за покупкой, а за информацией. Скажите, вы, случайно, не видели сегодня утром машину, из которой выгрузили телевизор и велотренажер? Я, конечно, понимаю, что вам некогда глазеть в окно, вы работаете…

Она тепло и сочувственно улыбнулась. Ей на работе тоже некогда было глазеть в окно, хотя за ним открывался красивый вид на проспект.

– Серая «Лада Гранта», – подмигнул ей продавец. – И я действительно работал. Продал девчонке кошачью переноску и упаковку корма. Правда, уже после того, как она затащила в подъезд свое добро.

– И не помог девушке, – укорил его Георгий.

– Мне не на кого было магазин оставить, братик.

– То есть девушка в худи… Она же в темном худи была, правильно? – опять вмешалась Маша.

– В синей кофте с капюшоном.

– Она занесла в подъезд телевизор, потом тренажер, а после зашла сюда, купила корм и переноску?

– Положила в машину, села и уехала. – Продавец кивнул и вернулся к своим обязанностям: – Ну, а у вас есть домашнее животное?

– И даже не одно, – пробормотала Маша, вспомнив соседей по коммуналке. – А номер машины девушки в синем худи вы не запомнили?

Улыбчивый продавец развел руками.

– Что ж, и на том спасибо, вы нам очень помогли. – Она развернулась, чтобы уйти.

– Номера машины не знаю, а вот телефонный… – сказал ей в спину продавец. И, когда Маша резво обернулась, с хитрой улыбкой помахал над головой цветной бумажкой. – Меняю этот на ваш!

– В смысле, пацан! – набычился Георгий.

– Спокойно, братик! – Маша незаметно наступила ему на ногу. – Простите, молодой человек, вас как зовут?

– Юра. А вас?

– Я Маша. А откуда у вас, Юра, номер телефона той девушки?

– Так я же сказал: покупатели корма для животных участвуют в розыгрыше призов. Она заполнила купон для лотереи. – Продавец положил на прилавок бумажку.

– Катерина Сорокина, – прочитала Маша. – И номер телефона тут! Можно, я спишу?

Ушлый Юра правой рукой сдернул верхний листок с пачки стикеров, а левой выхватил ручку из стаканчика:

– Пишите! Нет, сначала не ее номер – свой!

Маша, хихикнув, послушно начертала одиннадцать цифр, отдала стикер Юре. Получила еще один листок и переписала на него номер девушки в синем худи.

– Каков наглец, а? Видимо, та девушка была не такая симпатичная! – сердито высказался Георгий, когда они вышли из петшопа.

Улыбчивый наглец Юра продолжал махать ей из-за стекла.

«А он ничего так, – подумала Маша. – Довольно интересный. Хотя вряд ли владелец жилья в Петербурге».

– Пойдем пить чай, – примирительно сказала она «братику». – Зря, что ли, тортик с собой привезли.

Они вернулись в квартиру на седьмом этаже, и Георгий первым делом прошелся по ней, проверяя, не появилось ли в интерьере за время их недолгого отсутствия что-то новое.

– Смотри, что получается. – Маша по-хозяйски щелкнула электрочайником, достала из шкафчика чашки с блюдцами и ложки. С тортом не заморочилась – только крышку с коробки сняла и нож приготовила – села за стол и подперла щеки кулачками. – Квартиру снял мужчина. И в первый раз, мне кажется, ключ из локера забрал именно он, а не девушка. Вроде бы персонаж на первом видео повыше ростом, и худи у него более темное. Он пришел и вскоре снова ушел, вернулся и опять удалился, оставив ключ в локере. То есть даже не ночевал! А на следующий день утром явилась девушка, и сразу с вещами – телевизор принесла, тренажер… И снова уехала, но перед этим купила в ближайшем петшопе кошачий корм и переноску, а это что значит? Ей надо было перевезти кошку…

– Только кошки нам тут не хватало! – подпрыгнул на стуле Георгий.

– Не перебивай! – Маша погрозила ему чайной ложечкой, отложила ее, взяла нож и отрезала им по кусочку торта. – Выходит, девушка планировала сюда вернуться. Зачем же оставила в локере ключ?

– Затем, что квартира была арендована всего на двое суток!

– Ты в этом уверен? – Маша поколебалась, но все-таки выдала идею, которая уже некоторое время крутилась у нее в голове. – На двое суток квартиру снял тот мужик. А не мог ли он тут же сдать ее этой девушке, причем на длительный срок? Я слышала, это распространенное мошенничество. И процветает оно как раз благодаря таким арендодателям, которые не хотят светиться, сдают жилье нелегально…

– То есть мы еще и виноваты?! – психанул Георгий.

Даже блюдце с кусочком торта отодвинул.

Маша выразительно промолчала. Взятую паузу заполнила демонстративной дегустацией тортика.

– Если принять твою версию, непонятно, зачем та девушка вернула ключ в локер, – немного успокоившись, сказал Георгий. – Она же считала, что сняла квартиру надолго? Должна была носить его с собой.

– Она и носит, я думаю. – Маша встала, залила кипятком пакетики в чашках, снова села. – Полагаю, мошенник сделал дубликаты ключа и «таблетки», их и выдал девушке. Ты заметил, что она даже не заглядывала в локер? Сразу открыла дверь имевшимся у нее ключом.

– А это еще зачем, я не понимаю? – Георгий схватился за голову.

– Чтобы вы, настоящие хозяева квартиры, думали: жилец ваш съехал, как договаривались. У вас же между периодами аренды бывают дни простоя? Ну вот. – Она кивнула своим мыслям и осторожно попробовала чай. – Вы могли еще какое-то время не знать, что у вас тут «левая» жиличка обитает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.