Доминик Окрест
Шоу для избранных. Начало

Глава 1. Случайный выбор

Было обычное московское лето, самое начало июня. Несмотря на ранний час, солнце было почти в зените, разливаясь по безоблачному голубому небу, ближе к горизонту переходящему из-за смога в серый цвет. Наташа с ожесточением отшвырнула журнал с предложениями работы и встала с дивана. С утра стояла жара, и, проводив мужа на работу, она скинула с себя халатик и облачилась в белоснежные маечку и трусики. Кроме неё, в доме никого не было, и можно было позволить себе всем телом ловить редкие дуновения ветерка из раскрытых окон. Она ещё раз посмотрела на купленную накануне по пути с работы пачку газет и журналов, предлагавших работу. Всё было «не то». Нет, конечно, у неё есть высшее образование плюс опыт работы, плюс «корочка» бухгалтера, плюс ещё кое-что, но… Деньги нужны были большие и не просто сразу, но и регулярно. А на таких условиях брать её, да ещё и с двумя детьми, пусть и не грудного возраста, никто не хотел. Положение было просто отчаянное: просрочка по кредитам приближалась уже к трём месяцам, а заплатить было решительно нечем.

Ещё совсем недавно всё было довольно сносно. Её зарплаты операционистки в банке и зарплаты мужа Анатолия, сотрудника Службы безопасности в крупной фирме, владеющей сетью магазинов ювелирных украшений, и раньше хватало с трудом, но финансовая катастрофа случилась именно этой весной. Первый кредит на строительство загородного дома (именно дома, а не какого-нибудь сборно-щитового блока) она взяла, ещё когда «носила» второго ребёнка. Ей хотелось именно загородный домик, в который можно будет приехать в любое время года, где не будет пресловутых грядок и сараев. И за три года, что она сидела с Дашей (старшую дочь Таню она родила на десять лет раньше), она добилась своего: на участке появились пруд, миниатюрный водопад, сосны, декоративные кусты и деревья. Но с момента начала строительства возникла новая проблема – их машина. Старая Лада на фоне иномарок соседей выглядела просто убого и служила предметом постоянных насмешек. Но пока шло строительство, денег на покупку чего-то приличного никак не находилось. Новый Опель был оформлен в кредит, причём сделала она всё «втихаря», поставив в известность мужа только накануне. Вечером, уложив детей спать и устало плюхнувшишь на кровать рядом с уже почти заснувшим Толей, она, как бы между делом, сказала подчёркнуто официально и едва сдерживаясь от смеха: «Дорогой, не забудь завтра заехать в автосалон и забрать нашу новую машину». Буркнув в ответ что-то невнятное и, явно не приняв её слова всерьёз, Толя перевернулся на другой бок. Тогда Наташа начала его тормошить, и, разбудив окончательно, втолковала ему суть дела. Толя смотрел на неё обалдевшими глазами и всё ещё с трудом верил в её слова. Окончательно он поверил только тогда, когда выруливал со стоянки салона на новеньком седане. Единственным, что омрачило покупку, было то, что им отказали в льготном кредите, так как не было внесено 50% от стоимости машины. Вдобавок ко всему за несколько месяцев до этого она наконец-то переселила родителей мужа в однокомнатную квартиру в высотке на углу квартала, на которую они все вместе копили и успели купить как раз перед резким ростом цен пару лет назад, в самом начале «нулевых». При этом, правда, перестали поступать доходы от её сдачи.

И вот теперь всё начинало рушиться. Сначала мужа уволили с работы. Именно уволили, а не сократили. Его ребята где-то там облажались с сопровождением ценного груза, и всё свалили на него. В общем, в течение трёх месяцев он не мог найти работу по специальности, так как попал в какой-то «чёрный список», и лишь недавно смог устроиться охранником на какой-то объект сразу на две ставки, но платить обещали на порядок меньше того, что он получал раньше. Так что теперь они должны будут кормить семью из четырёх человек, да ещё вдобавок платить по двум кредитам, Наташа не представляла. Конечно, можно было попросить в долг на работе, но это только отсрочка плюс ещё один «кредит».

Наташа бросила взгляд на рабочий стол мужа. «Так, посмотрим, на что способен Интернет» – перефразировала она известный рекламный слоган и включила компьютер. Вообще-то, она не была продвинутым юзером и нечасто пользовалась поисковыми системами. Времени после работы хватало лишь на то, чтобы посидеть в «Одноклассниках», да ответить на письма по почте.

«Так. Сначала «Избранное», потом «Яндекс» – машинально думала Наташа, одновременно пытаясь понять, как и что она будет искать в Сети. Случайно мышь соскользнула на одну планку ниже и…Открывшаяся картинка заставила её замереть на несколько секунд. Она никогда не интересовалась темой «запретных» сайтов, тем более связанных с насилием, поэтому неудивительно, что увиденное поразило её, неподготовленную к таким «картинкам». По всему полю экрана были изображены обнажённые женщины и девушки, связанные, закованные в цепи или зафиксированные каким-либо другим способом, подвергающиеся различного рода пыткам. Посредине экрана, переливаясь оттенками белого и красного цвета, красовалась надпись «МИР БОЛИ И НАСЛАЖДЕНИЯ». Внизу экрана было обычное в таких случаях предупреждение, что это только для «лиц 18+» и т.п. Рядом мерцали слова «ВОЙТИ» И “ВЫХОД”.

Первым желанием Наташи было вырубить компьютер и устроить Толе разборку, как только он вернётся домой: «я тут пашу за двоих, а ты, вместо того, чтобы деньги зарабатывать, всякие извращения смотришь?!». Но, поразмыслив и всё взвесив, она решила получше изучить «предмет» будущей разборки и нажала мышью «ВОЙТИ». Оформление заставки плавно перетекло в фон Главной страницы сайта. Меню предлагало рассказы, статьи, галереи, форум, ссылки и что-то ещё. Наташа решила «пройтись» по галереям, но в открывшемся подменю долго не решалась выбрать категорию: «Связанные», «Подвешенные», «Наказание», «Секс и бондаж» и подобные кружили голову и мутили рассудок. «Ничего себе фантазии у моего мужа!» – крутилось у неё в голове. – «Вроде ничего подобного за ним не замечалось…» Максимум, на что его в последние годы хватало (да и то это было ещё до рождения Дашки), так это на привязывание её рук к кровати с последующим возбуждением и соитием. Были, правда, несколько раз в самом начале, но это было так давно…

Наташа решила начать не с самого «крутого» на её взгляд и кликнула мышкой «Связанные». На экране появились ряды с фотографиями. Каждый ряд имел говорящее само за себя название: «Древний Рим», «На природе», «В спортзале» и т.п. Решив, что в спортивном зале картина будем менее кровавой, Наташа нажала на увеличение одной из картинок этого ряда и… То, что она увидела, заставило её сердце забиться учащённо, тело начала сотрясать нервная дрожь, а внизу живота стало разливаться дано забытое тепло. На фотографии был изображён уголок обычного школьного спортзала со шведским стенками. На одной из них была подвешена молодая обнажённая девушка, лет двадцати. Её руки были разведены в стороны и подняты вверх, кисти рук крепко привязаны верёвкой к перекладине, светлые волосы собраны сзади в хвост, голова слегка опущена, рот полуоткрыт. Её красивой формы грудь подтянулась, кожа подмышками и на рёбрах также была натянута до предела. Ноги были чуть согнуты в коленях, сведены вместе, связаны в лодыжках и привязаны к стенке таким образом, что пятками она упиралась в одну из нижних перекладин. «Не может быть… Ведь я почти так же…» – подумала Наташа и воспоминания накатили на неё приятной всепоглощающей волной…

Глава 2. Воспоминания

Следует отметить, что Наташа всегда хорошо училась, ни в каких компаниях знакомств не заводила, в общем, была правильной девочкой. Отец рано оставил их с мамой, полдетства она провела в детском саду на «пятидневке», и уже со школы почувствовала на себе все «прелести» взрослой жизни, заботясь о младшей сестре и помогая маме мыть полы по вечерам в какой-то конторе. Поэтому для себя она твёрдо решила, что у неё «так» не будет, и она, во-первых, выйдет замуж только по любви, а во-вторых, отдастся только будущему мужу. Неудивительно, что к двадцати годам она, когда встретила Анатолия, оставалась девственницей. И даже тогда она проявила принципиальность и влюбила его в себя настолько, что он пошел с ней писать заявление в ЗАГС, даже ни разу не переспав.

В тот августовский день светило солнце и было ещё по-летнему тепло. Наташа надела своё белое платье с зелёными цветами и белые туфли на каблуке. Следует отметить, что она всегда выглядела моложе своих лет. Небольшого роста, слегка полноватая, с по-детски круглым озорным лицом, она выглядела тогда максимум на шестнадцать. После ЗАГСа Анатолий предложил поехать к нему домой и отпраздновать это событие. Наташа согласилась. Она сама давно была влюблена в него и ей очень хотелось начать заниматься сексом по-настоящему, а не мастурбировать под душем или в кровати под одеялом. По пути они купили тортик, так что, зайдя в квартиру, Наташа с деланным равнодушием попросила Толю поставить чайник, а сама прошла в комнату и встала у окна, обозревая вид из свой будущей квартиры. Вдруг она услышала за спиной звук закрываемой двери и обернулась. Анатолий закрыл дверь на щеколду, повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза. По его взгляду Наташа поняла, что без «этого» он её из комнаты не выпустит. И тут она сделала ход, который обескуражил её будущего мужа. Заведя руки назад, она молча расстегнула молнию на платье, затем нагнулась, взялась за край подола и, потянув платье вверх, сняла его через голову. Анатолий замер, уставившись на неё, рот его сам собой полуоткрылся. Вид у него был такой, как будто он увидел не обычную земную девушку, а, как минимум, инопланетянку. Тем временем Наташа, нисколько не выдавая своего смущения, аккуратно сложила платье и положила его на стул. Затем она вопросительно посмотрела на Анатолия. Через несколько секунд он вышел из ступора и начал лихорадочно расстёгивать пуговицы на рубашке. Но тут Наташа сделала следующий ход, который вернул его в то же состояние. По-хозяйски подойдя к застеленной кровати, она отвернула покрывало, положила в изголовье подушку и села на край. Затем она также спокойно завела руки за спину, расстегнула свой белоснежный лифчик, спустила ослабленные лямки с плеч и положила его поверх своего платья на стул. Её красивые, правильной округлой формы груди с сосками нерожавшей молодой девушки были прекрасны. Анатолий застыл с пуговицей в руке, смотря на неё восторженным немигающим взглядом. Но и это было ещё не все. Наташа запустила пальцы под резинку своих не менее белоснежных трусиков, чуть приподнялась с кровати и потянула их вниз обеими руками. Сняв, она аккуратно сложила их и положила поверх остальных вещей. После этого она, нисколько не смущаясь и не пытаясь ничего прикрыть, села, положив руки на кровать, и, мягко улыбаясь, ласково посмотрела на Анатолия. Он просто озверел и начал буквально срывать с себя одежду. Она же, напротив, спокойно легла на кровать, сведя, правда, ножки вместе и чуть согнув в колене ту, которая была ближе к Толе. Повернув голову в его сторону, она с той же спокойной улыбкой наблюдала за ним и чуть не прыснула, когда он едва не свалился, торопясь снять одну из брючин. Наконец он разделся до слипов и приблизился к ней. По его почти безумному взгляду Наташа поняла, что он сейчас плохо соображает, что делает. Буквально набросившись на неё, он страстно целовал её в губы, щёки, шею, затем спустился ниже и прильнул губами к её груди. Поняв, что ситуация может выйти из-под контроля, и что здоровый тридцатилетний мужчина, почти на две головы выше её, может сделать с ней всё, что захочет, она обхватила его голову руками и, прильнув губами к уху, начала шептать:

– Толя, Толя, подожди… Ты не надел «резинку»…Толя, остановись…

Но было уже поздно. Она почувствовала, как его напрягшийся член лёг ей на живот, потом он спустился чуть ниже и коснулся её бедёр. Толя навалился на неё всем телом, придавив своей волосатой грудью, так, что нельзя было вздохнуть. Всё было совсем не так, как она себе представляла. Наташа не на шутку испугалась, у неё началась паника. Она боялась не лишиться девственности, а просто-напросто задохнуться. Она впилась в него всеми своими десятью ноготками и вскрикнула (на долгий крик у неё просто не хватило бы воздуха):

– Хватит!!!

На секунду он замер, затем сполз чуть вниз и приподнялся, чтобы посмотреть Наташе в лицо. Оба часто и прерывисто дышали.

– Ты меня чуть не задушил. Я так не могу,– произнесла Наташа. – Давай сделаем это по-другому.

С этими словами она приняла испуганно-застенчивый вид и вновь посмотрела на него, на этот раз взглядом напуганной девочки. Он внимательно посмотрел не неё, потом оценивающим взглядом оглядел её с головы до лобка, приподнялся на одной руке, а другую неожиданно резко выбросил вперёд к изголовью кровати. Наташа зажмурилась от неожиданности, и в этот момент почувствовала, как из-под её головы резко выдернули подушку. Её Анатолий положил сбоку от Наташи на уровне живота, затем взял её за плечи и резко перевернул, так, что Наташа оказалась лежащей к нему спиной, а из-за подушки, подложенной под живот, её попка аппетитно торчала кверху.

– Неееет! – заунывно простонала она. – Отпусти! Так я тоже не хочууу…

Анатолий резко оттолкнулся от неё, повернулся и сел на кровати, свесив ноги. Затем поднял с пола и надел снятые трусы, сел, уронив голову на грудь, положив руки на колени и сцепив пальцы вместе, и комната погрузилась в напряжённое молчание.

Наташа тем временем сползла с ненавистной подушки и, лёжа на животе, в полглаза наблюдала за Толей. Оценив обстановку и поняв, что надо срочно загладить свою вину, она приподнялась, села рядом с ним, обхватив рукой его могучую спину, и положила голову ему на предплечье.

– Толюша, милый, дорогой,– шептала она, – я тебя очень, очень люблю, просто… Ну, в общем, у меня это в первый раз, и….

Она посмотрела – он всё так же сидел, не поднимая головы.

– Короче, я хочу всё видеть,– разом выпалила она, а потом жалостливым голоском добавила:

– Толюша, милый, ну придумай что-нибудь…

Он повернул голову и посмотрел ей в глаза. Затем резко встал и вышел из комнаты.

«Сейчас всё решится»,– подумала Наташа,– «или, или…». Она вздрогнула и с облегчением вздохнула, когда с другого конца квартиры послышался грохот и звук чего-то выдвигаемого: значит, «придумал»…

И действительно, через несколько минут на пороге комнаты показался Анатолий, в руках он держал ящик с инструментами и бухту капроновой верёвки средней толщины. Следует отметить, что Анатолий активно занимался дома спортом, в комнате был целый «спортивный уголок»: короткие брусья, турник, кольца и… шведская стенка. Подойдя к этой стенке, он поставил ящик вплотную к ней. Затем подошёл к кровати, на краю которой продолжала покорно сидеть голая Наташа, взял её за руку и подвёл к ящику.

– Залезай и становись ко мне лицом – властно приказал он.

Наташа встала к стенке спиной, повернула голову назад, чтобы обхватить перекладину руками. Затем она посмотрела вниз и аккуратно, чтобы не запнуться, сначала одной, а потом и другой ногой встала на ящик. О чудо! Теперь их глаза были почти на одном уровне. Она восторженно посмотрела на Анатолия. Увидев одобрение в её взгляде, он сходил на кухню и принёс нож. Затем взял бухту верёвки и отрезал от неё четыре одинаковых, не очень длинных куска, и с ними подошёл к стоящей на ящике Наташе.

– Ты меня свяжешь?– удивлённо спросила она.

– Да. Это для твоей же безопасности. Доверься мне.

С этими словами он взял её правую руку за кисть, поднял и завёл ладонь за перекладину шведской стенки.

– Обхвати и держись – всё тем же сдержанным и требовательным голосом приказал он.

Наташа так и сделала, и уже через несколько секунд с замиранием сердца и нескрываемой нарастающей дрожью во всём теле, то ли от холода, тот ли от возбуждения, следила за тем, как витки верёвки крепко, но не больно, ложатся на её запястье. Закончив с одной рукой, Анатолий тоже проделал и с другой. Затем он опустился перед Наташей на колени и принялся один за другим класть такие же аккуратные витки на её щиколотки. Покончив с этим, он взялся за правую ногу Наташи и отвёл её в сторону, при этом чуть согнув в колене. Поставив ступню на перекладину, он принялся быстрыми и ловкими движениями приматывать её. Когда он взялся за вторую и оторвал её от ящика, лишив тем самым Наташу твёрдой точки опоры, из её груди вырвался непроизвольный вздох, так как бОльшая часть веса тела пришлась на руки, и Наташа от неожиданности не сразу вцепилась в перекладину обеими ладошками. При этом звуке Толя поднял голову наверх, снизу разглядывая свою пленницу, и с довольной улыбкой на губах продолжил свою работу, которая, впрочем, вскоре была закончена. Посмотрев ещё раз снизу вверх на распятую Наташу и почувствовав чрезвычайное возбуждение, Толя яростно прильнул губами к её кучерявому заросшему лобку.

– Толя, Толя, подожди – откуда-то сверху заверещала Наташа.

Анатолий поднял голову и со злобным взглядом уставился на неё.

– Ну что ещё?!

– Я… Это… Таблетку всё же решила выпить… Чтоб натурально всё было в первый раз…

– Может, обойдёмся презервативом?– Анатолий начинал терять терпение.

Он не хотел брать её силой, а в доме была только начатая упаковка Contex в тумбочке.

– Нет, сегодня никакой резины! Хочу тебя всего «живого»!– вдруг неожиданно резко ответила Наташа. И, смягчив интонацию, добавила:

– Там, у меня в сумочке, возьми…

Анатолий вышел в коридор и вернулся с Наташиной сумочкой. Расстегнув её, он перевернул и высыпал на журнальный столик всё содержимое.

– Они?! – с нескрываемым раздражением в голосе сказал он, показывая Наташе блестящую упаковку.

– Да… – потупив взгляд, она уставилась в пол. Ей вдруг стало стыдно и своей наготы, и того беспомощного положения, в котором она находилась. Но больше всего она стыдилась своего прагматизма, который превратил незабываемый «первый раз» в расписанную, как в инструкции, процедуру дефлорации.

Анатолий вышел на кухню и вскоре оттуда донёсся шум наполняющей стакан воды. Тем временем Наташа уже начала ощущать дискомфорт от своего «интересного» положения: руки начали неметь и затекать, в ногах появилась дрожь от напряжения.

Вернувшись, Анатолий подошёл к распятой Наташе и поднёс на пальце к её лицу таблетку. Она вся подалась вперёд и губами, аккуратно, чтобы не выронить, взяла её в рот. Затем он поднёс к её губам стакан с водой и медленно, следя за тем, чтобы она не поперхнулась, стал наклонять стакан. Наташа сделала два больших глотка и отстранилась от стакана. При этом несколько капель упали ей на подбородок и на грудь. Анатолий поставил стакан на стол и ещё раз посмотрел на свою будущую жену. В её лице не было той страсти или хотя бы томления, на которые он рассчитывал. Напротив, были заметны следы напряжения и даже некоторой усталости.

«Нет, так не пойдёт» – подумал он, разглядывая висящую неподвижно Наташу. – «Я добьюсь, что ты будешь умолять трахнуть тебя, если не словами, так хотя бы взглядом!» С этими мыслями он подошёл к ней и поцеловал в губы. Затем нежно, аккуратно, насколько это было возможно, слизал капли воды с её подбородка. Опустившись ниже, он припал к её груди и целовал, оттягивая губами сосок. Несколько капель, упавших с её губ, слились, скатились в ложбинку между грудей и устремились вниз. Анатолий «поймал» их на уровне пупка и жадно прильнул, стараясь высосать всё досуха. Наташу уже начинала бить нервная дрожь от предвкушения предстоящих событий. Она только усилила дрожь в напрягшихся мышцах, участилось дыхание, и Наташа почувствовала, что начинает возбуждаться. Тем временем Толя уже поцеловал её в лобок и прильнул к половым губам. Наташа задышала ещё чаще, от напряжения подмышками и на груди выступили капельки пота. Возбуждение нарастало, казалось, оно вот-вот «взорвёт» Наташу изнутри, но… Анатолий неожиданно остановился, оторвался губами от её лона, поднял голову и посмотрел наверх. Взгляд Наташи выражал недоумение, почему он остановился. Выждав полминуты, Анатолий возобновил ласки. Теперь он ещё дополнительно сжимал руками её ягодицы. Наташа вновь напряглась, и уже закрыла глаза, готовая излиться в оргазме, но Толя вновь остановился. На этот раз Наташа смотрела на него уже просящим взглядом. «Ещё рано» – решил Анатолий и продолжил в том же духе. Когда через несколько минут он, почувствовав нарастающую дрожь в Наташином теле, вновь остановился, она уже издала протяжный стон, а, посмотрев наверх, он увидел взгляд, полный мольбы и отчаяния. «Теперь пора» – решил Анатолий, со всей силой сжал её ягодицы и прильнул к давно намокшим и источающим приятный запах половым губам.

Такого оргазма Наташа ещё никогда не испытывала. Она стонала и извивалась, насколько позволяли верёвки, около минуты. И дело было не только в том, что это был первый раз, когда удовольствие ей доставил кто-то другой. Здесь слилось всё: и любимый мужчина, и положение нагой распятой пленницы, в котором она находилась, и продолжительные ласки, и… Словом, когда Анатолий встал с колен, он увидел перед собой висящую потную, измученную, тяжело дышащую девушку, но при этом он чувствовал, что каждая клеточка её тела умоляла о продолжении. Она была готова принять его в себя.

Выпрямившись и взяв член в руку, он прижался к Наташе, и, чуть раздвинув половые губки, ввел головку члена. Наташа издала такой вздох, что вынудила его поднять глаза и посмотреть ей в лицо. «Нет, ещё нет» – успокоил он себя.– «Ух, какая чувственная! Сейчас я её, сейчас…». Анатолий уловил ритм её дыхания и хотел увидеть её выражение лица, когда он прорвёт плеву. «Ну всё, сейчас, на третьем вдохе…» – решился он, и, когда Наташа в очередной раз вздохнула, он полностью выпрямился.

– Аа…

Наташа слабо вскрикнула, её глаза расширились, ротик полуоткрылся, а вся она подалась вперёд. Она ожидала вспышку сильной боли, но боли было чуть больше, чем когда берут кровь из пальца. Тупая, но терпимая, эта боль заполнила низ живота. Наташа была полностью насажена на его 20-тисантиметровый член. Анатолий дал ей привыкнуть к новым ощущениям внутри себя и начал совершать ритмичные фрикции. А вскоре стало даже легче: влагалище достаточно расширилось, приняв в себя «новый предмет» и привыкнув к нему, а член Анатолия принял на себя часть её веса, тем самым ослабив нагрузку на её руки, пальцы которых она уже давно непроизвольно разжала. Вслед за облегчением пришло и наслаждение. Не в силах долго себя сдерживать, Анатолий вскоре излился в неё спермой. Наташа почувствовала, как что-то вязкое, тёплое и слегка обжигающее сначала начало выстреливать в неё, а затем заполнило всё влагалище. Анатолий же для себя решил, что обязательно доведёт её «первый раз» до оргазма, и, вцепившись руками в перекладину стенки, «пошёл на второй заход». И его усилия вскоре были вознаграждены: через пару минут дыхание Наташи участилось, она подалась вперёд и издала такой стон, который заставил Анатолия остановиться и наблюдать, как бьётся в оргазме его будущая супруга. В довершение он обхватил её лицо руками, прижал его к своей щеке и жадным поцелуем буквально впился в него.

Выйдя из влагалища, Анатолий ухватился двумя руками за перекладину стенки, тяжело переводя дыхание. Перед собой он видел склонённую голову Наташи и слышал её прерывистое дыхание. Отойдя на несколько шагов назад, он смог увидеть всю картину. Наташа висела, уронив голову на грудь, и часто и прерывисто дышала, её волосы прилипли к вспотевшему лицу. Пальцы её рук уже не сжимали перекладину, из-за чего она провисла ещё больше, а веревка сильно врезалась ей в запястья. Грудь резко поднималась и опускалась. Но больше всего Анатолия впечатлили две капельки крови, засохшие на внутренней стороне её бёдер.

– Толяяяя… – стон Наташи прервал его созерцание. – Мне больнооо… Сними меня, пожалуйстааа…

Спохватившись, что мог нанести ей травму, Анатолий стал быстро развязывать ей ноги. Но отвязанные, они, ослабевшие от напряжения, сразу же соскользнули с перекладины, и Наташа повисла на одних руках.

– Ааааа… – Наташа вскрикнула и запрокинула голову. – Ааааа…

Анатолий тут же подхватил её под ягодицы и приподнял, одновременно пытаясь ногой дотянуться до ящика, отодвинутого им ранее в сторону. Наконец ему это удалось, и он придвинул его под ноги Наташе. Но стоять самостоятельно она не могла, так что ему пришлось буквально вдавить её всем телом в шведскую стенку, что вызвало череду стонов и вскриков, и уже прижав, нервно развязывать узлы на её запястьях.

Наконец, всё было закончено, и Наташа повалилась ему на грудь. Он отнёс её на кровать, а сам побежал на кухню ставить чайник.

Он поил её с ложечки, так как уставшие от напряжения руки не могли держать даже чашку. После очередной ложки Наташа произнесла:

– Спасибо. И не только за чай… – и хитро посмотрела на него. Анатолий обрадовался, что она на него не сердится, наклонился и поцеловал зарумяневшееся личико прямо в губы. Потом они шутили, смеялись, Наташа уже почти оправилась. Тогда Анатолий сбегал в ванную и принёс таз с тёплой водой и мягкую губку. Он поставил Наташу в таз, а сам бережно обмыл её всю от головы до пят. Особенно нежно он обмывал бёдра и половые губки…

За окном протяжно взвыла сирена «Скорой помощи». Был всё тот же жаркий июньский день. Машины на улице стояли в «вечной» московской «пробке». Экран монитора давно погас, перейдя в режим ожидания. Наташа почувствовала тупую нарастающую боль внизу живота. Она поняла, что если сейчас, немедленно не пописает, то просто-напросто лопнет. Она вскочила и побежала в туалет, на ходу спуская трусики. Она еле успела, и, сидя на унитазе, отдувалась, ощущая, как вместе с жидкостью волнами уходит боль из живота. Поднимаясь и натягивая трусики, она ощутила неприятный холодок между ног. «Вот, блин! Ну ничего себе!» – про себя выругалась она. – «Кончила» в трусы, как последняя школьница. Со времён колледжа со мной такого не было». Делать было нечего и, стягивая на ходу маечку, Наташа побрела в ванную.

Глава 3. Трудное решение

Прохладная вода приятно будоражила и одновременно ласкала разгорячённое жарой и воспоминаниями тело. Наташа взяла с полочки дорогой гель для душа с экстрактом миндаля (остатки былой «роскоши») и начала задумчиво наносить его на себя. Картинки с сайта и воспоминания молодости не давали ей успокоиться, и, сама того не замечая, она начала ласкать себя, сначала грудь, а затем и клитор. Приятная волна возбуждения неожиданно вывела её из состояния задумчивости, она глубоко вздохнула и схватилась рукой за кран, чтобы не поскользнуться, при этом выронив бутылочку с гелем. «Да что со мной сегодня?!» – с возмущением подумала она.

Быстро смыв с себя остатки геля, она выключила воду и наскоро вытерлась.

Выйдя из ванной, Наташа вновь облачилась в маечку и трусики и вернулась к компьютеру. Поводив по столу мышкой, она «оживила» экран, на котором вновь появилась картинка распятой на шведской стенке девушки. Почувствовав, как тепло вновь начинает разливаться внизу живота, она, решив, что на сегодня «уже хватит», закрыла картинку. Она уже собиралась покинуть сайт, как вдруг её внимание привлёк мигающий вверху экрана рекламный баннер, на который она вначале не обратила внимание. Содержание его было следующим:

«ПРИГЛАШАЮТСЯ МОДЕЛИ ДЛЯ УЧАСТИЯ В ТЕМАТИЧЕСКИХ ШОУ. ВОЗРАСТ ОТ 18 ДО 45 ЛЕТ. ОПЛАТА – ОТ 2500 ДОЛЛАРОВ США ЗА ДЕНЬ УЧАСТИЯ».

«Вот это я понимаю – две с половиной «штуки баксов» за день! Ладно, поищу чего-нибудь «попроще» – подумала Наташа и вошла в Яндекс.

Она долго бродила по сайтам кадровых агентств, но результат был таким же неутешительным, как с газетами и журналами. К тому же из головы у неё не выходил текст баннера. Она вновь и вновь вспоминала картинку девушки с сайта и ловила себя на мысли, что, в принципе, можно хотя бы «узнать побольше…». Она уже несколько раз порывалась вновь войти на тот сайт, но сознание «правильной девочки» так просто не сдавалось. Мысли одна за другой пробегали в голове. «Раздеться догола перед чужими мужчинами… А как же Толя?» – думала она, но её второе «я» тут же парировало: «Так ведь не трахаться же ты с ними будешь! А если и будешь, то Толик сам виноват, что довёл тебя до этого! Надо было деньги самому зарабатывать, а не жену подставлять!» Покончив с нравственной составляющей, «правильное» сознание начало цепляться за «технические аспекты»: «А если тебе что-нибудь вывихнут или отобьют?». Второе «я» сразу же парировало: «За такие деньги могу «выступать» даже пару раз в месяц, к тому же они, наверное, профи… Да даже если «что» и случится, то за месяц всё заживёт!». Рассудок цеплялся за последнюю возможность: «Да тебя просто не возьмут, там же одни «модели» снимаются!» Но в самом баннере указывалось – «ДО 45 ЛЕТ»… Какие уж тут модели! К тому же Наташа никогда не была дурнушкой. В общем, оставив нравственности путь к отступлению типа «отказаться я всегда успею», она решилась попробовать записаться на просмотр.

С первой сложностью она столкнулась уже в самом начале. Оказывается, подать заявку могли только зарегистрированные посетители сайта. «Ну что ж, попробую…» – решила Наташа. Если уж она на что-то решилась, то отступать было не в её правилах. С указанием имени, возраста, роста, веса, объёма груди и бёдер она справилась легко. Далее надо было указать семейное положение и количество детей, их пол и возраст. «Зачем это?» – насторожилась Наташа. Она уже хотела щёлкнуть галочкой в графе «отсутствуют», но, подумав, решила указать правдивые данные: «А вдруг попросят паспорт, проверят и решат, что со мной нельзя иметь дело?» Далее шли вопросы интимного характера: «Как давно у Вас был половой акт?», «Сколько партнёров у Вас было в жизни?», «Был ли у Вас анальный секс?» и тому подобное. Наташа и здесь на все вопросы отвечала честно. Ведь всё равно в течение беседы любой профессиональный сексопатолог «расколет» её за пару минут. Последнее препятствие возникло уже в самом конце. Вписав адрес своей электронной почты и номер мобильного телефона, она попала в графу «НИК». Наташа не задумываясь ввела своё имя, но система вернула её обратно в картинку, выведя надпись, гласящую, что «Пользователь с таким именем уже зарегистрирован».

– Извини, забыла, что в Москве миллион Наташ!– вслух высказалась она и добавила после имени ещё пару цифр. Но и на это имя компьютер выдал тот же ответ. «Вот, чёрт, привязался!» – рассердилась Наташа. – «Ну погоди у меня!» Впереди она добавила ещё один символ, и компьютер, «подумав», выдал, наконец, фразу: «Спасибо. Вы зарегистрированы. Код доступа придёт к Вам на указанный адрес электронной почты». Экран вновь вернул на главную страницу.

Наташа отложила клавиатуру и вдруг почувствовала, что ужасно голодна, ведь с семи утра она ничего не ела, а была уже половина второго. Пережитое за день волнение только усиливало чувство голода, и Наташа сорвалась на кухню. Надо отметить, что хозяйкой она была образцовой, и холодильник никогда не бывал пуст, так что уже через минуту на сковородке аппетитно шипела яичница с беконом, а сама она уплетала аппетитный сэндвич, обильно политый майонезом.

Вернувшись к компьютеру, она обнаружила во «Входящих» новое сообщение. Оно было от того самого сайта. С вновь нахлынувшим волнением Наташа открыла его. В тексте, помимо кода доступа, который сейчас волновал Наташу меньше всего, сообщалось о необходимости выслать фотографии. «Чёрт! Ведь наверняка им нужны фото не в майке и джинсах! Ну и где я их возьму?!» – чуть не вырвалось у неё. – «Хотя…» Наташа вспомнила, что прошлым летом, отдыхая в деревне у родственников, они со старшей Танюшей перед мытьём в бане устроили шутливую «фотосессию» голышом. Она встала, подошла к шкафу и достала оттуда фотоальбом с фотографиями того отпуска. Она листала страницы, одновременно удивляясь фотографиям своей дочери: «Надо же! В свои 14 лет вымахала почти с меня, а загорать до сих пор может без лифчика». Действительно, на фото было видно, что грудь у девочки ещё едва начала формироваться. Наташа в её возрасте уже была вынуждена носить поддерживающую облегающую маечку, так как лифчик был непозволительной роскошью, а в школе или пионерском лагере она нередко ловила на себе «заинтересованные» взгляды старших мальчишек. «А вот и я!» – Наташа подошла к дивану и присела на него, положив перед собой альбом. Конечно, часть фото «ниже пояса» она затёрла сразу ещё тогда (о чём сейчас пожалела), многие, особенно сделанные дочерью, получились плохо, но был один снимок, понравившийся её самой. На нём она обнажённая стоит вполоборота, прикрыв грудь согнутой в локте рукой, повернув и положив голову на плечо. Волосы собраны назад в пучок, глаза задумчивые, выражение лица спокойное и немного грустное. «То, что нужно!» – решила Наташа, но тут же спохватилась: «Ну и дура же ты! А посылать ты её как будешь, конвертом с уведомлением?! Надо было не альбом, а диск искать!» К счастью, диск нашёлся быстро. Вставив его в компьютер, она быстро нашла нужную картинку. «Но ведь им, наверное, нужно во весь рост и хотя бы в купальнике…» – подумала она. Наташа меняла диск за диском, пытаясь найти фотографию, где она была бы одна, загорающая на пляже или на даче. «Какой позор! У меня нет ни одной новой фотографии!» – проносилось у неё в голове. Наконец она нашла одну, сделанную в Турции ещё до второй беременности. Делать было нечего, и, скопировав в пришедшее сообщение две выбранные фотографии, она нажала «Ответить» и «Отправить», а сама уселась поудобнее за столом и стала ждать ответа, просматривая материалы сайта с распятыми, подвешенными, закованными в цепи девушками и поминутно заглядывая в электронную почту.

Неожиданно зазвонил мобильный. «Как всегда не вовремя» – Наташа с раздражением взяла трубку.

– Алло!

– Здравствуйте, Наталья – приветствовал её приятный женский голос. – Я звоню вам по поводу членства в БДСМ-клубе, куда вы хотите вступить как «нижняя»…

– Что, что? – переспросила Наташа.

«Какой ещё «БДСМ» и кто такая «нижняя»?» – она всё ещё не понимала, откуда этот звонок.

Голос в трубке сменился на удивлённый.

– Вы давали заявку на участие в шоу?

– Ах, да, да, конечно – спохватилась Наташа, – я просто не поняла…

– Есть вакансия в шоу, которое состоится завтра, в субботу…

«Как, уже завтра?» – пронеслось в голове у Наташи. Женский голос продолжал.

– Следующее шоу, в котором вы могли бы участвовать, состоится через две недели. Хотите участвовать в завтрашнем или будете ждать следующего? – поставленным голосом говорила трубка.

«Завтра… Но ты же не подготовилась, ты ничего про это не знаешь!» – почувствовав слабину, в глубине сознания вновь оживилась «правильная девочка». Голос в трубке замолчал, Наташа на несколько секунд заколебалась. «Стоп! Крайний срок платежа по кредиту на следующей неделе!» – сознание вернулось к суровой реальности.

– Алло, вы меня слышите? – голос в трубке начинал нервничать.

– Да, да, конечно… Проблемы со связью… – испугавшись, что звонок может сорваться, затараторила Наташа. – Мне нужно завтра, обязательно завтра.

– Хорошо, – голос смягчился, – но вы должны подъехать сегодня до шести вечера в офис для подписания контракта. При себе нужно иметь паспорт. Записывайте адрес: Старок…й переулок, дом …, офис …

– Да, записываю – Наташа схватила со стола ручку и записала адрес на уголке газеты.

– Скажите, а где это…

Но на том конце повесили трубку. Наташа взглянула на часы.

«Чёрт! Уже без пятнадцати четыре. А мне ещё нужно собраться… Да и где находится этот чёртов «Старок…й» переулок?» Позвонив приятелю мужа, и соврав, что едет на собеседование по поводу новой работы (хотя, в сущности, так оно и было), Наташа узнала местоположение переулка и ближайшую станцию метро.

«Так, теперь нужно одеться», – решила она и, подойдя к шкафу, решительным движением открыла обе дверцы. «Так, в джинсах и футболке не поедешь… В деловом рабочем… Так под него блузку надо, а по такой жаре я сварюсь…Ага, вот то, что нужно!» – она достала новый летний брючный костюм белого цвета, купленный как раз этой весной. Его верх можно было носить прямо на тело, а брюки идеально сидели по фигуре, к тому же доходили Наташе до пят, что визуально удлиняло её ножки. «Так, теперь бельё, ведь там наверняка раздеться попросят…»

Следует отметить, что «проблема белья» возникла в её отношениях с Анатолием с самого начала. Наташа категорически отказывалась носить что-то «ненатуральное» или «обтягивающее», предпочитая грубый хлопок чёрного, белого и даже телесного цвета такого размера, что трусы полностью закрывали ягодицы, а верхняя резинка едва не доставала до пупка. Тогда они пришли к компромиссу: вечером после душа она вообще не надевала бельё под халатик, а, зайдя в спальню, в зависимости от «обстановки», либо скидывала халатик и представала перед мужем обнажённой, либо, если он уже спал, надевала трусики и спокойно засыпала. Сейчас, стоя в трусах и майке и разглядывая себя во внутреннем зеркале шкафа, она с грустью подумала: «Да… В таких трусах туда лучше не ехать…» Тут она вспомнила о комплекте дорогого шёлково белья, подаренного Толей на 8 Марта в прошлом году. С тех пор Наташа надевала его всего несколько раз, когда выдавались совместные выходные, а в квартире, кроме них, никого не было, и она могла спокойно «дефилировать» перед мужем. Скинув с себя всё, Наташа облачилась в белоснежные лифчик и трусики с кружевами. «Ну вот, совсем другое дело» – она провела руками по шёлку трусиков. Недаром в первый раз, увидев её в этом, Толя восхищенно воскликнул: «Такую можно ещё раз замуж выдавать!» А ведь это было уже после второй беременности… Последним штрихом в её облике стали новенькие блестящие белые босоножки из кожи на высоком каблучке, которые элегантно открывали её маленькие пальчики с аккуратным педикюром с перламутровым блеском.

С одеванием было покончено и, бросив в сумочку кошелёк, паспорт, мобильник и бутылку воды, Наташа выскочила из квартиры. Было уже почти половина пятого.

Глава 4. Контракт

До метро она доехала на маршрутке, но в метро была давка и духота, так что, выбравшись на поверхность, Наташа почувствовала, что от свежести принятого ей душа не осталось и следа. К тому же на часах было уже половина шестого, а проклятый переулок всё никак не находился. Поминутно спрашивая у прохожих дорогу, Наташа почти бежала по раскалённой улице. Так что, когда она добежала до злополучного дома, капельки пота скользили по всему её телу.

Набрав на клавиатуре домофона номер офиса, она услышала знакомый по звонку женский голос:

– Вас слушают.

– Этот Наталья. Я по поводу участия в шоу…

– Проходите, второй этаж, дверь направо.

Поднявшись по лестнице, Наташа справа увидела массивную дверь и ещё один домофон. Таблички рядом с дверью не было. На этот раз она просто нажала на кнопку «Вызов».

– Вас слушают.

– Это Наталья.

В двери что-то загудело и, дернув за ручку, Наташа вошла внутрь.

Приёмная встретила её долгожданной прохладой. Обстановка ничем не отличалась от обычного офиса. Шкафы с паками, стол секретарши с плоским монитором, ксерокс, факс, жалюзи на окнах…. На стенах – эстампы с нейтральными сюжетами. Короче, ничего не выдавало того, ЧЕМ здесь занимаются. Миловидная секретарша лет двадцати семи приподнялась и, указывая на массивную дверь, справа от себя, сказала:

– Оставьте мне ваш паспорт и проходите, Мастер вас ждёт.

«Мастер… Ничего себе обращение» – промелькнуло в голове у Наташи.

Отрыв дубовую дверь, она прошла в кабинет. Здесь обстановка была побогаче, но тоже, на первый взгляд, не выдавала сферы «деятельности» его хозяина. Сам он сидел за столом и с безразличием, как могло показаться на первый взгляд, смотрел на вошедшую.

Вообще Алексей собирался сегодня уйти из офиса пораньше или хотя бы вовремя, так как на завтра и в воскресенье он был назначен экзекутором-администратором на оба Шоу. «Укатили в Турцию, блин, а меня тут бросили с новенькими расхлёбывать» – ругался про себя он, просматривая файлы с «материалом» для Шоу. Но делать было нечего: указание руководства – постоянно "вливать свежую кровь". Алексей прекрасно помнил, как Главный, вызвав его в начале летнего сезона в свой загородный дом (хотя, какой там "дом"?! Дворец! "Династия" отдыхает…) Так вот, развалившись перед ним в кресле с бокалом Хеннеси, Главный изложил целую теорию, почему нужно приглашать на Шоу в качестве моделей не только, и даже не столько проверенных "профессионалок"– членов клуба, а свеженьких, ещё не битых плёткой женщин. "Понимаешь,– говорил он, – "профессионалку" каждый может заказать себе прямо на дом или поразвлечься с ней у нас, причём за отдельную плату можно договориться вообще почти о чём угодно: имитация повешения, сажания на кол, других пыток… Но при этом они, эти профессионалки", будут знать, ЧТО им предстоит, ЧТО от них ожидают и КАК это нужно сыграть". Здесь Главный сделал паузу и многозначительно посмотрел на Алексея, пытаясь уяснить, понял ли тот, к чему он клонит, и почему делал ударения именно на эти слова. Алексей утвердительно кивнул. Главный, отхлебнув коньяка и завалив одну ногу на другую, продолжал: "Так вот, на наших Шоу мы должны дать клиентам то, что им не даст ни одна "профессионалка" – новизну, страх, естественность, отчаяние, причём НЕ ПОКАЗНЫЕ, а НА-ТУ-РАЛЬ-НЫ-Е". Последнее слово Главный произнёс буквально по слогам, снова внимательно всматриваясь в выражение лица подчинённого. Дальше "установка" продолжалась в том же духе. Из этой беседы Алексей уяснил для себя, что при наборе участниц на каждое Шоу ему придётся искать хрупкий баланс, приглашая, в основном, новеньких или участвовавших в одном-двух "мероприятиях", но при этом, чтобы добавить зрелищности, обязательно подбирать одну-двух опытных рабынь, готовых, если что, отвлечь на себя внимание зрителей и сгладить возможные "проколы".

С этими мыслями Алексей снова вернулся к списку участниц завтрашнего Шоу. «Да-а.. С этими придётся повозиться, из записавшихся только одна участвовала раньше» – он медленно просматривал анкету за анкетой. Поэтому, когда в четыре часа его секретарша Оксана переслала ему по почте ещё одну Интернет-заявку на участие в завтрашнем шоу, лицо его искривилось, выказывая полное отвращение к перспективе застрять сегодня в офисе часов до восьми: «Что, обязательно было регистрировать сегодня, не могла, что ли, на понедельник оставить? Ничего, подожди, вот разгребусь и так на тебе за это плетью отыграюсь – неделю стоя работать будешь…» Но дело было сделано, и он, следуя стандартной процедуре, запросил фотографии. Получив их в распоряжение, он, рассматривая ту, на которой Наташа была «топлесс», сразу отметил, что в этой 37-летней блондинке «что-то» есть. Он видел сотни таких фото, но это по-детски круглое личико его зацепило, захотелось «заняться» ею лично. А это случалось с ним нечасто… И вот сейчас, разглядывая её, он уже представлял, как она будет выглядеть обнажённой, привязанной к столбу или подвешенной на дыбе.

– Здравствуйте. Я…. – начала было Наташа, но он жестом прервал её.

– Проходи, садись.

Хозяину кабинета было на вид около сорока, лицо европейского типа было гладко выбрито, чёрные, слегка вьющиеся волосы кое-где «пробивала» седина. На нём была красивая чёрная шёлковая рубашка с длинным рукавом. В общем, ничего особенного. Вот только глаза… Наташа сразу обратила внимание, что его взгляд был проникающим, чёрные «буравчики», казалось, буквально пронзили её насквозь, накрепко пригвоздив к креслу. Наташа даже не заметила, как, будто под гипнозом, подошла к столу и присела на краешек придвинутого к нему одинокого кресла. "Как он сразу на "ты"… А, собственно, чего со мной церемониться? Овца на заклание… Такой загонит гвоздь по самую шляпку и даже не моргнёт…" Наташа вся сжалась от страха и … соскользнула вглубь кресла. Оказывается, кресло было специальное, с секретом: сидеть в нём можно было либо на краешке, крепко уперевшись ногами в пол, либо соскользнув настолько глубоко, что колени оказывались на уровне пупка, а ноги отрывались от пола. Смутившись, Наташа начала выкарабкиваться.

– Можешь оставаться в этом положении. Итак, как ты нас нашла? – он прервал молчание.

– Я… – и Наташа вкратце рассказала про финансовые проблемы семьи, про поиски работы и про сайт в «Избранном».

Он слушал, откинувшись в кресле и вертя в руке блестящую авторучку. Когда она закончила, он, не меняя позы, спокойно произнёс:

– Понятно. Сразу спрашиваю: проблемы со здоровьем есть?

-Ну-у… – Наташа почему-то оказалась не готова к такому, на первый взгляд, простому и очевидному вопросу. "У кого после 30 нет болячек? Скажу "нет" – решит, что вру, и не возьмёт в Шоу… Ну, не про гастрит же ему рассказывать?.. И не про порванное сухожилие…"

Из раздумий Наташу вывел поставленный голос Алексея:

– Так, спрошу конкретнее: проблемы с сердцем, лёгкими, астма есть?

– Нет, нет, что вы… – испугавшись, замотала головой Наташа. – Ничего такого…

– Смотри, мне жмурики на Шоу ни к чему. За тобой, конечно, будут следить и камеры, и персонал, так что умереть не умрёшь… Но ты же понимаешь, что люди, которые придут посмотреть, в том числе и на тебя, платят очень большие деньги. Конечно, всё будет прописано в контракте, но я должен тебя спросить… Ты можешь себе представить, что если тебе платят две с половиной штуки баксов, сколько стоит входной билет, да и само участие в клубе?..

– Да, да я понимаю… – затараторила, было, Наташа, но Алексей жестом остановил её.

– Не перебивай. «Да» было достаточно. Ты хоть и не профессионалка, но уже должна начать понимать, куда пришла. Здесь рот открывать можно, только если тебе разрешат или о чём-нибудь спросят. Отвечать кратко и по существу. Поняла?

Наташа неуверенно кивнула. Сидевший напротив Мастер в недоумении искривил бровь. "Мол, ты что, ещё и дура? С первого раза не понимаешь?"

Сообразив, чего от неё ждёт будущий распорядитель, женщина, испугавшись ещё больше, стараясь глядеть в глаза, горячо заговорила:

– Да, да, конечно… Извините, я сразу не сообразила… Да, всё поняла…

Заулыбавшись, Алексей откинулся на спинку кресла.

– Ну, а если поняла, то спрашиваю ещё раз: со здоровьем проблемы есть? В обмороки не падаешь? Истерики со страха устраивать не будешь?

– Нет, нет, не буду!

– Смотри… Ты человек новый, со стороны, непроверенный… Вся "изюминка" этого Шоу в том, и именно за это и платятся очень большие деньги, чтобы в нём участвовали не только "прожжённые" профессионалки, для которых боль и секс – это работа, а для многих – ещё и наслаждение, а вот такие, как ты, новички, которым и играть-то ничего не надо будет. Тебе заплатят не за то, что ты умеешь, а за то, что с тобой сделают в первый раз в твоей жизни… Поняла?

– Да… – Наташа ответила уже не задумываясь, но почему-то не так бодро…

– Ну, хорошо. А теперь раздевайся.

– Как? – Наташа так и замерла.

Нет, она, конечно, мысленно готовила себя к такому повороту событий, но чтобы вот так, почти сразу…

– Как, как… Как на пляже! – криво усмехнувшись, передразнил он её. – Должен же я на тебя посмотреть.

«Вот он уже и хамит» – с грустью подумала Наташа. И в первый раз за последние несколько часов ей стало себя по-настоящему жалко. «Для того я до двадцати лет «сидела» в девственницах и всегда была верна мужу, чтобы сейчас раздеться перед этим наглым типом?» Но, вспомнив, ЧТО привело её сюда, она потупила взгляд, затем вскарабкалась на краешек кресла и встала.

– Вон там, в центре журнальный столик, одежду можешь складывать на него, обувь тоже поставь рядом.

Наташа обернулась и действительно увидела посередине небольшой прозрачный столик, который от волнения она сразу не заметила. Подойдя к нему и не поворачиваясь, Наташа подняла руки и взялась за верхнюю пуговицу.

– Ко мне лицом! – услышала она резкий окрик и обернулась.

Раскинувшись в кресле, он с наглой улыбкой наблюдал за ней.

Делать было нечего, повернувшись к столу, она начала расстёгивать пуговицы. Закончив с последней, она сняла пиджак и положила его на столик. Присев, сдвинула с пяток ремешки босоножек, и, выпрямившись, по очереди вышла из них на паркетный пол. Затем она расстегнула пуговицу на брюках, опустила замок молнии вниз и, взявшись обеими руками за верх брюк, согнувшись в поясе, резким движением спустила их вниз до пят. После этого, слегка разогнувшись, она с чмоканьем оторвала потную ступню от пола и сняла одну брючину до конца. Переступив поудобнее, тоже проделала и со второй. Затем, выпрямившись, она небрежно бросила брюки на столик и выпрямилась, оставшись в одном кружевном белье. Она смотрела на Алексея спокойным, даже чуть вызывающим взглядом.

«А баба-то с характером… На одном дыхании разделась! Других, вон, чуть не по полчаса уговаривать приходится, а эта решительная… Придётся ломать…» – подумал Алексей, резко встал и вышел из-за стола. Наташа обратила внимание, что весь он был одет в чёрное: рубашку дополняли брюки из «тяжёлого» шёлка и блестящие туфли.

Подходя к ней, он смотрел немигающим взглядом прямо в глаза, буквально «просверливая» насквозь, и, почувствовав вновь нахлынувшее чувство страха, Наташа опустила глаза. Остановившись на расстоянии метра от неё, он стал пристально, оценивающим взглядом рассматривать её. Наташа ощущала его на себе, хотя глаза её были опущены, и испытывала всё нарастающее смущение. Вдруг она почувствовала, как кровь прилила к лицу. Несмотря на прожитые годы, она так и не разучилась краснеть…

Неторопливым шагом Алексей обошёл вокруг неё и встал сзади.

– Подними руки вверх и скрести их! – неожиданно скомандовал он.

Наташа вздрогнула, но поспешила выполнить приказание. Подняв руки наверх, она чуть согнула их в локтях и прижала одно запястье к другому. Ничего не сказав и простояв у неё за спиной несколько минут, он снова неторопливо обошёл вокруг Наташи и встал сзади.

– Встань на цыпочки! – прошла следующая команда.

Наташа выполнила и её. На этот раз он стоял настолько близко, что она ощущала его дыхание у себя на плечах. «Чёрт, я же потная, как свинья!» – пронеслось у неё в голове – «Ну и пусть нюхает, раз сам захотел».

Время шло, и Наташа начинала понемногу уставать. Стоять на цыпочках с поднятыми вверх руками было чертовски неудобно, и она почувствовала, как покрывается потом.

– Не опускаться, руки выше! – вдруг выкрикнул он.

От неожиданности Наташа покачнулась, но устояла, оторвала пятки от пола и подняла руки, насколько было возможно. «Садист какой-то!» – с нарастающей злобой подумала она. «Впрочем, собственно, это он и есть…» Судороги уже начали сводить её мышцы, волосы прилипли к вспотевшему лбу. Только когда первые капли пота пробежали по её спине, он разрешил ей расслабиться.

– Можешь опустить руки и вернуться в кресло – бросил он на ходу, возвращаясь к столу.

«Слава тебе…» – подумала Наташа, ощущая усталость во всём теле, и уже протянула руку к своим брюкам, как вдруг очередной окрик заставил её отдёрнуть.

– Я что, разрешил одеться?!.. Хочешь повторить всё ещё раз?!

Она посмотрела на него: всё тот же пронизывающий взгляд из-под бровей. Испугавшись, что вновь придётся стоять на цыпочках с поднятыми руками, Наташа поспешно подошла к креслу, села на его кончик, и исподлобья краешком глаза посмотрела на своего мучителя.

Алексей не без удовлетворения отметил, что это был уже взгляд не гордой, уверенной в себе женщины, а измученной и напуганной девочки. «Так-то лучше… Теперь можно переходить непосредственно к делу» – решил он и заговорил твердым поставленным голосом.

– Итак, мы готовы предложить тебе участвовать в ШОУ. Если кратко, его можно описать как оргию в древнеримском стиле, где по ходу представления голые женщины-рабыни будут подвергнуты наказаниям. А потом прикованы к деревянным столбам. Как участнице, тебе предстоит пройти ряд испытаний. Ты разденешься догола, тебя высекут плетью, затем будет испытание, и, наконец, тебя цепями прикрепят к столбу, у которого ты и должна будешь вынести все пытки. В самом начале ты должна будешь пройти ещё медосмотр. Приблизительная продолжительность всего действия – около двенадцати часов.

Наташа плохо слушала его, после первых слов всё внутри неё опустилось. «Прикрепят цепями к столбу… Голой… Двенадцать часов… Пытки.. Но ведь это же очень долго… А вдруг меня искалечат?..»

– Сейчас я покажу, как это у нас происходит. Ты меня слышишь? – вопрос вывел её из оцепенения.

Наташа едва заметно кивнула.

Мастер снова изобразил удивление и изогнул бровь.

– Да, извините… – Наташа потупила взгляд.

Достав из ящика стола диск, Алексей вставил его в DVD-плеер, и, взяв со стола пульт, нажал на кнопку. На экране большого плоского телевизора у него за спиной сначала появилась надпись, такая же, как при входе на сайт. Затем началось само «действо».

Вот на усыпанную мелкими камешками площадку подъезжает фургон и останавливается, из его распахнутой двери выходит девушка со светлыми вьющимися волосами и, зажмурившись от яркого света, прикрывает глаза ладонью. Дальше она уже сидит на скамье в какой-то комнате с серыми стенами, напряжённо смотрит на закрытую дверь справа от себя. Следующая срезка – и она уже стоит в центре зала в мини-юбке, и, заведя руки за спину, расстёгивает застёжку лифчика. Дальше она голая стоит на коленях, закованная в цепи, и выслушивает «приговор». Потом медицинский кабинет и она приподнимается в гинекологическом кресле, пытаясь увидеть, что делает врач. Улица, яркий солнечный свет. Девушка, голая, стоит на коленях и с болью во взгляде всматривается куда-то вдаль. Плавный переход – и она уже внутри рамки с широко разведёнными ногами и поднятыми вверх руками, вскрикивает и прогибается от удара плети. Дальше – иссечённое плетью тело на песке, охранник поднимает за руки и ведёт её куда-то, едва переступающую… Следующий план – площадка со столбами, девушку подводят к одному из них, поворачивают к нему спиной, поднимают над головой руки и защёлкивают железные кандалы на запястьях. Дальше камера наезжает крупным планом на её живот и ноги в том момент, когда их широко разводит и тоже защёлкивают кандалы на лодыжках… Следующий план – девушка у столба, какой-то мужик порет её грудь хлыстом. Лицо несчастной выражает боль и страдание, каждый удар сопровождается вскриком… Следующий план – сумерки, Солнце уже на закате. В финале девушка, прогнувшись, со стоном поднимает голову и устремляет взгляд, полный мольбы, к небу.

Клип закончился, на экране появилась фотография обнажённой девушки в полный рост, с широко разведёнными ногами, прикованной к столбу. Во время всего просмотра Алексей не отрывал глаз от Наташи. Та как будто окаменела, на лице застыли страх и ужас. Ещё в самом начале клипа она «сползла» вглубь своего кресла и теперь сидела, оторвав ступни от пола, разведя ноги достаточно широко, настолько, что была видна внутренняя сторона бёдер, и вцепившись руками в подлокотники.

– Ну что, впечатляет? – усмехнулся он, не без удовольствия рассматривая свою, как он уже не сомневался, будущую «жертву».

Наташа перевела на него взгляд. Он был таким, как будто она только что узнала, что едет в лифте на 99-й этаж вместе с маньяком, вооружённым бензопилой. Она даже не попыталась изменить той бесстыжей позы, в которой находилась. А ведь ещё вчера сидеть в таком виде перед едва знакомым мужчиной было для неё немыслимым…

От всего пережитого у неё пересохло в горле, и Наташа, судорожно сглотнув, облизала пересохшие губы. Алексей нажал кнопку на телефоне. «Да, Мастер» – послышалось из аппарата.

– Оксана, принеси мне холодный чай, а нашей гостье минеральной воды, и побыстрее! – скомандовал он.

«Да, Мастер, одну секунду» – ответил голос секретарши, и связь прервалась.

Дверь в кабинет распахнулась и в него вошла Оксана, неся в руках поднос с напитками. Помимо белой блузки, на которую Наташа обратила внимание при входе, на секретарше были чёрная мини-юбка, тонкие прозрачные чулки и чёрные туфли на высоком каблуке. То, что на девушке были именно чулки, Наташа поняла, увидев их кружевной край, выступавший чуть ниже того места, где мини-юбка заканчивала прикрывать ноги. Подойдя к столу, девушка поставила поднос на стол. Алексей взял с подноса бокал с зелёным чаем, лишь после этого Оксана поднесла минералку Наташе. Затем выпрямилась, повернулась к столу и встала в ожидании дальнейших приказаний. Наташа выпила всё залпом, и, не зная, что делать с бокалом, поставила его на край стола.

– Что, уже лучше? – поинтересовался Алексей.

Наташа утвердительно кивнула.

– Опять ты не ответили. Учить тебя и учить ещё… Хорошо, продолжим. Тебе, наверное, хотелось бы посмотреть на «результат» «вживую», пообщаться с настоящей рабыней, ведь так?

– Да… – неуверенно произнесла Наташа.

– Тогда посмотри внимательно на Оксану, а затем на экран.

Наташа подняла глаза на секретаршу, потом перевела взгляд на экран телевизора, где была всё та же картинка с прикованной девушкой. Внимательно вглядевшись в лицо девушки, Наташа поразилась: этот была Оксана. Наташа резко повернула голову и посмотрела на секретаршу. Та невозмутимо стояла и слегка улыбалась, ловя на себе изумлённый взгляд «новенькой».

– Да, да, это она – прервал затянувшееся молчание Алексей. – Думаешь, всё её тело покрыто рубцами от плети? Оксана – обратился он к секретарше, – подойди к столику, сними блузку и лифчик и возвращайся к нам.

Оксана подошла к столику, на котором лежали вещи Наташи, повернулась к присутствующим лицом и стала расстёгивать пуговицы на блузке. Расстегнув последнюю, она вытащила её концы из юбки, сняла и положила на столик. Затем спустила лямки небольшого белого лифчика с плеч, завела руки за спину и расстегнула застёжку. Белоснежный лифчик лёг на стол поверх её блузки. Оксана подошла обратно к столу. У неё была чистая, ровная кожа. Следов от плети не было, но Наташа обратила внимание на пирсинг в виде колец в каждом соске.

– Теперь протяни Наташе руку, пусть посмотрит на следы от кандалов.

Наташа посмотрела на протянутую руку и увидела запястье едва заметные следы от потёртостей

– И заметь – продолжал Алексей, – в последний раз Оксану приковывали к столбу в позапрошлое воскресенье, то есть двенадцать дней назад. Кстати, слово «последний» я сказал не случайно, всего за три года это с ней делали восемь раз. Ведь так? – он посмотрел на секретаршу.

– Девять, мастер – чуть смутившись, ответила Оксана.

– Тем более. Кстати, покажи нам ещё и свои ножки, чтобы у Наташи отпали всякие сомнения – приказал Алексей.

Полуобнажённая Оксана вновь направилась к столику. Опять повернувшись лицом, она выступила из каждой туфли. Затем, положив обе ладони на правое бедро, чуть приподняла юбку. Взявшись за ажурную резинку чулка, плавно спустила его вниз и сняла с ноги. После этого, проделав то же с другим чулком, Оксана вновь подошла к Наташе. Теперь на ней была только мини-юбка.

– Поднеси ногу поближе, чтобы Наташа могла всё разглядеть.

Сделав ещё один шаг, Оксана оказалась вплотную к сидящей Наташе. Она подняла правую ногу, и, согнув её в колене, поставила прямо на бедро растерявшейся гостье. Наташа вздрогнула от неожиданности и чуть не сползла вглубь кресла, но вовремя схватилась за подлокотник. Справившись со смущением и восстановив равновесие, Наташа начала разглядывать ступню у себя на бедре. Недалеко от выступающей кости, на лодыжке были такие же еле заметные следы от кандалов.

– Вот видишь, она спокойно ходит на каблуках, а пальцами рук печатает на компьютере. Спасибо, Оксана, можешь идти – обратился Алексей к секретарше. – Оденешься у себя. И подготовь договор на участие в завтрашнем шоу для нашей гостьи.

– Простите, Мастер, в однодневном или двухдневном? – спросила Оксана. Она уже спустила ногу с Наташиного бедра и стояла пред столом.

– Однодневном. Пока… – загадочным голосом протянул Анатолий и перевёл взгляд на Наташу.

– Оксана с нами уже три года – продолжал он. – Обычная история: закончила педагогический в глубинке, приехала в Москву. По специальности не устроилась, работала в ночном клубе официанткой. Обслуживала одну из наших закрытых «тематических» вечеринок и после Шоу подошла и спросила, как можно к нам «устроиться». Так я правильно понял, что ты согласна участвовать? – Алексей резко вернулся к причине Наташиного визита.

– Я… – Наташа замялась – Я ещё не уверена…

– Да, забыл отметить ещё одну важную деталь. С тобой может быть сопровождающий. Это делается для спокойствия рабыни во время Шоу, к тому же надо же будет тебя кому-то одеть. Сама ты вряд ли сможешь…Если это будет женщина или девушка от 18 до 45, получишь 500 баксов сверх.

На самом деле Алексей лукавил: сопровождающий (а лучше – сопровождающая) нужен был для создания соответствующей обстановки на площадке. Ведь ни одна актриса не смогла бы сыграть тревогу и сострадание, которые испытывают близкие люди, видя, как их матери, дочери, сёстры или подруги терпят пытки и унижения, мучаются и страдают.

– С утра ты ничего не должна есть, на тебе не должно быть никаких украшений. – Алексей продолжал так, будто Наташа уже дала согласие. – Если есть пирсинг, сними. Ни у тебя, ни у сопровождающей не должно быть с собой никакой снимающей техники, даже телефонов. Завтра в шесть утра ты должна ждать звонка на мобильный, с тобой свяжутся и скажут, у какой станции метро вас будет ждать фургон зелёного цвета с надписью «Киносъёмочная». Нужно будет подойти к двери, постучать три раза и спросить: «Вам массовка не нужна?» Дальше следовать указаниям нашего человека. Опоздаете на десять минут – фургона не будет, а ты будешь должна нам уже пять тысяч. Всё понятно? – закончил свой монолог Алексей.

Наташа уже настолько пришла в себя, что осмелилась задать вопрос:

– В рекламе было написано «от 2500 долларов». А можно ли получить больше?

– Ха, ты начинаешь мне нравиться! – Алексей наклонился вперёд и положил руки на стол, жадно потирая ладони. – Мы проводим много различных шоу, но я не уверен, что тебя сходу можно в них допускать. Почти все они связаны с… – он сделал паузу – …сексом.

Произнося это слово, он внимательно всматривался в Наташу, ловя перемены в её поведении. Но она только судорожно сглотнула.

– Например – продолжил он, – есть двухдневное аналогичное ШОУ. Программа второго дня почти такая же, какая будет у тебя завтра, а вот в первый день… – он многозначительно затянул паузу. – В первый день рабынь пытают и трахают самыми изощрёнными способами. Участие в таком шоу оценивается уже в пять тысяч.

Внезапно раздался звонок. Алексей нажал кнопку селектора.

– Мастер – зазвучал в аппарате голос Оксаны, – контракты готовы.

– Неси сюда! – скомандовал Алексей и посмотрел на часы – было начало восьмого.

«Надо же, быстро управились, я думал, будет хуже…»

В кабинет вошла секретарша, одетая аккуратно, как ни в чём не бывало. Подойдя к столу, она положила папку с бумагами на стол перед мастером.

– Свободна – произнёс Алексей, не отрывая глаз от бумаг. Оксана удалилась, а Алексей, бегло просмотрев, швырнул их на стол в направлении Наташи.

– На, подпиши на каждой странице внизу, а на последней ещё в середине – сказал он и, откинувшись в кресле, потянулся с ощущением выполненного долга.

– Могу я вначале ознакомиться с содержимым? – неожиданно спросила Наташа.

Она уже совсем оправилась от смущения, и в ней заговорили профессиональные навыки банковской служащей.

Алексей с удивлением посмотрел на неё. «Да, с ней надо пожёстче…» – и, снова принял суровый вид, как в начале беседы. Не спуская глаз с Наташи, он встал из-за стола, обошёл его, и, подойдя к ней, взял за подбородок, чуть приподнял и посмотрел в глаза.

– У тебя 10 минут – холодным металлическим голосом произнёс он и вышел из кабинета.

В приёмной, увидев мастера, Оксана сразу же подскочила, повернулась к нему лицом и опустила глаза.

– Дура! Идиотка! Бестолочь! – заорал на неё Алексей.

Секретарша стояла, ни жива, ни мертва, поняв, что в чём-то провинилась и наказание неизбежно.

– Из-за тебя я тут до сих пор сижу! А уже восьмой час!– продолжал кричать Алексей. – А ну быстро раздвинула ноги и встала раком! – направляясь к ней, скомандовал он.

«Фуух, ну это ещё ладно, может, обойдётся…» – промелькнуло в голове у Оксаны. Мастер часто таким образом выплёскивал на ней свою злобу. И не мудрено, когда весь день перед тобой мелькают обнажённые женские тела, и не все из них можно трахать… Так что для неё это было частью «служебных обязанностей». Оксана привычно повернулась лицом к столу, широко расставила ноги, наклонилась и легла, вытянув вперёд чуть согнутые в локтях руки. Алексей подошёл к ней, расстегнул ей «молнию» на юбке, которую следом задрал вверх. Его взору открылась знакомая, но от этого не менее «прелестная» картина. Как профессиональная рабыня, Оксана не носила трусиков. Через её половые губы, а также клитор были продеты кольца, используемые при пытках. Помимо этого, к одному из колец на короткой цепочке был прикреплён жетон, наподобие армейского, содержащий информацию об именах рабыни и её хозяина, а также другая контактный информация.

Немудрено, что, увидев всё это «великолепие», Алесей мгновенно почувствовал сильнейшее возбуждение. Расстегнув ширинку и достав успевший «встать» член, он прильнул к ягодицам секретарши и через мгновение вошёл в неё.

– Ооох!.. – вырвалось из Оксаны.

Член вошёл «насухую», на всю глубину влагалища. Ощущения были не из приятных. К тому же Мастер начал с ожесточением ритмично трахать её, больно прижав ляжки к острому краю стола. С него полетели подставка с ручками, какие-то бумаги… К счастью, Алексей был сильно перевозбуждён и быстро излился в неё. Отстранившись от продолжавшей стоять раком секретарши, он плюхнулся на диван, и, тяжело дыша, застегнул ширинку.

– Так… Повернись ко мне… На колени… – переводя дыхание, скомандовал мастер.

Оксана опустилась на колени и стояла, как и положено рабыне, опустив глаза.

– Сейчас ты позвонишь Светлане и скажешь, что с завтрашнего дня она будет здесь работать вместо тебя – уже твёрдым голосом произнёс Алексей. – А сама завтра с утра поедешь в загородный дом Магистра Юрия…

«Нет! Только не туда!» – пронеслось в голове Оксаны. – «После прошлого раза я неделю ходить нормально не могла…»

– Мастер, прошу вас, не надо – не поднимая головы, взмолилась секретарша, – окажите мне милость, накажите меня сами…

– Твоя лесть тебе не поможет – Поднявшись с дивана и направляясь к двери кабинета, мастер явно не собирался менять решения. – Хотя… Если ты просишь, на неделе, когда разргребусь с делами, я лично заеду к Магистру и всыплю тебе 30… нет, 40 плетей. Сегодня же позвоню ему. – И, глядя на стоящую на коленях и всхлипывающую секретаршу, добавил:

– И приберись! Через 15 минут я закрою офис – и с этими словами Мастер скрылся за дверью кабинета.

Наташа не знала, ЧТО происходит за дверью в приёмной. Она пыталась «объять необъятное» и за 10 минут прочитать и осмыслить всё, что было написано средним и мелким шрифтом на восьми листах договора. Многие термины были её непонятны, к тому же она путалась в многочисленных ссылках и сокращениях. «Чёрт, да тут и за полдня не разберёшься» – со злостью думала она. Поэтому, когда Алексей вернулся, она была только на середине второй страницы. Искоса взглянув на неё, он отметил, что сейчас она стала ещё больше походить на девочку-школьницу, которая не успела решить задачу до звонка. Поняв, что она уже почти согласна, и нужно лишь переступить через последнюю черту, за которой не будет возврата, он, не произнося ни слова, подошёл к небольшому сейфу, неприметно стоящему в глубине кабинета. Открыв его и немного порывшись в содержимом, он вынул деньги, и, закрыв сейф, подошёл к столу и молча положил перед Наташей перетянутые резинкой стодолларовые купюры. «Как на работе» – пронеслось у неё в голове, – «выдача аванса в начале дня…»

– Ну что, прочла, подписала? – в вопросе чувствовалась издёвка.

– Ещё неееет… – неуверенно протянула Наташа. – Здесь слишком многое…

Он прервал её:

– Так! Слушай меня внимательно. Я и так потратил на тебя лишних два часа своего времени. Либо ты подписываешь, либо убираешься к чёртовой матери! Но учти: обратно тебя никто не пустит…Никогда! – произнеся резко последнее слово, он взял Наташу за подбородок и посмотрел прямо в глаза своим «прожигающим насквозь» взглядом.

Она вновь не выдержала этого пронзительного взгляда и опустила глаза: перед ней лежало решение всех её проблем, то, ради чего она сюда и приехала – ДЕНЬГИ. «Если возьму, то обратной дороги не будет… Соглашаться или нет… Сейчас или никогда…» Несмотря на давление со стороны Мастера и свою неуверенность, Наташа всё же ясно осознавала все последствия. «Будь, что будет» – решила она. – «Это единственный выход для меня… Для нас…» Тут она впервые с того момента, как приняла решение послать заявку, вспомнила о Толе. «Я ему всё объясню, потом… Он меня поймёт, обязательно поймёт…»

Сделав решительный выдох, она взяла со стола ручку, и быстро проставила на всех страницах свою подпись. Затем взяла со стола подписанные бумаги и, не поднимая глаз, протянула их Алексею.

– Ну вот, давно бы так, – с нескрываемым чувством облегчения произнёс он.

Взяв из её рук бумаги и обойдя стол, он уселся в своё кресло. Взяв из стильной подставки красивую золочёную ручку, Алексей сам быстро поставил подпись слева от Наташиной. Покончив с этим, один экземпляр он швырнул на стол в её направлении:

– Можешь забрать себе. Видишь, у нас всё по-честному. Дома дочитаешь, всё равно ведь сегодня не заснёшь – и он хитро взглянул на смотрящую на него исподлобья испуганную Наташу.

– Ну, всё. Одевайся и выметайся отсюда – он был нарочито груб. – Я в туалет. Чтобы когда я вернулся через три минуты, тебя здесь не было.

С этими слова Мастер Алексей встал и направился к двери.

– Да, кстати – он обернулся. – В конце Шоу твоей сопровождающей передадут конверт. В нём будет много важного, в том числе и твой больничный для работы.

И он вышел из кабинета. Ещё несколько секунд Наташа сидела в оцепенении, всё ещё не веря, что на сегодня «всё закончилось». Потом она резко вскочила, схватила со стола деньги и договор, и подбежала к столику со своими вещами. Быстро одевшись, она аккуратно уложила на дно сумочки деньги. «Ещё не хватало, чтобы у меня их спёрли» – подумала она. – Ведь они мне с таким трудом достались… Достанутся…» – поправила она себя, вспомнив о том, что ей предстоит пережить завтра. От нахлынувшего чувства РЕАЛЬНОГО СТРАХА в животе начались спазмы, а всё тело покрылось «гусиной кожей». Взяв себя в руки, она застегнула молнию сумочки и вышла из кабинета.

В приёмной секретарша подняла на неё голову и срывающимся всхлипывающим голосом произнесла:

– Всего д-доброго…

– До свиданья – произнесла Наташа.

Несмотря на всё перенесённое, она обратила внимание, что глаза у Оксаны были заплаканными. По-видимому, она была чем-то сильно расстроена. «Интересно, что могло случиться…» – подумала Наташа. Но, выйдя за порог офиса, она моментально забыла про секретаршу. Было уже половина восьмого, а до завтрашнего утра нужно было ещё столько успеть сделать…

Глава 5. Ночь накануне

По пути домой Наташа решила прежде всего привести в порядок свои мысли. Для начала она запретила себе думать о всяких плетях, столбах, кандалах и тому подобное. Нужно было решить вопрос с сопровождающим. Это должен был быть человек близкий, который адекватно мог бы воспринять увиденное и не проболтаться остальным. Перебрав всех родных и знакомых, Наташа остановилась на трёх кандидатурах. Это был её муж, родная сестра Полина и Ольга, подруга, с которой они вместе работали.

Анатолия она отбросила почти сразу. «Расскажи я ему всё» – думала Наташа, – «и он ни за что меня не отпустит, а сам с отчаяния или из чувства вины, что толкнул жену на ТАКОЕ, ещё наделает каких-нибудь «глупостей», так, что будет ещё хуже». Подумав ещё, кандидатуру сестры она тоже отвергла. Их дочери сейчас были вместе на даче, а Полина недавно вновь сошлась с мужем, так что сейчас у них был второй «медовый» месяц. «Нельзя её сейчас так тревожить» – решила Наташа, – «у неё сейчас только-только начало налаживаться в жизни, а тут ТАКОЕ…» Пришлось остановиться на кандидатуре Ольги. Вообще-то она была та ещё болтушка, но уж наверняка не откажется: все на работе знали про её озабоченность в вопросах секса, причём её интересовало ВСЁ, и хотя весь «опыт» в этих вопросах, был, скорее всего, простым трёпом, поучаствовать в чём-то «таком» в качестве зрителя она точно согласится. «Только ночевать сегодня надо у неё. Обязательно!» – в заключении решила Наташа.

Погружённая в эти раздумья, она чуть не проехала свою остановку. Выйдя из метро, по пути домой стала обдумывать следующую проблему: что соврать мужу. Нет, конечно, он доверял ей полностью, но всё же история должна была быть правдоподобной. Наташа была сообразительной, много читала и смотрела мелодрамы, и уже на подходе к дому история про девичник со школьной подругой была придумана. Так что, придя домой, ей оставалось только собраться и позвонить Толе.

Зайдя в квартиру и посмотрев на часы, Наташа поняла, что действовать надо быстро: через полчаса муж должен был вернуться с работы. Первым делом она выложила из сумочки и убрала в надёжное место доллары. Поняв, что принять душ и переодеться она не успеет, решила взять с собой бельё и сменную верхнюю одежду, и приводить себя в порядок уже дома у Ольги. Лифчик и трусы решила взять самые простые хлопковые, белого цвета. Немного подумав, во что её легче всего будет одеть после пыток, с кровоточащими ранами по всему телу, и что потом не жалко будет выбросить, она достала из шкафа старое платье в цветочек с пуговицами спереди. Затем она вынула серёжки из ушей и сняла обручальное кольцо, а также, расстегнув на шее цепочку, сняла крестик и кулон. Деньги с собой Наташа решила не брать, только на проезд в метро и на маршрутке. Подумав и вспомнив слова Мастера, что спать этой ночью она всё равно не будет, она положила на дно пакета контракт. Кинув в него ещё и мобильник, она с тревогой посмотрела на часы. Толя должен был уже вот-вот приехать. Подойдя к окну, она с ужасом увидела, как он паркует машину у подъезда. Быстро схватив пакет, Наташа пулей вылетела из двери, громко захлопнув её, и сбежала на один этаж вниз. Через минуту она услышала шум открывающихся на этаже дверей лифта, а затем звук открываемой ключом квартиры. Толя зашел внутрь. Спустившись вниз и выйдя из подъезда, Наташа прошла вдоль дома у цоколя так, чтобы её не было видно из окон квартиры, и выбежала на улицу останавливать маршрутку. Уже сев в неё, немного успокоившись, она решила позвонить мужу.

– Толюша, привет, как дела? Как прошёл день? – она старалась говорить обычным весёлым голоском.

Выслушав обычный отчёт за день, она продолжила:

– Слушай, Толюш, тут такое дело… В общем, мне позвонила школьная подруга Нина. Она, наконец, замуж собралась, свадьба через неделю. Ну, она решила девичник устроить, заказала столик в ресторане в одном из загородных домов отдыха, пригласила подруг, сотрудниц с работы. И ты представляешь, почти все отказались: кто в отпуск, у кого дача, дети… В общем, чтобы спасти положение, она стала звонить всем подряд, чьи телефоны нашла. Жалко её, я и согласилась. Она так обрадовалась, и ещё просила, чтобы я с собой кого-нибудь взяла. Так вот, я весь день пробегала за подарком, а теперь еду к Ольге. У неё и переночую, а завтра вместе с ней с утра и поедем. Так что не скучай, буду завтра поздно вечером.

– Мы же завтра в «Ашан» собирались? – удивлённо спросил Анатолий.

По его интонации Наташа поняла, что план сработал, и она продолжила:

– Съезди сам, пожалуйста. Купишь продуктов на неделю. Ну, всё как обычно. Только соков и йогуртов купи побольше, а то в прошлый раз девочкам на даче не хватило. Ну, всё, пока, если что, звони, целую – Наташа нажала «отбой» и стала звонить Ольге.

Та как раз должна была прийти с работы.

– Привет. У тебя планы на завтра есть? – с ходу выпалила Наташа

– Да, мы на озеро с соседями по даче собрались. Хотите с Толей присоединиться? И вообще, где ты была весь день, я тебе дозвониться не могла? – привычно заверещала Ольга.

– Отменяй всё, ты мне нужна на завтра – перебила её Наташа.

– Как отменять? Я уже шашлык купила… Да что случилось-то?

– Потом объясню. Просто есть одно дело… В общем, ты мне завтра очень, очень нужна! Только ты можешь мне помочь… – говоря это, Наташа уже выходила из маршрутки у метро.

– Что-нибудь личное, а? – не унималась Ольга.

Она уже «зацепилась» и не хотела прерывать разговор, не выяснив, что могло случиться с главной «тихоней» в их офисе.

– Приеду – расскажу. Да, кстати, я сегодня у тебя переночую, ладно? – почти крикнула Наташа.

Она уже спустилась в подземку и сквозь шум подъезжающего поезда плохо слышала Ольгу.

– Конечно. Ты что, с Толей поругалась? А…

«Всё, хватит» – решила Наташа и отключила мобильный.

В метро Наташа поняла, что умирает от жажды, так что, выйдя из станции, сразу же купила себе в палатке бутылку минералки и почти залпом её выпила. Поняв, что этого мало, вернулась и купила вторую.

Всю дорогу по пути к Ольге она думала уже о «технических» вопросах: «когда меня будут сечь плетью, лучше начать кричать сразу или сначала терпеть» или «а я не умру у столба от болевого шока», или «как я доберусь обратно, ведь я не смогу идти», или… И так далее, и тому подобное. «Всё, стоп. Хватит. У Ольги есть Интернет – там всё и узнаю. Вся ночь впереди…»

Так что, когда она звонила в дверь квартиры, где жила её подруга, она уже имела чёткий план действий. Ольга открыла ей дверь, не спрашивая. На ней были только лифчик чёрного цвета и коротенькие джинсовые шортики. Наташа обалдела, увидев её в таком виде:

– Ну, ты даёшь, подруга. Открываешь в одном лифчике, не спрашивая…

– Привет – Ольга ничуть не смутилась, пропуская Наташу в квартиру. – Подумаешь… Я так даже мусор выхожу выносить. А кого мне стесняться, соседа что ли? Что он меня, в лифчике не видел? – она была в своём «репертуаре», ведь затронули её «любимую» тему.

– Ладно, ладно, рассказывай… – Наташа пыталась казаться беспечной. – Сергей дома?

Ольга была замужем уже 17 лет, хотя самой её было всего-то 37. Сергей, муж Ольги, любил её ещё с детства и терпел все её капризы и выходки.

– Да, на кухне, ужин готовит – обыденным голоском пропела Ольга. – Есть хочешь?

Наташа вспомнила, что она уже восемь часов ничего не ела, но из-за пережитого и ещё больше из-за предстоящего есть ей совсем не хотелось. Отрицательно мотнув головой, она спросила:

– Слушай, можно твою ванну занять? А то я вся в мыле…

– Конечно, что ты спрашиваешь. Чувствуй себя, как дома. Сейчас полотенце принесу – она скрылась в комнате.

Оттуда донёсся её голос:

– Так что у тебя всё-таки случилось? Твой Толя уже три раза звонил, спрашивал, на какую вечеринку мы с тобой завтра идём, почему у тебя мобильный не отвечает, а я, как дура, не знала, что ответить? – Ольга вернулась, неся большое полотенце.

– Всё после душа, ладно? – Наташа направилась в сторону ванной – А ты что мужа не кормишь?

– Он у меня большой мальчик, сам прокормится, не то, что твой Толик. Правда, Серёж? – крикнула Ольга.

Из кухни выглянул Сергей. На нём был передник поверх рубашки, в руке он держал сковородку с чем-то дымящимся. Увидев Наташу, он удивлённо поднял брови:

– О, Наташ, привет. Ты что так поздно?

– Жить у вас буду. Угол сдадите? – её уже стали раздражать все эти расспросы, и, сопровождаемая удивлённым взглядом Сергея, она проследовала в ванную.

Ольга, в отличие от Наташи, предпочитала сладкие ароматы, поэтому на полочке в ванной стояло множество шампуней с экстрактами клубники, дыни, малины, ванили и т.п.

Делать было нечего, и пришлось пользоваться тем, что есть. «Чёрт, теперь буду пахнуть, как дешёвая карамелька» – подумала Наташа, вылезая из ванны. Но тут перед ней встала другая дилемма: одеть потное и липкое, пусть даже дорогое бельё, она не хотела, и в то же время изменять привычке с утра надевать чистые трусы она не собиралась, несмотря на обстоятельства. С собой из дома она взяла только один комплект белья, поэтому, подумав, она решила, что просто завернётся в полотенце и в таком виде, проскочив в комнату, просидит до утра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.