Анна Смоленкова
Девчонка из девяностых

Девчонка из девяностых

Предисловие

Когда-то давным-давно меня угораздило попасть на прием к психологу, и она попросила записать все ужастики, которые мне снятся, чтобы поработать с моими страхами. Я, как исполнительный и ответственный человек, честно накатала большой список. Так вот, оказалось, что во главе этого списка (наравне с маньяками) у меня стоит сон, в котором мне предстоит либо сдавать экзамен, либо защищать диплом, причем узнаю я об этом, естественно, в последний момент. Просыпаюсь в холодном поту и с проклятиями в свой адрес. Ни разу мне не снилось, например, что я испортила деталь ракеты или самолета и меня вызывает начальник на ковер и лишает премии или увольняет по причине профнепригодности, зато дипломы и экзамены издеваются надо мной по ночам с завидной регулярностью и по сей день.

Самый крутой вариант сна, когда я – это сегодняшняя я. И вот мне 42 года, я работаю технологом, у меня дети, школа, уроки, борщи, собака, и тут вдруг кто-то звонит и говорит: «Ты что не знала, что завтра экзамен по Станочному оборудованию?» И всему миру сразу конец. «Боже! Я не знала! Как я могла забыть?! Надо срочно бежать к Верке за лекциями». А когда я сидела в декрете, то мой непокорный мозг заставлял ночами бродить по коридорам Станкина с грудными детьми на руках в абсолютной беспомощности.

Я подумала о том, что, если эти воспоминания до сих пор вызывают такой эмоциональный отклик в моей душе, то не попробовать ли поделиться с ними со своими друзьями в письменной форме. Я написала пробный рассказ и с опаской выложила на своей странице в интернете. Но я зря переживала: мои друзья так вдохновили меня, что я стала писать главу за главой. Я не ожидала, что в итоге получится целая повесть о студенческой юности.

Встречайте мою маленькую героиню Юльку – покорительницу технических вершин.

Юлька – литературный образ. Да, похожий на меня, но я сделала ее более чистой и наивной. Некоторые эпизоды утрировала, сделала более смешными или более грустными, а некоторые – даже изменила в пользу созданного образа. Поэтому и повествование ведется от третьего лица, чтобы было проще манипулировать фактами. Кстати, это жонглирование прошлым страшно мне понравилось. При всем при этом, думаю, мне удалось не только отразить атмосферу девяностых, но и раскрыть образ девочки в «розовых очках» из крошечного закрытого военного городка.

Глава 1

Стакан наполовину полон или пуст?

С трудом можно представить себе ту беспечность, с которой Юлька подошла к выбору своей будущей профессии. Отличница, медалистка, прекрасно пишущая сочинения и играющая на пианино, увлекающаяся чтением классики, поступила… в Станко-инструментальный институт. Оправдать такое нелогичное стечение обстоятельств в ее жизни может только… Как думаете, что? Ну, конечно, любовь, причем безответная, и, как следствие, полное равнодушие к собственному будущему. 11 класс прошел, как в тумане. Юлька валялась на диване в тоске от неразделенной любви, а уроки зубрила на автомате. Каким-то чудом закончила школу с медалью и поступила в институт. Нельзя сказать, что она возродилась прямо как птица Феникс, но смена обстановки была как нельзя кстати. Первый курс закружил заботами, новыми знакомствами, самостоятельной общажной жизнью.

Вуз был технический, и все это было крайне сложно для Юлькиной тонкой гуманитарной души. Это был новый мир, абсолютно не похожий на школу. Юлька ходила с вытаращенными глазами и не понимала, как народ ориентируется в этом новом статусе.

За граненую форму главного корпуса студенты прозвали институт Стаканом. Аудитории находились в настоящих сказочных лабиринтах. Больше всего она боялась заблудиться в этом страшном королевстве станков, поэтому сразу же прилепилась к Верке, одногруппнице и однообщажнице в одном лице. В названиях специализированных предметов она не узнавала ни одного знакомого слова, от слов «резец» и «фреза» ей хотелось плакать, что она и делала тайно по ночам. Она реально чувствовала себя худшей овцой в студенческом стаде, и если бы не соседки по общаге, то забрала бы документы в первый же месяц.

А между прочим, Юлька поступала на факультет Музеологии в Историко-архивный институт, но провалила историю. В Стакан поступить было проще, но как потом учиться, она не подумала. Предположить, что бывают вот такие страшные предметы, как «Гидропневмоавтоматика» или «Электромеханические и мехатронные системы», она просто не могла. Выросшая за забором военного городка, она и заводов-то никогда не видела!

В течение первых месяцев она обнаружила, что находится в таком положении не одна: почти все первокурсники (по крайней мере, те, которые жили в общаге) оказались здесь волею случая, а не по велению сердца, но в отличие от Юльки не бились в истерике, а спокойно учились жить в новом техническом мире, да еще и помогали отстающим. Единственным исключением, которое вычислила Юлька, оказалась ее соседка. Она решила пойти по технологическим стопам своих родителей, которые познакомились в Стакане, жили в этой же общаге и поженились 20 лет назад. Юлька смотрела на нее с восхищением, как на космонавта.

Таким образом, в общаге томились люди высокого полета души: нереализовавшиеся психологи, юристы, переводчики, журналисты и прочие люди гуманитарных профессий, недобравшие долей балла до профессии своей мечты, но упавшие в распростертые объятья технологического факультета самого что ни на есть машиностроительного производства.

Итак, общага! О! Как много в этом слове! Это была еще одна грань нового мира, обрушившегося на Юльку.

Наблюдая за соседями по комнате и по этажу, выросшая в тепличных условиях Юлька поражалась до глубины души, насколько разными могут быть люди. Столько ярких персонажей мелькало ежедневно у нее перед глазами – просто находка для писателя. Учились самостоятельной жизни весело и дружно. Самое главное – Юлька начала общаться с мужским полом без подтекста, без всяких намеков, просто дружить в компании. Это было непривычно и непонятно, но скоро стало самым обычным делом. Можно было, например, завалиться в мужскую комнату, если было скучно, и просто поболтать, можно было играть в карты и слушать музыку. Юлька перестала бояться представителей мужского пола и наконец-то расслабилась.

А вот по поводу общажных девчонок стоить рассказать отдельно. Перед вселением Юлькино воображение рисовало страшные картины о курящих и пьющих монстрах, которые дебоширят с утра до ночи или, того хуже, с ночи до утра, ведь на дворе стоял 97-й год. Однако вопреки ужасным предположениям девчонки оказались хорошими, а с течением времени – даже классными. Юлька с облегчением вздохнула, когда поняла, что никто не курит, и все без исключения приехали сюда учиться! И не просто учиться, а учиться хорошо и отлично, чего Юльке в первое время никак не удавалось.

Очень показательна следующая история, произошедшая где-то в октябре. Юлька валялась на кровати и плакала: тихонько глотала слезы от беспомощности перед начертательной геометрией. Сокращенно ее называли начерталкой. Это такой предмет, который представлял собой гибрид геометрии и черчения. Сейчас будет необходимое техническое отступление – потерпите. Домашка по начерталке заключалась в том, что каждому студенту выдавалась индивидуальная фигура (параллелепипед, конус, пирамида, что там еще бывает?), у которой для усложнения жизни первокурсника (для чего ж еще?) в разных местах были отрезаны какие-то части (снаружи или внутри). Затем преподавательница брала линейку и карандаш и в произвольном месте по ее настроению проводила линию – плоскость, рассекающую фигуру. Это делалось для того, чтобы невозможно было списать подобную домашку у второкурсников. Необходимо было не только понять, какая плоскость получится в месте рассечения, но и изобразить этот кошмар в трех проекциях.

Юлька лежала на кровати и пыталась убедить себя в том, что она не трепетная тургеневская девушка, а будущий инженер, но при всем старании ничего не получалось, потому что у этого будущего технолога по закону подлости напрочь отсутствовало пространственное воображение.

Вторая соседка по комнате, Натаха (первая, как мы помним, «космонавтка»), в это время чистила картошку на ужин. Натаха была очень общительная девчонка самых широких взглядов, которая поступила в Стакан вслед за своим парнем. За счет своей эрудиции секла все технические предметы на отлично, при этом хорошо ориентировалась в литературе и философии. Картошку она чистила потому, что давно уже сделала всю свою домашку и за себя, и «за того парня».

– Ну что, Юль, заскучала? Домой что ли хочешь? – спросила она.

Юлька шмыгнула носом и прогудела:

– Домашку по начерталке не могу сделать.

– Там же фигня.

– Кому – фигня, а кому – нет.

– Тебе какая фигура досталась?

– Усеченная пирамида с отверстием, блин… Слушай, Наташ, я весь год историю готовила. Мне ваша геометрия… – и показала ребром по горлу. – Знаешь, я, наверное, документы заберу и домой уеду.

– Ты что так быстро сдаешься? Чего расквасилась? Подумаешь – начерталка. Давай показывай, что у тебя там.

Юлька заскрипела старыми пружинами, нехотя вывалилась из кровати и зашуршала миллиметровкой. Натаха минуту рассматривала фигуру, потом радостно вскрикнула:

– Погоди, я тебе сейчас покажу, – взяла нож и начала вырезать пирамиду из картошки! Затем примерно прикинула наклон рассекающей плоскости и рубанула ножом.

– Бери, срисовывай.

– Натаха, ты гений. Спасибо! – не веря в чудо, сказала Юлька.

– Просто я все детство провела с папой в гараже, – гордо заявила «гения» Натаха.

Кстати, на третьем курсе все убедились в достоверности ее слов, когда она вышла чуть ли не на серийное черчение коробок скоростей, зарабатывая на курсовиках по «Деталям машин».

***

Сегодняшняя Юлька усмехнулась. Современный уровень прогресса дошел до того, что даже такие тургеневские девушки, как она, могут с комфортом работать технологами. Ведь теперь не нужно представлять сложнейшие детали и сборки в уме, как учили в Стакане. Открываешь трехмерную модель … и вуаля!

Более того, больше не надо ходить с тубусами и чертить руками! Есть отличные программы, в которых можно нарисовать любой эскиз. Такое ощущение, что прогресс специально ходит по пятам за Юлькой, чтобы она не думала о побеге из технологов, как в Стакане на первом курсе.

Глава 2

Станки

И если бы только начерталка. Испытания для изнеженной Юлькиной души происходили ежедневно.

Изучив первого сентября расписание занятий, студенты технологического факультета задержали взгляд на вторнике. Там значилось: производственная практика в СУПЦ. Целый день. У Юльки закрались неприятные предчувствия, которые оправдались буквально через неделю. В Стакане не ждали лета, чтобы показать студентам кузькину мать, т.е. реальное производство, а сразу предлагали вчерашним школьникам "сойти с корабля на бал" и самим поучаствовать в этом празднике рабочей жизни.

СУПЦ – студенческий учебно-производственный центр – представлял собой небольшой заводик с немногочисленным станочным парком, в котором трудились студенты в качестве рабочих нулевых разрядов. СУПЦ выполнял сразу две функции: знакомство непосредственно с работающими "монстрами" (станками), а также производство самых насущных предметов для института: стеллажей, парт, скамеек и прочей мебели. Все, что стояло в аудиториях, самими же студентами и было сделано. Практично!

СУПЦ находился не на территории института, а в производственном районе Москвы на шоссе с говорящим названием Фрезер среди настоящих заводов, что, конечно же, усиливало эффект причастности к чему-то большому и необъяснимому. Юлька вспомнила бойких девчонок в клетчатых рубашках и комбинезонах из черно-белых советских фильмов, весело поднимающих производственную мощь страны, и сникла. Все лето после поступления она лежала на пляже и листала Космополитен – Синди Кроуфорд, Клава Шиффер, красивая жизнь, обалденный аромат, струившийся со страниц журнала. А тут такая суровая правда жизни.

Первым делом толпу студентов-глупышей собрали для ознакомления с охраной труда. Все сидели и делали вид, что это все супер-прикольно, пацаны шутили и ржали, как кони. Юльку грела только одна мысль: тут есть девчонки, слава богу – не одна. В помещение вошел вполне себе молодой мужичок небольшого роста и представился матером Николаем Николаевичем. Ну что у людей так плохо с фантазией на семейные имена?

– Итак, здравствуйте, студенты-первокурсники! Здесь у вас будет проходить ваша первая ознакомительная практика. Поскольку большинству из вас еще не исполнилось 18 лет, по КЗОТу смена будет укороченной – с 08.00 до 14.00.

Юльке такое расписание совсем не показалось щадящим. С замиранием сердца она слушала дальше.

– Вы будете работать в основном на станках. Да. И мальчики, и девочки. Мы знаем, что вы не имеете опыта и рабочих разрядов – не беда. Работа будет самой элементарной.

Юлькино напряжение нарастало, а Ник-Ник (впоследствии его все звали только так) продолжал:

– Девочки будут работать на легком труде – в типографии или, например, на сверлильных и гибочных станках. У мальчиков будет работа потяжелее – с болгарками и на фрезерных станках. Все это нетрудно, только необходимо соблюдать технику безопасности, потому что даже самое простое оборудование не игрушки. Вот у нас, например, одна девушка отрубила себе руку на гибочном станке.

В комнате воцарилась гробовая тишина. Впечатлились даже пацаны. Юлькины мысли заметались, как бедные зверьки в клетке, и остальные напутствия по безопасному труду она уже не слышала, потому что в голове стучала только одна мысль: только не гибочный станок!!! И почему на эту машину смерти ставят девочек?!! Но этот вопрос наша мышь так и не успела задать, потому что всех уже отправили получать спецодежду.

Надев темно-синий рабочий халат, Юлька впервые попала в заводское царство. Вдохнув характерный запах машинного масла и жженого металла механического цеха, она ощутила, что попала вовсе не на бал, а как раз наоборот – сошла с бала на корабль, и что впереди ее ждут одни шторма… С тоской она вспомнила и любимые упражнения по русскому языку, и свое пианино, и свою кошку. Все это осталось в прошлом и теперь уже далеком городке ее детства.

Резкий голос мастера вывел ее из небытия: "Маслякова, Троценко – малый гибочный станок!" Случилось страшное. Мысли остановились, в глазах потемнело от страха. Юлька в очередной раз столкнулась с законом подлости вплотную: Верка попала в типографию, а Юлька – на машину, отрубающую руки! Немыслимая несправедливость! Но это было еще не все. Пока Юлька осознавала происходящее, Таня Троценко, которую ей назначили в напарницы, бойка сказала: "Я на пульте, ты подаешь детали!" – и весело подмигнула. Это значило, что именно Юлька должна запихивать свои руки в станок…

Поясним для тургеневских девушек, что представляет из себя гибочный станок. Представьте себе стену с закрытой дверью. А теперь переверните эту картинку на 90 градусов ручкой вниз. Вставляем деталь (лист металла) в щель между петлями двери, нажимаем на кнопку пульта, дверь открывается, т.е. поднимается вверх и гнет несчастный лист под углом 90 градусов. Вот эта щель "между петлями" и показалась Юльке воротами ада.

После небольшой инструкции девчонки приступили к работе.

Юлька должна была подавать металлические листы в станок, а Танька по Юлькиной команде должна жать на кнопки пульта. Дело нехитрое, довольно рутинное, но у Юльки после соответствующей психологической подготовки страшно тряслись руки, и она старалась касаться листа лишь кончиками пальцев, максимально отдалившись от "пожирающей пасти" станка.

Танька была страшная хохотунья. Ей не могли испортить настроение никто и ничто. Все у нее было легко, весело и нестрашно. Сквозь грохот станков Юлька пыталась уловить смысл ее шуток и честно старалась улыбаться. Танька поведала ей, что она очень любит вышивать. "Мулине – это круто!" – сказала она и своими длинными пальцами показала соответствующий этой крутизне знак. "Да что же мы тут тогда все делаем?! – возмущенно подумала Юлька сквозь слезы. – Может, все-таки надо было в учителя идти?" Но при мысли о ежедневном выступлении у доски, как на сцене, Юлька не совсем твердо, но решила, что лучше к монстрам-станкам, чем к монстрам-детям.

На весь период работы в цехе "мулине" стало их фирменным тайным словечком, которое служило чем-то вроде девчачьего пароля в этом сложном мужском техническом мире.

Вечером перед сном Юлька не могла прогнать из головы мысли о чужой отрубленной руке. Щупала свои целые пальцы и пыталась представить себя на месте той девчонки. "Господи, ведь тогда нельзя будет на пианино играть!" – бухало в голове. "А может, Ник-Ник тупо напугал? Может, врет он все? – Закралась слабая надежда. – А вдруг – нет?" С этой мыслью и заснула.

В следующий вторник Юлька поняла, что ей еще повезло, потому что, как говорится, все познается в сравнении. В этот раз она заметила, что неподалеку от их станка есть другой станок – большой гибочный. И он не просто большего размера, он более мощный, т.е. работает намного быстрее. Юлькин станок по сравнению с ним черепаха, а в том – надо было действительно работать максимально осторожно. "Наверное, на том станке все и случилось, не на моем," – с облегчением выдохнула Юлька.

Как известно, человек ко всему привыкает, и к опасности в том числе. Поэтому Юлька вскоре освоилась настолько, что даже запечатлелась на фото с Танькой и с их "подопечным". На память. Если бы в то время были соц.сети, то Юлькина фотка набрала много лайков от друзей и бывших одноклассников. Наверняка там были бы «смайлики» с выпученными от страха глазами от тех девочек, которые все-таки поступили в педагогический.

Юлька сфотилась по приколу, как с чем-то необычным вроде обезьяны, жирафа или динозавра. Откуда ей было знать, что станки вошли в ее жизнь не на 5 лет института, а на ближайшие 25 лет?

На фотке счастливые прототипы Юльки и Таньки, а монстра, к сожалению, видно плохо. Что ж поделать – мыльница девяностых не могла творить чудеса.

Глава 3

(в которой вроде и нет ничего интересного, но осуществляется плавный переход из учебной плоскости в романтическую)

Эта страшная, страшная, страшная информатика

Итак, благодаря соседской помощи позорное возвращение домой откладывалось, однако скоро наступил новый кризис. На этот раз это была информатика. Юлька никогда не видела компьютеров и даже не знала, как их включают (и как выключают тоже). Сейчас трудно это вообразить, но на лекциях на пальцах пытались объяснить работу на компе. Чертили кнопки на доске, чем путали бедных студентов еще больше. На семинарах был всего один компьютер, куда тыкал только преподаватель. Он представлялся Юльке чародеем и повелителем этих чудесных машин. «Достигнуть этого уровня невозможно», – удрученно думала она. Сегодня не только Юлька, но и ее сын-семиклассник ежедневно свободно выполняет подобные операции на компьютере, которые казались чудом в том далеком 97-м году.

Лабораторная по информатике повергла Юльку в шок. В первый момент показалось, что сделать ЭТО было невозможно ни при каком напряжении ума.

«Уеду домой сегодня же вечером. Надеюсь, деканат еще не закрыт, чтобы забрать документы?» – лихорадочно подумала Юлька. И если бы не случайные обстоятельства, то она бы так и сделала. На Юлькино счастье (или несчастье – это как посмотреть) в те бедные времена компов на всех студентов не хватало, лабу надо было делать на двоих. Так что, можно прилепиться к Верке, а она точно не даст себе пропасть. Оглядев аудиторию, Юлька поняла, что вся группа была в подобном состоянии, кроме Ильи – единственного суперсовременного человека, счастливого обладателя чудодейственной машины.

Юлька начала тихо нервно посмеиваться (была у нее такая дурацкая привычка в стрессовых ситуациях), чем страшно взбесила напряженную Верку, которая начала то краснеть, то белеть, осознав, что вся ответственность за результаты ложиться на нее.

– Прекрати смеяться, – шикнула Верка.

– Это я от страха, – проблеяла Юлька.

– Возьми себя в руки. Давай снова читать задание, – и Верка начала медленно чуть ли не по слогам читать словно в начальной школе. – Скопируйте файл такой-то из папки А в папку Б…

Товарищи читатели, смешно? Как такое задание могло ввести в каматоз двух отличниц-медалисток? А им было ни фига не смешно, потому что они впервые прикоснулись к клавиатуре компа.

Лаборант-старшекурсник сразу вычислил, какие лохи попали в его сеть, и предложил сделку втайне от препода. Купить лабы! Все были счастливы, и все были – за, ну, кроме Ильи, конечно.

Лаборант-бизнесмен оказался достаточно благородным: во-первых, цена была подходящая даже для Юлькиного тощего кошелька, а во-вторых, он предложил купить не оценки (ведь их ставит препод), а знания. План был простой: накануне лабы вся группа приходит в класс информатики, он на пальцах объясняет, как делать, все записывают в тетрадь и платят деньги. Все гениальное просто! И всем хорошо.

Таким образом, слезинка за слезинкой, ступенька за ступенькой, от домашки к домашке, от лабы до лабы Юлька домучила первый семестр не хуже других, а по истории вообще вышел автомат. В деканат она так и не дошла, домой не уехала.

Однако, несмотря на успешно сданную сессию, во втором семестре они с Веркой, которая мечтала быть переводчиком, серьезно задумались о побеге и даже начали собирать информацию по возможному переводу в вуз мечты. Но тут случилось непредвиденное! Осторожно, спойлер! Весной Юлька и Верка влюбились. Побег сначала отложили до выяснений любовных обстоятельств, а затем и вовсе отменили. Так они и тянули эту техническую лямку вместе вплоть до диплома.

А про новую любовь надо рассказывать отдельно.

Этой любви подсобила, как это ни удивительно, информатика, будь она неладна. Но давайте, все по порядку.

Итак, мы переходим в новую плоскость повествования – Love Stories!

Love Stories или студенческие страсти

Ни то ни сё

Мы дошли до самого главного. Ведь, как говорится, не хлебом единым и не только учебой жив студент.

Первые два месяца в душах первокурсников творился хаос в самом прямом смысле. В потоке было более ста студентов! И это только на одном факультете. А на других? А еще второкурсники, третьекурсники и так далее по списку. Есть, куда кинуть взгляд. Есть, где развернуться. Все и разворачивались, как могли. Вуз технический – людей мУжеского пола было великое множество. Это тебе не одноклассники, с которыми ты вырос и которых невозможно представить взрослыми даже на выпускном вечере. Чужие 17-летние парни казались возмужавшими и очень привлекательными. Началось прощупывание общих интересов и симпатий. Многие кидались, как в омут, лишь бы с кем закрутить.

А что же было с Юлькой? Перед ней возникла призрачная возможность сбросить лягушачью шкурку и сменить свой «имидж». Здесь никто ж не знал, что она неудачница в любви, ни с кем по-настоящему не встречалась и, вообще, слыла серой мышью и синим чулком. Можно было попытаться предстать кем угодно: хоть Василисой Прекрасной, хоть женщиной-вамп. Ха! И хотя в ней еще остывали угольки неразделенной любви, она вполне себе была способна смотреть по сторонам.

Глава 4

(в которой осуществляется необходимый экскурс в недалекое прошлое, хотя в 17 лет прошлое никак не может быть далеким)

Самый умный

В 16 лет Юлька на полном серьезе думала, что ее любовная карьера не состоялась и уже никогда не состоится, потому что к этому возрасту случилось целых две промашки – две истории неразделенной любви. Страдать с упоением на диване под романтическую музыку Юлька научилась как никто! Однако в 11 классе наконец-то случился прорыв – первый настоящий интерес со стороны мужского пола. Самый умный мальчик школы решил за ней приударить.

Самым умным он считался не просто так, а потому, что выиграл в передаче «Звездный час», которая тогда шла на первом канале. Юлька была фанатом этой передачи, не пропускала ни один выпуск. Больше всего ей нравился финал, где надо было составить как можно больше слов из одного длинного слова, она даже пробовала играть вместе с телевизором (сейчас эта игра называется «Эрудит» или «Слова из слов», и играть в нее по-прежнему в кайф). Так вот, эту игру смотрела вся школа, включая учителей и директора, который сам же объявил об эфире и отпустил все классы с уроков пораньше. Это было просто чудо какое-то: знать, что передача не подставная и что самые простые дети из самых глухих мест России могли участвовать наравне со всеми и даже выигрывать. И вот этот герой городка из всех девочек школы выбрал именно Юльку. Круто? Конечно, круто!

В ту субботу Юлька со своей подругой Анькой как обычно собирались на дискотеку. Перед выходом Анькина мама – тетя Таня – оглядела девчонок с ног до головы и сказала, что так идти нельзя – не понтово. Без пяти минут выпускницы и в таком виде!

Надо сказать, что тетя Таня была очень передовая: она родила Аньку в 20 лет, выглядела моложе своих лет – наверное, из-за маленького роста – и пыталась быть на одной волне с подружками ее дочери. Она следила за модой, шила и вязала Аньке такие вещи, что Юлька втайне ей завидовала. А однажды тетя Таня просунула голову в дверь Анькиной комнаты и радостно закричала: «Девчонки, у меня теперь французский выщип!» Это она состригла, наконец, свою химию, которая была тогда в моде и страшно всех старила, и дополнительно омолодилась. Девчонки ахнули и зааплодировали.

Итак, Анькина мама принялась наводить им марафет. Юлька никогда в жизни не красилась, и у нее случился шок, когда она с предвкушением глянула в зеркало. Она ожидала там увидеть чуть ли не Синди Кроуфорд, но на нее смотрела незнакомая девочка-вамп. Для завершения образа тетя Таня затянула Юльке хвост на макушке и выдала свои сережки – большие блестящие кольца. Критиковать чужую маму, которая очень старалась, она не рискнула. Пришлось идти, как есть. Адреналин в крови пошаливал.

Новый образ сработал! На первый же медляк Юльку пригласил тот Самый Умный. Он сразу сделал ей комплимент о том, что она классно выглядит, но все-таки непривычно. Еще бы! Юльке сразу же захотелось снова посмотреться в зеркало: «Прижилось новое лицо или нет?» На выходе тетя Таня успокоила, что сначала макияж кажется ярким, но потом «вживается» в лицо.

– Ты знаешь, что я ездил в Испанию? – спросил Самый Умный прямо в Юлькино ухо. Музыка громко орала, и чтобы общаться, надо было быть друг к другу очень близко. Дискотека ведь на это и рассчитана, да?

Конечно, Юлька знала, потому что об этом гудела вся школа – это был приз за победу в финале. В том далеком году это было равносильно полету на Луну.

– Ну и как? Понравилось? – не смогла скрыть зависти Юлька.

– Нормально, – как можно более равнодушным тоном постарался ответить Самый Умный. – Там красиво. Очень тепло. И знаешь, такие женщины. Особенные.

Юлька напряглась. Еще не хватало обсуждать чужие женские прелести. Самый Умный продолжал:

– У них интересная внешность и огненный темперамент. Ты знаешь, что ты выглядишь, как типичная испанка?

Юлька рассмеялась.

– Я тебе точно говорю. Как живой свидетель. Тебе надо там побывать обязательно.

В этот момент на голове у Юльки выросла корона, и запорхали крылья на спине.

– А еще я бы тебя пригласил в Москву. Покажу тебе свой институт, общагу. Поедешь? Может, в мой институт будешь поступать?

– Спасибо, но я уже сдала предварительные экзамены в Технологическом. Да и не сильна я в твоих языках (Умный поступил в Лингвистический).

– Ну смотри. Если что – обращайся.

Когда медляк закончился, Юлька в смятении подошла к Аньке.

– Ну что? – нетерпеливо спросила подруга.

– Сказал, что я похожа на испанку и зовет учиться в свой институт.

– Так сразу? Ни фига разошелся, а выглядит скромным. Значит, пошел ва-банк. А ты что?

– Ничего.

– Как ничего?

– Ну вот так.

– Ты ведь столько времени хотела, чтобы на тебя хоть кто-нибудь внимание обратил! Ну, дождалась! Чего заднюю даешь? – совершенно справедливо возмутилась Анька.

– Что-то не то.

– Прям так сразу поняла, что не то?

– Сразу. Не торкнуло. Не Ромка.

– Не кто???

– Забыла «Вам и не снилось»? Хочу, чтобы был как Ромка.

– И даже шанса парню не дашь?

– А смысл?

– Ну ты и дура…

– Ну уж какая есть.

Юлька, упертая серая мышь, даже не согласилась «проводиться» домой, сняла корону и сложила крылья про запас. Перед сном, засыпая, прокручивала события в голове: «Вроде нормальный, но не то! Не как в кино, не как в книгах. Я ведь должна сразу понять, что это он? Да?»

Глава 5 (в которой ни то ни сё продолжается)

Сергей

1 сентября на пороге Стакана Юльку встретил молодой человек в бордовом пиджаке, которого невозможно было не заметить. Он буквально перехватил ее и сразу стал вводить в курс дела. Звали его Сергей. Оказалось, что они одногруппники и живут в одной общаге, только на разных этажах. Наверное, Юлька выглядела совсем беспомощным кроликом, раз он решил взять над ней шефство? А может быть, она просто красную кофту надела?

Пока они непринужденно болтали, к ним стали подтягиваться и другие одногруппники. Когда все собрались, то пошли на встречу с куратором, а потом фотографироваться.

Юлька начала догадываться, что к чему, потому что Сергей из кожи вон лез, чтобы показаться умным и галантным. Как ни силилась, она не могла вспомнить: учились ли они в этот первый день или нет? Зато хорошо помнила, как они вместе сидели в актовом зале на концерте для первокурсников. И рядом почему-то не было ни одной девчонки. Вот уж странности. Где, например, была закадычная Верка, с которой они протрубили рука об руку все годы учебы? Где была Танька, которая подошла к месту сбора их группы вслед за Юлькой? (Та самая Танька, с которой они были напарницами по гибочному станку на производственной практике). Юлька помнила только темноту зала, ужасно смешной концерт, напоминающий КВН, потрясающие танцы (о них впереди) и постоянный шепот Сергея около своего уха.

В течение первой учебной недели Сергей был постоянно рядом. Юлька пыталась знакомиться и общаться с девчонками, быть в своей привычной женской среде, но Сергей неотступно следовал за ней. Неожиданно для себя она стала постоянной гостьей в его комнате и познакомилась с его друзьями – Левисом и Майклом (в простонародье – Лёвой и Мишей). Как мы знаем, она страстно хотела взаимной любви, но такое проявление самоуправства со стороны мужского пола почему-то не обрадовало, а напрягло, и Юлька, по правде говоря, совершенно не хотела заводить роман с Сергеем. Вроде нормальный парень, даже умный, но…

В конце первой учебной недели в пятницу они всей компанией договорились погулять по центру – ожидались гуляния в честь 850-летия Москвы. На прогулку выдвинулись все вместе прямо с лекций, но по пути выяснилось, что Танька не хочет гулять и едет домой. Юлька поняла, что оказалась в мужской компании совсем одна, и поежилась. «Знали бы они, что про меня думали пацаны в школе, – хихикнула она в мыслях. – Сейчас бы не хорохорились передо мной». Мимо шли огромные толпы людей, несмотря на то что основные празднования начинались на следующий день. Юлька глазела по сторонам и не понимала, где она находится. Отовсюду слышалась музыка, было шумно. Пока она размышляла, о чем с ними разговаривать, Левис с Майклом испарились. Обнаружив это, Юлька было дернулась на поиски, но Сергей сказал:

– Бесполезно. В такой толпе мы их не найдем. Они не маленькие. Сами и погуляют, и дорогу в общагу найдут.

– Подожди, – сказала Юлька и остановилась. – Может, они недалеко ушли, – и начала оглядываться, но поняла, что на них наседает поток людей.

– Даже не думай, тут как бы и нам не растеряться. Давай, ты меня возьмешь за руку. Для надежности, – и хитро подмигнул.

«Так вот оно что! Сговорились! Ну и хитер! – разозлилась Юлька. – Фиг тебе, а не рука!» Но с абсолютно невозмутимым лицом сделала вид, что не расслышала. В такой толпе это было несложно. Но Сергей не унимался и сказал уже громче:

– Давай руку, пока не потерялись!

Юлька молча демонстративно положила руки в карманы и потопала, смотря под ноги.

– Ты что, боишься? Никогда с парнем за ручку не ходила?

«Так я тебе и сказала!»

– Конечно, ходила!

– Может, у тебя и парень есть? А?

«Не, ну посмотрите, какой ловкач! Как он информацию выуживает!»

– Нету, – честно выдавила из себя Юлька.

– Значит, нет. Это хорошо. А ты….

В этот момент мимо проехал мотоцикл, и Юлька не расслышала последнее предложение.

– Чего? Что ты сказал? Ничего не слышно было.

– Так, ничего, – задумчиво произнес Сергей и резко сменил тему разговора. – А ты куда поступала? Неужели сразу в Стакан?

– В Историко-архивный!

– Да ну! На какой факультет?

– Представь себе, на факультет музеологии.

– На чем завалилась?

– По истории трояк.

– Будешь на следующий год пробовать?

– Нееее. Боюсь теперь.

– Эх ты, бояка. А я буду. Попробую в Плехановку перевестись.

– Ты молодец! Как хорошо, что у тебя есть цель.

Разговор не клеился. Вместо того, чтобы смотреть на украшенную Москву, Юлька смотрела только себе под ноги, сжав руки в карманах, и односложно отвечала на все вопросы. Бедный Сергей!

Когда они расставались около метро, то все было ясно. Ну, что флирт не удался, что Юлька – синий чулок и неприступная зануда.

И так было обидно, как в песне «Мы выбираем, нас выбирают…».

Юлька ехала в метро и думала: «Вот тебе и женщина-вамп… Ну и как «вампирить»? Все равно притворяться-то не могу. Начиталась журналов, дуреха. Да что ж за безобразие! Почему все время не совпадает? Счет 2:2. В чью сторону будет следующее очко, а? Когда уже весь этот футбол чувств закончится, и можно будет насладиться взаимностью?»

Глава 6

Бытовуха

Я тут прикинула, что у меня в друзьях очень мало людей, прошедших через общажные жернова, поэтому можно немного распространить бытовую тему обучения. Почему-то считается, что в общежитиях страшно жить: там грязно, живут только пьяницы и наркоманы, никто не учится, не моет посуду и не спит или спит, но с кем попало, а еще там дедовщина.

Вот такое дело: то ли Юльке повезло, то ли общага и впрямь была приличная, но вышеуказанных ужасов не было. Однако проживание в общаге в любом случае не сахар. Все равно нужно притираться к другим людям и строить общий быт, даже если они сильно отличаются от тебя. Это бесценный опыт, который формирует личность, тем более, таких «тепленьких» девчонок, как Юлька, хотя, если отбросить философскую составляющую, она предпочла бы закалять характер другим способом, но с самого детства она знала, что всем школьникам их военного городка в нагрузку к высшему образованию будет выдаваться «счастливая» общажная жизнь.

Дома у Юльки всегда была своя комната, в которой она жила одна. Никто не мешал ей спать, учить уроки, играть на пианино в любое время и водить подруг. В общаге же ее мир замкнулся только площадью ее кровати. И то не всегда. Побыть одной теперь было непозволительной роскошью. Домашку приходилось учить сквозь постоянный звуковой фон соседок. Мозг учился жить заново. Письменная домашка со временем приобрела огромные масштабы в прямом смысле: сначала Юлька с форматом А3 вполне умещалась на своей «частной» собственности, но затем пришлось стоять в очереди на стол, чтобы разложить там чертежный кошмар форматом А1.

Все, что происходит в нашей жизни, имеет две стороны, и надо стараться всегда отыскать положительную сторону. Юльке пришлось этому научиться именно в общаге. Главным плюсом общаги в плане учебы оказалась возможность почти в любое время завалиться в любую комнату и испросить с молящими глазами совета или консультации по любому предмету. Никто никогда не отказывал! В первую очередь именно по этой причине москвичи сильно завидовали этой студенческой коммуне, а уж во вторую – отсутствию контроля со стороны родителей. И именно эти дружеские крылья пронесли гуманитарную Юлькину душу над технической пропастью.

***

Забегая вперед, скажем, что по иронии судьбы сами эти друзья по большей части не пошли работать по специальности, зато Юлька утонула в «технологах» по макушку: имела первую категорию и висела на доске почета, потому что занималась механической обработкой самых-пресамых ответственных деталей самолетов и ракет. Ну кто бы мог подумать?! И кто, спрашивается, на самом деле заслуживает гордое звание «космонавтка»?

***

Неформальным лидером их трешки Натаха назначила сама себя.

Она сразу установила график дежурств не только в части уборки комнаты, но и в части питания. Это значило, что каждый «квартирант» пару раз в неделю работает поваром и готовит на всех. Нуууу, это как-то… Сами понимаете, Лену-космонавтку и Юльку это не обрадовало, но сильно сопротивляться они не осмелились. Продержались они в таком режиме от силы пару недель, потому что не выдержали все, включая саму Натаху. Оказалось, что в материальном отношении между ней и остальными девчонками лежит огромная пропасть, потому что Наташкин рацион был гораздо разнообразнее и включал в себя даже сервелат! Для сравнения – у Юльки в арсенале были только мамины щи и картошка с солеными огурцами (к ужасу современных диетологов). Чтобы кормить в дни дежурства Натаху привычной колбасой и сыром, Юльке пришлось отдавать последние деньги. Это было уже ни в какие ворота. Ленка устроила революцию, и все наконец разделились и успокоились.

Маминой еды Юльке хватало до четверга, поэтому по пятницам были сосиски. Она распределяла продукты, привезенные из дома, по дням и по приемам пищи, и знала, что если вечером уступить своему желудку и «догнаться» после ужина, то завтра одного приема пищи уже не будет. Поэтому она научилась ложиться спать с урчащим от голода желудком. Но мы-то помним, что у любой проблемы две стороны – фигура в те времена у Юльки была идеальная, поэтому она могла позволить себе обтягивающие брюки и даже модные в то время короткие кофты, из-под которой выглядывал идеально плоский живот.

Но были и прекрасные моменты, связанные с едой и которые Юлька вспоминала с ностальгией. Например, огромные очереди в буфет на большой перемене! На яства, которые там продавались, уходили все карманные деньги. Такой вкусной ромовой бабы и кулебяки производства институтской столовой она не пробовала больше никогда. А прекрасная холодная сосиска в тесте?! Для Юльки они были пределом кулинарного совершенства. Да и сегодня при воспоминании могли бы вызвать волчье слюноотделение.

После неудачи с пищевым вопросом Натаха с себя функции лидера не сняла и была постоянным новатором их комнаты. Однажды, например, она решила высвободить место для чертежного стола путем совмещения двух кроватей в одну. Имея прирожденные инженерные способности, она не только продумала все конструктивные особенности создания двухъярусной кровати, но и смогла собственноручно воплотить эту идею в жизнь. Более того, она лично спала на первом этаже своего детища, подобно авиаконструктору, который является первым пассажиром спроектированного им самолета.

Но вернемся снова к личной жизни, потому что эту тему мы не только не заканчиваем, но продолжаем и оставляем задел на будущее.

Глава 7 (короткая, но из песни слов не выкинешь)

Макс

Итак, первый студенческий роман (вернее, даже его призрак) закончился, так и не начавшись. Ну, это вполне в Юлькином стиле. Но не успела она оглядеться по сторонам после Сергея, как возник новый претендент.

Макс был огромным. Трудно было поверить, что этому мужику всего 18 лет. Просто невозможно! Огромный крепкий мужчина в кожаной куртке, который был в два раза больше Юльки (а может, в три?). Это был тоже одногруппник – видимо, в первые месяцы учебы все пытались вскапывать только свой огород. А что? Удобно: полдня вместе на учебе, а потом в общаге можно и на чай заглянуть.

Как он возник, она не помнила. Сначала случайно встречались в общажном лифте по пути в институт, потом он намеренно стал заходить за Юлькой перед занятиями. Верка даже начала обижаться. Не, ну конечно, было приятно: и сумочку носил, и булочками угощал.

По вечерам девчонки выходили на балкон: любоваться Москвой с девятого этажа, слушать гул огромного мегаполиса, смотреть на звезды и молча мечтать. Они и не подозревали, что в будущем этот балкон будет участником глупой и веселой традиции «Халява, приди!» На полном серьезе бывшие медалистки и отличницы Юлька с Веркой будут хором орать эту заветную волшебную фразу, сотрясая то морозный январский, то жаркий июньский воздух и пугая мирно засыпающих москвичей (И кстати! Раз Юлька трубит 20 лет технологом, значит, студенческий бог расслышал ее голос? И зачем, спрашивается, кричала…).

В один из таких вечеров Макс подкрался сзади и обнял ее. Юлькины мысли, которые в этот момент спокойно сидели на своих ветках, испуганно вспорхнули и покинули голову. Юлька застыла и стала прислушиваться к своим ощущениям и с удивлением обнаружила, что их нет. Ну нет ощущений и все тут. Никаких: ни приятных, ни неприятных. «Опять двадцать пять, – устало подумала она, – опять не то».

Однако, несмотря на то что Макс пронесся мимо Юлькиной жизни, лишь слегка задев ее, трудно недооценить его вклад в дальнейшую личную судьбу их комнаты. Он-то улетел, а вот его соседи неожиданно стали Юлькиными. Нормально, да? Но это уже любовные страсти Юлькиных соседок, которые получились на первых порах более интересными, чем ее собственные. Но у нее все было впереди.

Ну что? Теперь про соседей?

Love Stories или студенческие страсти (продолжение)

И то и сё (но не у Юльки)

Глава 8

Натаха

А что у нас с соседями? Начнем с Натахи.

Учитывая просьбы трудящихся, добавим немножко портретного описания. К тому же оно очень поможет понять весь ужас последующих событий.

Мы уже упомянули, что девчонка она была крайне интересная и необычная, а необычность ее выражалась в том, что она обладала мужским складом характера. И это заключалось не только в ее выдающихся способностях к техническим наукам, но и вообще в отношении к жизни, в ее способах решения проблем, в чувстве юмора и даже в музыкальных предпочтениях. Например, благодаря этим предпочтениям Юльке против своей воли пришлось полностью выучить репертуар тогдашнего русского рока, выливающегося из недр радио «Максимум» (всякие там БИ-2, Муммий Тролль, Земфира и т.д., самым щадящим для Юлькиных ушей был Никольский – спасибо ему!).

Однако при всем при этом ни у кого и в мыслях не было назвать Натаху мужеподобной. Внешностью она обладала абсолютно женской. У нее были черные длинные волосы ниже талии и раскосые темные глаза а-ля ведьма. Как правило, она всегда была в хорошем настроении, часто улыбалась (запомним это) и была очень легкой на подъем. Поэтому в комнате ее практически не было – на первых порах она увлеченно изучала Москву. Ей же не надо было втыкать в предметы, как Юльке, – все ей давалось легко, и на все хватало времени! И это был такой прекрасный микс внешности и характера, что парни в потоке должны были поголовно упасть к ее ногам (это в Юлькином понимании). И каково же было ее удивление, когда она увидела Наташкиного избранника!

Дима был коренастый, очень маленького роста. Маленького – это значит даже ниже Юльки. Но это не имеет значения. У него были темные курчавые волосы, темные глаза и смуглая кожа – вылитый цыганенок! Ему бы для завершения образа колечко в ухо. Золотого колечка в ухе не было, однако, когда Дима первый раз улыбнулся, ослепительно сверкнули золотые зубы! Представьте себе 18-летнего парня (он был второкурсник) с двумя передними золотыми зубами! Юлька подивилась, ей показалось, что это настоящий пиратский персонаж какого-нибудь приключенческого романа. Про себя она стала называть его пиратом и втайне побаивалась. Дима любил смеяться и никогда не стеснялся своих ненастоящих зубов. В каком бою он их потерял, Юлька так и не решилась спросить. Меньше знаешь – лучше спишь. И вообще, они с Натахой были постоянные ржуны. Наверное, только это их и объединяло – других причин Юлька и представить себе не могла.

Итак, напомним, что Диму в наследство оставил Макс, и Юльке хошь не хошь пришлось смириться с его постоянным присутствием в комнате. Да уж, соседство было еще то. Приходилось учиться сквозь их постоянный гомон и смех. У Юльки начерталка – они ржут, Юлька решает задачи по матану – они слушают музон, Юлька читает технологию машиностроения – они прикалываются, что она так медленно соображает. Настоящая школа жизни! Мало того, что предметы сами по себе были непростые (местами идиотские, никак не согласующиеся с девчачьей натурой), но даже учить их приходилось чуть ли не в экстремальных условиях. Иногда покоя не было даже ночью, потому что, нагулявшись и наржавшись днем, Натаха садилась за письменные уроки за полночь.

По-настоящему отдохнуть и поучиться Юлька могла только дома, поэтому она гоняла в свой городок каждые выходные, иначе сошла бы с ума, наверное. Возвращалась Юлька принципиально в понедельник с утра, опаздывая на первую пару, чтобы хоть еще одну ночку спокойно поспать дома.

И вот однажды, вернувшись как обычно из дома и зайдя в комнату, Юлька кожей почувствовала: что-то не то. Натаха в одежде без одеяла неподвижно лежала на кровати, уткнувшись в стену. Почему она не на паре? Почему спит в одежде? Юлька разложила вещи, подошла к кровати, попыталась разглядеть в спящей Наташке (или не спящей?) причины столь странного поведения, но не смогла. Не решившись ее тревожить, Юлька быстро собралась на лекции и отчалила. На перемене она подошла ко второй своей соседке (ну, мы же помним – космонавтке) и спросила:

– Лен, а что с Наташкой? Как-то странно лежит.

– Ты что, еще не знаешь?

– Откуда? Я ж только приехала!

– Прикинь, мы в субботу вечером классно сидели в компании. Мы не пили! – зачем-то уточнила она. – В четыре утра вдруг Наташке пришло в голову пойти играть в футбол. Я была против, но пацаны поддержали. И пошли мы на автостоянку, ну, знаешь, около крутого дома. Ну вот и представь, когда Наташка бежала за мячом, она зацепилась ногой за цепочку, которая вокруг стоянки, и упала прямо лицом на асфальт.

– И что?! – у Юльки похолодело все внутри.

– Ничего. Два передних зуба откололись.

Юлька в ужасе замерла.

– Ты с Наташкой пока не говори. Не тревожь.

Юлька в ответ промычала что-то невнятное.

Лекции прошли, как в тумане. Юлька в разных красках представляла себе сцены разыгравшейся трагедии и с ужасом думала, как она вернется в комнату. Как общаться с Натахой? Как утешить? Что может быть страшнее, чем потерять свою красоту в 17 лет? У Юльки все это не укладывалось в голове.

Но рано или поздно в общагу все-таки пришлось вернуться и снова погрузиться в атмосферу сгустившегося триллера. Натаха лежала, не сменив позы, но видно было, что она уже не спала. Юлька маялась: нужно что-то говорить или нет. И хоть в комнате стояла наконец долгожданная тишина, учиться в такой обстановке было сложно, и Юлька по слабости духа ушла отсиживаться в комнату к Верке, которая жила в другом конце коридора. С Веркой они поохали и поахали, но так и не решили, что нужно делать.

На Юлькино счастье к этому времени Ленка уже вернулась с занятий и всю ответственность за утешения взяла на себя, в конце концов, она была ее напарницей по несчастному футболу. Натаха держалась стойко, но на вопросы отвечать не хотела, потому что получалось шепеляво и смешно! Юльке страшно хотелось рассмеяться, но Натаху никак нельзя было обидеть, поэтому пришлось терпеть, стиснув зубы.

Вечером пришел пират-цыганенок Дима, и как только он подсел к Натахе на краешек кровати, ее нервы наконец сдали, и рекой потекли безутешные слезы.

– Лисенок, ну, не плачь. Может, тебе что-нибудь принести?

Натаха помотала головой.

Тогда Дима в утешение просто начал гладить ее, и это было лучше любых слов. Юлька посматривала с завистью.

Когда Натаха успокоилась, Димон даже постарался пошутить:

– Лисенок, так мы теперь настоящая пара – беззубая!

И они наконец дружно рассмеялись, почти как раньше.

Перед сном Юлька, как всегда, прокручивала события дня и разговаривала сама с собой. Разговоры часто получались интересные, как, например, сегодня.

– А ты согласилась бы лишиться двух зубов, чтобы тебя парень так же ласково утешал? – вкрадчиво спросил внутренний голос. Ведь этот таинственный цензор заметил небольшую зависть с Юлькиной стороны.

– Передних или задних? – нерешительно спросила Юлька.

– Как ты смеешь торговаться? Ты же сама мечтала о такой любви, чтобы ах… Чтобы на разрыв, чтоб навсегда, чтобы с жертвами и все умерли?!

– Мечтала.

– Тогда отвечай.

– Блин, у Наташки мама богатая, она ей что-нибудь придумает с зубами, вот увидишь, а я совсем беззащитная. Оставь мне зубы, пожалуйста, а? Хотя бы пока я молодая.

– А палец отдашь, как в фильме «Пианино»?

– Предложи что-нибудь без членовредительства, пожалуйста, – Юлька начала злиться. – Я только к гибочному станку привыкла.

– Что ж ты несговорчивая такая? Хорошо. Как Маргарита, голая пойдешь на бал?

– Нуууу, это уже лучше. Только какой в этом смысл, я так и не поняла. И потом – это ведь всего лишь книга.

– Как декабристка, в Сибирь поедешь?

– Ну слава богу, наконец-то нормальный вариант.

– И Москву бросишь?

– Конечно, брошу. Если он к тому же будет похож на Патрика Суэйзи… – мечтательно произнесла Юлька.

– Опять условия ставишь? Настоящая любовь не терпит условий! – укорил ее голос совести.

– Хорошо, хорошо. Условий не ставлю. Только давай так, чтоб не всю жизнь ждать. Побыстрее.

Юлька считала, что у внутреннего голоса по-любому должны быть связи с провидением, поэтому она периодически пробовала замолвить за себя словечко. Может быть, это ангел-хранитель разговаривает внутри? Ну а вдруг?

***

Чтобы вы меня не закидали вопросами о дальнейшей судьбе Натахи, скажу, что Юлька была права: Наташкина мама поставила на уши половину, а может быть, и всю Москву, но нашла клинику, где Наташке не стали вставлять коронки, а нарастили зубы, при этом совершенно незаметно. В то время это была наипередовейшая из стоматологических технологий, доступная немногим. И хотя на дворе стоял еще 20-й век, материнская любовь творит чудеса.

Целый месяц Димка покупал Наташке детское питание, которое она пила через трубочку (твердую пищу ей было нельзя), и показал себя ласковым рыцарем, а не пиратом, и Юльке нехотя пришлось изменить к нему свое отношение.

Глава 9

Лена-космонавтка

Ленка недолго пребывала в состоянии поиска. Как будто сговорившись с Натахой, они разобрали себе максовых соседей, и Юльке пришлось быть в качестве невольного зрителя строительства чужих отношений, пока ее личная жизнь была пуста, как вакуум. И почему у девчонок все так легко, а в Юлькиной душе сложно, как в приборной панели космического корабля?

Ленка была отличница-перфекционистка во всем. Понятное дело, медалистка. Но это никому не интересно, как и то, что она умела шить, вязать и даже по-настоящему готовить мясо, как мама (для сравнения – Юлька только умела варить сосиски). По-настоящему было интересно другое: она была мастером спорта по художественной гимнастике. Периодически девчонки прикалывались и просили ее изогнуться в немыслимой позе. На второй этаж двухэтажной кровати она взбиралась, просто сделав один шаг, как по лестнице. Ленка сразу воспользовалась своими способностями, вступив в институтскую шоу-группу «Тип-топ» на танцевальное отделение.

1 сентября на концерте для первокурсников Юлька сидела, открыв рот, потому что уровень танцев был колоссальным. Она чуть не плакала от зависти, истекая голодной творческой слюной. Поэтому, когда после концерта от шоу-группы поступило предложение всем желающим вступить в их ряды, Юлька была первой, чуть не подпрыгивая. После пробного занятия (так называемого, кастинга) к ней подошла главная девчонка по студии и сказала, что у Юльки явные способности и ее берут.

Счастье было беспредельным. Выросли крылья – наверное, такие же, как при влюбленности, а может, и больше! Пару недель Юлька находилась в глупом восторге, представляя себе невозможное. Начали изучать акробатический рок-н-ролл, фолк-направление и просто эстрадные танцульки. Юлька летала по паркету сама и даже между ног партнера, который был настоящим мальчиком. Да, да! В студии были мальчики! Оооо, такие мальчики… Почти как Патрик Суэйзи (простите этот частый повтор).

Однако через пару-тройку недель реальность накрыла ее с головой: стало ясно, что Юлька – отличница, умница и спортсменка – вообще не волокёт чуть ли не в половине предметов (видимо, в той, где даже название предмета абсолютно незнакомо – не то, что суть). Первая несданная лабораторная заставила отрезвиться и все-таки сделать выбор в пользу литья, сварки, резания и штамповки, а не в пользу пластики, ритма, румбы и вальса. Не для того родители отправляли ее в Москву, чувство ответственности и долга было сильнее собственных предпочтений.

– Чего ревешь? – как-то перед сном спросил внутренний голос.

– Я не реву. Видишь, кругом девчонки спят. Даже спокойно поплакать не могу, – шмыгнула носом Юлька.

– Я знаю: плачешь, от меня не скрыться.

– Отстань.

– Ты не сдашь сессию, если будешь каждый вечер развлекаться на паркете. Постарайся посмотреть на это здраво, – не унималась совесть.

– Я и смотрю, – отвечала Юлька, впившись мертвым взглядом в потолок.

– Ну, тогда договорились? Это же просто танцы. Просто танцы!

– Даже ты не понимаешь меня…

– Да все я понимаю, но сейчас важно другое. Твое время еще придет.

– Я хочу сейчас! – по-настоящему заревела Юлька. – Почему у Ленки и парень, и танцы, и мозги?

– Ну, началось… – недовольно пробурчала внутренняя Юлька. – Теперь успокаивать придется.

– Сама начала!

– Ты посмотри шире, Юля, и сними, наконец, розовые очки. Ты думаешь, у всех все просто? Да у Ленки с ее гимнастикой детства не было – одни сборы, а ты преспокойно в свои куклы играла. У некоторых людей – да вообще-то, у большинства людей – не бывает все и сразу. Такова жизнь. Вот смотри. Мата Хари стала танцовщицей после развода будучи матерью двоих детей. В 29 лет! Да еще в те времена! Она не считала, что это поздно. Вон как выкаблучивалась.

Юлька притихла, вытирая слезы:

– Зато Айседора Дункан танцевала с самого детства и даже бросила учебу ради этих занятий. И никто не запретил ей сделать этот безумный выбор.

– Ей и запрещать-то было некому. Родители развелись, ее мать выбивалась из сил с четырьмя детьми. Она никому не была нужна, а у тебя и мама и папа, и они ждут от тебя успеха. Ты смотри на другое: Айседора танцевала до самой смерти, до 50-ти лет. И если бы не погибла, до и до 100 лет, наверное. У тебя еще уйма времени.

– Ты думаешь? – начала успокаиваться Юлька.

– Вот увидишь.

– Тогда, пожалуйста, свистни кому надо, что раз я еду в Сибирь, то согласна танцевать даже бурятские танцы.

– Спи уже, декабристка, – рассмеялся внутренний собеседник (или собеседница?).

***

Предвижу возражения с вашей стороны (особенно в свете последних модных психологических тенденций), но поверьте: совмещать танцы с учебой было почти невозможно. Уровень подготовки институтских танцоров был высок не проcто так – они занимались ежедневно по 3-4 часа после занятий. Когда они делали домашку – загадка. Юлька только потом узнала, что многим зачеты ставили просто так, потому что актеры и танцоры представляли лицо института (как в других вузах – спортсмены), создавали такой имидж, будто в институте учатся уникальные люди, которые успевают все: и веселить народ, и защищать кандидатские.

Так или иначе, Юлька с горечью забросила наивные мечты и признала свое поражение. Таким образом, страдать ей пришлось втройне: учить дурацкие непонятные предметы, казавшиеся инородными телами в ее мозгу, с завистью наблюдать за развитием романтических отношений у девчонок при отсутствии собственной личной жизни, а также за построением чужой танцевальной карьеры. И фиг с ним, с парнями, нереализованные танцы скреблись в ее душе безжалостными кошками. Мечта о танцах разбилась так быстро и так больно, что ей казалось, что ее обокрали. От обиды она пыталась найти невидимого наглого вора, чтобы стукнуть его, но не могла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.