Лана Кор
Измена. Без права на развод

Глава 1

Тринадцатое января.

Марк часто стал задерживаться допоздна на работе. Вроде бы предновогодняя суета прошла, а начало января обычно проходит без спешки. Я сидела на кухне и скучающе поглядывала на часы. Ужин беспощадно остывал. Половина девятого. А он обещал быть дома в восемь.

– Ну, где же ты? – Мой голос был уже уставшим, даже похныкивающим.

Подумаешь, ужин остыл… Но, сегодня у меня был для Марка замечательный подарок, и хотелось чего-то особенного. У нас получилось. Пять лет упорных стараний и вот они заветные две полоски на тесте. Хотелось танцевать и радоваться этому счастью. Но, мой дорогой супруг все еще не приехал. Надо ему позвонить. Я набрала мужу. Он сразу ответил.

– Да, любимая.

– Марк, ты скоро? Уже все остыло. – Я старалась быть твердой, а не капризной девочкой.

– Аленка, дорогая моя, еще немного. Прости, пожалуйста. Я как закончу, сразу же домой. Обещаю. – Его голос был таким пьянящим. Мы были вместе уже семь лет, и я души не чаяла в своем муже. Он был для меня и солнцем, и луной, и вообще всем миром. Нашей идиллии не хватало только ребенка, который скоро появится.

У меня бабочки внутри снова всполошились. Как же это круто ощущать, что скоро на свет появится новый человек. Наш с Марком малыш. Я немного подумала и решила, что не могу больше ждать. Нужно бежать к нему и рассказать все срочно. Так сильно меня распирало накатившее счастье. Наверное, гормоны. Но безумно хотелось вручить подарок мужу в виде положительного теста.

Я схватила этот самый тест, бутылку шампанского, гроздь винограда и, положив все в пакет, бодро направилась одеваться. Все мои действия были легкими и воздушными. Я и сама словно парила над полом. В приложении телефона пришло оповещение, что такси подъехало, Вот так удача. Новый год знаменуется невероятным и неоспоримым счастьем.

Эйфория так застилала глаза, что я и не заметила, как оказалась в офисном центре. Лифт привез меня на нужный этаж. От волнения в животе все трепетало. Я старалась не бежать. Туфли такие неудобные. А, и нафиг их. Я просто сняла обувь и помчалась вперед к кабинету Марка. Это стало моей самой большой ошибкой.

Мое голубое безоблачное небо тут же заволокли тучи, после того, как я услышала женские постанывание. Да, не просто постанывания, а вполне характерные. В кабинете моего мужа кто-то занимался сексом. Стало как-то не по себе. Что происходит? Нет, мой Марк не мог так со мной поступить. Это чья-то шутка или вообще ошибка. Точно, там просто кто-то другой. Но, тревога прошлась волной по позвоночнику, пробивая током.

Я рывком открыла дверь и… Все, что было у меня в руках тут же упало на кафельный пол. Шампанское разлетелось вдребезги. Босыми ногами я почувствовала, как оно начало растекаться. Стало мокро, но я, не моргая смотрела на то, что мне открылось.

На письменном столе, спиной ко мне, сидела какая-то рыжая девица. Перед ней стоял мой муж. Ее ноги обвивали его талию. Они занимались грубым быстрым сексом. Девка даже юбку не сняла. Когда я нарушила их момент страсти, они оба замерли. Я смотрела на них глазами застланными пеленой слез, которые так и грозились политься.

– Марк, я почти кончила… – Постанывала его любовница. Затем она поняла, что кто-то их остановил, то обернулась. На ее лице не было страха или удивления. Будто она ждала меня.

Пара секунд на замешательство и Марк все же отстранился от девицы. Та победоносно опустила ноги и медленно обулась в лаковые лодочки на шпильке. Когда Рита слезала со стола, она задела рамку с фотографией и та полетела на пол, разбиваясь, так же, как и мое сердце.

Она поправила немного смятую юбку. Мой муж торопливо застегивал брюки и рубашку. Девица, как оказалось, одна из его сотрудниц, и по совместительству крестница моего свекра, медленно надвигалась на меня. Рита подошла ближе, и на секунду остановившись рядом, усмехнулась.

– Докудахталась? Ты его боготворила, а он спал со мной. Курица.

– Рита, заткнись. – Рычал Марк.

Девица прошла мимо Я слышала, только как цокают ее шпильки по кафелю. В ушах бил пульс. Меня начало тошнить. Это и от волнения и по причине беременности. Я закрыла рот рукой и побежала в туалет. Хорошо хоть успела. Как же мне было плохо. Все содержимое моего желудка вырвалось наружу. Когда это произошло, я начала рыдать. Прямо там, в туалете. Марк бил ладонью по двери и кричал, что бы я открыла. А я захлебывалась слезами. Как же это было мерзко и противно. Закрывая глаза, я видела ту картину снова и снова. Мой муж мне изменил. Так подло. Я села на пол и просто продолжала рыдать. Марк не унимался. Он тарабанил, а мне было все хуже. Воздуха не хватало, слезы лились по щекам.

Наконец, в коридоре стало тихо. А я разразилась еще более громким рыданием. И тут дверь распахнулась. На пороге стоял охранник, которого Марк резко отодвинул и ворвался внутрь.

– Аленка, любимая…

– Какая я тебе любимая. – Я говорила, а сама не могла унять слезы. Они просто катились, не давая даже нормально говорить. Так горько и обидно мне не было никогда.

– Аркадий Палыч. – Мой муж обратился к охраннику, пожалуйста, проследите, чтобы сюда никто не вошел.

Мужчина кивнул и закрыл за собой дверь. Марк сидел передо мной на корточках и пытался дотронуться ладонью, я ревела и била его по рукам.

– Не трогай меня своими мерзкими лапами.

– Аленка, успокойся. – Шептал мне муж.

– Не называй меня так. – Я не просто кричала, я визжала, закрывая ладонями уши.

– Ладно, все, я не буду.

Марк встал, и отошел на шаг назад. А мне стало так плохо. Нет, мне и до этого было невероятно гадко, но теперь голова начала кружиться и я чувствовала, как теряю сознание. Помню, что подняла глаза на мужа, и он начал двоиться, а затем шум в ушах и темнота.

Глава 2

Пришла в себя я в больничной палате. Марк сидел в небольшом кресле поодаль. Он что-то читал в телефоне. Я вспомнила причину, по которой сюда попала. А потом еще кое-что…

– Что со мной? – Я нарочно увиливала от вопроса о ребенке, так как совсем не хотела говорить мужу о беременности, но этого не потребовалось.

– С тобой и малышом все в порядке.

Марк встал с кресла, и направился ко мне. Раньше я млела от того, как он двигался. Эта походка сводила меня с ума. Немного ленивая, такая грациозная, походка хищника. Когда-то она стала для меня одной из причин, по которой я влюбилась в Марка. А теперь мне хотелось только плюнуть ему в лицо. Откуда он знает про ребенка? Точно я же в больнице. Тут уже все анализы взяли.

– Я тебя никогда не прощу. – Сквозь зубы цедила я. Конечно же, ни о каком продолжении брака речи не шло.

– Простишь. – Самоуверенно отвечал Марк. Ох, уж эта его твердость.

– Ты думаешь, что после твоей измены я останусь с тобой? – Я отвернулась, так как больше не могла на него смотреть. Слезы накатывали.

– Ты обязана со мной остаться. – Он все еще самодовольно улыбался. – Это в твоих интересах.

– Не говори бред. – Теперь меня охватила злость. Да, как он мог такое вообще произносить?

– А это не бред. Ты подписала брачный контракт, не читая? – Усмехнулся Марк.

– Что? – Я не понимала, причем тут брачный контракт.

– А то, что по нему, при наступлении твоей беременности, мы не можем развестись. Развод ты можешь получить только после рождения ребенка. И то наследник останется со мной. Ты не будешь иметь к нему никакого отношения.

– Не было там такого пункта. – Я чувствовала, как снова начали собираться слезы. Неужели я так любила этого подонка? Как он мог вообще такое вписать?

– Так что, тебе решать. – Марк пожал плечами, будто не услышал моих слов.

Меня всю трясло от негодования. Я точно помню, что такого пункта там не было. Нужно было как можно скорее успокоиться. Я на больничной койке оказалась не просто так, а от того, что слишком нервничала. Он того не стоил. На кону мой долгожданный ребенок.

– Отвези меня домой. – Тихо буркнула я. А что мне еще оставалось делать?

Марк был доволен собой. Он быстро решил вопрос с моей выпиской, а я как раз переоделась. Глядя на красивое вечернее платье, в котором была накануне, мне снова стало противно, но пришлось сдерживаться. Я только брезгливо бросила смятую ткань в мусорное ведро.

Я вышла из палаты, а Марк заботливо, положив мне руку на талию, ведя к выходу. Жена Марка Говорова не должна истерить на публике. Это плохо скажется на бизнесе. Так всегда мне твердила свекровь. Она часто это повторяла. Хотя, никаких предпосылок для такого поведения у меня не было. Сейчас я не устроила скандал только по причине того, что и правда лишняя шумиха ни к чему. Если мы не разводимся, то и не нужно это выносить на публику. Я не была готова отказаться от самого дорогого в моей жизни. От малыша в моем животе.

Войдя в дом, я медленно прошлась до кухни. Именно там стоял накрытый стол. Остывшая еда, которую я с такой любовью и заботой готовила. Во мне взыграла злость за свою тупость. Я тут сидела и ждала его, пока он ублажал эту суку. Подойдя ближе, я с остервенением дернула скатерть, и все содержимое стола рухнуло на пол, издавая разные звуки. Что-то звенело, что-то разбилось, что-то просто шмякнулось. Так же, как и мое сердце. Безжалостно и бесповоротно. От того, что я устроила небольшой погром, даже стало немного легче. Копившаяся злость хоть чуть-чуть, но выплеснулась наружу. Мне на плечи легли мужские руки, больно сжимая.

– Прекрати. – Марк шипел на ухо.

Я тут же дернулась, стряхивая его ладони с себя. То, что я вела себя спокойно в больнице, не говорило о том, что дома я тоже буду паинькой.

– Прекрати вести себя так. – Голос его был скованным.

И это он мне говорит? Это я неправильно себя вела?

– Ты ничего не перепутал? – Как ни странно, но мой тон был просто ледяным.

– Алена, прости меня… – начал Марк уже мягче.

На что он надеялся? Кобель.

– Да, иди ты к черту со своим прости. – Бесцеремонно перебила его я. – Как ты вообще можешь…

– Могу. – Теперь была его очередь не давать мне сказать. – Я допустил ошибку. – Голос Марка менялся с каждой фразой, и снова ни капли сожаления.

– Ошибка, это купить вместо мандаринов апельсины. А ты занимался сексом с другой женщиной. И что значит допустил? Ты жалеешь только о том, что я об этом узнала? А сам факт тебя не смущает?

– Не придирайся к словам. – Он не повышал тон.

Мне было невероятно обидно. То есть я еще и виновата. Это неслыханная наглость. Я никогда не думала, что окажусь в такой ситуации. Разум никак не хотел принимать тот факт, что мужчина, которого я безмерно любила, мне изменил, да еще и вел себя так, словно не произошло ничего страшного. Хотелось заглянуть к нему в голову и понять, о чем он думал, говоря такие слова?

Я молча отправилась в спальню и взяла оттуда некоторые необходимые мне вещи. Марк стоял в дверях, внимательно наблюдая за каждым моим движением.

– Ты куда? – Спросил он, когда я намеревалась выйти.

– В другую комнату. – Мой голос был уставшим.

– Зачем? – Марк прищурился, не выпускал.

– Ты серьезно думаешь, что я стану спать с тобой в одной кровати после того, что произошло? – Единственное, о чем думала, это не доводить саму себя. Ребенок важнее.

– Ты моя жена. – Вкрадчиво произнес Марк.

– Но не твоя собственность. – Также ответила я. – Кстати, покажи мне этот пункт в брачном контракте. – Пришлось даже взглянуть в глаза этому мерзавцу, чтобы показать свою неприязнь к нему.

Марк на пару минут вышел из спальни и вернулся с бумагами. Я быстро пробежалась по тексту глазами. И правда, там было о моей беременности и ребенке. Как же я была влюблена, что не заметила этого? Хотя я была им так околдована, что готова была подписать хоть свой смертный приговор. По сути, что-то подобное я уже сделала. У меня оставалась только гордость. Я покрутила документ и пренебрежительно бросила его мужу в руки.

– Здесь ничего не говориться, что я не могу спать отдельно.

Марк отошел от двери, пропуская меня. Только теперь я заметила, что он нервничал. За семь лет, проведенных вместе, я успела изучить мужа. Он чуть заметно кусал нижнюю губу изнутри. Плохая привычка, которая проявлялась при стрессе. Так ему и надо. Думать надо было, прежде чем лезть между ног к другой женщине.

– Завтра Новогодняя вечеринка у родителей. Будь хорошей девочкой.

Я уже выходила из спальни, как прозвучали эти слова. Пришлось резко остановиться. Нельзя такое пропустить мимо ушей.

– Ты имеешь в виду, не рассказывать твоим дорогим маме и папе про твою измену? Или про контракт? – Я тоже могла уколоть. Родителей Марк очень любил, и они его, но еще мои свекор со свекровью любили меня. И безумно хотели внука. Сейчас их сынок находился в незавидном положении. Скажи я им правду, Дмитрий Анатольевич отыгрался бы на нем сполна. Но, было еще кое-что, что останавливало меня от раскрытия его измены. У Майи Григорьевны было больное сердце, и волновать женщину я не хотела. Опять же, мы пока не разводимся. Ни к чему ей переживать. Ее здоровье действительно было шатким. Мы все, как могли, оберегали ее. Измена Марка, да еще и с Ритой, злосчастный брачный контракт… Нет, такую ответственность на себя я брать не хотела.

– Не ерничай, тебе не идет. – Это прозвучало мимолетно, будто между делом.

– А тебе не идет быть домашним тираном. – Вторила я.

– Я тебя не держу. – Слова Марка резали душу.

– Сволочь.

Больше сказать мужу мне было нечего. Он плюхнулся на кровать. Я побрела в другую комнату, которая в этом доме была предназначена для гостей. Мы шесть лет женаты и впервые та спальня нам пригодилась. Надо же, я в качестве гостя.

Глава 3

Какие же разные мы преподнесли друг другу подарки. Только и крутилось в голове. Естественно, я ворочалась и не могла нормально уснуть, старательно отгоняя от себя мысли про то, что я увидела в кабинете Марка, и о его дальнейшем поведении. Сон никак не шел. В конце концов, мне захотелось пить. Пройдя по коридору к лестнице, мой взгляд упал на дверь спальни. Нашей спальни. Все воспоминания, связанные с нами, теперь стали чем-то фальшивым. Немного постояв, не знаю зачем, я все же пошла дальше. На кухне все было убрано. То, что накануне я безжалостно швырнула на пол, тщательно прибрано. Надо же, какая забота.

Пол он отмыл, а себя от этой шлюшки нет. Дополнительной раной в моем сердце было и то, что Рита не чужая. Она часть семьи. Дмитрий Анатольевич и Майя Григорьевна любили ее, как родную дочь. А что сделала она? Фу, даже вспоминать противно.

В коридоре, ведущем к цокольному этажу, горел свет. Я подумала, что Марк забыл выключить и пошла это исправить. Нет, внизу тоже было светло. Взыграло любопытство. На часах было два часа ночи. Ладно я, а чего это моему муженьку не спится? Впрочем, какая разница. Не мое дело. Я все же спустилась по лестнице. Около бассейна Марка не было. Значит все же тренажерка. Оттуда слышались глухие удары и стоны моего мужа. Я подошла к двери, та была приоткрыта. Меня он не видел, но я его видела достаточно хорошо. Он яростно колотил грушу. И судя по тому, как изможденно выглядел, то занимался этим давно.

У меня на секунду даже сердце сжалось от жалости. Мужчина, таким образом, выплескивал свой гнев, и вообще любые негативные эмоции. Это была его еще одна привычка. Жалость не лучший советчик, и я взяла себя в руки. Он меня не пожалел. Растоптал, унизил. Я вернулась в свою спальню и легла на кровать. Никакой жалости и никакой слабости перед мужчиной, который сводил раньше меня с ума. Я найду способ от него уйти и не отдавать ему ребенка. А теперь нужно выбросить все глупости из головы и отдыхать. Это важнее.

Моему мозгу все же удалось уснуть, спустя два часа. Но и этот сон был беспокойным. Хотелось бы, чтобы утро принесло облегчение, но в полной мере, конечно, этого не произошло. Несмотря на подавленное состояние, некая ясность все же присутствовала.

Судя по звукам, как назло мой супруг остался дома. Не пошел в офис. А я-то надеялась, что он уйдет. Видеть его было настоящей пыткой. Ладно. Я встала с кровати. Голова немного кружилась. Мне пришлось отправиться в ванную, которая находилась около нашей спальни. Гостевая меня не устроила только тем, что накануне вечером я не взяла из нее ничего мне нужного. Кто ж знал, что Марк останется дома. Выйдя в коридор, моему желудку стало как-то нехорошо. Тошнота подкатывала, и я помчалась в туалет. Как раз из спальни вышел этот предатель.

– Аленка, что с тобой? – У него на лице отразилась тревога.

Мне было не до его расспросов. На свою беду дверь я тоже не закрыла. Не успела. Последние несколько дней, утренняя тошнота иногда заканчивалась тем, что я показывала унитазу содержимое желудка. В этот раз так и произошло. Я повисла на своем фаянсовом друге. Марк положил мне руки на плечи. Это стало неожиданностью, и я вздрогнула.

– Все нормально? – В голосе мужа читалось беспокойство. Раньше нужно было волноваться. Мне снова стало противно.

– Руки убери. – Рычала я.

– Вставай.

Марк помог мне подняться на ноги. Мой токсикоз играл за другую команду.

– Выйди, мне нужно умыться. – В голос было вложено столько ненависти, насколько это вообще было возможно в моем случае.

– Ты еле стоишь. – Марк все еще держал меня под руку. – Я подожду, и провожу тебя.

– Выйди. – Я говорила уже громче.

– В тебе мой ребенок. – Коротко и емко ответил Марк. В этом и была суть. Во мне его ребенок, а я просто приложение к нему, которое можно унизить, а потом делать вид, что ничего не случилось. Интересно, а если бы не беременность, он также себя вел? С чего это вдруг? Я бы мигом от него ушла и даже слушать не стала.

Спорить действительно сил не было. Пусть стоит. Я умылась, почистила зубы и развернулась идти обратно к мягкой кроватке, но Марк взял меня на руки.

– Что ты делаешь? – Моему возмущению не было предела. – Отпусти, немедленно!

Боже, как же раньше меня это волновало. Я заводилась с полуоборота, когда он вот так властно брал меня на руки и нес в спальню. Теперь от этого осталась только горечь прошлых воспоминаний. И вроде бы тот же самый мужчина… Его сильные руки, которые крепко меня удерживали… Широкие плечи, которые я сжимала в моменты страсти… Дыхание около уха, которое касалось кожи на щеке… Но только с одной разницей. Раньше он весь был мой, а теперь совершенно чужой.

– Не брыкайся, не съем же я тебя.

Я перестала сопротивляться. А вдруг уронит? Марк занес меня в спальню и положил на кровать. Он включил телевизор. Какая забота.

– Лежи спокойно. – Произнес мужчина. – Нужен завтрак. – Говорил он будто сам себе.

Спорить? Оно мне надо? Хорошая жена испарилась там в офисе, когда застала его за сексом с Ритой. Хочет есть, пусть готовит сам. Или заказывает. Я для него не собираюсь ничего делать. К тому же пока мой желудок был не в состоянии что-то в себя пускать. А позже спущусь перекусить сама.

Бессонная ночь дала о себе знать и под мелькающий телевизор с приглушенным звуком, я начала засыпать. Проснулась только от того, что щелкнула ручка двери. Я лениво приоткрыла глаза. В комнату осторожно вошел Марк.

– Пойдем завтракать. – Он говорил обычным будничным тоном. Это злило еще больше.

– Не хочу.

– Надо.

Он подошел ближе и хотел снова взять на руки. Я стала брыкаться, и Марк отступил.

– Хватит. – Взвизгнула я. Дальше мой голос был более спокойный, но тон оставался ледяным. – Я сама могу дойти. Я сказала, что не хочу есть. Меня мутит. И вообще, прекрати вести себя, как ни в чем ни бывало. Делать вид, что в нашей жизни нет измены и шантажа, я не собираюсь. По крайней мере, наедине.

Это должно было стать веским аргументом. Марк молча вышел из спальни. Наконец-то до него дошло. А, нет, не дошло. Спустя минут десять он вернулся с подносом. На нем стоял чай, вода с лимоном и чем-то еще, нарезанный лимон и апельсин. Марк оставил это все около меня на тумбочке и ушел. Действо сопровождалось полным молчанием.

Когда муж вышел, я понюхала чай. Тот был с мятой. Дальше вода с лимоном и медом… Ах, вон оно что. Облегчить токсикоз. Вот, молодец. Сначала моя реакция была довольно насмешливой. Но, все же мне и правда, было нехорошо. Я пересилила себя, взяла желтую дольку лимона и лизнула. Кислый. Поэтому тело тут же содрогнулось. Никогда не любила кислое. Но, желудок, как ни странно, не протестовал, поэтому пришлось лизнуть еще. Это помогло.

Чуть позже Марк снова вошел в спальню. Я расправилась с апельсинами и собиралась выбираться из кровати.

– Тебе легче? – Спросил муж.

Я хотела снова ответить ядом, но вспомнила, что нам нужно собираться к его родителям.

– Да. Скоро буду готова.

– Хорошо.

Вот и весь наш диалог. Я поняла, чего Марк добивался. Он действительно хотел, чтобы мы просто забыли его измену и продолжили жить, как прежде. Не выйдет. Даже если мне не удастся оспорить брачный контракт, я не прощу. И каждый день буду об этом говорить.

Глава 4

Мы вошли в большую помпезную гостиную семейства Говоровых. Владельцы яхт, заводов, пароходов считали, что тихий семейное торжество выглядит именно так. Я выросла в другом мире, где праздники отмечали совершенно иначе. И дарили мы милые незатейливые подарки, а не новые автомобили или дачи. Говоровы традиционно отмечали всей семьей именно старый Новый год. На празднике обычно были мы, брат свекрови с женой и племянник свекра. Олег всегда был один, так как девушек менял с такой регулярностью, что мы перестали даже спрашивать их имена. Майя Григорьевна с порога кинулась нас с Марком обнимать. Хоть что-то в наших семьях схоже.

Мое недомогание меня отпустило и я даже начала чувствовать себя лучше. Особенно после объятий свекрови. Хотя, я искренне считала Майю Григорьевну мамой. Такое тепло разлилось по телу. Я никогда не смогу сделать что-то, что ранит ее. Но, моя радость от встречи была недолгой. Пройдя дальше в гостиную, мое сердце словно пронзил нож. Перед елкой стояла рыжеволосая эффектная красотка. Рита. Да-да именно та, с которой мне изменил мой дорогой супруг. Она поправляла украшение на зеленых ветвях. У меня ком подступил к горлу. Увидев ее, Марк напрягся и положил мне руку на талию. Его прикосновение жгло кожу даже через ткань. Хотелось убрать ладонь, но родители на нас смотрели.

– Что она тут делает? – Шепотом спросил он у матери, тыкая пальцем на Риту.

– Ой, Риточка в этом году захотела с нами встретиться. В прошлом ведь не получилось.

Риточка увидела нас и на ее лице расплылась улыбка. Я бы сказала оскал. А мое же лицо больше напоминало урюк. Я кое-как справилась с подступившей тошнотой. В этот раз меня мутило от злости. Маргарита шла к нам и покачивала бедрами. По полу раздавалось цоканье, точно такое же, как и в тот день в офисе. Она сияла не хуже, чем новогодняя елка. Мерзкая ведьма. Я злилась не только на Мрака. Он, безусловно кобель и предатель, но Риту это не освобождало от ответственности. Она знала нашу семью. Она, в какой-то мере, была ее частью. Это гадко и низко. Но, девица выглядела победительницей. Только непонятно, в чем она выиграла. В том, что так унизила меня? А я и не знала про соревнование.

– Алена, Марк. Здравствуйте. – Ласково протянула Рита.

Она приблизилась ко мне и чмокнула в щеку. Я не шелохнулась. Затем Рита повернулась другой стороной и я должна была ответить ей взаимностью, но у меня не было сил на любезности. Она отстранилась, одаривая меня гневной усмешкой. Ее видела только я.

Затем девица потянулась к Марку. Тот выглядел злым. Когда Маргарита поцеловала моего мужа в щеку, я услышала его вопрос адресованный ей.

– Ты зачем приперлась?

– Фу, какой ты грубый. – Рита отстранилась и поправила Марку галстук. – Вообще-то я тоже член семьи.

Меня аж перекосило от злости. Я сжала кулаки. Нужно совладать с собой и не показывать настоящих чувств. По крайней мере, пока. Мне необходимо думать, прежде чем сделать тот или иной шаг. Марк плотнее притянул меня к себе. Он что, защищался от Риты мной? Каков наглец. Я дернулась, чтобы показать, что мне неприятны его прикосновения. От чего мой муж еще крепче прижал меня. Он не из тех, кто отступает. Видимо, я стала его новой целью.

Мои мучения прервала Майя Григорьевна, которая пригласила всех к столу. Она заботливо усаживала всех на свои места и… Марк оказался между мной и Ритой. Это заговор? Может, я чего-то не знаю? Ладно. Пусть так.

Ужин проходил за дружеской беседой. Марк то и дело пытался взять мою руку в свою ладонь. Я не поддавалась. В конце концом он шепнул мне на ухо.

– Хватит капризничать. Не расстраивай маму.

Я хотела крикнуть, что у него совсем нет совести, но Майю Григорьевну, я действительно не хотела расстраивать. Мне пришлось повиноваться.

Бывший любимый мужчина переплел свои пальцы с моими, и поднес мою руку к своим губам. Его дыхание обжигало. Я всегда реагировала на его прикосновения. А уж тем более такие, почти интимные. Он поцеловал один мой пальчик. Во мне это легкий, почти невесомый поцелуй тут же отозвался. Внутри кольнуло. Я начала ругать себя за то, что невольно начала млеть. Нельзя.

Снова пришло мое спасение откуда не ждали. Дмитрий Анатольевич чинно восседавший во главе стола, объявил всем о том, что нужно подарить друг другу подарки.

Все шло своим чередом, как в эту нашу традицию снова влезла Рита. Что-то ее в моей жизни становилось слишком много.

– Ой, а я тоже подготовила для вас подарки. – Щебетала девица.

Она подарила презенты всем собравшимся и в самом конце повернулась к нам.

– Марк. Ты мне практически как брат.

Я подавилась смешком. Остальные это если и заметили, то никак не отреагировали. Какой к черту брат? Вы занимались сексом. Мой муж был, как натянутая струна. Он молча слушал любовницу.

– Недавно у тебя разбилась рамка для фотографий. Ну, которая стояла на твоем рабочем столе в кабинете. Я решила преподнести тебе новую.

– Спасибо. – Процедил Марк, сквозь зубы.

– Аленочка. – Меня передергивало от ее слащавого тона. Как же она могла быть такой гадкой? – Я слышала, что вчера ты понервничала и попала в больницу. – Рита сделала печальное выражение лица и паузу. Это было необходимо для драматичности момента. Все начнут расспрашивать, а что случилось… Майя Григорьевна как раз ахнула, но перебивать Риту не стала. В общем, эта стерва играла на моих нервах. – Я хочу, чтобы ты отдохнула. Это сертификат в СПА.

Я даже не подумала протянуть руку и взять свой подарок. Марк сделал это за меня. Все вокруг начали перешептываться.

– Ритуль. – В тон ей начала я. – Ты знаешь, мы не знали, что ты тоже будешь на празднике, поэтому не подготовили для тебя достойны подарок. Извини. Но, я точно его тебе сделаю. – Оказывается у меня тоже получалось быть стервой.

Все косились на меня. И действительно, мое поведение оставляло вопросы. Ладно, нужно было унять свою злость.

– Что ты, Аленочка, конечно же, я все понимаю. – Мурлыкала ведьма.

Она хотела еще что-то сказать, но я ее нахально перебила. Рита скривилась. Девица не любила быть на вторых ролях. Мелкая гадость, но мне приятно.

– Однако у меня есть подарок для Майи Григорьевны и Дмитрия Анатольевича. – Тут мой голос был искренним.

– Аленочка, вы же уже подарили… – Причитала свекровь. Она еще не знала, что у меня более ценный подарок, нежели путевка в круиз.

– Майя Григорьевна, этот подарок получился как-то сам собой. А еще он… Эм… особенный. И потрогать вы его сможете не раньше, чем через месяцев семь. – Я немного волновалась, потому что, в отличие от мужа, его родители не испортили мне сюрприз.

Я протянула им коробочку. Мужчина и женщина переглянулись. Наверное, они уже догадывались, но пока виду не подавали. Развязав ленту и открыв крышку, они долго смотрели на содержимое. Я видела, как меняются их лица. Свекровь постепенно округляла глаза, не веря им. Свекор тоже был ошарашен и поглядывал то на меня, то на коробочку. Я и сама так реагировала на тест.

Марк взял мою руку в свою и по мере того, как его родители понимал, что скоро станут бабушкой и дедушкой, он сильнее сжимал мою ладонь.

– Мне больно. – Тихо рявкнула я ему на ухо.

Марк ослабил хватку, но не отпустил. Майя Григорьевна кинулась меня обнимать и целовать, Дмитрий Анатольевич последовал за ней.

Глава 5

– Ура. – Радостно восклицала женщина. – Я стану бабушкой.

– Что? – С явным раздражением спросила Рита. Похоже, это не входило в ее планы.

– Риточка, Аленочка беременна. – Пояснила свекровь, не понимая, что девица была от этой новости, мягко говоря, не в духе.

Рита попыталась улыбнуться, но это было больше похоже на гримасу. Тут у нее не получилось имитировать радость. Явно моя новость ее сильно ошарашила.

– Поздравляю. – Выдавила из себя она. – Простите, мне нужно сделать один звонок.

Маргарита спешно вышла из-за стола и дальше я не знала, куда та запропастилась. Да и не было желания выяснять. Майя Григорьевна и остальные обнимали нас, осыпая поздравлениями.

Мой муж выглядел счастливым. Лжец. Как так можно притворяться? Ребенку он, безусловно, рад, но так нежно на меня смотреть. Я не стала расстраиваться из-за самодовольного самца, который растоптал мою любовь.

– Марик, принеси мою шкатулку, пожалуйста. – Попросила сына Майя Григорьевна.

Я знала, что женщина хочет подарить мне что-то из ее драгоценностей. Это была их еще одна семейная традиция. Марк послушно пошел выполнять просьбу матери. Я же старалась на него не обращать никакого внимания, а просто наслаждалась общением. Майя Григорьевна начала расспрашивать, как я себя чувствую, давала советы, как унять утреннюю тошноту и вообще всякие мелочи о беременности. Мне этого так не хватало, потому что моей мамы не было рядом. Становилось грустно, но свекровь не давала печалиться. Ее забота всегда поддерживала. Затем она начала рассказывать о своей беременности. Забавные ситуации и сложности. Но, в какой-то момент замолчала.

– Что-то Марк запропастился. – Сетовала Майя Григорьевна. – Нужно сходить его поторопить.

Женщина хотела встать, но я уже устала сидеть, и мне просто необходимо было пройтись.

– Я схожу. – Предвидя возражения, я тут же продолжила. – Мне много сидеть вредно. – Это был запрещенный прием, но можно было быть точно уверенной, что он сработает.

– Ох, Аленочка, твой муж балбес. – Рассмеялась свекровь. – Спасибо тебе большое.

Я побрела прямиком в спальню родителей мужа. Подходя к двери до меня начал доходить разговор на повышенных тонах. Марк и Рита о чем-то спорили. Ну, кто бы сомневался.

– Рита, между нами ничего нет. – Голос моего мужа был холодным. От этого в душе невольно стало приятно. Так ей и надо. – Ты была каким-то помутнением, которое я себе никогда не прощу.

Я горько усмехнулась. Сердце снова болезненно сжалось. Вот, кобель.

– Марк, ты не можешь так со мной поступить. – Явно надув пухлые губки говорила ему Рита. – Мы с тобой…

– Все, хватит. Разговор окончен. Я не желаю видеть тебя. – Еще более грубо ответил Марк.

Точно кобель. Переспал, а теперь выбрасывает, как тряпку. Что это я? Воспылала жалостью к Рите? Нет, ни в коем случае.

– Милый, мы работаем вместе. – Слова девушки были насмешливыми. – Ты от меня никуда не денешься.

– Увольняйся. – Рявкнул Марк.

– Я этого не сделаю. – Так же уверенно и твердо ответила Рита.

Мне стало интересно, до чего же они дойдут. Поэтому стояла и слушала. Не осуждайте меня. Любопытно же.

– А если ты будешь меня заставлять, то я расскажу твоему отцу, что между нами было.

Это прозвучало, как «бе-бе-бе» в песочнице. Хотя, аргумент весомый. Дмитрий Анатольевич примерный семьянин, требующий того же от сына останется недовольным поведением наследника.

– Если ты это сделаешь, я собственными руками тебя придушу. – Марк говорил сквозь зубы. Я чувствовала его ярость. Даже мурашки прошлись по телу.

– Ты это отцу будешь объяснять. – Но, Рита его не боялась. – Вон они как над твоей Аленкой кудахчут. Беременная. Доченька. – Эти слова звучали с такой долей яда, что даже у меня во рту стало горько. – Кстати, почему она еще с тобой? Почему не послала к чертовой бабушке? Унижалась? Просила ее не бросать?

– Тебя это не касается.

– Касается. – Рита чуть ли не крикнула. – Это я должна была стать твоей женой, родить тебе детей и быть все время рядом. А не эта дворняга.

– Рот закрой. – Марк не на шутку злился.

– Ты же и хотел на мне жениться. Помнишь? А потом, видите ли, влюбился. Как же я тебя ненавижу.

– Рита, прекрати.

Новость о том, что мой муж был обручен с Ритой, или, как минимум, все к тому шло, меня очень больно уколола. И никто мне об этом не говорил. Все, меня стало подташнивать. Я подслушивала разговор мужа и любовницы и ничего не могла сделать. Хотя, что-то все же могла. Я просто молча распахнула дверь, и вошла в комнату. Они оба на меня обернулись. Марк выглядел таким испуганным. Раньше надо было бояться.

– Там все ждут. – Грозно процедила я. – И радуйтесь, что не Майя Григорьевна вас услышала. Она собиралась пойти на поиски сына.

– Ой, спасибо тебе великодушно. – Кривлялась Рита.

Мне хотелось ее ударить. Вцепиться в волосы и хорошенько оттаскать. Но, я же хорошая девочка. Мне оставалось только ударить ее словами.

– Милая моя. – Я говорила, подражая Марку. – Ты можешь забрать себе его. – Мои слова были о мужчине, который в тот момент наблюдал за нами. – Я не держу. Бери. – Это была настоящая издевка. А то, как менялось выражение лица Риты, красноречивее всего говорило о точном попадании в цель этих фраз. – Не идет? – Я нарочно сочувственно скривилась. – Значит, не тем местом ты его завлекала.

Девица только бросала на меня убийственный взгляд. Рита сложила руки на груди и отвернулась. Она была невероятно злой. Приятный для меня бонус. Я прошла к туалетному столику Майи Григорьевны и взяла ту самую шкатулку, о которой говорила женщина и сунула ее в руки Марку.

– Пошли, нас ждут. – Снова мне удалось быть равнодушной и спокойной.

Марк молча пошел следом. И только выходя из спальни, я услышала ответ.

– Ты просто забеременела раньше. – Рита усмехнулась, намекая, но то, что у нас одинаковые методы.

Конечно же, мне было что ответить. Я взяла руку Марка и протянула ее девице.

– На. – Мои глаза, не моргая смотрели на нее. – Бери. – Марк одернул руку. Ему было неприятно. – Видишь, не хочет. Но, ты старайся, унижайся. Может, повезет. – Мне оставалось только пожать плечами и гордо уйти.

Может быть, я поступила неправильно, но в тот момент казалось это единственным верным решением.

Выйдя к родственникам, на моих губах снова заиграла улыбка. И теперь она была более искренней. Небольшая победа над Ритой подняла мне настроение. Моей целью не была борьба за Марка. С ним придется справляться другими способами. Если бы на ее месте была девушка не знающая о его семейном положении или хотя бы не вхожая в наш дом, все было бы по-другому. Но, Рита… Она намеренно потопталась по мне. Я не останусь в долгу.

Марк передал шкатулку матери. Действительно Майя Григорьевна подарила мне потрясающую брошь, которая передавалась уже не одно поколение. Я была искренне благодарна за такой подарок. Женщина даже прослезилась, когда мне ее закрепила на платье. Сзади меня послышалось характерное цоканье тонких шпилек. Походка Риты, будто не менялась никогда. Она покосилась на украшение, красовавшееся на струящейся ткани, и одарила меня злобным взглядом. Я же в ответ только мило улыбнулась. Пусть захлебнется своим ядом.

Глава 6

Мы со свекровью обнялись. Все было весело, но в один момент голова начала кружиться. Я уцепилась за руку Майи Григорьевны. Марк тут же подхватил меня под другую руку. Накатила легкая тошнота, затем тело обмякло и в глазах потемнело. Я потеряла сознание. На мгновение.

Меня уложили на диван. Когда самочувствие пришло в норму, первое, что бросилось в глаза, то, что Марк держал меня за руку, осторожно поглаживая. Остальные были рядом, но не близко.

– Фух. – Выдохнула Майя Григорьевна. – Все в порядке? Ты нас напугала.

– Оно как-то само получилось. – Я попыталась сесть, а Марк заботливо мне в этом помог.

– Наверное, нам лучше поехать домой. – Обратился мой муж к родственникам.

Уже был вечер, и сразу же отправилась спать. Как ни странно, Марк никак на это не отреагировал. Я только рявкнула на него, когда он начал снова ходить за мной хвостиком. Ну, упала в обморок, что теперь я стала инвалидом? Будь у нас все нормально в отношениях, как раньше, я сказала бы ни слова. Наоборот, пользовалась бы ситуацией, как могла, а теперь, когда отвращение к мужу перевешивало, не было желания находиться с ним даже просто рядом.

Утром Марка дома не оказалось. Естественно, он отправился в офис. У него жизнь продолжалась в привычном русле. А я… Мне тоже нужно было постараться продолжать дальше. В брачном договоре не говорилось, что я буду готовить мужу или исполнять свои супружеские обязанности. Чисто соседи. Я ждала, что вечером меня настигнет негодование по этому поводу, но Марк молчал. Это бесило. Вы скажете, что я хотела его вывести из себя, добиться от него эмоций, сделать больно. Наверное, да. Он принес мне боль, хотелось отомстить. Но, я не знала как. Когда живешь в розовом мире счастья и гармонии, не задумываешься о том, как бы припасти козырей в рукавах на всякий случай.

Прошло еще пару дней. Я днем встретилась с подругами, а вечером устроила себе СПА процедуры. Даже настроение улучшилось. Время приближалось ко сну, а Марка все еще не было. Я старалась себя убедить, что не ревную. Хотя, оставаясь официально его женой, имела на это полное право. Конечно же, звонить я ему не стала. Мне безразлично ,где он и с кем. Кого я обманывала, конечно же, мне было неприятно осознавать, что мой муж мог в это время быть с другой женщиной. И дело не в моих хк нему. Бунтовала гордость. Он привязал меня к себе, самым мерзким образом, а сам получал где-то удовольствие на стороне. Возможно. Теперь эта мысль не выходила у меня из головы.

Я легла в свою постель и попыталась уснуть. Как только сознание начало погружаться в сновидения, раздался телефонный звонок от Марка. Я не хотела брать. Нет меня. Отстань. Но, звонок повторился. Ладно, твоя взяла.

– Алло. – Мой голос был сонный и недовольный.

– Здравствуйте. – На том конце был мужской незнакомый голос. – Скажите, кем вам приходится Марк Дмитриевич Говоров?

Меня в мгновение сковал страх. Сердце ускорило ритм. Руки тряслись, а по телу прошла волна жара. Не к добру.

– Это мой муж. – Выговорила я дрожащим голосом. – Что с ним? – В мгновение меня охватило волнение.

– Заберите его из нашего клуба.

Фууууух. Отлегло. Он просто где-то напился. Вот еще чего. Мой драгоценный муженек тусовался, а я его должна забирать. Нет уж.

– Какого еще клуба? – Я не была радушным собеседником, и мой тон это выдавал.

– У нас был бой и его хорошенько помяли. Сам вряд ли доберется.

– Какой нафиг бой? – Я была, мягко говоря, в недоумении.

– На ринге. Девушка, вы приедете? – Снова послышался нетерпеливый голос.

Я могла смело бросить предателя там и не гадать, как поступить. Но моя жалость не позволила бросить Марка одного, тем более, когда он находился в уязвимом положении. Себе я твердила, что дело в репутации семьи.

– Да, сбросьте адрес, я приеду.

Вот этого мне не хватало. Куда он полез? Я знала, что мой муж увлекается боями, но это были дружеские спарринги. Пока я собиралась, в голове то и дело мелькала мысль, почему я должна ехать его забирать? Но, снова вся цепочка размышлений приводила ко мне. Мои причитания продолжались вплоть до самого клуба. Какая-то подворотня, мусорный бак, глухой забор, и совершенно неприметная железная дверь в углу, которую разглядеть не так-то просто.

Я постучала в нее кулаком. Ответа не было. Я постучала более настойчиво. Чуть поскрипывая петлями дверь открылась. На меня смотрел какой-то амбал.

– Чего шумишь? – Его голос был низким и грубым.

Я невольно вжала шею в плечи. Мужчина вызывал неприятные ощущения. Хотя, наверное, в таком заведении это и было главным критерием отбора охранников. Может быть, в душе он был зайкой.

– Я за Марком Говоровым. – Мой голос дрогнул. Еще бы, темнота, страшная подворотня, где ни единой живой души, и этот громила, от которого у меня волосы на голове шевелились.

– Заходи. – Уже менее устрашающе ответил мужик и отошел, что бы я вошла. Видимо пароль правильный.

Он провел меня по какому-то коридору, типа подвального. Мерцал свет. От этого места становилось не по себе. Как в фильме ужасов. Затем мы вошли в другую дверь. Комната. Плакаты бойцов, афиши, стол, пару стульев и диван, на котором сидел мой ненаглядный. У него все лицо было разбито. Сердце так больно сжалось. Чисто по-человечески было его жаль. Снова моя гордость одернула, что он сам на это пошел, его никто не заставлял.

Я приблизилась и присела рядом. Марк открыл заплывшие глаза. У него на лице были раны, из некоторых сочилась кровь. Таким я еще ни разу не видела мужа.

– Поехали домой. – Устало выдавила из себя я.

– Зачем ты тут? – Рычал мужчина.

Я так и не поняла, Марк был недоволен моим появлением? С чего это вдруг? А потом я поняла. В комнату вошла, кто бы вы подумали? Рита. Конечно же Рита. Она бросила на меня косой недовольный взгляд. Я подняла брови в вопросе. Мол, чего приперлась.

– Марик, я приехала, как ты и просил. – Щебетала девушка, сразу же отвечая на все мои немые вопросы.

– Марик едет домой. – Ответила ей я, передразнивая ее слащавый тон.

Можно было оставить его Рите, и пускай она его приводила в порядок. Но, помимо гордости, у меня была жалость. А еще, пока я не нашла решение своей проблемы, то наша семья в глазах других будет как прежде.

– Ты дура. – Выпалила Рита, глядя мне в глаза. – Он об тебя ноги вытер, а ты за него вцепилась.

– Рита, заткнись. – Повысил голос Марк.

– А что не так? – Она сделала вид, будто не сказала ничего предосудительного. – Твоя жена меркантильная курица. Ты ее в дверь выгонять будешь, она в окно обратно влезет.

– Рита, заткнись. – Еще раз, уже более злобно прошипел Марк.

Та только издала недовольный вздох.

– Как хочешь. Сам позвал, а теперь прогоняешь. Я вообще-то отложила дела ради тебя. – Она снова сделала акцент на том, что Марк хотел видеть ее, а не меня.

Ей ответа не последовало. Рита раздраженно хмыкнула и вышла за дверь. Я и не собиралась ничего спрашивать, но мой муж начал оправдываться.

– Я не хотел, чтобы ты видела меня в таком виде. Кроме нее мне некому было позвонить.

– Если ты решил держать меня на цепи, прекрати публично унижать. Иначе я начну кусаться. – Мои слова должны были стать убедительными. Мой единственный рычаг воздействия, это родители, и Марк знал, что моему терпению может прийти конец.

– Я больше так не буду.

Глава 7

Мы добрались домой, и я усадила Марка на диван. Он старался делать вид, что ему не больно, но было заметно, как трудно ему давалось каждое движение. Завтра будет еще хуже. Оказалось, тяжело снять с него футболку, но кое-как у нас это получилось.

– Сиди ровно. – Я принесла мазь для заживления ран и, присела напротив на стул.

– Не нужно. – Он пытался протестовать. Это было, как обычно. Взрослый мужчина, который не боялся получать по морде на ринге, трясся словно осиновый лист от заживляющей мази. Да, она щипала немного, но терпимо.

– Дмитрий Анатольевич если увидит, то будут вопросы. – Мои слова должны были стать убедительным аргументом.

– Твоя замазка все равно не скроет всего. – Снова словно маленький ребенок, капризничал Марк.

– Как хочешь.

Я встала со стула, чтобы уйти. Не хватало мне еще его уговаривать. Марк схватил меня за запястье, останавливая. Он слишком сильно потянул, что я не удержала равновесие и почти упала на него. А точнее уселась ему на колени. Реакция мужа была, даже после хороших побоев, мгновенная. Наши лица оказались слишком близко друг к другу. Марк так смотрел в мои глаза, будто что-то там искал. Сострадание? Прощение? Любовь? Я на секунду даже забыла, что ненавижу его. Все внутри томительно сжималось. Самое сложное, это даже на секунду не поддаться чувствам. Если Марк заметит брешь в моей защите, начнет переть напролом. Но, я так по нему соскучилась. Гордость и здравый смысл победили. Я твердила себе, что нужно немного потерпеть, а дальше станет легче.

– Ладно. Пусть будет, по-твоему. – Шепнул он мне, но не отпускал.

Его губы были так близко. Я всеми силами цеплялась за свою обиду. По спине прошлись мурашки. Его голос был таким пронзительным. Невозможно забыть в мгновение то, что раньше безмерно нравилось и заводило. Мне так не хватало этих сильных ласковых рук, которые проводили по телу, заставляя то гореть огнем страсти. Все, что Марк творил с моим телом вмиг заставило это самое тело дрожать. Наступила критическая точка. Я резко встала на ноги, одергивая его руки, которые спешили меня задержать, и отвернулась. Щеки горели от того, что я начала возбуждаться. Пришлось это спрятать. Я пошла на кухню попить воды. Это действительно помогло снять напряжение. Вернувшись к Марку, снова вмешались чувства. Интересно, а не будь беременности, я также реагировала бы?

Сердце всегда щемило, когда даже после дружеских спаррингов муж возвращался с ссадинами. Жалость пришлось прятать. Марк, наверное, надеялся, на то, что я не смогу долго сдерживаться и мое обостренное сострадание заставит простить измену. Не выйдет. Даже то, как я его любила, не позволяло все забыть.

Я окунула палец в мазь и стала осторожно наносить ее на раны. Марк иногда дергался, так как лекарство щипало. Несмотря на свою выраженную эмпатию, впервые я ощутила удовлетворение, что ему больно. Как тогда с Ритой. Это малая часть того, что эти двое заслужили. Правда, прикасаться к коже мужа стало пыткой. Наверное, во мне играли гормоны. Иначе никак не объяснить моего к нему влечения. Он и сам нет-нет, да и томно вздыхал. Я стойко продержалась и закончила свою работу.

Когда все раны были обработаны, я отправилась мыть руки и снова хотела лечь в постель. Все же, середина ночи. А утром меня ожидал сюрприз. Мой супруг, оказывается ночью, укатил в командировку. Странно, что мне он ничего не сказал о ней. Я нашла на кухонном столе записку, что он с родителями улетает смотреть место под новую базу отдыха где-то в глуши лесной.

Ну, что ж, не расстроилась. Я позвонила Алисе. Она обещала помочь разобраться в одном вопросе.

– Да. – Задумчиво проговорила подруга. – Ваш брачный договор не действителен, так как подобные условия не могут ним регламентироваться. Это незаконно. Могла бы сразу спросить.

– Я так и знала. – Моей радости не было предела. Вот оно что. Марк просто решил обмануть меня и запугать. Еще минусы ему в карму.

– Если честно, я не думала, что он на такое способен. Измена, шантаж, манипуляции. – Удивлялась Алиса.

– Я тоже. Но, в любом случае, спасибо.

– Обращайся.

Мы поговорили, и мне стало гораздо легче. Теперь ничего не удержит меня от развода. Майю Григорьевну я как-нибудь подготовлю.

Казалось, что даже утренняя тошнота поутихла. А, нет… Не утихла. Я побрела делать себе апельсиновый сок. От него становилось легче. На кухне работал телевизор. Он что-то бубнил, но я не особо его слушала. Меня мутило, и кружилась голова. Утренний токсикоз, чтоб его…

Начался выпуск новостей. Такое вообще не прельщало моего внимания. Но, когда я взяла пульт переключить канал, то увидела репортаж о крушении вертолета. Автоматически перещелкнув, я на секунду замерла. Марк с родителями улетел в Вологду, а оттуда на вертолете до нужного места. Это была просто параллель и ничего более. А еще, по времени все совпадало. Я вернула канал обратно. Мне стало не по себе, так как ведущий поведал, что нашли двоих погибших. Мне было нехорошо физически, а тут еще и такая информация. Я сразу вспомнила слова своего гинеколога, что беременным нужны положительные эмоции, а все плохое лучше убирать. Новостные сводки это сплошной негатив. Уже собираясь переключить дальше, до моего слуха дошли следующие слова:

«Личности погибших установлены, это Майя Григорьевна и Дмитрий Анатольевич Говоровы».

Я в мгновение села на стул, нервно клацая на пульте кнопку громкости. Мое сердце начало быстро колотиться, а в районе живота все холодело. Конечности немели.

«Их сын Марк Дмитриевич Говоров, который тоже находился на борту, пока не найден. Поиски продолжаются»

Дальше я не слышала ничего. Пульс так стучал в ушах, что глушил все остальные звуки вокруг. Меня начало сильно тошнить. Я помчалась в ванную. Опустошив желудок, я умылась. Сил не было. Голова гудела. Эхом проносились слова «погибшие» и «поиски продолжаются». Хотелось реветь, изо всех сил. Я поспешила в спальню, чтобы воспользоваться успокоительным, которое мне было выписано доктором, когда я попала в больницу. Врач говорил, что оно для экстренных случаев. Это был самый, что ни на есть, экстренный случай.

Марк был подлецом и сволочью, который предал мою любовь, но я ему ничего подобного не желала. К тому же, я по-прежнему его любила. Продолжала любить. Он был отцом моего ребенка. А родители для меня были, как родные. Осознание все больше и больше накрывало волной. Шок от услышанного начал отпускать. Руки тряслись. Я кое-как проглотила таблетку, запивая водой. Из глаз начали течь слезы. В пояснице неприятно болело. Это мои почки отзывались на стресс.

– Стоп. Алена, не реви. Тебе мало было один раз в больницу загреметь.

Я стала сама себя успокаивать, пока лекарство не подействовало. Нужно звонить. Куда? Кому? Я вернулась в кухню и, схватив пульт, перемотала репортаж на начало. Было больно смотреть все это заново. Пальцы дрожали, а ноги не хотели меня держать и я села на стул. Кадры с места катастрофы ужасали. И снова диктор произнес те же самые слова. Теперь сомнений не оставалось. Мои свекровь со свекром погибли, а муж… Его еще не нашли. Ожидание, самое страшное, что может быть. Я понимала, что живым его вряд ли обнаружат, но хотя бы тело… От этого снова подступила тошнота, но я с ней справилась, начав глубоко и ровно дышать. Что дальше делать? Звонить самому близкому мне человеку.

– Алло Алиса… – Мой голос дрожал и готов был сорваться.

– Аленочка. – Подруга говорила сочувственно. Она уже знала. – Я соболезную.

– Алиса, это правда? – Я все же разревелась.

– Аленка, успокойся, тебе нельзя нервничать…

Ее слова перебил дверной звонок. Я утирала слезы ладонью.

– Подожди минутку, посмотрю кто там. – Подойдя к двери, я включила видеодомофон. – Рита… – Вырвалось из меня. Вот кого точно не ожидала увидеть. – Алиса, я тебе перезвоню.

Глава 8

Пришлось открыть. Рита мерзко цокала своими шпильками по полу. Этот звук пульсировал в висках, и вызывал во мне волну отвращения. Она вошла в дом, осматриваясь, будто была там впервые. Лучше бы так и было.

– Что тебе нужно? – Мне и без нее было тошно.

– Не выразишь мне даже соболезнование? – Голос Риты был совсем не таким, чтобы ей можно было в чем-то сочувствовать.

Вот так наглость. Какая же она гадкая. Я раньше не замечала.

– Соболезную. – Тихо буркнула я. Она ведь крестница Дмитрия Анатольевича. – Зачем пришла? Я не хочу тебя видеть. – У меня не было сил изображать радушную хозяйку.

Рита прошла глубже в дом, так же рассматривая все вокруг.

– Ты когда собираешься съезжать? – Спросила она так легко, что я даже не поняла, правильно ли расслышала ее слова.

– Что, прости? – Мой мозг пока плохо соображал, и пришлось переспросить вдруг, мне действительно послышалось.

– Съезжать. – Снова повторила Рита, но уже более четко, глядя мне прямо в глаза. – Это теперь мой дом. – Пояснила она, с омерзительной улыбкой.

Я только что потеряла семью, и эти слова вызвали только истерическую усмешку.

– Что такое? – Рита нахмурила брови. – Не ожидала?

Действительно, в голове пазл не сходился.

– Как это?

Девица снова процокала чуть в сторону, делая виду, что изучает картину на стене.

– Крестный позаботился обо мне и завещал свое имущество. – С довольной ухмылкой поведала мне любовница моего мужа.

– Не неси ерунды. У него есть сын и… – Я осеклась.

– Ты? Ой, не смеши. Ты для них была как личный клоун. – Рита в голос рассмеялась. – Они смотрели, как ты перед ними лебезишь, а после, смеясь, обсуждали. Ты бы это слышала. – Рита рассказывала это искренне веселясь. Я не верила ее словам. Такая змея могла, что угодно наплести. Дмитрий Анатольевич и Майя Григорьевна на такое не способны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.