Дмитрий Кудесник
Книга первая – перерождение

Глава 1 Предыстория.

Мужчина преклонных лет, в махровом халате, подошёл к столику в своей личной библиотеке и начал делать запись в дневник.

Запись из личного дневника Аристарха Васильевича Воронова.

Сегодня знаменательный день для науки, к сожалению, мой последний.

Итак, подведём итог: я прожил замечательную и продуктивную Жизнь. Имею три учёных степени в области математики, физики и химии. Двое детей, четверо внуков, одно больное сердце и печень.

Убеждённый атеист и человек, посвятивший себя науке.

Знаю на достаточном уровне четыре самых распространённых языка и ещё тремя владею на уровне «любителя».

Неделю назад у меня случился инфаркт, но, по счастливому стечению обстоятельств, я до сих пор жив. Врачи обещают мне срок до конца года и не более, т.к. есть несколько патологий и другие риски.

Посему, я решил завещать своё тело науке и дабы не обременять родственников в случае, если стану «лежачим». Сегодня моё тело и разум будут участвовать в эксперименте.

Более подробно вы сможете узнать в новостных лентах, но, если в двух словах, то мне сначала проведут процесс эвтаназии, затем подключат к новейшей разработке инженерной мысли, которая сможет доказать, что посмертие существует. А именно, группа учёных снимет показания моего мозга со всеми его ощущениями. Далее очень чувствительные детекторы зафиксируют отделение души от бренного тела и то, куда она направится. Я практически уверен в отсутствии души как таковой, но допускаю мизерный шанс на погрешность, как и в любом расчёте сложнейшей задачи.

*

Новости.

Сегодня скончался выдающийся ум нашего поколения. Он отдал своё тело и разум науке, дабы разрушить последний оплот веры – существование души. Ведь все предыдущие были разбиты о стальные борта науки, даже живое из неживого мы можем напечатать на принтере. Да, это всего лишь бактерии, но тем не менее…

Эксперимент привёл к неожиданным результата, и весь проект был закрыт. Учёные отказываются давать комментарии. Тело выдающегося учёного возвращено родственникам. Следите за новостями.

Специально для вас, "Евроньюс"

Глава 2 Осознание

Это было больно. Очень больно.

Сперва я почувствовал холод после укола. Затем моё тело отказало, но не полностью, какое-то время органы продолжали функционировать. Но когда начали отказывать и они, пришла БОЛЬ. Будто сотни иголок вонзили во все внутренности. Странно, что мозг продолжал всё фиксировать.

Затем было чувство лёгкости и прострации, что продолжалось неопределённое количество времени. Но всё рано или поздно заканчивается. И снова боль.

К моему счастью, боль была не всеобъемлющей как до этого. Всего лишь страдала кожа, немного мышцы и крайне жгучее чувство в груди, к которому я успел немного привыкнуть, благодаря проблемам с сердцем.

Осознав себя, я открыл глаза, и каково же было моё удивление: я был в какой-то грязной, вонючей канаве. В этой же канаве обнаружились и другие люди, которые по отсутствию дыхания, видимо, уже умерли. Но я-то жив, пора вставать и разбираться, что со мной случилось и где я вообще нахожусь.

Недавние события начали всплывать в памяти.

Первая мысль меня разозлила до помутнения. Как же лаборатория посмела после эксперимента не отдать моё тело родственникам, а отвезти в какую-то глушь и просто выбросить в канаву!

Более того, я выжил и очень зол. Когда, хотя нет- если, да, если я отсюда выберусь и доберусь до цивилизации, то организация, так со мной поступившая со мной, сильно пожалеет о содеянном.

Перебирая одними локтями, кое-как удалось выбраться из канавы, на то ушло по внутреннему ощущению около десяти минут.

Перевернувшись на спину, я начал по привычке анализировать происходящее.

Итак, первое, что я увидел, были трупы незнакомых людей. Далее – ржание лошадей и край кареты с каким-то гербом на периферии зрения. Удивительно, но факт, все трупы были одеты в простейшую одежду, похожую на мешковину и, судя по виду, довольно потасканную. Потом я повернулся на живот и пополз.

Эти умственные тренировки по детальному восстановлению событий были настолько естественные, как дышать. Я всю сознательную жизнь тренировал свой мозг разными способами. Например, перед сном часто прокручивал день в обратном порядке. Максимально детально вспоминая все мелочи. Это не только развивало память, но и помогало быстро уснуть, лишь воспоминания переваливали за полдень.

–Что, лошади? Карета? – неожиданно сознание зацепилось за нестыковку.

Я поднял руки перед собой и увидел их. Это не были руки мужчины в возрасте. Это были руки ребёнка. Ребёнка, который одет в такие же лохмотья, как и те, кто закончил жизнь в канаве.

В голове сильнее закружило, ведь и до того там летали вертолёты. Но сейчас перед глазами подёрнулась пелена, означая непринятие реальности или нереальность того, что последние пятнадцать минут я считал реальностью.

Итогом этой эмоциональной вспышки стала потеря сознания.

Глава 3

Приходил в себя тяжело. В моём возрасте, да с той кучей болячек, что была у меня, так было практически каждый день. Я долго пытался сперва собрать в кучу свои мысли, затем открыть глаза и осознать, что половина тела затекла, а другая и без того болит. Позже, глядя в потолок, вспоминал, какой сегодня день и какие были на него планы.

В этот раз было немного иначе – меня колотила дрожь.

–Ну вот, где-то подцепил вирус и лежу с большой температурой, – подумалось мне, отчего настроение рухнуло окончательно. И лишь спустя минуту, начали всплывать смутные воспоминания, отчего-то взволновавшие меня. Вновь была надежда на то, что я всё это придумал в горячке болезни, ну или намедни прочёл какую-то историю в Интернете и она осела в моём мозгу.

Не спеша открываю глаза и понимаю, что лежу на голой земле. Вдоль моего взгляда нет ничего, лишь взбитая пыль да редкая трава.

В этот момент сердце сперва пропустило удар, а затем начало биться с удвоенной частотой.

–Всё же не привиделось, – говорю сам себе в слух и слышу детский голос.

В попытках как-то уложить в голове происходящее, я медленно и тяжело встаю с земли. Тело было замлевшим и сильно тряслось от холода, к тому же я отлежал правую руку, которая оказалось подо мной. Видимо, я долгое время пролежал на ней всем телом.

Приняв сидячее положение, я начал оглядывать себя. Зеркала, как и лужи, поблизости не было, а ползти из любопытства в канаву, сами понимаете. Максимум, который был мне доступен, это осмотр и ощупывание тела. По предварительной оценке, выходило, что мне от семи до двенадцати лет, в зависимости от наследственности и питания. Из одежды лишь драные штаны мышиного цвета да такая же рубаха без пуговиц, на талии подпоясанная бечёвкой. Ноги и того хуже, были просто обмотаны какими-то тряпками и подвязаны всё той же бечёвкой.

Бросив взгляд в канаву, увидел пять трупов. Все они такого же бомжеватого вида, как и я, с той разницей, что явно старше. Один мужчина, на вид лет пятидесяти, лежал «глядя» в небо. Он был похож на стереотипного бомжа, а на его груди сидело существо, очень напоминающее крысу, лишь отсутствие шерсти да наличие чешуи, как у змеи, отличали её от земной. Насколько я понял, она уже принялась за поедание бомжа.

Ощупав свою голову, нащупал волосы, которые были сильно засалены, а кое-где сбиты клоками и имели длину чуть больше моих пальцев.

Когда успокоился, то начал обдумывать, что мне стоит предпринять далее. Продолжать сидеть тут – не вариант, надо выяснить хотя бы, где я, точнее предыдущий владелец тела, обитал ранее.

Да, случившееся никак не укладывалось в голове, да и вариантов случившегося не было, а потому я просто решил принять ситуацию как есть. Позже, когда хоть немного разберусь в происходящем, буду разбираться, что же случилось.

Поднявшись на ноги, осмотрелся и увидел в сотне метров от себя какие-то сараи, а может и бараки, в которых обитали люди. Следом за ними виднелась каменная стена, на вскидку около трёх этажей в высоту, а вот уже за стеной виднелись редкие черепичные крыши нормальных зданий.

От бараков шла гравийная дорога, она тянулась вдоль канавы, у которой я себя и обнаружил. Повернувшись в другую сторону, увидел, что через полкилометра дорога уходила в лес.

Направившись в сторону селения, в голове у меня появилось чувство узнаваемости. Будто я когда-то, очень давно, тут единожды бывал и вот спустя годы вернулся. Но это не давнее узнавание, а довольно свежее. Разница была в том, что я точно вспомнил образ камня, что лежал у дороги. Более того, я помнил довольно детально практически всё увиденное, но память будто сильно затуманена, и воспоминания с большим трудом всплывают в голове.

Когда я сконцентрировался на этих ощущениях, то даже остановился и прикрыл глаза, чтобы отвлечься от внешних раздражителей. В памяти начали всплывать образы каких-то людей, других людей, схема улиц пригорода. Почему-то я был свято уверен, что отлично знаю пригород, и то, что за стеной, и тот огромный город с кучей людей. При этом оценивая объективно этот огромный город, понимаю, что он тянет максимум на звание посёлка городского типа по количеству проживающих тут граждан.

Моё сознание словно раздваивалось. Приходило не только узнавание, а знание простейших вещей, которые въедаются в память против твоей воли. Например, язык, на котором ты разговариваешь всю жизнь, или ежедневный маршрут, который ты способен пройти хоть с завязанными глазами.

Это было очень похоже на старческий склероз, когда люди забывают, что было вчера, но смогут вспомнить номер автобуса, на котором всю жизнь ездили сначала в школу, а затем и на работу. При этом были потери и с моей стороны, было стойкое чувство, что часть моих воспоминаний безвозвратно ускользает. К счастью, я забывал не значимые для меня вещи. К примеру, я не мог вспомнить текущий курс валют или всех врачей и учёных, что проводили эксперимент с моим участием.

–Так, стоп. Эксперимент. Возможно, это из-за него я тут очутился. Но вот, хоть убей, не представляю, как такое могло случиться. Меня просто поместили в специальную комнату, нацепили кучу датчиков и ввели в кровь ряд препаратов, чтобы убедиться в том, что никакой души и посмертия нет. Но вот он я. Стою неизвестно где, в теле какого-то мальчугана из неблагополучной семьи, родители которого явно страдают от низкой социальной ответственности. Будем исходить из того, что всё же что-то случилось, и мой разум, и… Да, ересь, конечно, но пусть будет для удобства так, душа также перенеслась в это тело. Да, примем за рабочую версию. Теперь имеем ситуацию, когда мозг этого ребёнка смог сохранить часть воспоминаний, а всё остальное пространство заняли мои воспоминания. Возможно, из-за замены, да и рабочего объёма памяти, и начали стираться самые незначимые части моих воспоминаний.

Мозг ребёнка явно сейчас переживает перегрузки, так как голова начала дико раскалываться. Даже перед глазами начало немного плыть. Пришлось немного повременить с прогулкой и какое-то время просто просидеть на обочине, пока мне не станет легче.

Просидев не меньше часа, по субъективным ощущениям, я встал и продолжил путь. Голова болеть не перестала, но хотя бы картинка перед глазами перестала плавать.

Так в полутумане я добрался до дома.

–Мда, долго мне привыкать к такой жизни.

Судя по воспоминаниям, именно здесь я ночевал. Деревянный сарай, примерно пять на семь метров, с одной дверью и двумя окнами, что имели подобие ставней, плетённые из лозы ставни, сейчас были нараспашку, а оконный проём был завешан тряпкой. Дверь представляла собой примерно то же самое. Стены были, где из кривой доски, а где и просто из всё той же лозы, уложенной меж толстых палок, вкопанных в землю, а затем замазанных глиной.

Когда я зашел внутрь, в нос ударил запах немытых тел и перегара. Обстановка была удручающая. Три стула, явно сделанных не профессиональным столяром, стояли у такого же убогого стола. У стены нечто похожее на мини камин, выложенный из булыжника с глиной. Внутри на крюке висел железный котёл, а рядом стояла глиняная посуда. По обе стороны от него лежали топчаны, на которых валялась солома, застеленная тряпками. На одном из топчанов спало и храпело тело.

Мои воспоминания подсказали, что тело принадлежало тому, кого малец считал своим папашей.

Есть хотелось ужасно. Не особо думая, я залез рукой в котёл и достал оттуда пригоршню какой-то липкой каши, что была уже с душком. Поморщившись и не придумав альтернативы этой еде, запихнул всё это в рот и как можно быстрее проглотил. Поморщившись с минуту, повторил процедуру дважды, после чего понял, что больше не смогу заставить себя это есть. Надеюсь, желудок у паренька крепкий, ведь хоть голод и утолил, но может всё оказаться во вред. Уж лучше и вовсе быть голодным, чем страдать от отравления и всех сопутствующих приключений.

Когда собирался покинуть этот сарай, тело, что до этого храпело, начало шевелиться и село. С трудом собрав глаза в кучу и смачно выматерившись, глядя на меня, он с десяток секунд что-то обдумывал, а затем залепил мне оплеуху.

–Ты почему тут? Если ты сбежал от его колдунства, и меня заставят вернуть деньги, то я лично тебя забью до смерти! – под конец диалога, мне прилетело ещё пару оплеух. – Что с тебя, блаженного, толку, только корми тебя. Так хоть денег немного за тебя получил, да и тут ты умудрился всё мне испортить. Проще прикопать тебя и сказать, что не возвращался. Лучше бы твоя мать на своё лечение последнее отдала, чем на твоё. Иди, и чтобы я тебя больше не видел! – был поднят я рывком за шкирку и пинком в зад отправлен на улицу.

Не заставив себя ждать, просто пошёл хоть куда-нибудь подальше от того, кто продал своего сына. Я не знаю, какие порядки царят в этом месте, но уверен, что продавать родных детей, люди не могут. Даже звери оберегают потомство. Нет, это больше не человек, а чудовище, что рано или поздно закончит свою жизнь или в потасовке за глоток алкоголя или захлебнётся рвотой во сне.

Попытался вспомнить мать мальчика, но ничего не вышло, вспоминался лишь этот моральный урод. Следует из сказанного, мальчуган и его мать заболели, и она выбрала лечение паренька, а сама скончалась. Но вот с папашей бедному мальцу не повезло. Возможно раньше и было по-другому, да он запил с горя, но этого уже не выяснить.

Одно до меня дошло точно, сюда я больше не вернусь ни под каким предлогом.

Оглядевшись, понял, что ещё только раннее утро и народ начинает понемногу просыпаться.

В этих трущобах ловить нечего, вместо еды можно добыть только побои. Надо идти в город и искать счастья там.

Дойдя до ворот, застал момент, как их начали открывать колоритные мужики.

Двое, скорее всего стражников, были одеты в штаны чуть получше моих, в руках у них копья в два метра длиной и с железным наконечником. На ногах что-то похожее на кожаные галоши, сверху кожаные куртки с металлическими вставками спереди. Головы покрыты шлемами, но, как ни странно, также кожаными, лишь железный обод был приделан к этим шлемам.

Подойдя, хотел уже было прошмыгнуть, как получил удар ногой, не то, чтобы хотели покалечить, скорее просто отшвырнуть подальше.

–Куда прёшь, босота, возвращайся в свой гадюшник.

Отойдя подальше и сев на землю за первым же углом, стал ждать, сам не знаю чего. В это время понял, что язык мне не знаком, но я отлично его понимаю, а многие ругательства может и не имеют дословного перевода, но мозг отлично предоставляет русскоязычный аналог.

Просидев так пару часов, услышал ржание лошадей. Поднявшись, пошёл посмотреть и увидел, как к городу приближается телега, запряжённая здоровенной лошадью. Конь был похож на наших тяжеловозов, лишь копыто раздвоено, как у коровы, а так довольно точное сходство.

Обежав по кругу улицу, выскочил рядом с повозкой, прокатился по земле и ухватился снизу, чтобы таким образом проскочить за стены города. Снизу нашлись детали телеги, засунув ноги и руки в которые, я надеялся, что сил щуплого тела хватит на задуманное.

Глава 4

На воротах телега простояла совсем недолго, пара фраз ни о чём, и проехали внутрь. Спустя сотню метров, я отцепился и быстро скрылся в ближайшем переулке. Останавливаться не стал на тот случай, если меня всё же кто-то заметил. Пропетляв немного наугад, позволил себе остановиться.

–И так, мы за стеной, что дальше? – спросил у себя вслух, дабы быстрее упорядочить мысль.

Неизвестно, как на меня будут реагировать другие стражи города, если они тут вообще есть и патрулируют город.

Исходя из увиденного, это какое-то средневековье. Вон и воины с копьями есть, и недородитель говорил про какого-то «его колдунство». Да и не видел я пока ни электричества, ни асфальта, ни каких-либо других признаков цивилизации. Отталкиваемся от того, что либо это дикое захолустье, либо максимальный прогресс – печатный станок.

–Мдааа, к такому меня жизнь не готовила, – не удивлюсь, что сейчас в цене не мозги, а семейные узы и личная сила. Но умный нигде не пропадёт, я привык себя полагать не самым глупым человеком своего столетия.

Интересно, а этот паренёк, хотя бы школу посещал? Хотя нет, не так: есть ли тут общественные школы, как таковые? Почему-то мне кажется, что ничего подобного тут нет. Если учебные учреждения и есть, то они для тех, кто может заплатить, и то не для тех, откуда я только что прибыл.

Для простоты восприятия надо принять себя. Пожалуй, пора смириться, что каким-то образом я занял тело этого мальца и не стоит его впредь воспринимать как отдельную личность. Стоит принять его жизнь, как часть своего прошлого, так мозг быстрее примет ситуацию. Вот ещё вопрос: я вытеснил душу, что была в этом теле, или произошёл обмен? Но об этом потом, а сейчас… Да решено, тело моё и, пока я не узнаю подробности, совесть грызть не должна, может у него случилась клиническая смерть, а тут я подоспел.

Так вот, вопрос открыт. Меня учили письму и чтению, или я днями получал затрещины отца да искал пропитание? Надо как-то это выяснить.

Посмотрев под ноги, взял камушек и попробовал написать хоть что-то на местном языке. Чуда не произошло, в памяти ничего не всплыло. Жаль, конечно, но ничего не поделать.

–Ладно, хватит рассиживаться, дорогу осилит идущий.

Двигаясь дворами или небольшими переулками, я иногда подходил к центральным улицам и смотрел, что там происходит.

Город просыпался и оживал. Одни люди выходили из своих домов и направлялись в центр, другие, коих меньшинство, седлали редких лошадей и направлялись в сторону городских ворот.

Люди не выглядели как-то по-особому, в любом селе та же картина, что и тут. На девушках и женщинах не было макияжа, а мужчины редко были бриты. Чаще всего просто аккуратно стриженые бороды той или иной длины. Одежда редко выделялась цветом, чаще всего цветовая гамма составляла от светло – серой, до практически чёрной. Наверное, небольшая разница была в том, что всего дважды за текущий час мне попадались дамы в платьях, чаще всего одежда никак не отличалась от мужской.

Те, что победнее, одеты чуть лучше, чем я, но у всех хотя бы обувь была. Те, что побогаче, не подпоясывали рубахи или другую верхнюю одежду. Она была на нескольких завязках или пуговицах в виде коротких, обработанных палочек.

Дома оказались преимущественно деревянными у окраины, а ближе к центру появлялись и каменные постройки. Зачастую можно было видеть первый, каменный этаж и деревянную мансардную надстройку. Хотя, пройдя почти до самого центра, были уже и трёхэтажные здания, целиком выполненные из обработанного камня. Стёкол на окнах я не видел нигде. Лишь всё те же ставни, но уже из чистого дерева. Крыши домов у стен устланы чем попало от соломы до досок, и лишь многоэтажные каменные здания имели черепицу, которую я видел и поверх городской стены.

В самом центре обнаружилась небольшая речушка, не шире пяти метров. Раньше она не попадалась мне на глаза, так как я шёл перпендикулярно ей. От речушки иногда отходили искусственные ручьи, насколько я понял, одним из них и является та канава, у которой я себя и обнаружил сегодня.

–Интересно, почему было не сбросить тела в реку, чтобы их подальше унесло течением? Хотя, если река проходит под стеной, то, возможно, там есть решётки, через которые тела не смогут проплыть, а оставлять их в черте города, видимо, не захотели.

Самый центр, как и ожидалось, был очень оживлённым. Там имелась площадь, которая по своему размеру равнялась футбольному полю, с той разницей, что была круглой формы. Поверхность её из сбитой земли с мелким камнем. Не знаю во что тут всё превратится после дождя, но сейчас данное покрытие мало чем уступало асфальту.

По кругу от площади виднелись довольно высокие здания в два и три этажа, и по виду своему не являлись целиком жилыми.

Некоторые скорее всего были административными, хотя большинство из них являлись магазином-складом на первом этаже и жилыми на верхнем. Из общей картины выделялось лишь два здания. Первое было довольно красивым, с лепниной по углам и вокруг оконных проёмов. Оштукатуренное здание имело три этажа и выделялось своей красотой на фоне остальных.

Ровно напротив него, по другую сторону площади, находилась башня. Самое высокое строение города. На глаз – около шести этажей. Целиком сложено из метровой длины каменных блоков. Высоту блоки имели вдвое меньшую, а глубину неизвестную. Башня эта под десять метров диаметром, а первый этаж – довольно большой прямоугольник, метров двадцать с лицевой стороны.

Окна же совсем узкие и напоминали бойницы, а не окна. На самом верху не было ожидаемого шпиля, судя по виду, там была ровная площадка, на которую можно выйти.

Лишь эти два здания имели двери, обитые железом, а также пару стражей у входа.

Саму площадь я бы назвал словом торжище. Не было специально оборудованных рядов или иных торговых точек. Каждый занимал понравившееся место. Да, вон и та телега, что провезла меня в город, стояла с овощами. Пока мужчина в возрасте торговал, два молодых и довольно крепких парня стояли по обе стороны от телеги и следили за сохранностью товара.

Я старался держаться подальше от людей, ведь, не зная порядков, несложно схлопотать по многострадальной голове, что подтверждали проходящие мимо люди. Завидев меня рядом, многие люди начинали украдкой придерживать одежду, скорее всего в тех местах у них были деньги. Однажды какой-то мужик, обернувшись и увидев меня, даже замахнулся в мою сторону, но ударить не мог, всё же близко я ни к кому не подходил.

–Куда стража смотрит, опять полный город попрошаек и карманников? Перебить бы вас всех.

Видимо, кто-то из «моего района» его чем-то знатно разозлил в прошлом. Может, и правда обокрали.

Решив отойти в переулок, пока действительно не попался на глаза стражам, быстро пошёл в ближайший.

Зайдя в подворотню, заметил небольшую компанию детей, примерно моего возраста, они усердно что-то обсуждали. В отличие от меня, они выглядели немного получше. И мяса на костях побольше, и на ногах не простые тряпки.

–О, смотрите, дурачок снова в город проскочил, – развеселился один из парней, на вид лет двенадцати.

–Чего-то ты сегодня без настроения, случилось чего? Может твой папаша чем обидел? Обычно ты сияешь как солнце, – поддержал его второй.

Проскочила мысль, что не просто так меня блаженным давеча обозвали, да о бесполезности намекнули. Вдруг мне действительно досталось тело ребёнка с задержкой развития? Тем удивительнее, что это меня никак не коснулось, ну насколько я могу судить. Видимо, проблема была психологическая, а не физиологическая.

–Так может он просто не рад нас видеть? Чего это он, совсем уже? Надо ему напомнить, как хорошо в нашем дружном коллективе, – сказал третий, и среагировать я не успел. Было дёрнулся от рванувших ко мне детей, да только быстро нагнали и стали бить. Не скажу, что слишком больно и с желанием покалечить, но вот обидно весьма.

Когда им надоело это занятие, то они куда-то отправились, а среди удаляющихся голосов расслышал фразу: «Да как всегда, даже не сможет рассказать никому, он два слова с трудом связать может.»

Хм, похоже действительно я был отсталый, но ничего, теперь всё будет иначе, главное, как можно быстрее вникнуть в местную жизнь и адаптироваться.

Глава 5

Слоняясь по городу, внимательно подмечал любые детали, которые были мне доступны. Например, смог разглядеть местную валюту, что была до боли прозаичной, золото, серебро да медь. Названия валюты услышать не удалось, так как все её так и называли, по наименованию металла. Разницей служило то, что она имела разную форму. Насколько я понял, меньший номинал имел треугольник, средний – квадрат, и максимальным был круг. Рассмотреть детально ничего не удалось, оно и логично, кто ж мне даст в руки деньги из любопытства.

Из инфраструктур было много мелких ремесленников и кулинаров. Причем каждый старался делать что-то своё. Одни специализировались на стульях и столах, другие – на шкафах, третьи – на приготовлении рыбы, четвёртые выделывали кожу. До сих пор не заметил никого, кто бы делал, скажем, любую мебель или еду.

Лишь недалеко от одних из ворот мне попалось подобие хостела. Как я это понял? Услышал разговор двух мужчин, что покидали это заведение. Они спорили о том, что стоило взять одну комнату с двумя кроватями, а не общую на восемь коек. По их словам, кто-то из других постояльцев храпел, как лесной зверь, из-за чего он не смог нормально выспаться.

Заглянув во двор здания, увидел столики вдоль стен. Видимо, столовой как таковой не было, и гостям предлагалось кушать во дворе заведения.

Стало бы проще, умей я читать, но, к сожалению, этого навыка у меня не было. Надо бы найти кого-то, кто сможет меня научить. Было бы здорово отыскать библиотеку, ведь где, как не в местной кладези знаний можно почерпнуть данное умение. С учётом того, что у каждой двери всех заведений или магазинов стояла продукция, либо у двери висело полотно с её изображением, навряд ли я пропущу библиотеку, если она попадётся на пути.

Так я и ходил, внимательно изучая город. Чтобы быстрее запомнить схему города, во-первых, ориентировался по сторонам света, благо солнце отлично мне в этом помогало. Во-вторых, старался запоминать самые высокие и запоминающиеся здания и что находится рядом с ними. Была надежда на то, что город разделён на сектора или районы, промышленные или другие, но нет. Все ремесленники и им подобные просто устраивали свой бизнес на первом или единственном этаже здания, исключением было торжище. Ближе к вечеру я довольно сильно устал и дико хотел есть, но, как добыть еды, до сих пор не придумал.

Пару раз видел других ребят из тех трущоб, откуда и сам родом, которые, бывало, пытались кого-то обворовать, но чаще всего их ловили и звали стражу. Итогом такой поимки было то, что стражи пару раз огрели мечом по спине, (хорошо, что плашмя) да выдворили за ворота. Одна парочка ребят воровала еду. Один из них отвлекал, другой выхватывал из рук продукты.

Я не могу себе морально позволить опускаться до подобного, поэтому упорно терпел голод и искал возможность раздобыть еду честно.

До самой ночи, так и не найдя никакого путного варианта, пошёл искать, где бы заночевать.

Возвращаться к биологическому отцу не было никакого желания, лучше уж тут в подворотне где-нибудь.

К своему счастью, уже в потёмках мне удалось приметить невысокий двухэтажный дом с соломенной крышей, которую, видимо, уже давно пора было чинить, но хозяин дома почему-то этого не делал. Да и залезть туда труда не составляло. Всего-то один этаж по выщербленной каменной кладке, затем по углу деревянного сруба, сложенного «в лапу».

Так и поступил, дождавшись, пока не стемнеет основательно. Когда залез, то старался не шуметь, насколько это возможно. Уже будучи на чердаке, наощупь нашёл место, где можно прилечь, также наощупь нашёл, сам не понял, что, но попытался накрыться, чтобы было теплее. По итогу вышло, что я себя чем-то присыпал, а не накрыл.

Спустя час так и уснул, с ревущим от голода животом.

*

Когда проснулся, то не понял, где нахожусь и почему нос забит пылью. В голове пронеслись мысли, что снова надо вставать, мерить давление, пока готовится завтрак. После завтрака обязательно узнать новости в науке и политике и далее по списку ежедневных задач, с той разницей, что обязательно стоит проветрить дом и сделать уборку, ведь с таким уровнем пыли дышать невозможно.

Десяток секунд спустя вместо долгого подъёма с постели, кряхтя и ругаясь на дряхлое тело, я вскочил и ударился обо что-то головой. Лишь в этот момент всплыли воспоминания обо всём случившемся.

–Ну ладно, кхе-кхе. Новый день – новые приключения, кхе-кхе. – тихо прошептал я, откашливая пыль.

На чердак, сквозь солому в углу четырёхскатной крыши, пробивался луч солнца и тускло освещал собой помещение. Оглядевшись, понял, чем же вчера укрывался перед сном. Это была средневековая теплоизоляция. Пол чердака был усыпан сухими листьями вперемешку с песком и опилками. Вот на этом я спал, этим же себя и присыпал перед сном. Больше на чердаке ничего не было.

Около получаса пролежал, прислушиваясь ко всему подряд, но в основном к тому, что творится в доме.

Если на улице были всё те же звуки, что и вчера, то в доме кто-то один занимался своими делами. Человек ходил молча и почти не издавал звуков. Через упомянутых полчаса жилец дома вышел, и всё окончательно стихло. Сильно опасаясь, что кто-то заметит, как спускаюсь по стене, решил выйти через дом, ведь часть окон явно выходит во двор или переулок.

Аккуратно найдя лаз на чердак, открыл крышку люка, свесил ноги, затем перевалившись, повис на руках и спрыгнул на пол. На пару секунд замер, прислушиваясь, но убедившись, что посторонних звуков нет и никто не спешит проверять, что же там за шум, отправился дальше.

Против своей воли не смог удержаться и обследовал дом.

Второй этаж представлял собой две спальни, примерно три на пять метров, из которых вели выходы на балкон. Первый этаж чуть больше, именно над выступающей частью первого этажа и был балкон.

В спальнях довольно пустынно. Кровать, шкаф, кресло – и всё. На первом же этаже была гардеробная, чулан с разным хламом, кухня и гостиная.

Не знаю, что на меня нашло, но когда я увидел пару обуви в чулане, что пылилась в углу, то не смог сдержаться. С одной стороны, кража, а с другой – эта обувь была заношена почти до дыр и всего на пару размеров больше нужной мне. Ноги, замотанные в тряпки, почти идеально поместились в полусапожках, сделанных из трёх кусков кожи каждый.

Был соблазн хорошенько поесть, но тут моя совесть осталась почти не запятнана. После недолгих поисков я лишь представил повесившуюся мышь. Еды тут не было от слова совсем.

Окна закрыты ставнями, свет попадал лишь через фигурные вырезы в них, а потому с побегом проблем не возникло. Посмотрев через отверстия в ставнях, выбрал самое, на мой взгляд, безлюдное и неприметное направление, да, открыв окно, сняв доску-заслонку, вылез на улицу.

Спустя десяток минут и три улочки прямо передо мной открылась дверь, и довольно упитанная женщина в возрасте, боком, аккуратно выходила с двумя вёдрами.

–Вам помочь? – спросил я у женщины.

–Ану брысь, босота. Денег нет, не надейся, а будешь приставать, я стражу позову, – нахмурившись, начала она ругаться.

–Мне бы поесть чего, я со вчерашнего утра не ел, – сказал я, против воли сделав очень жалкое выражение лица.

Мне было дико неловко и стыдно такое говорить, ведь изначально мой порыв помочь казался абсолютно бескорыстным, так уже меня воспитали. Но тем не менее, тема привела к еде. Я действительно почти ни о чём другом не думал.

–Ладно, вынесешь помои в канаву, я отдам тебе объедки со стола, – с недоверчивым видом произнесла женщина.

–Скажите, где ближайшая, и я мигом, – обрадовавшись, принял одно ведро из её рук.

Намеревался взять оба, но быстро понял, что если канава не за ближайшим углом, то могу и одно не донести. Уж больно щуплым я был, а вот ведра литров десять минимум, да ещё не из тонкой жести, а из цельного дерева, с верёвочной ручкой, что тоже пару килограммов веса добавляет.

Как оказалось, до канавы примерно пятьдесят метров, но не по прямой, а снова через лабиринт улиц.

Кое – как справившись и поставив перед ней пустое ведро, постоял с полминуты, упёршись в колени руками, и, когда снова смог более-менее нормально дышать, поволок второе ведро.

В этот раз провозился чуть дольше, потому как сделал две коротких передышки по пути.

После того как отдал второе, пустое ведро, выслушал упрёки о том, что ведро надо споласкивать, а не только выливать и в следующий раз за халтуру ничего могу и не получить. Через минуту мне всё же вынесли еду в деревянной миске с наказом есть быстро и возвращать тарелку, о чем можно было и не просить. Еду, уже не понятно какую, я буквально сгрёб к себе в рот, при этом сделав в голове пометку о словах – в следующий раз. Значит, сюда можно наведаться и завтра.

Посидев недалеко от этого дома и достаточно отдохнув, двинулся дальше, исследуя город.

Иногда терялся, абсолютно не понимая, где я, иногда против воли делал петлю и выходил в какое-то приметное место, чтобы заново двинуться в путь. Тем не менее воображаемая карта в моей голове понемногу заполнялась.

Ближе к вечеру оказался недалеко от ещё одних городских ворот. Тут также оказалась ночлежка, но со столовой на первом этаже и двумя жилыми этажами сверху. Внешне она казалась чуть побогаче и уютнее предыдущей, но при этом у неё не было своего двора, она окружена улицей.

Набравшись смелости, я зашёл внутрь, чтобы вдоль стены прошмыгнуть к окну у дальней стены. По ту сторону окна находился мужчина около шестидесяти лет, с пышными усами и бородой.

Подойдя, я решил действовать по придуманной и частично опробованной схеме.

–День добрый, у вас не найдётся для меня работы, я очень хочу есть и готов взяться за любой труд.

Мужчина полминуты смотрел на меня довольно скептически и с подозрением, затем кивнул на дверь сбоку от окошка, в которую я и прошмыгнул.

–Жена моя с каждым днём всё быстрее устаёт, а платить посторонним не хочет. А вот за еду, думаю, можно и помочь ей, но ты не особо раскатывай губу. Максимум, что тебе достанется, это то, что пропало или не заберут с собой. Если устраивает, то можешь перемыть всю посуду, и я лично проверю каждую тарелку. Если что-то меня не устроит, то пойдёшь отсюда голодный.

Деваться некуда, и я принялся перемывать посуду. Вся она скинута в деревянное корыто с водой. Насколько мне объяснили, надо было брать тарелку, затем тряпку и с помощью песка отмывать. Далее процедура повторялась в соседнем корыте, но с более чистой тряпкой и водой. Затем вытереть насухо полотенцем и аккуратно поставить на стол.

Ну, не так уж и сложно. Что я ни разу посуду не мыл?

К моему удивлению, кормить меня начали довольно скоро. Буквально на четвертой тарелке хозяин заведения подошёл, проверил уже помытое и протянул тарелку с едой, на которой были кусочки мяса и каша из непонятно чего. Быстро всё съев, и помыв за собой, продолжил работу.

*

Проснулся от того, что меня, можно сказать, нежно пнули под зад. Доделав работу и, к моей радости, наевшись на пятой тарелке до отвала, так и уснул на полу в ожидании новой грязной посуды.

–Вставай и проваливай. Уже ночь, и все разошлись, а ночевать у меня можно только за деньги.

Поблагодарив за работу и оплату, я отправился в ночь, искать тот чердак, где ночевал до этого.

Через час плутаний почти наощупь плюнул и залез под какую-то телегу, где и уснул. Спать было довольно холодно, учитывая, что я в тонкой одежде и на голой земле, но хотя бы на сытый желудок.

Глава 6

Проснулся от того, что меня кто-то поднимал за шкирку и ставил на ноги. Открыв глаза, увидел большого бородатого мужика, в кожаной броне и с мечом на поясе. Он-то и достал меня из-под телеги. Сонливость как рукой сняло.

Вспомнив что-то из молодости, сделал короткие рывки в разные стороны, а затем максимально быстро, провернулся пару раз вокруг своей оси и присел. Кусок ткани на спине, за которую меня держали, вывернулся из пальцев стража, а я рванул в ближайший переулок, слушая вдогонку приказы остановиться или хуже будет.

Убедившись, что оторвался от погони, остановился, выравнивая дыхание и осматриваясь. Прикинув план действий, вновь отправился к той женщине, что поручила мне вынести помои. По времени вроде бы ещё успеваю.

Найдя нужный дом и дверь, уселся у стены на землю и стал ждать. Прождал почти час, пока вчерашняя дама не появилась на пороге дома. На этот раз она была с пустыми руками и просто выглянула на улицу, завидев меня, подозвала поближе.

Подойдя, увидел вчерашние вёдра за порогом.

–Давай живее, у меня ещё дел много.

Заставлять ждать не стал, подхватил первое и пошёл со всей доступной скоростью к канаве.

Вылив содержимое, долго не мог понять, где же тут ополоснуть ведро, так как канава больше собой напоминала болото глубиной по колено, в котором плавали такие же помои.

–Ай, потом в реке отмоюсь, – поворчал я немного, снимая ботинки и закатывая штанины.

Закинув обувь себе за пазуху, зашёл по щиколотку в жижу, выбрав место, где почище, и, как смог, ополоснул ведро. В одном месте на стенке ведра немного осталось, и я пучком травы, что росла вдоль берега, всё же счистил остатки. Посчитав, что работа выполнена достаточно хорошо, отправился за вторым ведром.

На этот раз женщина не стала ни на что ворчать, а вынесла мне свёрток. Насколько я понял, это был лист, наподобие капустного, в который она положила остальную еду. Хотел было уже взять, но глянув на свои руки, понял, что лист я точно запачкаю, да и есть ими явно не стоит.

Ругнувшись на лишние заботы, женщина всё же смилостивилась и через десяток секунд вернулась с кружкой воды и полила на вытянутые руки.

Лист, действительно, напоминал капустный, в котором была каша и кости с хорошими кусками мяса на них. Сбоку лежал кусок недоеденной лепёшки.

Было немного неприятно есть чьи-то объедки, но голод не тётка, я всё понимаю.

Еда, это хорошо, но вот жажда никуда не пропала. Каша хоть и была довольно жидкой, но этого точно недостаточно.

Гуляя по городу, обдумывал, где же местные берут воду. В принципе я видел бочки с водой, которые возили на телеге и продавали её всем желающим, а точнее тем, кто не хочет ходить за ней сам, да и стоила услуга минимальную цену, но для меня вариант не подходил.

Пришлось обращаться к прохожим. Выяснить направления ближайшего колодца удалось не сразу. Многие лишь морщились и делали вид, будто меня не существует. Другие соизволили отмахнуться, как от мухи. Примерно на пятнадцатой попытке мне указали направление.

Пятнадцать минут ходьбы – и я на месте.

Небольшая площадь, образованная перекрёстком главных улиц, и колодец в самом её центре.

Колодец выложен из камня высотой до пояса и диаметром полтора метра. Над ним до боли знакомая конструкция с круглым бревном, на которое намотана верёвка с ведром на её конце. Сейчас колодец был занят, очередная телега набирала воду в бочки.

Занимался всем этим мужчина неопределённого возраста. Ему могло быть как сорок, так и шестьдесят. Тяжёлая жизнь сильно отразилась на его лице, уж это я умею определять в силу жизненного опыта.

Не став дожидаться своей очереди, да и момент удачный: не было стражи, я подошёл и предложил помощь.

–Давайте я вам помогу, буду поднимать воду из колодца, а вы разливать? – сказал я, подойдя и став рядом.

–Если ты на что-то надеешься, то можешь валить отсюда, сам бедствую, – глянув на меня, ответил мужчина.

–Нет, вы не так меня поняли, я просто помогу ни за что. Тем более что очень хочу пить, а так выйдет, что напьюсь быстрее.

Водовоз быстро оглянулся, высматривая внимательно что-то вокруг. Тут до меня дошло, что он ищет глазами моих сообщников, которые подчистят его карманы, пока я отвлекаю.

–Я один, можете не волноваться, – решил успокоить собеседника.

–Ага, так я тебе и поверил, давай вали отсюда, пока я тебе не навалял.

–Хорошо, но сперва напьюсь, как и планировал, – ответил ему, берясь в наглую за ведро, которое как раз было поднято.

Я ему помощь, а он грубит! Да, его опасения понятны, но это всего лишь опасения, грубить не обязательно.

Напившись, поставил ведро на край колодца и побрёл куда глаза глядят, у меня ещё не весь город обследован.

*

Побродив с полдня, оказался у той части города, что была примерно за той башней, что являлась самым высоким зданием в округе.

Чем ближе подходил, тем более высокие и богатые дома попадались на пути, плотность построек также росла. Возможно, изначально сами здания были меньше, и расстояние между ними было больше, но со временем это превратилось в то, что я сейчас наблюдал.

И каково было моё удивление, когда за очередным зданием обнаружился парк.

Самый обычный парк с тропинками, скамейками, беседками и разнообразными деревьями, в том числе и плодовыми. Вдоль тропинок росли цветы или декоративные кусты. Сам парк окружён живой изгородью из высоких кустов, что были аккуратно подстрижены и создавали видимость ровной стены.

Пробраться внутрь не составило никакого труда, у корней, между стволами растений, было достаточно места, чтобы я протиснулся.

Побродив немного по парку и оценив весь его масштаб и красоту, уселся в одной из беседок, что была сделана из деревянных брусков и почти полностью обросла цветущим, приятно пахнущим вьюнком. Тут меня сложно заметить с любой стороны кроме входа, но на этот случай я сел рядом с вышеупомянутым, чтобы и с этой стороны быть как можно незаметнее.

Длиной парк был под двести метров, а шириной в пятьдесят. Лишь будучи уже внутри, увидел, что он оканчивается у того самого здания, с башней, примыкая к нему. Соседние же здания отделены от этой территории всё тем же живым забором.

Усевшись поудобнее, облокотившись спиной о несущую стойку и закинув на скамью ноги, обнял свои колени и задумался о предстоящем.

Обдумать надо было много чего. Например, как долго мне побираться и питаться от случая к случаю. Вроде бы и нашёл способ пропитания, но нет стабильности, в любой день эта схема может быть нарушена, и я останусь голодным, да и стража может поймать и что случится потом, остаётся только догадываться, а проверять как-то не хочется.

В идеале было бы неплохо пойти куда-нибудь помощником, например, в кузницу, если она тут есть или в столярную мастерскую. Да в какую угодно, лишь бы кормили да место для ночлега предоставили. Также это даст хорошие перспективы. С регулярным питанием и работой я перестану быть таким задохликом и обзаведусь нормальным здоровым телом для своего биологического возраста. Второй положительный момент, я легализуюсь в городе и не надо будет больше прятаться от местной власти. Отсюда вытекают хоть какие-то перспективы на дальнейшую жизнь, а не вечное попрошайничество и жизнь в трущобах за стеной.

Кроме того, есть надежда, что новый работодатель окажется грамотным и поможет мне не только обучиться письму и чтению, но и приоткроет завесу, куда же я всё-таки попал и какие порядки царят в этом мире.

Ну и последнее, у меня появится возможность подняться ещё выше по местной иерархии. Ведь основная информация, что была у меня в прошлой жизни, до сих пор со мной. Пусть я и забыл многих людей или события, но что касается профессиональных знаний и навыков, всё на месте. Навряд ли в этом мире уже знают такие дисциплины, которые я преподавал многие годы. А это уже совсем другой уровень. Возможно, мне удастся стать кем-то значимым не только в черте этого города, когда я открою миру высокие науки.

С каждой минутой мои мысли погружались всё глубже и глубже в дискуссии с самим собой, планомерно выстраивая схему дальнейших действий и варианты их развития.

Вынырнул из чертогов разума не сразу, более того, мне помогли оттуда вернуться. Даже не сразу понял, что я не тот, кем являлся ещё пару дней назад, ведь в данный момент усердно пытался вспомнить, как мне добыть те или иные материалы для реализации своих задумок.

–Я вам не помешаю? – спросил кто-то густым басом. На что я автоматически, и не глядя на собеседника, ответил, – что вы, любезный, присаживайтесь.

Глава 7

Бросив взгляд на собеседника, увидел высокого, статного мужчину, лет пятидесяти на вид. Его голову с аккуратной причёской и коротко стриженную бороду плотно усеяла седина. Взгляд его суров и сосредоточен, а губы плотно сжаты. Но не это сильнее всего выделялось в его внешнем виде, а то что одет в ярко-красную одежду, красные штаны, заправленные в чёрные сапоги до колен. А также плащ, с капюшоном до колен из плотной ткани поверх чёрной рубахи на завязках вместо пуговиц. Он опирался одной рукой на резной посох, что доходил ему почти до плеча, а на одном из пальцев был золотой перстень с массивным камнем красного цвета.

Осознание ситуации пришло в долю секунды. Вот он, хозяин этого парка, который не просто так огорожен оградой. А вот я, бомжеватого вида пацан, что сидит в его беседке. Тут же проскочила мысль, что если он меня сейчас прибьёт своим посохом, то скорее всего ему и слова никто не скажет. Надо срочно включать мозги и выкручиваться из ситуации. Ведь вряд ли я смогу сбежать, как минимум, не получив палкой по спине, а то и того хуже по голове, чтобы снова стать слабоумным, если вообще выживу. Ведь человек напротив меня ходит с посохом явно не из-за болезней ног или спины. По таким сразу видно, что физическая форма довольно неплохая.

–Любезный, это оскорбление или издёвка? – спросил он, сгустив брови.

–Простите меня, мать давно умерла, а отец пьёт беспробудно. Некому было научить, как правильно обращаться, – согнулся я перед ним в пояс, пока произносил извинения.

–Допустим, а в сад пробрался тоже по незнанию? То, что сюда нет входа, кроме как из башни, тебя ни на какие мысли не натолкнуло?

–Не успел хорошо обдумать свои действия. Отец продал меня его колдунству, а когда я вернулся, то подумал, что я сбежал и захотел убить за это. Я пробрался в город, но тут напали другие дети, это место единственное, куда я смог сбежать, точнее, куда за мной не погнались, – начал я приплетать ложь к правде, дабы история стала как можно более жалкой, но при этом правдоподобной.

– Ты правда думал, что лучшим вариантом будет попасть сюда, а не просто и быстро и почти безболезненно погибнуть от рук отца? Неужели до тебя не доходили истории о тех, кто себе позволил даже меньшее? Стоп. Какой ещё, его колдунство? Подними голову и говори, как есть, всё, что знаешь.

–Не помню почти ничего, первое, что помню, как я лежу за городом в канаве с другими людьми, но они все мертвы. Кое – как добрался до дома, а там отец, дальше всё, как я и сказал.

–Совсем ничего до этого не помнишь? Ни где был, ни кто тебя купил, ни что было до всего этого?

–Нет, лишь то, что, когда проснулся, мимо проехала черная карета с гербом. Герб разглядеть не удалось, перед глазами всё плыло.

–Интересно, неужели этот старый пень снова взялся за свои эксперименты? – начал говорить мужчина, задумчиво глядя в пустоту.

–Можно я пойду? – спросил я в надежде получить согласие, пока он в задумчивости.

–Нет, стой тут, – быстро пришёл он в себя, а дальше я увидел магию.

Когда он отпустил посох, то тот так и остался стоять без опоры. Руки поднялись до уровня груди, а затем из пальцев и ладоней потекли струйки бледно-голубого дыма, которые будто бы немного светились. Зашевелив пальцами, он начал управлять этим дымом, который превратился в странную объёмную загогулину.

Вот её он и толкнул в мою сторону одной рукой. Нас разделял почти метр, и в последнее мгновение мне удалось развернуть корпус так, чтобы она пролетела мимо меня.

–Ты что, видел знак? – сильно удивившись, спросил мой собеседник.

–Да, он голубой и слегка светился, – не менее удивлённо ответил ему.

–А ну стой и не шевелись, это не больно и не навредит тебе. Мне теперь вдвойне интересно, – улыбнулся человек в красном и повторил свои действия.

Деваться было некуда, мне пришлось перебороть страх и замереть, закрыв на всякий случай глаза.

Практически ничего не почувствовав, кроме теплого дуновения ветра, что растеклось по всему телу, снова открыл глаза.

Оглядев себя, увидел напротив груди еле заметное свечение, будто символ растёкся по груди и просвечивает сквозь одежду.

–Могу тебя поздравить, ты не умрёшь сегодня от моей руки, ведь убивать магов – преступление высшей категории. Тебе повезло вдвойне, что я строго придерживаюсь законов, ибо скатится мир в бездну, если каждый из нас начнёт проявлять своеволие. Да, а если узнает кто…– последнее он произнёс почти шёпотом.

–Но на большую милость можешь больше не рассчитывать. Встать в наши ряды тебе не суждено по многим причинам. А теперь пойдём, мне надо обследовать тебя, за это тебя покормят, также я обязан выдать тебе перстень. Выдать бы тебе розог, а лучше виселицу, но закон есть закон. Не дай, властитель, кто убьёт по незнанию! Ох, лучше бы я поумерил своё любопытство, да просто прибил тебя по незнанию, чем всё это, – последнее снова было в полголоса, будто он сожалел о случившемся.

–Мне будет позволено задавать вопросы, раз я останусь жив?

–Да, можешь спрашивать, на некоторые я даже отвечу, таковы правила. И обращайся ко мне мастер Оверхоул или господин Оверхоул.

–Спасибо, господин Оверхоул. Почему я не смогу стать в один ряд с вами?

–Потому что ты безродный, я бы даже сказал бездомный. Никто не станет проводить обряд создания энергоканалов в твоём теле. Да и поздно уже, это надо делать в младенчестве при помощи специалистов и дорогостоящих расходных материалов. А ещё… Да какое там ещё, этого вполне хватит для тебя.

–Где я могу добыть материалы самостоятельно, а что такое энергоканалы? – уцепился я за новые знания и возможности.

–Энергоканалы – это нити, что ведут энергию от источника в мир. Обычно их делают два, от источника к ладоням. Дальше кому как нравится и что он может себе позволить. Вот тебе ещё одна причина, у тебя не источник, а искра, что вскоре затухнет, если её не подтолкнуть к развитию. Совсем как младенца. Материалы можно изготовить самому или купить. Их много, не буду перечислять все.

–Какие я бы мог добыть сам?

–Ну, убить демона из бездны, изменённое животное или магическое растение. С учётом твоих сил убить ты никого не сможешь, а найти растение да, но шансы на это настолько малы, что скорее ты найдёшь огромный золотой самородок, чем такое растение.

–А что мне надо сделать, когда я добуду что-то из этого?

–Мы пришли, раздевайся догола и ложись на стол, мне надо обследовать твоё тело, не бойся, это не больно, разве что стол холодный, –указал он мне на мраморную плиту, не обращая внимание на скептический взгляд, будто исследовать он будет то, что я себе нафантазировал. Но деваться некуда, да и вроде бы есть какие-то законы о "ненавредительстве" себе подобным. – Не когда, а если. Если это живое существо, то вскрой и съешь его источник, растение можешь сразу есть с корнем, хотя если найдёшь тысячу другую золотом, то можешь заказать эликсир из этих ингредиентов.

Он начал создавать разные фигуры и отправлять то в стол, то в меня, в то время как надо мной появлялись надписи, что висели в воздухе.

–А когда съем, что дальше?

–Дальше твоя искра начнёт вибрировать, если сможешь удержать сознание, то постарайся не выпускать энергию наружу, затем начинай протягивать энергоканалы. Как закончишь, возвращайся ко мне, и я сделаю из тебя настоящего мага, – сказав это, он засмеялся. Видимо, предложенный вариант был абсолютно нереализуемый.

–Всё, вставай, одевайся, я тебя накормлю, как и обещал, а затем ты исчезнешь из моей жизни и, надеюсь, из города.

–И перстень, господин Оверхоул.

–И перстень.

Так всё и случилось. Меня передали служанке с наказом накормить от пуза и выдворить за ворота.

И перстень.

Красивое медное колечко с маленьким белым камушком в центре, которое нельзя продавать, ибо буду высечен и брошен в подземелье. Это тоже нерушимый закон «для своих».

Глава 8

Было очень неожиданно. Все мои жизненные убеждения уничтожались одно за другим ежедневно. Сперва оказалось, что душа существует, теперь выяснилось, что существует магия. Более того, я также ею обладаю, хоть и в настолько урезанном виде, что этой константой можно пренебречь. Неприятным открытием стало то, что скоро мой зачаток источника, в данный момент представленный «искрой», должен затухнуть и, по словам господина мага, я трагически погибну. Погибать в мои планы никак не входило, я только начал осваиваться в новом мире, еще не до конца принял и осознал то, что со мной случилось, как оказалось, что уже всё.

Из приятного и полезного это мой новый статус. Видимо, людей с магическими способностями не так много, раз у них на законодательном уровне прописано невредительство и кое-какая взаимопомощь. Отсюда можно сделать вывод, что я чего-то не знаю. Напрашивается идея, что маги не просто особенные, они необходимость этого мира, каждый на счету, а потому им запрещено убивать друг друга. Не удивлюсь, если окажется, что убийство мага простым человеком есть тяжелейшее преступление с максимально жестоким наказанием для преступника. Но это всё догадки, которые требуют проверки.

Как же хотелось вернуться назад и поспрашивать ещё немного, на худой конец обучиться чтению и попросить интересующую меня литературу, чтобы не докучать господину Оверхоулу.

Ну хоть один пункт моего плана решился сам собой: я легализовался в городе и, судя по всему, в любом городе. Но что мне это даёт, кроме того, что теперь нет необходимости прятаться от стражи? Скоро узнаем.

Прокрутив весь диалог в голове, вспомнил ещё один непонятный момент. Что за демоны ещё? И где их найти? Ведь это мой шанс, чтобы не умереть. Видимо, очень опасный и почти невыполнимый, но шанс, с другой стороны, по словам господина мага, с растениями шанс ещё меньше. С учётом, что в любом случае я умру, терять мне нечего и риск абсолютно оправдан. Возможно даже лучше, ведь я не знаю, насколько долгой и мучительной будет смерть от разрушения искры. А демон, если он реален, справится скорее всего быстро и почти безболезненно.

С такими мыслями я простоял почти полчаса за воротами башни. Когда оторвал взгляд, чтобы направиться куда-нибудь, понял, что почти все собравшиеся на площади нет-нет, да и бросают любопытные взгляды на меня. Стражи, что охраняют вход в башню, делают вид, что меня не существует. Видимо, играет свою роль то, что я самостоятельно покинул башню, а может и то, что они разглядели перстень на пальце. Думаю, это можно выяснить прямо сейчас.

–Уважаемые, а как пройти в библиотеку? – спросил я с самым добрым видом, при этом будучи готовым дать дёру в любой момент. Как же хорошо быть снова молодым и здоровым!

–В нашем городе личная библиотека есть лишь в этой башне, господин, – сказал страж как можно более спокойно, но было видно, как его коробит такое обращение в мой адрес. Видимо, всё же перстень и моё посещение башни сыграло роль. – Вон на той улице есть книжная лавка, если такой вариант вас устроит, – всё же страж решил нормально ответить на мой вопрос, как бы там ни было.

–Как ваше имя, уважаемый страж? – решил запомнить на всякий случай человека, который отнёсся ко мне по всем правилам и с уважением, несмотря на всё своё отношение и мой вид.

–Герд, господин, – ответил он, немного напрягшись.

–Спасибо Герд, ты очень выручил меня, – сказал стражу, коротко кивнув.

Страж довольно точно сказал, сколько идти и где свернуть, указав нужную улицу для начала маршрута. Эту часть города я ещё не успел обследовать, хоть она не сильно и отличалась от предыдущих. В этой части города было меньше посудных и мебельных лавок, зато было намного больше с изделиями из кожи и одеждой.

Спустя полчаса прогулки и осматривания города я дошёл до книжного магазина или посменной лавки, как здесь было принято говорить. По пути лишь единожды мне попалась стража, которая быстро сменила вектор движения, лишь завидев выставленный напоказ перстень.

Как же здесь строго с этим, а если бы я украл колечко? Или кара за это настолько жестока, что никто в здравом разуме не станет промышлять подобным?

Зайдя в небольшой магазинчик, оборудованный на первом этаже каменного здания в два этажа, я увидел не совсем то, что ожидал.

Пара полок вдоль стен с толстенными книгами в кожаных переплётах, всё остальное пространство занимали полки с писчими принадлежностями. Был большой ассортимент с разными перьями и палочками, разными видами чернил, даже бумага разного качества. Высшим сортом было что-то похожее на серый ватман, низшим – выделанная кожа.

Прям ностальгия застлала разум на секунду. Как-то в молодости я писал перьевой ручкой на бумаге без полей и строк, стараясь писать вычурно размашисто. Всё это было для того, чтобы впечатлить свою будущую жену, к слову, отлично сработало для первого впечатления.

–Если ты надеялся своровать, то можешь не надеяться, я слежу за тобой, – сказала девушка, выйдя из проёма, занавешенного тканью в цвет стен. На это я просто в очередной раз показал ей перстень.

–И где ты его взял? Ты хоть знаешь, что с тобой будет, когда об этом узнают? – она и так была не красотка, но надменно-угрожающий вид её стал очень неприятным.

–И что что же со мной будет? – спокойно спрашиваю, продолжая разглядывать товары.

–Ты отправишься в темницу, чтобы тебя потом казнили, это если повезёт. А если не повезёт, то тебя заберут господа маги для своих экспериментов. Оттуда никто не возвращался, и все умерли очень мучительной смертью, – начала она пугать меня, в конце и вовсе перейдя на заговорщический шёпот.

–И откуда люди знают про эксперименты и мучительную смерть, если оттуда никто не возвращался? – уцепился я за несостыковку, не прекращая своего занятия, отчего девушка зависла на десяток секунд.

–Да не знаю я, но если ты вор и обманщик, то наверняка умрёшь в муках.

–Ну так давай проверим, зови стражу, пусть она меня схватит и отведёт к господину Оверхоулу, а потом ты лично ему расскажешь, зачем отвлекла от тех изысканий, что он сейчас проводит, – последнее я говорил, повернувшись к девушке и стоя с уверенным взглядом, заложив руки за спину.

–Что тут происходит? – к нам вышло новое действующее лицо, мужчина преклонных лет с длинной седой бородой.

–О, господин молодой маг почтил нас своим присутствием? Очень приятно, чем могу вам помочь? – дедуля в миг стал очень вежлив и улыбчив, лишь завидев меня и перстень.

–Деда, это же оборванец из трущоб, видно же. Он точно у кого-то украл перстень и теперь притворя… – договорить она не смогла, получив звонкую затрещину от деда.

–Простите её, она молода, глупа и многого не знает. Например, то, что посторонний не сможет одеть кольцо без вреда для себя, или то, что при жизни мага снять его перстень крайне проблематично, – получив мой неуверенный кивок, он продолжил, – так что же вас привело в мою скромную лавку?

–Не буду врать и ходить вокруг да около. Я стал магом буквально несколько дней назад, а до этого действительно был в довольно бедственном положении. Сейчас же я осознал, что мой нынешний статус никак не соответствует ни образованию, ни навыкам. Меня посетила мысль, что в этой кладези знаний мне бы могли немного помочь с письмом и чтением.

–Для вашего возраста вы очень складно строите речь, господин молодой маг, даже не верится, что вы действительно могли быть в «бедственном положении». Но не могу отказать в столь малой просьбе.

Повернувшись к девушке, он сказал ей взять чистый лист и написать на нём местную азбуку. И девушка действительно принялась очень аккуратно выводить буквы. Когда она закончила, я взял перо и попросил озвучить буквы, подписывая под ними транскрипцию на русском. Далее мне уже ничего не мешало сегодня же выучить весь алфавит и потренироваться в письме.

–Не могли бы вы исполнить ещё одну мою просьбу? Выдать ненужный вам набор пера и чернил, совсем каплю, чтобы я смог потренироваться. Если такового нет, то не беда, потренируюсь палочкой на песке.

–Не беспокойтесь, вот держите, – выдал он мне одно простейшее стило и маленький пузырёк с деревянной пробкой. – Лучшего для подарка позволить себе не могу, времена у нас тяжелые, но вот этот скромный подарок от меня лично.

–Спасибо вам огромное, никогда не забуду вашей доброты, – хотел было уже уйти на радостях, но уже на пороге сорвалось с языка: – А у вас никогда не было в продаже железного пера, которое не надо постоянно макать в чернила?

–Нет, – немного удивлённо ответил дедушка.

–А если появится, возьмёте на реализацию? Скажем, за половину его стоимости.

–Да если такое появится в моей лавке, то и за треть реализую.

–Спасибо ещё раз за подарок, – ушёл я, не став развивать тему. Вдруг этот человек додумает мою идею, да опередит меня в прогрессисте, как мне потом сливки снять? Но это, если выживу, конечно.

Мда, это не новая жизнь, а сплошные качели. То я нищий, то уважаемый всеми господин маг, но скоро умру, при этом есть куча вариантов, как в скором времени разбогатеть, но это если не умру.

До конца дня ещё полно времени, прошвырнусь по городу, может что ещё озарит мой мозг. Оказавшись в таком месте, перспективы и возможности должны прямо витать перед глазами, но это тогда, когда я читал подобную литературу, а когда тут вопросы более прозаичные не дают покоя. Например, где поесть и поспать.

Решив проверить свою идею, двинулся в новом направлении, к стене, но уже по северную сторону вдоль реки. По крайней мере, в этой части города река устремлялась прямо в сторону городской стены.

Моя гипотеза оказалась верна. С севера на юг текла река, что пересекала город. В восточном и западном направлении были входы в город. У входов имелись ночлежки, а вот кузницы располагались у реки на окраине.

Пока всё логично. Для таких мест нужна вода и желательно проточная. Из-за дыма и звука ставить надо на окраине, либо подальше от остальных, либо чтобы соседи непривередливые.

Звон молотков разносился за сотню метров от кузницы, а дым хоть и не валил, но запах всё же стоял.

Зайдя из любопытства, обнаружил ожидаемую картину: наковальня, меха, печь, молотки, сырьё, плавильня, готовая продукция.

–День добрый, – поздоровался с крепким парнем, что вышел под уличный навес и умывал лицо, голову и шею водой.

–И тебе не хворать, – ответил он, явно не успев заметить перстень.

–Я бы хотел помочь вам в работе, если есть такая возможность, взамен на нож.

–Да ты шутишь! За нож, ты, ежели на меха тебя поставить, так месяц отрабатывать будешь. Ты же тонкий как лист, – начал осматривать меня парень, пока взгляд, наконец-то, не уцепился за перстень.

–Ой, простите, господин. Не сразу заметил, у вас же даже одежда не как надо. Не то хотел сказать, ну в общем… Может с батей лучше пообщаетесь, а то я это… – начал он теряться, поняв мой статус.

–Да мне без разницы, – пожал я плечами.

С батей вышел довольно короткий разговор, тот спросил, что надо, затем дал мне пару прутов железных в руки. Я попробовал помахать всеми по очереди, пока не понял, что дошёл до того, с которым не особо смогу управиться в ближайшее время. Вот из предыдущего прута мне и сковали кинжал. Спал я там же, недалеко от кузницы было подсобное помещение, больше похожее на сарай, в котором нашлось сено. Перед сном бегом сбегал в ближайшую ночлежку, чтобы подзаработать еды, но там на этот раз не надо было работать, просто так выдали что-то из ненужного. Затем, вернувшись, нашёл место поспать и уснул. Лишь утром ко мне подошёл вчерашний парень и протянул кинжал, у которого не было ручки.

–Батя сказал, что вы всё равно вместо нормальной рукояти всё своими цацками обвешаете, а ни золота, ни камней у него нет. Ну, это, если без мата. Он надеялся, что до конца года ваши колдунства его больше не побеспокоят. Извините, – парень явно, как мог, переформулировал слова своего отца, что был главным кузнецом. Затем всё же осознал общую сказанную суть и решил на всякий случай извиниться.

Ох, не знаю, что тут за порядки, но мне это нравится. Если есть перстень, означающий, что ты маг, то никто не отказывает. Ну или я чего-то не так понял. В любом случае наглеть не буду и отплачу при возможности.

Но пришлось ещё немного понаглеть и, найдя кожевника, мы состряпали мне ножны и обмотали полоской кожи рукоять. Ну вот, теперь и в бой можно.

Глава 9

Не знаю, как отразился мой разум на мозг нового тела, но тренированная память работала как надо. Имея опыт изучения разных языков, решил не откладывать это дело и, добравшись до одной из ночлежек, именуемых местными "постоялым двором", собственно, во двор и зашёл. Я выбрал тот, у которого есть внутренний двор.

Почему именно сюда? Потому что здесь есть удобные столы со стульями, а днём всё равно практически никого, да и не выгонят меня отсюда. Позже, если наберусь наглости, то может и еды попрошу. Если попросят отработать, отказываться не буду, не то воспитание, но и так робко как раньше, я себя уже не чувствую.

За полдня исписал всё свободное пространство листа, тренируясь не только красиво писать новые для себя буквы, но и составляя разные предложения, что чаще всего встречаются в любом языке. Это позволит не вчитываться в постоянно повторяющиеся слова или фразы, а воспринимать их целиком. Да, мой подход немного не верный, ведь есть же какие-то правила и пунктуация, но это я приобрету при чтении нормальной литературы. Сейчас была задача довести до автоматизма написание и чтение именно букв и слогов. Надеюсь, тут не будет как в английском, половина не читаемых согласных, а гласные могут по факту быть любым звуком, а не тем, который написан. Все же учиться читать и писать на языке, которым ты свободно владеешь, это несравненно проще, чем с нуля.

Во второй половине дня всё же голод заставил пойти просить еды. К моему счастью, отрабатывать не заставили, просто наложили холодной каши с какими-то овощами. Не особо вкусно, но грех жаловаться на дармовое. Были времена, все так питались и у нас.

Вот и настало время для последнего запланированного рывка. Наведаюсь в городское управление. Надеюсь, статус мне позволит туда попасть.

Зачем? Знания, конечно же. Думаю, там хранится свод всех законов, для того места, где я очутился. Заодно узнаю правила местного письма.

*

Видимо, то, что было вчера, стражи всё же видели, ну или после смены делились историями между собой. Меня впустили беспрепятственно, лишь коротко бросили взгляд, да продолжили нести вахту.

Зайдя внутрь этого красивого и богатого здания, увидел вокруг дорогую, по местным меркам, отделку, картины на стенах и ковёр на полу. Помещение хоть и было не очень большим, но занимало большую часть первого этажа. Отсюда вело две лестницы наверх, что находились справа и слева от места, где посетителей встречал человек, явно специально для этого тут поставленный. Никакого ресепшена или зоны ожидания тут не было. Лишь стол и два кресла, там, где был встречающий, и пара мягких скамеек по правую и левую стену.

Молодой человек лет двадцати пяти, в одежде чёрного цвета, встал при виде меня, да так и дожидался, пока я дойду до него. Он был спокоен и не выражал никаких эмоций.

–Приветствую вас, молодой человек. Можете ко мне обращаться по имени, меня зовут Сэнкто. Присаживайтесь и расскажите, что вас привело в дом управляющего нашим замечательным городом, – всё также без эмоций сказал парень. Мозг краем зацепил мысль, что до сих пор никто ни разу не спросил моего собственного имени.

–Хм, вы первый, кто не обратился ко мне так просто, – без эмоций ответил я ему, на что он позволил себе лёгкую улыбку. Не снисходительную, просто легкую, будто вспомнил что-то забавное.

–Не буду скрывать, ещё вчера приходил посыльный от господина Оверхоула и предупредил о вас. Честно сказать, мы с отцом были крайне удивлены. В послании говорилось, что в нашем городе появился человек с даром к магии. Но при этом его не стоит ставить на городской учёт и довольствие. Также нет нужды обеспечивать жильём или чем-либо другим. При всём при этом обращаться и вести себя следует, как с полноценным магом с соблюдением всех законов. То есть оказывать посильную помощь и не сметь оскорблять или как-то вредить. До сей минуты мы были уверены, что у нас кто-то проездом, но вот я вижу вас, молодой человек, и, право, теряюсь в догадках. Не могли бы вы удовлетворить моё любопытство?

–Да, конечно. Всё просто, зачем печься и заботиться о том, кто со дня на день умрёт? – в этот момент я, по привычке хмыкнув, задумался о своём. Эта привычка появилась в последний год жизни ещё там, на Земле.

–Оу, приношу свои извинения. Всей истории, я так понимаю, лучше мне не знать? – как-то сразу стал более серьёзным парень.

–В общем и целом, вся эта история, касается лишь магов, вам лучше узнать её у того же господина Оверхоула.

–Пожалуй, воздержусь, – как-то слегка напрягся парень. – Так что же вас всё-таки привело?

–Я бы хотел изучить законы. Если есть возможность, то я бы прочёл все законы, действующие на сегодняшний день. Так уж вышло, что не очень подкован в этом вопросе, а так как мой статус слегка изменился, мне крайне неудобно осознавать данный пробел в моём образовании.

–Хм, вам интересен краткий или расширенный свод? – слегка задумавшись и с небольшим скепсисом спросил парень.

–Как можно более подробный, насколько это возможно, пожалуйста, – кивнул я, подтверждая свой выбор.

И как он держится, столько времени общаться с таким уважением к десятилетнему пацану? У меня бы на его вместе сто раз неосознанно проскочили бы, если не скабрёзности, то хотя бы усмешки над тем, какой маленький, но очень серьёзный парень передо мной.

–Давно мы не открывали эти книги, но сейчас всё будет. Буквально через пару мгновений вернусь.

*

– В этой книге общий свод законов и правил для всех людей нашего королевства (термин не совсем верный, но максимально приближен для понимания русскоязычному населению).

–А вот в этой законы касательно вашего брата по отношению друг к другу. А вот эта касается взаимоотношений магов и простолюдинов, – последнее вызвало у меня некий скепсис, ведь этот юноша и себя к таким причислил.

–Спасибо большое, мне тут можно прочесть или следует отправиться в какое-то специальное место? – подразумевая, что есть подобие читального зала или же отдельного кабинета.

–Можете читать тут, к нам крайне редко заходят гости. Может, чаю?

–Был бы очень благодарен.

На этом меня покинули, а я с жадностью взялся за книги. К моей радости, читать было довольно просто. Письменность явно не была слишком сильно развита, всё писалось практически так же, как и слышалось, за редким исключением, но последнее я быстро запомнил и далее просто нарабатывал навык, запоминая, а иногда перечитывая информацию по несколько раз.

Если очень сильно обобщить и сократить, то простые граждане должны жить, как по Библии. Маги по факту рождения были схожи с нашими дворянами. Их, а точнее нас, было крайне мало. Каждый стоял на особом счету и учёте. В отличие от простых граждан мы были сами себе и армия, и последняя инстанция для высшего сословья, и единственные опора и надежда государства. Хоть тут это прямо не говорилось, но есть подозрения, что вопрос в каких-то демонах. Сейчас я думаю, насколько же дословно это выражение? Могут ли местные называть демонами своих воинственных соседей или может это какой-то вид местных животных, самый маловероятный вариант – это библейские демоны.

Последняя книга подарила понимание отношения окружающих ко мне. В этой книге очень пафосно было написано, что все без исключения граждане, независимо от статуса и сословья, обязаны быть вежливы и отзывчивы к просьбам и обращениям спасителей и защитников своих, уважаемых граждан с магическим даром.

Вот так вот. Теперь всё хоть немного стало на свои места. Но тут теперь проблема моего статуса. Ведь насколько можно судить логически, маги не появляются сами по себе. Если я всё правильно понимаю, у них, то есть нас, есть своё узкое сообщество, наверняка есть роды или кланы. А тут изниоткуда появляется маг простолюдин. Как бы не заиметь больше вреда, чем пользы. Всё неизвестное всегда вызывало отторжение в людях. Сперва неверие, потом непонимание, затем непринятие и как итог – агрессия и травля. Насколько я помню случаи из истории, все выдающиеся или нестандартные личности удостаивались как минимум порицания или гонения. Даже если взять пример проще: гениальных детей в школе никогда не понимают и считают таких ненормальными, затем – классический боулинг. Но это меня ждёт лишь в том случае, если моя душа в скором времени не отправится дальше в поисках покоя или нового тела.

Дочитав и допив чай, который парень принёс через десяток минут, я поблагодарил его и отправился на выход. Мой путь лежал снова к кузнецу.

Дойдя до кузницы, попросил об аудиенции перед сном. Первым делом, попросил у кузнеца стальную пластинку с парой отверстий да пару гвоздей из мягкого железа, чтобы можно было сделать заклёпку. А также попросил десяток железных треугольников с продольным отверстием в центре, на что он указал мне на ящик, в котором были очень похожие изделия, но в форме конусов их использовали на прутьях оград, чтобы ворам сложнее было перелезать. Выслушав немного брани, не в мой, конечно же, адрес, а в пустоту, и сокрушения на сложную жизнь простых граждан, получил обещание к утру получить запрошенное. Затем, взяв кусок угля и спросив разрешения, сыну кузнеца начертил простейшую речную мельницу, которую можно было использовать и для автоматических мехов, и для такого же молота. С удовольствием понаблюдав за лицом парня, отправился спать в приглянувшуюся пристройку.

Утром, забрав у озадаченного кузнеца полоску, ответил на пару вопросов по поводу мельницы да отправился к столяру. Там попросил сделать брусок, чтобы удобно лёг в мою руку, да так ещё пару мелочей вырезать. На что он потратил не более часа. Древесина просто на глазах обретала формы и размеры, о которых я просил. Мастер был невероятно талантлив, да ещё явно хотел побыстрее избавиться от меня, что не особо скрывал, при этом вслух ничего не говорил.

Лишь перед уходом я попросил у мастера молоток, чтобы прибить поперёк свою стальную полоску, да десяток прутьев, что были выточены для спинки стульев.

–Ну вот, тетиву – и готово. А мне столько раз говорили, что я много времени трачу на детские игры вместо того, чтобы с головой уйти в учёбу в университете. Нет, знали бы вы, как реконструкция может пригодиться, сразу бы языки прикусили.

Перед уходом зашёл лишь к портному, попросил самую тугую нить или жгут, на что мне выдали плетёнку из жил животных. Немного толстовата, но ничего, лучше это чем какой-либо ненадёжный джут.

На выходе из города меня догнала телега.

–Здравствуйте, уважаемый, а вы куда и почему посреди дня?

Двое мужиков средних лет сперва послать хотели, но снова мой перстень мне помог.

–Так быстро распродали всё, вот возвращаемся в селение.

–Далеко отсюда?

–К ночи успеем.

–А заночевать у вас есть где?

–Так нет у нас двора постоялого, – явно намекая, что не хотят кого попало пускать в дом, ответили мужики.

–А если на сене, где, в сарае?

–Этого добра много, если господин не брезгует…

–Не брезгует, – не стал я дослушивать и полез в телегу.

Новый план вступил в силу. Мне срочно надо найти любые магические ингредиенты для своего выживания. В городе я этого сделать не могу, как и быстро заработать. Поэтому остаётся искать за городом и надеяться на удачу.

Глава 10

Мы действительно прибыли в селение ближе к закату. Ещё было довольно светло, но солнце уже спряталось за кроны деревьев.

Селение сложно было назвать деревней, больше на хутор похоже. Всего шестнадцать домов, обычные сельские дома из сруба да соломенной крыши.

Расположено село у небольшого озерца, метров двести в диаметре. Все дома стояли у берега, а чуть поодаль другие хозяйственные постройки.

Когда приближались к деревне, то часть пути ехали через поля, где росли культурные растения. По другую сторону деревни начинался лес, что практически вплотную подступал к берегу озера. Это всё, что я успел рассмотреть сегодня. Ведь пока доехали, пока распрягли лошадь, пока я помог снять вещи с телеги, вот уже и темно.

–Мы тут подумали, пошли к деду Теору, он один живёт, может у него переночуешь. Вот тебе, кстати, немного ягод сухих и лепёшка, а то с пустыми руками приехал, а на голодный желудок сон плохо идёт, – они повели меня к крайнему дому, что со стороны леса.

–Деда, открывай, это мы, – постучал крепко в дверь один из парней.

–Что надо? – послышалось по ту сторону.

–Мы тут мальца из города привезли, ему бы переночевать, а ты всё равно один живёшь, а так и веселей и поможет чем, если надо, – стал пояснять парень, но тут же получил локтем в бок от стоявшего рядом второго.

–Ай, чего ты? – было просил он, но тут вспомнил резко, что, наверное, так про меня не стоит, хотя я уже и сам успел забыть, что так про меня не стоит. Вот они местные порядки. –Простите господин колдун, совсем забыл, вам бы хоть пояс красный повязать, чтобы люди издалека видели.

–Да не стоит, всё нормально. Я и сам забываю, что колдун, как вы выражаетесь. Думаю, всем будет проще, если об этом и не узнает никто. – После этих слов, хотел снять перстень, но он, действительно, будто застрял. Поэтому просто отвернул широкой частью внутрь ладони, оставив на внешней стороне самую узкую и малозаметную часть.

–Так не положено же, а вдруг кто узнает или плохого наговорит? – стал продумывать возможные последствия парень.

–Это уже мои проблемы, зла ни на кого держать не буду, если по причине какой скажут что-то. Вы тоже ко мне обращайте по имени и всё, договорились?

–Да …

–Аристарх, – подсказал я.

–Хорошо, Аристарх, мы пойдём тогда, если не пустит, подходи к нашему дому, там рядом сарай стоит, на чердак сбоку по лестнице залезешь, там сено запасено. Можешь ночевать.

–Спасибо большое, хорошего вечера вам.

Парни ещё прощались, когда шарканье за дверью приблизилось вплотную, и она начала открываться.

–Ну что встал, заходи быстрей, не пускай холод в дом, – встретил меня хозяин.

Дедушка преклонных лет, кажется уже забывший, что при ходьбе ноги надо отрывать от пола. Плетёные лапти, серые, перештопанные штаны, рубаха того же цвета, почти до колен, подвязанная верёвкой, сверху подобие халата, на вид довольно тёплого, будто вязаного как шерстяные носки.

Зайдя и закрыв за собой дверь, понял, что ничего не вижу. В доме было очень темно, лишь слабый свет хоть как-то освещал пол у окон.

–Слева топчан у стены, ложись на него и не шуми, и так разбудили меня среди ночи.

Комментировать никак не стал, молча нащупал тот самый топчан да лёг спать. С полчаса обдумывал текущую ситуацию, затем начал вспоминать поминутно весь свой день в обратном порядке, в процессе чего и уснул.

*

Проснулся после рассвета от стойкого ощущения чужого взгляда. Открыв глаза, обнаружил рядом с собой давешнего деда, он стоял у топчана и пристально смотрел на меня.

–Проснулся? Иди, что ль воды нам принеси, – сказал он, разворачиваясь и идя по своим делам. – И ставни пооткрывай, а то день уже, а не видно ничего.

Спорить не стал, сразу же подошёл к окну и хотел было распахнуть ставни, но понял, что окно заделано чем-то. Это было не стекло, более того оно было очень мутным. Когда прикоснулся к этому нечто, то понял, что оно мягкое. Тут память с большим трудом, но подсказала, что это вполне может быть внутренний орган животного или рыбы, что натянули на раму и вставили в окно, старый аналог стекла с ужасной способностью пропускать свет. Пришлось выходить на улицу, открывать ставни снаружи и возвращаться.

–А где вёдра-то? – спросил я, не найдя их взглядом.

–Так за дождевой бочкой, что на углу, дурень. Давай, иди быстрее да растапливай печь.

Столь агрессивная эксплуатация меня не радовала, было желание предъявить перстень, но потом я вспомнил о вчерашней своей просьбе, да и дед же без лишних вопросов пустил под свою крышу. Засунув своё недовольство поглубже, сходил за вёдрами и хотел уже было пойти к озеру, да вспомнил, что возможно люди не настолько дикие, чтобы пить озёрную воду, вернувшись, решил прояснить этот вопрос.

–А где воду-то набрать? – спросил, устало вздохнув.

–Ты из города ведь? – получил вопрос на вопрос.

–Да.

–А там вы где воду берёте?

–Так в колодце.

–Ну так и тут в колодце, что ты тугой такой? – начал раздражённо ворчать дедушка.

–Да чтоб я знал, где у вас тут колодец! Давно б уже сходил, – ответил в тон ему я.

–Да где ж ему быть как не посерёдке, чтобы всем одинаково ходить было. Мы ж не посреди поля живём, водную жилу искать не надо. Озеро его в любом месте наполнит.

–Где-то посреди деревни?

–Ну конечно, аккурат напротив среднего дома и найдёшь.

Отвечать не стал, молча взяв вёдра, отправился искать колодец. К моему стыду, вчера вообще его не заметил.

Как оказалось, примерно в центре поселения были не индивидуальные хозяйственные постройки, а общие. Например, в двадцати метрах от центрального дома и был тот самый колодец, также сделанный из древесных брёвен. Вертела только не было, зато вкопана жердь, что на метр торчала из земли, а сверху другая, уже метров четырёх, от которой шла верёвка с ведром на одном конце и камнем на другом. У нас, в моём детстве, это называли "журавлём".

Набрав оба ведра, с трудом и передышками, отправился назад. Занеся вёдра в дом, понял, что дедуля не дождался и распалил печь без меня. Хотя какая там печь. Больше похоже на камин, сложенный из камней и глины, по центру которого висел железный котелок литра на три.

–Заливай до половины. Еда есть какая?

–Да, вот немного, – не стал скрывать запасы того, что вчера выдали парни.

–Всё, что крупное, покроши и всё в котёл вываливай, – получил я команду, что и сделал.

Дед насыпал каких-то ягод и что-то тёртое да начал помешивать, пока не закипело.

Затем деревянным черпаком разлили по деревянным же мискам и принялись есть. Ложки, думаю, понятно, какие были.

–По утру очень хорошо есть жидкое да горячее. Тело сразу работать начинает и силой наполняется, – к чему-то начал пояснять дед. – Кто утром плохо ест, тот весь день слабый ходит. Нам бы ещё мяса какого, летающего или плавающего и вообще хорошо бы было, но и так сойдёт. Не зажиточные же и так привыкшие. Ты же не из зажиточных? – сурово посмотрел он мне в глаза, но ответа дожидаться не стал. – Какой там, сам в тряпье как мы, да чумазый как демон. Кости еле кожей обтянуты. Но ничего, хорошая еда да работа быстро приведут тебя в порядок. Как доешь, пойдёшь в помощь старшим, нечего на чужих харчах сидеть.

Ну, вот это уже не входило в мои планы.

–Нет, в поле не пойду, еду и так добуду, да и некогда мне.

–И чем же ты таким занят сильно, что на хлеб времени нет.

–Умру я скоро, лекарство искать надо, – сказал я, глядя деду в глаза.

–Неужели в городе лекарства не было, и ты сюда приехал?

–В том-то и дело, что так получается.

–Дело твоё, конечно, но скажу сразу, не будешь работать – кормить не станут. Думай сам, голова уже вон какая большая, мозги, значит, есть в ней.

–Это я как раз отлично понимаю. Лучше расскажите, как одни остались, уважаемый Теор. Если не секрет.

–Да какой там, жена померла пару лет назад от старости и болезней всяких, а дети в город смогли перебраться. Вот и остался один. Сын да дочка есть, вроде всё хорошо у них. Передают иногда всякое в помощь мне. То одежду, то еды, чтобы мне тут полегче жилось. Так и живу, даааа, – протянул он, глядя в непрозрачное окно. – А ты что? От чего помирать собрался?

–Да вот в животе что-то, сказали помру скоро, а денег на лекарства нет, но есть шанс найти в лесу или не в лесу, как-то так. Вот и покинул город да сюда отправился, – немного приврал, но не сильно.

–Делаааа, никогда про такое не слышал. Жалко, совсем малец ещё. Надеюсь, судьба помилует и найдёшь, что ищешь. Ты тогда не рассиживайся, быстрее найдёшь – быстрее поправишься. Но вот про еду не шутил. Озаботься вопросом, необязательно весь день работать, можешь до обеда в полях, а после ищи, что надо там. На ложку каши заработаешь, глядишь и протянешь, сколько надо.

–Нет, не всё так просто. Я, пожалуй, сам буду свои дела решать. Если вы не против, то ночевать буду тут, ну и помогать, чем смогу, по мере необходимости.

–Это без проблем, мне тут одному скучно, если честно. Работать силы в руках нет, а штаны просиживать в одиночестве… Чахну я. С тобой всяко веселее, тем более что парень ты вроде смышлёный.

–Да обычный я, просто судьба тяжелая выпала, вот и приходится взрослеть раньше срока.

–Это видно, – после последних слов он как-то загрустил совсем.

–А чего грустить-то одному, детей в округе нет, кого ещё к работе не приставили? У них много свободного времени и ум ещё пытливый, у вас тоже не особо день занят, может чего полезного и запомнят?

–Так оно, но им же неинтересно про жизнь тяжёлую слушать, им всё бегом подавай.

Знал бы он, что сейчас два старых ворчливых человека общаются, может и послушал бы внимательнее. Впрочем, я-то со своими внуками много времени старался проводить. Ну, пока их у меня смартфон не переманил. У местных такой проблемы явно не наблюдалось, а потому можно что-то и придумать.

Но это всё вечером, а сейчас пора бы и делами насущными озаботиться.

Спросив у Теора верёвку, получил целый моток метров тридцать и отправился изучать местный лес.

По сути лес ничем от земного не отличался. Хвойных до сих пор не попадалось, но вот лиственные, пусть и незнакомых сортов точно такие же. Кусты да трава, кое-где валежник, смотреть особо не на что.

Как оказалось, через лес в озеро втекал ручеёк полметра шириной, вот вдоль него я и старался держаться. Пробродив большую часть дня по лесу, нашёл пару мест, что похожи были на водопой местный. Была еле заметная тропка к ручью, а пологий берег в месте её соединения притоптан. У самой кромки воды глина вся будто перерыта, но я понимал, что это скорее всего просто следы от лап животных.

Недолго думая, сделал силки в этих местах. Сделал разные, один с приманкой, захваченной во время завтрака, второй просто с петлёй и спусковым механизмом. Провозился с каждой по полчаса. В памяти общий смысл работы был, а вот чёткой инструкции не наблюдалось. Пришлось методом проб и ошибок делать всё, опираясь на фантазию и тесты.

К вечеру вышел на берег с удочкой в руках, ни на что особо не надеясь. Просто четырёхметровый дрын, похожий на орешник, к нему привязано шесть метров тонкой верёвки, в метре от конца верёвки поплавок из коры дерева, что я обточил, как мне было надо, кинжалом, сделал глубокую насечку да вдел верёвку. На самый конец верёвки привязал вырезанный из дерева крючок. Просто выбрал куст потоньше да покрепче, отрезал рогатку у одной из веток, заточив один из концов и привязав второй, получил подобие крючка. Вконце прилепил недалеко от крючка кусок глины потвёрже, чтобы вместо грузила работал. С приманкой было ещё проще, поднял один из булыжников, найденных в лесу, там и обнаружил червей. Одно неудобство, червей пришлось нести в руке.

Выйдя к озеру и закинув снасть, был сильно удивлён тому, что практически сразу клюнуло. Более того я сразу поймал рыбу, похожую на сома. Длина её была буквально сантиметров двадцать пять, но тем не менее.

На четвёртой рыбине понял, что в руках нести не вариант. Снова нашёл длинную тонкую ветку, похожую на лозу и отрезал у развилки. Сняв кору, начал насаживать рыбу на импровизированный кукан.

На пятой рыбине клевать перестало, но оно уже и не надо. Темно почти совсем. Пора идти ужинать и спать.

Не удержался и одну из рыб съел сырой, затем вернулся в селение, зашёл в дом, положив рыбу в котелок, и лёг спать. Перед сном думал о том, насколько тяжёлой жизнь была у предыдущего владельца тела, что ему, в общем и целом, хватает одноразового питания. Кушая утром и вечером, я чувствовал, что наелся вдоволь.

Глава 11

-Проснулся? – снова дед стоял надо мной.

–Ага, я сейчас за водой и завтракать будем, вчера рыбы наловил.

–Видел, почистил уже, пока не протухла. Вода со вчера осталась, огонь разведи да готовь, – дал напутствия дедуля и хотел уже уйти.

–А как разводить-то? Мне бы посмотреть раз, дальше уже справлюсь.

–Ну поколение пошло, даже огня добыть не могут, – он ворчал что-то ещё, но уже слов было не разобрать.

К слову, как добыть огонь, он показал. Недалеко от камина стояла корзина с чем-то похожим на паклю. Её-то он и разжёг интересным устройством. Скорее всего это были камни, по своим свойствам схожие с кремнем. Один из них похож на плоский брусок, что был обит деревянными дощечками, по блинным сторонам две стойки и ещё один камень по форме бублика, через который продета деревянная ось, что опиралась на стойки. По факту два камня кремния, один плоский, другой кольцом, вот кольцо и надо было крутануть что есть силы, а на второй положить паклю, которая тут же загоралась.

Дедуля успел не только почистить рыбу, но и добавить каши в котёл. По итогу вышло что-то похожее на рыбный бульон. В блюде явно не хватало соли, но, видимо, местные про неё и не знали. Это я выяснил, расспросив деда, он долго не мог понять, о чём речь, более того каждый раз, когда я произносил слово соль, то говорил это на русском, значит в местном языке и слова такого нет. На достигнутом не остановился и решил узнать, какой же на вкус пот, ведь он и в этом мире был солёный. На это получил простой ответ: пот – кислый, со вкусом грязного тела.

Ну, в общем-то понятно. Надо бы добыть соли, вот местные удивятся. А когда они узнают о способе консервации с данным минералом…

Соль, кстати, можно добыть и простым способом, но в очень малых количествах, но об этом позже. Сейчас надо спасать жизнь.

Сегодня, выйдя на улицу, я не пошёл сразу в лес, а прошёлся и осмотрел деревню.

Всё, как и описано ранее, за исключением хозяйственных построек. В центре деревни, поодаль от домов и вокруг колодца, были постройки. Тут же играли дети лет до семи, которые и провели мне экскурсию после недолгого знакомства. Была пара стариков, что уже не могли работать в поле, они-то и приглядывали за детьми. Странно, что Теор сторонился этого занятия.

Первой постройкой была пуня, если я правильно помню название. Не очень большой ангар с сеном для лошади. Лошадь, оказывается, государственная собственность, а точнее принадлежала главе города. Местным она сдавалась в аренду, так как по закону им запрещено иметь свою, да и, судя по всему, не могли они себе её позволить. Её использовали только для доставки товаров в город, половина продуктов была налогами, да и не только налогами, но и платой за аренду лошади. Всё остальное можно продать или обменять. Иногда появлялись ревизоры, которые проверяли, как исполняется закон, не зажимают ли местные продукты.

Следующим зданием была баня. Ну по крайней мере, что-то на неё похожее. Местные называли её словом, похожим на мойку. Внутри помещение примерно шесть на шесть метров. В самом центре стояла печь без трубы, выложенная всё из того же булыжника. Смеясь над тем, какой я тёмный и не сведущий, дети объяснили принцип. Каждый пятый день эту печь топят, открывая настежь окна и дверь, затем закрывают и поливают печь водой, отчего и становится жарко. Перед мытьём заносят туда ведра и скамейки, так как оставлять внутри нельзя, всё будет в копоти настолько, что больше испачкаешься, чем помоешься.

Сперва моются все мужчины деревни, лишь затем женщины. Тут я вспомнил, что сам не мылся всё это время, лишь раз в день, будучи в городе, ходил к реке, справить нужду да умыться выше по течению.

Последние два здания оказались советом и хранилищем. Советом назвали довольно большую беседку, где решали все вопросы или отмечали праздники. В хранилище, собственно, хранили продукты. К слову, о последних. На полях выращивали небольшие кусты, наподобие черничных, с той разницей, что ягоды были жёлтые и слегка сладкие на вкус. Эти ягоды являлись одним из двух основных продуктов питания. Их ели в любом виде, делали кашу и муку, просто ели свеже- сорванными. Вторым продуктом являлся корнеплод, похожий на морковь, только более водянистый и имевший фиолетовый оттенок. Употреблялся он так же, как и у нас, за исключением жарки.

Также в ходу была еда животного происхождения. Практически у всех имелся птичник с небольшими птичками, как наши перепёлки. Кормили их всё теми же ягодами и корнеплодами. Помимо этого, создан небольшой отряд рыболовов. Состоял он из пяти мужиков в возрасте и одной лодки, вырубленной из большого ствола дерева. Иногда малые дети баловались, ловя мелкую рыбу острогой, а вот упомянутый отряд ловил рыбу сетью. Рыбу ежедневно делили на всех поровну, взамен мужикам давали продукты с поля, также стандартно, где-то по кружке в день от каждого, кто работает в поле.

В общем и целом, деревня жила вполне сносно, всё держалось на взаимоуважении и помощи. Единственное, что вызвало вопросы, это убежище поодаль.

–Так это все знают, в каждом селении убежище есть. Если демоны придут и до города добежать не успеем, то надо там прятаться, – пояснил один мальчик лет пяти.

Убежище было незаметно, но дети мне его показали. Посреди поля стоял прямоугольник со сторонами в метр. У одной из сторон – петля из верёвки. Когда мы потянули её на себя, пласт земли приподнялся.

Оказалось, что тут настоящее бомбоубежище с довольно крепкой деревянной дверью, обитой железом. Поднять её мы смоли лишь все вместе, а это больше десяти детей. Дальше заметил ход вниз, выложенный из камня в глубину метров пять, где было длинное помещение, метров двадцать длиной и пять в ширину. У одной из стен находился небольшой стеллаж с глиняными бутылями воды и таким же кувшинами каши. Как пояснили дети, это помещение постоянно проверяют и проветривают по-особому, чтобы воздух был нормальный, так же контролируют сохранность припасов. Больше ничего полезного они сказать не смогли.

Подумав немного, решил наконец-то помыться. В озере утром не сказать, что тепло, но и грязному ходить уже неприятно. Когда подошёл к озеру и вгляделся в отражение, то на меня смотрел очень чумазый парень с волосами, похожими на мочалку. Отмывшись как следует, наощупь постриг себя с помощью кинжала. Лучше так, чем те колтуны, что были на голове.

Приведя себя в порядок, отправился назад к дому, где меня приютили.

*

–Расскажи мне про демонов, это очень важно, – обратился к деду.

–А что тут рассказывать? Я их в глаза не видел. За всю жизнь два раза нападали. Господа маги их всех извели. Один раз, когда ещё мелким был, помню шум поднялся, да мы все в убежище попрятались. Когда вылезли, уже всё закончено было. Пара домов сгоревших, да телега с мясом, всё, что от демонов осталось. Её господин Оверхоул с остальными в город увезли. Второй раз, лет двадцать назад, так мы тут вообще ни при чём были. Прискакал малец из соседнего селения, сказал, что демоны идут да дальше умчался новость разносить. Мы спокойно до города добрались да там два дня переждали, за стенами, значит. Больше ничего и не было.

–То есть они реальны, а откуда берутся и как выглядят?

–Так не знает никто кроме колдунов. Они с ними борются, они их и видели. Кто из простых их видел, тот не дожил до утра. А берутся они из врат демонских. Где и почему они появляются, никто не знает, но когда двери в их мир открываются, то прут оттуда, да убивают всё живое.

–Понятно, что ничего не понятно, – задумчиво протянул я.

–А тебе они зачем? Они не спасают, только губят.

–Так мне и мертвый демон сойдёт, но лучше полуживой, чтобы добить можно было, -снова весь в задумчивости начал я говорить полушёпотом, хорошо, что дедуля не расслышал.

Ничего больше не узнав, отправился проверять силки.

Тот, что с приманкой был, явно обходили стороной. Даже у ручья все следы затёрлись от времени. Видимо, запах, наоборот, отпугнул животных. А вот во второй силок попалось животное, больше всего погожее на вомбата, только крупнее и лапы длиннее вдвое, наверное, оно отлично бегает, иначе объяснить длину лап я не могу.

Вернувшись, прояснил вопрос с охотой. Оказалось, местным запрещено охотиться. Это делают лишь городские охотники с разрешения главы города. Кое-как смог наврать деду, что имею особое разрешение на охоту, данное лично моему роду, и ничего незаконного я не совершил, хотя по факту так и было.

На этом очередной день и закончился.

Глава 12

С каждым днём, я всё дальше обследовал территории. Ближайшие к селению земли помнил, как надо, и не боялся заблудиться. Весь день так и проводил: проверял силки и расставлял новые по ходу движения.

Меня предупредили, что в лесу есть хищники, поэтому я собрал свой арбалет из тех частей, что успел приобрести в городе. Он оказался гораздо хуже, чем я себе представлял. Ударная сила слабая, попади из такого в непокрытую ногу с десяти метров дальности, и стрела войдёт от силы на пару сантиметров в мясо. С большего расстояния у меня не выходило попасть даже в ствол дерева с мужское бедро толщиной. Мои навыки роли не играли, просто стрела не била точно в одну точку, причины чего я уже начал подозревать.

Кожевенному мастерству обучен не был, но выбрасывать шкурки животных казалось глупостью в любом случае. Обрабатывал, как мог, срезая всё до самой кожи, затем сушил на солнце недалеко от деревни. Вроде бы её ещё надо было растягивать как следует при этом, но зачем и как, я не знал, а потому просто расправлял, прижимал края, как выйдет, и оставлял до вечера на солнце.

Вечером ловил рыбу и общался с детьми, рассказывая им истории, чаще всего сказки из своего мира, что остались в памяти, или сюжеты фильмов.

Через три дня я впервые побывал в бане, что устроили местные, сделав вторую половину дня выходным. Было довольно весело, мужики помылись, попарились, будучи немного навеселе из-за забродившего сока ягод, которые выращивали всем селением. Вечером все собрались в беседке и общались ни о чём. Когда же дети попросили рассказать историю, то никто не придал этому значения, но то один прислушался, то другой, в конце все слушали мои истории.

Было видно, как парням, что меня привезли, а они оказались братьями, всё же сложно общаться со мной как с простым, видимо, уважение к магам вбито в подкорке.

После того дня так и повелось, что я начал рассказывать вечерами истории для всех желающих, а не только для детей. Местные частенько высказывались, что у городских и историй больше, и жизнь течёт иначе.

На шестой день шкуры, которые я оставлял сохнуть, кто-то то ли сожрал, то ли стащил. Логично, что это был хищник, а потому травоядным они без надобности. Надо проследить и поймать воришку.

Теору, как и прежде, жители давали еды, кому сколько не жалко, так как работать сам он не мог, а дети жили не тут. Мне же никто ничего не давал, но это и не требовалось. Мяса и рыбы оказалось более чем в достатке, иногда я менял излишки на кашу или что-либо ещё. Вопросы хоть и были, уж очень непривычно было местным, что кто-то свободно ведёт охоту, но версия о моём особом положении всех устраивала, тем более что братья подтверждали любые мои слова, якобы слышали что-то такое краем уха в городе.

*

Сегодня мы отправляемся в город. Братья снова снарядили телегу, загрузили мешки и вёдра с продуктами. Отличием было то, что я ехал с ними и также вёз с собой немного продуктов и мех в город.

На въезде, сев спереди на скамью и повернув перстень в изначальное положение, чтобы всем его было хорошо видно, добился того, что никто не посмел меня остановить или узнать, куда я собрался.

Доехав с парнями до площади, оставил их разбираться с делами, а сам, взвалив тюк с вещами на спину и спросив дорогу, отправился к местному кожевеннику.

Мастерская кожаных изделий оказалась, как и кузница, на окраине, чтобы не досаждать жителям запахами. Зайдя, познакомился с хозяевами и быстро перешёл к более предметному общению.

–Я бы хотел сдать вам скопившиеся у меня шкуры животных, и если этого хватит, то сделать заказ на пошив одежды.

–Ой, ну кто же так их обработал-то криво? А резали будто мясники, а не охотники, руки бы им оторвать, тут же почти всё испорчено, только на дешёвую обувь всё и пускать, – начал причитать мужчина средних лет, осматривая принесённое мной. – А вот эти две вообще надо выбросить, они протухли, надо было лучше срезать мясо.

–Я сам их добыл, – тут поток причитаний резко сошёл на нет. – Если объясните, как надо, то постараюсь в следующий раз сделать всё получше.

–Пожалуй, делу не повредит, пойдёмте, господин.

Меня провели дальше в рабочую зону и начали показывать, что я делал не так. Как оказалось, делал неверно практически всё. Во – первых, мой кинжал не совсем подходил, и после недолгих уговоров, мне дали старые, практически сточенные до основания, специальные ножи для разделки и скобления. Объяснив и показав, как ими пользоваться, мужчина объяснил, что шкуры делятся на несколько видов по своей толщине и грубости. Мех на тонкой коже, отлично подойдёт для мягких изделий, а грубая кожа больших животных лучше подходит для обуви или ремней. Если мех надо сохранить, то шкуру следовало хорошенько растянуть и просушить, если же она шла на обувь или другие изделия, такие как сёдла или ремни, то её бросали в бочку с отходами жизнедеятельности людей. От этих бочек и стояла вонь на всю округу, но это необходимый этап подготовки материала.

Пообещав в следующий раз принести шкуры лучшего качества, договорился об изготовлении для меня нормальной куртки по моим чертежам и таких же ботинок.

–Впервые такое вижу, если честно, – сказал он, глядя на рисунки куртки с двумя наружными и двумя внутренними карманами, которых у местных не было. Лишь пуговицам он не удивился, а вот на ботинки смотрел с большим сарказмом. Все носили обувь без всяких регулировок объёма. От лаптей и тапочек до ботфортов, но вот на шнуровке ничего не было. Увидев, что на рисунке есть язычок и отверстия, пришлось объяснять назначение, при этом взяв слово, что если он надумает что-либо подобное продавать, то часть прибыли моя.

Договорились, что к следующему моему приезду всё будет готово. На том мы с ним распрощались, а я двинулся к кузнецу. Последний, к слову, казалось, не очень рад меня видеть. Но сильно отвлекать его от дел я не стал. Объяснил, что надо, да попросил инструмент. Мучился не меньше двух часов, пару раз обращался за помощью, но всё же добился своего с помощью молотка, напильника и чьей-то там матери. Поблагодарив, попросил к следующему приезду изготовить пару небольших деталей, послушав недовольное ворчание, удалился, чтобы не раздражать ещё больше, заметив перед уходом, в углу четыре здоровых угловых шестерни. Улыбнувшись, что мои чертежи, оставленные в прошлый раз, возможно оживут, отправился к ближайшей мастерской по обработке дерева. Там пробыл совсем не долго. Для меня на месте выточили трубочку с пробкой на конце и всё это обработали лаком как внутри, так и снаружи, вставив с одной стороны моё изделие из металла. Теперь путь лежал к книжной лавке.

*

–Вот, как и обещал, моё изделие, что может работать без маканий и других ненужных действий, объяснял я старику про железное перо, которое можно было заправить чернилами. Не с первой попытки процесс пошёл, пришлось немного доработать отверстие, через которое шли чернила, но после пары правок, всё заработало как надо, и я начал писать очень красивым шрифтом уже изученные мной буквы.

Надо было видеть лицо хозяина лавки, он только что не пританцовывал, топал на месте, желая попробовать самостоятельно, что я и позволил в скором времени.

–Это… У меня нет слов. С одной стороны, я потеряю на продаже красивых чернильниц, а с другой, да кому они будут нужны, когда это чудо пойдёт в массы. Сколько вы сможете их изготовить и в какие сроки? Я могу оставить этот экземпляр для демонстрации и предзаказов? И не мешало бы…

–Стоп! – остановил я поток его мыслей и вопросов, а то иначе, думаю, это могло затянуться надолго. – Дальше, уважаемый, вы сами.

После этого я пояснил с чьей помощью изготовил детали и предложил договариваться о производстве и ценах самостоятельно, без моего участия, так как я вновь отбываю из города. Собственно, и покинул лавку, скинув все заботы на чужие плечи. Надеюсь, что благодаря этому предприятию, у меня будет шанс накопить денег на магические ингредиенты до того, как я умру, ведь пока что это самый реальный вариант.

Но, видимо, не судьба…

–О, наш маленький маг до сих пор жив, – донёсся до меня голос Оверхоула, когда я добрался до площади, чтобы отыскать братьев и отправиться с ними назад.

–Господин Оверхоул, – сделал неглубокий поклон, как и все местные, что выглядели побогаче. Этого оказалось достаточно и негатива на лице собеседника не вызвало. – Я могу задать пару вопросов?

–Чуть позже, молодой человек, после казни.

Сердце пропустило один удар, ведь я подумал, что где-то сильно проштрафился и казнить будут меня. Вторая мыль была, что навряд ли после моей казни выйдет разговор, а потому речь идёт о ком-то другом. Мне ничего не оставалось, как следовать по пятам за уважаемым магом.

К этому времени уже освободили часть площади, на которой был маленький помост, что ранее не бросался в глаза.

На помосте стоял парень, что дал мне прочесть свод законов, рядом с ним находился полный, лысоватый мужичок лет сорока, явно местный мэр, который зачитывал, в чём провинилась женщина, связанная по рукам и ногам, находившаяся напротив. По окончании обвинения Оверхоул задал ей всего лишь один вопрос, сплетя и отправив в неё символ, похожий на тот, с помощью которого он рассмотрел во мне искру. Спросил, всё ли правда, в чём её обвинили, а обвиняли в убийстве своего мужа и падчерицы. Она сказала, что не виновата, на что господин маг уверенно ответил, что она лжет. После этого он сплёл довольно сложную конструкцию из магических линий и вновь отправил в женщину, после чего от неё потянулась белёсая дымка, видимая всеми окружающими. Вся дымка ушла в небо, а женщина, иссохнув, упала уже мёртвой мумией.

–Пойдём, – махнул мне мужчина, больше никак не обращая внимание на происходящее вокруг.

Проходя сквозь расступившуюся перед нами толпу, встретился взглядом с братьями и попросил без меня не уезжать, на что они молча кивнули.

*

–Присаживайся и спрашивай, а я пока удовлетворю своё любопытство, – сказал Оверхоул и снова запустил в меня уже знакомый символ.

–Как вы убили ту женщину на площади? – начал именно с этого вопроса, так как по сию минуту находился под большим впечатлением.

–С помощью магии, как же ещё? Ладно, поясню. Это было заклинание на осушение. Я просто вытянул из её организма всю воду. Простые люди думают, что она лишилась жизненных сил и естества. Прошу не разубеждать их в обратном, – очень серьёзно посмотрел на меня маг.

–Само собой разумеется, – сказал я, подтверждая, что всё понял. – Что показал сегодняшний осмотр?

–То, что ты меня снова удивил. Твоя искра должна уже идти в полный разнос, но её деструктуризация только началась. Это немного сдвигает сроки твоей гибели, но не отменяет. Ты так же в скором времени умрёшь, но более мучительно, чем я предполагал.

Отвечая на немой вопрос, он пояснил:

– Прошлое предположение, что твоя искра быстро разрушится, убило бы тебя в течение пары часов. Но процесс сильно растянулся во времени. Смерть также будет приходить дольше. Первые симптомы – это вибрация искры. Не спрашивай, на что это похоже, ты поймёшь. Затем эти вибрации наберут силу, и начнёт страдать тело. Скорее всего органы откажут, но если переживёшь это, то искра взорвётся, и тебя разорвёт на части.

–Спасибо, очень красочно и подробно, – не очень весело поблагодарил я мага.

–Ну, я же обязан помогать и учить, это закон, – с лёгкой улыбкой ответил он.

–У вас есть ингредиенты для стабилизации на продажу, возможно, я сумею найти нужную сумму?

–Нет, они редки, и найти их можно или после недавнего нашествия демонов, или же ближе к центру страны, куда стекаются ресурсы со всех уголков.

–Если мне удастся найти необходимое, мне надо как-то почувствовать, где моя искра. И как проходит прокладка каналов?

–С первым всё просто, вот попробуй, если не выйдет, то не судьба, только самостоятельно, – с этими словами Оверхоул создал шар из маны.

Я попробовал прикоснуться, получив при этом довольно интересные ощущения. Будто что-то тёплое и холодное одновременно. Словно ты закрываешь глаза и касаешься воды, которая идеально совпадает с температурой твоей ладони, поэтому она практически не чувствуется наощупь, но вот дальнейшие ощущения крайне сложно описать. Я попробовал хоть как-то взаимодействовать с этой субстанцией, и даже немного получилось. Шар будто бы начал немного колыхаться вслед за моими руками.

–Удивительный результат для первого раза, – получил я оценку своим действиям в момент, когда шар исчез. Многие с детства учатся чувствовать, а тем более взаимодействовать с энергией. Будь ты рождённым в моей семье, я бы сделал на тебя большие ставки как на наследника. Но мы оба знаем, чем всё это закончится, так что отвечу на второй вопрос и, надеюсь, на этом всё, – сказал он с довольно прозрачным намёком.

–Прокладка каналов очень болезненный процесс, поэтому его проводят, когда пациент без сознания. В него начинают вливать энергию извне до тех пор, пока источник не будет переполнен, отчего он вновь начинает вибрировать, и энергия буквально рвётся наружу, ища самое слабое место. Это как налить воды в бурдюк, а затем с силой надавить на него. В том месте, где случится прорыв, энергию следует сдержать и дождаться, пока она выжжет пару миллиметров канала. Будет страдать плоть. Пустот там не образуется, но вот сама ткань изменит свойства на новые, при которых будет увеличена энергопроводимость и выносливость. При всём этом надо тщательно обходить все кровеносные каналы, а также ни в коем случае нельзя задеть нервную систему. Если с небольшими нервными окончаниями не страшно, то вот зацепи крупный канал в начале руки, и она откажет навсегда. Так миллиметр за миллиметром, раз за разом и будет проложен энергоканал. Лишь после этого ты без вреда для себя сможешь вывести энергию во внешний мир и оперировать ею.

–Всё понял, спасибо большое за красочный рассказ, где выход, помню, – я встал, откланялся, удостоившись в ответ лишь кивка. Маг провел меня взглядом и задумался о чём-то своём.

Найдя на площади уже готовую к отправке телегу, загрузился, и мы поехали назад в селение, где у меня остались очень важные для жизни дела.

Всю дорогу я обдумывал новую информацию и с каждой секунду осознавал, насколько же будет тяжело, даже найди я прямо сейчас всё необходимое для спасения жизни и становления магом.

Глава 13

В поселении жизнь продолжалась точно также. Я изо дня в день исследовал окрестности, параллельно составляя схематичную их карту, отмечая более-менее приметные места и расстояние до них.

Однажды мне на глаза попалось растение очень похожее на наш лук. При разрезе небольшая луковица синела и источала более резкий запах, нежели земной лук. На всякий случай я побродил по округе и аккуратно выкопал ещё полтора десятка найденных подобных растений, вечером узнаю про него у местных, если не ядовито, то попробую использовать как специю. Вообще в этом мире со специями очень большая проблема. Если сахар ещё как-то выпаривали из местных фруктов, то вот соль была лишь у меня. Я по всему селению собирал золу, замачивал, выпаривал и получал немного соли. Это было не очень обременительно и занимало от силы час в день, но качественно меняло мою жизнь и делало её более привычной.

Если окажется, что лук так же съедобен и по вкусу будет такой же, то мои гастрономические вкусы отлично разнообразятся.

Вернувшись, спросил у Теора про лук, на что он ответил, что лучшим вариантом будет сходить к местной травнице. Травница, это было слишком громко сказано, ведь как оказалось, женщина действительно иногда собирала травы, которые якобы помогали при разных проблемах, но вот проверить не представлялось возможным, да и самих трав было буквально пять штук. Но я пришёл с конкретным вопросом.

–Ты нашёл вонючку? Зачем ты её приволок? – усмехнувшись и демонстративно поморщившись, спросила женщина.

–Вонючка ядовита? – не смутившись спросил я.

–Насколько помню, нет, не ядовита. Просто руки потом долго не отмыть, а если пожевать, то до вечера только ею вонять и будешь. Если обучен, то можешь посмотреть в книге, – с вопросом посмотрела она на меня.

–Не откажусь.

Мне вручили книгу из кожи с такими же страницами, на которых были нарисованы растения с описанием, где они растут, их вкусом и свойствами. В книге описаны почти сорок растений, что значительно расширило мой кругозор. Вонючка там так же была с подписью "не пачкается соком" и "не ядовита". При этом растение значилось как средство от заложенности носа и слабой стерилизации воды.

Уговорить взять книгу с собой, не смог. Но получил разрешение приходить изучать в любой вечер, когда понадобится.

Ну, уже хлеб. Вернувшись к временному месту жительства, порадовал старика новой порцией мяса, но не сразу. Жарил сегодня его прямо в котле с добавлением масла, соли и лука. Последнего добавил совсем немного, так как он был явно втрое ядрёнее.

Дедуля сперва жаловался на отвратительный запах, но, когда блюдо было готово, передумал, сказав, что пахнет вполне съедобно. Когда он приступил к еде, то каждый раз, когда клал кусочек в рот, с удовольствием нюхал, лишь затем отправлял в рот и принимался жевать тем немногим, что сохранилось у него во рту.

Через несколько дней, а точнее в банный день, не пожалел продуктов, наварил целый котёл каши с мясом, луком и солью. Пару крупных рыбин и вовсе просолил, и закоптил. Всё это принёс в двух корзинках на место общего сбора и угостил всех.

–Никогда ничего подобного не пробовал, – сказал старший из братьев. – Если вы с Теором так каждый день питаетесь, то я сильно вам завидую. В чём секрет?

К его возгласу подключились и остальные, что были рядом.

–Всего-то пара специй, которые, к слову, мы можем выращивать и добавлять в еду, а ещё лучше продавать в город все излишки. Кому интересно, подходите, обсудим детали, и я расскажу, что к чему.

К моему удивлению, большая часть селения заинтересовалась. Активировалась предпринимательская жилка, и я, буквально за обещанную десятину, рассказал, как добыть соль из золы лиственниц и пообещал дать лук на рассаду.

Вся прелесть в том, что в дальнейшем я не буду участвовать в процессе, а лишь получать пассивный доход, как и от тех предприятий, что организовал в городе.

Всё же опыт человека Земли сильно отличается от опыта людей из классического средневековья. Люди привыкли впахивать от рассвета до заката и радоваться каждой лишней медяхе, как дети.

На секунду меня уколола совесть, но потом пришла мысль, что я даже не уговаривал никого, а всего лишь дал им возможность, далее выбор каждого.

Спустя ещё неделю, посетила мысль, почему все используют песок с маслом для мытья? Ведь мыло однозначно практичнее, да и где они берут масло? Как оказалось, в других селениях выращивали другие растения: полезные и съедобные. Одно из которых и давало всем местным масло в достаточном количестве. Как я выяснил, выглядело оно как лён, а вот масло было по свойствам и объёмам ближе к подсолнечному.

Подумав недолго, пришёл к мысли о том, что местные не могли прийти к мылу. Те птицы, которых они выращивали, были не жирные, а охота под запретом. Как итог, жира нет и мыла нет. Но это можно исправить. Главное, наладить добычу жира, а что с ним делать, я уже знаю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.