Дориан Торнвуд
Огненное возмездие

Предисловие

Идея написать книгу пришла ко мне еще давно, но я долгое время никак не решался начать. Я боялся пробовать, думая, что у меня не выйдет и все будет напрасно. Однако, в один момент я начал писать – просто ради интереса. Первые наброски оказались неудачными и, вскоре, были потеряны. Тогда я ничуть не расстроился, потому что знал, что той истории не хватало целостности и конкретного направления.

Выбросив ту историю из головы, я начал озираться по сторонам, думая о том, какую же книгу хочу написать. Сначала я выбрал жанры, вдохновившись такими работами как “Тетрадь смерти” и “Монстр”. Тогда я загорелся идеей сделать нечто похожее на них, но, придумав новую идею, я начал добавлять в историю все больше и больше своего. Идея пришла ко мне совершенно внезапно и состояла из одной маленькой фразы, но даже это смогло положить начало моей первой книге. Работая над ней, я старался не ограничиваться жестокостью детективного жанра. Мне хотелось вложить в эту историю не только напряжение, но и душевность, глубину. Надеюсь, читая эту книгу, вы почувствуете это.

1 Пробуждение

День начался довольно странно, ибо как только проснулся, я почувствовал дрожь в своих руках. Сколько бы я не ждал, дрожь никак не спадала.

Не смотря на это, я, как ни в чем не бывало, собрался и пошел в гимназию. Мне повезло, что никто из семьи ничего не заметил, иначе избежать излишних допросов мне бы точно не удалось.

Жить с этим ощущением уже не по себе, а скрывать его от других – тем более. Когда скрываешь что-то из нежелания привлекать излишнее внимание, ненароком начинаешь думать, что ты плохой человек. Как бы глупо не было рассуждать подобным образом, какая-то часть меня все еще рассуждает в ключе хорошего и плохого, доброго и злого, черного и белого.

Так или иначе, если эта дрожь не пройдет, мне понадобится время, чтобы к ней приспособиться, иначе это приведет к лишним вопросам. Я в целом не люблю внимание к себе: что от одноклассников, что от учителей, да даже от родителей.

Сам это внимание давать готов, но как только его дают мне взамен я начинаю себя считать каким-то недостойным. Что уж говорить про внимание от людей, на которых мне плевать. Или же от людей, к которым я испытываю отвращение.

Когда я отсидел три урока без лишних неурядиц, буря подкралась незаметно: на четвертом уроке, математике, меня вызвали к доске.

Это то самое нежеланное внимание. Так тут, помимо этого, еще есть и насмешки со стороны учителей и одноклассников, да и о недавно появившейся дрожи тоже забывать не стоит.

Насмешки со стороны одноклассников меня беспокоят в меньшей мере, ибо я прекрасно знаю как люди любят выделять кого-то хуже них, тем самым, самоутверждаясь за их счет. Я не обижаюсь, но, тем не менее, иногда задумываюсь об этом.

Меня куда больше беспокоит отношение со стороны учителей, которые выставляют себя гениями на фоне других на потеху публике. Насколько нужно быть жалким?

Очевидно, знания ученика не сравнятся со знаниями учителя. Так в чем суть насмехаться и выставлять его посмешищем перед всеми после первой ошибки? Почему сама ошибка воспринимается как что-то негативное? Ведь если ты раз за разом совершаешь одни и те же ошибки и не учишься на них, это одно. Но совсем другое, когда ошибка становится уроком и возможностью самосовершенствования в стремлении стать лучше.

Я с неохотой пошел в сторону доски.

– Иди быстрее, – с недовольством сказал мне учитель.

Она уже сейчас начинает раздражать, вставляя свои пять копеек куда ни попадя, но я решил отбросить эти мысли куда подальше и подумать о другом: как мне вести себя ничем непримечательно?

Мне надо было решить уравнение, благо, на это я был вполне себе способен. За исключением тех уравнений, в которых фигурирует тригонометрия.

Сейчас главным было лишь то, что я могу его решить и что на его решение уйдет мало времени. Это значит, что свой недуг с куда большей вероятностью я смогу утаить.

Я решил напрячь правую руку пока держу мел, чтобы хоть как-то контролировать эту дрожь. Актером я был ужасным, но, не смотря на это, мне удалось решить уравнение и не получить лишних вопросов в процессе этого.

– Молодец, Хироси, садись, – сказал мне с надменной улыбкой учитель, так, будто бы о чем-то догадывался.

Я спокойно вернулся на свое место.

– Что с твоими руками? – кинула она в догонку, поделив все мои попытки скрыть дрожь на ноль.

“Все-таки заметила…” – осознал я.

Раз уж поиздеваться надо мной во время выхода к доске у нее не вышло, она решила хотя бы так выправить ситуацию и, конечно же, это было вовсе не в мою пользу.

– Да не выспался и переволновался, весь день сам не свой… – ответил я. Я решил хотя бы отчасти говорить правду, чтобы хоть сколько-то увеличить шанс уйти домой по этой причине. – М-может мне лучше пойти домой? – спросил я.

– Домой? – удивленно спросил меня учитель, бросив на меня косой взгляд – Осталось всего пятнадцать минут до конца урока, а дальше делай, что хочешь.

Хоть я и осознавал малую вероятность успеха, я был бы очень даже не против пойти домой и переждать там, закрывшись у себя в комнате. Тихонько сидеть и никому не отсвечивать. В любом случае, до конца урока, и в правду, осталось совсем немного, в связи с чем я принялся ждать.

“На самом деле, в ответах у доски на каком бы то ни было уроке есть один неоспоримый плюс на фоне сотни очевидных минусов… – задумался я, – И заключается он в том, что, спросив тебя один раз, второй раз тебя уже не спросят и ты можешь ни о чем не волноваться, занимаясь оставшуюся часть урока всем, чем только пожелаешь.”

Вскоре, урок, наконец-таки, закончился и я, как и планировал, решил пойти домой. Этому послужило целых две причины: последним уроком была физкультура и, конечно же, мой недавно появившийся недуг с дрожащими руками.

По пути к выходу я увидел уже переодевшегося Робина. Он был в майке и спортивных штанах. Хоть он и из параллели, с ним я, по сравнению с большинством моих одноклассников, общался всяко лучше.

Переоделся же он потому что им, также как и нам, зачастую ставят физкультуру в одно и то же время. Видимо, и сегодняшний день не был исключением.

Я решил тихонько подкрасться к нему, чтобы коснуться его правого плеча и подойти слева.

– Привет, – сказал я, сделав задуманное.

После этого Робин резко вспыхнул как костер и начал истошно вопить.

– Что ты сделал?! – в страхе спросил меня он.

В ответ я лишь с выпученными глазами смотрел на него, сам в душе не чая, что я сделал и что произошло. За эти мгновенья Робин упал на колени и загорелся еще пуще прежнего.

– Я не знаю, что у тебя за сила…

– О-о чем ты говоришь? – спросил его я, не понимая.

– Но рано или поздно… – продолжал он – Она тебя по-гу-бит… – выдавил он перед тем, как сгорел заживо прямо у меня на глазах.

“Моя сила меня погубит? О чем он вообще говорит?” – задумался я, но поняв, что стоять столбом и анализировать все это сейчас не самая подходящая идея, я, отошел куда подальше и осмотрелся. Быстро отыскав выход, я ринулся к нему.

Не оповестить о произошедшем я, конечно же, не мог, иначе бы этот огонь сжег всю гимназию к чертовой матери. Безусловно, для меня самого в разы важнее было бы прийти домой и обдумать все произошедшее, но, как никак, из-за моей безрассудности и халатности могут умереть другие люди.

Я, не смотря на все за и против, сказал первому попавшемуся учителю о вспыхнувшем пожаре и тут же побежал к выходу. Выбежав из гимназии, я продолжил бежать и через пятнадцать минут уже был дома. В спешке закрыв за собой дверь, я отдышался и уже начал приходить в себя.

”Неужели эти руки… – подумал я, посмотрев на них, все еще будучи взволнованным. – Способны убивать?!”

“НЕТ!”

“Тогда почему мои руки перестали дрожать после этого? Быть может, это как-то связано? Черт с ними, подумаю об этом потом. Сейчас куда важнее переосмыслить всю ситуацию:

Я коснулся плеча Робина, он загорелся.

Коснулся – загорелся. Коснулся – загорелся.” – прокручивал я у себя в голове.

– А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – закричал я изо всех сил, выпустив все накопившиеся эмоции наружу и прервав кромешную тишину, стоявшую у меня дома. Ведь все это время дома я был один.

– Робин… – окончательно осознал смерть своего друга я, чувствуя стекающие по моим щекам слезы и дрожащий голос. – Как так произошло? Я же… Я же не сделал ничего плохого… Правда же? Правда?

“Успокойся, Хироси. Нужно остыть и подумать логически.”

“Я не могу откидывать вариант, что Робин умер именно из-за меня. Да, убить человека касанием звучит чрезвычайно сверхъестественно и осознание того, что я мог кого-то убить слишком болезненно для меня. Но я все еще не могу списывать этот вариант со счетов, ведь это не может быть единственно возможным объяснением всего произошедшего.”

“Что еще могло послужить причиной смерти Робина кроме как мое касание перед этим?”

Я начал искать информацию, чтобы понять, может ли произойти подобная ситуация без вмешательства чего-то потустороннего и сверхъестественного.

По большей части нет, но, все-таки, такие случаи бывают и, как бы не было глупо поверить в 0.1%, еще глупее на моем месте было бы поверить в суперспособности и прочую дребедень.

В связи с этим, я решил принять наиболее близкий и удобный для себя вариант. Начал искать на что могу переключить свое внимание и забыться. Не важно чем именно, лишь бы не вспоминать этот кошмар и вычеркнуть этот день из жизни, будто это книга, и я безвозвратно убираю одну страницу из бесчисленного множества других, что были до этого дня.

Мне на ум пришло почитать почту, которую нам отправили за прошедший месяц. Прочитав несколько писем с разными новостями и рекламой, на фоне белых конвертов мое внимание пало на выделяющийся черный конверт. Я тут же достал его из всей кучи и начал открывать.

Странное ощущение охватило меня, когда я открывал этот конверт. Но, учитывая день, я решил не обращать на это никакого внимания, ведь этот день и без того был полон странностей. Я бы даже назвал этот день одной большой странностью. Как бы то ни было, я открыл конверт и увидел письмо, написанное от руки:

«Привет, Хироси.

Как ты после того инцидента в гимназии? Довольно неожиданно, правда? Помнишь недавнюю прививку, а также свое странное состояние после нее, как будто что-то не так?

Вместо прививки от гриппа я ввел тебе нечто иное, в связи с чем у тебя появилась способность сжигать людей. Далее я дам тебе основную информацию:

Если твоя рука соприкоснется с кожей другого человека, он тут же загорится и, вскоре, сгорит дотла;

Избавиться от данной способности невозможно.

Зачем я дал тебе эту способность?

Мне было интересно наблюдать за тобой. Ты вполне себе рационален и справедлив, но тебе не хватает силы, чтобы контролировать происходящее вокруг тебя.

Будь у тебя возможность начать жизнь заново и не повторить все совершенные ошибки в этой, ты, вероятно, так бы и сделал, ни на секунду не задумавшись на этот счет.

В такой ситуации друзья и близкие абсолютно не имели бы для тебя значения, я прав?

Но я тебя не виню, ведь за свою относительно короткую жизнь ты пережил много всякого.

Я подвожу к тому, что за плохое люди должны платить. Большинство из них ведь даже не понимает какую боль они приносят другим и никогда даже вскользь не задумаются о том, правильно ли они поступили.

Но ты можешь это исправить и заставить их всех пожалеть о сказанной грубости или о плохом поступке, совершенном в твою сторону. Как было бы хорошо, если бы тот, кто сделал тебе что-то плохое, страдал? Неужели ты никогда не думал в таком ключе?

Ранее, так как тебе недоставало силы, ты, даже если бы и хотел, чтобы они пожалели, все равно не смог бы что-либо сделать. Но сейчас у тебя есть все, что нужно для этого.

На этом пока все, Хироси.»

“Если то, что он сказал, правда… Выходит, что я даже не смогу пожать руку своим знакомым? – задумался я. – Что за бред? Я не могу так просто поверить в бредни какого-то случайного человека, возомнившего себя невесть кем!”

“Но черт… Он так гладко стелит, что в моменте я даже забыл об абсурдности всего написанного и произошедшего в гимназии. Как будто он знает все и вся обо мне. Да уж… Сплошная череда совпадений и те, увы, играют совсем не в мою пользу…”

“Думаю, что наилучшим решением будет подождать и, в случае, если я снова почувствую неприятную дрожь, я найду способ как можно избавиться от нее.” – решил я.

“Вне зависимости от исхода, мне нужно нужно свести на нет любые возможные касания с моей стороны. Даже при том, что я толком ни с кем не общаюсь и шанс на это крайне мал. В моменте я могу забыться и непреднамеренно поджечь кого-то на глазах у всех. А что будет дальше, думаю, можно и не озвучивать.“

“Что мне остается, кроме как начать носить перчатки?”

“Да ничего.”

“Странно – не то слово, но тут выбор между странностью или даже убийством ни в чем неповинных людей. И пойти на это я совсем не готов.”

Я начал искать перчатки по всему дому и, спустя полчаса, нашел тканевые перчатки у мамы в комнате. Примерив их я почувствовал себя стальным алхимиком, благо, все руки и ноги у меня были на месте.

“Черт его знает, что со мной произойдет, в случае, если у меня действительно есть способность сжигать людей… – думал я, – Но до того момента, как у меня снова появится дрожь, мне ни в коем случае нельзя снимать эти перчатки. Когда же она появится – мне придется думать как с этим бороться.”

“Стоп…”

“Если отбросить все чувства и мыслить логически, то дрожь в руках пропала сразу же после убийства Робина… – осознал я. – То есть, в случае дрожи у меня будет два варианта: убить кого-то и, возможно, избавиться от нее, либо же дальше никого не убивать и посмотреть на то, что произойдет со мной дальше.”

Мои размышления прервались звуком открытия входной двери. Это была мама, вернувшаяся с работы. Сняв перчатки и спрятав их в шкафу, я пошел встречать ее. Она, посмотрев на меня взволнованными глазами, спросила:

– Что было в гимназии? С тобой все в порядке?

Она приблизилась ко мне и хотела меня обнять, но я, осознавая, что может произойти, отошел от нее и сказал:

– Да… Все нормально, – ответил я как ни в чем не бывало. – В гимназии загорелся коридор, и я, рассказав первому попавшемуся учителю об этом, выбежал наружу куда подальше. Лишь бы никто не пострадал… – взволнованно сказал я. Но главный казус всей этой ситуации был в том, что, как минимум один человек, уже пострадал.

– Загорелся коридор? – переспросила она с удивлением.

– Д-да, я вышел с урока и пошел в сторону раздевалки, так как у нас была физкультура. И, когда дошел до туда, увидел разгорающийся семимильными шагами коридор.

– Ну и ну… Это же надо потратить столько денег на неработающую систему безопасности…

Я лишь молчал и внимательно смотрел на нее.

– Ладно, включай телевизор, быть может там что-нибудь об этом скажут.

Я достал пульт, включил телевизор и начал искать каналы, на которых освещают данный инцидент. Переключив пару раз я попал на нужный канал.

“В гимназии Сакураяма разгорелся пожар. Все находившиеся в ней были эвакуированы. По данным один погибший и ни одного пострадавшего. Погибшим стал Робин Уотсон, которому было всего семнадцать лет. Он был профессиональным футболистом и имел известность даже за пределами своей гимназии. Рядом с гимназией возвели мемориал в его честь, куда десятки людей приходят почтить память юному таланту. Точная причина пожара пока не установлена. Территория гимназии перекрыта до устранения всех последствий и причин пожара.”

Мама была в шоке от услышанного, ибо даже для нее Робин был далеко не чужим человеком. Она знала его лично и, порой, даже интересовалась у меня по поводу него.

“Как там Робин? У него все хорошо?” – вспомнил я мамины вопросы.

Спустя минут десять маме позвонил наш классный руководитель и попросил передать мне то, что гимназия не будет работать всю ближайшую неделю.

2 Тайные намерения

Я проснулся на следующий день в раннее субботнее утро. На сегодня у меня не было никаких планов. Разве что, отдохнуть и сходить в магазин за продуктами.

Мне главное найти повод выйти на улицу, пусть даже самый минимальный. По началу находишь самый очевидный повод по типу покупки продуктов, а, через время, выходишь на улицу без видимой на то причины. Думаю, в наше время свежий воздух еще никому не навредил.

Вплоть до обеда я просидел за компьютером, потом же с неохотой собрался и вышел из дома, как и планировал ранее.

Через пять минут моего пребывания на улице, я почувствовал что-то странное. То, что не чувствовал ранее. Как будто я чувствовал чье-то присутствие рядом с собой. Также я краем глаза заметил, что за мной следит какая-то девушка. Поворачивая как можно чаще и идя по совершенно иному маршруту от нужного, я раз за разом останавливался и осматривался по сторонам в надежде на то, что она отстала. Она же, не смотря на это, все еще следовала за мной.

На очередном светофоре, пока я ждал зеленого света, она приблизилась ко мне и подошла сбоку.

– Неплохие перчатки – сказала с ухмылкой, заговорив со мной. Так, будто мы с ней уже давно знакомы.

– Спасибо, н-но кто вы?

– Ученица одиннадцатого класса гимназии Сакураяма.

– И что этой ученице от меня надо? – недовольно спросил ее я.

– Объяснить тебе, что ты вовсе не обычный человек.

– Не обычный? – переспросил с удивлением я.

– Ну да. Либо же натуральный идиот. Третьего не дано.

– Варианты, безусловно, интересные, но причина их возникновения меня как-то не очень-то и волнует.

– Посмотрел бы на себя со стороны и сам бы все понял. Кто носит перчатки в такую жару? – сказала она напрямую.

– Так вот ты о чем… – понял я. – И что, неужели ты только из-за этого ко мне подошла?

– Да нет… Ты в курсе, для чего тебе твоя способность?

– Понятия не имею, – честно ответил я. – Также как и о том, кто ты такая. Твой прошлый ответ не дал мне ровным счетом ничего.

– Ты ведь тот, кто жаждал силу для исправления этого несправедливого мира, – проигнорировав мои слова, продолжила она. – Так почему ты не действуешь, что тебе мешает?

– Мне всяко лучше переждать… – решил ответить я, поняв, что она не перестанет настаивать на своем. – А уже потом, если начну чувствовать изменения в своем состоянии, буду думать, что делать. К тому же, даже если у меня есть те, кому я хотел бы отомстить… Неужели ты думаешь, что переступить через эту черту так легко?

– Думаю да, ведь я уже давно через нее переступила, – хладнокровно ответила она.

“Что она, черт побери, несет? Она хоть понимает, о какой именно черте я говорю?”

Я общался с ней как ни в чем не бывало, стараясь не показывать какого-либо удивления.

– И-и… Как это было? – неловко спросил я.

– А тебе все так и расскажи.

– Значит… И про свою “способность” ты мне тоже не расскажешь?

– Ага, – сказала она, ухмыльнувшись. – Но что тебе даст это ожидание? – продолжила она раннее обсуждение.

– Я смогу убедиться в своих предположениях по поводу всего происходящего. Либо же, наоборот, опровергнуть их.

– И каковы же твои предположения?

– Что все это сплошной сюр.

– Однако, удобная позиция.

Я так и не смог понять, чего она добивается. Помимо этого, пока мы с ней разговаривали, я не уследил за дорогой и свернул в ранее незнакомые мне улицы.

“Ничего страшного, мы ушли совсем недалеко” – подумал я мельком.

“Какой бы странной она ни была… – продолжил размышлять я, – Она, вероятно, как-то связана с человеком, который дал мне способность. Соответственно, я могу ей воспользоваться, чтобы выудить из нее как можно больше информации о нем”

– Слушай… У меня, как бы, и дела есть… Поэтому, может я пойду, но, перед этим, обменяюсь с тобой телефонами? – сказал я, прервав полу-минутное молчание.

– Дела это-о… Сходить в магазин? – ответила она так, будто бы видела меня насквозь.

– Ну да. Как одно из дел, запланированных на сегодня, – честно ответил я.

– Ладно, держи, – протянув свой телефон сказала она.

– Ха-ха-ха! – засмеялся я, в очередной раз пробуя себя в актерском мастерстве. – Давай серьезно. И, скажи мне уже, наконец, свое имя.

– Я Хана, – моментально ответила она.

– А я Хироси.

– Мог бы и не рассказывать.

– Точно, ты ведь итак все про меня знаешь… Забыл.

– Не все… – воспротивилась она. – Только то, что знаю – произнесла она с улыбкой.

Мы обменялись телефонами.

– Я напишу тебе, как будет время, – сказал я.

– Хорошо, тогда увидимся, – ответила она и на этом мы разошлись.

“Не будь от общения с ней пользы, я бы тут же послал ее куда подальше. Но, увы, это не мой вариант, – подумал я. – Надо ж было еще ляпнуть – я напишу тебе… Нужно будет что-нибудь придумать. Как никак, за язык меня никто не тянул.”

Отбросив свои мысли и осмотревшись, я понял, что пока мы общались с Ханой, я забрел черт знает куда. Это была не одна незнакомая улица, выйти с которой удастся даже мне, а буквально другая часть города. Ориентировался же я на уровне пятилетнего мальчика, который не знает ничего кроме дома, гимназии и парочки ближайших магазинов, так что наилучшим решением было воспользоваться навигатором.

Изрядно походив по городу и, вскоре, выйдя на знакомые мне улицы, я уже самостоятельно пошел до магазина, как изначально и планировал.

Оставшийся день был вполне себе обыкновенным и, в каком-то плане, даже глотком свежего воздуха на фоне нереальности всего ранее произошедшего.

Вспомнив о том, что я должен был написать Хане, я начал с ней диалог, общавшись так, будто мы с ней самые обычные знакомые.

“Даже, если у меня и вправду есть способность, доверять ей что-либо нецелесообразно и даже опасно. Но, ежели я хочу что-то узнать о том человеке, мне, как ни крути, придется рассказывать что-то и о себе. Без риска тут, судя по всему, никуда”

“Ах, ладно, оставлю завтрашние проблемы завтрашнему себе. Сейчас же в разы лучше пойти поспать, ведь время уже близится к двенадцати” – подумал я, упав на кровать и заснув без задних ног.

Прошло 2 дня

Проснувшись, я внезапно задумался о том времени, когда я еще общался с одноклассниками и буквально мечтал с ними о том, чтобы гимназия сгорела и мы перестали в нее ходить. Тогда все это было лишь шуткой и мы даже не представляли каково было бы попасть в такую ситуацию наяву.

Окончательно взбодрившись, я почувствовал, что ко мне снова вернулась дрожь в руках. При чем эта дрожь заметно отличалась от той, что была прежде. Она была как будто бы менее мешающей… А может, я, попросту, привык к ней и поэтому она для меня уже не является какой-то существенной проблемой? – подумал я.

Черт его знает.

Внезапно мне написала Хана, которая хотела со мной встретиться. Я не знал ради чего ей это, но и упустить данную возможность я явно не мог, поэтому договорился встретиться через полчаса в ближайшем парке.

Я начал туда собираться.

– Ты куда? – услышал я вдогонку от мамы перед тем, как выйти из дома.

– С другом пойду погуляю, – ответил я. Тогда мне не хотелось врать ей даже по мелочам. Но, если бы я сказал, что пойду гулять с девушкой, это вызвало бы куда больше вопросов.

Не успел я выйти из своего двора, как увидел Хану и задался вполне себе резонным вопросом:

– Что это ты здесь делаешь? Ты что, знаешь где я живу?

– Да нет… Я шла в парк на встречу с тобой и совершенно внезапно увидела, как ты выходишь из подъезда, – ответила она с таким выражением лица, что даже дураку была очевидна неправдоподобность ее истории.

– И-и что же ты от меня хотела?

– Сначала дойдем до нужного места, а там уже все сам поймешь.

“Снова меня куда-то ведут.”

“Надеюсь все будет нормально, но, учитывая, что эта девушка – полная противоположность нормальности, на хороший исход мне можно и не рассчитывать.”

Мне оставалось лишь ждать, когда мы дойдем до того самого места.

Вскоре, когда мы наконец дошли, я увидел окраину города: множество мрачных гаражей и практически полное отсутствие домов и людей. Здесь была совершенно иная сторона города, совсем неизвестная мне ранее.

“Куда она меня привела?” – подумал я, захотев задать этот же вопрос Хане, как вдруг она показала пальцем в сторону от меня и сказала:

– Смотри!

Я повернулся влево и вдали увидел четырех парней, избивающих парнишку помладше.

– Я сейчас же вызову полицию, – сказал я, доставая телефон.

– Ага, и, к тому моменту как она приедет, тот парень уже будет лежать на земле без сознания, ато и вовсе умрет.

– А что, в таком случае, ты мне предлагаешь? – спросил ее я, недоумевая.

– Убить их, – сказала она с такой легкостью, будто бы для нее это было в порядке вещей.

– Что, прости? – переспросил я. – Т-ты в своем уме?

Пока мы обсуждали и спорили с ней касаемо наилучшего разрешения данной ситуации, те парни заметили нас и начали медленно, но верно, к нам подходить, взяв свою жертву под руки.

– Че вы забыли в этой глуши? – сказал нам один из них, подойдя ближе – Неужели хотите защитить этого придурка? – Вы хоть знаете, что он натворил?

– Н-нет, а в чем дело? – спросил я, задумавшись. – Неужели есть причина, по которой можно избить человека толпой?

– Он кинул моего братка на большие деньги, – ответил он, не обращая внимания на мои слова.

– Это ужасно, но разве правильно решать такие неурядицы через насилие? – спросил я.

– Правильно или неправильно… Это нас не волнует, – выйдя вперед ответил мне другой парень. Видимо, главный из них. – Ты серьезно думаешь, что мы не пытались с ним по правильному, по хорошему? Ошибаешься. Это уже последняя мера, которую нам остается предпринять, чтобы эта паскуда вернула ему деньги.

– А вы не думаете, что вы слишком слабы, чтобы решать конфликты силой? – вмешалась Хана, явно провоцируя их на самый худший исход всей этой потасовки.

– Ты, случаем, не оборзела, малявка? Давай сейчас и проверим, кто тут сильный, а кто слабый.

– Только попробуй, – сказал я, встав перед Ханой и сняв свои перчатки, ведь дело было худо.

– Защитник нашелся. Драться собрался, парниш? А как же твои выпады про правильность и неправильность? Неужели понял, что не все в жизни можно решить словами?

– Может и так, – не стал противиться я. – Но я хотя бы защищу его, – сказал я, посмотрев на того самого парня. Все его лицо было в синяках, а из носа медленно стекала кровь, уже практически застывшая за время этой потасовки.

–Таким тварям как вы… – продолжил я. – Решающим конфликты через силу, стоит через ваши же методы показать, насколько вы слабы, чтобы в будущем вы даже и не думали высовываться.

Он замахнулся на меня и я, коснувшись его руки, поджег его.

– А-А-А-А-А!!! – истошно закричал он, разгораясь все больше с каждой секундой, – П-ПРОСТИ, ПРОСТИ, ТОЛЬКО ПОЩА-ДИ МЕ… НЯ – сказал он, сгорев заживо у всех на глазах.

“Пощадил бы я его, будь у меня на то возможность?” – пролетела мимолетная мысль в моей голове.

“Наверное, да. Но, в данной ситуации, либо ты, либо тебя. Золотой середины здесь, по просту, не существует. Все-таки, в чем-то тот парень, говоривший о том, что не все в жизни можно решить словами, был прав…” – подумал я.

Все вокруг стояли как вкопанные и не могли проронить ни слова.

– КТО ТЫ НАХЕР ТАКОЙ?! – сказал мне наиболее смелый из оставшейся компании, дрожащий с головы до ног. После этого все сразу же убежали кто куда и, уже через полминуты, скрылись из нашего поля зрения.

Моя дрожь в ту же секунду прекратилась. Получается, я действительно обязан убивать, чтобы избавиться от нее… – заключил я.

– Вот ты и переступил через ту самую черту. А распинался-то как по поводу всего этого, – сказала мне Хана, посмеиваясь.

“Видимо, убийства ее не то, чтобы не пугали, а, наоборот, даже забавляли и радовали” – осознал я.

– Ты меня сюда только ради этого привела? – спросил я напрямую.

– Все верно, – на удивление ответила она без увиливаний – Теперь мы в одной лодке.

– Вот как… В таком случае, может уже наконец расскажешь как ты впервые убила человека? – спросил я, воспользовавшись моментом.

– Неужели ты так сильно хочешь это узнать? – сказала она с пренебрежением и явным нежеланием что-либо рассказывать.

– Если бы не хотел, то и не спрашивал бы.

Мы отошли от того места куда подальше и, пока шли к центру города, она, наконец, начала рассказывать.

– Ладно, будет тебе, – с неохотой сказала она. – Мне было тринадцать лет, когда одной ночью внезапно к нам кто-то постучался. Папа открыл дверь и в ту же секунду по всей квартире раздался оглушающий выстрел.

Мама, сказав спрятаться мне в ближайшем шкафу, схватила кухонный нож и стала поджидать его. Я, понимая, что отца, вероятно, уже не спасти, хотела хотя бы одного: чтобы мы с мамой остались в живых, а еще лучше чтобы отомстили этому мерзавцу за папу. Но чем я могла помочь в такой ситуации и что вообще мог бы сделать тринадцатилетний шокированный ребенок взрослому? Именно так я думала в тот момент.

Она тихонько приближалась к нему и в один момент я даже услышала истошный крик преступника. Я уже было начала выбираться из шкафа, ибо думала, что все закончилась и мама с ним справилась. Но, мгновение спустя, прогремел второй выстрел и я почувствовала, как нескончаемый поток слез полился по моим щекам.

“Мне нельзя шуметь, иначе он убьет и меня” – промелькнуло у меня в голове и я, закрыв свой рот, принялась ждать. Сквозь закрытые дверцы шкафа я слышала его тяжелые вздохи, а также звук крови, обильно хлещущей на пол.

Не смотря на раны, он все еще бродил по дому и, видимо, хотел убедиться в том, что не оставил при себе ни одного свидетеля. Прилично порыскав по дому и, так и не найдя никого, он направился к выходу и ушел. Выбравшись из шкафа, я прошла в коридор и, увидела бездыханные тела своих родителей. Я упала на колени и начала рыдать все сильнее. Меня распирало изнутри злостью и желанием мести, а также ненавистью к себе за то, что была слаба, как физически, так и ментально.

“Я ведь даже не попыталась спасти маму, а лишь трусливо отсиделась в шкафу… Что, если бы я поступила иначе? Ах-х… В конце концов, если бы не он, то ничего этого и не произошло бы” – подумала я тогда.

Я начала думать о своем будущем и задумалась: нужна ли мне вообще такая жизнь, когда все, что у меня было, буквально исчезло?

Я ведь все потеряла из-за него. Из-за человека, который все еще жив и, как оказалось по итогу, даже не понес ответственности за содеянное из-за связей в полиции. Хоть всю ситуацию и осветили в новостях, с течением времени дело прикрыли, как бы я не пыталась добиться справедливости. Прошло несколько месяцев с того случая и каждый день тянулся максимально бесцельно. С того момента моя жизнь утратила всякий смысл и я едва находила в себе силы, чтобы продолжать все это.

В один из таких тусклых дней, когда я бездумно ходила по парку, я встретила Эриха. Он стоял в тени огромного дуба и, казалось, будто его фигура сливается с окружающей темнотой. На нем был длинный черный плащ, а вокруг него витал легкий туман.

– Ты ищешь ответы, – произнес он, не отводя от меня глаз. Его голос, тихий и спокойный, как шелест листьев в осеннем ветре, звучал как предложение и предупреждение одновременно.

– Кто ты? – спросила я, ощущая и страх, и, в то же время, любопытство.

– Обычный человек, который также как и ты проходил через подобное, – сказал он с сопереживанием. Так, будто знал всю мою ситуацию от и до.

В тот момент я не могла понять, что скрывается за его словами, но отчаяние пересилило мою осторожность. Его глаза, скрытые под тенью шляпы, казались бездонными, и я чувствовала, что он смотрит прямо в душу.

– Я могу дать тебе силу, о которой ты даже и не мечтала, – продолжил он. – Но взамен у меня есть одно условие.

Я прекрасно понимала, что то самое единственное условие не будет простым, но моя цель отомстить была выше всего этого и, поэтому, я не думая воспользовалась его предложением.

Весь мой потухший настрой моментально спал, будто его и не было.

Я уже не чувствовала той самой постоянной тоски и желания умереть из-за бессмысленности своей жизни. Более того – у меня появилась возможность реализовать свою цель.

Цель отомстить за убийство своих родителей.

Эрих дал мне самую важную возможность в моей жизни и я была готова пойти на что угодно, лишь бы достичь своей цели. После этого все время я думала лишь о мести.

Я представляла все до мельчайших деталей: как и где это будет, а также эмоции, которые я буду чувствовать в долгожданный момент убийства, когда все мои желания и амбиции будут претворены в жизнь.

Моей решительности просто не было предела.

Помимо всего этого, я хотела узнать и причину, по которой он убил моих родителей. Поэтому, я решила углубиться в это дело, чтобы куда подробнее все разузнать.

Мой папа был директором самой востребованной клиники в городе и, на почве этого, был подослан киллер со стороны его конкурента – Горо Ямамото. С момента восхождения папы на пост директора у Горо не было и шанса на первенство в этой нише и, так как он сильно негодовал из-за этого, он решил выбрать наиболее мерзопакостный путь из возможных – покончить с ним раз и навсегда, нежели продолжать развиваться в и без того удачной для него нише.

Вернемся к виновнику. Я заплатила одной из его знакомых, чтобы она назначила с ним встречу у него дома, на которую вместо нее должна была прийти я.

В день мести я пришла к нему домой в шесть часов вечера и постучалась. Он, не заставив меня долго ждать, открыл дверь.

С удивлением посмотрев на меня, он спросил:

– Девочка, ты чего это тут забыла? Я жду важного человека, ты здесь совсе-е-ем не к месту, – сказал он по доброму, совсем не ощущая опасности.

– Важного человека? Ты про Акиру Такахаши? – спросила я прямо.

– А-а откуда ты знаешь? – удивился он.

– Да потому что я узнала твой адрес и подкупила ее, чтобы она назначила с тобой встречу сегодня на это время, – ответила я, резко двинувшись в его сторону и зайдя к нему в квартиру. Он даже не успел сообразить в чем дело, не говоря уже и о том, чтобы меня остановить.

– Т-ты не прифигела ли часом? – спросил меня он, смутившись.

– В смысле? Я пришла на встречу, как мы и договаривались. Неужели ты такой негостеприимный?

– Какое гостеприимство к случайной девке, влетающей с поводом и без в чужие квартиры? – негодовал он.

– К случайной девке? Ха-ха-ха! – засмеялась я. – А вот ты для меня вовсе не случайный человек… Ведь мои родители пару лет назад умерли от рук какого-то заказного убийцы. Ты… Это… Случаем, не знаешь, кто бы это мог быть?

Его испуганное лицо и дрожащие руки говорили сами за себя. Он впал в ступор и не мог произнести ни слова. Я же, решив не тянуть еще больше всю эту наигранную клоунаду, создала меч и приставила его к горлу. Настолько внезапно, что он даже и не успел мне воспротивиться.

– Я-я-я н-не помню, чтобы у семьи Гилбертов была дочь! – дрожащим голосом выдавил он. – Ч-ч-что ты хочешь? Я дам тебе деньги, связи, работу! Проси все, что захочешь!!!

– Мне не нужно ничего из этого, – хладнокровно ответила ему я. – Я могу оставить тебя в живых, но с одним условием.

– С-С КАКИМ?! ПРОСИ ВСЕ, ЧТО УГОДНО!!!

– Хорошо… ТОГДА ВЕРНИ МОИХ РОДИТЕЛЕЙ!!! – закричала я сквозь боль от осознания их смерти.

– Э-Э-ЭТО НЕВОЗМОЖНО!!!

– Тогда у тебя есть только один вариант, – ответила ему я с улыбкой, перерезав ему горло.

В этот раз мертвое тело и хлещущая из него кровь уже не казались мне такими противными как тогда. Даже больше – после убийства я еще некоторое время смотрела на него и понимала, что, наконец, смогла отомстить такому подонку как он за то, как он испортил мою жизнь, раз и навсегда разделив ее на до и после.

Закончив с наслаждением от достижения своей цели, я начала думать как мне стоит все обыграть, чтобы этот инцидент показался властям самым, что ни на есть, заурядным и очевидным самоубийством.

Подумав около пяти минут и оценив ситуацию, я положила кухонный нож ему в руку. Также нашла его ключи, чтобы скопировать их и ими же закрыть дверь в его квартиру снаружи. Сделав все это, я вышла оттуда.

– Неужели та девушка, которую ты подкупила, ничего не заподозрила? – спросил я, выслушав ее.

– Да даже если бы и заподозрила, что толку-то? Все это ведь было дистанционно и, по итогу, она не имела на руках даже моего имени. Не говоря уже о чем-то большем.

– А-а что касаемо отпечатков? – продолжал я.

– Чтобы их не оставить я с самого начала использовала перчатки.

– То есть, ты хочешь сказать, что никто так и не понял кто на самом деле его убил?

– Думаю, что если бы кто-то это понял, я бы не разгуливала на свободе как ни в чем не бывало.

– Даже если бы тебя поймали, не думаю, что у тебя возникли бы проблемы, – честно подметил я.

– Как знать, как знать, – загадочно ответила она. – Так вот… Эта ситуация, безусловно, была освещена в новостях, но так как никаких подозреваемых у следствия не было, расследование быстро приостановили.

– Да уж, тяжелая история… – вымолвил я, будучи не в силах ее поддержать.

– Да не задумывайся по поводу этого, – легко ответила она без тени сомнения. – Если бы не моя ужасная судьба, то Эрих и не дал бы мне мою способность. К тебе, думаю, вышесказанное тоже в той или иной мере относится.

– Н-но моих родителей никто не убивал, – спохватился я.

– Да я не об этом, дурак, – смутилась от моего непонимания она. – Тебя же явно что-то разрывало изнутри, чувство несправедливости от происходящего в твоей жизни, разве нет?

– Это так… Н-но неужели это что-то меняет? – спросил я.

– Что-то явно меняет, но что именно – тебе знать не стоит.

“Неужели секретом является то, что Эрих дает способности только людям, наподобие меня с Ханой? – предположил я. – Но зачем, в таком случае, скрывать это от меня? Ладно… Я, как минимум, узнал, что есть другие люди со способностями как у меня, которые Эрих каким-то образом передает другим.”

“В моем случае это прививка, но как в случае той же самой Ханы? – никак не унимался я. – Хоть она и сказала про то, что Эрих дал ей способность, про способ ее получения она умолчала. Мне нужно узнать у нее как можно больше по поводу этого”

– М-может сходим куда-нибудь? – предложил я.

– А ты романтик, Хироси. Куда сходим?

– Скажешь тоже… Просто утоления голода ради и ничего больше.

– Да-да, я так и подумала, – сказала она, заметно подтрунивая надо мной. – Так куда пойдем-то?

– С моим знанием города я могу предложить только один из ближайших ресторанов, – честно ответил я.

– Ха-ха, я за.

Мы прошлись по близлежащим улицам и зашли в ресторан неподалеку, в котором обедали и общались как самые обычные подростки на протяжении часа.

Закончив с этим мы вышли на улицу.

– На удивление было неплохо, – сказал я. – Даже при том, что такого рода заведения меня от слова совсем не привлекают и бываю я в них практически… Никогда?

– Согласна, было вполне себе неплохо.

– Ну-у… Наверное, я пойду домой?

– Угум, увидимся, – ответила Хана.

– И еще… – неловко добавил я, чуть не забыв.

– Что?

– Не скажешь где ты живешь? Ты, как никак, уже откуда-то знаешь где я живу. Поэтому и мне, в свою очередь, хотелось бы знать где живешь ты, мало ли что.

– Тоже верно… Тогда я скину тебе свой адрес как буду дома.

– Договорились.

– Ну… Тогда пока?

– Тогда увидимся.

3 Тяга к большему

Уже пару месяцев не было интересных дел, и все из-за Джона. Как только я находил хоть сколько-то интересное дело и хотел за него взяться – Джон в считанные недели отлавливал преступника.

Даже я, будучи помощником Джона и максимально заурядным детективом, со временем стал понимать по какому принципу он так ловко справляется практически с каждым делом. Но опыта мне, как ни крути, явно недоставало.

Оно и понятно, ведь я всего лишь собираю основную информацию по имеющимся делам и презентую ее Джону. Большего он от меня никогда и не требовал… Но я хочу быть кем-то большим, а не банальным помощником, вечно остающимся в тени, – думал я.

“Решено, следующее интересное дело я раскрою лично.”

Я как обычно работал, параллельно просматривая недавно появившиеся дела. Через два часа я увидел недавно появившуюся статью по интересному делу: “на Асамити парень сжег человека дотла”.

“Сжег человека дотла?!”

“Да я в жизни в подобное не поверю, они там издеваются что-ли? Как обычно навешали лапши на уши аудитории ради больших охватов… Мне нужно позвонить Сэму и разузнать все лично”

Хоть в работе я особо и не преуспел, за все эти годы я очень неплохо оброс самыми разными связями, коими сейчас и решил воспользоваться. Я отыскал его номер и набрал его.

Ответ не заставил себя долго ждать.

– Привет, Сэм… – начал я. – На счет парня, который сжег человека дотла, это снова какая-то первоапрельская шутка?

– В смысле первоапрельская и в смысле снова? – ответил он с претензией вопросом на вопрос.

– В прямом. Даже я, повидавший за эти годы немало экстраординарного, не знаю, кто в здравом уме из читателей в это поверит. Вот и звоню тебе, чтобы разобраться в этом всем.

– Понятно. Ситуацию, безусловно, обычной не назовешь, но все написанное в статье – чистая правда. Парень каким-то образом поджег другого человека и, тем самым, убил его.

– У тебя есть записи с камер наблюдения?

– Есть… Они тебе нужны?

– Именно так. Пришли мне их как можно скорее, это очень поможет расследованию.

– Без проблем, сделаю.

– Спасибо, Сэм.

– Да не стоит. Поймаете убийцу, а я выпущу несколько еще более интересных статей по этому поводу, ха-ха! – радостно рассмеялся он.

– Если бы с расследованиями все было так просто как со статьями… – отметил я, тяжело вздохнув. – Ладно, всего хорошего и спасибо за коммуникацию.

– Взаимно, – ответил он, положив трубку.

Чуть позже он прислал мне запись с камеры наблюдения и, как назло, камера стояла сзади от места происшествия. Выследить убийцу по ней было, мягко скажем, трудно.

Что же до самого убийства – Сэм действительно не соврал, ибо тот парень каким-то образом способен сжигать людей.

В первую очередь мне нужно передать это дело Джону, ведь как бы я не хотел решить все самостоятельно – не вовлекать кого-то еще в такие дела я не могу. Я передам это дело ему, чтобы он был в курсе, а дальше же, в любом случае, возьмусь за это него самостоятельно.

Я направился к кабинету Джона и, зайдя в него, сказал:

– Джон, тут появилась информация по новому делу.

– Выкладывай.

– Сегодня в районе тринадцати часов дня на камерах был замечен странный молодой человек с девушкой. К ним подошла компания из пяти человек. После этого, когда один из них замахнулся на подростка, он, в то же мгновенье, загорелся и, вскоре, сгорел дотла. Жертвой оказался двадцатипятилетний хулиган Джордж Сайнберг, ранее уже попадавший в полицию.

– Джордж, говоришь? А я ведь его даже помню… Паренек, конечно, не сахар был.

– Так что скажешь об этом деле? – навязчиво напомнил ему я.

– Да берусь я, конечно. Мне только на руку еще одно сложное дело, которое, к тому же, может являться не просто обычным убийством, а даже чем-то большим.

– Чем-то большим? – переспросил я, не понимая о чем это он.

– Все это лишь на уровне предположений и догадок, ведь, чтобы понять наверняка, нам нужно углубиться в истоки этого дела. Поэтому, добудь как можно больше информации об этом парне, а также найди любого из свидетелей и заставь его дать показания по поводу этого дела, дальше же основная работа будет за мной.

– Будет сделано. В таком случае, сейчас же этим и займусь, – ответил я. Я распечатал фотографию Джорджа Сайнберга и быстро отправился на место преступления.

Дойдя до туда я увидел оцепление, внутри которого было немало полицейских, осматривающих место происшествия. Помимо них была и скорая помощь. Видимо, труп уже забрали, – подумал я.

Не было никакого смысла подходить к полицейским и дополнительно расспрашивать их о Джордже и об обстоятельствах убийства, ведь основную, на данный момент, информацию я уже знал.

Я решил отойти чуть подальше и обойти все частные дома в округе, пока не выйду на свидетелей. Подойдя к первому попавшемуся дому, я постучался в него. Дверь медленно и недоверчиво приоткрылась. За ней оказался мужчина лет сорока.

– Вы что-то хотели? – спросил меня он.

– Да. У меня всего один вопрос: вы знаете этого человека? – спросил я, показав фотографию.

– Видел пару раз его в этих местах. С ним что-то случилось?

– Нет, ничего. Вы не знаете кого-нибудь из его знакомых, случаем? Тех, с кем он часто проводил время?

– Я помню, разве что, Майкла. В свое время, он, когда еще общался с моим сыном, пару раз бывал у нас дома.

– Не знаете где он живет?

– В доме напротив, если, конечно, за эти годы ничего не изменилось и он не переехал.

– Спасибо за информацию, сэр.

Я направился к тому дому и постучался уже туда.

– Вы кто? – спросили меня, приоткрыв дверь.

– Откройте пожалуйста, у меня есть пара вопросов.

Дверь открыла женщина лет пятидесяти с достаточно понурым и даже безжизненным взглядом. По одному выражению лица казалось, будто она наперед знала зачем я здесь и какие вопросы буду задавать.

– Я собираю информацию по поводу сегодняшнего убийства Джорджа. Майкл – один из предполагаемых свидетелей по данному делу.

– И что вам от него нужно?

– Задать пару вопросов и, вполне возможно, проехать в участок для дачи более подробных показаний.

– Хорошо, проходите, – с неохотой пропустила меня она. – Я налью вам чай и позову его.

– Не стоит. Я сюда, все-таки, не за чаем пришел.

Я прошел к ним на кухню и стал ждать, когда придет Майкл. Через пару минут он, спустившись со второго этажа, подошел ко мне.

– Привет, не расскажешь про сегодняшний инцидент? – бодро начал я, стараясь не обращать внимания на его потухший вид.

– Расскажу, но с одним условием.

– Каким же?

– Вы обязательно поймаете убийцу.

– Мы поймаем его. В этом можешь и не сомневаться. Но у меня, в свою очередь, тоже будет одно условие: проехать со мной в участок. Как никак, ты важный свидетель в данном деле.

– Хорошо. Я поеду с вами.

Он предупредил маму и мы, собравшись, вышли из дома, направившись к метро. Сев на метро и за двадцать минут доехав до нужной нам станции, мы вышли на улицу. Пройдя немного пешком, мы уже были на месте.

Мы зашли в участок и быстро отыскали кабинет Джона.

– Я привел свидетеля. Одного из знакомых Джорджа – Майкла, – сказал я Джону, зайдя к нему в кабинет.

– Отличная работа, Харуто. Теперь предоставь все мне, – ответил он, начав допрашивать Майкла.

Мне же оставалось лишь наблюдать за всем со стороны.

– Расскажи все, что сегодня произошло.

– Мы гуляли с Джорджем и еще двумя парнями, когда в один момент увидели Тосиро, давно уже торчащего другу Джорджа немалые деньги. Так как Джордж не мог упустить эту возможность, мы подошли к нему и началась потасовка.

Через время мы заметили, что за нами наблюдает какой-то парень с девушкой. Джордж уже был на взводе из-за того, что Тосиро никак не поддавался и не признавал свою вину, а появление наблюдателей лишь подлило масла в огонь. Проигнорировав наши слова, Джордж решил подойти к ним, упорно настаивая на своем.

Когда мы подошли ближе, Джордж начал спрашивать их, что они здесь забыли. Парень в белых перчатках пытался уладить все мирно, но внезапно вмешавшаяся девушка начала провоцировать, явно нарываясь на конфликт. Парень, осознавая неизбежность драки, встал перед ней и зачем-то снял свои перчатки, бросив на асфальт.

Когда Джордж замахнулся на него, парень докоснулся до Джорджа, после чего тот вспыхнул буквально как спичка. Спустя секунд двадцать он помер, моля о пощаде.

Сказать, что мы были шокированы – ничего не сказать. Мы встали как вкопанные, будучи не в силах сдвинуться с места и что-либо сказать. Постояв с полминуты, мы в страхе ринулись кто куда, лишь бы больше никогда не видеть это чудовище.

– Как выглядел тот парень?

– Да вполне обычно, за исключением белых перчаток: высокий шатен с голубыми глазами худого телосложения.

– А что по поводу девушки в его компании?

– У нее были длинные волосы русого цвета, карие глаза, а ростом была немного пониже парня. Большего уже, наверное, и не вспомню.

– Я правильно понимаю: Джордж загорелся сразу же после касания того парня?

– Д-да, все верно.

– Девушка же… – продолжал Джон. – В отличие от парня, ничем необычным и сверхъестественным не выделялась?

– Да, все так.

– Хорошо, благодарю за предоставленную информацию, – сказал Джон. – Покажи ему выход, Харуто, – попросил он, переключившись на меня.

– Тебе сюда, Майкл.

Я проводил Майкла, поблагодарив его за помощь и дав свою визитку, на случай, если он узнает что-то новое по этому делу.

На улице уже было уже достаточно поздно и я решил отправиться домой. Дойдя до дома и зайдя в квартиру, явно чем-то обеспокоенную Рин.

– Ты где был? – спросила меня Рин – Неужели ты…

– Да, я принял решение расследовать новое дело. Также, как и Джон. Ты знаешь, как я уважаю его, но мне надоело быть просто заурядным помощником выдающегося человека. Я не стану лучше от того, что смирюсь со своей должностью и буду сидеть на месте. Тем более, я ведь тоже на что-то способен! – сказал я, будто бы сомневаясь в своих же словах.

– Безусловно, способен, милый, н-но это же опасно, вдруг это приведет к…

– Не приведет! – перебил ее я, не совладав с эмоциями. – П-прости, Рин… Я ни в коем случае не оставлю тебя одну, поэтому ты не должна давать этим мыслям и шанса на существование.

–Х-хорошо, я постараюсь, – сказала она спокойно. – Уже довольно поздно, пойдем спать?

– Да, ты права, – сказал я и мы, подготовившись ко сну, легли спать.

Когда я заснул, мне приснилось, как я впервые увидел Рин в парке. Это было около пяти лет назад. В тот вечер парк был наполнен людьми, наслаждающимися теплой летней погодой.

Я заметил молодую девушку, сидящую на скамейке у пруда. Она казалась погруженной в книгу, но периодически отрывала взгляд от страниц и смотрела на воду, в которой плавали утки. Ее лицо излучало спокойствие, но в глазах можно было заметить легкую грусть по непонятной мне, на тот момент, причине.

Проходя мимо, я случайно столкнулся с мужчиной, из-за чего тот уронил свои вещи. Я извинился перед ним и хотел было помочь ему поднять их, как вдруг, она, сидевшая неподалеку, встала со скамьи и подошла к нам, желая помочь. Мы поднимали вещи одну за другой, как вдруг наши руки соприкоснулись, когда мы оба потянулись к кошельку. Этот короткий момент показался мне судьбоносным.

Вернувшись на свое место, она, как ни в чем не бывало, продолжила чтение. Я мало чего читал в своей жизни, но, на удивление, данного автора я знал и, в связи с этим, решил первым заговорить с ней.

“Это Мураками, верно?” – начал я, стараясь скрыть свое волнение.

Она подняла глаза и кивнула, улыбнувшись.

“Да… Вы читали его книги?” – спросила она.

“Читал несколько. Он один из немногих, кто действительно меня зацепил”

Мы сходу нашли общий язык и в тот день прообщались до самого утра. Разговоры были такими легкими и непринужденными, будто мы знали друг друга всю жизнь. Мы говорили обо всем: о книгах, о жизни, о наших мечтах и страхах. В какой-то момент я понял: она – тот человек, которого я всегда искал.

Утром я проводил ее до дома и отправился к себе, чувствуя, что этот вечер изменил мою жизнь и сделал ее куда краше чем ранее. Думаю, она почти сразу же заметила мои чувства к ней, как бы я не старался их скрыть. Тогда я не хотел обременять наши отношения любовью. Хотел, чтобы все шло своим чередом.

Прошло несколько месяцев, и наши встречи стали регулярными. Мы гуляли по тем же аллеям парка, пили кофе в маленьких кафе и обсуждали все на свете. Каждый день с ней был как праздник, она была моим вдохновением, и я чувствовал, что с каждым днем влюбляюсь в нее все сильнее.

Я помню тот момент, когда она впервые взяла меня за руку. Это было в прохладный осенний вечер, когда листья начали менять свой цвет. Мы сидели на той же скамейке у пруда, где встретились впервые, и говорили о нашем будущем. В какой-то момент она просто взяла мою руку и посмотрела мне прямо в глаза. В ее взгляде было столько тепла и понимания, что я не смог сдержать свои чувства и не признаться ей.

С того момента мы стали неразлучны. Рин стала моей женой, моей поддержкой и лучшим другом. Несмотря на все трудности, с которыми мы сталкивались, наша любовь только крепла. И теперь, каждый раз, когда я думаю о том вечере в парке, я чувствую благодарность за тот случайный момент, который привел нас друг к другу.

Проснувшись на следующий день, я решил сходить в газетную редакцию и просмотреть весь недавно выпускавшийся материал в архиве с желанием найти что-то похожее на вчерашнее убийство.

Я зашел в холл и увидел девушку на входе.

– Здравствуйте, вы что-то хотели? – спросила меня она.

– Да, я детектив Харуто Сугимото, – сказал я, предъявив свое удостоверение. – Сейчас я расследую вчерашнее убийство на Асамити, знаете о нем?

– Еще бы мы не знали об этом деле, – сказала она, вздохнув. – Для нас это рейтинги, а для людей искренний страх того, что в один день их сожгут также как того самого Джорджа.

– Вижу, вы действительно осведомлены, – отметил я. – Могу ли я попросить вас впустить меня в архив? Мне нужно просмотреть недавние статьи. В случае, если что-то подобное уже случалось ранее, вы очень поможете нашему расследованию.

– Хм… – задумалась она. – Я спрошу на счет этого у главного редактора, подождите здесь.

– Хорошо, – ответил я, присев на диван.

Прождав минут десять, она вернулась.

– Вы можете войти, но только на час.

– Мне хватит и этого, спасибо, – сказал я, зайдя в архив.

Я отыскал газеты за последние полгода и начал искать.

Когда время моего посещения уже подходило к концу, я наткнулся на газету “Пожар в Сакураяма”, выпущенную три дня назад.

“В гимназии Сакураяма разгорелся пожар. Единственная жертва – Робин Уотсон, причины пожара еще не установлены.”

“Пожар!? – удивился я. – Единственная жертва!?”

“Я видел много пожаров, но чтобы всего лишь один пострадавший? Это не похоже на несчастный случай! Мне нужно прийти туда и лично все разузнать!”

– С-спасибо, я нашел то, что искал, – уходя, сказал я главному редактору.

“Сакураяма…” – раз за разом крутилось у меня в голове.

Я сел на метро и через минут двадцать оказался рядом с той самой гимназией. Она была вдоль и поперек перекрыта оградительной лентой, а рядом с гимназией не было ни души.

Решив зайти внутрь, при входе я увидел трех полицейских, бурно обсуждающих что-то.

– Что думаете об этом? – услышал я.

– Я думаю, что это несчастный случай, – ответил ему другой.

– Да, я того же мнения – покорно согласился третий.

– Несчастный случай? – переспросил я, вмешавшись в их диалог – Вы вообще ознакомлены с этим делом?

– Детектив Харуто, что вы тут забыли? – спросил меня один из них как ни в чем не бывало.

– О-откуда вы знаете мое имя? – удивился я. – Не припомню, чтобы я представлялся вам.

– Недавно детектив Джон рассказывал мне о вас… Вы же с Джоном уже не первый год работаете бок о бок, разве нет?

– Да, все верно.

– Так зачем вы здесь, Харуто? – продолжал он.

– В смысле зачем? Я расследую дело об убийстве Джорджа Сайнберга на Асамити, – ответил я, протянув фотографию. – Поэтому и рассматриваю события незадолго до этого – чтобы провести логическую цепочку между ними.

– Ясно… Но, позвольте вам сказать: вы здесь не к месту. Мы уже собрали весь основной материал по данному делу, так что вы можете идти.

– Я уйду только в случае, если вы пообещаете мне предоставить весь имеющийся материал по этому делу под роспись, указав ваши контактные данные.

– Если это единственный вариант заставить вас уйти… – задумался он. – То… Я сделаю это.

Он оставил мне свои контактные данные на листке и расписался.

– Не возражаете, если я позвоню вам сейчас, чтобы удостовериться в корректности оставленных вами данных?

– Не возражаю. Но только побыстрее, мы торопимся.

Я набрал его номер телефона и убедился в том, что он не обманул меня. Я собрался и вышел из гимназии.

Мне нужно было убедиться хотя бы в этом, ибо меня охватило четкое предчувствие, что они что-то скрывают. Да и откуда вообще тот полицейский знает имя такого заурядного детектива как я? – задумался я.

“Да меня даже детективом назвать трудно!”

“Надо обязательно спросить Джона на счет этого, а также пробить его по базе”

“Только один погибший и ни одного раненого в таком пожаре? – снова задумался я, вспоминая увиденные мною последствия пожара. – Я ни за что не поверю во что-то подобное. Думаю, это может быть преднамеренным убийством Робина и последующим поджогом гимназии, но кому это нужно?”

“И… Неужели никто из этих недо-полицейских даже не подумал о том, что вчерашнее убийство и этот пожар могут быть связаны друг с другом?”

Я дошел до метро и отправился прямиком в отдел, чтобы обсудить все это с Джоном. Вернувшись спустя пятнадцать минут и зайдя в кабинет, я заговорил с ним:

– Привет… Джон, есть важный разговор.

– Привет. Ну давай, я весь в предвкушении.

– Ты, случаем, не знаешь полицейского Такуми Сузуки?

– В душе не чаю, а что?

– Вот и я о том же, – начал я. – Но он откуда-то знал мое имя, а когда я спросил его откуда он его знает, он ответил, что ты ему постоянно рассказывал обо мне.

– Интересненько… – удивился Джон, почесывая затылок. – Нужно будет пробить его по базе.

– Да, я сейчас же займусь этим, – сказал я. – Рад, что мои предположения на счет него подтвердились.

– Вот как. Неужели ты тоже решил заняться этим делом, Харуто?

– Да, решил заняться, – коротко и честно ответил я.

– Но зачем? – спросил он с недоумением. – Ты итак уже достаточно сделал. Отдохни и предоставь все остальное мне.

– Неужели ты не понимаешь? Я хочу быть отдельной личностью, которая тоже может раскрывать нелегкие дела, а не “помощником Джона”, вечно стоявшим у тебя за спиной.

– Я понимаю о чем ты говоришь и, в каком-то плане, даже поддерживаю… – начал Джон. – Но ты должен держать в голове и то, что это не просто игра в детектива и убийцу. Ставки здесь куда выше чем ты думаешь.

– Ты думаешь я не справлюсь?

– Речь совсем не об этом, Харуто… – сказал он, печально вздохнув. – Это бездонная яма, из которой далеко не каждый сможет вылезти сухим, однажды туда упав. Это все, о чем я хотел тебя предупредить.

– Хорошо, я тебя понял.

Рабочий день уже близился к концу и я неспешно засобирался домой. Сев на метро и выйдя на нужной станции, я заметил непонятного человека, явно следящего и зачем-то следующего за мной. Я не знал кто это и, как бы не пытался, мне никак не удавалось его разглядеть.

До дома оставалось совсем немного и, так как я хотел как можно быстрее добраться до него, я резко ускорил шаг и дошел до туда в считанные минуты. Я вошел в подъезд и поднялся по лестнице на первый пролет, чтобы посмотреть в окно и, наконец, увидеть лицо своего преследователя. Он подошел к подъезду и смотрел на входную дверь, как будто бы чего-то ожидая.

Это был высокий парень с рыжими волосами и карими глазами.

Он резко повернулся в мою сторону и посмотрел ровно на меня таким злобным взглядом, что казалось, будто он знает меня не по годам. Казалось, будто я сделал этому человеку нечто плохое.

Я тут же отбежал от окна и начал в спешке подниматься на пятый этаж. Добравшись до него и достав ключи, я нервно открыл дверь и забежал в квартиру, пытаясь отдышаться. Мне хотелось забыть об этом как можно быстрее, как об одном из ночных кошмаров, будто этого и не было вовсе или же будто это произошло с кем-то, но точно не со мной.

4 Нет пути назад

Прошла уже целая неделя. Сегодня понедельник, десятое мая, и, по совместительству, первый учебный день после того пожара.

В руках снова ощущалась старая, уже как родная, дрожь.

На днях я прикупил себе точно такие же перчатки, которые носил ранее. Разница лишь в том, что те были черного цвета и идеально подходили под мою форму. Все это чтобы у меня была какая-никакая причина их носить.

Мол, это стиль, вы не понимаете.

Я поел и засобирался в гимназию.

Придя туда, я увидел кучу людей. Их было в разы больше чем ранее, раза так в три. Да уж… Такой ажиотаж вокруг того инцидента просто не мог не сказаться на внимании людей к нашей гимназии.

Я зашел в класс и увидел бурно общающихся одноклассников. Все они, как и ожидалось, обсуждали недавно произошедшие события и даже строили самые разные теории. Все они, как правило, не имели ничего общего с истиной.

“Справедливости ради, у них нет и шанса на то, чтобы догадаться, что действительно произошло в тот день” – подумал я.

“Какие, мать его, способности? – задумался я, вспоминая произошедшее. – Даже я все еще не до конца верю в это, а о других, думаю, и говорить не стоит.”

Вошедший в класс учитель прервал как бурные обсуждения одноклассников, так и мои размышления, эгоистично переключив все наше внимание на себя.

– Отставить разговоры и панику по поводу случившегося! – крикнул он, постучав по столу ладонями. – Хоть сейчас нам и недостает информации, мы все равно обязательно найдем виновного чего бы нам это не стоило!

“Поймают виновного?” – подумал я.

Я непроизвольно улыбнулся от осознания того, насколько была странной вся эта картина, ведь убийца буквально у них на ладони, но эти придурки даже и не догадываются об этом.

“Что я, черт побери, несу?” – опомнился я.

С этого момента я четко ощутил, что во мне что-то поменялось, разделив мою жизнь на до и после. Ведь буквально пару дней назад я бы никогда не подумал об убийствах живых людей в таком ключе, в ключе чего-то веселого и забавного…

“Раньше я никогда не был таким! – промелькнуло у меня в голове. – Это же буквально полная противоположность того, что я хотел…”

Меня никак не покидало ощущение того, что во мне появилась еще одна личность, в данный момент, преобладающая над другой – привычной мне, и я никак не мог этого контролировать.

– Если бы ты мог это контролировать, то меня бы здесь и не было, дурень, – услышал я голос в своей голове. – Неужели ты думаешь, что копая под Эриха, ты можешь делать все, что только взбредет в твою дурью башку? Да и чего ты вообще ждал после тех убийств? Неужели ты думаешь, что играть с чужими жизнями это так просто? Думаешь, что это никак тебя не поменяет?! Это невозможно. Ты убил двух людей. Ты – убийца, – пронесся в моей голове голос полный уверенности.

– А… Кто ты вообще такой? – спросил я в своей голове, прослушав все его бредни.

– Я Кураи – голос в твоей голове, твоя вторая личность, если так угодно.

– К-Кураи? – переспросив, смутился я. – Л-ладно…

– Ты зубы-то не заговаривай. Ты – убийца, – продолжил он.

– У меня не было выбора.

– Не было выбора? – спросил меня он. – В первый раз, может быть, и так, но, в любом случае, убийство есть убийство. Ты убил Робина. Ты и только ты. Разница лишь в том, что сделал ты это непреднамеренно.

От осознания смерти Робина я не выдержал и ударил кулаком по парте.

– Есида Хироси! – услышав удар, окликнул меня учитель.

– И-извините, я просто задумался о Робине… – ничуть не соврав, сказал я.

– Впрочем, как и все здесь. Но свои чувства и эмоции, пожалуйста, оставь при себе.

– Да, хорошо, – понуро послушался я.

– А что на счет второго? – продолжил Кураи. – Так и скажешь на суде, что это была самооборона?

– Как же ты мне надоел! Что, по твоему, мне нужно было сделать в тот раз?

– Убежать оттуда, и, тем самым, предотвратить потенциальное убийство, – спокойно ответил он. – Но ты же решил быть «героем». «Спас» одного, убив другого. Ты действительно считаешь это равноценным обменом?

– Можно выйти? – спросил я учителя, ибо мне стало дурно.

Учитель кивнул в ответ и я вышел из кабинета. Дойдя до туалета, я проблевался от всех его слов и переживаний по поводу произошедшего.

– Не пойми меня неправильно, – сказал он, продолжая давить на меня. – Я не против того, чтобы ты убивал. Я лишь против этой игры в «героя». Ты ведь переступил через эту черту и стал убийцей еще неделю назад, так для чего вся эта игра в обычного школьника? Зачем тебе эта сила!? Неужели Эрих ошибся в тебе!?

– ЗАТКНИСЬ! – громко закричал я вслух.

– Я заткнусь, но, перед этим скажу, что чем больше ты мнешься, – тем хуже будут последствия для тебя и твоих родных. Ну или я просто в один момент…

– П-последствия для моих родных? И что ты сделаешь в один момент?

В ответ была лишь тишина.

– ДОГОВОРИ ТО, ЧТО ХОТЕЛ!!! – продолжил я в своей голове, окончательно выйдя из себя.

Как бы я не пытался его позвать, он ничего не отвечал.

“Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ!”

“Может, я просто сплю и вижу дурной сон и единственное, что мне остается – досмотреть его? И после этого обычная, привычная мне жизнь вернется?” – предположил я.

“Нет… Это реальность. Самая настоящая и суровая реальность. Реальность без права на ошибку, которую я должен принять, ведь я, и в правду, перешел ту черту, о которой мне раз за разом напоминают”

“Но… Я не могу прибегнуть к постоянным убийствам из-за этого! – подумал я. – Это все еще запасной вариант и то, что я буду делать в последнюю очередь.”

Мне немного полегчало и я не спеша решил вернуться в класс.

– С тобой все в порядке, Хироси? – спросил меня учитель.

– Да, все нормально – ответил я, сев за парту.

Когда я отсидел пять уроков, к нам пришла полиция и начала допрашивать. Видимо, по поводу недавнего инцидента, – логично предположил я.

Дождавшись своей очереди, меня пригласили в кабинет. Допрашивало двое полицейских.

– Почему у тебя дрожат руки? – спокойно начал один из них.

– Я-я впервые на допросе, п-поэтому и волнуюсь, – неловко ответил я, делая вид, что причина только в этом, а не в чем-то другом.

– Это самый обыкновенный допрос. Тебе не о чем беспокоиться… – успокоил меня он. – Конечно, в том случае, если ты не убийца, – сказал мне он, подойдя чуть ближе и посмотрев мне прямо в глаза презренным взглядом.

– Я-я н-никого не убивал! – громко ответил я.

– Может быть и так… – задумчиво сказал он. – Ты, главное, отвечай на наши вопросы, а там мы уже посмотрим.

– Зачем тебе эти перчатки? – сказал мне другой полицейский, указав на мои руки.

– В смысле зачем? – переспросил я, не понимая. – Они мне нравятся, к тому же они подходят под мою форму.

– Как часто ты их носишь?

– Думаю… Время от времени.

Они отошли, начав переговариваться между собой. С их разговора я смог расслышать только то, что они обратили внимание на мои перчатки.

“Неужели они смогли связать инцидент в Гимназии с произошедшим на Асамити?” – задумался я.

Наконец, вспомнив о моем существовании и вернувшись ко мне, они продолжили:

– Расскажи, что было в тот день.

– Я отсидел все уроки до физкультуры и уже было собрался идти домой, – начал я. – Перед тем, как уйти, я увидел пожар на первом этаже и, передав это первому встречному учителю, быстро ринулся к выходу и убежал домой.

– Ты виделся с Робином в тот день?

– Да, но только в самом начале дня. Просто поздоровались и все. Это был последний раз, когда я его видел.

– Понятно… – ответил он. – Один из учителей сказал нам, что видел как ты бежал со стороны раздевалки к выходу. Также мы узнали, что, на протяжении долгого времени ваш класс ходил на физкультуру параллельно с классом Робина. Что скажешь на этот счет?

– Это правда. Мы действительно ходили на физкультуру в одно время, но в тот день я не общался и не пересекался с ним, за исключением ранее упомянутого утра. Насчет же раздевалки… Я бежал оттуда, потому что там начался пожар и мне нужно было как можно быстрее оповестить кого-то об этом.

– А почему ты сам не помог потушить пожар? Ведь люди в тот день, не смотря ни на что, пытались помочь и предотвратить его.

– Я испугался… – начал я, сжав руки в кулаки, чтобы скрыть имеющуюся дрожь. – Я просто хотел выбраться оттуда как можно быстрее.

– Хорошо. А как ты общался с Робином?

– Мы с ним были хорошими друзьями… Очень хорошими, – с грустью сказал я. – Я просто не мог его убить!

– А кто мог? – с любопытством зацепившись за мои слова, спросил меня полицейский.

– Тот, кто был с ним в плохих отношениях, – ответил я, чуть успокоившись. – Спросите того же Такеру, его одноклассника, ведь он постоянно с ним конфликтовал.

– Хорошо, ты можешь идти, – сказал мне другой полицейский.

– Благодарю, – ответил я, направившись к выходу.

Так как последний урок был отменен из-за допроса, я отправился прямиком домой.

Пока шел к выходу, я посмотрел в сторону раздевалки и мне почудился Робин, стоявший рядом с ней, прямо как в тот самый день.

– Р-Робин?! – не поверив своим глазам, произнес я вслух.

– Чего это ты? – услышал я голос одноклассника сзади. – Неужели даже не торопишься домой, как обычно? – сказал он, подойдя ко мне.

– Ой, да не бери в голову, – сказал я, чувствуя себя сумасшедшим из-за увиденного. – Иди, я тебя догоню.

– Х-хорошо, – ответил он, направившись к выходу.

Крепко зажмурив глаза, я открыл их и посмотрел в сторону раздевалки. Вместо Робина я увидел кромешную пустоту.

“Видимо, я действительно схожу с ума, – заключил я, повернувшись в сторону выхода и направившись к нему. – В последнее время происходит слишком много странностей, мне нужен запасной план на случай чего” – подумал я.

Единственным, что пришло мне в голову, было позвонить Хане и спросить ее по поводу ночлега.

– Привет, ты не занята? – спросил я, дождавшись пока она возьмет трубку.

– Приветик, ты это про то, есть ли у меня парень? – кокетливо уточнила она.

– Ни в коем случае, – прервав все ее фантазии ответил я. – Я спрашивал по поводу того, найдется ли у тебя свободная минутка. Но, учитывая, как ты отшучиваешься, мой вопрос можно считать риторическим.

– Давай уже. Говори, что хотел.

– Слушай… – неловко начал я. – В последнее время вокруг меня происходит много всякого. Я боюсь за своих родителей и, вообще, не хотел бы впутывать их во все это. Ты не будешь против, если я, в случае чего, перекантуюсь у тебя некоторое время?

– А ты, я смотрю, времени просто так не теряешь, – отметила она.

– О чем это ты? – недоумевая, спросил ее я.

– Не важно, – ответила она с внезапной серьезностью. – У меня есть место для тебя, но сейчас я не готова пойти на такое.

– Я и не говорю про сейчас, но, вполне возможно, это понадобится мне в ближайшее время. Поэтому я и прошу тебя, в случае чего, меня приютить.

– Хорошо, я подумаю на этот счет.

– Спасибо, Хана, увидимся.

– Пока.

“Она даже не назовет меня дураком? – недоумевал я. – И это после такого-то внезапного предложения?”

“С ней явно что-то не так. Всяко больше что-то не так, чем обычно. Впрочем, это даже к лучшему. А то, что у нее на уме это уже совсем не мое дело”

“Таким образом, я смогу убить двух зайцев одним выстрелом: съехать от родителей для их же безопасности, а также приблизиться к Эриху через Хану…” – размышлял я.

Наконец дойдя до дома, я увидел лежащее у входной двери письмо.

Я машинально потянулся за ним,

“Хироси” – увидел я на нем собственное имя, написанное кровью и испугался.

“Неужели это снова Эрих?” – подумал я, открыв письмо и начав его читать.

“Ты, видимо, не понимаешь.

Хана тебе уже говорила по какому принципу ты получил свою способность. У тебя было множество амбиций и огромное стремление воплотить их в жизнь. Ты хотел сделать мир более справедливым, прежде всего для себя, но справедливость для всех гораздо важнее, чем справедливость для одного, каким бы эгоистом ты ни был, ты не можешь этого отрицать.

Я дал возможность реализовать тебе все это, не только для себя самого, а, в перспективе, и для всего мира в целом. Ты же, зачем-то, начал искать меня. Так что я предупрежу тебя один единственный раз – не стоит этого делать.

По поводу же твоей способности, дополню ранее сказанное тем, что она имеет свойство эволюционировать. Как именно, ты, вскоре, узнаешь сам.”

“Как он узнал, что я его ищу? – задумался я. – Впрочем, что бы он там не говорил, это, все равно, меня не остановит.”

Он по своей прихоти засунул меня в обстоятельства, в которых я обязан убивать кого-то время от времени и действительно думает, что я спущу все это на тормоза и буду на его стороне?

“Стоп! – внезапно опомнился я. – А что насчет той же самой Ханы? У нее ведь тоже может быть необходимость убивать время от времени… А я ведь даже не додумался спросить у нее по поводу этого.”

Мне нужно узнать об этом у нее.

“И… О какой эволюции моей способности он говорил? – задумался я. – Неужели мне для этого даже не придется касаться кого-то?”

“Да вряд-ли”

Все эти размышления не давали мне покоя до самой ночи, но я знал одно – рано или поздно я узнаю ответы на все свои вопросы и доберусь до него.

На следующий день

Уроки закончились и я, выходя из гимназии, заметил приближающегося ко мне Такеру.

“Ему что, уже передали, что я про него наговорил?” – взволнованно предположил я.

– Эй, ты, Хироси, – сказал он, позвав меня.

– Тебе что-то нужно, Такеру? – спросил я, делая вид, что не понимаю к чему он ведет.

– Не прикидывайся дурачком, иначе такими темпами тебе что-то понадобится, но только уже в медпункте. Ты нахера на меня копам наговорил? – спросил он в привычной для него манере.

Мы медленно отошли от гимназии в сторону спортивной площадки.

Она была напротив гимназии, на расстоянии метров пятидесяти. Это была большая территория, огражденная железными решетками по краям.

– Меня спросили, кто плохо относился к Робину и я назвал тебя, – честно ответил я. – Да и я что-то не припоминаю, чтобы мы с тобой были хорошими друзьями.

– То есть, если я тебе не друг, то нужно сразу же меня сливать? – спросил он, не понимая.

– Ну да, – спокойно ответил я. – Я думал только о себе, остальное же меня совсе-ем не волновало.

– Ты хоть в курсе, что у меня из-за тебя будут проблемы!? – спросил он, подходя ко мне все ближе.

– Ты думаешь мне есть дело до этого?

– Да тебе ни до чего нет дела… – внезапно сказал он. – Сидишь вечно потухший в углу класса в своих мыслях. И я даже ни на секунду не удивлюсь, если ты и был тем, кто убил Робина…

“Ч-ЧТО?! – удивился я, чуть-ли не впав в ступор, ведь он прочитал меня как открытую книгу. – Обычный школьник имеет интуицию лучше чем профессиональные детективы?!”

–А донес на меня, чтобы отвести от себя все подозрения копов, – продолжил он. – Того, кто, имел куда больше мотивов для его убийства чем ты.

– ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ!? Я бы никогда такого не сделал! – сказал я, сдержав все свои эмоции и мысли.

– Ха-ха… Ты сам-то в это веришь? – ответил он, совсем не веря в мои слова.

– Чего ты ждешь? – вмешался Кураи. – Он знает слишком много и принесет тебе одни проблемы. УБЕЙ ЕГО, – провоцировал меня Кураи, но я был против этого. Как минимум, из-за последующих проблем.

– У тебя дрожат руки и, если ты себя доведешь, твое состояние ухудшится еще больше, – продолжал продавливать меня Кураи. – Такеру явно о чем-то догадывается, неужели ты не понимаешь, насколько сейчас важно убить его и обрубить все на корню?

– Замолчи! – случайно произнес я вслух, не совладав со своими эмоциями.

– Изначально я хотел побить тебя, но таких как ты даже и бить не хочется, – сказал Такеру. – Тебя ведь итак жизнь изрядно побила… Так что гуляй пока можешь, – добавил он, отвернувшись от меня и начав уходить.

У меня оставалось все меньше сил, чтобы сопротивляться воле и желаниям Кураи. Мои руки непроизвольно тянулись к уходящему Такеру, как бы я не противился этому.

– Нет, нет! – громко закричал я и, в тот же самый момент, Кураи окончательно завладел моим телом.

– ХА-ХА-ХА! Куда это ты собрался, мой милый Такеру?! – сказал Кураи с пренебрежением и азартом.

Такеру медленно повернулся назад и посмотрел на меня взглядом, полным ужаса.

Кураи направил свои руки в его сторону и, в тот же момент, из них полетела струя огня. Через несколько секунд она уже долетела до Такеру и он в миг загорелся.

Все произошло в считанные секунды.

– Ч-ЧТО ЭТО?! – закричал он, недоумевая.

– ТВОЯ СМЕРТЬ! – сказал Кураи с полной уверенностью в своих словах.

С каждой секундой одежда на нем, как и он сам, разгоралась все больше и больше.

– П-пощади! – сказал он, упав на колени.

– Пощадить? – переспросил Кураи. – Ха-ха, ха-ха-ха-ха-ха! Твоей злости как будто бы и след простыл, разве не ты буквально минуту назад называл меня жалким? НИЧТОЖЕСТВО!

– П-прошу, оставь меня в жи-вых… – сказал Такеру, окончательно сгорев заживо.

Кураи осмотрелся вокруг и заметил немало людей, столпившихся вокруг за время нашего разговора с Такеру. Никто из них не сдвинулся даже на миллиметр. Настолько они были в шоке от увиденного.

– Чего вылупились? – спросил их Кураи. – Небось, тоже хотите повторить его судьбу?

Внезапно один из парней вышел вперед толпы и, достав пистолет на расстоянии десяти метров от Кураи, сказал остальным:

– Все назад!

– О-о, у тебя пушка! – в притворном ужасе отшатнулся Кураи. – Неужели решил защитить всех от нависшей на них угрозы? – спросил его он, начав посмеиваться.

Ответа не последовало. Вместо этого он стоял и целился в меня, так и желая выстрелить.

– Ты же не выстрелишь, – с уверенностью заявил Кураи. – Ведь ты точно такой же как Такеру, возомнивший себя невесть кем, но, по итогу, если вас прижать к стенке, вы оба жалко заскулите и попросите о помощи. Разве я не прав? – продолжал давить на него он.

– З-замолчи, – с явной тяжестью в голосе ответил он.

Увидев, что он действительно собирался стрелять и уже вот-вот нажимал на курок, Кураи в ту же секунду отпрыгнул в сторону как можно быстрее и, в этот же момент, раздался громкий выстрел.

Пуля пролетела мимо головы и не задела его.

– Ха-ха! Неужели ты действительно выстрелил? – на сей раз серьезно удивился он. – Впечатляет… Ладно, мне некогда играться со всеми вами, – сказал Кураи, приготовившись разобраться со всеми свидетелями.

Он снова создал струю огня и быстро расправился с ним, а затем с еще одним, и еще одним, и еще…

В процессе этого серые тучи в небе сгущались все больше и больше, и, вследствие этого, пошел проливной дождь.

Спустя некоторое время я, наконец-то, пришел в себя. Я стоял совершенно один в центре спортивной площадки и непонимающе озирался по сторонам.

Рядом со мной лежало куча человек, порядка двадцати. Подойдя к ним ближе, я понял: они все мертвы.

– Н-НО ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО?! – крикнул я вслух, недоумевая – К-КТО ИХ ВСЕХ УБИЛ?!

“Н-неужели это сделал я?” – предположил я, вспоминая произошедшее. – “Н-но я помню лишь момент разговора с Такеру и ничего более!”

“Что же произошло после этого? – продолжал я свои безуспешные попытки докопаться до истины. – Я НИЧЕГО, НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ!!!” – опустив руки, окончательно отчаялся я.

Мне хотелось убежать, но убежать не к себе домой или к Хане, а куда-то подальше. Я сбежал со спортивной площадки и бежал туда, куда глаза глядят. Куда я прибегу и что со мной будет дальше меня уже совершенно не волновало. Во всяком случае, так было в тот момент.

Тем временем дождь так и не думал заканчиваться, а лил все больше и больше. Я бежал под ливнем около получаса, после чего устал и переключился на обычный шаг.

Перед моим взором представали все новые и новые улицы, которых мне доселе не доводилось наблюдать: все больше частных домов и все меньше привычных мне ранее, многоэтажных.

Но я и не планировал останавливаться, все продолжая и продолжая идти. Так, будто я шел в какое-то конкретное место, хотя на деле все это было, конечно же, не так. Я хотел убежать от всего этого как можно дальше. Из города, а лучше и из страны в целом, будто бы я и вовсе не существовал когда-либо.

Через час непрерывной ходьбы я был уже далеко за городом, об этом мне сказала табличка “Кагеяма – 10км”, указывающая в ту сторону, с которой я и пришел.

Ливень, наконец-таки, прекратился.

Теперь вокруг не было ни домов, ни людей. Одна лишь мокрая дорога от только что закончившегося ливня, а по краям от нее высокая зеленая трава по пояс.

Я чувствовал всем своим телом как мои силы медленно, но верно, подходили к концу и что я вот-вот свалюсь от усталости.

Нет… На тот момент мне даже казалось, что пройдя хотя бы один лишний километр, я свалюсь замертво.

Все же, продолжив идти и пройдя еще немного, я увидел частный дом. Не знаю зачем, но я стремительно шел к нему.

Наверное, этот дом был моим единственным спасением на тот момент, учитывая, что это был единственный дом неподалеку.

Приблизившись к дому, я окончательно обессилел и упал прямо перед ним.

4.1 Тень ужаса

Утром одиннадцатого мая газеты и телевизионные новости были заполнены заголовками о вчерашней трагедии. Репортеры толпились у входа в гимназию Сакураяма, пытаясь взять интервью у кого-то из руководства гимназии или учеников.

Вся Кагеяма была в курсе произошедшего и после этого спокойствие всех горожан резко свелось на нет. Люди уже не могли спокойно выходить из дома и не переживать. Не говоря о том, чтобы учиться или работать как прежде. Никто не мог гарантировать им безопасность, даже полиция и правоохранительные органы. Настолько все были напуганы недавней ситуацией и не так давно появившейся личностью убийцы.

Теперь новости города стали неотъемлемой частью жизни горожан. Каждый следил за новой информацией по делу этого монстра и с нетерпением ждал, чтобы убийца получил соответствующее ему наказание – смертную казнь.

Обсуждений, связанных с ним было так много, что люди даже придумали ему свой псевдоним.

Его назвали “Хэйл”.

С тех пор это имя закрепилось за неизвестным убийцей, способным сжигать людей заживо. Оно быстро распространилось по всем медиа даже вне города, став символом ужаса.

Коридоры гимназии, где еще недавно царила позитивная атмосфера со смехом и шумом, теперь были наполнены шепотом и подозрением друг к другу. Ученики гимназии, зная, что убийства произошли совсем неподалеку от них, были особенно напуганы.

“Каждый из нас может быть Хэйлом” – именно так думали они.

– Мистер Кобаяши, мы не можем продолжать занятия, – взволнованно сказала мисс Каори, учительница истории, зайдя в кабинет. – Дети боятся. Родители требуют прояснения ситуации.

– Я понимаю ваше беспокойство, мисс Каори, – с сопереживанием ответил директор без капли сомнений. – Но мы не можем позволить панике парализовать нас. Мы обязаны показать детям, что несмотря на произошедшее, они в безопасности, что жизнь продолжается.

– Касаемо же родителей и остальных… – после короткого молчания продолжил он. – Я не могу дать им точных ответов, ведь я не детектив. Но я знаю лишь одно – убийца точно из нашей гимназии, – сказал он, посмотрев учительнице в глаза.

Директор не спешил снова закрывать свою гимназию даже на время, ведь ученикам требовалось нагнать материал, который они упустили из-за недавнего пожара. Об еще одном закрытии не могло идти и речи.

Не смотря на все произошедшее, жизнь людей продолжалась и только богу было известно к чему в итоге придет Хироси, а также город, в слепую боровшийся с ним.

5 Грехи прошлого

Пять лет назад

Я работала самым обычным врачом в поликлинике Горо Ямамото. Однажды мне написал какой-то человек, предложивший немалые деньги за информацию о месте жительства Такеши Накамура. Также он попросил, чтобы я назначила с ним встречу в любое удобное для него время.

Моя семья не была бедной, но к моему восемнадцатому дню рождения доход моих родителей резко упал. В связи с чем, со временем им стало не хватать средств даже на самих себя, не говоря уже и о ком-то еще.

Поэтому, когда мне исполнилось восемнадцать, меня поставили перед фактом, что теперь я буду жить самостоятельно, ведь я уже достаточно взрослая и вполне могу прокормить себя сама.

Меня резко оторвали от спокойной и привычной мне жизни, окунув в грязный финансовый мир, в котором мне самой нужно было карабкаться к вершине с самых низов. Я сразу же осознала всю ценность денег и начала цепляться за каждую иену как только могла, ведь без денег я не смогла бы прожить и дня.

“Деньги не пахнут” – говорила себе я, раз за разом берясь за наиболее грязные задания еще во время своего студенчества в университете. Я подставляла людей, втираясь к ним в доверие, и, в последствии, сливала то, что нарыла заказчику.

Все это просто не могло не повлиять на мою репутацию и, поэтому, вскоре, большинство моего окружения начало считать меня меркантильной и подлой, раз я даже за малые деньги была готова пойти на такое.

Я не чувствовала обиды и злости из-за этого, ведь они знать не знали, насколько тяжело жить не за родительский счет и зарабатывать на свою жизнь самой.

По началу мне было неимоверно тяжело, ибо денег все время не хватало. Но, постепенно начав совмещать учебу с новой работой, я, к своему двадцатилетию, кое-как смогла найти свое место в жизни и не оказаться на улице.

Спустя кучу лет мое темное прошлое осталось позади, ведь мое финансовое положение с каждым годом становилось все лучше и лучше. Но даже так, иногда я бралась за такие дела, чтобы вспомнить былые деньки и немного подзаработать. Ведь денег много не бывает. Как раз тогда мне и пришло то письмо, из-за которого я задумалась над ответом.

На чаше весов было доверие, полученное за долгие годы рабочих отношений с Такеши и немалые деньги за достаточно простую услугу с моей стороны.

На праздновании успеха нашей поликлиники мне даже доводилось побывать у него дома, поэтому я прекрасно знала, где он жил. Успех нашей поликлиники был обусловлен ни чем иным, как внезапным упадком нашего прямого конкурента – поликлиники Гилберта, из-за смерти главного директора. По округе даже ходили слухи, что кто-то специально решил свести личные счеты с директором.

Недолго думая, я приняла это предложение. Я просто не могла отказаться от такой большой суммы денег за столь легкую работу.

Кто угодно, но не я, ведь это шанс заработать и кому, как не мне знать насколько важны деньги?

Кто вообще в здравом уме отказался бы от такого?

В тот же день я написала ему о том, что согласна выполнить его предложение.

Я даже не знала, кто этот человек – ни его пола, ни имени. Но тогда мне было все равно. Кроме денег меня ничего не волновало. Даже последствия, к которым могла привести Такеши моя меркантильность. Или, по крайней мере, так мне казалось на тот момент – что эти последствия меня совсем не беспокоили.

Прежде чем я получила деньги за выполненную работу, он попросил меня сохранить конфиденциальность всего нашего разговора и никому ничего не рассказывать. Я согласилась на его просьбу.

Через пару дней я увидела статью о том, что Такеши Накамура совершил самоубийство. В тот момент даже мне, не особо близкой его знакомой было очевидно, что он просто не мог совершить подобное. Я тут же задумалась насчет достоверности этой новости.

И так думала не только я.

Абсолютно каждый его знакомый был в шоке с этой новости и просто не мог поверить в подобное.

Еще через несколько дней, осознав, что мой интерес к этой ситуации не угас, я решила выяснить, что же на самом деле произошло в тот день. Мне было стыдно и мерзко от самой себя – ведь Такеши действительно мог умереть из-за меня. Поэтому я должна была расставить все точки над «и», выяснив истинную причину его смерти.

Так как на тот момент это дело активно расследовалось, я, воспользовавшись моментом, запросила видео с камеры наблюдения, обосновав это тем, что Такеши был моим знакомым и тем, что у меня есть, как минимум, один подозреваемый по этому делу.

Я до сих пор помню свое удивление, когда включила данную запись. Ведь двадцатого января в шесть часов на камерах была замечена молодая девочка тринадцати лет. И, через двадцать минут после этого, она уже выходила из его подъезда.

“Неужели тринадцатилетняя милая девочка может быть способна на такое?” – первое, о чем подумала я.

Немного обдумав ситуацию, я успокоилась и решила исходить из имеющихся на данный момент доказательств. Иначе докопаться до истины мне не удастся.

“Она вполне могла это сделать, ведь ровно на следующий день после этого всплыла новость о загадочном самоубийстве Такеши, – подумала я. – Но и утверждать то, что это сделала она я тоже не могу. В конце концов, откуда у тринадцатилетней девочки тристо тысяч иен?”

Пазл никак не складывался воедино.

“Но кто, если не она? – решила пойти от обратного я. – У меня, просто, нет иных вариантов, только подозревать ее… Кажется, я беру на себя слишком многое, – внезапно задумалась я. – Я ведь не детектив, а самый обычный человек, который при этом имеет все основания на то, чтобы отрицать самоубийство Такеши и подозревать кого угодно в произошедшем, будь-то даже ту самую малолетнюю девушку!”

“Решено. Я отправлюсь сейчас же в полицейский участок и расскажу им все, что знаю! – решила я. – Даже если я не права, мне, все равно, стоит убедиться в правильности своих догадок. Либо же, наоборот, опровергнуть их.”

С такими мыслями я ходила по разным полицейским участкам, раз за разом рассказывая одно и то же.

“Я общалась с возможным убийцей! У меня есть доказательства!” – говорила я.

Полицейские, поверхностно слушавшие и просматривающие мои доказательства отвечали мне, что дело, вероятно, является ничем иным, как самым обычным самоубийством.

“Девушка, вам не о чем беспокоиться. Та молодая девочка, вероятно, здесь не причем” – отвечали они.

Лишь это я слышала от них, когда обошла кучу разных полицейских участков с просьбой использовать мои доказательства для раскрытия этого дела с совершенно другой стороны. Со стороны намеренного убийства Такеши.

Тогда я не знала куда мне стоило обратиться и что мне нужно было делать, ведь все мои попытки что-то поменять обернулись крахом. Мне казалось, что у меня нет и шанса на успех, ведь полиция даже не попыталась рассмотреть это дело под другим углом.

Через время мне пришла идея обратиться в национальное агентство по расследованию преступлений. Все по новой, в очередной раз…

“Но, если я добьюсь справедливости по этому делу, все мои старания окупятся с лихвой!” – так думала я, пока мои мысли не перешли в действие и я не пришла к ним в агентство.

“Мы понимаем, что у вас есть достаточные доказательства, чтобы предполагать, что Такеши не просто наложил на себя руки. Но мы не можем расследовать данное дело исключительно из своего желания и перечить государству, будучи государственным детективным агентством. У нас недостаточно полномочий на это… Итоговое решение полиции и суда по этому делу – самоубийство, и мы не вправе что-либо поменять” – ответил мне Джон Хейз, выслушав мою историю.

“Зачем я на что-то надеюсь? – уходив, спросила себя я. – Зачем я раз за разом пробую что-то поменять, если знаю, что у меня ничего не выйдет?”

Я была не в силах на что-то повлиять. Все это было зря.

Не смотря на это, сколько бы времени не прошло, я никак не могла отпустить эту ситуацию и забыть о ней.

Настоящее время

Даже через пять лет я не забыла о случившемся.

С каждым годом после той ситуации моя вера в то, что это ни что иное, как преднамеренное убийство, только росла.

Как два плюс два равно четыре, также и та, на тот момент, тринадцатилетняя девушка – убийца. Иного варианта просто и быть не могло, ведь это была истина, спорить с которой было уже просто глупо.

Также из этого инцидента я извлекла для себя очень важный урок. То, что ни одна жизнь не стоит жалких трехсот тысяч иен и то, что я тоже виновна произошедшем. Ведь если бы я изначально не согласилась на это предложение – ничего этого и близко бы не произошло.

В один из дней я увидела новость “на Асамити Хэйл сжег человека дотла” с прикрепленной к ней фотографией и имеющимися данными по этому делу.

Я посмотрела на фотографию.

На фотографии был парень и какая-то девушка рядом с ним, запечатленные со спины, из-за чего разглядеть их лица было, по просту, невозможно.

“Вполне обычная фотография, коих куча” – подумала я, уже было бросив эту статью.

Но когда я напоследок еще раз присмотрелась к той девушке с фотографии, меня не покидало чувство, что я ее знаю.

“А что, если это та самая девушка, которой я давала данные Такеши пять лет назад? – задумалась я. – Если это действительно она, то все сходится как нельзя лучше. Пять лет назад она имела далеко не последнее отношение к делу Такеши, а уже сейчас она является соучастником в деле Хэйла. Получается, что это уже второй необычный инцидент, произошедший рядом с ней и, вероятно, она тоже совсем непростой человек. Иначе как она, будучи маленькой тринадцатилетней девочкой убила взрослого мужика?” – размышляла я.

Я прекрасно помню как пять лет назад никто не был согласен браться за то дело как за преднамеренное убийство, но сейчас в новом деле Хэйла любая информация может помочь следствию в его поисках. Даже такая.

Помимо этого, я, на всякий случай, решила прочитать имеющиеся по этому делу данные.

– Девушка восемнадцати лет!? – спросила я вслух.

“ВСЕ СХОДИТСЯ!”

“Но… Кто поверит в то, что девушка на записи пятилетней давности и девушка с фотографии по делу Хэйла это один и тот же человек? – подумала я. – Ведь шанс на это слишком мал, как бы я не хотела…”

Потратив кучу времени на размышления, я решила снова обратиться в агентство с хоть и недостаточной, но какой-никакой информацией по данному делу.

Люди не должны жить, осознавая, что в один день та девушка с Хэйлом могут безжалостно их убить.

– Я не приму это, – сказала я самой себе, чтобы моя уверенность не угасала.

Я тут же отправилась в то же самое детективное агентство, в котором была пять лет назад, ведь только там мне поверили. Даже не смотря на то, что тогда я ничего и не добилась.

– З-здравствуйте, у меня есть важная информация по делу Хэйла, – сказала я, зайдя в агентство и пройдя в холл.

– По делу Хэйла? – переспросил меня один из работников.

– Д-да, но прежде всего, скажите, кто вы? – поинтересовалась я. – В прошлый раз, пять лет назад, я общалась лишь с Джоном Хейзом. Поэтому, кроме него здесь я больше никого и не знаю.

– Пять лет назад? – ошарашенно спросил меня он. – Я Харуто Сугимото, его помощник.

– Да. Я была в вашем агентстве пять лет назад и это очень важно в контексте недавнего дела Хэйла, – отметила я. – Я – Акира Такахаши, и, быть может, Джон Хейз меня все еще помнит.

–Может и так, – сказал он, показав мне дорогу до кабинета.

Зайдя к нему в кабинет, я тут же узнала его. С нашей последней встречи прошло немало времени, но внешне он, как будто бы, ничуть не изменился. Это был шатен высокого роста с зелеными проницательными глазами. Казалось, будто он видел людей насквозь. Одного взгляда на него мне было достаточно, чтобы с уверенностью сказать: он – детектив.

У него были короткие, зачесанные влево, волосы, а сам же он был в строгом темном костюме с туфлями и галстуком. На его правой руке красовались с виду дорогие и достаточно стильные часы.

– Джон, – начал Харуто. – Эта девушка здесь по делу Хэйла.

– Хорошо. Я приму ее, можешь идти.

– З-здравствуйте, я Акира Такахаши. У меня есть информация, которая может помочь вам выйти на след Хэйла, – начала я.

– Добрый день, я Джон Хейз и я готов вас…

– Я знаю вас… – неловко перебила его я. – П-простите, пять лет назад я уже была у вас из-за дела моего знакомого Такеши Накамура, которое уже давно закрыли… Я приносила вам запись с его предполагаемым убийцей и тогда только вы поверили мне.

– Понятно… – задумчиво ответил он. – Но тогда, если я ничего не путаю, мы даже не смогли вам никак помочь…

– Это совсем не важно! – внезапно вырвалось из моих уст. – Важно лишь то, что сейчас она непосредственно связана с Хэйлом и мое видео может помочь вам найти как ее, так и самого Хэйла.

– Ах, да, касаемо видео… – опомнился он. – Оно у вас с собой?

– Да, – сказала я, доставая запись.

Мы еще раз пересмотрели ее вместе с ним.

– Да, я все понял, – сказал он в конце. – По вашим предположениям, это убийца Такеши, но… Как это может быть связано с нынешним делом Хэйла?

– Этой девушке, предположительно двенадцать-тринадцать лет, в то время, как девушке рядом с Хэйлом – восемнадцать. Это вполне себе может быть один и тот же человек, – ответила я.

В ответ он лишь молчал, смотрел на экран монитора и тер свой лоб. Вскоре, он решил посмотреть запись еще раз, ставя паузы на моментах, где было четко видно ту девушку. После этого он сравнил их с имеющейся у них фотографией.

– Они действительно похожи… – задумчиво начал он. – Хорошо, – сказал он, резко встав со стула. – Мы проверим причастность этой девушки к делу Хэйла.

– На счет же дела Такеши, ничего вам обещать не могу, – честно сказал он. – Слишком уж много времени прошло с того момента и, учитывая уже давно закрытое дело… Привлечь ее к ответственности мы уже, вероятно, никак не сможем.

– Я понимаю все это, – коротко ответила я.

– В таком случае, спасибо за содействие, Акира Такахаши.

6 На шаг ближе

16 мая

Мы с Джоном решили пробить ту самую девушку по базе, чтобы наскрести хотя бы какую-то информацию о ней для дальнейших действий.

Хана Гилберт, учится в гимназии Сакураяма в одиннадцатом классе. Рост около ста шестидесяти семи сантиметров, длинные волосы русого цвета, карие глаза. Надеюсь, что чтобы ее найти, этих данных нам будет достаточно.

– Джон, – внезапно окликнул его я.

– Что?

– Что мы будем делать, если найдем ее?

– Как что? – удивленно переспросил он. – Проследим за ней от гимназии до ее дома. Это самое главное, что нам на данный момент нужно выяснить.

– Думаешь не подозрительно будет следить за ней вдвоем? – задумался я.

– Дело говоришь… – задумавшись, согласился Джон. – В таком случае, кому-то одному придется проследить за ней.

– Я сделаю это, – уверенно сказал я.

– Нет, – воспротивился Джон с голосом полным серьезности. – Мне надоело отсиживаться в стороне, пока ты делаешь большую часть работы по этому делу. Мне и только мне стоит взяться за него, точно также как и во все предыдущие разы.

“Джон ведет себя странно. Совсем не так, как обычно… – подметил я. – Неужели его и вправду волнует нечто подобное?”

– Хорошо, как скажешь, – ответил я, недолго думая.

– Сейчас уже поздно… – сказал Джон, посмотрев в окно. – Так что я отправлюсь в гимназию завтра утром.

– Слушай, Джон… – неловко начал я.

– Да?

– Могу я взять отгул на завтра?

– Можешь, но почему так внезапно? – поинтересовался он с заметным непониманием. – Не ты ли пару минут назад хотел отправиться в гимназию вместо меня?

– Так и было, но… – все еще мялся я. – Раз уж ты перехватил инициативу в свои руки, я, пожалуй, отдохну от всего этого. Я поработал в твоем режиме всего лишь неделю, голова уже идет кругом, и это еще не говоря об усталости… – говорил я так, будто бы чувствовал вину перед ним. – Совсем не понимаю как ты работаешь в таком режиме годами.

– Это и отличает настоящего детектива от его помощника, – ответил он без какого-то намека на грубость. Это были лишь очевидные факты, что он во всем лучше меня, как и следовало бы настоящему детективу.

– И то верно… – тяжело согласился я. – У тебя есть что-то кроме этой работы? – внезапно вырвалось из моих уст.

– Ты чего это, Харуто? – удивленно спросил меня он.

– Я работаю с тобой бок о бок уже не первый год и только недавно понял, что толком ничего о тебе и не знаю! – сказал я, не выдержав.

– Вот оно как… – ответил он, задумавшись. – Хоть твое желание узнать меня получше вполне логично, но я бы никогда не подумал, что это может быть так важно для тебя. Что именно ты имеешь в виду? У меня есть любимая работа и несколько близких людей, которым я могу доверять. А большего мне в этой жизни и не нужно.

Мы прообщались так пару часов на самые разные темы, не покидая отдел. Бурно спорили, смеялись и рассказывали друг другу самые разные истории.

Это был первый раз, когда Джон так откровенно рассказывал о себе и дело было не только в непривычной для него откровенности, а также в том, что ранее мы никогда не общались о чем-то кроме работы.

Закончив общаться с Джоном, я попрощался с ним и поехал домой.

На следующий день

Отгул…

Это время почувствовать себя самым обычным человеком, который не просматривает одно ужасное дело за другим и не впитывает в себя как губка всю чернь этого мира.

Даже сейчас, вполне возможно, происходит какое-то преступление. Мне плохо от осознания подобного, но это реальность, изменить которую ни мне, ни кому-то еще просто не представляется возможным.

Да что уж, один человек в масштабах всего мира не имеет никакого глобального значения. Как один ничем не примечательный пиксель на огромной плазме, значимость которого ничтожна как пыль на ветру.

Но на это можно посмотреть и с другой стороны, ведь каждый из нас это совершенно отдельная личность. Мы все, в той или иной мере, являемся частью этого мира. Поэтому не стоит недооценивать свою значимость.

Даже если взять нашу Землю – это всего лишь одна из планет на фоне кучи других в солнечной системе. Есть планеты в разы меньше и есть планеты в разы больше. Однако, это не уменьшает значимость каждой из них, а тем более и значимость Земли для нас.

После утреннего кофе я захотел насладиться спокойствием реки Каминава. На улице было достаточно солнечно и тепло, так как лето уже наступало весне на пятки.

Пробыв там час, я решил вернуться к дому и пойти в противоположную сторону. Рядом с моим домом уже которую неделю была стройка. Строилось несколько многоэтажек.

Не успев пройти под этой стройкой, я увидел летящий в меня кирпич. Я еле-еле успел отпрыгнуть в сторону. Промедлил бы я еще хотя бы секунду – последствия были бы летальными.

Посмотрев наверх, чтобы понять, что вообще происходит, я увидел парня в строительной форме на четвертом этаже, который, вероятно, и был виновником произошедшего.

– Ты что творишь?! – крикнул ему я.

Не ответив на мой вопрос, он, как ни в чем не бывало, ушел и пропал из моего поля зрения.

Но даже за эти мгновения на таком большом расстоянии этот парень показался мне больно знакомым. Как будто я его уже где-то видел, но никак не мог вспомнить где.

“Вспомнил! – осенило меня после долгих раздумий. – Это же тот, кто преследовал меня всю позавчерашнюю дорогу до дома!”

Но и этого мне оказалось мало, ибо я был уверен, что видел его не только тогда.

Отойдя от стройки и продолжив идти, я все еще пытался вспомнить, где же я еще мог видеть этого человека. И только через десять минут размышлений до меня наконец-то дошло.

“Помимо этого, я помню очень похожего на него полицейского, которого видел в гимназии Сакураяма две недели назад! – осенило меня. – Тогда я разговаривал с Такуми Сузуки, а тот полицейский стоял поодаль и смиренно ждал за компанию с другим.”

“В первый раз, когда я увидел его, он был полицейским. Во второй раз преследователем. А в третий раз строителем, – восстановив всю последовательность, заключил я. – Что здесь вообще происходит?!” – задумался я, заметно теряя самообладание.

“И, главное, зачем ему это нужно? Избавиться от меня, чтобы я не узнал много лишнего?” – не останавливаясь, продолжал копать я. Так, будто бы сегодня у меня не отгул, а самый, что ни на есть, обычный рабочий день.

“Хватит… – сказал я сам себе, остановившись. – Мне, безусловно, нужно будет рассказать об этом Джону, но сейчас я – обычный человек. Как минимум, на сегодня… И думать обычный человек должен о таких же обычных и приземленных вещах.”

Я решил продолжить свою легкую прогулку по городу. Хотя, эту прогулку довольно трудно назвать легкой. Ведь далеко не каждый раз, проходя через стройку, в твою голову летит огромный кирпич.

Внезапно мне захотелось есть и я зашел в ближайший ресторан перекусить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.