# Петербург манящий. Старые тайны, уютные уголки, сладости из детства

Юлия Владиславовна Евдокимова

Эта книга – увлекательное путешествие сквозь века, где на страницах переплетаются ароматы и истории великого города на Неве.

От роскошных дворцов до туманных парков, от набережных до укромных улочек, от легендарных мест до малоизвестных уголков – каждая глава погружает нас в мир истории, легенд и гастрономии.

Мы перелистаем страницы прошлого и окунемся в сегодняшний день, научимся правильно загадывать желания и отыщем всех котов и зайцев, узнаем о гастрономических пристрастиях российских императоров, вспомним блюда из детства и поговорим с жителями, которые поделятся своими воспоминаниями.

Добро пожаловать в Петербург, который можно не только увидеть, но и ощутить на вкус!

Залит издательский pdf

© Евдокимова Ю. В., текст, фото, 2024

© ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

## Огромное спасибо

Елизавете Васениной-Прохоровой, Антону Чижу, Михаилу Крайневу, Галине Морозовой, Светлане Кузнецовой, Этторе Микеле Джованни д’Алессандро, герцогу д’Алессандро ди Песколанчано, Карло Феррари и многим другим, знакомым и незнакомым людям, поделившимся воспоминаниями, информацией и советами.

> Петербург – многоликий город. Видите: сегодня у него таинственное и пугающее лицо. В белые ночи он очаровательно воздушен. Это – живой, глубоко чувствующий город.

> – Вчера я подумал, что вы не любите его.

> – Вчера я с ним поссорилась; ссориться – не значит не любить.

> М. Горький. «Жизнь Клима Самгина»

У каждого города свой аромат. Стамбул пахнет чаем, горячей выпечкой, мятой и шафраном, кипрская Ларнака – жареной рыбой, которую сняли с огня чуть позже, чем планировалось, и она слегка подгорела, Барселона пахнет морем, Москва… Москва пахнет метро, среди миллиона ароматов гигантского города ты безошибочно чувствуешь этот запах, и слегка дрожит под тобой асфальт в подземных переходах.

Аромат Петербурга меняется со сменой времен года. Острый запах свежего огурца приходит в город вместе с молодой корюшкой; дразнящий аромат пышек несется холодным зимним днем из двориков и подворотен Большой Конюшенной. Ветер освежает в жару еле заметным запахом йода с Балтики, которая совсем не пахнет морем, над Невой йод смешивается с брызгами рейнского вина, которое когда-то щедро лилось в бокалы, капли заигрались с ветерком да так и носятся в воздухе последние лет триста.

В аромате Петербурга – горькие травяные настойки доктора Пеля и теплый грибной запах желтых листьев, которыми шуршит осень вдоль канала Грибоедова.

Сложно писать об этом городе, столько прекрасных книг и путеводителей написано до меня! Сложно сказать что-то оригинальное, а заодно и не расстроить читателей, которые с такой теплотой встречают меня в Петербурге. Поэтому я схитрю и возьму их в соавторы, воспоминания их детства и юности, которыми они щедро поделились со мной, станут частью этой книги.

Эта книга ни в коем случае не путеводитель, и она не вместит в себя все, что обязательно нужно увидеть в самом красивом – мы же не будем спорить? – городе России, а порой обойдет самые известные места, ведь о них можно прочитать в любом справочнике.

Я просто буду рассказывать истории.

Мы пойдем за ветром, за ароматами города, чтобы раскрыть его маленькие секреты и попробовать город на вкус. Вкус города – это совсем не модные рестораны, это сплав его прошлого и настоящего, это история и современность, это память о детстве и новые ощущения сегодняшнего дня.

Одна ниточка потянет за собой другую, встреченные на пути люди приведут в интересные места, а еще воспоминаниями и рецептами поделятся. Без гастрономии мы никак не обойдемся, потому что она неотделима от путешествий и нельзя узнать город, не узнав его еду. А для многих из нас блюда Ленинграда – это вкус детства.

Давайте вместе вдохнем ароматы Петербурга!

## Глава 1. Истории и секреты Васильевского острова


Если мимо нас проходила лодка с ее королевскими тонами, лососевыми мачтами и резко очерченными деталями, она казалась в этой елисейской синеве точно воздушным шаром, плывущим в воздухе; невозможно мечтать о чем-то более сказочном, чем эта светящаяся бесконечность!

Внизу, между молочной водой и перламутровым небом, окруженный зубчатой фресковой короной небольших башен, медленно вырисовывался величественный профиль Петербурга, аметистовые тона которого разделяли линию разграничения – эти две бледные необъятности.

Золото блестело крапинками и иголками на этой диадеме, самой богатой и красивой, которую когда-либо носил лоб города.

Нет ничего прекраснее этого золотого города на серебряном горизонте, где вечер имел белизну рассвета.

Теофиль Готье


В Петербурге шутили: жить на Васильевском острове лучше, чем на Петроградской стороне. Потому что жители Петроградки могут ходить только по Большому и Малому, а жители Васильевского острова могут ходить еще и по Среднему!

Речь идет, конечно же, о проспектах. Дело в том, что Большой и Малый проспекты есть и на Васильевском острове, и на Петроградской стороне. Отличают их две буквы – Большой проспект В.О. или Большой проспект П.С. И всем понятно, о чем речь. А вот Средний проспект есть только на Васильевском острове.

Здесь совсем другая жизнь, чем, например, в Коломне. И кому-то, как моей подруге, больше нравится жить именно здесь, чем на другой стороне Невы, хотя бы потому, что на Васильевском острове нет сумасшедших толп и шума Невского проспекта.

А еще здесь столько интересного и даже мистического!

Говорят, что когда идешь по Васильевскому острову, то чувствуешь легкую качку, он словно большой корабль. Как написала Анна Ахматова: «Словно плот остановился в пышной Невской дельте…» Этот корабль готов уплыть в далекие моря, но крепко держат его швартовые – мосты. Сегодня их пять. К Благовещенскому, Тучкову, Биржевому и Дворцовому мосту добавился новый – мост Бетанкура.

Петр Первый мосты не признавал. Он считал, что каждый житель столицы морской империи должен сызмальства приучаться к морскому делу. Поэтому каналов нужно побольше, а мостов поменьше! Но куда же без мостов, и, конечно, они появились. Через малые реки и каналы построили мосты деревянные, а через Неву и ее главные рукава – наплавные, «плашкоутные» – по лодкам-понтонам прокладывался деревянный настил.

### Прогулки по набережным и линиям

По задумке Петра Первого, центром будущей императорской столицы должен был стать именно Васильевский остров. А так как империя подразумевалась морская, то остров должны были прорезать многочисленные каналы, и вдоль, и поперек, ровно и красиво. Но не вышло. Каналы засы́пали, и на Васильевском острове появились его линии.

Каналы городу были жизненно необходимы, дело совсем не в обучении мореплаванию. В городе на болотах нужна была ирригационная система отвода воды. Во время наводнений (за всю историю города случилось больше 70 наводнений) каналы служили для стока воды и значительно уменьшали разрушительную силу стихии.

Кроме того, каналы выполняли транспортные функции – по ним перевозили продукты, сплавляли лес, камень. Александровский столп весом в 600 тонн тоже привезли водным путем.


Благовещенский мост


4 великие реки на стрелке


По поручению Петра архитектор Доменико Трезини разработал проект, начали рыть каналы, а улицы, которые должны были проходить по их берегам, стали называть линиями. Однако выкопали каналы только до 13-й линии, да и те были слишком узкие и не годились для прохода судов. А Большой канал шириной 85 метров так и не начали строить. В настоящее время на его месте Большой проспект В.О.

Водные каналы, прорытые в болотистой местности, быстро заиливались, вода в них застаивалась и загнивала, а жители сбрасывали туда отходы. И в 1767 году Екатерина II издала указ о ликвидации каналов Васильевского острова, они были засыпаны.


Всего с территории города исчезло более десятка каналов.

• В 70-е годы XVIII века был засыпан один из старейших каналов города – Красный, предназначенный для осушения болотистой местности. Проходил он по границе Марсова поля, соединив Мойку и Неву. Название свое канал получил позднее, по имени Красного моста через Мойку.

Однопролетный гранитный мост уцелел – его перенесли на Зимнюю канавку.

• Исчез и самый длинный в Петербурге канал – Лиговский, или Фонтанный. Сооруженный для поставки воды к фонтанам Летнего сада, он имел длину 23 километра и начинался от реки Лига, вытекавшей из Дудергофского озера.

В конце этой водной магистрали был вырыт искусственный водоем, поэтому улица, на углу которой он находился, называлась Бассейной. Сейчас на месте бассейна Некрасовский сквер.

Канал давал слабый напор в фонтаны, в 1777 году во время наводнения искусственный проток сильно пострадал, и восстанавливать его не стали, а в середине XIX века и вовсе засыпали. Сейчас на этом месте проходит Лиговский проспект.

• Исаакиевскую площадь до середины XIX века пересекал Мастерской канал, а сам собор и Медный всадник находились на разных его берегах!

Этот проток был прорыт в 1710 году от Адмиралтейского рва до Крюкова канала для снабжения мастеровых Адмиралтейства необходимыми материалами. В 1842 году Мастерской был засыпан, так как мешал строительству здания Манежа.

• Имена исчезнувших каналов остались в названиях улиц.

Так, на юго-востоке Васильевского острова есть улица Масляный Канал – когда-то он располагался в этом месте и был прорыт для защиты от пожара масляных складов. Имя Введенского канала носит улица рядом с Витебским вокзалом.

Подобная участь чуть не постигла канал Грибоедова! В 1869 году был разработан проект по его засыпке и создании на его месте проспекта и бульвара, украшенного бюстами представителей династии Романовых. Как хорошо, что проект отвергли!


У Васильевского острова есть парадная часть: Стрелка, Кунсткамера, Двенадцать коллегий, Университет и Академия художеств.


Васильевский остров. Кунсткамера


Васильевский остров. На Стрелке


Нева


Я очень люблю Стрелку, откуда одновременно открывается вид и на Петропавловскую крепость, и на Зимний дворец, приятно посидеть в зеленом скверике, отдыхая от очередного пешего пробега по городу.

По легенде, автор композиции на Стрелке французский архитектор Тома де Томон долго не мог закончить свой амбициозный проект. Случайно помогла жена! Однажды утром она принесла мужу завтрак и поставила овальный поднос прямо на чертеж, симметрично добавив две чашки кофе.

Так появились Биржевая площадь и Ростральные колонны, украшенные божествами моря и коммерции. Колонны, кстати, это маяки, которые никогда не работали по своему прямому назначению, оставаясь просто фонарями. Традиционно их включают в дни городских и всероссийских праздников и в особо торжественных случаях.

Четыре скульптуры на Стрелке олицетворяют великие реки России – Неву, Волгу, Волхов и Днепр.


В 1718 году Петр I принял закон об учреждении государственных коллегий. В скором времени для них потребовалось отдельное здание. Архитекторы Доменико Трезини и Теодор Швертфегер начали строительство на Васильевском острове в 1722 году.

Петр I распорядился, чтобы все коллегии располагались в отдельных зданиях, но при этом в каждое из них можно было пройти одно за одним; Трезини воплотил задумку царя: каждый корпус имел свой вход и был перекрыт отдельной крышей, но все коллегии соединялись в единую 400-метровую композицию. Вдохновила архитектора Биржа в Копенгагене, где он жил до переезда в Петербург.

Интересно расположение здания – перпендикулярно набережной. По легенде, перед отъездом из города Петр I поручил строительство Меньшикову. В благодарность пообещал отдать всю оставшуюся после строительства землю. Меньшиков понимал, что если расположить здание вдоль набережной, то земли останется совсем немного, поэтому и решил поставить его таким образом. Конечно, Петр I, увидев это, пришел в ярость, но сделать ничего не мог.

А дворец самого Меньшикова, построенный по проекту Джованни Марии Фонтана и Готфрида Иоганна Шеделя в стиле барокко, которое позднее назовут петровским – считается первым каменным зданием Санкт-Петербурга.

Здание коллегий так и не пригодилось по прямому назначению. При Анне Иоанновне центр города был перенесен на Адмиралтейскую сторону, куда постепенно и переехали коллегии. Сейчас в здании располагается Санкт-Петербургский государственный университет. А в ресторанчик «Град Петров», пугающий туристическим антуражем, намекающим на высокие цены (что совершенно не так в действительности), регулярно забегают господа, похожие на профессоров, на бокальчик коньяка между лекциями. Бодрит и согревает в холодный ветреный день, проверено!


Есть совсем другой Васильевский остров – с тихой неиссякаемой очередью к часовне Блаженной Ксении Петербургской на Смоленском кладбище.

Есть совсем неожиданные среди линий Тифлисская (где тот Тифлис, а название осталось) или Донская улицы, Гаванская или Остроумова, или Опочинина (сохранившая имя местной домовладелицы).

Есть засыпанные листвой тихие улочки – простите покорнейше, линии! – идущие вглубь от набережной Лейтенанта Шмидта. Как приятно гулять по ним осенью…


Набережная Лейтенанта Шмидта – одно из моих любимых мест в Петербурге. Именно сюда приносит ветер запах далекого моря, вопреки всем утверждениям, что Балтика не пахнет.

А какие оттуда виды на фоне грозовых туч на темные силуэты портовых башенных кранов, которые лично у меня всегда вызывают легкую дрожь – в них мощь и надежда на дальние странствия.

Отец Остапа Бендера не имеет к ней никакого отношения, набережная названа в честь одного из руководителей восстания в Севастополе в 1905 году, лейтенанта Петра Петровича Шмидта. До 1923 года она была Николаевской.


Мачты и Исаакий


Набережная Лейтенанта Шмидта


Успенский собор


Успенский собор и памятник И. Ф. Крузенштерну


Набережная Лейтенанта Шмидта и Успенский собор


Здесь напротив подводной лодки, прочих кораблей и корабликов возвышается один из самых мощных и красивых соборов города – Успения Пресвятой Богородицы, великолепный и снаружи, и внутри, дающий ощущение старины и основательности.

Подворье на этом месте основано в 1721 году, принадлежало оно по очереди разным монастырям. В 1874 году его передали Киево-Печерской лавре и начали возведение Успенского храма. Его создатель – архитектор В. А. Косяков – руководил также строительством Морского собора в Кронштадте.

Строительство храма началось 15 августа 1895 года, освящение состоялось в 1897 году. Храм выдержан в русском стиле, его вместимость около 2000 человек. Благодаря новшеству – устройству перекрещивающихся арок – удалось избежать установки столбов в интерьере, это создало впечатление очень большого внутреннего пространства.

Нижняя часть здания облицована серым гранитом, верхняя – радомским песчаником и желтым митавским кирпичом, а также майоликой.

В советское время храм закрыли, в нем даже устраивали… каток с искусственным льдом. В 1991 году храм передали Оптиной пустыни, сегодня это подворье монастыря. После реставрации храм снова засиял внутри во всем своем великолепии.

Слева от центрального входа находится очень важное для туристов заведение – трапезная с очень вкусной едой, невысокими ценами и монастырскими пышками. Здесь всегда много народа.


Маленький штрих

Погода на Васильевском всегда лучше, чем в остальной части Петербурга. Когда в городе холодно, здесь температура чуть выше, когда стоит жара – здесь прохладнее благодаря ветерку с залива.


Красотой своих храмов Васильевский остров превосходит многие большие города. Чего стоит один белоснежный собор Святой Екатерины, на куполе которого сверкает золотом один из трех ангелов – хранителей города!

На месте современного храма в 1745 году была возведена первая переносная церковь. Затем здесь построили Никольскую церковь из дерева. Во второй половине XVIII века она получила имя в честь Святой Екатерины. В 1809 году церковь полностью сгорела во время пожара, чудесным образом сохранилась только икона святой великомученицы Екатерины.

Осенью 1811 года по приказу императора Александра I было начато строительство нового, каменного, храма. Проект был создан ректором Императорской Академии художеств А. А. Михайловым, принимавшим участие в постройке Исаакиевского собора. Строительство заняло 12 лет, он был освящен осенью 1823 года.

Кстати, на Васильевском два храма в честь святой Екатерины. Второй – лютеранский, где проходят органные концерты (Большой проспект В. О., 1), а в алтаре когда-то висели картины работы Рубенса. Третий храм Святой Екатерины – католический, базилика, одна из старейших в Петербурге, находится на Невском проспекте. В январе 1837 года в этом соборе состоялось венчание Жоржа Дантеса и Е. Н. Гончаровой, храм посещали художник Александр Бенуа, знаменитый архитектор Огюст Монферран, представители российского дворянства, принявшие католичество: княгиня З. А. Волконская, декабрист М. С. Лунин и князь И. С. Гагарин.


Васильевский – Екатерининский храм


Екатерининский храм


Набережная адмирала Макарова и Екатерининский собор


Сидишь в сетевом ресторанчике «Мама Рома» на уличной террасе – и любуешься нежным молочным куполом собора. Несмотря на то что ресторанчики сетевые, готовят во всех по-разному. Этот, на Среднем проспекте В. О., – лучший из всей сети.


А вот Андреевский храм совсем другой, никакой соборной помпезности, он немного домашний, провинциальный, отчего трогает душу, пересытившуюся монументальным Петербургом. А какая у него история!

Полное название Андреевского собора – Собор Святого Апостола Андрея Первозванного. Он являлся «капитульным храмом» ордена Святого Андрея Первозванного. Построить собор задумал Петр I. Не случайно с таким именем, ведь апостол Андрей считается покровителем Руси, единственный из апостолов, кто побывал на землях, впоследствии ставших русскими. Есть даже легенда, что, странствуя из Греции в Рим, святой Андрей добрался до реки Волхов.

В 1698 году Петр I утвердил Орден святого Андрея Первозванного, который становится первым и высшим орденом будущей Российской империи. А первым кавалером ордена стал Федор Алексеевич Головин, один из ближайших сподвижников молодого царя. Его бюст установлен у Андреевского собора в 2007 году.

В 1732 году новый храм освятили в честь Андрея Первозванного, ибо «…в Питербурхе во Имя его церкви не имеется, а понеже Ордена того Святого имеется кавалерия…»

Андреевский собор выглядел в то время совсем по-другому, красотой особой не отличался. Еще и холодно в нем было, и решили возвести рядом с деревянной церковью каменную – теплую. Стоили двадцать лет – средств не было. Освятили новую церковь в 1760 году.

А через год в деревянный Андреевский собор ударила молния, и он сгорел практически дотла.

– К чему бы? – заволновался народ. Ладно пожары, но чтобы молния да в Божий храм ударила – не бывало такого! Решили построить каменный Андреевский собор, пригласили архитектора Александра Францевича Виста. Строили-строили, пока в 1766 году недостроенный купол с собора не рухнул.

Тут уж точно поверишь в знак с небес!

В итоге строили собор с особой тщательностью и с опаской следующие пятнадцать лет. Получился тот прекрасный храм, что мы видим сегодня.

По легенде, одним из певчих в соборе был некий человек по имени Андрей Федорович Петров. Скорбя по супругу после его скоропостижной кончины, его жена Ксения надела на себя его одежду и отправилась юродствовать… Сегодня мы знаем ее как Блаженную Ксению Петербуржскую.


От перекрестка, где стоит собор, начинается пешеходный бульвар Васильевского острова, это 6-я и 7-я линии. Когда-то они тоже должны были стать каналами, а сегодня здесь зелено, море ресторанов, кафе и магазинчиков.

Статистика утверждает, что в часы пик по 6–7-й линиям на участке от Среднего до Большого проспекта интенсивность пешеходного движения достигает 8 тысяч человек в час!

Протяженность бульвара составляет 488 метров. Здесь построили два фонтана, установили малые архитектурные формы, скамьи для отдыха. Неофициально это место зовут Андреевским бульваром, и здесь очень приятно пройтись по дороге… например, к одному из самых мистических мест города.

### Капли датского короля пейте, кавалеры!

Аптека доктора Пеля расположилась на первом этаже дома № 16–18 по 7-й линии Васильевского острова еще с елизаветинских времен.

В середине XIX века Вильгельм Христофор Эренфрид Пель приобретает ее у предыдущего владельца и начинает собственное аптечное дело. С этого момента аптека носит его имя, а Пель для покупателей станет Василием Васильевичем.

Его аптека была настоящей диковиной по тем временам.

Дело в том, что в допетровской Руси аптекарей не было вовсе, имелись лишь зелейники и травники. Потом появились и аптекари, но их порошки и лепешки выглядели бледно рядом с новомодными драже и таблетками.

Доктор Пель совершил настоящую революцию, он изобрел стеклянные запаянные ампулы. Аптекарь прекрасно понимал, как важна стерильность, и разработал способ безопасного хранения лекарств. Долгое время считалось, что он сделал это первым в мире, но потом все же отдали первенство французу Станисласу Лимузену. Не был Пель первым и в изобретении гематогена, но именно благодаря ему, догадавшемуся смешивать бычью кровь с какао, это лекарство появилось в той форме, в какой мы знаем его сейчас.

В. В. Пель использовал в своей работе самые новые научные достижения. Он привозил таблетаторы и грануляторы, организовал одну из первых химических лабораторий в Санкт-Петербурге и даже проводил анализы для частных клиентов. Он отчаянно боролся с фальсификаторами лекарственных препаратов.

Собственное фармацевтическое производство и одноименная аптека вскоре становятся поставщиками двора Его Императорского Величества.

В 1875 году управление аптекой возглавил сын Вильгельма – Александр. Он первым в России ввел дозирование веществ, изобрел способ промышленной штамповки стерильных инъекционных растворов, расширил химическую лабораторию отца и приобрел мировую известность как исследователь полезных свойств органов животных в лечении человека.

Для этих опытов Александр организовал ферму по содержанию скота, которая дала основу научному отделу нового «Органотерапевтического института».

Когда-то его отец, В. В. Пель, и Д. И. Менделеев проводили совместные опыты в химической лаборатории, что породило множество слухов. Со временем слухи переросли в легенды. Аптекаря называли алхимиком и колдуном. И немалую лепту в эти слухи внесла «мистическая башня».

Труба химической лаборатории возвышалась над 7-й линией Васильевского острова и была похожа на сказочную башню. Назначения трубы местные жители не знали, отчего и придавали ей мистические свойства.

В народе труба получила название «Башня Пеля» или «Башня Грифонов».

Тайны аптекаря Пеля и сегодня охраняют грифоны – мифические крылатые существа с телом льва и головой орла. Говорят, что по ночам они летают над Васильевским островом, а местные жители слышат их крики. Днем же грифоны становятся невидимыми и спят на башне, охраняя спокойствие жильцов дома.

Легенда говорит, что алхимия использовалась Пелем с целью перехода в параллельные миры. Якобы грифоны спокойно жили рядом с людьми, не пересекаясь с нами, а Пель приоткрыл дверь в этот мир.

Еще при царе местные жители жаловались не только на грифонов, но и на тех, кто желает их посмотреть. Вот и сегодня во двор просто так не войдешь. А войдешь, тут же найдется местная тетенька, которая погонит непрошеных гостей.

Легенда уверяет, что после вмешательства полиции Пель обязался сделать грифонов невидимыми. Но периодически они все же являются испуганным прохожим, каждое полнолуние их отражения видят в окнах домов, слышат шум крыльев.

Высота башни – 11 метров, диаметр – 2 метра.

Еще одна легенда рассказывает, что кирпичи на башне имеют номера и второе ее прозвание – Цифровая. Так зашифрованы координаты перехода в иные миры.

На самом деле Пель, конечно, не был колдуном. Он – один из первых выпускников свежеиспеченного фармацевтического факультета в Петербурге, который продолжил обучение в немецком Гессене, а когда вернулся на родину, основал аптеку.

К началу XX века его аптечное дело превратилось в мощный научно-производственный комплекс: органотерапевтический институт, исследовательские лаборатории, фармацевтические фабрики, библиотеки, товарные склады, конторы по сбыту. Только в одной аптеке доктора Пеля работало 73 человека.

На фасаде здания висела табличка: «Поставщик Двора Его Императорского Высочества».

Фраза, выложенная на фасаде, – Ora et labora («Молись и трудись») – девиз семьи Пель.

Сколько интересного в аптеке на полках. Жаль, не продается, это только экспонаты.

Вот, например, капли датского короля. Пейте, кавалеры!

Кстати, никакой мистики: нашатырный спирт, масло семян аниса и экстракт солодки. Общеукрепляющее и отхаркивающее средство.

Колдун – не колдун, а его аптека не прекратила работу даже после 1917 года, менялись лишь владельцы и названия: «Андреевская», «Лейтенанта Шмидта», «97-я коммунальная», «Государственная аптека № 13».

Сегодня здесь музей.


Возможно, грифоны на Университетской набережной остались со времен доктора Пеля. А что, ошибся с заклинанием – и окаменели.


Грифоны и сфинксы


Слышала жаркие споры:

– Это вовсе не грифоны, это крылатые львы! – убеждал мужчина своих спутников.

Наверное, так и есть, ведь у грифонов к туловищу льва и крыльям прилагается голова орла. Только не у питерских, не верите – зайдите в аптеку доктора Пеля, увидите!

Интересно, что в конце XIX века грифоны исчезли. Восстановили их только к 1959 году благодаря старым картинам художников. Говорят, они получились симпатичнее оригиналов.

А легенды сохранились, а может, новые придумали про новые скульптуры. Важен лишь результат, ведь грифоны, охраняющие спуск к Неве, умеют исполнять желания. Чтобы желание исполнилось, необходимо одну руку положить в пасть грифону, а другой ласково погладить зверюшку по голове.

А вот другие скульптуры гладить не надо и вообще лучше на закате сюда не приходить. Я, собственно, о сфинксах. Вы ведь знаете, что они настоящие?

### Таинственные лица сфинксов

> Глаза в глаза вперив, безмолвны,

> Исполнены святой тоски,

> Они как будто слышат волны

> Иной, торжественной реки.

> Для них, детей тысячелетий,

> Лишь сон виденье этих мест…

> В. Брюсов

Весной 1834 года на Университетской набережной были установлены египетские сфинксы, специально доставленные из Египта в Санкт-Петербург. Изваяниям более 3,5 тысячи лет – когда-то они охраняли храм бога Гора около города Фивы.

Сфинксам посвящено самое большое количество городских легенд. По одной из них, сфинксов нельзя тревожить – это грозит смертью. По другой – сфинксы пережили не один потоп (сбитые подбородки скульптур, согласно городскому мифу, говорят как раз об этом) и якобы Николай I заказал их в Египте, чтобы охранять город от наводнений.

В то время предполагали, что между Питером и Египтом есть сакральная связь: город расположен практически на одном меридиане с пирамидой Хеопса. Причем если древнее сооружение находится на 30-й широте, то город на Неве – на 60-й. Таким образом, египетский меридиан является для питерской широты осью симметрии, а сама линия в этой точке становится перпендикуляром к нему.

О том, что ждет город, если убрать сфинксов, якобы знали и большевики, которые решили не испытывать судьбу и оставить изваяния на месте.

Что ж это за фигуры такие?

У древних египтян сфинксы представляли собой существ с телом льва и головой человека. Нередко лики египетских сфинксов напоминали лица их фараонов. У греков сфинксы были крылатыми, имели тело льва или собаки и женские голову и грудь.

Высота петербургских сфинксов – 4,5 метра, длина – чуть больше 5 метров. Вес каждого из них – 23 тонны.

«По мастерству исполнения, – фигуры вырезаны из крепчайшего египетского красно-коричнево-серого гранита, – обилию надписей и хорошей сохранности невским сфинксам нет равных в мире. Даже египетские музеи и Лувр не имеют таких экспонатов», – написал российский историк и политик В. Струве.

В начале XIX века Европу охватило увлечение восточной культурой, не миновало это и Санкт-Петербург. В Павловске появляется Египетский вестибюль, в Царском Селе – Египетская пирамида, а в городе – Египетский мост. Как же не появиться и сфинксам!

C XIV века до н. э. они охраняли святилище фараона Аменхотепа III в Фивах. Шли века, Древний Египет пришел в упадок, храм разрушили, и сфинксы оказались погребены под толстым слоем песка. Откопали их в конце 20-х годов XIX века и… выставили на продажу, чего добру пропадать!

Один из сфинксов попался на глаза офицеру Андрею Муравьеву, находящемуся в то время в Египте. Неведома зверюшка произвела на бравого офицера такое впечатление, что он немедля направил письмо российскому послу с просьбой обсудить с императором возможность покупки сфинксов для России.

Николай I не сразу одобрил эту идею, потом последовала долгая возня с бумагами. А когда всё подготовили, оказалось, что сфинксов уже купила Франция для украшения Парижа.

Однако вывезти их из Александрии не успели, началась революция 1830 года, и французы согласились перепродать их России.

Весной 1832 года сфинксы прибыли в Петербург. Целый год вез их из Александрии греческий корабль под названием «Добрая надежда».

При погрузке на корабль у одной из скульптур лопнул трос. Огромный сфинкс упал, разбив борт корабля, и чуть не потопил его. Сам он тоже пострадал, отбилась часть подбородка, повредилось лицо.

Два года сфинксы простояли во дворе Академии художеств в ожидании своего часа. Наконец, пристань была достроена, и в 1834 году их водрузили на высокие пьедесталы из финского гранита.

«Лица этих сфинксов как загадка, которую нужно разгадать», – напишет А. С. Пушкин.

Надписи на сфинксах представляют полное имя фараона Аменхотепа III, воплощенного бога на земле: «Да живет Гор, Могучий телец, воссиявший в правде, установивший законы, успокоивший обе земли. Золотой Гор, телец царей, покоритель девяти луков. Царь Верхнего и Нижнего Египта, владыка обеих земель Небмаатра, отпрыск Ра. Сын Ра, любимый его Аменхотеп – властитель Фив, образ Ра перед обеими Землями. Гор – добрый владыка вечности, которому даны жизнь, постоянство, счастье, здоровье».

Согласно петербургской легенде, в течение дня выражение лица у сфинксов меняется. Утром они спокойны, днем безразличны, а вечером злы и жестоки. В тот странный час, когда приходят сумерки и ночь сменяет день, лица сфинксов меняются, и горе тому, кто увидит это, его ждет безумие…


В Петербурге много сфинксов

• Сфинксы у Строгановского дворца – два гранитных сфинкса, самыми первыми появились в Петербурге.

С 1796 года они украшали пристань на даче А. С. Строганова. С 1908 года, после перестройки дачи, их несколько раз перевозили, пока наконец они не заняли свое окончательное место – во дворе Строгановского дворца.

• Сфинксы на Египетском мосту – мост с четырьмя чугунными сфинксами получил такое название, поскольку был украшен в характерном для Египта стиле. Однако скульптуры Павла Соколова больше напоминают греческих сфинксов, нежели египетских, – ведь они имеют женские обличья.

В 1905 году мост обрушился, не выдержав нагрузки, когда на него въехал кавалерийский эскадрон. Скорее всего, это случилось из-за ошибок в расчетах при строительстве моста. На этом месте был временно построен деревянный мост. Но заменить его основательным каменным смогли лишь в 1955 году. И хотя по своему оформлению новый мост значительно уступал первоначальному, египетские мотивы сохранились. И конечно, свои места заняли и его стражи – великолепные сфинксы.

• Сфинксы на набережной Малой Невки, по мнению историков, первоначальные пробные отливки сфинксов с Египетского моста. Уж очень они похожи друг на друга. Забракованные по неизвестной причине, эти сфинксы где-то долгое время хранились, а в 1971 году их установили на пристани набережной Малой Невки. Однако время их не пощадило, и в начале XXI века этим сфинксам потребовалась срочная реставрация.

В 2010 году они были возвращены на прежнее место, на набережную.

• Сфинксы во дворе Горного института – на Васильевском острове, среди зелени старинного сада в 1826 году появились небольшие и грациозные скульптуры сфинксов. У этих скульптур темные выразительные женские лица. Не зря их считают самыми женственными. Автор этих работ – скульптор А. Постников.

• Сфинксы на Свердловской (Полюстровской) набережной – скульптуры, напоминающие сфинксов со строгановской дачи, появились здесь в конце XVIII века. Тогда с южной стороны дачи канцлера Александра Безбородко на берегу Невы была сделана пристань, к которой вели каменные лестницы. Между ними находился грот с целебной водой, вход в который и охраняли четыре сфинкса. Однако в конце XIX века их фигуры бесследно исчезли, до сих пор неизвестно, как и почему они пропали.

Восстановили этих сфинксов только в 1958 году. Источника с целебной водой в гроте в настоящее время нет – это просто элемент декора. Новые сфинксы не исполняют желаний. А жаль! Пропавшим приписывали лечебные свойства: стоило лишь положить на них руку и попросить о выздоровлении, как любая болезнь отступала.

• Сфинксы на набережной Робеспьера. В 1995 году напротив знаменитых питерских «Крестов» появились два жутковатых бронзовых сфинкса. Для людей, находящихся на набережной, эти сфинксы выглядят вполне традиционно – у них обычные женские лица. Но со стороны Невы и тюрьмы их лица представляют собой изъеденные черепа.

Сфинксы подарены родному городу М. Шемякиным в качестве памятника жертвам политических репрессий. На их пьедесталах – строки из произведений некогда опальных авторов.

• Фонтан возле Пулковской горы прячет самого маленького сфинкса на шлеме богини мудрости, еще один – на шлеме Минервы на главном фасаде Российской национальной библиотеки. Говорят, что при желании можно найти много маленьких сфинксов на голове богини: на зданиях Академии художеств и Этнографического музея, на фронтоне Михайловского замка, на одном из барельефов Александровской колонны, на постаменте памятника Я. В. Виллие во дворе Военно-медицинской академии.

### Два памятника по соседству

На набережной Лейтенанта Шмидта стоят по соседству два памятника. Архитектор Доменико Трезини – и «человек и пароход» (мы же все выросли на этом мультике!) Иван Федорович Крузенштерн.


Памятник И. Ф. Крузенштерну


Трезини доволен жизнью, улыбается, как сытый кот. Его уже давно официально признали главным архитектором Петербурга.

В Санкт-Петербург Трезини приехал по приглашению в 1703 году. Сразу согласился, ибо жалование положили ему баснословное:

«За художества его, совершенное искусство, обещаю ему 20 червонных на всяк месяц в жалованье и то платить ему во весь год, зачинаючи с 1 числа апреля месяца 1703 года и то доведется ему платить сполна на каждый месяц, подобающими и ходящими деньгами, по той же цене, как за морем ходят, сиречь по цене в 6 любских и всякой червонный такожде в дацкой земле такую цену подобает имети.

Именованному Трецину сверх того обещаю, как явно показал искусство и художество своего, чтоб ему жалованья прибавить».

Забегая вперед, стоит сказать, что Трезини заслуженно будет одним из любимых архитекторов Петра I. Практически все каменные постройки нового города вел Доменико Трезини. Порой одновременно он руководил 40 проектами. Основы европейской школы в русской архитектуре заложил именно он.

По проектам Трезини заложены Кронштадт, Александро-Невская лавра, им перестраивалась Петропавловская крепость, выполнена планировка Васильевского острова, построен Летний дворец Петра I, Петропавловский собор, здание 12 коллегий и многое другое.

Одной из первых важных работ архитектора был форт Кроншлот, не сохранившийся в оригинале до наших дней. Через два месяца после завершения строительства форт успешно пройдет боевые испытания, без особых повреждений выдержав нападение шведской эскадры.