Блэр Вилкс
Смерть в Провансе

Глава 1

Тёплое солнце Прованса заливало виноградники золотистым светом, когда поезд мягко скользил по рельсам. Тиффани сидела у окна, наслаждаясь видами, которые сменяли друг друга словно кадры в старом фильме. Бескрайние поля лаванды, аккуратные деревушки с черепичными крышами, маленькие церкви с остроконечными шпилями – всё это было как из открытки. Она задумчиво провела пальцами по стеклу, чувствуя, как поезд лёгким покачиванием убаюкивает её.

В последние месяцы Тиффани жила на пределе. Работа дизайнером в Сан-Франциско забирала всё её время. Она была талантлива, успешна, и её имя уже было на слуху, но постоянные звонки и письма от заказчиков стали превращать её жизнь в бесконечный марафон. Эта поездка была её маленьким бегством. Отключив телефон и оставив компьютер дома, Тиффани дала себе обещание – хотя бы на пару недель пожить для себя.

На платформе её уже ждала подруга, Элизабет. Высокая, с волнистыми светлыми волосами, она улыбнулась и крепко обняла Тиффани.

– Наконец-то! Я думала, ты пропустишь поезд! – воскликнула Элизабет.

– Французская железная дорога работает как часы, – рассмеялась Тиффани. – Ну что, куда мы направляемся?

– В небольшой отель, он совсем рядом. Идеальное место, чтобы забыть обо всём и просто наслаждаться жизнью.

Они взяли такси и через двадцать минут оказались у ворот старинного здания. Отель выглядел величественно: виноградные лозы оплетали стены, а перед входом располагался уютный дворик с фонтаном. Казалось, что время здесь замедлилось. Двор был украшен коваными скамейками, круглыми столиками с белыми скатертями и вазами, наполненными свежими цветами.

Фойе отеля поражало своим шармом. Мраморные полы, высокий потолок с хрустальной люстрой и огромные зеркала, отражающие мягкий свет, создавали атмосферу роскоши. У камина сидел пожилой мужчина с книгой в руках, а у стойки регистрации оживлённо спорила молодая пара.

– Тиффани, ты будешь в восторге. Это место – настоящая находка, – сказала Элизабет, входя в здание.

Они получили ключи от своих комнат на втором этаже. Поднявшись наверх, Тиффани остановилась у большого зеркала в своей комнате. Она недавно отметила свои двадцать пять лет, но лицо всё ещё выглядело совсем юным. Густые чёрные волосы ниспадали на плечи, а голубые глаза, словно отражение летнего неба, смотрели с лёгким блеском.

Она знала себе цену. Её внешность часто притягивала мужчин, но не всегда тех, кто был достоин её внимания. Последний ухажёр, молодой банкир из Нью-Йорка, пытался подчинить её себе. Но Тиффани была независимой женщиной, которая сама себя сделала, и не собиралась никому подчиняться. Этим принципом она гордилась.

С Элизабет они познакомились в Калифорнии, где вместе учились в университете. Тогда Тиффани ещё только мечтала стать дизайнером, а Элизабет – путешествовать по всему миру. Тиффани чувствовала к Элизабет нежную привязанность. Элизабет была из обеспеченной семьи, и потому не завидовала успехам Тиффани. У малышки Эли всё было с детства, и это позволяло ей довольно расслабленно наблюдать за миром вокруг. А ещё у Элизабет было отличное чувство юмора. После этого Тиффани осмотрела свой номер и была восхищена богатством интерьера. В номере был высокий потолок с лепниной, массивная кровать с бархатным покрывалом и резные деревянные стулья, идеально сочетающиеся с витражными окнами, сквозь которые струился мягкий свет. Это место казалось изысканным до мельчайших деталей, словно было частью какого-то роскошного замка.

Тиффани едва успела бросить вещи на кровать, как Элизабет постучала в дверь.

– Идём на обед? Я умираю с голоду, – предложила она.

Столовая оказалась уютной. Тёмные деревянные панели на стенах, тяжёлые шторы на окнах и белоснежные скатерти на столах создавали ощущение традиционного французского уюта. Несколько постояльцев уже сидели за столиками: элегантная пожилая пара с явно буржуазными манерами, шумная компания молодёжи и женщина лет тридцати пяти, одетая с безупречным вкусом. Последняя привлекла внимание Тиффани. Она разговаривала громко, смеялась, но в её глазах было что-то странное – печаль или, может быть, усталость. Странным образом многие из этих людей казались знакомыми друг с другом. Пожилая пара была абсолютно поглощена друг другом, иногда бросая презрительные взгляды на женщину тридцати пяти лет. Эта женщина была удивительно красива и притягательна. Рыжие волнистые локоны спадали с её плеч, глаза лучились медовым блеском. Она выглядела так, будто сошла с экрана, и вела себя так, словно была на сцене..

– Кто она? – тихо спросила Тиффани у Элизабет.

– Понятия не имею. Но она выглядит как человек, который играет роль, не так ли? – ответила подруга.

Тиффани кивнула, чувствуя странную жалость к незнакомке. Казалось, что за её яркой внешностью скрывается сломленный человек, который отчаянно пытается сохранить иллюзию счастья.

Они заказали обед и погрузились в беседу, но мысли Тиффани постоянно возвращались к женщине за соседним столиком. Это место было полно историй, и она чувствовала, что скоро одна из них станет для неё слишком реальной.

Глава 2

После ужина, насыщенного разговорами с Элизабет, Тиффани решила прогуляться. Коридоры отеля были наполнены мягким светом ламп, их свечение придавало стенам золотистый оттенок. Полы устилал ковёр с замысловатым узором, а на стенах висели старинные картины с видами Прованса. В воздухе ощущался лёгкий аромат лаванды и полевых цветов, словно отель сам впитал в себя дух местной природы.

Гости, которых она встретила в пути, выглядели расслабленными и безмятежными. Семейная пара прогуливалась, держась за руки, их тихая беседа словно растворялась в спокойствии ночи. В углу у окна мужчина в белоснежной рубашке наслаждался бокалом красного вина, задумчиво глядя вдаль. Весь отель дышал умиротворением, и этот контраст с её внутренними тревогами заставлял Тиффани чувствовать себя почти посторонней. Ночь опустилась мягким бархатным покрывалом, и лишь луна освещала тропинки вокруг отеля. Воздух был наполнен ароматами морской соли и цветущего жасмина. Шум моря доносился издалека, словно тихая колыбельная.

Тиффани шагала неспешно, наслаждаясь прохладой ночи. Внизу, у самой воды, она заметила двух молодых людей. Они смеялись, бегали по берегу, и волны мягко омывали их босые ноги.

Девушка с короткими тёмными волосами, стриженная под мальчика, двигалась с лёгкостью и уверенностью. В её осанке и жестах чувствовался характер, внутренний стержень, который невозможно было не заметить. Парень рядом с ней был безумно красив. Будь Тиффани пятью годами моложе, она бы уже обязательно влюбилась в него по уши. Высокий, с идеальными чертами лица, он словно сошёл с афиши голливудского  кино. Его улыбка была пленительной, но в ней угадывалось что-то от дьявола – смесь обаяния и скрытой угрозы.

Тиффани замерла, наблюдая за ними. Их смех эхом разносился по ночной тишине. Она вдруг вспомнила, что видела этих молодых людей раньше – в столовой. Девушка с мальчишеской стрижкой и парень с дьявольской улыбкой явно принадлежали к компании той эффектной рыжей женщины, которая так привлекла внимание Тиффани. Они сидели за её столиком, и, казалось, были с ней на короткой ноге. Молодые, красивые, уверенные в себе, они выделялись среди остальных постояльцев. Она почувствовала легкую зависть к их свободе и радости, к этой непринуждённости, которая казалась недосягаемой.

Тиффани вдруг осознала, как ей не хватало духа романтики в жизни. Её фирма достигла небывалых успехов, и в свои юные годы она уже сделала неплохое состояние. Но в любви она потерпела неудачу. Недавние отношения с банкиром нанесли ей душевную травму. Ей не сразу удалось понять, как он всё больше подавлял её и контролировал. Его приступы ревности без повода и некрасивые высказывания о её внешности, где он называл её уродливой, а потом извинялся, оставили глубокий след. Только благодаря сеансам у психолога она начала восстанавливаться, но понимала: довериться кому-то новому будет нелегко. Эти воспоминания иногда подкрадывались к ней, заставляя сердце учащённо биться, как и сейчас, на этом холме.

Когда молодые люди скрылись за поворотом пляжа, Тиффани направилась обратно в отель. Поднявшись в свой номер, она заперла дверь на ключ, привычным жестом проверила ручку. Тиффани ненадолго задержалась у зеркала. Её отражение смотрело на неё с тихим одобрением. Густые чёрные волосы, уложенные в лёгкие локоны, подчёркивали ясность голубых глаз. Линия подбородка и ровная кожа делали её лицо одновременно утончённым и уверенным. Ей нравилось, как она выглядела. "Я заслуживаю лучшего," – подумала она, вспоминая о пережитых трудностях. Этот момент у зеркала стал для неё своего рода утешением. Затем она выключила свет и подошла к окну. Ночь была спокойной, лишь изредка ветер трепал занавески, и вдали слышался шум волн.

Легко укрывшись пледом, Тиффани быстро заснула. Её сны были яркими и красочными. Ей снилось, как она идёт по бескрайнему полю лаванды под жарким солнцем. Ветер обдувал её лицо, волосы развевались, а где-то вдали звучала мелодия.

Но постепенно этот идиллический сон начал превращаться в нечто зловещее. Лаванда сменилась острыми скалами, а солнце померкло, уступив место тёмному небу. Она стояла на краю высокой скалы, чувствуя, как ветер стал резким и холодным.

Перед ней возник тот самый парень с дьявольской улыбкой. Его лицо было красивым, но теперь выражение стало пугающим. Он смотрел на неё, не отводя глаз, и эта улыбка заставила Тиффани почувствовать тревогу. Она попыталась сделать шаг назад, но ноги словно приросли к земле. Парень приблизился к ней, его рука потянулась вперёд.

– Почему ты здесь? – его голос звучал мягко, почти шёпотом, но каждое слово отдавалось эхом.

Тиффани хотела ответить, но слова застряли в горле. В следующую секунду он резко толкнул её. Земля ушла из-под ног, и она падала в пустоту, слыша только свой собственный крик.

Проснувшись с криком, Тиффани резко села в постели. Её сердце бешено колотилось, а ладони были влажными от пота. Она включила свет и огляделась. Комната была такой же, как раньше: уютной и безопасной. Но это чувство страха всё ещё не отпускало её. Она подошла к окну, посмотрела в ночное небо, затем опустила занавески и вернулась в кровать. Однако заснуть больше не смогла.

Вопросы роились в её голове. Кто был этот парень? И почему его образ так глубоко запечатлелся в её сознании? Она знала одно: этот сон был не случайным.

Глава 3

Тиффани проснулась от мягкого шума волн. За окном белые занавески колыхались на ветру, а солнечный свет пробивался сквозь них, заливая комнату тёплым золотистым сиянием. Она взглянула на часы: было уже почти девять утра. После ночных кошмаров ей удалось заснуть только под утро, и пробуждение принесло лёгкую усталость.

На завтраке в столовой царила привычная оживлённость. Гости отеля беседовали, тихо звенели чашки, а официанты проворно сновали между столиками. Тиффани обратила внимание на рыжеволосую женщину, которая привлекла её взгляд накануне. Сегодня она выглядела спокойнее, её движения были размеренными, а лицо сохраняло загадочное выражение. На ней было изысканное платье кремового цвета, которое мягко облегало фигуру, подчёркивая её хрупкость. Тонкие бретельки открывали изящные плечи, а лёгкая ткань струилась до самого пола, словно вторя её грациозной походке. Линия декольте украшалась небольшими вышитыми цветами, добавляя образу утончённости и нежности. Женщина вежливо улыбалась официанту, когда он подавал ей кофе, но казалась погружённой в свои мысли. Её тонкие пальцы осторожно держали чашку, а взгляд иногда скользил к входной двери, словно она кого-то ожидала.

К её столику подошёл статный мужчина лет тридцати пяти. Его уверенные движения и строгий костюм придавали ему вид человека, привыкшего к власти. Он что-то тихо сказал рыжеволосой женщине, но вместо ответа она резко встала и, не сказав ни слова, покинула столовую. Мужчина остался один, бросив ей вдогонку короткое: – Мари!

– Значит, её зовут Мари, – подумала Тиффани, наблюдая за этой сценой. Она допила кофе и решила отправиться на пляж. У отеля к морю вела живописная тропинка, обрамлённая кустами розмарина и цветущего тимьяна. На закате этот спуск выглядел загадочно, но при дневном свете открылся во всей красе. Листья растений переливались под солнцем, а в воздухе стоял густой аромат трав и соли.

Тиффани сняла сандалии, ступив на мягкий песок, и подошла к воде. Средиземное море манило своей прозрачностью. Вдали виднелись небольшие горы – возможно, это были острова. Она погрузилась в воду, ощущая, как её обнимает прохлада волн. – Как хорошо, что я ушла от него, – подумала Тиффани, вспоминая своего бывшего. Ей становилось тревожно даже от воспоминаний.

Однажды, готовясь к встрече с подругами, она надела соблазнительную кофту с открытыми плечами. Её бывший – молодой банкир – пришёл в ярость, обвинив её в том, что она пытается привлечь внимание других мужчин. Он так сильно дёрнул рукав кофты, что порвал ткань. Тиффани было страшно. Позже, когда она начала зарабатывать больше него, его ревность и злоба стали невыносимыми. Но теперь она была свободна и благодарна себе за этот выбор.

Её размышления прервал чей-то смех. Тиффани обернулась и увидела мужчину и женщину, приближающихся к пирсу. Мужчину она узнала сразу – это был тот самый красавец с дьявольской улыбкой. На нём были льняные брюки и белоснежная рубашка, расстёгнутая на груди. Его волосы вились от солёной воды. Смеясь, он бросил фразу: "Леди Беатрис всего лишь старая скучная зануда". В его голосе было столько животной энергии, что у Тиффани по коже пошли мурашки.

– Кристиан, прошу, это всё же моя мать. Ты же неплохо с нами живёшь, – ответила девушка, явно расстроенная.

Тиффани показалось, что худенькую девушку звали Роза. Робкая, с чуть напряжённым взглядом, она медленно сняла летнее платье в горох и стала аккуратно спускаться в воду по железной лестнице. Кристиан ухмыльнулся, сбросил одежду и прыгнул в воду с грацией профессионального пловца, растворившись в волнах.

Тиффани, глядя вслед уплывающему Кристиану, задержала взгляд на его загорелой мускулистой спине. Волны мягко поднимали и опускали его тело, придавая его движениям почти гипнотическую грацию. На миг она почувствовала, как её охватило страстное восхищение. Его уверенность и природная сила напоминали ей о тех эмоциональных порывах, которых она старалась избегала в последнее время.

Её внимание отвлёк краб, который неспешно карабкался по камням у кромки воды. Небольшой, величиной с детскую ладонь, он был почти неотличим от окружавших его серых валунов. Его панцирь, грубый и шероховатый, сливался с каменистым берегом, создавая впечатление идеальной маскировки. Тиффани никогда раньше не видела этого существа в дикой природе. Она восхитилась его способностью так органично сливаться с окружающим миром.

– Такой маленький, – подумала она, – но, наверняка, может больно укусить, если дать ему шанс. – Эта мысль вызвала у неё легкую улыбку. Тиффани откинулась на спину и устремила взгляд в небо, позволяя волнам медленно покачивать ее тело. Ум девушки всё ещё блуждал между мыслями о Кристиане и крошечном крабе, который, казалось, был воплощением природы в своей чистой и незыблемой форме.

Тиффани, находясь с другой стороны пирса, украдкой наблюдала за оставшейся неподалеку Розой. Та, казалось, что-то искала в воде: трогала камни, рассматривала их, набирала в ладони морскую воду. Как завороженная, она то вглядывалась вдаль, то застывала на месте. На лице ее читалось отчаяние и какая-то еще нераспознаваемая эмоция, то ли раздражение, то ли страх.

– Что-то потеряли? – спросила Тиффани, не удержавшись.

Роза вскрикнула от неожиданности, пошатнулась и чуть не хлебнула воды.

– Простите, я не хотела вас напугать, – извинилась Тиффани, чувствуя вину.

– Всё в порядке. Я просто люблю море, – ответила Роза, смущённо опустив глаза.

Было в этом ответе что-то абсурдное и по-детски наивное. Тиффани показалось, что бедняжка может быть не вполне здорова.

Тиффани впервые поймала себя на мысли, что не была на море уже более пяти лет. Работа в Нью-Йорке настолько поглотила её, что весь остальной внешний мир сузился до размеров её рабочего телефона. Несмотря на это, именно трудолюбие и терпение позволяло сейчас девушке с шиком проводить время на волшебном курорте, о котором она могла только мечтать пару лет назад.

Она лежала спиной на воде и всматривалась в бескрайнее голубое безоблачное небо. Тихие волны убаюкивали её расслабленное тело. Где-то над головой сновали с криками чайки и ещё какие-то неведомые маленькие птички, которые сбивались в стайки и пронзительно щебетали, проносясь над водой. Вдали слышался плеск волн о берег. Откуда-то долетали благоухающие ароматы свежих местных цветов и трав. “Вот так бы остановить это мгновение и остаться в нём навсегда”, – мечтательно задумалась Тиффани. За все годы напряженной работы в офисе в крупном городе она уже и забыла, каково это, слиться с природой и дать себе полностью отключиться. Перезагрузка была необходима, и девушка была полна решимости её себе устроить.

Тиффани поднялась по железной лестнице обратно на пирс, вытерла волосы и, довольная, направилась вдоль берега к отелю. Её ноги приятно ощущали прохладный песок, а солнце согревало плечи. Она наслаждалась этой прогулкой, пока не подошла к скрытой кустами камыша бухте. Здесь её слух привлекли голоса.

Осторожно подойдя ближе, Тиффани увидела лодку, в которой сидели Мари и её муж. Женщина держалась за бортик, её плечи подрагивали, будто она не могла справиться с истерикой.

– Ты должен мне поверить, я не виновата! – воскликнула Мари, её голос дрожал.

Мужчина нахмурился, смотря на неё с усталостью. – Я прошу тебя оставить эту тему, – сказал он спокойно, но твёрдо.

– Но ты не понимаешь, как это важно! Ты думаешь, я бы пошла на такое, если бы у меня был выбор? – Мари сжала кулаки, её лицо было напряжённым.

Мужчина вздохнул, отвернувшись к горизонту.

– Сейчас не время для выяснений. Мы поговорим позже, – в его тоне и взгляде чувствовалась сталь.

Тиффани почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Ей было неловко за то, что она по своей воле остановилась и из любопытства подслушала чужой разговор. Она тихо отошла от кустов, стараясь не издавать шума, и направилась к отелю, чувствуя, что стала свидетелем чего-то важного.

Глава 4

Вечером Тиффани и Элизабет отправились в центр города. Улицы маленького французского городка светились от вечерних огней, а витрины магазинов манили своей утончённостью. Они заглянули в небольшой бутик, где Элизабет сразу приметила платье цвета утреннего неба, идеально подчеркивающее её светлые волосы. Тиффани же выбрала элегантное чёрное платье с глубоким вырезом на спине, простое, но изысканное. Пока они рассматривали покупки, Тиффани вспомнила свои студенческие годы. Тогда у них с Элизабет тоже были такие вечера – полные смеха, разговоров о мечтах и, конечно, покупок.

– Помнишь, как мы однажды скупили целую витрину распродажи? – смеясь, сказала Элизабет.

– Как можно забыть? Я до сих пор помню те ужасные туфли, – ответила Тиффани, подхватывая смех.

В те дни подруги собирались покорить одногруппников своими образами на общей вечеринке. Старосты нескольких групп организовали совместный вечер для всех факультетов. Тиффани тогда очень нравился юноша с математического отделения, у него были вечно взъерошенные чёрные волос и безумный взгляд, он был полностью поглощён наукой. Тиффани решила сделать ход конём, купила золотистые туфли с открытым носом на высоченном каблуке и пошла в них на вечеринку. Весь вечер она демонстративно вышагивала мимо своего объекта обожания, юноша же не проявлял к ней никакого внимания. Зато, когда под конец вечера Тиффани уже буквально валилась с ног из-за жутко неудобной обуви, её вызвался подвести одногруппник, от которого она потом не могла отделаться весь семестр. Впрочем, времена в любом случае оставались памятными, и Тиффани с Элизабет навсегда сохранят о них тёплые воспоминания.

Вернувшись в отель, девушки направились в ресторан, где ужинали гости отеля. На столах уже были расставлены блюда из местных морепродуктов. Тиффани, никогда прежде не пробовавшая устриц, с некоторой неуверенностью попробовала одну из них. Вкус оказался неожиданно приятным, и она с восторгом отметила про себя, что это самые вкусные морепродукты, которые она когда-либо ела.

– Тебе понравилось? – спросила Элизабет.

– Это удивительно, – ответила Тиффани. – Никогда не думала, что полюблю устрицы.

Во время ужина Тиффани заметила, что за соседними столиками не было рыжеволосой красавицы Мари. Эта мысль вызвала у неё неожиданную грусть. Её впечатлила внешность и манеры этой женщины, и Тиффани стало жаль, что, возможно, она больше её не увидит.

На следующее утро Тиффани разбудил стук в дверь. Спросонья она не сразу поняла, что находится в отеле во Франции, а не в Нью-Йорке. Как выяснилось, всех жильцов отеля попросили оставаться на своих этажах. Об этом Тиффани взволнованным голосом сообщил запыхавшийся администратор.

Тиффани поначалу и не думала волноваться. Ей сразу подумалось, что, вероятно, на этажах проводится дезинфекция или что-то в подобном духе, и через максимум пару часов она уже будет нежиться на пляже. Элизабет незамедлительно пришла к Тиффани в номер, её лицо было серьёзным.

– Говорят, что произошло убийство, – шепотом сказала она и присела на кровать.

Тиффани ахнула. Они с Элизабет долго обсуждали случившееся, перебирая в голове возможных подозреваемых. Кто мог быть жертвой? Что произошло?

Через некоторое время раздался звонок в дверь. Тиффани пригласили на допрос. Она пошла в импровизированный кабинет инспектора, чувствуя, как её сердце стучит сильнее обычного. В коридоре она ощущала каждое своё движение, словно шаги становились тяжелее. В голове роились догадки, а воспоминания о последних днях складывались в несвязные картины.

В качестве кабинета был выбран один из номеров отеля. Уже в прихожей Тиффани заметила, как тщательно всё было организовано. Дорогая деревянная банкетка с резными ножками стояла у стены, а над ней висело большое зеркало в позолоченной раме. Канделябры с зажжёнными свечами добавляли мягкого света, играя бликами на зеркале и отполированном паркете. На стенах висели картины с морскими пейзажами, а в углу стоял небольшой столик с графином воды и несколькими стаканами.

Тиффани чувствовала себя неуютно в этой обстановке. Её взгляд бегал по комнате, подмечая детали: складки на шторах, отблеск свечей, тихий шорох бумаги на столе инспектора. Её сердце заколотилось ещё сильнее, когда она наконец увидела сидящего за столом человека.

Перед ней был высокий, голубоглазый мужчина с густыми светлыми волосами.

– Люк! – воскликнула она, не сдержав удивления.

Инспектор поднял глаза, и в его взгляде промелькнуло смешанное чувство удивления и профессиональной сдержанности.

– Тиффани? – его голос прозвучал спокойно, но она уловила нотку замешательства.

Этот момент немного смягчил напряжение, но Тиффани не могла не задаваться вопросами. Почему он здесь? Что произошло? Люк был старым знакомым, но ситуация, в которой они оказались, казалась странной и неуместной.

Она села на предложенный стул, стараясь сохранять спокойствие. Её ладони слегка дрожали, и она спрятала их на коленях. Её мысли беспорядочно метались, создавая тревожный вихрь из вопросов без ответов.

– Расскажи мне о последних нескольких днях, Тиффани, – мягко начал Люк, склонившись чуть ближе к ней. На его лице появилось выражение, которое она не могла толком понять – смесь дружелюбия и настороженности.

– Последних дней? – переспросила она, стараясь не выдать своей растерянности. – Всё было довольно спокойно. Мы с Элизабет только приехали, наслаждаемся отдыхом.

Она пыталась вспомнить всё, что могло быть значимым, но голова отказывалась выдать что-то конкретное. Между тем в её сознании всплывали обрывки воспоминаний о рыжей женщине Мари, её загадочном поведении за ужином, а также утренней прогулке по пляжу, когда она почувствовала, как за нею наблюдают.

Люк внимательно слушал её, иногда записывая что-то в блокнот. В комнате стояла почти звенящая тишина, нарушаемая только звуком пера на бумаге и слабым потрескиванием свечей в канделябре. От этой обстановки Тиффани становилось ещё более неуютно.

– Был ли кто-то, кто привлёк твоё внимание, показался тебе странным или выделялся из остальных? – задал следующий вопрос Люк, отрывая взгляд от своих записей.

Тиффани задумалась. Образ Мари вновь всплыл в её сознании, но она не была уверена, стоит ли упоминать её имя. "А вдруг это просто совпадение?" – мелькнула у неё мысль, но, чувствуя проницательный взгляд Люка, она решила не скрывать своих наблюдений.

– Возможно… – начала она, немного колеблясь. – Была одна женщина, рыжеволосая. Она вела себя довольно необычно за ужином, но я не думаю, что это имеет отношение к тому, что произошло.

Люк кивнул, продолжая внимательно смотреть на неё. Тиффани чувствовала, как напряжение в комнате возрастает, словно невидимая пружина медленно сжималась вокруг неё.

– Кого убили? – спросила она, наконец решившись задать вопрос, который сжигал её изнутри.

Люк немного помедлил, прежде чем ответить.

– Похоже, это была та самая рыжеволосая женщина, Мари, – его голос прозвучал спокойно.

Тиффани вздрогнула. Её мысли закружились ещё быстрее, а в груди поднялось странное чувство тоски и страха. Почему именно она? Как это могло произойти? В голове возникли образы их встреч и коротких разговоров, которые теперь казались словно из другого мира.

Глава 5

Люк сидел за столом, его глаза внимательно изучали Тиффани. Её сердце заколотилось, когда она вспомнила их первое знакомство. Ей было всего восемнадцать, а Люку шестнадцать, когда Элизабет, её подруга, решила познакомить их во время летних каникул. Тогда Элизабет, коренная француженка, пригласила Тиффани провести лето на побережье. Люк, сын соседа семьи Элизабет, оказался весёлым и настойчивым юношей, который сразу начал оказывать Тиффани знаки внимания. Однако его попытки впечатлить её ни к чему не привели. Она лишь улыбалась, видя, как юноша старается выглядеть взрослым и уверенным.

Люк проявлял чудеса изобретательности, лишь бы Тиффани лишний раз обратила на него внимание. Он приносил девушках свежевыловленную рыбу, показывал неизвестные никому уголки города, даже покатал Тиффани на старенькой Веспе. Как результат стараний Люк получил лишь неуверенный поцелуй в щеку, которым обычно одаривают младших братьев своих подруг. Что тут скажешь, сердце юноши тогда оказалось безнадежно разбито.

Теперь же перед Тиффани сидел совсем другой Люк. Высокий, голубоглазый блондин, одетый в строгий костюм, сдержанный и уверенный в себе. Главный инспектор полиции этого небольшого французского городка. В его голосе звучала мягкая власть, а в каждом движении чувствовалась привычка контролировать свои эмоции.

– Знаешь, когда я услышала твоё имя, я не могла поверить, что это ты, – сказала Тиффани, с трудом удерживая свои эмоции под контролем.

Люк слегка улыбнулся, откинувшись на спинку стула.

– Время многое меняет. Я тоже был удивлён, когда увидел твоё имя в списке постояльцев, – ответил он. – Но вернёмся к делу. Ты сказала, что заметила эту женщину раньше?

– Да, – Тиффани кивнула, пытаясь собрать мысли. – Я вспомнила, как видела её в бухте с мужчиной. Я не знаю, был ли это её муж, но они разговаривали довольно напряжённо. Она… она выглядела напуганной.

Люк подался вперёд, его глаза сосредоточились на её лице.

– Можешь рассказать подробнее?

Тиффани задумалась, вспоминая ту сцену. Камыши, шёпот волн и её собственное любопытство. Она услышала их голоса, которые звучали резко, даже истерично. Мужчина говорил что-то, от чего женщина оправдывалась, почти кричала.

– Она сказала, что не виновата. А он… он пытался её успокоить, но выглядел больше раздражённым, чем сочувствующим, – рассказала Тиффани, её голос дрожал.

Люк медленно кивнул, записывая её слова в блокнот.

– Это важно, – тихо сказал он. – Такие детали могут помочь нам понять, что произошло.

Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь скрипом пера Люка. Тиффани не могла избавиться от странного ощущения, что все они оказались втянутыми в нечто большее, чем просто случайное убийство.

Глава 6

Как только дверь за Тиффани закрылась, Люк выдохнул, чувствуя, как напряжение начинает отпускать. Если бы Тиффани знала, что всю беседу у него сердце колотилось ещё сильнее, чем у неё, она бы изрядно удивилась. «Надо же, как удивительна жизнь, – подумал Люк. – Столкнуть меня снова с этой девушкой, в которую я был так безнадёжно влюблён, будучи мальчишкой».

Он отчётливо помнил их первую встречу. Элизабет, его одноклассница, познакомила их во время летних каникул. Тиффани тогда было восемнадцать, а ему всего шестнадцать. Но как только он увидел её голубые глаза, он потерял дар речи. Ему хотелось положить весь мир к её ногам, но что он мог предложить? Простой парень, да ещё и младше её. Люк тогда был совсем неопытным, никогда прежде ему не приходилось встречать таких красавиц и умниц, да ещё и с чудесным воспитанием. Он сразу заметил, что в Тиффани есть та самая изюминка, которую не описать словами, и которая тянула его к себе магнитом. Чего он только не пробовал, чтобы заслужить расположение новой знакомой. Рано утром он бегал на море, чтобы успеть наловить рыбу и удивить её гостью, для которой это было диковиной. Люк даже купил на все свои сбережения подержанную Веспу, на которой с ветерком катал Тиффани вдоль моря и по узким улочкам города. Он никогда не забудет, как крепко её руки стискивали его ребра от испуга. Ему было приятно чувствовать на себе ответственность за её жизнь и здоровье, раньше такие эмоции были ему незнакомы. Тем жарким далёким летом Люк дрожащими руками раз за разом затягивал и распускал ремешок на её шлеме безопасности, потому что она его об этом просила, ведь никогда прежде не каталась на роллере.

Теперь же перед ним сидела взрослая, уверенная в себе женщина, и Люк ощутил, что судьба подарила ему новый шанс. Однако всё усложнялось его нынешним положением. Как сблизиться с ней, не превысив должностные полномочия? Эти мысли тревожили его, но не оставляли времени на долгие размышления. Нужно было собраться с мыслями и продолжать расследование.

Следующим на допрос вошёл мужчина с усталым видом. Адам, муж погибшей Мари, выглядел ужасно. Его обычно крепкая, спортивная фигура казалась сломленной. Опущенные плечи, глубокие тени под глазами и помятая, хоть и дорогая, одежда говорили о тяжёлой ночи.

Если бы Люка попросили с первого взгляда определить, кем является стоящий перед ним мужчина, он бы ответил, что этот человек – спившийся игрок. Такое впечатление производил на него Адам, которого с трудом можно было бы записать в мужья известной актрисы. Да, мужчиной он от природы был видным, но то, как его образ жизни повлиял на внешний вид было ничем не скрыть.

– Садитесь, – сказал Люк, показывая на стул напротив.

Адам опустился на стул, устало потёр виски. Казалось, что его мучает головная боль.

– Как вам спалось этой ночью? – спросил Люк, откладывая ручку.

Адам поднял глаза, в которых читалась смесь гнева и отчаяния.

– Как вы думаете? Моя жена мертва.

Люк не дрогнул.

– Разве вы знали об этом ночью? Вы ведь утверждаете, что не спали в одном номере с женой. Можно узнать, почему?

Адам отвёл взгляд, его пальцы нервно барабанили по краю стола.

– Мы поссорились. Последние дни были… сложными. Я решил спать в фойе, чтобы не раздражать её.

– Из-за чего были эти ссоры? – уточнил Люк, делая пометку в блокноте.

Адам выдохнул, будто собираясь с мыслями.

– Вы женаты, инспектор? – вдруг спросил он, глядя Люку прямо в глаза.

– Нет, – сухо ответил Люк.

– Тогда вам нас не понять. У женщин вечно свои капризы, их настроение меняется, как ветер. Мужчинам с этим не сравниться, – с ноткой раздражения проговорил Адам.

Люк пропустил эту реплику мимо ушей.

– Вам известно, как именно убили вашу жену? – спросил он, меняя тон на более деловой.

Адам опустил глаза и тихо ответил:

– Я слышал, что её задушили.

– Верно. Её задушили её же шёлковым платком. На платке есть ваши отпечатки пальцев, – спокойно сказал Люк, наблюдая за реакцией собеседника.

Адам вскинул голову, его лицо исказилось от удивления.

– Конечно, есть! Я касался её одежды! Мы женаты семь лет. Вы обвиняете меня?

Люк выдержал паузу, затем спокойно ответил:

– Пока нет. Но вам стоит подумать о своём алиби. Пока что, как ни крути, вы – один из главных подозреваемых.

Люк отметил, как сильно Адам сжал челюсть от напряжения.

– Я не угрожаю, и только озвучиваю факты. На орудии преступления – ваши следы. Вероятность того, что вы находились вместе с жертвой этой ночью, – практически стопроцентная.

– А это ещё предстоит доказать, – ухмыльнулся Адам.

Люк поймал себя на мысли, что не может определиться, каким видится ему Адам: либо слишком самонадеянным, либо просто слишком глупым.

– Это всё на сегодня. Вы можете идти, – Люк встал из-за стола в знак прощания.

Адам встал, его движения были резкими, но ослабленными. Он бросил короткий взгляд на Люка, затем молча вышел из комнаты.

Люк остался один, задумчиво смотря на дверь. Сложно было сказать, лгал ли Адам или просто был напуган. Но что-то в его поведении казалось Люку неправильным. Адам казался не выспавшимся и уставшим, но разве настоящий преступник не старался бы скрыть следы бессонной ночи? Адам же абсолютно не скрывал своего подорванного состояния. Его одежда, волосы и обувь говорили о нём как о человеке, который уже длительное время находится в эмоциональном упадке. Значило ли это, что в их отношениях с женой уже давно намечались проблемы? Могло ли это послужить мотивом?

Люк открыл балкон и вышел на свежий воздух, чтобы прийти в себя после сложного разговора с подозреваемым. В лицо ему пахнул аромат моря и трав, который был знаком ему с раннего детства. Этот городок не был для него экзотической диковинкой, каковой он представлялся туристам. Для Люка это место традиционно ассоциировалось с домом и детством. Он молчаливо смотрел на горизонт и спокойно концентрировался на звуке своего дыхания, чтобы снова собраться с мыслями и продолжить расследование.

История становилась всё запутаннее, и он чувствовал, что настоящая истина скрыта гораздо глубже.

Глава 7

Следующей на допрос вошла Роза, сестра погибшей Мари. Девушка робкими шагами пересекла порог кабинета, и Люку показалось, будто перед ним стоит ребёнок или подросток. Маленькая, угловатая, с по-детски растрёпанными, жиденькими бесцветными волосами, Роза скорее напоминала бедную сироту, нежели дочь богатых богемных родителей и сестру местной кинозвезды.

Люк жестом предложил ей сесть. Роза осторожно опустилась на край стула, держа руки на коленях, словно защищаясь от чего-то невидимого.

– Как себя чувствуют ваши родители в связи с гибелью вашей сестры? – начал Люк, стараясь говорить мягко.

Роза подняла глаза, в которых промелькнула тень растерянности.

– Отец пошёл гулять вдоль берега, – тихо сказала она. – Он всегда так делает, когда нервничает. А мама… мама заперлась у себя в комнате. Никому не отвечает.

Люк отметил про себя странность в поведении отца, но не стал её комментировать.

– А каковы были ваши отношения с сестрой? – продолжил он.

Роза оживилась. Её голос стал более уверенным, и на лице появилась тень улыбки.

– Я восхищалась ею. Мари была великолепной актрисой! Я смотрела все её фильмы. Она всегда была доброй ко мне, брала меня с собой на кинопремьеры. Однажды я даже познакомилась с актёром, которого обожала с детства! Она была лучшей сестрой, которую можно представить.

Люк внимательно слушал, делая пометки в блокноте. Он не мог не заметить, насколько Роза не похожа на свою сестру. Ему пришла мысль, что она могла быть приёмной, и он сделал себе пометку проверить это позже. Более того, в её манере общения и поведении чувствовались признаки возможных интеллектуальных отклонений.

– Роза, простите мне этот вопрос, но он нужен для расследования. Каков ваш возраст?

– Мне двадцать пять лет.

Люк крайне удивился, но никак не выказал своих чувств. Он был уверен, что перед ним подросток. Люк не был уверен, что когда-то видел женщину двадцати пяти лет с таким детским телосложением. Дело было не только во внешности, но и в голосе, движениях. Слишком многое указывало на мнимую детскость.

– А как вы относитесь к мужу Мари? – задал Люк следующий вопрос.

Роза вдруг напряглась. Её левая рука невольно начала перебирать складки юбки, а левый глаз начал слегка дёргаться.

– Мы нормально общаемся, – ответила она после короткой паузы, опустив взгляд.

Люк выдержал молчание, наблюдая за её реакцией. Но Роза ничего не добавила.

– Как вы думаете, почему Адам не ночевал с вашей сестрой в эту ночь? – задал он вопрос, глядя прямо на неё.

Роза явно растерялась, её руки нервно сжались.

– Может, это связано с подругой семьи, – пробормотала она.

Люк приподнял бровь, сделав вид, что понимает, о чём идёт речь.

– Да, я тоже так думаю. Расскажите об этом подробнее.

Роза вздрогнула, её глаза расширились. Она осознала, что выдала информацию, которую, возможно, не стоило озвучивать.

– Ну… это… все уже знают, что у Адама был роман с Ким, подругой нашей семьи. Они давно путешествуют вместе…

Она вдруг замолкла, поняв, что сказала лишнего. Её лицо исказилось от ужаса.

– Я ничего не знала! Я ничего не говорила! Они накажут меня! – закричала Роза, её голос дрожал.

– Кто вас накажет, Розы? – Люк мысленно упрекнул себя за суровую интонацию.

Роза старалась взять себя в руки. На неё было жалко смотреть: руки дрожали, нижняя челюсть дергалась, будто бы девушка готова расплакаться.

– Семья. Наша семья, плохо выносить секреты из семьи, – тихо промолвила она.

Люк вышел из-за стола, быстро подошёл к Розе и мягко коснулся её плеча, стараясь успокоить.

– Всё хорошо, Роза. Вы очень помогаете мне в расследовании. Это важно. Спасибо, – сказал он, глядя ей прямо в глаза.

Роза замерла, её дыхание стало медленнее. Через несколько мгновений она тихо спросила:

– Вы найдёте того, кто сделал это с моей сестрой?

Люк кивнул, его голос звучал твёрдо:

– Да, обещаю.

Глава 8

Тиффани поправила локон волос, который упрямо падал на лицо, и взглянула на себя в зеркало. Её номер был освещён мягким светом бра, а за окном уже сгущались сумерки. Перед ней лежало несколько платьев, но взгляд снова и снова возвращался к изумрудному вечернему с открытой спиной. Ткань подчеркивала её фигуру, играя оттенками в свете лампы. Тиффани поймала себя на мысли, что выбирает его не просто так. Внутри что-то ёкнуло – она словно хотела произвести впечатление на Люка. От этого ей стало неловко.

Она вспомнила шестнадцатилетнего мальчишку, каким был Люк, когда они встретились впервые. Он был ниже её ростом, с робкой улыбкой, стеснялся заговорить. Его светлые волосы тогда были чуть длиннее, а взгляд ещё не имел той твёрдости, что сейчас. И теперь… Теперь перед ней стоял мужчина в форме, с широкими плечами и жилистой фигурой. Она тряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения, и решила не думать об этом.

Мужчины всегда обращали на неё внимание. Порою Тиффани уставала от назойливых взглядов и заискивающих улыбок. В большом городе, где она жила, сложно встретить по-настоящему достойного человека. Многие умеют красиво ухаживать и пускать пыль в глаза, ведь это так просто, когда есть работа в успешной фирме, которых в Нью-Йорке куча. Сотрудники крупных корпораций, начинающие и состоявшиеся бизнесмены – кто только ни пробовал завоевать сердце Тиффани. Ей всегда чего-то в них не хватало. Ни в ком она ещё не видела той безусловной искренности и честности, которая бы вызвала у неё доверие. По большей части все эти мужчины были одинаковы хороши собой и обеспечены, но не было среди них того, с кем стало бы легко полностью обнажить душу и просто быть собой. А играть роль неприступной интеллигентной красавицы она прекрасно умела и в одиночестве.

Дорога к кафе, где её ждали Элизабет и Люк, пролегала через аллею платанов. Высокие деревья раскинули свои кроны, создавая ощущение уединения. Сквозь ветви вдалеке проглядывало спокойное море, окрашенное закатным светом. Спустя долгое время Тиффани могла снова дышать полной грудью. Казалось, ей наконец удалось сбросить с плеч груз ответственности и неудавшихся отношений, всё это она мысленно оставила в большом городе. Тут же она оказалась лишь туристкой, молодой девушкой, любующейся морем и закатом. Не надо было следить за сотрудниками и показателями эффективности фирмы, можно было сосредоточиться на шуме волн и вкусе ароматной чашки кофе. Кстати кофе здесь делали отличный, намного лучше, чем в большинстве забегаловок Нью-Йорка.

Тиффани глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Она замечала, как мягкий ветер играл с подолом её платья, придавая ей уверенности в каждом шаге. Когда она подошла к кафе, её взгляд встретился с глазами Люка. Он смотрел на неё не отрываясь, его лицо казалось непроницаемым, но в этих голубых глазах было что-то, что рвало ей душу. Больше всего ей нравилось, что в его взгляде не было никакой оценочности, только сдержанность. Собравшись с мыслями, она улыбнулась и направилась к столику.

Элизабет уже сидела рядом с Люком и, как всегда, начала с шутки:

– Как приятно вот так собраться старым знакомым, не находите?

Тиффани села напротив и заметила на столе перед Люком увесистый блокнот. Элизабет, одетая в лёгкое платье с цветочным принтом, улыбалась, её взгляд был чуть лукавым, но глаза светились искренней радостью. Тиффани отметила, как её подруга с лёгкостью создаёт непринуждённую атмосферу, даже когда речь идёт о столь серьёзных вещах.

В студенческие годы именно благодаря Элизабет с подругами случались различные смешные, а иногда и нелепые истории. Она вечно становилась магнитом для приключений, за что Тиффани и была ей благодарна. Сама она в одиночку не решилась бы на те сумасбродства, на которые её толкала Элизабет с её неугомонным и лёгким нравом. Тиффани любила подругу за эту лёгкость и непринуждённость, ей никогда не нужно было ничего объяснять. С нею прекрасно можно прохохотать всю всю ночь напролёт, а на утро очутиться в гостях в каком-то новом городе. Элизабет подарила Тиффани незабываемые студенческие времена.

– Вы не перестаёте работать даже во время отдыха, – заметила Тиффани с лёгкой улыбкой, глядя на блокнот.

Люк ответил просто, но в его голосе слышалась скрытая усталость:

– Это непростое дело. Но знаете, я люблю свою работу. У меня уже есть некоторые догадки.

Элизабет оживилась, её глаза загорелись любопытством:

– И какие же?

Люк слегка усмехнулся, его лицо на мгновение стало мягче.

– Извините, но я не имею права делиться этим.

Разговор был прерван, когда под ноги Люка упало фото. Тиффани, не задумываясь, подняла его и взглянула. На снимке была девушка с короткой стрижкой – та самая, которую Тиффани видела с Кристианом в первый день. Её пальцы на мгновение задержались на крае фотографии, и она почувствовала лёгкое напряжение.

– Я видела эту женщину до убийства, – сказала Тиффани, передавая фото Люку.

Он оживился, его брови слегка приподнялись, а взгляд стал пристальнее.

– Где именно?

-– На берегу, в один из первых своих вечеров здесь. Она гуляла с неким Кристианом.

Тиффани задумалась, вспоминая. Она нахмурила брови, слегка кусая нижнюю губу. Наконец, она ответила:

– Не только на берегу с Кристианом. Я видела её в столовой, она разговаривала с Мари.

Люк нахмурился, его взгляд затуманился, как будто он прокручивал у себя в голове возможные варианты.

– Опишите её подробнее.

– Я не уверена… Но у меня было чувство, что она не из их круга. Она там не своя, – ответила Тиффани, стараясь подобрать точные слова.

Элизабет спросила, слегка наклонив голову:

– А она уже была на допросе?

Люк покачал головой, его пальцы нервно постучали по краю стола:

– Вызову её завтра.

После этого за столом повисла неловкая тишина. Элизабет улыбнулась лукаво, её глаза блеснули шутливым огоньком:

– Пожалуй, я засиделась. Пойду спать. Спокойной ночи!

Она быстро исчезла, оставив Тиффани и Люка наедине. Тиффани почувствовала, как её щёки слегка покраснели. Люк долго молчал, его лицо оставалось непроницаемым. Но вдруг он улыбнулся, его глаза заискрились мягкостью.

– Можно пригласить вас на прогулку вдоль моря? – спросил он, его голос звучал тихо, но уверенно.

Тиффани кивнула, её голос слегка дрогнул:

– Конечно.

Они шли вдоль берега, наслаждаясь тишиной. Вечер был прохладным, но не холодным, и лишь звук волн нарушал спокойствие. Тиффани украдкой смотрела на Люка. Его профиль в свете луны выглядел строгим, а между бровей залегла глубокая складка, свидетельствующая о напряжённой работе ума. Она заметила, как его плечи были слегка напряжены, но шаги оставались уверенными.

Тиффани не могла вспомнить ни одного знакомого, который бы напоминал ей Люка. Мужчины в Нью-Йорке старались казаться громче и лучше, чем они есть на самом деле. Из-за зашкаливающей конкуренции и вечной атмосферы соревнования люди часто выдавали себя не за тех, кем являются. На свиданиях каждый новый кавалер старался перещеголять прежнего в манерах и сладости речей, но с Люком всё было иначе. Он никого не играл, ничего из себя не строил. Было сразу видно, что он не стремится пустить пыль в глаза. Тиффани одернула себя и напомнила, что никакое у них вовсе не свидание, а обычная прогулка.

Она решилась первой начать разговор, её голос был мягким, но звучал чуть настороженно:

– Кто ваш главный подозреваемый?

Люк, не отрывая взгляда от моря, ответил, его голос был ровным, почти отстранённым:

– Думаю, я ещё не познакомился с убийцей. Вокруг семьи Мари слишком много случайных людей. Кого-то мог привлекать их капитал. А Мари была актрисой – возможно, это зависть или дело рук ненормального поклонника.

– А что вы думаете о её муже? – спросила Тиффани, глядя на него сбоку.

Люк посмотрел на неё, его глаза на мгновение смягчились:

– Он что-то скрывает. Его алиби не подтверждено, и в его поведении есть нечто неестественное.

Тиффани смутилась, поймав себя на том, что рассматривает Люка. Она заметила, как свет луны играл на его лице, подчеркивая резкость линий. Она решилась задать ещё один вопрос:

– Почему вы выбрали эту профессию?

Люк улыбнулся, уголки его губ слегка дрогнули:

– Меня всегда притягивали загадки.

Эта двусмысленность заставила Тиффани почувствовать лёгкое смущение. Она попыталась сменить тему, поймав мужчину на некоторой игривости и несерьезности, но Люк сам продолжил, его голос стал чуть мягче:

– Напротив, я отношусь к вам очень серьёзно.

Возникла пауза. Люк протянул ей руку, его взгляд был сосредоточенным и тёплым одновременно:

– Позвольте проводить вас до отеля. Уже поздно.

Тиффани приняла его руку, и они медленно пошли обратно, окружённые ночной тишиной и звуками моря. Её даже забавляло, что после допроса они перешли с "ты" на "вы".

Глава 9

На следующее утро в кабинет для допроса к Люку вошла та самая девушка, которую Тиффани опознала по фотографии. Как только она переступила порог, Люк ощутил, как атмосфера в комнате изменилась. От Ким, а именно так звали гостью, будто бы исходило неяркое свечение, какая-то искристость. Её походка была плавной, от бедра, каждое движение излучало уверенность и скрытую дерзость. На аккуратном лице в форме сердца застыла лёгкая ироничная улыбка, а взгляд был прямым и откровенно лукавым. Люк, будучи моложе, мог бы смутиться под её пристальным взором, но сейчас он сохранял профессиональную невозмутимость.

Ким остановилась у стола, вытянула из кармана юбки портсигар и, сделав театральное движение, предложила закурить. Её поза и жесты отличались эксцентричностью, весь её облик так и кричал о том, что ей нравится привлекать внимание и соблазнять.

– Здесь не курят, – сухо сказал Люк, сделав жест в сторону окна.

Ким усмехнулась, надув губы, словно ребёнок, которому запретили сладости, и состроила комичную гримасу. Её пальцы, длинные и изящные, легко крутили портсигар, словно играя с ним.

– Строго у вас, – протянула она, убирая портсигар. Её голос звучал спокойно, почти игриво.

Люк кивнул и сразу перешёл к делу:

– Какие отношения связывали вас с погибшей?

Ким, присев на стул и закинув ногу на ногу, слегка покачивала туфлей, словно это помогало ей сосредоточиться. Люк терпеливо переносил искусственно созданную гостьей паузу. Она будто бы проверяла своего нового знакомого инспектора на выдержку, пытаясь понять, с каким человеком ей предстоит иметь дело.

– Мы были подругами. Я относилась к Мари как к сестре, – её тон оставался ровным, почти равнодушным, что сразу бросилось Люку в глаза. Он сделал пометку в блокноте, незаметно разглядывая её лицо, на котором не было ни следа траура.

– Как вы познакомились? – продолжил он.

Ким чуть наклонила голову, задумчиво глядя в окно. За окном лёгкий утренний бриз играл с листвой деревьев, а серое небо грозило дождём. Природе было всё равно, что в отеле произошло жестокое убийство молодой женщины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.