# Репетитор для оторвы

Юлия Оайдер

Мия мечтает доказать маме, что уже самостоятельна, что может добиться успехов без чьей-либо помощи, но та не понимает ее и отказывается слушать, хотя дочь нуждается в поддержке. Мия почти отчаивается, когда на горизонте появляется навязанный мамой репетитор по физике, который полностью меняет ее жизнь.

«Репетитор для оторвы» – это книга о силе духа и о стремлении к мечтам. Главная героиня борется с разными трудностями, но никогда не оставляет свои мечты, она уверенно движется к ним. А если в жизни появляется человек, который готов поверить в тебя, то за спиной вырастают крылья, делающие тебя непобедимым.

© Оайдер Ю., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

> Альтернативная реальность, не столичный город областного значения, все места и события вымышлены и являются плодом воображения автора. Любые совпадения с реальными лицами случайны.

## Плейлист

The Offspring – You’re Gonna Go Far, Kid

Fitz and The Tantrums – HandClap

Titiyo – Come Along (Remastered)

Chase Atlantic – Slow down

Rob Thomas – Lonely no more

Melanie Martinez – Cake

Diplo feat. Faustix, Imanos & Kai – Revolution

BANNERS – Someone To You

Сергей Лазарев – «В самое сердце»

Platon & Joolay – Last Radio Edit

SATV Music – Can’t Stop Winning

CARAPACEE, SHENA? – «Мотыльки»

Dua Lipa – Physical

## Глава 1. Не хочу, не буду!

Мия

– Куда ты собралась?! – кричит мне в спину мама, пока я торопливо сбегаю вниз по лестнице. – Мия, вернись домой сейчас же! К тебе придет преподаватель, нельзя заставлять ждать!

– Встречу у подъезда, с хлебом-солью! – громко, с долей язвительности, отвечаю я, и мой голос эхом разносится по всему подъезду.

– Мия!

Игнорирую маму и выхожу из подъезда, вдыхая свежий весенний воздух, уже пропитанный ароматами цветения сирени. Не могу успокоиться, внутри все закипает от обиды, что меня просто поставили перед фактом, что именно сегодня к нам придет мой будущий репетитор! Она сделала это специально, чтобы я не соскочила с этого крючка!

Вообще, наши с мамой отношения похожи на американские горки, потому что мы не сходимся почти ни в одном вопросе, даже в самом простом. Например, недавно я захотела взять красивого пушистого рыжего кота, которого хозяева сдали в приют: она восприняла эту затею в штыки.

Да, тогда кота какой-то гад забрал раньше меня, и все равно не сложилось, но факт остается фактом!

Или еще пример: я хочу спокойно жить, а не скакать из города в город, – нет, она постоянно переезжает из-за страха, что отец нас найдет. Страх – враг любого человека, но у мамы доходит до абсурда, даже до трусости, я бы сказала. Она всю мою сознательную жизнь чего-то боится и не может предпринять решительных действий.

Ну и самый наглядный пример: я хочу найти себя и реализовать, я уверена, что где-то есть мое место, которое ждет именно меня, а она заставляет учиться и поступать в университет. Видите ли, без образования нет будущего! Да кто такое сказал?!

Тьфу!

Я люблю маму, это неоспоримо, но… Скорее всего, характер у меня жесткий, как у папаши, как бы мне ни хотелось быть на него не похожей.

Достаю из кармана телефон, потому что мне сейчас жизненно необходимо выговориться. Нахожу в контактах номер Дарины, подруги из родного города, и нажимаю кнопку вызова. Точнее сказать, Дарина когда-то была моим психологом, в один неприятный момент моей жизни, но сейчас мы дружим. После многочисленных переездов и попыток спрятаться от отца у меня не осталось никого, с кем бы я могла откровенно делиться личным. Да и вообще заводить новых друзей для меня проблема, с моим-то характером. Дарина старше меня, но не общается со мной свысока, поэтому сейчас она единственный мой друг, с которым можно неделями не общаться, а потом просто позвонить и выговориться.

– Привет! – радостно здоровается Дарина. – Ты так давно не звонила, что-то случилось?!

Да, тут мой косяк, чаще всего я звоню ей именно из-за проблем.

– Привет, все просто ужасно! – бурчу я, до сих пор стоя возле двери подъезда. – Мама сегодня пригласила репетитора! Даже не предупредила заранее, что именно сегодня, а просто…

– К тебе придет репетитор?! – удивленно восклицает подруга на другом конце трубки. – Но зачем, ты же нигде не учишься уже почти два года… Или ты мне что-то не рассказала? – Ее голос звучит даже чуточку обиженно.

– В том и дело! У мамы снова навязчивая идея отправить меня в университет, – качаю головой я. – Она считает, что без «вышки» мне ничего не светит в жизни!

Прислоняюсь спиной к двери подъезда и разглядываю подъезжающий черный автомобиль, из которого выходит высокий молодой мужчина. Он забирает с заднего сиденья сумку, останавливается и смотрит на часы, после чего направляется в мою сторону.

– В современном мире легко можно найти свое призвание и без диплома о высшем образовании, вообще-то, – бурчу себе под нос я. – Но нет, маме нужно, чтобы я поступила в универ и потратила уйму времени на лекции, зачеты и экзамены!

– Какого рода преподаватель придет? – интересуется Дарина.

– То ли математик, то ли физик, – фыркаю я и отступаю в сторону, чтобы не мешать мужчине подойти к домофону. – Вячеслав Оленьевич какой-то там. Сто процентов старикашка, по имени чувствуется!

Специально коверкаю отчество репетитора, чтобы сцедить негатив. Ну правда, почему я должна тратить свое драгоценное время на какого-то, пусть и очень умного, оленя?!

– Оленьевич? – прыскает со смеху подруга, и я тоже усмехаюсь.

– Ну вообще Олегович, но я зла и буду называть так, как захочу! – возмущенно произношу я.

– И что ты будешь делать? – спрашивает подруга. – Будешь заниматься и поступать?

– Я планирую только делать вид, что занимаюсь, а на самом деле буду искать себе работу, – отвечаю я. – Сегодня Оленьевич придет к нам домой, чтобы познакомиться и обговорить график, а дальнейшие занятия будут проходить в универе или где-то там, не знаю… И вот когда мамы не будет под боком, я сделаю все, чтобы он отказался со мной заниматься, уж поверь!

– Будешь саботировать? – смеется Дарина. – Это ты умеешь…

– Не то чтобы… – замолкаю и замираю.

Вдруг понимаю, что мужчина, стоящий рядом со мной, вовсе не звонит в домофон, а смотрит на меня в упор, и на лице его смесь растерянности и легкого шока.

– Вы, случайно, не Мия Иванова? – осторожно интересуется он.

– Я незнакомым дяденькам свое имя не называю, – отвечаю я, отступая еще на шаг от него.

Убираю телефон от уха и вопросительно приподнимаю брови, оценивая внешний вид мужчины. Одет опрятно, но просто: джинсы, кроссовки, футболка и легкая замшевая куртка нараспашку. Чуть вьющиеся русые волосы растрепались на ветру, а голубые глаза так и сверлят меня насквозь.

Маньяк или нет? Откуда мое имя знает? Неужели папаша и здесь нас нашел?!

Сердце ускоряет бег, но страх не успевает завладеть моим разумом, потому как мужчина представляется:

– Меня зовут Вячеслав Олегович. Кажется, я к вам.

## Глава 2. Хитрое сватовство

Вячеслав

Подъезжаю к дому и сверяю адрес – ошибки быть не может, я на месте. Район мне уже знаком, однажды я здесь бывал, когда подвозил хорошую знакомую, но только сейчас я здесь совсем по другой причине, не самой приятной и появившейся с подачи моей младшей сестры.

Тася – замечательный человек, душевный и отзывчивый, но есть у нее один маленький недостаток – ей только повод дай, и она найдет кому меня сосватать. Она рано вышла замуж, и для нее моя свобода воспринимается как нечто не очень-то здоровое. Именно поэтому сестренка знакомит меня с каждой одинокой подругой и устраивает «свидания вслепую».

Вот точно как сейчас.

Не так давно у Таси появилась новая подруга, и как только сестра узнала, что та одинока, ей сразу же понадобилось меня с ней познакомить, да не просто познакомить, а сделать это якобы случайно. У подруги, как оказалось, есть дочка, которой очень нужен репетитор по физике для поступления в университет. «Ах, какое совпадение, что мой брат преподаватель и у него есть образование по физике!» – наверняка именно так звучала реплика Таси во время разговора. А дальше сработали человеческий фактор и доверие к подруге.

Да, я мог отказаться, но, во-первых, работа не бесплатная, во-вторых, жизнь научила меня ценить и не обижать близких, делающих для тебя что-то от всей души. Солнце ведь не погаснет, если я схожу на пару свиданий или пообщаюсь с красивой женщиной по просьбе сестры.

Сегодня у меня занятие-знакомство, где я поделюсь планами, оглашу ценник на репетиторство и познакомлюсь с будущей студенткой и ее мамой. Все, что я знаю, так это то, что девочку зовут Мия, а маму – Ирина. Очень необычно, я бы сказал, нелепо сочетается имя Мия с фамилией Иванова, но какая ж мне разница, верно?

Выхожу из машины, забираю сумку с документами и, сверив время, направляюсь к нужному подъезду, где стоит и весьма экспрессивно разговаривает по телефону молодая брюнетка. Заметив меня, она отступает в сторону, но не прерывает разговор.

– То ли математик, то ли физик, Вячеслав Оленьевич какой-то там. Сто процентов старикашка, по имени чувствуется! – говорит она собеседнику.

Нужно быть глухим, чтобы не расслышать ее фразу и уж тем более не понять, что речь идет обо мне. Замираю и немного шокированно разглядываю девушку, ведь совсем не так я себе представлял свою подопечную. В моем воображении рисовалась примерная отличница в очках и с длинной русой косой, желающая заниматься и поступать учиться, а здесь… Как-то мне не очень рады, а это значит, что Тася чего-то недоговорила.

– Ну вообще Олегович, но я зла и буду называть так, как захочу! – возмущенно фыркает девушка. – Я планирую только делать вид, что занимаюсь, а на самом деле буду искать себе работу. Сегодня Оленьевич придет к нам домой, чтобы познакомиться и обговорить график, а дальнейшие занятия будут проходить в универе или где-то там, не знаю… И вот когда мамы не будет под боком, я сделаю все, чтобы он отказался со мной заниматься, уж поверь! Не то чтобы… – Неожиданно она замолкает и поднимает на меня взгляд.

– Вы, случайно, не Мия Иванова? – осторожно интересуюсь я. Не знаю зачем, все и так уже понятно.

– Я незнакомым дяденькам свое имя не называю, – огрызается девица и отступает подальше от меня. Сверлит недобрым взглядом, сканирует с ног до головы похлеще рентгена.

– Меня зовут Вячеслав Олегович, – иду ва-банк. – Кажется, я к вам.

Мия отбивает звонок и убирает телефон в карман, даже не попрощавшись с собеседником. В ее глазах явственно отражается агрессия в мой адрес, и даже легкая улыбка на губах не улучшает ситуации.

– Здравствуйте, – произносит она и кивает на табло домофона. – Звоните, не на слово же мне вам верить.

Демонстративно набираю номер квартиры, написанный сестрой в сообщении, – сорок два, – после чего нажимаю на кнопку вызова. Мия поджимает губы и с подозрением щурится, продолжая смотреть на меня.

– Вы слышали, да? – наклонив голову, спрашивает она.

– Что мне, мягко говоря, не рады? О да, – усмехаюсь я.

На ее лице ни тени стыда, лишь легкое удивление и недовольство. Я бывал в неловких ситуациях, но чтоб в таких – первый раз.

– Я слушаю, кто там? – из домофона доносится приятный женский голос с нотками волнения.

– Мам, мы! – громко отвечает Мия.

Мы? Поганой метлой не гонят, уже хорошо.

После звукового сигнала я открываю дверь и, придерживая ее, пропускаю Мию первой. Она молча проходит в подъезд и начинает подниматься по лестнице, всем видом показывая, что разговора, как и извинений, мне можно не ждать.

– Может быть, я просто уйду, раз не очень-то вам и нужен оказался? – с долей надежды интересуюсь я, вышагивая следом за ней.

– Вас наняла мама, а не я, – говорит Мия, чуть повернув ко мне голову.

– Меня еще никто и никуда не нанимал, – отвечаю я, непроизвольно разглядывая смеющийся смайл на заднем кармане ее шортов.

Вселенная сейчас так же надо мной ржет, наверное.

Поднимаемся на третий этаж, где нас уже встречает, по всей видимости, мать Мии. Симпатичная стройная блондинка, здесь сестра точно не соврала про подругу. Распахнув дверь квартиры, женщина стоит на лестничной площадке в плюшевых тапках и нервно кусает нижнюю губу, глядя то на меня, то на дочь.

– Здравствуйте! – остановив взор на мне, говорит она, лучезарно улыбаясь. – Я мама Мии, мне вас посоветовала подруга…

– По совместительству моя сестра, – улыбаюсь в ответ и останавливаюсь напротив, в то время как Мия обходит мать и скрывается в квартире. – Вячеслав Олегович Райский, к вашим услугам.

– Ирина Владимировна, – немного растерявшись, представляется женщина, – Иванова. Проходите, пожалуйста!

– Очень приятно познакомиться, – киваю я и следую за хозяйкой квартиры внутрь.

– Проходите, пожалуйста, на кухню, там чайник вскипел. Вы пьете черный или зеленый? – говорит она и указывает мне в сторону кухни. – А может быть, кофе?

– Спасибо, не стоит, давайте просто поговорим о занятиях, – пытаюсь тактично отказать я.

– Мы, конечно же, поговорим, иначе зачем вы здесь? – улыбается Ирина.

Буквально пять минут назад, стоя у подъезда, я задавал себе такой же вопрос.

Прохожу на кухню и почему-то не наблюдаю там Мии. Уже начинаю думать, что разговор будет вестись только с Ириной, но она ставит на стол три чашки, развеивая мои надежды.

– Скажите, а вы раньше занимались репетиторством? – спрашивает Ирина.

– Да, как у школьников, так и у абитуриентов, – с гордостью отвечаю я и сажусь на предложенный стул. – Как давно ваша дочь окончила школу, с какими оценками и баллами и куда планирует поступать, если ей нужна физика?

Ирина выглядывает в коридор квартиры, словно выискивая дочь взглядом, и понижает голос до шепота:

– Понимаете, конкретно Мия поступать никуда не планирует, все это моя материнская инициатива. Она окончила школу уже почти два года назад, первое поступление она пропустила из-за нашего переезда и семейных проблем, а потом стала грезить всякими спортивными штучками, скейтбордом своим… Бегает по всяким кастингам, смотрам, соревнованиям… Я хочу, чтобы она пусть даже на факультете физкультуры, но отучилась. Я не потяну платное обучение, а в здешнем вузе со знаниями Мии только один факультет и специальность нам могут подойти по проходному баллу – «специальная физкультура для людей с ограниченными возможностями». Но тут, помимо вступительных спортивных испытаний, нужно получить суммарный балл из четырех предметов: русский язык, математика, биология и на выбор физика или химия. Биологию, русский язык и математику она сдала на удовлетворительные баллы и даже сможет пересдать еще раз, я уверена. А вот по химии у Мии все совсем плохо, хотя по физике даже четверки в школе были. Поэтому я надеюсь, что она сдаст физику и мы пройдем по суммарному баллу на бюджет.

– Я вас понял, – хмыкаю я.

Картинка после услышанного рисуется не самая красивая. Мать хочет, чтобы дочь поступила в институт, а у той явно свои планы. А я теперь попался, словно меж двух огней.

Ну спасибо тебе, Тася.

## Глава 3. Новый план

Мия

Захлопываю дверь в свою комнату и сажусь на пол, прислонившись к стене спиной. Отчетливо слышу, как мама любезничает с непрошеным репетитором, и аж тошнота к горлу подкатывает.

Она знала, что меня надо предупреждать. Знала. Знала! Но все равно не предупредила, сделала это специально!

Все внутри дрожит, и нервы на пределе – ненавижу, когда все идет не по моему плану, а уж когда свой план приходится перестраивать под ситуацию, так вообще караул! Достаю из кармана телефон, рукавом протираю раздражающие отпечатки на экране и открываю календарь, где с прошлой недели уже стоят метки-напоминания о дальнейших планах.

Среда: рампа[1], групповая тренировка в скейт-парке. Отработать перила!

Четверг: киностудия, пробы на трюкача в фильм про трейсеров[2]. Если не пройду – узнать, где еще нужны трюкачи.

Пятница: соревнования у парней со скейт-парка, где будет представитель из спортивной федерации. Узнать условия для спортсменов!

После пятницы мое многомесячное расписание заканчивается, просто потому, что дальнейшее будущее зависит от результатов этой недели. Как же хочется куда-то пройти, что-то выиграть, чтобы мама увидела – я чего-то стою, а не просто так дурью маюсь!

После завершения школы мы с мамой сбежали и начали переезды, а экзамены я почти все завалила к тому времени.

Нам было просто не до этого.

Наша жизнь с отцом походила на историю из какого-нибудь шоу «Они разговаривают» или «Женщины-мужчины». Затем была долгая череда скитаний, но после прибытия в этот город прошло уже больше года, и, как ни странно, здесь нам удалось осесть подольше. Сначала мне казалось, что это хорошо, но, как только мама начала говорить о поступлении в университет, мое мнение изменилось. Для мамы существует неоспоримый стереотип: высшее образование – прямая дорога в светлое будущее. Для меня же существует другой стереотип: путь в светлое будущее выкладываем мы сами, пусть даже и извилистый.

Летом мама настаивает на подаче документов в вуз на факультет физической культуры, а здесь, как назло, физика! Я понимаю, что сидеть на ее шее вечно я не могу, но мне бы еще чуть-чуть времени, и все задуманное получится! Я уверена, что меня возьмут хоть куда-то!

В дверь раздаются тактичный стук и доброжелательный голос мамы:

– Мия, подойди к нам, пожалуйста, на кухню.

Продолжаю сидеть на полу, глядя в стену, где развешаны плакаты со спортсменами и постеры из любимых фильмов. И почему я не героиня фильма? Там у них все так слаженно и гладко получается: череда счастливых совпадений, неожиданных знакомств и встреч… Бац! И вот уже они звезды, любимцы народа!

– Мия, пожалуйста. – Мама снова стучит в дверь. – Ты ставишь меня в неловкое положение…

– А ты меня нет? – усмехаюсь я.

– Мия, прошу… Я же знаю, что знай ты заранее – сбежала бы, – вздыхает она.

Да, сбежала бы. Нашла бы причину, чтобы в этот день не присутствовать дома и быть вне зоны доступа.

Повторюсь: я люблю маму, уважаю и благодарна ей за то, что она для меня делает, но эта ситуация…

Все же мне удается перебороть внутреннее недовольство: встаю и открываю дверь. Встречаюсь с благодарным взглядом мамы и иду за ней следом на кухню.

За столом сидит «господин репетитор», неторопливо помешивая ложкой чай. На его месте я бы отказалась со мной заниматься, особенно после услышанного. Это же ужасно – знать, что человек тебя ненавидит, а все равно с ним общаться! Но либо он не такой параноик, как я, либо ему слишком хорошо платят.

Сажусь напротив него и придвигаю к себе чашку с чаем, репетитор с интересом разглядывает мое лицо и вопросительно приподнимает брови, как только наши взгляды встречаются.

Чего-то ждет? Не извинений ли?

– Мия, я уже говорила, что Вячеслав Олегович – преподаватель из университета и мне его порекомендовала хорошая подруга, – начинает говорить мама и садится рядом с ним. – Поскольку мы решили, что попытаемся поступить на факультет физкультуры в этом городе, нам просто необходимо подтянуть твои знания. И… как вы сказали? – Мама поворачивается к Оленьевичу.

– Перед началом занятий мне необходимо узнать общий уровень знаний вашей дочери, – отвечает он, – чтобы составить подходящий план и работать исключительно на заполнение пробелов. Я планировал сейчас дать Мии небольшой тест, включающий в себя основные положения экзаменационных работ. Согласится ли она пройти его? – Оленьевич улыбается и смотрит на меня.

Улыбка у него такая искренне любезная и добрая, любая бы улыбнулась в ответ, вот как моя мама сейчас расплылась, но это обращение: «Согласится ли она пройти его» – намеренно сказано так, словно меня здесь нет. Или он таким образом делает акцент на том, что я здесь ничего не решаю?

– Мы же сейчас сможем пройти небольшой тест? – обращается ко мне мама и нервно заправляет за ухо прядь волос.

– От моего ответа что-то зависит? – спрашиваю я и тянусь к сахарнице. Снимаю крышку и насыпаю себе в чай две ложки с горкой, после чего возвращаю крышку на место, повернув ее так, чтобы рисунок на ней совпал с рисунком на самой емкости.

– Давай хотя бы попробуем, – просит мама. – Если Вячеслав Олегович скажет, что мы безнадежны, то мы пересмотрим свои планы.

Попробуем, пересмотрим, мы…

Каждый раз, когда мама боится меня обидеть и намекнуть на отсутствие у меня каких-либо знаний, она вместо «попробуешь», «у тебя» и «ты» использует это абстрактное «мы» или «у нас». Эти попытки сгладить углы очень похвальны, но я же не пятилетний ребенок и прекрасно понимаю, что она хотела сказать на самом деле.

Пересмотрим планы, говоришь? А что, это идея.

– Да, давайте я попробую решить тест, – смотрю на репетитора и невинно улыбаюсь.

– Отлично, – кивает он с выражением лица, диаметрально противоположным его «отлично».

Оленьевич выходит из-за стола и направляется в прихожую, где оставил сумку, достает из нее какие-то листы и вновь возвращается на кухню. Вот видно же, что ему здесь находиться совсем не в радость, но зачем тогда себя мучить?! И меня за компанию…

– Вот здесь базовые вопросы и задачи с вариантами ответа, где просто нужно выбрать один верный, – говорит он и кладет листы рядом со мной на стол. – Время на выполнение этого теста подразумевает двадцать минут.

– Я могу сделать его в своей комнате? – спрашиваю я и отпиваю чай из чашки.

Наши взгляды с Оленьевичем встречаются, и я замечаю в его голубых глазах странный блеск, ехидный такой, а затем он с уже знакомой мне добренькой улыбкой отвечает:

– Конечно, можете.

Ставлю чашку на стол и, захватив листы, ухожу к себе в комнату. А чего церемониться-то? Как мама сказала: «Если мы безнадежны, то мы пересмотрим свои планы»? Значит, нужно показать свою неисправимую безнадежность!

Я, конечно, могу нагуглить ответы на каждый вопрос, выставить себя умницей в физике и продемонстрировать маме, что репетитор мне не нужен, но она же знает мои школьные оценки и видела аттестат. Скачок с нарисованной учителем тройки до пятерки будет слишком сказочным, равно как и провал на перспективных вступительных. Поэтому куда логичнее завалить тест, чтобы этот Оленьевич испугался и не взял меня, глупенькую, заниматься, а мама пересмотрела свои желания относительно меня и вуза.

Приступим.

Сажусь за стол и выдвигаю ящик, где лежат уложенные по цветам рядами карандаши и ручки – это просто мой персональный эстетический кайф. Беру одну из ручек и читаю заголовок на выданных репетитором листах: «Контрольный входной тест по общей физике, первый курс».

Ничего себе! Он мне еще и задания для первокурсников втюхал?!

Замечаю, что листы на углу скреплены скобой степлера, и все бы ничего, но один из листов во время скрепления явно выехал из общей стопки и торчит дальше остальных.

Господи, как же это раздражает!

Стискиваю зубы и недовольно выдыхаю, пробегаюсь по текстам заданий взглядом и перелистываю страницы – почти пятьдесят вопросов, это очень много. Но какая ж разница, если мне ставить просто наугад, да?

Читаю первый вопрос: «Верно ли суждение: материальная точка обладает массой».

– Откуда я знаю? Ну пусть не обладает массой, – шиплю себе под нос и отмечаю вариант под буквой «б» – неверно.

Угол.

Бесит.

Качаю головой и читаю следующий вопрос, а взгляд так и цепляется за проклятый выехавший угол. Пытаюсь перебороть это дикое чувство, но у меня не выходит. Хватаю ножницы, отгибаю и вытаскиваю чертову скобу, после чего беру степлер, выровняв листы вместе идеально ровно и так, чтобы дырки в бумаге совпали, скрепляю их заново. Облегченно выдыхаю и убираю степлер на место.

Словно гора с плеч упала.

Беру ручку и начинаю заполнять тест. Медленно читаю каждый вопрос, и даже если знаю правильный ответ, то ставлю другой, гарантированно неверный. Периодически поглядываю на часы, чтобы уложиться ровно в двадцать минут, тем самым показав, что я старалась и думала, а не просто обводила буквы.

Когда заканчиваю с тестом, возвращаюсь на кухню и протягиваю Вячеславу Оленьевичу заполненные листы. Судя по их с мамой улыбкам – обсуждали они точно не меня и мою учебу.

– Я сделала, было очень сложно, – стараясь изобразить разочарование своими успехами, говорю я и сажусь на свое место. – Я больше половины вопросов попросту не знаю и видела их впервые.

– Сейчас сразу и проверим, – чуть улыбнувшись, говорит репетитор.

Тянется к сумке, достает из нее проверочный лист и ручку, после чего начинает проверять мою работу. Мама нервничает, по ней видно, что от переживаний она не знает, куда деть руки и чем их занять. Оленьевич же относительно спокоен, он изредка поднимает на меня взгляд, затем переводит его на маму и что-то зачеркивает в выполненном мной тесте. Очевидно, что он в шоке от моих «знаний» и сейчас придумывает, как потактичнее отказать моей маме и соскочить с репетиторства.

Оленьевич заканчивает проверку и складывает листы пополам. Криво складывает, черт возьми, меня даже передергивает. Перфекционизм – точно не про него!

– Ну что там? – первой не выдерживает мама, покручивая в руках чашку с остатками чая.

Репетитор вздыхает и поворачивается к ней, натянув на лицо доброжелательную улыбочку.

– Все слишком плохо? – спрашиваю я.

Блин! Уж слишком мой вопрос прозвучал радостно, нужно держать себя в руках!

Оленьевич поворачивается ко мне и ловит мой взгляд своим, в голубых гляделках плещутся сомнения и что-то еще, нечто яркое, будто бы заинтересованность.

– Нет, почему же, – усмехается он. – Есть над чем работать, но в целом результаты неплохие. Думаю, к поступлению как раз подтянем, и ваша дочь поступит без проблем, – говорит Оленьевич, обращаясь к маме.

– Неплохие результаты? – осторожно переспрашиваю я, и он переводит взгляд на меня.

– Более чем, – расплывается в улыбке Оленьевич. – Почти половина заданий выполнена верно, у вас есть потенциал.

Он сейчас угорает надо мной, да? Я готова поклясться, что там ни одного верно выполненного задания не было! Смотрю и пытаюсь понять, что с ним не так… Он мазохист?

– Я так рада! – восклицает мама и хватает меня за руку. – Слава богу!

– Спасибо вам за чай и приятную беседу, – говорит он маме и выходит из-за стола, направляется в прихожую, и мама выходит за ним следом. – Давайте встретимся в пятницу здесь же, чтобы согласовать дни занятий и определиться с местом, где вам будет удобно: дома или в университете после моих занятий.

– Да, прекрасно! – Мама просто сияет от восторга, в то время как я никак не могу сообразить… какого фига?!

У меня в голове как будто что-то закоротило, и я не могу понять логики происходящего. Зачем ему этот балласт?

– У вас есть кошка? – вдруг спрашивает Вячеслав Олегович, опустив взгляд на стоящий в углу мешок наполнителя и корма.

Мы с моими друзьями из приюта тогда уже были готовы к переезду пушистого рыжего кота ко мне домой, купили все необходимое, но, во-первых, мама устроила скандал, что у нее аллергия и боязнь микробов, а во-вторых, пока я уговаривала маму, какой-то засранец забрал этого кота, которого я уже зарезервировала за собой.

– Нет, Мия хотела взять котика из приюта, но что-то не получилось, – начинает оправдываться мама.

– Не «что-то не получилось», а кота какой-то гад забрал до меня, пока ты решала, брать его или не брать! – огрызаюсь я, прислонившись к стене.

Рассматриваю репетитора, и внутри все буквально закипает от недовольства. Вот упал же на мою голову!

– Прекрасно вас понимаю, – вновь обращается он к маме. – Что ж, до пятницы?

– Да? – поворачивается ко мне мама, но ответ мой ее точно не интересует. – Да!

– Я составлю план, и мы начнем продуктивную подготовку, не переживайте, – успокаивает Оленьевич.

План он составит… Мне тоже теперь требуется составить новый план!

– Очень интересный мужчина, – с улыбкой говорит мама, как только уходит репетитор.

– Вот сама с ним и занимайся, раз интересный, – закатив глаза, я направляюсь в свою комнату. – Чем тебе хочется, тем и занимайся…

Собираюсь захлопнуть дверь, но мама успевает ухватиться за ручку и придержать ее.

– Мия, пожалуйста, не будь такой категоричной! – говорит она.

– Я не категорична, я просто не понимаю, зачем мне тратить время на репетитора и универ, когда я могу искать работу там, где мне хочется, и без диплома! – возмущаюсь я.

– Даже если ты сейчас найдешь себе работу в сфере твоего хобби, то это… не работа это, Мия! – произносит мама. – Ты же не всю жизнь до старости будешь скакать, как стрекоза! С твоим видом увлечений нужен резервный вариант на далеко идущее будущее…

– А у тебя он был? – язвительно хмыкаю я. – У тебя самой был резервный план на будущее?

Мама нервно дергает головой и заправляет за ухо волосы, стыдливо отводит взгляд и закусывает нижнюю губу. Согласна, с моей стороны это был удар ниже пояса, но и явление репетитора без предупреждения тоже для меня нехилый пинок.

– Именно поэтому я и хочу, чтобы у тебя под ногами была почва. Чтобы ты не чувствовала себя бездомным котенком, чтобы ты не боялась возражать, высказывать мнение и могла уйти, если что-то тебя не устраивает, – говорит она.

Прекрасно понимаю, что она сейчас говорит о своих отношениях с отцом, проецирует на меня проблемы своей жизни и ошибки юности. Так много хочется ответить ей, но я молчу, лишь поджав губы. Мы и так потратили целую кучу времени на ругань из-за возможного поступления и моих увлечений, думаю, достаточно.

– Все? – приподнимаю брови я, глядя маме в глаза. – Я могу побыть наедине с собой?

– Вячеслав Олегович – очень хороший преподаватель, приятный человек и весьма благородный мужчина. Не обижай и не груби ему, пожалуйста, – просит мама. – Мне не хочется краснеть перед подругой, порекомендовавшей его. – Не дождавшись моего ответа, она выходит из комнаты.

Облегченно выдыхаю и сажусь на кровать.

Не обижай и не груби. Хороший и приятный. Благородный…

А вот, кажется, и зацепка для нового плана!

## Глава 4. В ожидании пятницы

Я хорошенько обдумываю план, стараясь выстроить все по полочкам, прокручиваю его в голове снова и снова, проигрывая, словно сценку по сценарию. В школе на информатике мы проходили блок-схемы, вот и у меня в голове сейчас что-то подобное воображается.

Когда наступит пятница, Оленьевич снова приедет к нам домой показывать выстроенный им план занятий, и я должна выглядеть в соответствии со своим планом, вот что важно.

Вариант первый: мама наверняка пригласит препода на чай, и я сяду напротив, а может быть, даже рядом. У меня не так много открытой одежды, но что-нибудь да найдется, чтобы привлечь его взгляд и внимание, в конце концов, голые ноги и короткая юбка во всех фильмах привлекали мужское внимание. А еще важно, чтобы мама заметила его взгляды. Если в ее голове появится беспокойство насчет «благородства» этого Оленьевича, она откажется от его услуг.

Конечно, найдет нового репетитора со временем, но с тем уже буду решать вопрос в частном порядке.

Вариант второй, самый благоприятный для успеха плана: если Оленьевич предложит в пятницу уже провести первое занятие, то мы должны отправиться в мою комнату, и… там он точно в проигравших. Либо я скажу маме, что он домогался, либо я пригрожу этим ему и попрошу отказаться заниматься со мной.

Промашки быть не должно. Все же есть плюсы в том, что мой репетитор мужчина, а не женщина!

Сегодня среда, и я уже несколько часов катаюсь со знакомыми ребятами на рампе, затем отрабатываю бордслайды[3] с перилами. Ненавижу этот трюк и уже заранее боюсь, потому как убила на нем уже три доски и несколько раз расшибала колени и локти. Все мне дается легко, сальто, перевороты, угловые разгоны, прокрутки, причем тот же фифти-фифти[4] на перилах я делаю отлично, а вот этот трюк не получается. Упрямство и желание достичь успеха гораздо сильнее той боли, что приносят падения, поэтому я пытаюсь снова и снова. Всего-то нужно мягко запрыгнуть на скейте на перила и проехаться, не теряя равновесия, а меня по инерции начинает кренить в сторону.

Вот она где, физика, нужна, а не все эти задачки и конспекты!

В очередной раз разгоняюсь и запрыгиваю на перила, чуть было не ломаю доску и падаю на бок, больно ударившись локтем.

– О, здорова, Ивашкина, – усмехается подошедший ко мне Дэнчик.

Узнаю его по кроссовкам, разрисованным разными тегами. Дэн – местный завсегдатай, мы с ним не сказать что друзья, потому как нигде, кроме клуба, не общаемся, но он хороший и отзывчивый. Кстати, это он отдал мне одну из своих досок, чтобы я продолжала кататься, ведь моя мама напрочь отказалась покупать мне новую даже в качестве подарка на праздники.

– А ты все постигаешь высоты? – протягивает мне руку и помогает встать.

– Я стараюсь. – Мы здороваемся, ударяясь кулаками друг с другом. Вздыхаю и потираю ушибленный локоть. – Скоро точно получится, я уже близка, лишь бы доску не сломать…

– Сама не сломайся, доску-то я новую куплю, – усмехается он и поправляет черную бейсболку.

Намеренно пропускаю мимо ушей явный намек на свою «ценность», потому что не хочу зацикливаться на мысли, что кому-то нравлюсь, не хочу допускать былых ошибок.

– В пятницу готов показать высший пилотаж? – перевожу тему я.

– Всегда готов, – усмехается Дэн. – Ты придешь смотреть?

– Конечно! Буду болеть за вас! А еще я хочу поговорить с представителем из федерации, хочу узнать условия и перспективы, – отвечаю я.

– Начало в шесть, не хочешь встретиться пораньше? – с надеждой в голосе спрашивает Дэн. – Прогуляться, поболтать… Ну так, по мелочи.

– У меня на первую половину дня пятницы уже есть планы, прости, – пожимаю плечами я и замечаю, как тухнет искра надежды в карих глазах Дэнчика.

Ничего особенного.

Не обращать внимания.

– Меня опередил кто-то из этих оболтусов? – пытается замять неловкость и кивает на остальных тренирующихся парней.

– Ты не поверишь, опередила мама, – нервно смеюсь я, – вызвала мне репетитора для подготовки к поступлению в универ. И придет он именно в пятницу.

– Погоди-ка, а ты что, школьница еще разве? – с опаской хмурится он. – Сколько тебе лет, напомни-ка?

– Не школьница! – возмущенно восклицаю я. – Мне уже двадцать вообще-то, но маме приспичило заставить меня учиться, – закатываю глаза и складываю руки на груди.

Как это, наверное, глупо звучит со стороны: двадцатилетнюю девицу мать заставляет учиться в вузе. Двадцатилетнюю! Не малолетку сразу после школы, а уже взрослого человека, блин! Но ведь им не объяснишь наших с мамой взаимоотношений, не посвятишь их в нашу ситуацию «взаимозависимости».

– Наплюй и пошли ее в задницу, – фыркает Дэн. – Твоя жизнь – твои правила!

– Не все так просто, – качаю головой я и поднимаю доску.

Считаю разговор законченным и направляюсь на исходную позицию, чтобы продолжаю мучить себя, доску и перила.

После череды неудачных приземлений я заканчиваю тренировку, потому что завтра мне нужно явиться на киностудию, чтобы проходить пробы для фильма про трейсеров. Не хотелось бы запороть отбор из-за вывиха или ушиба, мешающего выполнять трюк.

## Глава 5. Путь к славе простирается через…

Утро четверга встречает меня хлопком двери и щелчком замка: кажется, мама что-то говорила о своих планах с кем-то встретиться и показать свои эскизы сегодня. Она весь день и всю ночь сидела, что-то рисовала в своих листах, наверное, опять кому-то придумала странные костюмы или сценические платья.

Поскольку мамы нет дома, я могу спокойно встать, привести себя в порядок и выбрать, во что одеться на киностудию для проб без спешки. Я получила возможность попробоваться в массовку в один из будущих фильмов про трейсеров.

Но, что важно, не просто в массовку, а в качестве трюкача в одной из сцен!

Я могу и умею делать различные сальто и перевороты, меня не пугает высота, я очень ловкая прыгунья, особенно когда без скейтборда и перил, я способна показать все свои навыки. Лишь бы меня взяли, лишь бы дали шанс, и дальше я бы пробилась в еще какой-нибудь фильм, потом еще, и еще, и еще… А там, глядишь, и уже не фоном в кадре, а где-то поближе.

Во что одеться я, как ни странно, не задумываюсь: спортивные штаны и футболка, а вот с волосами долго мучаюсь. Логика подсказывает мне, что их лучше собрать в хвост, а вот чисто мое восприятие самой себя вопит во все горло, что с распущенными я выгляжу куда более привлекательно и представительно.

Логика все же побеждает, и я собираю волосы в высокий хвост тугой резинкой.

Сбрызгиваю волосы фиксирующим спреем и стараюсь пригладить торчащие пряди как можно сильнее, чтобы они не нервировали меня, если вдруг я увижу отражение в зеркале или стекле.

К нужному времени я иду на остановку и, пока жду транспорт, переписываюсь со Златой. С ней и ее парнем мы с мамой познакомились, когда переехали в этот район, наши квартиры находятся напротив друг друга. Мы подружились, но она работает и учится, поэтому встречаемся только по выходным, и то не всегда, потому что у них с мужем личная жизнь есть… В отличие от меня, у меня ни учебы, ни работы, ни личной жизни, но я близка к достижению одного из пунктов!

Добираюсь на киностудию, прохожу досмотр, не хуже, чем в аэропорту, и уже вижу целую очередь желающих попасть на пробы возле площадки с лестницей, напоминающей спуск в метро. Рядом стоит пробковая доска, на которой иголками прикреплена целая уйма листов с какой-то информацией.

Осматриваю участников кастинга: почти все в спортивной одежде, в основном – парни, но и девушки тоже есть.

Это хорошо, что девчонок мало, значит, у меня больше вероятность попасть в тот малый процент, который отведут на женское участие.

Все осматривают друг друга, но не общаются – конечно, мы же конкуренты. С кем-то из ребят даже пришли друзья, которые явно не будут участвовать в кастинге, судя по одежде.

– Итак, всем внимание! – К нам выходит высокий, чуть полноватый мужчина с папкой в руках. – Вы все – массовка. Вы все – фон. Если кто-то пришел сюда стать звездой телеэкрана и покрасоваться перед предками, то вам лучше развернуться и молча уйти.

Как сурово. Вот уж и правда без розовых очков.

– Вас разделили на группы по четыре человека, каждая группа будет проходить пробу отдельно, а дальше мы уже будем выбирать лучших участников в группе, – продолжает говорить мужчина. – Меня интересует не только то, что вы умеете, но и то, как можете импровизировать и взаимодействовать с посторонними людьми. Всем все ясно?

– Да, – как-то не очень уверенно отвечает часть толпы.

– Хорошо, вот список. – Мужчина прикрепляет один из листов к доске иголкой и отходит в сторону, где его ждут еще три работника киностудии, а может, и самого фильма.

Подхожу к доске и читаю написанные фамилии. Нас разделили на пять групп по четыре человека, в каждой из групп одна девушка и три парня. Со мной в группу попали не самой плохой наружности парни: спортивные, веселые, высокие. Имен я их не запомнила, да и они мое не спрашивали, по фамилиям распределились, и на этом точка.

Пока ждем дальнейших указаний, я стою позади одного из парней и замечаю тканевую бирку с наименованием размера и бренда, торчащую из-под горловины его футболки.

Блин.

Кончики пальцев начинает покалывать из-за острого желания протянуть руку и заправить бирку, но я держусь. Сжимаю кулаки и отвожу взгляд, чтобы не искушать нервы, которые и так рьяно требуют исправить дико нервирующую мелочь.

Дождавшись, пока все распределятся, мужчина громко оповещает:

– Группы, выстроиться по порядку, как в списке!

Мы по списку были в третьей группе, так что стоим на месте, а остальные обходят нас и выстраиваются.

– Итак, видите площадку, имитирующую спуск в метро? – все кивают. – Наш главный герой фильма – Арсений, знакомьтесь, актер, исполняющий его роль, – Петр Демьянов.

К мужчине, который так и не удосужился представиться, подходит молодой парень, до этого стоящий в стороне: на нем простые джинсы и футболка, его взгляд прячут зеркальные очки-авиаторы, а в зубах он пафосно зажимает зубочистку. Я не вижу всего лица актера, но почему-то сразу чувствуется, что он имеет высокое самомнение и его влияние на производство фильма и отбор массовки весьма большое.

– Здорово, молодежь, – усмехается актер и опускает голову так, чтобы осмотреть нас поверх очков. – Какие все прикольные… Особенно девчонки, – зубоскалит он.

Противный он, откровенно говоря, но мне с ним не общаться, не дружить, а просто быть красивым фоном, так что и потерпеть можно.

– Вы читали, о чем фильм, раз пришли на пробы. Итак, наш герой Арсений в самом начале фильма убегает от полиции по городу и, увидев кучку тусующихся возле метро трейсеров, пристраивается к ним, – говорит мужчина. – Ваша задача – встретить и провести Арсения вдоль площадки до самого спуска и дать ему слиться с вашей толпой, чтобы это смотрелось органично и красиво в кадре. Имейте в виду, что во время съемок здесь будет еще массовка, в том числе на лестнице.

– А есть конкретная траектория или что нужно делать? – спрашивает один из парней.

– Импровизируйте, – пожимает плечами мужчина. – Первая группа – готовимся, остальные – освободите площадку!

Стоим со стороны и наблюдаем за действием. Главный герой фильма в исполнении Петра снимает очки, выплевывает зубочистку и идет на край широкой съемочной площадки. К нему подходят двое других мужчин, как я понимаю – это будущие полицейские, которые будут участниками погони за героем.

Ребята из первой группы занимают позицию неподалеку от импровизированного входа в метро и начинают разминаться, крутить сальто от стены и как-то уж очень дружно общаться, смеяться.

Как люди так быстро входят в контакт друг с другом…

– Начинаем! – командует главный мужчина, собравший нас здесь.

И начинается «шоу»: ребята продолжают все так же непринужденно общаться, медленно продвигаясь к лестнице метро, а «Арсений» начинает побег от полицейских. Пробежав несколько метров, он останавливается возле первой группы, натягивает на лицо улыбку, хлопает кого-то из парней по плечу и подбадривающе что-то говорит, в то время как актеры-полицейские сбегают по лестнице вниз.

Судя по тому, что «стоп» никто не произнес, сцена еще не закончена.

Полицейские возвращаются и, заметив Арсения, вновь бросаются за ним в погоню. Первая группа ребят начинает бег вместе с ним, весьма ловко взбираясь на каменное ограждение спуска и перепрыгивая с одного на другое.

# Примечания

1

Рампа – это специальное сооружение для скейтеров и их тренировок. Бывают различной высоты и сложности.

2

Трейсеры – это люди, практикующие паркур. Паркур – это «искусство передвижения», как любят выражаться практикующие, но никак не спорт. Каскадеры не равно паркурщики, это два совершенно разных направления, имеющих разный смысл.

3

Бордслайд – проезд по перилам (рейлам) на середине скейтборд-доски. Важно, чтобы доска находилась перпендикулярно перилам. Трюк считается достаточно сложным и опасным, ведь во время прыжка можно не рассчитать, и она разломится. На маленькой высоте это не так страшно, а вот на рейлах выше метра может привести к серьезным травмам.

4

Фифти-фифти – скольжение по рейлам, когда труба рейла проходит между передней парой колес и задней парой колес, вес распределен равномерно, а скейт скользит вдоль перил, как поезд по рельсам.