Хроники выживальщиков
Сережа Брейняшин

© Сережа Брейняшин, 2025

ISBN 978-5-0065-2195-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Хроники выживальщиков

Эта книга простирается на несколько лет. Проект «Хроники выживальщиков» начался как смелая идея, зародившаяся в моей голове из желания стать кем-то большим, чем просто Сережа. Это то, ради чего я просыпался каждый день. Работа над ней началась задолго до того, как COVID-19 стал частью нашей реальности, во времена, когда небо могло быть зеленым, а трава – голубой, или наоборот. Большое спасибо всем, кто приобрел эту книгу, а также тем, кто получил ее в подарок. Надеюсь, она вам понравится! Приятного чтения!

Описание персонажей и существ.

Гарри – двадцатилетний молодой человек. Он высокий и подтянутый, с легко заметной спортивной фигурой. Его черные волосы, коротко подстриженные и немного растрепанные, придают ему вид невидимого загадочного героя. Эти волосы контрастируют с его светлой кожей, создавая эффект выразительности и хладнокровия.

Одет Гарри в черную джинсовую куртку, которая идеально сидит на его фигуре. Куртка сделана из плотного материала, который с годами лишь становится мягче, приобретая характерную изношенность и особый шарм. Она защищает от холода, но в то же время позволяет демонстрировать его стройную фигуру. Под курткой он носит черную футболку, которая обтягивает его мускулистый торс, и черные штаны.

Таня – двадцатилетняя девушка среднего роста. Она слегка полноватая, с женственной фигурой и большой грудью, которая придает ей мягкость и привлекательность. Ее черные длинные волосы ниспадают каскадом, обрамляя лицо и подчеркивая выразительные голубые глаза.

Таня носит белую толстовку, которая мягко облегает её фигуру, создавая уютный и непринужденный образ. Белый цвет одежды контрастирует с её темными волосами, что делает её образ особенно заметным и запоминающимся.

Её штаны, свободного кроя, дополняют повседневный стиль Тани, не стесняя её движений и позволяя ей чувствовать себя комфортно. Они подчеркивают её природную красоту и женственность, не акцентируя внимание на лишних деталях.

Таня излучает тепло и доброту, совмещая с холодным характером. Её внешность вызывает ощущение спокойствия и доверия. Она выглядит как человек, способный поддержать в трудную минуту, и её естественная привлекательность лишь усиливается её внутренней силой и уверенностью.

Ария – семнадцатилетняя девушка, чей внешний вид моментально приковывает к себе взгляды. Ростом она всего 155 сантиметров, с худым и стройным телом, которое говорит о природной грации и легкости.

Главная черта Арии, которая сразу запоминается, – её блондинистые волосы. Эти светлые пряди, мягко ниспадающие на плечи, словно солнечные лучи, подчёркивают её энергичную и живую натуру. Волосы блестят на солнце, создавая вокруг неё ауру тепла и света.

Она предпочитает комфортный и стильный наряд, который отражает её дух и чувство моды. На ней малиновая худи, которая свободно сидит на её стройной фигуре. Яркий цвет худи подчёркивает её индивидуальность и привносит в её образ нотку дерзости и веселья. Под худи – синие джинсы, идеально облегающие её худощавые ноги и подчеркивающие её спортивность и энергичность.

Единственная вредная привычка Арии – любовь к курению травки. Это увлечение придаёт её образу немного хулиганства, намекая на её стремление к свободе и независимости. Она не боится быть собой и открыто заявляет об этом миру.

Лара – девушка шестнадцати лет, со средней, но подчеркивающей её женственность фигурой. Она выделяется своими большими бедрами и грудью, что придаёт её облику мягкость и привлекательность. Её рыжие волосы, длинные и густые, словно огненный водопад, спускаются до самой талии, создавая вокруг неё ореол тепла и света. Этот яркий цвет волос контрастирует с её одеждой, придавая ей ещё больше выразительности.

Лара одета в синюю куртку, выполненную из плотного, но мягкого материала. Куртка подчёркивает её фигуру, идеально облегая талию и плечи. Застёгнутая на металлическую молнию, куртка украшена множеством карманов и металлическими кнопками, придающими её образу немного дерзости и динамики. Рукава чуть длинноваты, прикрывая запястья и согревая её в прохладную погоду.

На ногах у Лары надеты удобные синие штаны из прочной ткани, которые не только подчёркивают её стройные ноги, но и обеспечивают комфорт и свободу движений. Эти штаны идеально подходят для её активного образа жизни, ведь Лара всегда готова к новым приключениям и исследованиям.

Её лицо – настоящая ода юности и свежести. Светлая, чуть веснушчатая кожа кажется почти прозрачной, словно отражает внутренний свет. Большие зелёные глаза, как два изумруда, сверкают любопытством. Эти глаза могут выражать весь спектр эмоций – от радости и восторга до печали и задумчивости. Тонкие брови и длинные ресницы делают её взгляд ещё более выразительным.

Дэвид – восемнадцатилетний юноша, впечатляет своей физической формой и ростом, сравнимым с Гарри – высоким и мускулистым. Его телосложение говорит о часах, проведенных в спортзале, и о естественной силе, которая кажется врождённой. Мускулистый торс, широкие плечи и крепкие руки делают его заметным в любой компании.

Его короткие светлые волосы аккуратно подстрижены, подчеркивая строгий и ухоженный внешний вид.

Дэвид одет по сезону, его стиль прост, но элегантен, что идеально подходит для осенней погоды. На нём тёплый свитер темно-синего цвета, вязанный из мягкой шерсти. Свитер имеет высокий ворот, защищающий от прохладного ветра, и длинные рукава, которые заканчиваются на уровне запястий, аккуратно прикрывая руки.

На ногах у Дэвида черные джинсы, которые гармонично сочетаются с остальной одеждой.

Бабушка Мильдер – персонаж, олицетворяющий всю теплоту и уют, присущие бабушкиным образам. Её возраст, видимо, отразился на её внешности и манерах, но это не умоляет её внутренней силы и доброты.

Бабушка Мильдер одета в типичный бабушкин наряд, который мгновенно вызывает ассоциации с домашним уютом и заботой. На ней длинное, до колен, коричневое платье из мягкой шерсти, которое излучает тепло и комфорт. На голове у Бабушки Мильдер завязан платок, изысканно обёрнутый вокруг её головы, что добавляет её образу традиционности и завершённости.

Её ноги обуты в простые удобные туфли, которые идеально подходят для её ежедневных прогулок по дому.

Бабушка Мильдер излучает спокойствие и умиротворение. Её внешний вид – это воплощение заботы и любви, и она своим присутствием приносит уют и ощущение домашнего тепла. Её облик, столь прост и традиционен, говорит о глубоком уважении к семейным традициям и жизни, наполненной заботой о близких.

Генри – просто богатый негр.

Фленфьер – худощавый старик с седыми, почти серебристыми волосами, которые, несмотря на возраст, остаются густыми и жёсткими, как нити паутины. Его лицо испещрено морщинами, как древняя карта, вычерченная временем, а глаза, тускло горящие холодным светом, скрывают множество тайн и тёмных знаний. Он выглядит так, будто сам стал частью тени – его тело, несмотря на возраст, сохраняет силу, в его движениях проскальзывает ловкость, будто он всегда на грани какого-то злого замысла. Его кожа тусклая, с сероватым оттенком, как у человека, давно поглощённого магией, которая лишила его тепла и жизни. Он воплощение злой магии, и его волшебные силы поглощают свет, оставляя после себя лишь тёмные следы. Он не просто колдун, он – источник разрушений и страха. Его магия не имеет морали: её цели – уничтожение, манипуляции и принуждение. В его руках тёмные силы, которыми он управляет с безжалостной точностью, словно инструментом для расчленения реальности. Его слова – заклинания, которые вонзаются в душу, как ядовитые стрелы, сжигающие разум и волю.

Фленфьер может управлять тьмой, превращая её в оружие, или сковывать своих жертв магическим страхом, вызывая боль и отчаяние. Он никого не жалеет, в его душе давно нет места ни для каких эмоций, кроме гнева и мести. Его внешний вид – не что иное, как обман. Под этим хрупким, ветхим обликом скрывается могущество и злоба, которых достаточно, чтобы разрушить мир.

Он – старик с глазами, полными болезненного разума, который видел слишком много, слишком долго, чтобы теперь что-то остановить. Он – воплощение тирании, зла, которое было скрыто, но теперь выходит на поверхность, готовое поглотить всё на своём пути.

Рендегрин – существо, не похожее на обычного зомби. Его возраст остаётся загадкой, как и многое другое в его сущности. Он выглядит почти как человек, но каждый его элемент вызывает недоумение. Его кожа тёмно-зелёная, как будто покрыта слоями плесени или грибка, а глаза горят ярким, почти неестественным жёлтым светом, как у хищного животного. Эти глаза не просто светятся – они отражают что-то древнее и чуждое человечеству.

Особенность Рендегрина заключается в его ушах – они длинные и заострённые, как у эльфов, что придаёт ему неземной, мистический вид. Несмотря на свой зловещий внешний вид, он носит смокинг – идеально выглаженный, с белоснежной рубашкой и чёрным галстуком. Его наряд контрастирует с его нечеловеческим обликом, придавая ему странную аристократическую элегантность, как будто он – зловещий дворянин из мира мёртвых.

Начало

Глубокой ночью я проснулся от ужасных воплей, доносившихся с улицы. Звуки вертолетов, пролетающих мимо дома, смешивались с сиренами. Я поднялся с кровати и посмотрел в окно. То, что я увидел, сразу же отбило у меня сон. На асфальте были лужи крови, люди бежали от странных существ, издававших ужасные звуки. Они гонялись за людьми, рыча, вырывая из их плоти все, что могло считаться съедобным. Желтые глаза этих существ выглядели ужасающе, они были испещрены гнойными выделениями и червями. Я почувствовал, как ноги подкосились, и упал на кровать, не понимая, что происходит. Слезы наполнили мои глаза, и я услышал, как телефон зазвонил под подушкой. Я поспешил ответить, не разбирая, кто звонит.

– Алло, кто это? – спросил я, дрожа от страха.

– Гарри. Во имя всех святых, что происходит? Почему какие-то отморозки бегают по улице?!

Услышав голос, я сразу понял, что это моя девушка Таня.

– Таня, слава богу, что ты жива! Я не знаю, что происходит, но одно из этих существ сожрало кого-то. Пожалуйста, не выходи из дома, запри все окна и двери, я скоро приду за тобой. Ты меня услышала? – сказал я с тревогой в голосе.

– Да, я поняла, только поспе. – прервалась связь.

Я заблокировал телефон, лег на кровать и не мог осознать всего что происходит. Но я понимал, что мне нужно разобраться в этой ситуации.

Я встал с кровати, и начал собираться. В голове крутилось много вопросов: кто эти твари? Откуда они появились?

Я решил найти средства самозащиты, которые могли бы помочь мне. Я взял с собой рюкзак, телефон, портативную зарядку, батончики, бутылку воды, нож, аптечку, немного вещей и отцовский пистолет. Однако, проверив обойму, я понял, что патронов в нем не было. Я решил, что патроны должны быть в комнате отца. Открыв дверь, моя кровь застыла в жилах. Отец лежал мертвый, не подавая признаков жизни.

Я приблизился к искусанному телу моего отца, и слезы текли по моим щекам.

– Кто смог сделать это тебе, отец? – прошептал я, пребывая в неведении.

Я собрался с духом и отошел от его тела, начиная поиски патронов. Обыскал комнату, залез под кровать, перебрал все полки и тумбочки, но ничего не нашел. Почти отчаявшись, я вспомнил о сейфе, спрятанном в полу.

Я совсем не помню свою мать, отец говорит, что она умерла во время родов. Сам отец же, из-за горя, часто пил и пропадал в баре на протяжении многих лет. Я знал все тайны и секреты нашего дома, включая коды от всех сейфов.

Я быстро открыл сейф и услышал странные шорохи позади себя, но не обращал на них внимания, продолжая рыться в поисках патронов. В сейфе я нашел деньги, документы и, что меня удивило, пять полностью заряженных обойм.

Зарядив обойму пистолета и взяв с собой деньги, я вышел из комнаты. Услышал стон за спиной, обернулся и увидел своего отца. Его рот был обесцвечен кровью, глаза такие же желтые и безжизненные, как у тех тварей снаружи. Кожа была серовато-желтого цвета, а запах стоял зловонный, как будто кто-то забыл вынести мусор и облил это все дезодорантом.

– Отец? – Пробормотал я. – Ты жив? Что случилось?

Не услышав ответа, его остатки двинулись ко мне, щелкая зубами. Он набросился на меня и повалил на пол.

– ОТЕЦ! – Закричал я, но он меня не слушал.

Я понял, что это уже не он. Он все еще пытался меня укусить. Я перевалился на отца, заткнул его лицо лежавшей на полу подушкой и достал пистолет из кармана. Сняв предохранитель, я направил его на отца.

– Прости, отец. – Раздался выстрел, пустая гильза упала на пол, тело отца перестало двигаться. Я лег на пол и пролежал так пару минут, с закрытыми глазами. Я не мог поверить, что еще вчера мы гуляли с моей девушкой по парку, наслаждаясь мороженым, а уже сегодня произошел этот ад. Неужели бог оставил нас?

Это было какое-то безумие. Я бы хотел, чтобы это был обычный страшный сон. Но, открыв глаза, я увидел тот же самый вентилятор, дым от выстрела и мертвого отца, который больше всего любил жизнь.

Это ввело меня в состояние ужаса, и я начал очень громко кричать. Разум взял надо мной верх, и я успокоил себя, закрыв рот руками.

Я начал двигаться очень аккуратно, собирая все, что мог найти в доме: батарейки, радио, бутылку хорошего коньяка. Открыв входную дверь, я вышел из квартиры. У меня была только одна цель – добраться до дома Тани.

Я сделал несколько шагов и остановился. На улице была тишина. Я задумался: может, стоит спуститься пешком, а не ехать на лифте? Вдруг там меня поджидают неприятности?

Спускаясь вниз, я постепенно осознавал происходящее. Мы с друзьями часто увлекались взломом радиостанций, настраиваясь на частоты военных или ученых. Помню, как два дня назад мы слушали переговоры ученых, обсуждавших вирус, распространяющийся по всему штату. Этот вирус поражает только животных, вызывая у них бешенство. Я усмехнулся, подумав об «эффекте домино», но это не приносило мне облегчения.

Действительно, кто-то из зараженных животных укусил человека, и тот начал кусать других. Так начался этот порочный круг. Теперь все было ясно.

Когда я вышел на улицу, передо мной предстала сцена хаоса: повсюду лежали тела, лужи крови и разбитые машины. Таня жила всего в паре кварталов от меня. Я достал телефон и набрал её номер, но в ответ слышал лишь бесконечные гудки. Убрав телефон, я направился в её сторону, держа в руке пистолет. Как же я сейчас жалел, что у меня нет глушителя.

Спустя двадцать минут я оказался уже близко к дому Тани. На мое удивление, на пути не встретилось ни одного инфицированного. Я задумался: может быть, у них есть какая-то конечная цель? Возможно, они направляются к какому-то определенному месту?

Мысли смешивались в моей голове, словно снежный ком, и по мере движения они становились всё больше и больше, заполняя всё пространство в голове. Подойдя к дому, я услышал из кустов шёпот.

– Псс, придурок, обернись.

Это был голос Тани. Я стремительно бросился к кустам и увидел её – запуганную, измученную слезами. Обняв её, я попытался немного успокоить. Мы поднялись на вершину холма, на улице уже начинало светлеть.

– Гарри, – сказала Таня с надрывом в голосе. – Я так рада, что ты живой и невредимый. – Улыбка появилась на её лице.

– Таня, а что это? – спросил я, крепко прижимая её к себе.

– Я не знаю, мне трудно думать на пустой желудок.

Я снял рюкзак и протянул ей батончик.

– Куда мы направимся, если соберем всё необходимое? – спросила Таня.

– Я не знаю, ночь была очень тяжёлой. Мне пришлось застрелить своего отца, – сказал я, чувствуя горечь во рту от смрада.

– ЧТО? – испуганно воскликнула Таня.

– Он был одним из тех, кто убивал людей. Его глаза были жёлтые, кожа серая, и он напал на меня. Он хотел меня укусить. Я нашёл его мёртвым на полу, но потом он воскрес. Я не могу описать, какой ужас был у меня внутри, – объяснил я.

– Сочувствую, Гарри. Я знаю, как сильно ты любил его.

– Мне будет очень не хватать отца, но сейчас не время для слёз. Необходимо сосредоточиться на том, чтобы двигаться вперёд.

Когда мы спустились с горы и приближались к дому, Таня вспомнила про свою подругу Арию, живущую через квартал. Мы решили, что нам стоит забрать её с собой, ведь она была для Тани как сестра, а единение увеличивает шансы на выживание. По приходу в дом мы начали обыскивать его и раскладывать всё найденное на стол в гостиной. Через десять минут поиска мы нашли кремень, с десяток метательных ножей, еду, верёвку, компас, бинты, немного бензина, карту и пару отмычек.

– Не так уж много, но хотя бы что-то, – произнесла Таня, её голос был подавлен, а глаза полны усталости.

– Ты в порядке? – я не мог не заметить, как её взгляд блуждает, будто она теряет связь с реальностью.

– Да, всё нормально, – она попыталась улыбнуться, но эта улыбка была такой слабой. – Просто… я не могу успокоиться после всего, что произошло. Что, если мы действительно одни? Может, больше никто не выжил?

Её слова тяжёлым грузом легли мне на душу. Я знал, что она права, но не хотел, чтобы она так думала.

– Не думай об этом, – сказал я, стараясь придать голосу уверенность, несмотря на страх внутри. – Вирус ещё не охватил весь мир. Да и военные точно не сидят сложа руки. Мы не одни, Таня. Мы просто не знаем, где другие.

Я попытался снять напряжение. – Давай послушаем радио. Может, там есть новости, которые помогут нам понять, что делать дальше.

– Хорошо, – она кивнула, но в её голосе по-прежнему звучала тревога.

начала вращать колесико, её пальцы нервно сжимались, пытаясь поймать хоть какую-то станцию. И вдруг, сквозь шум и треск, мы услышали чей-то голос:

– Уважаемые граждане… просим вас сохранять спокойствие… всем выжившим даём чёткие координаты. Широта: 33.7490000°; Долгота: -84.3879800°. Повторяю, Широта: 33.7490000°; Долгота: -84.3879800°.

Мы переглянулись, в глазах друг друга отразился страх и одновременно надежда. Таня выключила радио, и мы нашли место на карте. Это была Атланта, штат Джорджия, административный центр округа Фултон. Отец с матерью часто рассказывали, какие там красивые парки и приветливые люди. Но теперь всё было иначе.

– То есть, нам, из Нью-Йорка, придется устроить тур до Атланты? – усмехнулась Таня.

– Мы застряли здесь, окружённые тысячами заражённых, и теперь нам нужно добраться до Атланты. Мы в полной заднице.

– Гарри, успокойся, пожалуйста, – сказала Таня. – Мы не должны паниковать.

Снаружи послышался шум – толпы заражённых двигались по дороге. Мы присели на корточки и, подойдя к окну, увидели, как часть из них что-то вынюхивала прямо возле дома.

Таню охватил ужас, она уже собиралась закричать, но я вовремя закрыл ей рот рукой.

– Самое лучшее решение сейчас – лечь спать. Завтра мы поищем Арию. Я уверен, что у неё огромный дом, который никакой танк не разрушит, тем более толпа этих живых мертвецов. Ты согласна? – Таня кивнула, не говоря ни слова.

Мы решили, что лучше переждать «бурю» на чердаке. Это был типичный американский чердак: паутина в углах, пылящиеся старые картины, коробки, посуда, а также забытая одежда и мебель.

– Если у нас ещё остались силы, мы можем собрать кровать, которая в той коробке, – Таня указала на огромную коробку в углу.

– Нет, конечно, я же не дурак, – фыркнул я.

– Хорошо, дурашка. На следующее утро мы будем полны сил, чтобы бороться с этими ублюдками и продолжить путь в Атланту.

Я лишь кивнул в ответ.

– Спокойной ночи, Таня. Я люблю тебя.

– Сладких снов, Гарри, и я тебя тоже люблю.

Мы засыпали под вой инфицированных и крики людей. Оба мы были жутко напуганы, но ни один из нас не показывал своего страха. Проснувшись, мы почувствовали себя бодрыми, но все еще испуганными. Нас разбудил шум с первого этажа. По хриплым голосам сразу стало ясно, кто это: одна из тварей, охотившихся за добычей.

Я достал пистолет и прицелился.

– Стой, стой, подожди. – остановила меня Таня.

– Что не так? – спросил я с легким недоумением.

– Вот смотри: если ты выстрелишь, прибегут другие, и тогда плакало наше существование.

– У тебя есть иная идея? – еще большим недоумением спросил я.

– Дай мне минуту. – Таня рылась в старых коробках, пытаясь найти что-то важное. – Мы когда-то ходили с отцом на охоту. После его смерти я убрала все, что могло бы причинить мне боль, потому что это были болезненные воспоминания. Через мгновение она достала арбалет.-Вот он. Убийца кабанов, а теперь, кажется, и убийца инфицированных. Но вот проблема – у нас только одна стрела.

– Ты попадешь? – спросил я.

– Я всегда попадаю, не забывай об этом. – Зло произнесла она в ответ и начала заряжать арбалет.

Когда мы открыли люк на чердаке, инфицированный сразу же двинулся к нам на звук. Увидев нас, он стал щелкать зубами и тянуться к нам.

– Давай мы его убьем и затем пойдем искать Арию, а потом можно будет и завтракать. – Обеспокоенно сказал я Тане. В этот момент она нажала на курок, и стрела пронзила голову инфицированного, убив его мгновенно.

– Вот и всё, как нас учил папа, – на лице Тани появилась легкая улыбка, а по щеке скатилась скупая слеза.

– Давай выберемся отсюда, я спущусь первым. – Я осторожно спустился вниз, и Таня крикнула, чтобы я извлек стрелу из головы инфицированного. Подойдя к его безжизненному телу, я наклонился и взглянул на его лицо: это был наш почтальон.

– Когда-то ты доставлял почту, а теперь лежишь здесь и разлагаешься, – я покачал головой, вытащив стрелу из головы, и подошел к окну. Ничего не вижу, черт возьми.

Вокруг царил густой туман, который усложнял задачу, и было настолько тихо, что казалось, весь мир замер. Слишком тихо. Вернувшись к Тане, которая уже должна была спуститься, я вдруг уловил приятный аромат свинины с нотками коньяка, доносящийся с чердака. Поднявшись наверх, я увидел Таню, сидящую на коробке с вилкой и ножом в руках.

– Стол накрыт, пожалуйста, вот твоя коробка. Ты действительно думал, что мы пойдем на голодный желудок? – лицо Тани, как и моё, озарилось улыбкой.

– Боже, ты просто чудо. Но почему мы завтракаем на чердаке?

– Никогда не знаешь, что может случиться там, внизу. Я до сих пор не могу понять, как он попал в наш дом. Я заперла все входы и окна сразу после твоего звонка, – сказала Таня, слегка нервничая.

– Может, он был здесь уже давно? Может, он насильник? – Сев на коробку, я начал есть, рассказывая Тане о тумане на улице. Однако она перебила меня, бросив свой телефон на стол.

– Туман – это еще не худшее. Мы потеряли электричество и связь. Я искренне надеюсь, что с Арией всё в порядке.

– Не беспокойся о зарядке, у меня с собой полностью заряженный внешний аккумулятор, но с сетью – проблема, – я нахмурился. – Ты правда думаешь, что у Арии есть хорошие шансы выжить?

Таня в ответ ударила меня по голове первым попавшимся предметом, к сожалению, это была книга.

– Конечно, она жива! – закричала Таня. – Не будь таким пессимистом! Нам не нужно заражать себя плохим настроением. – После её слов во мне всё потемнело, и мои мысли сосредоточились только на том, выживем ли мы. Но пока что всё было в порядке.

Новые знакомства

Когда мы вышли из дома, мы были вооружены до зубов и настроены решительно. Направляясь спасать подругу Тани, мы знали, что путь будет опасным, но не могли позволить себе останавливаться. Таня рассказывала мне о своей подруге, Арии – девушке, которая, несмотря на свои четырнадцать лет, уже повидала в жизни много темных уголков. Частые проблемы с полицией из-за наркотиков оставили на её лице следы, придавая ей вид старше своих лет.

Улицы казались мертвыми, будто сама жизнь покинула этот город. Туман был такой густой, что мы едва различали друг друга вблизи. Шорохи вокруг казались слишком громкими, как будто кто-то невидимый следил за нами, но, казалось, не было никого рядом. Вдоль дороги стояли разрушенные машины, деревья скрипели под напором ветра, а всё остальное поглотила тишина.

Мы передвигались осторожно, на корточках, избегая громких шагов, пытаясь не привлекать лишнего внимания. Вскоре перед нами появился разбитый военный вертолет. Подойдя ближе, мы увидели пилота – мертвого, с бледным лицом, словно он замерз, даже не успев уйти. Но я не мог оставить это место без проверки.

Я предложил подойти к вертолету, и Таня, несмотря на опасения, согласилась. Попросив её спрятаться за машиной, я направился туда один. Когда я подошел ближе, услышал тяжёлое дыхание – пилот ещё был жив. Он с трудом выдохнул, его глаза были полны страха, но он смог выговорить пару слов:

– Уходите отсюда… идите в Атланту… там… вас ждут.

Я попытался спросить о рации, на что он слабо указал на приборную панель вертолета. Его последняя сила была исчерпана, когда он откинул голову в сторону, и его тело окончательно ослабло. Жизнь покинула его.

Я стоял на месте, не в силах сразу двигаться. Всё казалось нереальным – перед нами был всего один шанс. Сигнал о спасении, но и мрак.

– Покойся с миром.

Я продолжал рыться среди обломков, ища хоть что-то полезное. Среди множества бесполезных вещей, я нашел только изоленту, фотографию семьи пилота и документы на имя Алана Адамса – молодого пилота, которому завтра исполнилось бы 24 года, и какой-то пропуск. Всё это я сунул в карман, понимая, что нам нужно выбираться.

Когда я начал вылезать из вертолета, вдруг что-то схватило меня за ногу и потащило обратно. Я понял, что мертвый пилот снова ожил.

– Черт! – вырвалось у меня, и я схватил пистолет. Я выстрелил прямо в его голову, слышен был оглушительный звук. Мозги разлетелись, и пилот снова перестал двигаться.

Но это было не конец. Сразу несколько голосов, наполненных злостью и жаждой крови, начали кричать в унисон. Мы не могли тратить ни секунды.

– Бежим, кретин! – закричала Таня, её лицо было искажено ужасом. Я вырвался из хватки мертвеца и бросился за ней.

– Почему ты стрелял, идиот?! – кричала Таня, пытаясь не отставать, её дыхание было прерывистым от страха.

– Он был живым! Он пытался что-то сказать, но смерть опередила его! – я отвечал, запыхавшись, не имея времени остановиться и всё объяснить. Мы продолжали мчаться по пустым улицам, несмотря на звуки, что эхом отдавались за нашими спинами.

– Видишь тот дом? – Таня указала на белую крышу. – Там живет Ария. Из-за тебя мы не успеем зайти в дом, но я надеюсь, что сможем залезть на крышу. Когда мы были маленькими, мы часто прятались на крыше, чтобы скрыться от её родителей.

Рев становился всё громче. Инфицированные кишели повсюду, и нам оставалось только надеяться, что мы успеем. Мы бегали через дворы, чувствуя, как земля под ногами трясется от тяжелых шагов мертвецов. Когда мы подбежали к дому, Таня споткнулась и упала, сделав пару перекатов вперед.

– Вставай, давай! Пожалуйста, быстрее! – закричал я, почти отчаявшись, когда увидел, как она лежит на земле, а из моей груди вырвался крик, полный боли и страха.

– Не могу… нога… очень сильно болит. – Таня с трудом пыталась подняться, но на её ноге была глубокая рана. Красный поток крови уже пропитал джинсы и оставил следы на земле.

Я сжался от мысли, что если она не встанет, нам не выжить. Паника накрывала меня, но я старался оставаться собранным.

Я подхватил Таню на руки и побежал, ускоряя шаг, будто все в мире зависело от того, успеем ли мы добраться до крыши. Инфицированные гнались за нами, но мы успели пробежать во двор. Я захлопнул дверь с таким усилием, что даже стены забора дрогнули, надеясь хоть немного задержать их.

Мы нашли мусорные баки, залезли на них и оказались на крыше. Таня поднялась первой, и я последовал за ней, но не успели мы перевести дух, как инстинкты мертвых сработали. Они начали карабкаться за нами. Один из них схватил меня за ногу. Его товарищи тянули меня вниз, на встречу смерти.

Таня, не теряя времени, выстрелила стрелой прямо в руку этого существа. Он взвыл и отпустил меня, но я всё ещё чувствовал, как его пальцы фантомом остались на моей лодышке. Я быстро поднялся, чуть не потеряв равновесие, но смог вырваться из этого кошмара.

– Ты в порядке? – спросила Таня, её дыхание было тяжёлым.

Я кивнул, не в силах ответить, потому что знал – это была всего лишь отсрочка. Нас ждал ещё долгий путь.

– Как ты? – спросил я, стараясь понять, что с ней.

– Нога, Гарри, рана кровоточит, очень больно.

– Успокойся, это всего лишь ранка. Тебя не укусили эти твари, всё могло быть гораздо хуже.

– ТЫ ПРИДУРОК!!! – закричала на меня Таня, начиная бить кулаком по груди. – ИЗ-ЗА ТЕБЯ МЫ МОГЛИ ПОГИБНУТЬ!

– Но не погибли. – Я говорил спокойно, пытаясь её успокоить. – А теперь дай мне осмотреть рану.

Рана была не такой уж глубокой, как я и думал. Повредилась только кожа. Я достал аптечку, промыл рану и перебинтовал её ногу.

– Вот, как новенькая, – сказал я, поправляя одежду.

– Гарри, я… – расплакалась Таня, бросившись ко мне на плечо. – Прости, я просто не знаю, что будет с нами, я не понимаю многого.

– Мы столкнулись с множеством трудностей, основная из которых – выжить, – я начал гладить её волосы, пытаясь успокоить. – Но не забывай, под нами сейчас твоя подруга.

– Причем не одна, – Таня немного успокоилась.

– В смысле не одна?

– Пока ты меня нес, я заметила две головы, скорее всего, она не одна. Видишь ту бочку? – Таня показала пальцем.

– Вижу, а что дальше?

– Отодвинь её, там люк в дом, мы спустимся к ним, а дальше уже будем решать, что делать.

– Откуда ты знаешь, что там есть люк?

– Во имя всех святых, Гарри! – лицо Тани было озлобленным. – Сколько раз повторять, что я росла с ней рядом, играла с ней, присматривала за ней!

– Ладно, ладно, не волнуйся, – отодвинув бочку, я уронил её и начал катить к краю, чтобы сбросить на этих тварей.

– Стой! – остановила меня Таня, схватив за плечо.

– Что теперь? – в недоумении спросил я.

– Что ты хочешь сделать?

– Вообще-то я расчищаю нам путь.

– Хорошо, ты прав, – Таня пошла открывать люк.

– Будь аккуратнее, у тебя всё-таки нога больная.

– Хорошо, обожаю, когда ты волнуешься, – отправив воздушный поцелуй, Таня заковыляла к люку.

Я осторожно покатил бочку, чтобы она точно попала в цель. Она была невероятно тяжелая, с чем-то вроде песка внутри. Когда бочка полетела вниз, с грохотом размозжив головы парочки этих тварей, я впервые за долгое время почувствовал облегчение. Спустившись на чердак, я закрыл за собой люк.

– Танечка! – вся в слезах перед нами предстала Ария.

– Привет, – с дружелюбием попытался сказать я.

– Привет, – сквозь слёзы проговорила Ария.

– А это кто? Не познакомишь? – спросил я, смотря на силуэт.

Девочка сделала несколько шагов вперёд.

– Я Лара.

– Иди сюда, не бойся, – сказал я с уверенностью.

– Как скажешь, – Лара подошла поближе. – А как вас всех зовут? Я тут знаю только Арию.

– Это Гарри, мой парень. Я Таня.

– А я Ария, – на лице всех появилась лёгкая улыбка, она всегда умела немного разряжать обстановку.

– Что мы с вами будем делать? Внизу полно этих тварей, которые только и мечтают, как бы поскорее нас сожрать. Нам надо держать путь в Атланту. Там будет убежище, нам сообщили об этом военные по радио.

– Точно, радио, – Таня потянула к себе рюкзак и достала радио. Настроив частоту, мы поймали нотки джаза. – Ну хоть какая-то музыка.

– Сейчас не до музыки, – убрав радио со стола, я разложил карту. Мы стали смотреть и изучать её, пытаясь найти самый короткий маршрут из Нью-Йорка.

– Ребят, а есть что-нибудь покушать? – у Лары урчал живот.

– Да, конечно, иди сюда и дай сумку, – я подозвал к себе Лару и достал еду. – Выбирай, всё, что душе угодно.

– Я возьму это, – Лара взяла последний батончик. – Спасибо большое.

– Ария, ты не голодна? – обеспокоенно спросила Таня, обнимая её.

– Ну, если только немножко. Дома полно еды, если что, мы можем набрать, и уже потом выдвинуться в путь.

– Отличная идея, а из оружия что-нибудь есть? – перебив Арию, спросил я.

– Ну, если только ножи, – сказала она. – Папа с мамой не любили оружие, всегда говорили, что это опасно. Пацифистом быть довольно тяжело, вместо оружия у нас слово, присыпанное хорошей индикой.

– Ну, хорошо, ножи тоже пригодятся. Таня, как твоя нога? Уже лучше?

– Да, всё уже хорошо, не так сильно болит. Спасибо, что спросил.

– Значит, спускаемся вниз, забираем всё и в путь? – с лёгким недоумением спросила Лара.

– Ты совершенно права, теперь мы с вами одна команда, – с гордостью произнёс я.

– А кто пойдёт вниз за продуктами? – спросила Таня.

– Я пойду.

– И я пойду! – перебила меня Лара.

– Отлично, мы пока с Арией будем вырабатывать план по тому, как выбраться отсюда.

– Хорошо, договорились.

Таня с Арией начали изучать карту, а мы с Ларой спустились вниз.

Спустившись по лестнице, перед нами открылась кухня. Справа была гостиная, слева – комната.

– Довольно милый дом, – подметила Лара.

– Ты так считаешь? – усмехнулся я.

– Да, я так считаю. Пойдем со мной, – Лара потянула меня в сторону спальни.

– Зачем нам туда? Что ты хочешь там взять?

– Свой рюкзак. Одна я идти боюсь, вдруг там кто-то есть?

На мгновение мне показалось, что она влюбилась в меня, но это было просто воображение – глупая мысль, одна из тех, которые приходят на долю секунды.

Дойдя до комнаты, она залезла под кровать и начала что-то там копошиться.

– Слушай, каким образом ты оказалась тут?

– Ну, я пришла к ней ровно за 4 часа до этого апокалипсиса, если его можно так назвать, и сразу же ушла наверх и легла спать.

Подойдя к кровати, я сорвал с нее плед, в то время как Лара вылезла из-под кровати с черной сумочкой.

– Черная? – удивился я.

– Да, а что не так? – фыркнула она. – Черный не только цвет траура, черный любят не только мальчики. Черный – мой любимый цвет, цвет удачи. Ты меня понял?

Я отдал ей плед с усмешкой:

– Понял, держи его, пусть будет у тебя. Он такой же черный, как и твоя сумка, пусть принесет тебе удачу и греет в это тяжелое время.

Мы направились на кухню, и я начал открывать верхние полки, забирая все, что могло бы пригодиться в нашем путешествии. Хлопья, хлопья, хлопья… баночка меда, ножи.

– Лара, иди сюда, – махнул я ей рукой. – Держи, это тебе.

Я протянул ей два длинных ножа.

– Будь осторожнее, не поранься.

– Я всегда осторожна! – воскликнула Лара, забирая у меня ножи.

– Теперь я понимаю, почему ты была голодна, – сказал я, оглядев коробки с едой. – Тут из еды только хлопья и мед.

– А ты холодильник проверял?

– Еще нет, – ответил я. – Сейчас все проверю, а ты иди к остальным.

– Окей, – Лара была удивительно послушной. Я слышал о ней вскользь, в моменты тех «интересных» разговоров, когда Таня рассказывала о том, как они провели вечер, кто кому изменил, и у кого какой характер. Лара же была не из робкого десятка.

Я направился к холодильнику – ко мне тоже подступало чувство голода. Нас теперь четверо, и еды понадобится много. Открыв холодильник, я увидел галлон молока, ветчину и пару шоколадных батончиков. Взяв все это добро, я еще немного покопался по кухне, но больше ничего полезного не нашел.

Поднявшись наверх, я увидел, что они уже втроем сидят, склонившись над картой, и что-то бубнят себе под нос.

– Дамы! – прервал я их дискуссию. – Время поесть! Все охотно согласились.

Лара укрыла пледом пол, я разложил еду.

– Покушать надо плотно, – сказала Таня. – Нам придется пройти длинный путь без остановок на еду. Этого должно хватить, так что кушайте на здоровье.

– Тань, отойдем на минутку, разговор есть, – сказал я, подозвав её. Таня встала, прожевывая что-то, напоминающее бургер. Видимо, когда мы собирались у неё дома, в спешке даже не заметили, что мы взяли.

– Что случилось? – спросила она, отложив еду.

– Каков план? Куда мы пойдем?

– Сначала надо разобраться с тварями, которые оккупировали двор, – ответила она. – Стрел для арбалета у меня не осталось. Какие есть идеи, Гарри?

– Этих тварей я беру на себя, – сказал я с уверенностью. – С крыши очень легко стрелять в голову.

– Сколько у тебя еще обойм?

– Четыре. В каждой обойме по пятнадцать патронов, в той обойме, что сейчас в пистолете, осталось тринадцать патронов.

– То есть твоя идея – перестрелять этих тварей? – Таня посмотрела на меня с явным скепсисом.

– Да. Даже не переживай, что прибегут другие, – я взглянул на неё с уверенностью. – Все, кто мог прибежать, уже тут. Останется только посчитать, сколько патронов нужно для выполнения задачи.

Мы пригляделись сквозь щель в стене, и я насчитал ровно двадцать голов.

Я вылез наружу и, доставая пистолет, снял его с предохранителя.

Выстрелы последовали один за другим, и каждый попадание означало, что ещё одна душа отправляется в вечность. Мертвые твари падали на землю, словно марионетки, лишенные хозяина.

– Как по мне, довольно весело, – сказал я, наслаждаясь процессом.

– Весело убивать когда-то обычных людей? – усмехнулась Таня, наблюдая за тем, как я ликвидирую своих целей. – Да ты настоящий американец, защищаешь родину.

– Людей было бы жалко, а эти твари… – я перезарядил пистолет, не отрывая взгляда от того, как они падают. – Они заслужили свою судьбу.

Удостоверившись что все мертвы, я повернулся к Тане и спросил еще раз.

– Так все же, Таня, куда мы направляемся?

– Пока вы с Ларой обчищали дом, мы с Арией поняли, как нам в самые кротчайшие сроки добраться до Атланты.

– И как же? – Таня меня очень сильно заинтересовала.

– Путь будет таков: сначала мы идем с вами в Вашингтон, потом штат Вирджиния, потом Шарлотт, и наконец, уже конечный пункт – Атланта.

– Отличный план, но сначала надо вооружить наших девочек.

Подойдя к сумке, я достал оттуда два ножа и подозвал к себе Лару. Она вместе с Арией неспешно поднялись на крышу.

– Теперь они твои, ты должна найти в себе силы, чтобы превратить эти ножи в оружие массового уничтожения.

– Но Гарри, как с помощью ножей я смогу убивать их? – удивленно посмотрела на меня Лара. – У тебя пистолет, у Тани лук, а у меня чертовы ножи?

– На войне все средства хороши. Да, это не пулемет, и не танк, но это лучше, чем ничего.

– Неподалеку отсюда есть оружейный магазин, может быть, до него сходим?

– Насколько неподалеку?

– Километр примерно.

– Лара, ты умная девочка, поэтому давай будем честны. Нас четверо, и я уверен, что мы не единственные выжившие в Нью-Йорке. Есть вероятность, что магазин уже обчищен другими людьми. Я не хочу подвергать нас опасности, потому что сейчас все контролируется страхом и жаждой выживания. Люди могут захотеть убить нас, чтобы остаться в живых сами.

– Я поняла тебя, Гарри, спасибо за ножи.

Спустившись вниз, чтобы забрать вещи и отправиться в путь, Лара направилась к радио, но только она наклонилась, чтобы его отключить, как вдруг раздался голос военного.

– Всем выжившим… Направляйтесь в Атланту, повторяю… Направляйтесь в Атланту, через 10 дней Нью-Йорк будет зачищен от инфицированных, если вы слышите, повторяю, у вас 10 дней, чтобы убраться из Нью-Йорка, иначе вы будете уничтожены. – Голос из радио пропал, начались опять помехи. Лара выключила радио и протянула его мне. Я поставил радио возле рюкзака и подозвал к себе Арию.

– Это тебе, наша маленькая пацифисточка, эти 5 метательных ножей твои, попробуй кинуть их в стену.

Ария размахнулась и кинула нож. Он со свистом вонзился в деревянную стену.

– У меня получилось! – воскликнула Ария.

– Ты молодец, 10 баллов из 10, – усмехнулась Таня.

– Спасибо, Гарри, но я боюсь убивать.

– Ария, ты бы хотела умереть?

– Нет, не хотела бы, я боюсь умирать. Страх смерти – один из ключевых особенностей, почему я начала баловаться травкой. Я убегаю от мысли о смерти.

– Если ты их не убьешь, они убьют тебя, к сожалению, это суровая реальность ныняшних дней, ни один сорт травы тебя тебя спасет от этого.

– Хорошо, Гарри. Ария отправилась к своей подруге.

Мы остались с Таней наедине.

– Гарри, а какое оружие положено мне? Арбалет пуст, стрел для него нет, я уверена, что стрела моя уже сломана одной из тех тварей.

– Выбор не велик, 5 метательных ножей с гравировкой твоего имени, или один обычный нож, который я взял с собой.

– Гарри, я, конечно, все понимаю, ты пытаешься о нас заботиться, о каждой из нас, но пойми, войну одними ножами не победить, все же я бы хотела, чтобы мы сходили к оружейному магазину. Тем более, он не так уж и далеко.

– Убедила. – Какое-то странное чувство волнения наполнило меня изнутри, предчувствие, что что-то пойдет точно не так.

– Не волнуйся, ведь с тобой банда «Ножережцев»! – воскликнула Таня.

– Ты всегда умела поднять настроение. – Я засмеялся. – Ну что, дамы, собираемся, давайте выдвигаться, первый иду я, потом Лара, Ария, и Таня.

– ЭЙ! Почему я последняя?

– А ты видимо забыла, что у тебя проблема с ногой, да?

– Это не проблема, это всего лишь царапина. Я занималась боевыми искусствами, я думаю, ты помнишь, какие травмы были там, так что это ничто, по сравнению с переломами руки.

– Ты все равно пойдешь последняя. – Сказал я злобно, посмотрев на нее.

– Окей, окей, как пожелаешь.

– Это все из-за любви, и ради любви, я люблю тебя. – Я поцеловал Таню.

Надев рюкзак, я направился вниз, отбрасывая из головы мысли о том, что могло бы случиться, если бы я потерял концентрацию хотя бы на секунду. Вокруг царила тишина, туман, наконец, рассеялся, оставляя после себя лишь холодную ясность. Это место было мертвым – не было ни людей, ни признаков жизни. Только пустота.

Когда я спустился вниз, сразу же приступил к делу. Нужно было расчистить территорию, потому что с каждым шагом наши шансы на безопасность уменьшались. Я оттаскивал трупы, один за другим, создавая хоть какое-то пространство для движения. И вот среди этого хаоса, среди гниющего месива и неприятного запаха разлагающихся тел, я заметил целую стрелу. Она лежала почти в идеальном состоянии, не поврежденная, и мне это показалось немного неуместным среди всей этой разрухи.

Кивнув себе, я наклонился к телу, чтобы проверить, что с ним. Странно, но его голова была мягкой – будто натертую восковую фигуру разрушили. Протянув руку, я осторожно коснулся черепа. Его структура была полностью изменилась, как если бы вирус разрушал клетки, делая их водянистыми и уязвимыми. Вряд ли это было случайностью, и это натолкнуло меня на мысли, что вирус воздействует на все – не только на внешние ткани, но и на более глубокие, более твердые структуры. Кости превращались в нечто почти живое, их плотность была сведена к минимуму, как мягкая вата.

Эти твари уже не были людьми. В них не было ни разума, ни воли, лишь инстинкт выживания, подкрепленный вирусом, который менял их буквально изнутри.

– Лара, спускайся, тут чисто.

– Хорошо, уже спускаюсь.

– Таня и Ария, готовьтесь, вы следующие, вас тут ожидает маленький сюрприз.

– Какой же? – удивленно спросила Таня.

– Увидишь, не хочу портить интригу.

Спустившись, я вручил Тане стрелу. Она была абсолютно целая. Таня была приятно удивлена.

– В смысле? Это как? Почему? – продолжала она задавать мне вопросы.

– А теперь все потрогайте головы, тела, да без разницы что, потрогайте инфицированных.

– Океей, хорошо, как скажешь, надеюсь, мы не заразимся.

Наклонившись над мертвечиной, они стали тыкать в них пальцами.

– Они… мягкие?

– Именно, а это значит, что их без труда удастся убить метательным ножом. Дайте кто-нибудь свой нож, я продемонстрирую.

Таня протянула один из ножей, я швырнул его в голову мертвяку, нож вошел до основания.

– Ого… а действительно, а можно мне попробовать? – робко спросила Ария.

– А как же твой дух пацифизма, и 4:20? – засмеялся я.

– Да пошел ты, – Ария достала нож и со всей силы швырнула его в голову, нож также вошел до основания.

– Ну что, убедилась, что их тела действительно мягкие? – усмехнулся я. – Нож можно считать смертоносным оружием.

– Да, вижу, спасибо, Гарри, – прошептала Ария.

Покинув пределы дома, мы направились в сторону оружейного магазина. Преодолев около ста метров, перед нами открылся мрачный панорамный вид того, что осталось от некогда величественного Нью-Йорка.

Город лежал в руинах, поглощённый бушующим адом. Огненные языки плясали на остатках зданий, когда-то величественных и гордых, теперь сведённых к кучам обугленных обломков. Искры, словно светлячки, мелькали в воздухе, подсвечивая плотную завесу черного дыма, что скрывала небо. Разрушенные улицы были усеяны брошенными автомобилями, их стёкла разбиты, а металлы деформированы и обуглены. Отовсюду доносился грохот падения, треск горящих конструкций и периодические взрывы, раздававшиеся, как выстрелы в ночи. Тепло от огня было невыносимым, казалось, что сам воздух дрожал от жара, лишая возможности дышать.

Откуда-то издалека доносились крики – то были голоса тех, кто ещё боролся за жизнь, отчаянно пытаясь избежать участи стать пищей для монстров. Время от времени раздавались одиночные выстрелы, как последние попытки сопротивления в этом кошмаре. В этом разрушенном мире не было ни места для сомнений, ни времени для жалости. Только шаги по обугленной земле и звуки, напоминающие о том, что борьба за выживание не прекращается, даже если город стал безмолвным свидетелем падения человечества.

– У нас есть чистая вода? – сказала Ария.

– Да, я бы тоже не отказалась от воды, – повторила Таня.

– Лара, а ты хочешь пить? Ты какая-то молчаливая, все в порядке? – спросил я.

– Да, я бы тоже не отказалась от воды, – сухо сказала Лара. – Мои мысли скомканы, я чувствую себя ужасно.

– Мы все тоже, Лара, мы тоже. – Некоторое время мы продолжали смотреть на то, как город умирал, охваченный огнём и наполненный шёпотом смерти. Но среди этой разрухи, среди зловещих теней и диких языков пламени, ещё теплилась искра надежды, слабая, но всё же живая. Те, кто ещё дышал, кто ещё мог бороться, цеплялись за неё, словно за последнюю соломинку в этом океане ужаса и хаоса.

– Видите тот двухэтажный дом?

– Это тот, который в тридцати метрах от нас? – показала пальцем Ария.

– Да, именно он. Давайте дойдём до него, чтобы быть в полной безопасности, а потом можем отправляться к оружейному магазину.

Все согласились, и мы продолжили путь по развалившемуся городу. Подойдя к дому, мы начали осматриваться. Убедившись, что на улице никого нет, мы вошли на территорию двора. Дверь дома была закрыта, и окна тоже.

– Тут кто-нибудь есть? – спросил я, аккуратно стуча в дверь прикладом пистолета. Ответа не последовало. Крепко навалившись на дверь, она с хрустом сломалась под весом. Гарри шлёпнулся на пол.

– Аккуратнее, убьёшься ведь, – улыбнувшись, произнесла Таня.

– Я аккуратен, я просто надеялся, что дверь будет крепче.

– У настоящего американца есть два выбора: или бункер, или хлипкая белая дверь, которую ты только что разнес в щепки.

Мы вошли на кухню в поисках воды. Я понимал, что наши запасы воды были ограничены, а черпать её из ближайшего водоёма – смертельно опасно. В этой беспощадной реальности кому-то из нас, возможно, предстояло умереть от жажды.

Устроившись на потрёпанном диване, я медленно достал заветную бутылку воды. Её двухлитровое пластмассовое тело сверкало в тусклом свете, напоминая о драгоценности каждого глотка. Мы пили по очереди, жадно, но осторожно, стараясь не опустошить бутылку сразу. Когда все утолили жажду, ровно половина её содержимого всё ещё плескалась внутри, как немой символ нашей борьбы и надежды. И в этот момент, когда каждый капель становился ценным, казалось, что мы не просто пили воду, но и сами боролись за право на жизнь. В мире, где так мало оставалось простых радостей, каждая капля становилась сокровищем.

– Никто больше не хочет пить? – спросил я, закрывая крышку.

Все начали мотать головой.

– Воды у нас осталось очень мало, поэтому придется экономить.

– А давайте побродим по дому в поисках припасов, как в играх? – сказала Лара.

– Да, но мы – это персонажи, и, увы, у нас с вами всего одна жизнь, – с грустью произнесла Ария.

– Я солидарна с Ларой, – произнесла Таня.

Мы начали наши поиски со второго этажа, но, не найдя ничего, решили спуститься вниз.

Спустившись, мы увидели, как кто-то быстрым шагом прошел мимо гостиной к комнате.

Я выхватил пистолет из кобуры и стремительно спустился вниз. Подбегая к комнате, я вскинул оружие, прицеливаясь в неизвестного, и громко крикнул:

– ФБР! Руки за голову, не двигаться!

Парень замер, явственно охваченный страхом.

– Пожалуйста, только не убивайте! Я сделаю всё, что вы хотите, только не стреляйте! – взмолился неизвестный, падая на колени.

– Это твой дом?

– Мой.

– Как тебя зовут?

– Д-Дэвид.

– Дэвид, у вас есть вода дома? – продолжал я, не отводя пистолет. У нас её почти не осталось.

– Вода есть в подвале, где я сидел, галлонов шесть.

– Гарри, отпусти пистолет, он теперь с нами, – настойчиво сказала Таня.

– Я Гарри. Не переживай, всё в порядке. Ты теперь с нами. Я не из ФБР, мы просто группа подростков. Нам нужно добраться до Атланты – там, скорее всего, есть выжившие и военные, а также, возможно, бункер.

Я убрал пистолет в кобуру и подошел к запуганному парню, протянув ему руку.

– Чувак, да ты сумасшедший! – Дэвид оттолкнул меня.

– Извини, осторожность не помешает. Давай я тебе представлю нашу компанию:

Человек, благодаря которому ты жив, – это моя девушка Таня. Девочка, которая стоит позади неё, – Лара. Она у нас скромная. А это…

– Я Ария, приятно познакомиться, Дэвид! – перебила меня Ария.

– Да, это Ария, самая неугомонная девушка в нашей компании.

– Это всё потому что у меня есть модификатор веселья, и меня все еще не отпустило, – улыбаясь, стала смотреть на меня Ария своими широкими зрачками.

– Неплохая компания. А что у вас с оружием? Один пистолет на всех?

– Нет, конечно же, ещё ножи.

Дэвид залился смехом.

– Ножи? Ты всерьёз решил убивать их ножами? – Дэвид рассмеялся, и его смех наполнил дом. Впервые за многие напряжённые часы на моём лице появилась улыбка.

– Ну и арбалет у нас есть. Могу с лёгкостью выпустить тебе стрелу в голову, если захочешь, – произнесла Таня грозным голосом, снимая арбалет с плеча.

– Стой-стой, ножи так ножи, не нужно, я верю. Вам вроде нужна была вода?

– Да, ты прав, Дэвид. Теперь, когда ты с нами, можешь помочь нам с водой? И ещё один вопрос: далеко отсюда оружейный магазин?

– Нет, он за дом отсюда, правда я вряд ли думаю, что там что-нибудь осталось.

– Стоит проверить. Люди бежали в спешке, вряд ли кто-то стал бы задерживаться на месте.

– Так ты говоришь, мы направляемся в Атланту?

– Именно.

– Я могу помочь с транспортом, – улыбнулся Дэвид.

– Это отличная новость, Дэвид.

– Пикап стоит в гараже, и бензина у нас хватит, чтобы выехать за пределы штата. По какому пути мы будем двигаться? – с явным интересом спросил Дэвид.

– Вашингтон, штат Вирджиния, Шарлотт, и наконец Атланта, – протараторила Таня.

– Отлично, до Вашингтона должно хватить бензина, может быть пару километров придется идти пешком.

– Дойдем. До Вашингтона 300 км не меньше, до Атланты не меньше 2000 км.

Достав воду, Дэвид отдал её нам.

– Вот, держите. К сожалению, еды у нас дома нет – мы с родителями успели всё съесть вчера, потому что смотрели футбол.

– Дэвид, собирайся, мы с тобой идём совершать рейд в оружейный.

– Хорошо, у меня как раз есть к тебе парочка вопросов.

Выйдя из дома, Дэвид начал задавать мне очень много вопросов.

– Сколько лет Тане? А тебе? А Арии с Ларой? А откуда вы? А Таню укусили, да? Я видел, у неё нога перебинтована.

– Стоп-стоп-стоп. Хватит вопросов, их слишком много, Дэвид, это не парочка.

– Прости, просто интересно.

– Тане и мне по двадцать лет. Арии семнадцать, Ларе – шестнадцать. Мы, как и ты, из Нью-Йорка. Нет, Таню не кусали, она просто упала и поранилась. А сколько тебе лет? Ты не выглядишь взросло.

– Чувак, мне 18, конечно, я не выгляжу взросло, я только росту. Сейчас начинается период алкоголя, наркотиков, девушек, и гонок на машинах.

– То есть ты хочешь сказать, что на твоём пикапе можно участвовать в гонках? – спросил я, едва сдерживая смех.

– Нет, он не для гонок, я ставлю на гонки, но не гоняюсь, понял, чувак?

– Да понял я, понял.

– Вот мы и пришли, я же сказал – недалеко. – Дэвид направил пальцем к магазину.

– Стекла выбиты, двери тоже нет, очень и очень странно.

– А ничего странного, просто люди выносили всё, что могли, чтобы защитить себя, я бы на вашем месте зашёл бы в какой-нибудь небоскрёб и сидел бы там до окончания апокалипсиса.

– Идея неплохая, но, вероятно, ты не знаешь, что через десять дней Нью-Йорк взорвут к чёртям? – поинтересовался я.

– Нет, не знал. Это опять твоя шутка? Если так, то она очень глупая.

– Я думаю, военные не стали бы шутить, или стали?

– Чувак, с военными шутки плохи. Они не умеют шутить. – Дэвид выглядел расстроенным, и в его глазах явственно читался страх. Это был не просто испуг – это был страх, корнями уходящий в саму суть его существования. Я понимал его чувства, в какой-то мере. Вчера у нас был дом, живая семья и уверенность в завтрашнем дне. Сегодня же всё изменилось. Непонятный вирус, словно всесильный демон, отнял у нас всё, что мы знали и любили.

– Ладно, пошли. – сказал я, похлопав его по плечу.

Мы зашли в магазин и стали обыскивать его. Внутри царила мрачная и жуткая атмосфера. Полы были залиты кровью, которая высыхала, оставляя на плитке чёрные, застывшие следы. Лампочки над нами трепетали тусклым светом, подчеркивая лужи крови, сплетающиеся с осколками стекла и обломками металлических полок.

Рядом с кассовым прилавком лежало тело. Трудно было определить, инфицированный это был или обычный человек, но оторванная голова, валявшаяся неподалеку, говорила сама за себя. Лицо было искажено в ужасе, и лишь полуприкрытые глаза искажали последнюю мысль о смерти. Внутренности магазина были разрыты и разрушены, словно тут недавно случился яростный бой.

Воздух был насыщен кислым запахом крови и гнили, смешиваясь с ржавым ароматом стальных частей и масла.

– Эй, чувак, ты меня очень сильно испугал, я уж думал, что мне действительно крышка.

– Я не убийца, Дэвид, запомни это. В разрушенных ящиках я нашел оружие. – Смотри, какая крутая бита. – Гарри встал и начал красоваться с ней. – Она теперь будет моя, в самый раз сшибать голову зомби.

– Стоп, кому сшибать? Как ты их назвал?

– Ну, зомби, как из комиксов, никогда что ли не читал?

– Читал, и правда, они как зомби.

Порывшись немного в ящиках, я нашел 2 гранаты, ружье и патроны для пистолета. Было неизвестно, подойдут ли к моему пистолету.

– Дэвид, что-нибудь еще нашел?

– Да, нашел, но я думаю, лопаты нам не очень-то пригодятся, а ты?

– Да так, гранаты, ружье и патроны.

Дэвид подбежал ко мне и стал разглядывать патроны.

– Дай сюда свой пистолет, мне кажется, это от Glock 19, у тебя же он?

– Вроде да, я не знаю. – Я потупил взгляд.

– Чувак, ты серьезно? – Дэвид посмотрел на меня с большим удивлением.

– Да, серьезно, держи, что ты там хотел сделать?

Дэвид снял обойму и вставил новую, она вошла как влитая.

– Я был прав, это от Glock. Держи свой пистолет, можно мне одну из гранат?

– Да, конечно, забирай, только чеку не выдерни. – Усмехнулся я. – Это все, что мы нашли? Серьезно, так мало?

– Ну почти. – Дэвид достал из кармана пистолет с глушителем. – Это для Лары, просто… понимаешь…

– Ты влюбился? У нас тут апокалипсис, между прочим, если ты не заметил.

– Ну, она мне понравилась сразу, только ей ни слова об этом, пообещай мне.

– Обещаю, что не раскрою твой секрет, но тебя не смущает, что ей всего 16?

– Нет, чувак, самое время для любви. Представь себе: вы сидите на вершине холма, закат окрашивает небо в оранжевые и розовые оттенки. Вдруг на горизонте появляются зомби. Ты встаешь, уверенно поднимаешь оружие и, прицелившись, убиваешь четверых всего лишь одним патроном. Вокруг снова становится тихо. Ты садишься рядом с ней, берешь её за руку и нежно целуешь. В этот момент, несмотря на весь окружающий хаос, вы чувствуете себя как никогда близкими друг к другу.

– Ахаха. – Я уже не мог сдерживать смех.

– Что смешного-то?

– Четверых одной пулей? Это тебе не индийские фильмы, где можно одним ударом по руке голову сломать.

– Вставай давай, придурок, хватит портить момент.

Вернувшись обратно, нас уже встречали.

– Ну что? Что-нибудь нашли? – Спросила Таня.

– Да, много чего, Дэвид, ты можешь идти к Ларе, я останусь с Таней – я подмигнул Дэвиду.

– Хорошо, чувак.

– Таня, это тебе. – Я вручил ей ружьё. – Патронов правда немного, всё что есть в обойме.

– Спасибо, Гарри. Это всё?

– Дэвид нашёл пистолет с глушителем, который он решил отдать Ларе.

– Отдать Ларе? Почему?

– А ещё бита для него, ружьё для тебя и патроны для меня.

– А что для меня? – Жалобно спросила Ария, подходя к нам. – Неужели мне ничего нет? И я так и буду защищаться ножами?

– Нет, конечно же, – сказал я, протягивая руку. – Держи, это тебе. Будь максимально осторожна с ней. – С этими словами я вручил ей гранату.

– Ого, а как ей пользоваться? – Ария чуть не выдернула чеку.

– Гарри, ты сумасшедший? – С ужасом воскликнула Таня.

– Не волнуйся, она справится. Расскажи ей, как пользоваться гранатой, хорошо?

– Хорошо, придурок. – Таня хлопнула меня по плечу.

Отойдя от Тани, я пошёл к Ларе, которая висела на шее Дэвида и благодарила его за подарок.

– Огромнейшее тебе спасибо, это же пистолет, пистолет, пистолет! – Кричала от радости Лара.

– Ты только не задуши его, иначе некому больше будет дарить такие подарки. – Улыбнувшись, проговорил я.

– Спасибо, Дэви, можно я буду тебя так называть?

– Да, милашка, конечно.

– Я пойду к Тане, посмотрю, как у них дела.

Дэвид снял со своей шеи Лару, и та стремглав пробежала мимо меня в гостиную.

– Смотрю, вы уже успели хорошо сдружиться, несмотря на то, что знакомы всего лишь несколько часов.

– Это любовь, чувак, пойми это, как между вами с Таней. – Дэвид выдохнул и откинулся на диване, раскинув руки, прикрыл глаза.

– Не время отдыхать, пошли в гараж, посмотрим на твою машину. – Я слегка пнул Дэвида по кроссовку, чтобы тот не заснул.

– А? Да-да, точно, чувак, пошли, я покажу тебе свою малышку Сару.

– Почему Сару? – Удивился я.

– В честь первой любви, она была прекрасна, как эта машина, – сказал Дэвид, открывая дверь гаража. Передо мной предстал великолепный восьмиместный пикап.

– Ну как? Нравится мой зверь? – Усмехнувшись, сказал Дэвид.

– Не плохо. Давай собираться.

– Отличная идея, но вот только бензина у нас не так уж и много, – Дэвид потупил взгляд.

– Ты же сказал, что хватит, чтобы доехать до Вашингтона, – злым тоном сказал я.

– Почти, чувак, почти. – Проверь, пожалуйста, канистру в гостиной, там должно было остаться немного.

Ничего не объясняя, я побежал в гостиную и схватил канистру.

– Гарри? Всё хорошо? – Спросила Таня.

– Всё хорошо! Мы заправим машину полностью и поедем в Вашингтон, у Дэвида восьмиместный пикап, поэтому всем хватит места.

– Прекрасная новость, Гарри. – Таня радостно улыбнулась, за все эти два дня я не видел её такой радостной. – Девочки, пора собираться! – Начала организовывать всех Таня, Лара и Ария поспешно начали упаковывать вещи в рюкзаки.

Перед тем как уйти, я заметил, что у Арии был арбалет Тани.

– Таня, можно тебя на пару слов?

– Да, что такое?

– Ты отдала Арии свой арбалет? – Злобно сказал я.

– Не надо кричать. Да, я это сделала, но ведь это не честно, Гарри. У Лары теперь пистолет, у Дэвида граната и бита, у тебя тоже пистолет, у меня ружьё, а у неё были всего лишь простые ножи. Ты понимаешь? Ножи.

– Ты её хотя бы научил стрелять из него?

– Конечно же, посмотри туда. – Таня направила пальцем на стену, на которой было пару отверстий от стрелы.

– Она немного попрактиковалась, и у неё довольно успешно выходит.

– Ладно, я пойду к Дэвиду, через 10 минут жду вас в гараже.

– Хорошо, любимый, я люблю тебя! – Она поцеловала меня и пошла к девочкам.

– И я тебя люблю, – прошептал я вслед.

Я пошёл обратно к нашему новому другу, который возился с машиной.

– Дэвид, держи канистру.

– Чувак, это то, что нужно! Можно я тебя поцелую? Ну, так, как брата? – Дэвид обнял меня и начал тянуться губами ко мне, но я ловко увернулся.

– Нет, придурок, нельзя, простых объятий будет достаточно. – После этих слов я увернулся и крепко обнял его.

– Всё, всё, чувак, хватит, ты меня сейчас задушишь. – Взмолился Дэвид.

В этот момент к месту событий подошли девочки. Их взгляды охватили происходящее, и, едва успев всё осознать, Ария вдруг разразилась звонким смехом.

– Ахаха, что вы делаете?

– Мы, ну… – Дэвид перебил меня.

– Мы обнимаемся, так делают настоящие мужчины, а теперь запрыгивайте в пикап и поехали! – Я отпустил его, и он пошёл открывать дверь гаража немного посмеиваясь.

– Я уже ревную, – с усмешкой сказала Таня.

– Закинув сумки и устроившись в машине, мы отправились в путь. Всё было прекрасно: из динамиков лилась музыка с кассеты, а на лицах усталость смешивалась с счастьем. Внезапно сзади раздался гул, который заглушил мелодию. Орды зомби появились словно из ниоткуда, их рев перекрывал музыку. Мы выключили радио и стали лихорадочно обдумывать, что же делать дальше.

– О черт! Я не справлюсь с управлением, я боюсь! – Закричал Дэвид, крепко вцепившись в руль автомобиля.

– У тебя всё получится, не дрейфь! – Закричал я в ответ ему. – Веди машину, я разберусь с ними.

Зомби начали лезть отовсюду. Машину начало трясти, под колеса попали парочка зомби.

– Сшибай их и не останавливайся! Даже не вздумай тормозить! – Закричала Таня, доставая ружьё. – Лара, Ария, пригнитесь и не поднимайтесь, пока я не скажу! Поняли? – Девочки кивнули в ответ. Таня повернулась к Гарри с решительным взглядом: – Ну что, Гарри, покажем им, где находится ад?

– С радостью!

– Я снял пистолет с предохранителя и начал стрелять по телам, которые падали одно за другим. Попадать в головы было сложно, ведь машина, ведомая Дэвидом, мчалась на полной скорости, и нас постоянно трясло.

– У меня кончились патроны! – Вскрикнула Таня.

– Сядь и не дергайся, Дэвид, где граната? – Я посмотрел на Дэвида и стал требовать гранату.

– Ты спятил, чувак? Мы все погибнем из-за тебя. – Запаниковал он.

– Успокойся, ничего такого не случится, я тебе обещаю.

– В левом кармане она.

– Так достань и дай мне эту чертову гранату! – Закричал я.

Дэвид полез в карман, и, достав гранату, протянул её мне.

– До скольки может максимально разгоняться твой пикап?

– 200 миль в час, а что?

– Разгоняйся до максимума, пока не увидишь, что впереди осталось не так много зомби, как сейчас, а я продолжу стрелять по ним. Мы сука обязательно доберемся до Вашингтона!

Машина набрала бешеную скорость, дворники не успевали смывать кровь с лобового стекла.

– Я продолжал отстреливать зомби, и только и делал, что успевал менять обойму за обоймой. И вот пришел час икс. В пистолет я зарядил последнюю обойму.

– Все, их осталось не так уж и много, – сказал спокойным голосом Дэвид, не сбавляя скорость.

– Отлично. – Я перебрался назад, открыл заднее стекло и залез в багажник машины, приготовившись ждать подходящего момента.

– Чего ты ждешь? Кидай уже! – закричала взволнованно Таня.

– Подожди, я жду момента. – Выдернув чеку, я бросил гранату в толпу и лег в багажник, скрючившись, зажмурив глаза и открыв широко рот, чтобы не оглушило.

– Мы справились.

– Чувак, это одновременно круто и безумно страшно.

– Знаю. Очень страшно.

– Гарри, ты большой молодец, но у нас есть одна проблема, – обеспокоенно сказала Таня.

– И какая же проблема?

– Первая проблема – это то, что у нас почти нет еды, вторая – это то, что не осталось патронов для ружья.

– И у меня тоже всего одна обойма, – сказал я, перебив Таню.

Катаклизмы

Мы с командой мчались по дороге после тяжелого боя. Усталость давила на нас, но гораздо более острой была угроза, скрывающаяся за окнами. Я взглянул наружу – огромные хлопья снега кружились в воздухе, падая на землю, словно в танце, и укрывали ее плотным белым покрывалом.

Проезжая мимо замерзших деревьев и снежных сугробов, мы могли только гадать, что скрывается за горизонтом. Каждое движение машины становилось все более неустойчивым, а окружающий мир сливался в одно бесконечное поле белизны, будто граница между реальностью и пустотой исчезла.

– Снег в такое время? – Удивленно спросил я.

– А что ты хотел? Уже осень, тем более из-за этой аномалии, или вируса, мне все равно что это, зима началась раньше.

– Нам уже можно вылезать? – Спросили девочки, сидевшие в позе заложников.

– Ой, да, конечно же можно, простите, мы про вас совсем забыли.

– Мы так и поняли, по вашим крикам. – Ария была явно слегка обижена.

– Эй, чуваки, я не хочу прерывать ваш семейный конфликт, но есть и хорошая новость. – Перебил нас Дэвид.

– И какая же среди всего этого может быть хорошая новость?

– Пока вы здесь ссорились, мы уже пересекли границу Нью-Йорка. А теперь посмотрите вдаль – видите ту башню?

Я прищурился и действительно вдалеке я увидел Башню, высокую башню с миллионом лампочек, а то и больше.

– Что это такое? – Спросила Таня.

– Это граница, а точнее въезд в Вашингтон, ее построили еще в 2020 году, когда мне было 16 лет.

– Ого, такая высокая, какая у нее примерно высота?

– Метров 200 в высоту.

Я даже не подозревал, что на границе с Вашингтоном стоит такая башня. Отец никогда не вывозил меня никуда за пределы нашего города все двадцать лет, и вот теперь я прозрел.

– Вы же все видите, что путь в Вашингтон лежит через лес? – Спросила Лара.

– Надеюсь, в лесу нас не будут ждать неприятности. – Ответил своей возлюбленной Дэвид.

– Как вы думаете, а звери могут подвергаться вирусу?

Все призадумались, на минуту в пикапе был слышен только рев мотора.

– А вы вообще знаете, как возник этот вирус? и что произошло? – Спросил Дэвид.

– Стоп-стоп, подожди, а ты разве знаешь? – Удивленно спросил я.

В ту ночь, перед началом всего этого ада, мы с друзьями развлекались: выпивали, играли в видеоигры, смеялись и обсуждали всякую ерунду. Было весело и беззаботно, пока вдруг не прогремел взрыв. Мы выскочили на улицу и увидели, как небо затянуло зеленой воронкой, как будто само пространство и время изогнулись в какой-то кошмарный узор. В первое мгновение мы подумали, что это какое-то природное явление, но вскоре все стало ясно. Я отвез друзей домой и сам направился к себе.

Дома мои родители смотрели футбол, и я присоединился к ним, чтобы хоть немного отвлечься. Но, когда наша команда была разгромлена, я, расстроенный, пошел спать, чувствуя, что все вокруг теряет какой-то смысл.

Часа в два ночи я проснулся от громкого шума. Спустившись вниз, я увидел картину, которая навсегда останется в моей памяти: зомби-уроды пожирали людей. Сердце сжалось от ужаса, я был охвачен паникой и, не понимая, что происходит, мгновенно спрятался в подвале. Там было темно и сыро, но это было единственное безопасное место, которое я мог найти.

Я сидел там долго, в полной тишине, пока не стало подозрительно тихо. Никаких звуков больше не доносилось. Выходя из подвала, я закрыл все двери и окна, пытаясь создать хоть какую-то защиту. Родителей не было видно, и ужасная мысль о том, что они могли уже превратиться в зомби, не покидала меня. Долго сидел в ожидании, пока не услышал шаги в доме, и понял, что кто-то пришел. Это были вы. А дальше, как ты знаешь, все произошло так, как и должно было.

– Воронка? Как думаешь, откуда она взялась? И может ли она воздействовать на животных? – с большим недоумением смотрел я на Дэвида.

– Чувак, у меня есть предположение, что эта воронка могла исходить из научной станции. Возможно, там произошла утечка или провалился какой-то эксперимент – я не знаю точно. Но одно я понимаю точно: это безумно опасно. Хорошо, что у некоторых людей все же есть иммунитет к вирусу.

– Ты уверен, что у некоторых только людей?

– Ну да, как, например, у нас с вами. – Ответил Дэвид, не сводя глаз с дороги.

– Когда я проснулся утром, то увидел, что много людей убегали от этих тварей, не может же быть такого, чтобы только некоторые люди не подверглись вирусу. Раз в научной станции была вспышка вируса, то скорее всего все пошло от одного человека.

– Эй, чувак, я не знаю, давай доберемся до Атланты и все выясним сами.

– Отличная идея, друг, отличная идея.

Я вздохнул и устремил взгляд к окну. Погода была просто чудесной: вдалеке слышалось мелодичное пение птиц и тихое журчание воды. В первый раз в жизни я наблюдал такую природную аномалию: когда светило яркое солнце, снег продолжал плавно падать, и воздух был одновременно свежим и прохладным. Обернувшись назад, я увидел, как Таня, Лара и Ария мирно спят.

– Не буди их, – прошептал Дэвид.

– Да, пусть спят.

– Слушай, давай остановимся и заправимся до полного, чтобы не пришлось останавливаться потом. Мало ли что может случиться.

– Да, прекрасная мысль, – согласился я.

Остановив пикап на обочине дороги, мы вышли из машины и залили бензобак. Дэвид выглядел расстроенным.

– Дэвид, с тобой все хорошо? Ты выглядишь довольно расстроенным.

– Да, чувак, всё в порядке. Просто мне невероятно страшно, и я до сих пор не могу осознать, что это конец. Что больше не будет моих друзей, что, вероятно, никто из них не выжил. А мои родители… они просто исчезли, пропали без следа. – По щеке Дэвида потекла слеза.

– Я тебя прекрасно понимаю. Я бы тоже хотел, чтобы всё это оказался лишь ужасным сном. Встать утром, пойти с отцом на бейсбольный матч, затем встретиться с девушкой и провести время как раньше. Если хочешь поговорить, у нас ещё есть коньяк. Можем выпить и поразмышлять обо всём этом.

– Чёрт, чувак, почему ты сразу не сказал, что у нас есть алкоголь? – обрадовался Дэвид. – Тем более сейчас уже 9 вечера, переночуем в пикапе.

– Ты не поверишь, но бутылка лежит в бардачке твоего пикапа. Ты уверен, что мы сможем переночевать в лесу? – А если эти твари бродят среди деревьев? – обеспокоенно спросил я.

– У тебя есть другие предложения? Переночевать в городе, который кишит этими тварями? Или переночевать тут, где тишина и покой?

– Ладно, тут так тут, убедил.

– Не парься, чувак, всё будет хорошо, как ты любишь говорить, – он улыбнулся и похлопал меня по плечу.

– Пошли, обсудим всё, что нас с тобой волнует. – Я открыл дверь пикапа, аккуратно, чтобы не разбудить девушек, открыл бардачок и вытащил оттуда коньяк. Я протянул бутылку Дэвиду, но он отказался.

– Стой-стой, подожди, убери его, у меня есть кое-что стоящее, я как раз тут вспомнил, что в тайном отсеке у меня кое-что завалялось.

– Кто завалялся? – обстановка стала интригующей.

– Не кто, а что. Познакомься с моим приятелем. – Сказал он, открывая багажник машины и с усилием отгибая железо. Под ним обнаружились три бутылки вина.

– Ого, откуда такие запасы?

– Мы так скажем, хорошо отдохнули с друзьями, это неприкосновенный запас на чёрный день. К сожалению, этот чёрный день настал. – Дэвид протянул мне бутылку вина. – Держи, иди в машину, я сейчас подойду, мне нужно отлить.

– Хорошо. – Я пошёл в машину, держа в одной руке вино, во второй – коньяк. Сев в машину и аккуратно закрыв дверь, я услышал сзади кашель.

– И куда это вы, мальчики, отходили? – спросила меня Таня.

– Решили поговорить по душам, по-мужски. – сказал я, пряча в ногах алкоголь.

– Да неужели? Я не сплю уже достаточно, и я всё слышала, можешь не прятать алкоголь. – С укором посмотрев на меня, Таня протянула руку. – Дай мне коньяк, я с вами хочу побеседовать по душам.

Прятать и скрывать было уже нечего, поэтому я отдал ей коньяк и стал открывать вино. К этому моменту вернулся Дэвид.

– Ну что, чувак, ты готов к разговору?

– Я тоже готова, – сказала Таня, попивая коньяк.

– О! Ты давно не спишь? – удивился Дэвид.

– Предостаточно. Я слышала всё, о чём вы говорили, и да, я согласна с тобой, Дэвид. Лучше будет переждать тут, чем ехать на верную смерть в Вашингтон. Ну что, кто задаст первый вопрос?

– Это буду я! – сказал Дэвид. – Кто из вас знает что-то больше про этих тварей?

– Ну, мы знаем только то, что они свою заразу передают через укусы, и то, что тело у них невероятно мягкое, вирус, скорее всего, воздействует на клетки костей, выедая из них кальций, поэтому они жутко водянистые, – сказал я и сделал первый глоток.

– Водянистые? Серьёзно? Ты их трогал? – спросил он и забрал бутылку.

– Да, я тебе скажу даже больше, мы в них ножи кидали.

– Ого, круто, а откуда знаешь, что через укус? – поинтересовался Дэвид.

– Мой отец стал зомби и пытался укусить меня, мне пришлось убить его, понимаешь?

– Охх, чувак, это сильно, я сожалею о том, что так случилось. – Дэвид протянул мне бутылку.

– Кто следующий? – спросил Дэвид.

– Я, – сказала Таня.

– Дэвид, как ты просидел всё это время в подвале?

– Легко и просто, я быстро схватил остатки еды и спрыгнул в подвал.

– Это поэтому ты так нас испугался? – спросил я.

– Да, когда я услышал, что вы поднялись наверх, я бегом решил свалить через чёрный ход. Но когда я начал открывать дверь, которая, на удивление, заела, я услышал сзади крик вот этого ненормального, что он из ФБР, и это было жуть как страшно.

Мы с Таней засмеялись.

– Но ты бы видел своё лицо, серьёзно, – сквозь смех сказала Таня.

– Ладно, нам пора ложиться спать. Завтра мы поедем в Вашингтон с полными силами. Я только включу печь в машине, чтобы не замерзнуть. Кстати, где мы возьмём тёплую одежду?

– Я не знаю, но у меня есть несколько толстовок, а также плед Лары, который лежит в рюкзаке.

– Ты всегда отличался умом и сообразительностью, – сказала Таня.

– Да, пожалуй, ты права, – я пожал плечами.

– Ну что, я всё настроил, спокойной ночи, друзья.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и легли спать. Всё шло как нельзя лучше, жизнь явно налаживалась. Под утро я проснулся от того, что было слегка холодно. Оказавшись не в силах уснуть, я понял, что окно было закрыто не плотно, поэтому по салону машины гулял лёгкий ветерок.

Сев в кресло и продрав глаза, я увидел, что за окном была белая пелена. Из-за этого было очень трудно смотреть на окружающий мир. Доставая из кармана телефон, я увидел, что время было очень раннее – всего лишь 4 утра. Я начал будить Дэвида с Таней.

– Дэвид, Таня, просыпайтесь, не время спать, вы посмотрите! – сказал я шепотом, чтобы не разбудить девочек.

– О, ГОСПОДИ! – закричала Таня. – Что мать вашу произошло?

От такого крика проснулись девочки и начали задавать идентичные вопросы. Дэвид же был просто в шоке и молчал.

– Гарри, что случилось с землёй? Мы в раю? – сказала Ария, кашляя.

– Дорогая, ты заболела? – Таня потрогала лоб Арии, он был очень горячий.

– Чёрт, только не это! Дэвид, заводи машину, надо быстрее добраться до Вашингтона.

– Вы всё-таки не ответили, мы в раю? – переспросила Ария.

– Нет, детка, конечно же нет, – ответила Таня. – В Америку пришла зима.

– Зима? Это же так прекрасно! Можно в снежки играть, снеговиков лепить, что может быть лучше? – воскликнула Ария с улыбкой.

– Тебе сейчас не до снеговиков, – сказала Таня, укрывая Арию и давая ей антибиотики. – Ну что так долго, Дэвид? Почему мы ещё не в Вашингтоне?

Дэвид выглядел довольно измученным.

– Моя малышка не заводится, кажется, что-то с движком. Я пойду посмотрю, Гарри, ты со мной?

– Да, займёмся ею. Таня, достань, пожалуйста, кофту из рюкзака.

– Да, хорошо. – Таня начала копошиться в рюкзаке и вытащила оттуда две толстовки.

– Дэвид, это тебе, одеваем и выдвигаемся на улицу.

– Чувак, я что-то боюсь немного, а вдруг мы замерзнем насмерть, как только выйдем на улицу?

– Успокойся, я пойду первым, чтобы выяснить, всё ли в порядке.

Я аккуратно открыл дверь и высунул ногу из пикапа. Почувствовав лёгкий холодок, я вышел полностью. В целом, я рассчитывал на большее, но ощущение было такое, будто температура опустилась до -10—15 градусов, не более.

– Эй, можешь выходить, тут не холодно.

– Закрой дверь скорее, у нас тут человек больной, между прочим! – крикнула мне вслед Таня.

Выйдя на улицу и открыв капот, мы обнаружили, что проблема была в свечах.

– Сможешь заменить? – спросил я.

– Конечно, это минутное дело, выкрути её, я пойду за новой.

Я стал выкручивать свечу, Дэвид подошёл к машине и вкрутил новую.

– Ну с богом. Проверим, всё ли хорошо теперь. – Дэвид перекрестил машину. – Ну что стоишь, садись, поехали.

– Я закрыл капот и вернулся обратно в салон.

После нескольких махинаций машина всё-таки завелась, и мы отправились в Вашингтон. При повороте машину сильно пустило в занос.

– Води аккуратнее, дубина! – сказала Таня. – Ты нас всех угробишь.

– Заткнись, Таня, мне не приятно.

– Прости, Дэвид, я сейчас вся на нервах, да ещё и Ария заболела, а медикаментов у нас нет, поэтому вам придётся пойти в больницу и раздобыть лекарства.

– Я думаю, сначала придётся найти любой дом, чтобы мы смогли отдохнуть. Думаю, никто сейчас не против перекуса, – сказал Дэвид.

– Да, я соглашусь с Дэвидом, в такое время оставаться на открытой местности опасно, к тому же могут на нас напасть. Я предлагаю жить где-нибудь в многоэтажном здании, так будет очень мал шанс, что нас застанут зомби врасплох, – ответил я на предложение Дэвида.

– К этому времени мы уже подъезжали к Вашингтону. У меня начали приходить уведомления на телефон, очень много уведомлений.

– Что это там? – спросила Таня.

– Сейчас посмотрю. – Достал телефон, я увидел, что уведомления приходили от Nacebook. – СЕТЬ ПОЯВИЛАСЬ!!! – закричал я.

– Серьезно?

– Все уведомления в Nacebook публикуют просьбу о помощи.

– Какой ужас.

– Так чуваки, мы заехали в город, уберите пока свои телефоны, надо выбрать, где мы остановимся.

– Слушай, а как так вышло, что нам хватило бензина до самого Вашингтона? Ты же говорил, что не хватит, – с усмешкой сказала Таня.

– Не хватило бы, если бы не ещё один галлон бензина, который притащил Гарри.

Я покраснел, никогда не любил, когда меня хвалят.

– Гарри, у тебя была машина? – спросил меня Дэвид.

– Нет, не было. После того как в детстве умер мой дядя в аварии, я боюсь получать права, но водить машину умею.

– Это ужасно, чувак. Как насчет того, чтобы остаться в этом доме? – Дэвид указал пальцем на огромную высотку.

– Мне нравится, всегда мечтала жить в таком доме и просыпаться среди облаков, – сказала Лара.

– Ларочка, я думал, ты спишь, – сказал Дэвид.

– Нет, Дэви, я не сплю. Я всё это время внимательно слушала вас, и мне очень понравилась эта идея.

– Ну что, выдвигаемся тогда, – сказал я, взвалив сумку на плечо и выйдя из машины.

– Гарри, стой. Арии всё хуже, я думаю, она сама не дойдёт до верха. Сможешь её понести?

– Конечно, смогу, – сказал я. Таня взяла на руки Арию и аккуратно передала её мне.

– Спасибо, Гарри, за заботу, – еле-еле произнесла Ария.

Зайдя в подъезд, мы заметили, что всё вокруг горело и сверкало, значит, электричество было.

– Предлагаю поехать на лифте, не думаю, что что-то может произойти, – предложила Таня.

– Может, на 25-й этаж? – предложила Лара.

Как раз то, что нам нужно было. Поднявшись наверх, мы начали выбирать квартиры. Из всех открытых дверей оказалась только одна. Зайдя внутрь, на наше удивление, квартира была довольно красивой и огромной. Не было запаха крови или чего-то странного, всё стояло на своих местах.

– Ого, такой большой дом, можно мы походим по нему? – спросила Лара.

– Да, конечно, детка, можно, я чувствую, мы теперь надолго тут, – сказал Дэвид.

– Так, ладно, мальчики, закройте двери и поищите аптечку, а я устрою Арию на кровать, – обеспокоенно сказала Таня, забирая Арии в руки.

Осмотрев огромную квартиру, мы обнаружили больше пяти комнат, каждая из которых жила своей жизнью.

– Я чувствую, с этим запасом можно пережить атомную войну, – сдерживая смех, сказал я. – Тут есть всё, кроме оружия.

– Эй, чувак, не забудь про Арию.

– Я помню.

Дэвид кивнул и ушел в первую комнату, я направился в последнюю. Это была детская. Посередине стояла кроватка, над которой висели игрушки, а на полу был огромный белый ковер. Подойдя поближе к тумбочке, я открыл ее и обнаружил пару подгузников, смеси, присыпки, но ничего, что могло бы мне понадобиться. Зато теперь точно можно было сказать, что здесь жили люди, у которых был ребенок. Я вышел в коридор и пошел в следующую комнату.

Здесь было все довольно необычно – стены были украшены жуткими постерами времен начала 1983-х, когда черепа и готика были в моде. В комнате стоял странный запах: сочетание духов с чем-то зловонным. Я стал обыскивать каждый уголок, находя книги и тетради по философии, разнообразные модели машин в миниатюре. Когда я заглянул под матрас, надежда найти что-то важное начала таять, но вдруг мне повезло. Я нашел журнал для взрослых и немного странного порошка. Чувство внутри меня было однозначным – это мог быть кокаин. Я закинул его в карман, решив показать Дэвиду.

Вдруг я вспомнил про всё, что мы пережили, и решил, что нужно быть осторожным – такие вещи не могут быть просто так. Это место, эти люди – все становилось слишком подозрительным.

Зайдя в следующую комнату, я увидел Таню, которая обеспокоенно сидела рядом с Арией. Таня посмотрела на меня, и, несмотря на всю свою привычную уверенность, в ее глазах промелькнуло что-то тревожное. Ария лежала, подергиваясь, её тело трясло от сильной лихорадки. Кожа была горячей, её лицо покраснело, и из глаз текли слёзы. Она тихо стонала, беспокойно перемещая руками по кровати, будто пыталась найти хоть какое-то облегчение. Таня держала её за руку, но было видно, что сама она в панике. Пульс Арии был учащён, а дыхание – тяжелым, словно каждый вдох давался с трудом.

– Вы нашли аптечку?

– Нет еще, мы ищем, не волнуйся, – приободрил я Таню.

– Пожалуйста, побыстрее, ей всё хуже, а таблетки на исходе.

Выйдя из комнаты, я пошел в следующую, где был Дэвид с Ларой. Они стояли обнимаясь. Я зашел тихо, так что они меня не заметили.

– Вы занимаетесь поиском аптечки или любви друг к другу?

Они обернулись и увидели меня. Лара покраснела и быстро убежала в комнату с Таней.

Я усмехнулся, но тревога внутри не отпускала. Время шло, а Арии становилось все хуже.

– Эй, чувак, ну ты и придурок! – Дэвид выглядел явно расстроенным.

– А что я придурок-то? – Усмехнулся я. – Там Арии очень плохо, а вы тут занимаетесь теми вещами, которыми надо заниматься, когда за тобой не охотятся миллионы зомби.

– Да, ты прав, но не обламывай меня в следующий раз.

– Хорошо-хорошо. Ты что, ничего не нашел? – Поинтересовался я.

– Да, нашел снотворное, парочку обезболивающих и ещё кое-что…

– И что же?

Дэвид со всего размаху воткнул в меня нож…

– А вот это, ты чувствуешь боль? – Поинтересовался он.

– Да, чувствую, тупую какую-то боль… которая сейчас будет в твоей заднице.

Он отвел нож, который на самом деле был муляж.

– Как видишь, они были очень и очень даже шутники.

– Нам нужна аптечка, неужели в таком доме, где живут не бедные люди, нет такой простой вещи, как аптечка? Обычная простая аптечка.

– Вот, держи, Гарри, это медикаменты.

Обернувшись, я увидел Лару, которая протягивала мне руки, в которых была большая коробка всяких таблеток.

– Откуда ты их взяла? – С большим изумлением спросил я.

– В ванной, и на кухне было немного. – Лара улыбнулась и отдала мне коробку.

– Слушай, ты большая молодец, не могла бы ты отнести эти таблетки Тане?

– Хорошо. – Она забрала коробку обратно и пошла к Тане.

– Дэвид, пойдем, я тебе кое-что покажу. – Я повел Дэвида за собой до кухни, где мы сели, и я вручил ему тот самый пакетик, который нашел под матрасом.

– Знаешь, что это?

– Это… ну, то что это наркотики, это точно.

– С чего ты это взял? Может, это порошок. – Поинтересовался я.

– Скажи мне тогда, где ты его взял?

– Под матрасом в детской.

Дэвид рассмеялся.

– Ты действительно думаешь, что под матрасом стали бы прятать порошок? Тем более в детской комнате? Могу предположить, что это от головной боли или чтобы похудеть.

– Мне кажется, это кокаин.

– Кокаин или нет, решать мне, и я сейчас это проверю.

Он открыл пакетик и слегка вдохнул запах.

– Пахнет… рвотой и одновременно чем-то сладким, также присутствуют нотки запаха бензина. Да, это определенно кокаин. Пусть пока этот пакетик побудет у меня.

– Эй, подожд… – Я оторвал пакетик у Дэвида и щелкнул его по белому носу.

– Парни, вас Таня зовет. – Перебила меня Лара.

Мы с Дэвидом встали и пошли в комнату, где была Таня с Арией. Войдя в комнату, мы увидели, как Ария сидит на кровати, и, кажется, она уже была полна сил, ее перестало лихорадить.

– Гарри, Дэвид, вам необходимо сходить в больницу, именно в больницу, а не в аптеку, потому что этих таблеток, к сожалению, недостаточно для лечения.

– Ты так говоришь, как будто у нее рак какой-нибудь. – Разозлился я.

– Нет, у неё не рак, у неё грипп, и, кажется, одновременно ангина. Так, вы пойдёте?

– У нас нет выбора, мы теперь одна семья, семья поневоле, – сказал Дэвид, обняв меня. – Нам перед выходом нужно подкрепиться.

– Голодных я вас и правда отпустить не могу. Мы теперь тут надолго, нужно всю еду выложить в холодильник, и я вам что-нибудь приготовлю.

Подойдя к холодильнику, мы обнаружили много еды. Мы выложили свою еду и, разобравшись с комнатами, стали ждать, пока Таня приготовит пищу. По дому витал лёгкий аромат жареной свинины, перемешанный с запахом пиццы. Таня никого не подпускала к кухне, кроме Лары, объясняя это тем, что готовит что-то секретное и не хочет портить интригу.

Спустя час Лара позвала всех к столу. Запах был просто божественный.

– Ты сама дойдешь или донести тебя? – спросил я Арию.

– Сама дойду, тут нет ничего трудного – пройти 10 метров, – Ария начала вставать, но тут же свалилась на пол с грохотом.

– Сказала бы, что не можешь дойти сама, я бы тебя донес, – закричал я на Арию.

– Я не рассчитала свои силы, неси меня, – Ария потянула ручки ко мне. Я взял её на руки и понёс на кухню. Дойдя до кухни, я увидел, что все уже сидели и ждали только нас. Я усадил Арию на стул и задвинул его к столу.

На столе было необычайно красиво, и много еды. От печенья с молоком до запеканки, от жареной рыбы до курочки.

– И каким же святым образом ты смогла приготовить столько еды за такой короткий срок? – поинтересовался я, уплетая печенье.

– Всё просто, у меня был помощник, который умеет прекрасно готовить. Без неё я бы не справилась. Давайте похлопаем в честь Лары.

Полились громкие аплодисменты. Лара была снова вся красная.

– Не стоит, я всего лишь помогла. А давайте… – Лара заметила огромный телевизор, висящий перед нами на стене. – А давайте посмотрим телевизор.

– Отличная идея, милашка, – Дэвид встал и взял пульт от телевизора, включив его. Из динамиков полился белый шум, и, пощелкав по каналам, я нашёл популярный канал, на котором крутили мультики. Мы сидели, смотрели мультики и кушали, это выглядело довольно забавно.

После сытного обеда мы с Дэвидом взяли всё самое необходимое и отправились в путь. Дорога, чувствую, была долгая.

– Гарри, будь аккуратнее, пожалуйста, меня что-то беспокоит внутри, пообещай, что ты будешь аккуратен, – сказала тревожным голосом Таня.

– Обещаю, солнце моё, обещаю, – я поцеловал Таню и отправился с Дэвидом в путь.

Выйдя на улицу, Дэвид остановил меня.

– Стой, подожди, я только кое-что возьму из машины.

Дэвид открыл машину и взял с заднего сиденья биту, которую он нашел в оружейном.

– Вот теперь можно и выдвигаться. Я назову тебя Сайонара, а точнее, малышка Сайонара.

– Пошли уже, герой-донжуан, – сказал я с усмешкой.

– Почему же донжуан? – в недоумении спросил он.

– Потому что вы там устроили с Ларой в комнате?

– Ничего мы не устроили, она просто начала падать, а я её подхватил.

– Ага, и чтобы закрепить эффект, ты её так держал минуты две-три, да?

– Ой, да пошёл ты! – Дэвид засмеялся. – Ну что, куда мы теперь направляемся?

– Я даже не знаю, но так как в городе есть связь, давай посмотрим по GPS, где находится ближайшая больница.

Я достал телефон и начал искать ближайшую больницу по карте. Через несколько секунд я обнаружил, что ближайшая к нам находится всего в километре. Мы направились к ней. Было довольно прохладно, но, к счастью, не было ветра, и снег уже прекратился. Тем не менее, ощущалась прохлада, и я понял, что было бы неплохо найти магазин одежды, чтобы хоть как-то спасти себя от холода.

– Как думаешь, а эти твари могли замерзнуть? У них же очень хрупкие кости.

– Вирус, скорее всего, забрал весь кальций из организма зомби. Я уверен что мы это скоро проверим.

Ужасы психбольницы

Дойдя до больницы, мы услышали шум внутри.

– Черт, неужели эти твари добрались и сюда? – обеспокоенно спросил Дэвид. – Я… ведь я… я… я…

– Тихо, не паникуй. План такой: мы с тобой открываем дверь с двух сторон. Если внутри кто-то есть, они выбегут на улицу. Сейчас зима, так что есть вероятность, что их мозговая активность замедлится. А учитывая, что их кости теперь похожи на желе, у нас будет шанс.

– Х-хорошо, давай попробуем, – пробормотал Дэвид, заикаясь.

Мы одновременно распахнули двери больницы и спрятались за ними. С ужасным шумом зомби вырвались наружу и устремились вперед.

– Все-таки я был прав, – подумал я. Эти твари действительно стали очень тупыми.

– Ну что, ты готов идти? – спросил я у Дэвида полушепотом.

– Готов.

Мы забежали внутрь больницы и быстро захлопнули за собой дверь.

Я достал пистолет, а он – биту, и мы отправились за таблетками. У нас был большой пустой рюкзак, поэтому чем больше мы наберем, тем лучше. Распределение задач было простым: он шел впереди, я прикрывал его сзади. Мы открывали дверь за дверью, собирая все, что попадалось под руку – ампулы, микстуры, таблетки. Любое лекарство могло пригодиться.

Так мы двигались из комнаты в комнату, пока не добрались до второго этажа.

– Гарри, слушай, у нас уже пол рюкзака таблеток и прочей фигни. Может, хватит? – сказал Дэвид, нервно оглядываясь.

– Чего ты боишься?

– Мне кажется, за нами кто-то следит. Я пару раз слышал шорохи и странные звуки. Все это мне не нравится.

– Ты это из-за того, что больница вся в крови, а витрины разбиты? Или что?

– Нет, не только. Само это место, оно на меня давит. У меня чувство, будто что-то не так.

Атмосфера действительно была жуткой. Разбитые окна пропускали сквозняк, от которого шторы мрачно колыхались, будто призрачные фигуры. Стены были измазаны кровью, словно кто-то в панике пытался оставить последние послания, но у него не хватило сил. В углу одной из палат на полу темнела огромная лужа засохшей крови, а рядом валялись разбитые ампулы и пустые шприцы.

На полу лежала каталка для пациентов. К ней был привязан безголовый человек, на котором еще оставались остатки больничной формы. Казалось, он пытался освободиться – ткань была изорвана, а металлические ремни слегка искривлены.

Воздух в больнице был тяжелым, пахло смесью сырости, гнили и чего-то химического, возможно, просроченных лекарств. Каждый звук – будь то наше дыхание или треск под ногами – отдавался эхом, заставляя нас вздрагивать. Это место было словно воплощением всех страхов, которые мы видели в фильмах, только теперь это был не экран, а реальность.

– Мы идем на второй этаж.

– Мне эта идея совсем не нравится, – с явным беспокойством пробормотал Дэвид, сжимая в руках свою биту.

Атмосфера действительно была жуткой. Разбитые окна пропускали сквозняк, от которого шторы мрачно колыхались, будто призрачные фигуры. Стены были измазаны кровью, словно кто-то в панике пытался оставить последние послания, но у него не хватило сил. В углу одной из палат на полу темнела огромная лужа засохшей крови, а рядом валялись разбитые ампулы и пустые шприцы.

На полу лежала каталка для пациентов, к которой был привязан безголовый человек, на котором еще оставались остатки больничной формы. Казалось, он пытался освободиться – ткань была изорвана, а металлические ремни слегка искривлены.

Воздух в больнице был тяжелым, пахло смесью сырости, гнили и чего-то химического, возможно, просроченных лекарств. Каждый звук, будь то наше дыхание или треск под ногами, отдавался эхом, заставляя нас вздрагивать. Это место было словно воплощением всех страхов, которые мы видели в фильмах, только теперь это был не экран, а реальность. Дверь за нами захлопнулась с огромным стуком, окна двери вылетели с громким звуком, разбившись о кафель.

– Так, так, так, – грубым, еле разборчивым голосом произнесло существо, прячась в тени.

– К… кто ты? – спросил я, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

– Я твой худший кошмар. Я тот, кто вырвет твои кишки и высосет мозг. Я не знаю, что произошло со мной в момент эпидемии, но теперь все эти зомби, что бродят по палатам, подчиняются мне. Зовите меня Скрап. Это последнее имя, которое вы услышите в своей никчемной жизни.

Скрап издал громкий, грубый крик, от которого у нас заложило уши, и боль отдалась в голове.

– У вас есть десять секунд, чтобы убраться отсюда, иначе я сделаю вас своим ужином, жалкие людишки, – прошипел он, злобно ухмыляясь.

– Бежим! – закричал я Дэвиду.

Мы бросились со всех ног, неся рюкзак весом 15 килограммов, который так и норовил нас замедлить.

Позади раздавался ужасный грохот – двери палат распахивались, выпуская на свободу всех инфицированных.

Выскочив на первый этаж, мы не сбавили темпа и рванули к выходу. Я молился, чтобы снаружи было пусто. Выбив дверь ногой, я облегченно выдохнул – снаружи царила тишина, валил снег.

Однако пробежать километр до безопасного места, преследуемым толпой обезумевших зомби, было бы чистым безумием.

Мы с Дэвидом захлопнули огромную железную дверь и, не теряя ни секунды, бросились вокруг больницы, пытаясь найти лестницу на крышу. Позади раздался ужасный грохот – дверь не выдержала, и Скрап выломал её.

– Они сбежали! – раздался его яростный рёв, эхом отдавшийся в тишине.

Едва завидев нас на лестнице, ведущей наверх, он снова взревел, его голос звучал как смесь ярости и голода. По его приказу обезумевшие зомби кинулись обратно внутрь, вздымая грохот и хаос.

Мы мчались из последних сил, слыша, как твари ломились на второй этаж, выбивая окна, выпрыгивая наружу, чтобы достать нас. Каждая попытка была тщетной: они разбивались об стены или падали вниз, не достигнув цели.

Наконец, добравшись до крыши, мы остановились, пытаясь перевести дыхание. Холодный ветер бил в лицо, но ощущение временной безопасности грело изнутри.

– Ну что, Скрап, не получилось? – крикнул я вниз, чувствуя прилив адреналина и злорадства.

Снизу донёсся очередной жуткий рёв, словно ответ на мою дерзость.

– Тебе смешно жалкий ты червь?

Скрап кинулся следом за нами и начал подниматься по лестнице. Она скрипела и гнулась под его огромной массой, грозя вот-вот обрушиться. Мы с Дэвидом стояли на крыше, затаив дыхание, от страха едва держа в руках оружие.

– Гарри, он поднимается! – прошептал Дэвид, заикаясь.

Через мгновение массивная фигура Скрапа выпрыгнула на крышу. Его громоздкая туша тяжело ударила о железный настил, и крыша задрожала под его весом. Он зарычал, его глаза горели ненавистью, и он рванул в нашу сторону.

Мы пятясь отползали к самому краю, чувствуя, как паника сковывает движения. Скрап приближался всё ближе, пока вдруг…

Гулкий треск раздался под его ногами. Перегруженная крыша не выдержала, и огромная махина провалилась вниз. Громадный кусок конструкции обрушился вместе с ним, и с ужасным грохотом он рухнул вглубь здания.

Мы замерли, пытаясь понять, окончательно ли это конец. Внизу лежала неподвижная туша Скрапа. Его громоздкое тело словно поглотила пустота, и казалось, что он уже не двинется.

– Это… всё? – выдохнул Дэвид, всё ещё дрожа от пережитого ужаса.

Я молча кивнул, надеясь, что так и есть.

– Чувак, как мы выберемся отсюда?! – в панике выдохнул Дэвид, его голос дрожал, а руки заметно тряслись.

– Я… я не знаю, – признался я, пытаясь сохранять спокойствие. – Надо искать способ. Может, где-то есть пожарная лестница или спуск.

Мы начали метаться по крыше, оглядывая всё вокруг, но, кажется, оказались в настоящей ловушке. Холодный ветер пробирал до костей, а разум уже вырисовывал мрачные сценарии.

– Мы умрём здесь! – внезапно закричал Дэвид. Он рухнул на колени, начал биться руками о металлический настил крыши, словно выплескивая весь свой страх.

– Успокойся! – крикнул я, но он не слышал.

Подойдя ближе, я дал ему хорошую пощёчину, раздался глухой звук удара.

– Соберись, тряпка! Ты что, не хочешь снова увидеть Лару?! Или ты готов сдохнуть тут, как трус? – прокричал я, как командир в армии, силясь вытянуть его из этого состояния.

Дэвид поднял на меня глаза, в которых всё ещё плескался страх, но пощёчина явно вернула его в реальность.

– Я… я хочу вернуться к ней, – тихо пробормотал он, начиная вставать.

– Вот и молодец. А теперь ищем выход. Мы выберемся отсюда, ясно? – я сжал его плечо, давая понять, что мы не можем сдаться.

– У нас ни гранат, как в тот раз, ни пулемёта. Тебе вообще в голову что-то приходит? Или мы тут до конца дней своих останемся? – раздражённо выпалил Дэвид, нервно потирая руки.

– Ну, одна идея есть, но тебе она точно не понравится, – усмехнулся я, глядя в сторону.

– И что за идея? – он наконец успокоился и посмотрел на меня с надеждой, будто я собирался предложить магический способ спастись.

– Пока ты паниковал, я глянул вниз. Знаешь что? Высота-то не такая уж страшная, как кажется.

– Ты предлагаешь нам прыгнуть?! – он округлил глаза, как будто я сошёл с ума.

– Ага, конечно, прямо в сугроб. Нет, гений, я предлагаю спуститься. Смотри, стена здесь вся рифлёная, кирпичи выступают наружу. Почему бы не попробовать превратиться в скалолазов на один вечер?

– Ты издеваешься? Это же самоубийство! Может, другой вариант найдётся? – с сомнением пробормотал он, оглядывая рельеф стены.

– Ну, если у тебя есть гениальная идея, выкладывай. Время ещё есть, но, скорее всего, до того момента, пока Скрап не очнётся и не решит, что мы – отличное блюдо на ужин. Так что, ты со мной? Или остаёшься тут и пытаешься договориться с ним?

Дэвид глубоко вдохнул, видимо, собирая все свои нервы в кулак.

– Ладно. С тобой. Но знай, я ненавижу тебя за это.

– Отлично. Тогда план такой: я лезу первым. Когда спущусь, ты бросаешь рюкзак, а потом уже сам. Разберёмся по ходу дела.

– Да уж, звучит как шикарный план. – Он закатил глаза, но всё-таки кивнул. – Ладно, полезли.

Я начал спускаться по стене, и внутри смешались такие противоречивые чувства. С одной стороны, было чертовски страшно – спускаться без страховки с третьего этажа. С другой стороны, было весело, потому что я всегда мечтал попробовать что-то подобное, но никогда не было возможности. Теперь вот она – возможность, и я не собирался её упускать.

Спустившись до земли, я крикнул Дэвиду, чтобы он кинул рюкзак. Мгновение – и рюкзак полетел вниз, набирая скорость, как снаряд. Я успел подловить его в последний момент, не повредив ни одной ампулы. Глубоко выдохнув, я махнул рукой и подал сигнал Дэвиду.

– Давай, спускайся!

Он осторожно начал спускаться, и я слышал, как он повторяет себе под нос:

– Медленно, но верно. Медленно, но верно, – бормотал он себе под нос, стараясь успокоиться, но его голос выдал тревогу.

Внезапно, когда он наступил на один из кирпичей, тот треснул, и Дэвид, потеряв опору, повис на руках, как обезьяна, цепляясь за стену.

– Чёрт! – вырвалось у Дэвида.

– Нет! Я сейчас упаду и умру! – запаниковал он, барахтаясь в воздухе, отчаянно пытаясь найти опору ногами. – Гарри, скажи Ларе, что я любил её!

Я подошел к нему и ткнул его пальцем в спину.

– Придурок, ты всего в метре от земли! – сказал я, едва сдерживая смех.

Он резко отпустил руки и, прыгнув вниз, с грохотом приземлился на землю. Поначалу он замер, а потом его лицо залилось краской.

– Черт, чувак, пожалуйста, давай об этом никому, – взмолился он.

– Хорошо, хорошо, но нам сейчас с тобой не до этого, нам надо как-то обойти толпы зомби, – ответил я, доставая телефон. Мы начали искать пути обхода по другим улицам. Самый безопасный путь был в четырёх километрах отсюда.

– Ну что поделать, придется делать эту дугу, – сказал я, убирая телефон в карман.

– Слушай, чувак, а что если по крышам? Так ведь будет быстрее, чем по улицам.

– Идея заманчивая, давай попробуем, – согласился я с Дэвидом.

Одев рюкзаки, мы побежали в сторону многоэтажек, решив попробовать добраться до места назначения по крышам. Взобравшись по лестнице на верх, Дэвид рванул по крыше в неизвестном для меня направлении. Не говоря ни слова, я последовал за ним.

– Вот он, – сказал Дэвид, указывая пальцем на мосты между крышами.

Так как это был спальный район, дома стояли очень близко друг к другу, и местные детишки часто сбегали от копов именно по таким воздушным мостам.

– Ну что, кто первый пойдет? – спросил я, прищурившись.

– Первый пойду я. Тебе нужно показать, как правильно ходить по таким мостам, ты ведь никогда не ходил по ним, верно?

Я кивнул, подтверждая его слова.

– Я так и знал, смотри и учись. Эти мосты довольно крепкие и могут выдержать, думаю, массу до 100 килограммов. Я вешу 70 килограмм, и, как видишь, все нормально, – сказал Дэвид, остановившись на середине моста и оглянувшись на меня. – Держись вот так, ноги ставь на основания балки, и все. Можешь идти смело, понял?

– Понял, – ответил я, немного открыв рот от удивления.

– Ну так давай, иди, – сказал он и запрыгнул на крышу, поджидая меня.

Я вцепился руками и ногами в балки и начал идти, не смотря вниз.

– Слушай, Дэвид, а откуда ты столько знаешь об этом месте и этих мостах?

– Все очень просто, ведь я сам строил этот мост с друзьями, чтобы убегать от копов.

– Что имеешь в виду? Я думал, ты из Нью-Йорка! – воскликнул я и запрыгнул на крышу.

– О, нет, друг мой, ты многого еще не знаешь. Я родом из Вашингтона, и именно здесь, где ты сейчас стоишь, находится моя квартира. Нам пришлось переехать, потому что отец не мог найти работу здесь, а еще потому, что в детстве я связался с плохой компанией и часто был замешан в каких-то противозаконных заварушках. В Нью-Йорк мы переехали, когда мне было десять лет.

– А в каких, например, заварушках? – поинтересовался я.

– Ну… угоны полицейских машин, раскраска департамента полиции красками, незаконное хранение наркотиков, у нас была банда, состоявшая из пяти человек.

– Ого, я удивлен! – воскликнул я.

– Я думал, ты милый боязливый мальчик, который в своей жизни и мухи не обидит, а тут такое. И во сколько же лет ты начал этим заниматься?

– В девять лет. Я прозанимался этим ровно год, и на голову родителей почти каждую неделю вешался штраф в размере 200 долларов.

– 1000 долларов в месяц? – удивился я.

– Ага, мне приходилось отрабатывать все это на мойках, потому что работала только одна мать, а отец либо пил, либо искал работу. Но бывало такое, что его кидали на деньги и не платили, и он снова начинал пить. А после переезда в Нью-Йорк вся жизнь словно заиграла новыми красками. Отец наконец-то нашел работу, мать сменила жалкую должность продавщицы на более высокую, я нашел другую компанию, где мы почти не делали ничего плохого… почти.

– А что же вы делали? – спросил я, взобравшись на следующую переправу.

– Ну… привычка хранить наркотики осталась. Мы перестали дебоширить и стали вести мирную жизнь. Ровно год назад, когда мне исполнилось 17 лет, родители и друзья скинулись и подарили мне эту прекрасную машину, которая стоит в 8 кварталах отсюда.

Вот такие вот дела, чувак. А ты откуда? Как детство прошло? Давай, рассказывай, нам с тобой еще далеко топать.

– Ты хочешь сказать, что все эти мосты могут довести нас до того места, куда нам нужно?

– Ну… почти. Мы делаем такой же круг, как и по асфальту, только безопаснее, и срезая километр, до той высотки будет метров 400, вот такие вот дела. Ну что? – взобравшись на балку, спросил Дэвид, – я жду твой рассказ.

– Ну, начнем с того, что я живу в Нью-Йорке с самого рождения. Так получилось, что мать умерла во время родов, мне так рассказывал отец, поэтому я был под воспитанием только его. С бандами я не связывался, но вот пару раз полицейские тачки я угонял.

– Ого, уже интересно, давай дальше.

– Мы с отцом часто выходили на охоту, поэтому я умею так хорошо стрелять. Отец был у меня Дровосеком, и поэтому я всегда был с ним, куда он, туда и я. Он научил меня определять по звёздам, где север, запад, восток и юг. Также по ветру он научил меня чувствовать запахи животных. В общем, это было довольно круто. Но так было не всегда. Часто бывало, что отец просто не мог взять меня с собой на работу, и я оставался один или уходил гулять с друзьями до самого вечера. Отношения с ним ближе к 17 годам стали напряжёнными, началось недопонимание, особенно когда я сказал, что в 18 лет съеду от него в съёмную квартиру.

Он считал это предательством, не понимал, что я уже не маленький, и это сводило меня с ума. Отец был старше, ему было 46, а у него уже начался старческий маразм, страх одиночества… Он никак не мог понять, что я его любил. А потом, через неделю, когда все почти наладилось, появился этот вирус, и все надежды на будущее разрушились.

– Да уж, чувак, я сожалею.

– Ничего страшного, друг мой, я уже как-то за эти несколько дней всё пережил, – сказал я с грустью в голосе. – Всё, что было, то прошло. Значит, такова судьба, это испытание, и в конце того, кто его выдержит, будет ждать сюрприз. Есть хоть один плюс… У меня в Атланте есть дядя, который в своё время обучал меня всем наукам.

– Ну вот и отлично, цель – добраться до Атланты, это твой дядя, – приободрил меня Дэвид.

– Эй, смотри! – Вдалеке уже виднелось нужное высотное здание.

Мы продолжили путь по воздушным мостам, и, спустя несколько метров, вышли на последнюю крышу. Но вот, к сожалению, воздушных мостов больше не было.

– Это всё? Больше нет мостов? – с легким недоумением спросил я.

– Нет, подожди. Это не может быть конец. Тут должен был быть ещё один мост, но он куда-то пропал! – с удивлением произнёс Дэвид.

– Ну, за столько лет многое могло измениться, – ответил я, пожав плечами.

– Наверное, – согласился он, тоже пожав плечами, и стал искать лестницу. – Слушай, есть одна проблемка.

– И какая же? – спросил я.

– Воздушных мостов больше нет, как и лестницы вниз. Есть только люк, ведущий вниз по зданию, но он закрыт. Видишь замок?

– Слушай, у меня есть идея. Только не паникуй.

– Хорошо, я слушаю, – Дэвид присел на крышу и взглянул на меня с интересом.

– Мы с тобой только что вышли из больницы, набрав кучу разных медикаментов, ампул и препаратов. В принципе, неважно что, главное, что если повезёт, мы сможем сделать одну весьма интересную вещь.

– Какую такую вещь? – с удивлением спросил он.

– Сейчас увидишь, – сказал я, начиная копаться в аптечке в поисках нужных ампул. Достав всё, что нужно, я подозвал к себе Дэвида.

– Ты готов? – спросил я с ехидной улыбкой.

– К чему готов? – недоуменно ответил он.

– Тут находится то, что в принципе не нужно для лечения Арии. Это разнообразные кислоты, и с помощью добавления вот этой маленькой таблетки мы сможем сделать ультра-кислоту, которая без труда расплавит этот замок.

– Гарри, чувак… Ты меня одновременно радуешь, но и пугаешь! – надеюсь, это не вызовет взрыв.

– Ты не слушал, когда я говорил, что меня дядя обучал всем наукам? Ах да, я вроде забыл упомянуть, что он ученый. Этому трюку он меня научил, когда мне было 16. А теперь к делу, я спрашиваю тебя еще раз: ты готов?!

– Готов, – решительно сказал Дэвид.

– Вот и отлично, держи эти две ампулы, – я протянул ему две светящиеся ампулы. – Остальные две буду держать я. Порядок такой: сначала я наливаю белую, потом ты красную, потом ты синюю, а я – черную. После этого кидаю таблетку, и отходим на два метра от замка. Ты понял?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.