Рика Ром
Развод. Подарок для бывшего

ГЛАВА 1

– Да, солнышко, я постараюсь вернуться к ужину, – голос моего мужа как всегда бодр и весел, – еще немного поработаю и приеду к часикам семи. Жди меня в моих любимых красных трусиках и в том соблазнительном полупрозрачном халатике.

– Хорошо. – Я прижимаю телефон к груди и прикусываю нижнюю губу. Валера наверняка соскучился и готовит для меня сюрприз. Хочет, чтобы я выглядела сногсшибательно! Мысленно прокручиваю, что мне нужно приобрести в супермаркете и с довольной улыбкой, выбираюсь из салона Ауди. Под ногами сплошной кисель. После вчерашнего ливня кругом лужи и каша из листвы. Не люблю дождливую осень. Дождь меня угнетает и вызывает неподдельную грусть.

В магазине я провожу около получаса и спешу на выход, нагрузившись двумя пакетами с продуктами. Может заскочить в винную лавку и купить бутылочку «Шато Бриан»? Думаю, Валера оценит мои кулинарные способности и не откажется от вина в качестве прелюдии, за которой последует горячая ночь.

– Да чтоб тебя! – ручки одного из пакетов рвутся в шаге от машины. Я наклоняюсь, чтобы поднять выпавший ананас и два лимона, и слышу звук уведомления, что приходит на телефон в самый неподходящий момент. Перед тем как посмотреть, кто отвлекает меня от важных дел, открываю багажник, запихиваю в него свои покупки и отряхиваю ладони.

Наконец, когда ничто не мешает мне прочитать сообщение, захожу в мессенджер и вижу фото вместо текста. Я жму на него, и счастливое лицо Валеры приятно согревает душу. Он в нашем загородном доме, что находится в сорока километрах от города. На заднем фоне спальня и я жалею, что не поехала с ним, а позволила ему побыть в одиночестве, среди настоящей сказочной глуши и заняться разбором скопившейся документации. В последнее время он ничего не успевает и часто задерживается в офисе. Поэтому, когда он попросил меня о недолгом уединении, я не протестовала.

Я уже собираюсь сохранить фото в галерею. На память. Как замечаю возле нашей постели женские туфли. И не просто дешевую копию дорогого бренда, а те, за которыми я собралась ехать в столицу в ближайшее время. Они мечта любой модницы. Перед глазами вмиг темнеет, сердце заходится в беспощадном ритме. Неужели то, что я вижу не мираж?

Внутри меня всё кипит, воет, бурлит от непонимания. Я спешно сворачиваю удочки, запрыгиваю за руль и выезжаю с парковки супермаркета подобно гонщику Формулы–1.

Когда хочешь, чтобы время двигалось быстрее, оно будто замирает на одной точке. Со мной сейчас происходит именно так. Я мчусь по оживленным улицам, выезжаю за городские пределы и гоню по трассе в сторону коттеджного поселка, словно меня преследуют реактивные истребители. Не сомневаюсь, что соберу кучу штрафов, но мне все равно. Я должна убедиться в том, что увидела.

Спустя час я паркуюсь у ворот своего двухэтажного коттеджа, и даже не поставив машину на сигнализацию, тороплюсь к калитке. Не заперто. Подозрительно. Мои шаги отдаются эхом в ушах, а эмоции обострены настолько, что я могу метать молнии глазами. В прямом смысле слова. Я забегаю на крыльцо, толкаю дверь, сверху доносится энергичная музыка. Вдох–выдох. Потом снова вдох и снова выдох. Ступенька за ступенькой взбираюсь по лестнице, приближая себя к суровой реальности. У порога спальни мгновенно замираю. Кристина Белова – дочь лучшей подруги моей свекрови, скачет по комнате с Айфоном в руке, снимая заводное видео, нацепив на себя мое свадебное платье. Я привезла его сюда около года назад и с любовью повесила в шкаф. Кристина оскверняет особенный день в моей жизни и особенное платье, сшитое на заказ.

– Бельчонок, а давай снимем хоум–видео? Как в том кино, помнишь? Ты еще говорил, что твоя дура не оценила идею, обозвав тебя озабоченным идиотом!

– Да Леська бревно бревном и опилки у нее вместо мозгов.

Смеется мой муж, подхватывает Кристину на руки и смачно целует эти накаченные губы с идеальным контуром.

– Когда ты уже ее бросишь? Я так устала ждать.

– Скоро. Я нанял мужика, которого ты посоветовала. Он устроит все так, что наш с ней развод пройдет безболезненно.

– Любимый, я тобой горжусь. Ты такой умничка! – Кристина трется о Валеру всем телом, готовая раздеться перед ним здесь и сейчас.

– Я сделаю так, что она сама прибежит ко мне с мольбой развестись.

– Припугнуть эту курицу плевое дело. И может, не будем уже о ней? Я хочу повеселиться и использовать те классные штучки из секс–шопа. Кстати!

Кристина отлипает от Валеры, находит свою сумку и достает из нее огромный силиконовый член с моей фоткой, прикрепленной к головке. Она проводит по розовой игрушке языком, соблазнительно играя глазками. Я отчетливо вижу свое изображение, потому что сложно его не заметить, ведь она выбрала самый невзрачный снимок и то и дело тычет в него ногтем.

– Как тебе? – во все горло хохочет Белова. – Займемся анальным сексом?

Как только я слышу, что Валера согласен и возбуждается от одной мысли, что фаллоимитатор с моим лицом, будет доставлять удовольствие его стерве, а потом возможно и ему самому, теряю над собой контроль и бросаюсь на девчонку. Ее черные волосы путается в моих пальцах. Я тяну за них, что есть мочи, а Валера от шока превращается в статую.

– А–а–а, отпусти, сучка! – верещит Кристина, но я таскаю ее по полу, на который она оседает от боли. – Валера, убери ее!!!

Мой муж оживает, сковывает меня своими большими руками и оттаскивает от своей драной кошки. Она точно драная, я позаботилась. Кристина с плачем несется к двери, я успеваю наступить на шлейф платья и кусок драгоценной белоснежной ткани, остается в комнате, напоминая о ее акте вандализма.

– Отпусти! Отпусти меня!

Я вырываюсь, и в какую–то секунду Валера перестает меня удерживать. Хочу залепить ему пощечину, но он перехватывает мое запястье и так сильно толкает меня, что я падаю навзничь. Как же больно! Я едва не ударяюсь затылком об острый угол стеклянного столика. Еще бы чуть–чуть, каких–то пару сантиметров и я бы оказалась в реанимации.

– Как ты мог?! Я же любила тебя!

– Да пошла ты, дура! Ты мне на хер не сдалась. Пресная, скучная, предсказуемая овца! Я уже подал на развод, осталось дело за малым…

Валера обхватывает мои лодыжки, пока я, рыдая, перевариваю его слова, и тащит меня к лестнице. Я брыкаюсь, а он естественно сильнее и ему на все плевать. От его невиданной ранее жестокости меня вдруг ошпаривает будто бы кипятком. Как же так?

– Пожалуйста,…не надо…

ГЛАВА 2

Мне кое–как удается отпихнуть Валеру и ринуться вперёд. Я наворачиваюсь на ступеньке, скольжу на попе вниз и, рыдая навзрыд, поднимаюсь на ноги, держась за кованые перила.

– Какая же ты жалкая, Олеся Дмитриевна. Просто фу!

Мои глаза наполнены слезами, но победный оскал Беловой вижу более чем отчётливо.

– Ты никогда не подходила Валере. Едва я вас увидела вместе, поняла, что ты его тянешь ко дну. Ни кожи, ни рожи. Жаба вонючая. Ему нужна я. И только я. Запомни это раз и навсегда!

Закрываю лицо обеими руками, и не глядя по сторонам, выбегаю из двери на улицу.

– А платье супер! Тоже закажу себе у итальянских дизайнеров!

Кристина смеётся, а я бегу по мокрой траве газона, чтобы скорее покинуть территорию, огороженную высоким забором. Не прекращаю растирать щеки ладонями и тем самым размазывать макияж. Из–за горьких солёных слез я практически ничего не вижу, но на секунду, на совсем крошечное мгновение, мне кажется, что отъезжая от нашего загородного дома, я вижу свою свекровь – Людмилу Михайловну. Конечно же, это всё мираж, игра моего воображения. Они с Андреем Васильевичем в загородном доме и наслаждаются уютом, читая любимые книги, глядя в окно на разбушевавшуюся октябрьскую непогоду. А я? Я просто разбита и мне чудится всякий бред. Валера и Кристина…

Я ударяю по рулю, хватаюсь за рычаг переключения передач и, надавив на него, на скорости вылетаю на дорогу, ощущая, что педаль тормоза проваливается в глубину. Что такое? По трассе в обе стороны несутся машины. Водители нещадно сигналят и бурно жестикулируют, громко орут на меня, приоткрыв окна. Я словно в прострации, в параллельной вселенной но, не обращая внимания на возмущения, запрыгиваю в авто–поток, поднимая ворох кленовых листьев. А всё потому, что я не управляю своей машиной. Я больше не властна над ней. Страх обнимает меня противными когтистыми лапами от осознания действительности. Ужаса добавляет неожиданно выскочивший из туманной дали огромный джип. Я утапливаю педаль тормоза до предела, она тонет, а я зажмуриваюсь. Ничего не происходит. Скорость не сбавляется. Машина не слушается, заледенелый асфальт под колесами, только приближает меня к трагедии. Я кричу во все горло и выкручиваю руль вправо. Минутой позже влепляюсь в столб с обозначением поворота. Если бы я не рискнула, то устроила бы массовое ДТП на шумном перекрестке. Подушка безопасности спасает меня от сильнейшего столкновения моей груди с рулем, но не уберегает от черного Гелендвагена, который со свистом тормозит позади. Металлический скрежет, хлопок и меня подбрасывает на сиденье, как пушинку. Что же будет дальше? Я практически без сознания и крепче зажмуриваюсь от тупой боли в рёбрах.

Тишина и мое бешеное сердцебиение сливаются в унисон. Мне нужно понять насколько я влипла, и каковы последствия. Но я не могу заставить себя открыть глаза. Не могу. Я не в силах оценить случившееся и мне страшно от того, что произошло. А что произошло, боюсь представить. Господи… В груди всё сжимается. Понимание бетонной плитой обрушивается мне на голову. Пожалуйста, только бы без жертв.

– Откройте! – я вздрагиваю и испуганно гляжу на мужчину, что стоит снаружи, с поднятым вверх воротником куртки. Нажимаю на кнопочку, и стекло опускается. – У вас всё в порядке?

– Да. – Выдавливаю единственное слово и, дрожу, ожидаю продолжения беседы. Он секунду медлит, прежде чем продолжает говорить, ведь перед ним зареванная, опухшая девица с гримасой как фильме ужасов и в обнимку с подушкой безопасности.

– Хорошо. Тогда поступим так, – он шарится в кармане, достает телефон и быстро находит в нем то, что искал, – сейчас я вызову эвакуатор и позвоню в сервис, который поможет вам с ремонтом. И обратитесь в больницу, чтобы отмести скрытые травмы.

– Спасибо… но я …

Я была готова ко всему. Даже к тому, что на меня выльют ушат словесной грязи, но этот незнакомец справился о моем самочувствии и предложил помощь. Он со знанием дела разбирается с образовавшейся проблемой: предельно четко общается с ребятами из сервиса и дает им ценные указания, вызывает наряд ДПС, которому я изложу свою версию событий, скрыв очевидный факт насчёт тормозов. Ведь я прекрасно понимаю, кто может быть причастен к данному преступлению и не хочу, пока не хочу, разбираться в этом. Штраф за превышение скорости, станет самой меньшей из моих бед сейчас.

Глядя на своего нежданного спасителя, понимаю, что ему не впервой помогать людям и для проявления заботы и внимания, у него есть все средства. Сейчас редко встретишь того, кто безвозмездно окажет помощь. И уж тем более, не обвинит во всех смертных грехах.

–Так… – наконец собираюсь с духом и толкаю дверь, чтобы выйти. Она с трудом поддается моим потугам. Ее немного покорёжило. Холодный ветер пронзает насквозь. Тело болит и дискомфортно дышать. Спасают частые короткие вдохи. В больницу точно стоит наведаться.

Добравшись до заднего бампера, понимаю, что без ремонта не обойтись. Передняя часть тоже в хлам. Я вздыхаю, натягиваю на голову капюшон шубы и с любопытством перевожу взгляд от своей машины на джип, что вот–вот возобновит движение. На пассажирском месте сидит мужчина, облаченный во всё черное с глазами невероятного изумрудно–зеленого оттенка. Конечно же, мне не удается рассмотреть его как следует, потому что машина стартует, едва заботливый водитель возвращается в салон. Вечерняя мгла скрывает их вдалеке, а я остаюсь ждать эвакуатор, ДПС и размышлять над тем, что я чудом избежала смерти…

Я целый час провожу в больнице и получаю некоторые рекомендации, относительно своего здоровья. Слава богу, что полицейские не мучают меня расспросами и разрешают пройти обследование. Я соврала им, соврала себе и кажется, уже жалею об этом? Почему я не пишу заявление на этих двоих? Почему просто зарываюсь с головой в песок? Ведь им плевать!

Валера не звонит мне ни разу, с тех пор как я возвращаюсь в нашу квартиру в центре города. Не пишет ни одного сообщения с извинениями или хотя бы объяснениями. Я принимаю душ, смывая с себя груз боли, унижения, страха, что преподнесли мне муж и его любовница. Я даже не обмолвилась полиции о своих предположениях насчет отказа тормозов. Просто сказала, что не справилась с управлением на скользкой дороге. Парни из сервиса пообещали поставить меня в известность, если мои опасения подтвердятся. И тогда? А что тогда? Не знаю.

В задумчивости иду на кухню, наливаю бокал вина и, обернувшись пледом, беру фотоальбом и листаю его, усевшись на диван.

На фото наша поездка в Таиланд, прогулки по Индии, свадьба, медовый месяц в горах. Я словно вижу жизнь, которую прожила не я. Меня преследует тень Кристины. Вдруг они давно вместе и моя семья всего лишь фикция? Она же постоянно крутилась поблизости. Людмила Михайловна не упускала возможности пригласить дочь своей лучшей подруги на ужин или на семейные посиделки. Кристина Белова – главный гость всех наших мероприятий и встреч. Неужели я такая дурочка и раньше ничего не поняла?

– Привет! – веселый тон Валеры на самом деле повергает меня в шок. Когда он пришел?

– Ты? – я отбрасываю альбом, ставлю бокал на столик перед диваном и поднимаюсь во весь рост. – Как ты посмел прийти сюда?

– Вообще–то, это и моя квартира тоже. Забыла?

– Нет, не забыла. Но попрошу тебя собрать свои вещи и…

– Да–да, – Валера прерывает меня и идет в спальню, – где мой чемодан и та спортивная сумка от Адидас?

– В шкафу. На верхней полке.

Я бреду за ним и останавливаюсь в двери, смотря, как безэмоционально он сгребает вешалки в кучу и запихивает в чемодан с наклейками из совместных путешествий.

– Если ты думаешь, что мы будем разговаривать, то ошибаешься. Я все решил и мне неинтересно знать, что ты думаешь.

– Сегодня я попала в аварию. Тормоза отказали. Не хочешь спросить как я? – Я чуть–чуть заикаюсь. Чувства не скроешь и не спрячешь под замок. Но главное не наброситься на него с обвинениями и умышленном причинении вреда здоровью. Всему свое время и наказание настигнет парочку.

– Да плевать. Ты же здесь и выглядишь здоровой. Я люблю Крис и давно хотел уйти к ней, но все не досуг. Так что, не дави на жалость. Отец с матерью мировые люди, поймут, когда я им расскажу. И не маленький я, чтоб отчитываться.

Валера наполняет одеждой и сумку. Ловко дернув ручку чемодана, прикатывает его к стене неподалеку от меня, а затем берется за менее габаритную ношу. Я отхожу в сторонку, открывая ему путь к свободе, но он что–то мнется.

– Валер, так же нельзя…– касаюсь его предплечья. Оно напряжено, как и сам Валера.

– Перестань, не ной. Ненавижу нытье. Я уже всё сказал. Нас разведут быстро, имущество тоже поделим без проблем. Детей–то у нас нет.

Естественно он знает, на какие точки давить, чтобы я среагировала. Я целый год потратила на врачей, сдачу анализов и прохождение обследования, а он торчал на работе, подыскивая новые отговорки, чтобы не являться в клинку. И сейчас пытается меня уколоть? Болезненное жжение где–то в области солнечного сплетения подталкивает к тому, чтобы дать ему пощечину, но я лишь сжимаю кулаки. Сильно–сильно. До одурения.

– Я буду бороться за квартиру и наш дом. Ты получишь желаемую бумажку о разводе, но останешься ни с чем. Ясно?

– А что ты можешь? – Валера закидывает сумку на плечо. – Всё, что у тебя имеется, моя заслуга. Ты же ни одного решения без меня не приняла. Дизайнер хренов! Что? Что еще ты можешь мне сказать? А?

ГЛАВА 3

Ночь тянется долго. Я не сплю и под утро выгляжу как потрепанная кукла Барби. Голова болит от мыслей о не сработавших тормозах, о вчерашнем приходе мужа, о том, что я все–таки залепила ему пощечину и от того, что я снова одинока. В памяти всплывают слова известной песни: потому что три добрых года я лила слезы ручьем. У тебя нет права злиться на меня *

И это факт. Я лью слезы по тому, кто не стоит не единой моей слезинки. Только ничто не поможет мне залечить раны, кроме времени. Только оно способно не оставлять рубцов и стереть фантомные боли.

Кое–как поднимаю себя с постели, накидываю халат и следую на кухню, чтобы выпить крепкого кофе. Телефон, лежащий на комоде, призывно мигает. Беру аппарат и, сняв блокировку, вижу несколько пропущенных звонков от свекрови. Людмила Михайловна даже записывает аудио–сообщение. Я, конечно же, прослушиваю его и понимаю, что она в легком шоке от нашего с Валерой расставания. Видимо мой супруг, как только ушел вчера, сразу же поставил родителей в известность и не поскупился на сказки. Я не хочу ни с кем общаться и видеть тоже никого не хочу. Надо бы ей перезвонить, но нет желания. Просто нет.

После ухода Валеры я забралась под одеяло и не вылезала из–под него до рассвета. Так что прямо сейчас мне нужна еда. Желательно калорийная. Я мечтаю о большом куске мяса, но в холодильнике нахожу лишь половинку апельсина и несколько кусочков сыра. Что же, пора включать воображение и не дать себе умереть от голода.

После завтрака я собираюсь на работу. Мой небольшой бизнес потихоньку набирает обороты и я несказанно рада. Я мечтала о том, что буду создавать красоту вокруг людей, и когда Валера предложил арендовать помещение в одном из бизнес–центров, я наградила его потрясающим романтическим ужином с последующим вкуснейшим десертом.

– Черт! – выхожу из подъезда, смотрю на машину своей соседки и вспоминаю об аварии. Моя драгоценная «крошка» переживает ремонт, а я напилась столько обезболивающих, что согласна ехать в офис даже на сломанном велосипеде. Все равно ничего не почувствую.

Но проблемы сваливаются в кучу одна за другой. Помимо того, что машина в сервисе и мне придется осваивать новую дорогу на работу, мучаясь от боли в ребре, так еще и Кристина какого–то лешего звонит, когда я сажусь в подъехавшее такси. Быстренько вношу ее в черный список и откидываюсь на спинку сиденья, слушая рассказы водителя о надвигающемся ливне.

Я вхожу в высотное, на первый взгляд космическое здание с предвкушением того, что отвлекусь от происходящего в личной жизни, благодаря любимому занятию – разработке проекта для одного важного клиента.

– Доброе утро. – Улыбается охранник среднего возраста, кашлянув пару раз в сторону.

– И вам Борис Егорович. – Спокойно отвечаю я и прикладываю пропуск к электронной панели, что позволит мне пройти через турникет.

– Сегодня будет дождь. Вы взяли с собой зонт? – Интересуется мужчина с небольшим пивным животиком и залысинами.

– Он мне не пригодится.

Я не спеша двигаюсь к лифту и успеваю войти в него за двумя девушками со стаканчиками кофе в руках. Они разговаривают о премьере какого–то сериала, обсуждают красавцев–актеров, а я выжидательно смотрю на табло со сменяющимися цифрами и мечтаю скорее покинуть замкнутое пространство. Шестой этаж не так уж высоко и я наконец–то делаю заветный шаг на волю. Девушки хихикают мне в спину и едут дальше. Не сомневаюсь, что они работают в глянцевом журнале, редакция которого располагается на десятом этаже.

– Доброе утро, Вер. – С улыбкой, что дается мне с трудом, приветствую одну из своих сотрудниц. Она занимается рекламой и привлечением новых клиентов. Сегодня на ней скромная белая блузка и костюм винного цвета. Презентабельно.

– Ой, Олеся, что тут творится! Скажи, все и, правда, так печально? Я сначала не поверила, но потом поняла…

– О чем ты? – я свожу брови, пытаясь поймать нить повествования.

– Упс, – Вера закрывает рот рукой, – ты не в курсе, да?

– Да что такое?!

Я уже закипаю от злости и непонимания. В этот самый момент, как в лучших традициях жанра, из–за угла выплывает Кристина. Ее алые губы сразу же фокусируют на себе мое внимание. Безвкусная, дешевая подделка. Противно до тошноты.

– Вера, почему вы здесь? Все уже в моем кабинете. – Начальственный тон Кристины приводит Веру в оцепенение.

– Да, уже иду. Удачи, Олеся Дмитриевна. – Вера прикасается к моему плечу и спешит прочь.

– Что происходит? – спрашиваю ту, что умеет стонать лучше любой порно–актрисы.

– Теперь я тут главная. Твои малочисленные шмотки вон в той коробке. – Она показывает на кресло, в котором находится небольшая коробка из–под принтера.

– Не много ли ты на себя берешь, девочка? – я чувствую, что кровь приливает к моему лицу.

– Валера решит парочку формальностей и эта студия моя. Не устраивай истерик и уходи мирно.

Кристина светится от предвкушения моей полной капитуляции, но я приближаюсь к ней и, глядя в ее пугающие карие глаза, произношу:

– Я основатель АртНео, я приложила все свои силы и знания, чтобы проект процветал.

– А Валера вложил деньги и по документам, хозяин он.

– Ты не получишь мой бизнес. Как и квартиру. Все, что приобретено в браке, делится поровну. Поняла?

– Ага, это смотря как адвокат поработает. А у Валерочки самый лучший. Так что угомонись.

– Иди ты…

Горечь во рту превращается в горячую лаву. Я бесшумно сглатываю и понимаю, что снова проигрываю в эмоциональном бою. Причем бесповоротно и окончательно. Харитонов предугадал любой исход наших с ним отношений, а я наивно шла у него на поводу. Дело всей моей жизни утекает сквозь пальцы к какой–то пигалице, которая даже еще университет не окончила. Я покачиваюсь, как маятник, заставляя себя стоять до последнего.

– Пойми уже, что ты ничто, – Кристина шевелит губами, распределяя по ним помаду, – жена из тебя никакая, в сексе ты тоже ноль, по словам Валерочки.

– Закрой рот… – я еле–еле могу говорить.

– Вроде современная тетка, а все веришь, что мужика блинами со сметаной можно удержать. Дура!

– Замолчи…– я растираю виски двумя пальцами.

– Пропуск закинь на ресепшен и до свидания.

Волна злости быстро подхватывает меня под руки, и я бросаю пропуск вслед ушедшей мерзавке. За долю секунды добираюсь до лифта, вдавливаю хромированную кнопку, и когда двери подъемника открываются, я встречаюсь взглядом с ним. С человеком из моего прошлого…

ГЛАВА 4

– Привет. – Мягкая улыбка трогает губы Ильи. Страшно представить, сколько мы не виделись. Года три с половиной точно. Он изменился. Эти метаморфозы играют ему в плюс. Высокий, статный, широкоплечий брюнет с пронзительными зелеными глазами, в которых кроется какая–то ледяная свежесть, однозначно заставит биться сердца девушек учащенно.

Мне трудно говорить, потому что я вот–вот расплачусь. Илья нажимает нужную для себя кнопку и отступает. Я, не раздумывая, делаю выбор и скукоживаюсь, словно улитка в раковине. Он засовывает руки в карманы пальто и глядит на меня с недоумением и в тоже время с интересом. Убийственно маленькое пространство не оставляет мне шансов справиться с эмоциями. Надменный вид Кристины просто не выходит из мыслей. Я всхлипываю, и Илья оживает.

– Все в порядке?

Не знаю, то ли его внимание, то ли этот низкий тембр голоса, но я рассыпаюсь на кусочки и уже не переживаю за то, что он обо мне подумает. Слезы крупными бусинами катятся по щекам, я задыхаюсь от воспоминаний и от реальности, в которой оказываюсь по вине мужа.

– Тише, – Илья аккуратно обнимает меня и поглаживает по голове, – можешь плакать сколько угодно, я сохраню это в тайне.

– Спасибо…– нос не дышит, и я хватаю воздух ртом.

Лифт плавно зависает и открывает перед нами створки. Слава богу, в главном холле никого. Охранник и тот непонятно где. Несколько секунд не могу себя заставить отступить от Ильи. Боюсь, что он ужаснется, увидев мое лицо. И как нарочно, моя косметика дома. В миниатюрной сумочке не нашлось места даже блеску для губ.

– Ты за рулем? – Илья как–то легко концентрирует на себе мое внимание, и я согласно киваю, совершенно забыв о том, что машина в ремонте. – Всё также водишь Ауди эксцентричного красного цвета?

Опять соглашаюсь, но уже делаю шаг назад. Выровняв дыхание, морщусь от последствий аварии, но мгновенно забываю о ней, ощущаю аромат знакомый с первых нот. Не изменяет своему вкусу. Молодец. Только теперь я всюду буду улавливать эти редкие специи, добавленные в коктейль из древесной композиции. Лучше бы я совсем потеряла чутье.

– Извини, я даже не поздоровалась с тобой. Привет.

Я успеваю остановить смыкание створок и выйти в просторный холл, созданный в стиле лофт, дабы не наговорить лишнего. Ведь я и так позволила себе больше, чем должна.

– Лесь! – Илья рядом. Феноменальная скорость.

– Я спешу. Еще раз прошу прощения за сцену в лифте. У меня просто большие перемены в жизни и я к ним не готова.

Никак не могу найти телефон, чтобы вызвать такси. Это будто знак. Не знаю, свыше приходит знамение или дьявол так жестоко шутит надо мной.

– Давай пообедаем вместе? Предупреждаю твой вопрос – это просто обед.

Я не расслышала начало его фразы, но концовка служит уколом ясности. Неужели он и правда думает, что я приму его предложение. Бинго! Телефон находится, спустя целую вечность! Радуюсь, как ребенок, только не демонстрирую радость открыто.

– У меня дела. Хорошо выглядишь, приятно было повидаться. – Тараторю я, снимаю блокировку с экрана и, выпрямив спину, направляюсь на улицу. Илья секунд десять стоит на месте, а затем возвращается в лифт и больше меня не беспокоит.

*** Мне не хочется ехать в квартиру, которая, по всей видимости, скоро уплывет от меня так же, как и студия дизайна АртНео, если я и дальше буду тянуть резину. Но я в полнейшем шоке и потрясение настолько сильное, что я забываю об элементарных вещах, что уж говорить о борьбе за то, что положено мне по праву. Например, я теряю интерес к еде. Только мне необходимо поесть, иначе, я в буквальном смысле упаду в обморок. Поэтому пешком бреду до кафе, где часто бываю с мамой, когда она навещает меня и сажусь за столик, подальше от разговаривающих людей. Мне требуется тишина. Отчаяние уже близко к высшей степени безумия. Я ноль. У меня ничего нет.

Вот оказывается для чего, нужен брачный контракт. Для защиты от внезапных разрушений воздушных замков. Мой пал моментально. Будто и не существовал никогда.

– Вы готовы сделать заказ? – официантка такая улыбчивая, что на моей душе кошки скребут. За сегодня я уже ни один раз успела поплакать и понять, что нахожусь на самом дне, и никто меня не спасет. Даже миловидная девушка, что хочет показаться очень дружелюбной не сможет скрасить мое положение.

– Да, салат «Цезарь» и кофе, пожалуйста.

– У нас сегодня отличный пирог с вишней. Хотите?

– Нет, спасибо. – Улыбаюсь, пряча фразу "мне нужно экономить". Мысленно ругаю себя за то, что пару раз вызывала такси. Хотя, у меня есть личная карта с определенной суммой. День Х для нее настал.

За минуту разговора я понимаю, что ужасно проголодалась. И оставшись в одиночестве, жду не дождусь, когда на моем столе появятся выбранные мной блюда.

Входная дверь беззвучно открывается и закрывается. Я отвожу глаза от вазочки с цветами и навожу их на Илью. Да не может быть!

Он осматривается, стряхивает с плеч первые крупинки снега и с серьезным выражением лица, приближается к моему столу.

– Я за тобой не следил. – Сразу же начинает он.

– Кто я такая, чтоб за мной вели слежку. – Сухо улыбаюсь и вытаскиваю салфетку из салфетницы. Тонкая бумага быстро превращается в мусор.

– Можно? – показывает на свободный стул, и я пожимаю плечами.

– Мне предложили вишневый пирог. Думаю, тебе стоит попробовать. – Моя взгляд направлен на клочки салфетки, что я нарвала за считанные секунды. Нервы безнадежно сдают.

– Я не имею права спрашивать тебя, что случилось. Но там в лифте…

Я приподнимаю руку и выставляю ее как щит.

– Нет, не продолжай. Сама наша встреча большой сюрприз, но на этом всё. Можешь сидеть напротив, обедать, но, ни слова. Хорошо?

Илья никогда не выносил тех, кто ограничивает его, ставит рамки и вынуждает повиноваться. И сейчас я вижу, как в нем борются несколько стихий. Одна нахлестывается на другую, создавая неповторимый циклон, что обрушится на меня в самый неожиданный момент.

– Мне принадлежит здание, в котором нам посчастливилось встретиться. И еще несколько по всей стране. Я вернулся в Россию и планирую здесь обосноваться. Если тебе проще игнорировать мое присутствие, то это твой выбор. Но знай, что я не меньше тебя удивлен нашей встрече.

– Почему? – вопрос слетает с губ до того, как я успеваю подумать.

– Я слышал, ты вышла замуж, занимаешься любимым делом и поражен тому, в каком состоянии тебя обнаружил.

– М–м–м, – я прикусываю щеку изнутри. – Постарайся, пожалуйста, не пересекаться со мной. Город большой и тебе будет, где развернуться.

– Город меньше, чем ты думаешь и если, как сейчас, я зайду в кафе или ресторан, увижу тебя, клянусь, что сделаю вид, что мы незнакомы. Согласна на подобный расклад?

– Да. Спасибо.

Илья встает, расправляет пальто и кому–то кивает, глядя в большое окно. Я замечаю мужчину, что помог мне на дороге в момент аварии. Картинка складывается в моей голове в единое полотно, и я подавляю усмешку, глотком воды из стакана, что беру в руку сразу после ухода Ильи. Судьба–злодейка расставляет ловушки повсюду. И мы как несмышленые пташки, попадаем в них, ломая свои хрупкие крылышки.

– Ваш заказ. – Официантка приносит мой салат и кофе. Я благодарю девушку и как партизан наблюдаю за Ильей. Присоединившийся к нему мужчина, доносит до него какую–то информацию и тут же покидает кафе. Илья замирает у витрины с десертами, давая мне возможность оценить его образ. По–прежнему элегантен и верен классическому стилю. Настоящий джентльмен, чье состояние зашкаливает за немыслимую отметку. Да, я читаю светские новости и в курсе того, что он преумножает свои богатства, до сих пор холост и необычайно щедр. Парочка фондов существуют за счет его инвестиций.

Я прекращаю рассматривать своего бывшего, зная, что все, что было между нами в далеком прошлом. У меня есть муж. Пускай лишь формально. Я на пороге новой жизни и вот–вот начнется бракоразводный процесс. Зная Валеру, он организует всё так, что я окажусь у пустого корыта меньше чем за месяц. Кому нужна оборванка с таким опытом за плечами?

– Девушка, – я зову официантку, и она незамедлительно спешит ко мне, – я бы хотела расплатиться.

– Конечно. Одну минуту.

Илья берет коробку со сладостями из рук симпатичной брюнетки с раскосыми глазами и уже собирается уходить, как милая девочка в скромной блузке, обслуживающая меня, оповещает на всё кафе о том, что моя карта заблокирована. Я краснею вмиг. Некоторые посетители оборачиваются посмотреть и перешептываются, создавая приглушенный гул. Как же мне стыдно. Почему она не функционирует? Это же мой счёт!

Ненавижу Валеру и его мегакрутых дорогущих адвокатов, которые каким–то образом перекрывают мне денежный поток. Наверняка, применяют "мутные" методы.

Ненавижу себя и то, в какой ситуации снова оказываюсь. Борись, твердит мой внутренний голос

– Наличные? – уточняет официантка и «стоит над душой».

– Да…

Долго копаюсь в кошельке, потом в сумочке и опускаюсь до того уровня, когда уже больше негде искать деньги.

– Мне позвать менеджера? – напирает она, будто я какая–то мошенница или злостная нарушительница.

– Простите, я…– сумбурно сгребаю вываленные на стол вещи из сумочки и дрожащей рукой убираю волосы за ухо.

– Анатолий Павлович, подойдите, пожалуйста! – кричит некогда показавшаяся мне адекватной и приятной официантка. – У нас тут очередная халявщица!

ГЛАВА 5

Менеджер Анатолий с выверенной до мелочей улыбкой и манерой поведения присоединяется к нам с официанткой, что излишне воодушевлена сложившейся ситуацией. Неужели ей причитается премия за отлов недобросовестных посетителей?

– Чем могу помочь? – сложенные на груди руки менеджера, не предвещают ничего хорошего.

Я переминаюсь с ноги на ноги и чувствую на себе острый взгляд Ильи. Молю его не совершать опрометчивых поступков или рыцарских жестов.

– Девушка не может оплатить заказ. – Яснее некуда изъясняется официантка, а по всему моему телу расползаются мелкие мурашки. На мне водолазка и предвестников дикого волнения никто не увидит.

– Я извиняюсь, и я не собираюсь убегать, – разве я похожа на злостную нарушительницу закона? – Только пойму, как я могу с вами расплатиться.

Узкие глазки парня в фирменной жилетке заведения сверкают не добрым блеском. Его звездный час настает. Помимо того, что моя жизнь летит в тартарары, так я еще постоянно попадаю в такие непредвиденные капканы. Валера постарался обеспечить мне унижение по всем фронтам. Я не предполагала, что он окажется таким подлецом. И ума не приложу, что мне теперь делать.

– Здравствуйте, – Илья перенимает на себя взоры работников кафе. – Пожалуйста, спишите нужную сумму с моей карты. И про чаевые не забудьте.

Анатолий победно расправляет плечи и вместе с официанткой, что берет предложенную золотую карту, движется к стойке, где производит все необходимые операции.

– Спасибо. Снова.

Смотрю на Илью в упор, жалея, что именно он становится моим спасителем. Наше расставание нельзя назвать идеальным и уж точно дружеским, так что его поступок, несоизмеримо великодушен. У меня не находится слов, чтобы описать свои чувства. Зависеть или быть должницей этого мужчины большая ошибка. Возможно самая большая из всех совершенных кем–то ранее. Он Аид, вокруг которого регулярно сгущается тьма. Попасть в расставленные им сети легко, а выбраться из них нереально и придется до скончания века скитаться во тьме.

– Не хочешь рассказать, что с тобой приключилось?

Я отрицательно верчу головой и, дождавшись Анатолия, получаю одобрение на уход. Второпях надев шубу, покидаю кафе. На улице ловлю ледяные потоки воздуха и инстинктивно ёжусь. Спуск в метро в нескольких метрах и это хорошо, так как у меня в кошельке всего пару сотен, а карты теперь всего лишь куски пластика. Но что–то замедляет меня на пути к подземке.

– Ты отказываешься от помощи, потому что ее предлагаю я?

От Ильи веет первозданным мужским естеством. А у меня внутри зарождается первобытный страх. Я уже и забыла, каково это бояться его присутствия. Рядом с Ильей рискованно расслабляться. Он как хищник чует запах крови и набрасывается на тебя, как на добычу, разверзнув свою огромную пасть. Никогда. Я сказала себе никогда впредь, не позволю такому мужчине как он, сломить мой дух. Короткая усмешка оседает на моих губах, потому что вспоминаю о Валере. Мы девушки часто жалуемся, что нам попадаются не те мужчины, а что если, мы сами выбираем не тех, кто предназначен нам судьбой? Есть вероятность, что я все еще верю в принцев. Но вера пошатывается, как только на горизонте возникает всадник без головы или предатель в обличии ангела.

– Ты здесь не причем. – Отвечаю я, выпуская изо рта клубок пара. Начинаю движение в направлении метро, резко оборачиваюсь, гляжу на Илью с безопасного расстояния и теряюсь под землей. Специфический запах, людские голоса и толкотня, позволяют мне переключиться на то, что не связано с моим бывшим.

Вечером этого же дня, я отвлекаю себя разбором гардероба. За последний месяц я похудела на семь килограмм, и некоторая одежда висит на мне мешком. Я впадаю в тихую задумчивость и не слышу прихода Людмилы Михайловны.

– Олеся, миленькая, вот ты где.

Блузка выпадает из моих рук прямиком к ногам. Да я и сама чуть ли не падаю ниц от ее внезапного появления.

– Людмила Михайловна? Простите, вы меня напугали.

– На мои звонки ты не отвечаешь, сообщения игнорируешь, я должна была что–то делать.

– Да, так случилось, – я берусь развешивать платья отдельно от других вещей,– по многим причинам.

– Брось ты это глупое занятие! – она стремительно приближается, выхватывает у меня вешалки и кидает их на кровать. – Эта гадина получит по заслугам. Валерочка наиграется и вернется. Если любишь, примешь его. Ты же любишь моего сына?

Серые глаза с легким голубым ободком вокруг радужки, пристально буравят во мне отверстие. Свекровь ждет моего ответа, а я понятия не имею, что ей сказать.

– До недавнего…происшествия, я думала, что наша любовь взаимна.

Я усмехаюсь. Грустно. Тревожно. Тоскливо.

– Знали бы мы, к чему приведут визиты Кристины, выставили бы ее за порог раз и навсегда. Но мы не в силах предугадать то, что будет завтра или послезавтра. Я уверена, что Валера опомнится, одумается и решит вернуться к тебе.

– Без обид, Людмила Михайловна, но я вряд ли смогу его простить. Он лишил меня не только привычной стабильности, но и средств к существованию, бизнеса и как бы смешно не звучало, разбил мне сердце.

Женщина тяжело вздыхает, берет меня за руки и большими пальцами поглаживает тыльные стороны моих ладоней.

– Я бесчестное количество раз прощала Андрюшу. Любовь сильнее гордости и притупляет любую боль.

Я вдруг реверсирую к прежним мыслям о стабильности, и меня осеняет. Валера и я. Любили ли мы так сильно, как бы мне того хотелось? Желали ли друг друга настолько необузданно, чтоб ожидание встречи казалось невыносимым? Да! На моей памяти много моментов абсолютного счастья. А в последние полгода он отправлялся в командировку чуть ли не каждую неделю и ни разу не выходил на связь. Наверняка развлекался в компании Кристиночки, которая тянула его все сильнее и сильнее. Хочу выкрикнуть «наивная дура, ты как малолетка жила в розовых очках», но со мной в комнате свекровь.

– Он подал на развод. Я жду вестей от его адвоката.

– Боже мой! – сокрушительный вздох в ее исполнении заглушает мое сердцебиение.

– Ничего. Я тоже обращусь хорошему адвоката. Пускай даже придется заложить в ломбард некоторые подарки Валеры.

Услышать такое от снохи сродни оплеухе, и Людмила Михайловна впадает в ступор. Минутой позже, она исчезает в коридоре и возвращается с кошельком.

– Ты не должна перебиваться случайными подачками и унижаться в этих грабительских забегаловках. Держи, мои личные сбережения на случай глобальной катастрофы. Сняла перед тем, как приехать. Как знала.

Вот так. У всех есть запасы на «черный день», а у меня дырка от бублика. Но я учусь на своих промахах.

– Нет, не нужно. Я справлюсь.

Людмила Михайловна, конечно, еще примерно полчаса не теряет надежды меня вразумить, а затем мы пьем чай и я выхожу ее проводить. Октябрьский колючий ветер забирается под мою короткую шубу, но я стойко держу оборону и согреваюсь тем, что своими жестами помогаю ей вырулить из парковочного кармана.

С отъездом свекрови я держу курс на подъезд и не сразу распознаю свою фамилию и имя, озвученные кем–то вслух. Оборачиваюсь и застываю от неожиданности.

– Харитонова Олеся? – повторяет мой «дорожный» знакомый. Я точно никогда его не забуду.

– Да, пока еще Харитонова. Добрый вечер.

– Мы можем кое–что обсудить?

– Вас прислал господин Новицкий?

– Кто?

ГЛАВА 6

– Я не собираюсь играть с вами в игры.

Я уже порядком замерла и мне хочется погрузиться в горячую ванну, забыть обо всех передрягах и хитросплетениях судьбы.

– Меня зовут Семён. Я личный помощник Ильи Эдуардовича. Если вы сейчас не ответите на звонок, он меня уволит.

– Звонок? – Не показываю ничего, кроме удивления. Секунду спустя телефон, находящийся в моем кармане устраивает танцы с бубном. Я вынимаю его, но номер зашифрован и высвечивается как неизвестный. Семен неподалеку и дергает подбородком вверх, говоря «давай, не подводи меня». Ладно, так и быть, провожу пальцем по экрану и прикладываю телефон к уху. Шелковистый голос с низкими басами вызывает цепочку мурашек на коже. Я от макушки до пят пронизана ожиданием. Пока не понимаю, чего жду, но явно не того, что произносит Илья.

– Ты была у врача?

– Что? – поворачиваюсь к Семену спиной. – Как ты вообще узнаешь, что и когда я делаю?

– Ты же меня знаешь, я люблю…

– Нет, прекрати. То, чем ты занимаешься, незаконно и мерзко.

– Богатство заключается не во множестве денег, а во множестве возможностей, что они дают.

– Господи, Илья, я не собираюсь слушать о том, как ты кому–то заплатил и на что пошел, чтобы снова приблизиться ко мне. Повторюсь, усмири свой пыл и не преследуй меня. Я рада, что у тебя всё хорошо, что ты здоров и по–прежнему богат, но остановись. И своего помощника, – я оборачиваюсь к Семену, – цени. Он отличный парень.

– Один ужин. И больше ты меня не увидишь.

Я не намерена продолжать этот разговор, ведь чем больше я буду его слушать, тем больше лжи услышу. Илья не может солгать чуть–чуть. Я же его знаю. Он будет прикрывать ложь красивыми цитатами, а потом я неожиданно пойму, что утопаю в бездонной яме, на дно которой он подстелил соломы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.