Алина Сорс
Держи меня, если сможешь

Дым сожжённых мостов до сих пор душит тебя?

1

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Оставьте сообщение после сигнала»

Привет… ты видимо ещё летишь или только приземлился а я просто… прокралась в твою пустую квартиру *нервный смешок* я взломала её после того как моего папу убили я просто не знала куда мне пойти и пришла сюда это так… странно я ничего не чувствую абсолютно ничего я говорю а голоса не слышу скажи у тебя тоже так было тебе казалось что ты висишь *урывчатый вдох* будто я снова оказалась в пустоте как будто… меня не существует а все что вокруг это только иллюзия всего-навсего сон… люди видят их перед рассветом значит я скоро проснусь правильно это скоро пройдет это не может быть правдой я не помню как дошла сюда значит это лишь кошмар и когда я открою глаза никакого сообщения не будет всего этого не будет я лишь должна выбраться из этого сна

3,5 года спустя

Германия

Телефон громко завибрировал, опасно дрейфуя к краю стола. Ещё секунду, и он упал бы на пол, но владелица вовремя спохватилась. Лея накрыла гаджет ладонью и нажала кнопку питания, сбрасывая звонок, но не выключая устройство полностью. В погасшем экране заплясали отблески огоньков свечей.

Лея встретилась взглядом с голубыми глазами Алекса:

– Прости.

Тот оглянулся на настенные часы: кухня почти полностью утонула во мраке, тёмные стрелки часов показывали одиннадцать вечера.

– До конца отпуска остался ещё час, а тебе уже звонят, – хмыкнул Алекс и, когда девушка не ответила, потянулся за бутылкой вина, – Но мы не позволим испортить нам ужин.

Поднимаясь, Алекс прикрыл ладонью карман светлых брюк, и это не осталось вне внимания Леи. Бокал наполнялся красным полусладким, а Лея неизменно смотрела на руку, пока телефон не завибрировал во второй раз. На этот раз девушка мгновенно сбросила звонок Мюллера и забрала устройство со стола.

– Кто это? – поинтересовался Алекс, уже сев. Лея пропустила момент, когда бы смогла рассмотреть, что прячет парень.

– Мой клиент, – девушка положила телефон на колени, прикрытые чёрным летним платьем.

– Клиент? Солнце, мы приехали на отдых, ты обещала, что не будешь искать клиентов.

– Он сам меня нашёл, – коротко ответила Лея без ноток вины в голосе. В конце концов, всё было именно так, он нашёл её и пригласил на переговоры, поэтому дилемма «куда же съездить летом» мгновенно решилась.

– И какую виллу заказал твой клиент, звонящий посреди ночи?

– Аэропорт. Ему нужен архитектор, который восстановит старый аэропорт за городом.

Брови Алекса взлетели вверх от неожиданности.

– Это большой важный проект, от которого я не собираюсь отказываться, но сейчас я не хочу об этом говорить.

Лея первой подняла бокал, всё ещё глядя парню в глаза.

– За нас, – улыбнулась уголками губ.

Стекло звонко звякнуло в тосте, тогда как Алекс выпил половину, Лея отставила бокал подальше.

– «За нас», – повторил парень, смакуя слова, – Ты хорошо сказала. Мы с тобой знакомы уже полгода и это время стало лучшей частью моей жизни, мы стали лучшей его частью.

Лея выпрямила спину, стараясь сохранить спокойствие на лице, хотя взгляд на мгновение и метнулся на нетронутое вино – может, ещё не поздно поддаться теплу, которое расслабляет тело после нескольких глотков.

– Я хочу сказать, что сильно тебя люблю.

Лея сжала в кулаках низ платья. Обычно она ответила бы, что тоже его любит, но сейчас всё не как обычно. Слишком подозрительное поведение, слишком странная интонация у парня.

Будто слыша её мысли, сквозняк всколыхнул пламя свечей, однако не потушил. На стенах хаотично заплясали тени, но Лея могла только краем глаза смотреть на них. Молчание показалось ей слишком затянутым, но Алекс расценил его по-своему – как сигнал к действию, как молчаливое согласие. Его рука опустилась в карман.

На коленях Леи внезапно завибрировал телефон, разрушая всю атмосферу. Спасая девушку. Она мгновенно перевела взгляд на устройство.

– Я должна ответить, – вырвалось у неё, и, прежде чем Алекс успел что-то сказать, она встала из-за стола и поднесла трубку к уху с безэмоциональным «слушаю».

Ноги медленно несли её из кухни. Уже выйдя из каменного арендованного домика, Лея облегченно закрыла глаза и позволила себе вздохнуть.

– Слушает она, значит. Где тебя носило? – раздражённо спросил Мюллер по-немецки.

– Смени тон. Я не твоя «шестёрка», Эдуард, так что не забывайся.

В трубке воцарилась тишина, только характерное шипение указывало на то, что собеседник всё ещё на связи. Лея воспользовалась моментом и оглянулась: Алекс включил на кухне свет, тем самым закончив романтический ужин. Он не пошёл вслед за Тумановой, что изрядно радовало и раздражало одновременно.

– Просто сейчас в аэропорту совершает «аварийную», – процедил Эдуард, — посадку частный рейс.

Неожиданно, подумалось Лее, совсем не предсказуемо.

– И чего ты хочешь от меня – чтобы я расстреляла людей на борту? – Лея ещё раз оглянулась, хотя и помнила, что Алекс ни слова не понимает по-немецки.

–  А ты хочешь знать, кто на борту? Тот самый бизнесмен, с которым мы уже месяц ведём баталии за аэропорт.

«С которым ты ведёшь», – мысленно огрызнулась Лея, но продолжила молча слушать.

Это не аварийная посадка, а наглое вторжение на нашу территорию, поэтому как своего представителя и как главу мафии прошу тебя разобраться с этим. Немедленно.

Короткое шкварчание сменилось протяжными гудками. Лея убрала телефон от уха, ещё раз оглянулась, а потом решительно направилась к мотоциклу, который, за отсутствия гаража, оставила под деревом. Она скептически посмотрела на платье – не лучшая одежда для езды, но движений оно не сковывало, прилегая к телу только на талии. Лея сняла с руля шлем и положила телефон под сиденье, в спешке зацепив ткань, прикрывавшую пистолет. Только когда загудел двигатель, Алекс выбежал на улицу, но увидел лишь огни задних фар, которые с каждым мгновением отдалялись.

Стрелка спидометра остановилась на отметке сто семьдесят. Лея мчалась по пустой трассе, но на холмах и извилистых дорогах она не разгонялась до максимума. Волосы разлетались на ветру, платье щекотало ноги.

Приблизившись к аэропорту, девушка выключила фары. Прихватив пистолет, она в полной темноте вошла в старое здание, где даже летом было достаточно холодно. Между распахнутыми настежь дверями и разбитыми окнами бродил сквозняк, от голых бетонных стен эхом отдавался каждый шаг. Лея поднялась по эскалатору – пешком, конечно, преодолевая высокие ступеньки, которые прогибались под массой тела. Ей подумалось, как сложно будет восстановить это огромное здание, хотя не сложнее, чем удержать под своей властью стратегическую точку, защитив от других бандитов, которые регулярно проводили здесь переговоры, передавали деньги или заложников. А ей это удалось. Удалось за две недели, что, конечно, выглядело чрезвычайно подозрительно, чтобы назвать её победу окончательной. Теперь ясно: её главной целью всё время были не местные шайки, и даже не полиция, если они за десять лет не смогли искоренить криминал, а бизнесмены.

Сквозь панорамные окна второго этажа Лея заметила небольшой самолёт «Horizon Air», окружённый толпой подчинённых Эдуарда. Изнутри к бандитам с оружием в руках до сих пор никто не вышел, ни в салоне, ни в кабине пилота не горел свет. Может, действительно аварийная посадка?

Лея спустилась на взлётную полосу, мысленно повторяя название авиакомпании. Оно было ей невероятно знакомо, крутилось где-то на краю сознания, но сразу исчезало, как только девушка пыталась сосредоточиться.

Было бы проще, если бы Эдуард говорил, с кем именно борется за право на аэропорт.

Дула пистолетов неожиданно перевелись на Лею, но, как только бандиты поняли, кто перед ними, опустили оружие, хотя и без охоты.

– Как обстановка?

– Сидят молча, – отозвался Филипп, лучший друг и правая рука Эдуарда.

– Сколько их там? – без особой надежды спросила Лея.

– Трое и пилот. Как будем «выкуривать»?

Лея ответила не сразу, вспоминая перевод слов «выманивать» и «выгонять» и пытаясь понять эмоциональную окраску. Девушка прищурилась: в иллюминаторе мелькнула фигура. Казалось, что она уже достаточно долго наблюдала за ними, просто слившись с темнотой. Не отрывая взгляда от самолёта, Лея скомандовала опустить пистолеты. Бандиты недоверчиво переглянулись, и Туманова обернулась, недовольная задержкой, молчаливым взглядом заставив гангстеров подчиниться.

Двери самолёта, поборов вакуум, выехали вперёд, а потом в сторону, на взлётную полосу начал медленно опускаться трап, а в салоне до сих пор было темно. Бандиты снова возвели дула.

– Опустить оружие! – громко сказала Лея одновременно с тем, как трап коснулся взлётной полосы. Девушка настороженно вглядывалась в темноту, размышляя, стоит ли расценивать этот жест как приглашение на борт.

В дверях внезапно появился парень. Его лицо и тёмные волосы всё ещё тонули в полумраке, однако белые кроссовки будто светились. Вертикальная линия делила легкую рубашку на чёрную и серую половины.

– Вы на территории Гельдестод. Выйдите с поднятыми руками и никто не пострадает, – чётко произнесла Лея, и после нескольких секунд молчания решила добавить на английском: – We won't harm you.

– Я и с первого раза понял, – ответ прозвучал довольно расслабленно, с небольшим акцентом.

Кожа на руках Леи внезапно покрылась мурашками.

Этот голос…

Парень сунул руки в карманы и ступил на трап, глядя под ноги. Взъерошенный за время перелёта каштановый чуб падал ему на лицо. С каждым его размеренным, но твёрдым шагом сердце Леи стучало на один удар чаще, она не могла оторвать взгляда, а он как будто нарочно не поднимал голову, пока подошва обуви не коснулась асфальта.

Егор встретился с пепельными глазами.

«Horizon Air» – популярная американская авиакомпания, одна из крупнейших точек которой находится в Лос-Анджелесе. Вот, почему название казалось Лее знакомым.

Время для обоих как будто остановилось, все слова исчезли.

Взгляд Егора блуждал по знакомому лицу, спускался вниз по чёрному платью и к пистолету в левой руке. Он не заметил, как вслед за ним спустились другие пассажиры. Сначала вышел Томас – парень с шоколадной кожей и короткими шероховатыми волосами; на нём была футболка с классическим гавайским узором – насмехается что ли? – низом которой Томас протирал очки. Потом, поправляя русые волосы, осторожно спустилась Вивиан. Она попыталась обратиться к Егору, но тот никак не отреагировал. Он до сих пор не верил собственным глазам. На худощавого пилота со шрамом на щеке совсем никто не обращал внимания.

– Лея… – к Тумановой настороженно подступил Филипп. Он перевёл взгляд на Егора, но приглушил любопытство.

Лея спохватилась и, хотя всё тело сопротивлялось тому, чтобы отвернуться, взглянула на бандита.

– Спрячьте оружие, они не представляют угрозы, – мысленно она переспросила себя, действительно ли это так, но решила выяснить позже. – Проведём наших гостей внутрь.

Егор посмотрел на мрачное здание за спиной девушки. Знаменитый заброшенный аэропорт, два этажа, которыми все так хотят завладеть – в реальности он больше, чем на фото, да и посадочная полоса не показалась Беляеву короткой.

Бандиты запихнули пистолеты за пояса и во внутренние карманы курток. Осторожно отступая, Лея ещё раз поймала взгляд зелёных глаз, а потом первой направилась к аэропорту, тем самым приглашая идти за ней. В окружении конвоя местной банды трое пассажиров «Horizon Air» зашагали в здание, ради которого и прибыли.

Вивиан, пытаясь унять дрожь, обхватила себя руками и побрела рядом с Егором. От вида с десятка вооруженных до зубов преступников из груди вырвался вздох, но всё же она смогла овладеть голосом.

– Эта девушка… – Вивиан кивнула на Лею, хотя необходимости в этом не было: Егор и так не отрывал от неё взгляда… – Вы были знакомы?

– Были… – почти шёпотом ответил он.

Поднимаясь, Лея смотрела впереди себя, но не видела ничего. Ноги сами несли её в просторный зал ожидания, где осталось несколько рядов кресел и запылённых журнальных столиков. В голове роились тысячи мыслей и одновременно не было ни одной. Лея присела на край первого попавшегося кресла, положив пистолет на соседнее, а Егор разместился напротив, до сих пор не сказав ей ни слова, в общем, как и она ему, однако шок начал медленно отпускать, на смену десяткам вопросов пришло понимание того, что у них общая цель. Но они будут по разные стороны баррикад.

– Вы обманули диспетчерскую службу и намеренно приземлились именно здесь, – Лея обвиняла, а не спрашивала, но делала это спокойным, сдержанным голосом.

Спутники Егора, разместившиеся по обе стороны, молча смотрели на него, из чего Туманова сделала вывод, что немецкого те не знают.

– Очень самоуверенно, но недальновидно, – продолжала она, ведя ещё одну войну – молчаливую войну взглядами. Им необходимо оказаться наедине, без присмотра местных бандитов и двух американцев, чьих имён Лея не знала.

Егор расслабленно откинулся на спинку и положил руку на подлокотники, не прекращая «гляделок».

– Скоро аэропорт будет принадлежать мне, поэтому я решил осмотреть здание, а заодно проверить взлётно-посадочную полосу – сколько же метров ей не хватает, что пришлось свернуть лавочку.

Лея сдержала смешок на легенду о короткой полосе и на дерзкое заявление Егора о владении аэропортом.

– Как у тебя дела? – неожиданно спросил Беляев на украинском.

Бандиты поменяли позы, положив ладони на рукоятки пистолетов. Егор обвёл их взглядом и оскалился, обнажив острые клыки.

– Давай не сейчас, – попросила Лея и уже тогда вернулась к немецкому: – вторгнуться на территорию Гельдестод означает жестокую смерть – вам просто повезло.

– Да ладно тебе, – Егор продолжал свое, только больше раздражая членов Гельдестод.

– Я тебя защищаю, идиот, – с непроницаемым выражением лица ответила Лея, приковав внимание подчинённых к себе.

– Говори по-немецки, – буркнул Филипп девушке.

– Чего это он тобой командует? – прищурившись, Егор указал большим пальцем на Филиппа. К его плечу обеспокоенно прижалась Вивиан.

– Конструктивного диалога у нас с тобой не получится? – Лея продолжила так же спокойно, будто в этот момент и не вскочили бандиты, сокращая расстояние к ней и к пассажирам самолёта.

Томас примирительно поднял руки, надеясь, что так его не будут трогать, но его всё же дёрнули вверх за воротник рубашки; очки сползли на нос. Вивиан оглянулась на крупного мужчину прямо позади кресла Егора, но Беляева схватить не успели. Он поднялся и оттолкнул нападающего от товарища. Мужчина заточился, на грудь Егора направили оружие. Лея через мгновение оказалась рядом с бандитом и подбила его руку вверх. Пуля вылетела в потолок, после чего Туманова сразу выхватила пистолет из его ладони и направила сначала на самого бандита, потом обвела дулом остальных.

– Прекратите это представление. Бандиты… – процедила Лея и оглянулась на Егора.

Он выдавил улыбку мужчине, которого толкнул.

– Sorry, – насладившись последней выходкой, Беляев медленно опустился обратно на кресло и перешёл на немецкий: – полёт был долгим и непредсказуемым, поэтому прошу прощения за неудачное начало. Меня зовут Егор Беляев, а это моя команда: Томас Янг, – Томас снова сел, хотя и не расслабился, – и Вивиан Блейк, – девушка легко кивнула, не понимая, но догадываясь, что именно говорит Егор.

Лея в этот момент невнимательно положила уже второй пистолет на кресло слева и устало откинулась на спинку, уже не обращая внимания на то, что в последний раз протирали её лет двадцать назад, когда рука закона ещё была властной над Шпаером и отсюда обычными рейсами летали обычные люди.

– Надеюсь, что мы поладим, Лер… Лея Туманова.

– И как надолго вы к нам пожаловали?

– Пока не получим желаемое.

– На пенсию заработать успеете, – хмыкнула Лея, но быстро вернулась к теме: – И чем вы занимаетесь? – она впервые за встречу открыто оглядела Томаса и Вивиан. К этому времени напряжение в помещении немного рассеялось, оружие исчезло из поля зрения, в воздухе завис аромат сигаретного дыма.

– Недвижимостью. А ты?

– Также недвижимостью, – сдержанно.

– Неподвижными телами, – фыркнул сбоку кто-то из бандитов. И Егор, и Лея сделали вид, что не услышали.

– Кажется, мы хотим одного и того же, – подметил Беляев, а девушка едва сдержалась, чтобы не возразить: одно и то же – это о сотрудничестве, а не о неизбежной конкуренции. – Зачем тебе аэропорт?

– А тебе зачем?

– Это хорошая инвестиция, – спокойно сказал Егор, на что Лея развела руками, мол, он только что сам ответил на вопрос.

– Во всяком случае тебе лучше о ней забыть и улететь прочь. Выбери любой другой аэропорт в любой другой точке мира. Ты не знаешь, во что ввязываешься.

– В то же самое, что и ты.

Лея опустила взгляд на пол, в глаза бросились старые, уже почти незаметные пятна крови, навсегда въевшиеся в плитку. А во что она ввязывается? Дело с самого начала казалось подозрительным, но теперь контроль – то бишь его иллюзия – полностью выскользнула из её рук. Таких совпадений не бывает.

Лея Туманова, самый молодой в истории лидер банды, которую все с крохой уважения называли мафией. После подавления бунта и «чистки» рядов бандитов она покорила несколько соседних областей. Затем ночную столицу, а тогда – и дневную. Она наладила связи с криминальным миром Польши и Грузии, теперь же она собирается сдружиться с Гельдестод, отвоевав аэропорт у Шпаера, вот только отвоевав у кого? У Беляева? Нет, конечно, в её обязанности ещё входит восстановить здание – архитектурный проект – но сейчас ощущение подвоха нахлынуло на Лею с новой силой.

– Поговорим об этом за завтраком? – предложил Егор.

– Нет.

– Ты же понимаешь, что я никуда отсюда не уеду?

– Ты понимаешь, что это объявление войны?

Егор стиснул зубы, не желая отвечать и опасаясь спрашивать, кому именно её объявляет – неужели Лее? Или, может, бандитам вокруг? Беляев обвёл их взглядом, ловя себя на мысли, что особо ничего не знает о Гельдестод, кроме того, что она держит в страхе целую федеративную землю. Больше всего Егора интересовала роль Тумановой в группировке: не уважают, но слушают – не руководитель, но лидер.

– Филипп, надо подвезти наших гостей к мотелю. Остальные детали выясним завтра.

Коротко стриженый мужчина лет тридцати кивнул, затем качнул головой, подавая Гельдестод знак выполнять приказ немедленно. Как только бандиты зашевелились, Егор шепнул несколько слов друзьям и первым встал. Когда встала и Туманова, парень протянул руку с поднятой ладонью. Лея заколебалась, не представляя, что Беляев собирается выкинуть, но всё же вложила руку и снова попала в перепалку взглядов. Егор выждал несколько секунд, а потом сомкнул пальцы в рукопожатии.

– Рад видеть тебя.

Лея устало улыбнулась:

– Скоро не будешь, – она легко убрала руку, обернулась и, забрав с кресла свой пистолет, направилась к старому эскалатору. Спрятала оружие обратно под сиденье, надела шлем и снова помчалась вдоль безлюдной трассы.

Медленно продвигаясь к выходу, Егор прислушался к тому, как в ночи растворяется рёв двигателя мотоцикла. Всё вокруг казалось сном, причём очень странным.

Покружив перед тем по объездным магистралям, Гельдестод привезли гостей в двухэтажный мотель в Шпаере. Бандиты сами уладили ситуацию с рецепцией, а Филипп, который ехал в другом автомобиле, даже забрал из самолёта багаж, о котором трое иностранцев успели забыть.

– Sweet dreams, – сластиво пожелал Филипп, вот только отвечать совсем не было желания.

Как только бандиты ушли, Егор закинул на плечо затёртую дорожную сумку, взял один из трёх ключей и пошёл к лестнице в конце коридора.

– Я же говорил, что всё будет хорошо, – расслабленно, без наглости сказал он друзьям.

– Ты это называешь «хорошо»? – вспыхнула Вивиан и поравнялась с парнем, – Егор, нас встретили бандиты, тебя чуть не застрелили, мы в каком-то мотеле, – девушка сбавила голос почти до шёпота, – с подозрительным персоналом, а за аэропорт придётся бороться не с федеративными учреждениями Германии, а с вооруженной бандой. Это, по-твоему, хорошо?

– Да, всё замечательно, – ответил Егор, не глядя на подругу, – хоть и не легко. У нас только один конкурент, а если бы в Шпаере управлял обычный закон, здесь было бы гораздо больше желающих завладеть аэропортом. Вот это уже было бы плохо.

– Плохо то, – подметил сзади Томас, – что твой таинственный ментор об этом не предупредил. Он так настаивал на том, что этот аэропорт будет делом всей нашей жизни, что забыл сказать, что эта жизнь может оказаться очень короткой.

– Может, он не знал. Сомневаюсь, что он интересуется новостями криминального мира.

Повернув в коридор справа, Егор остановился перед дверью с номером двадцать три. Он открыл скромный номер с двуспальной кроватью, тумбочкой и узким шкафом и хмыкнул, вспомнив рассказы о взвешенности и практичности немцев – не обманули.

– Спокойной ночи, – Томас первым скрылся в своём номере и дважды прокрутил замок, разделяя мнение Вивиан относительно подозрительного персонала, с которого Гельдестод, видимо, потребует детального отчёта о каждом шаге посетителей.

Егор обернулся к Вивиан, комната которой находилась слева от него. Девушка молчала. Бросила взгляд на приоткрытую перед Беляевым дверь, опустила глаза на пол.

– Спокойной ночи, Ви, – спокойно сказал Егор и также заперся в номере, но только на один поворот ключа. Он бросил дорожную сумку в угол и, хоть удивился, что среди одежды могло грохнуть об пол, просто лег поверх одеяла. Под закрытыми веками царила темнота, но в ушах до сих пор звучало грустное многообещающее «скоро не будешь».

Скоро не будешь, не будешь, не будешь… будешь.

Отлежавшись несколько часов в тишине, Егор достал из кармана смартфон и написал знакомому программисту с просьбой узнать о Валерии Тумановой всё, что только можно, посоветовал искать по псевдониму, хотя и не очень надеялся на результат, а потом набрал ментора. В трубке потянулись скучные гудки. В Лос-Анджелесе сейчас около восьми вечера… хотя кто сказал, что его наставник оттуда? Это может быть любой бизнесмен, который знает английский и захотел присоединиться к программе по поддержке амбициозной молодёжи. Последний гудок оборвался на половине, вместо ментора заговорил автоответчик.

– В аэропорту возникла… непредвиденная ситуация. Позвоните, как только сможете.

Егор положил трубку, но долго наслаждаться тишиной он не смог, потому что ему позвонил Джейкоб – программист.

– Не думал, что ты так быстро работаешь, – подметил Беляев.

–  Я бы не шевелился, если бы не зашёл по приколу на Даркнет и не нашёл её. Ну, знаешь, такая штучка, где продаются незаконные товары.

– Догадываюсь.

–  Так вот: она чистая. Ни разу Лея не покупала ни оружие, ни наркотики и киллера также не искала, и вообще, указано, что она архитектор.

– Это уже общедоступная информация.

–  Общедоступные архитекторы не ищут заказы через Даркнет. Важно то, кто является её клиентами. Вот у них история переговоров значительно интереснее… Короче говоря, не представляю, кто она такая и что вас связывает, но показательно Лея строит виллы богатым, но нечистым на руку, людям, за что и получает гонорары.

– Занимается недвижимостью, – хмыкнул Егор.

– Тонко сработано, – согласился Джейкоб, — а какие на самом деле договорённости скрываются за этим, остаётся только догадываться, Даркнет не взломать. Ещё что-то?

– Нет, спасибо, этого достаточно.

– Тогда бывай, – прежде чем Егор успел ответить, собеседник отключился, опять оставив его наедине с мыслями.

Беляев подошёл к окну и окинул взглядом горный пейзаж всего в нескольких десятках километров от Шпаера. В голове уже вызревал план снять где-то там домик или комнату, ведь оставаться в этом мотеле парень также не собирался. Хоть Егор и держался самоуверенно при друзьях, он также понимал неприятность ситуации, в которой они оказались.

На склоне горы между столетних сосен возвышался тёмный каменный замок.

Лея взглянула на старинное сооружение, между башнями которого играла полная луна, но потом перевела взгляд на городок впереди – Ландау. В их с Алексом арендованном домике на окраине до сих пор горел свет. Лея не знала, надеялась на это или на самом деле хотела, чтобы он поехал в аэропорт без неё – не в Шпаер, а туда, откуда через несколько часов отправлялся самолёт домой. Видимо, всё-таки второй вариант, иначе она бы не просидела столько времени на краю моста, наслаждаясь лунным сиянием на волнах.

Мотоцикл Лея снова оставила под стеной и без настроения вошла на кухню. Алекс убрал руку, которой устало подпирал лоб:

– Лея, наконец-то… я волновался, – он поднялся из-за стола. На нём не осталось и следа от романтического ужина, а рядом с креслом стояли два маленьких чемодана.

– Со мной всё хорошо.

– Если я тебя чем-то обидел или…

– Нет, – резко отрезала девушка. – Нет, возникли неотложные дела. Частный рейс совершил аварийную посадку в старом аэропорту, за который мы боремся. Я действительно должна была быть там.

– На борту был Пикассо, которого должен был встретить архитектор?

– Нет, мой бывший.

– Очень смешно, Лея, – недовольно фыркнул Алекс, глядя на чемоданы на полу. Он не заметил, как на лице девушки появилась кривая улыбка разочарования. – Хорошо, пришлось – значит, пришлось. Теперь мы можем ехать? – Алекс коснулся ручек обоих чемоданов.

Лея сглотнула.

– Я не поеду.

Воцарилась тишина. Алекс растерянно смотрел на девушку, но она ничего не добавляла и не объясняла.

– И как мне это понимать? – наконец спросил парень.

– У меня появился проект, и я остаюсь, чтобы работать над ним, – Лея пожала плечами, – Кто знает, может, это самое грандиозное задание из всех, так что, пожалуйста, пойми меня.

Алекс запустил пальцы в светлые волосы и почесал голову. Взгляд блуждал по деревянному полу, создававшему ощущение уюта.

– Мне стоило догадаться, что в двухнедельный отпуск мотоцикл с собой не берут…

– Просто у знакомого перевозчика как раз было место в кузове… Я прилечу, как только смогу, – заверила Лея и подошла ближе, – и тогда мы продолжим оттуда, где закончили, – она повела ладонью от груди к шее, задевая кончиками пальцев лицо, – или придумаем что-то поинтереснее.

– Я не могу тебя оставить.

– Я уже достаточно взрослая девочка, чтобы позаботиться о себе. Не волнуйся за меня и поспеши вызвать такси, – Лея улыбнулась и отступила к косяку, смакуя наслаждение от победы.

С тенью колебания на лице Алекс поднял ручку своего чемодана, и четыре колеса затарахтели по полу.

– Как долго ты здесь будешь? – остановился он прямо перед Леей.

– Не очень долго. Думаю, после этой аварийной посадки заказчик оживится – может, останусь до конца лета, – её непосредственность контрастировала с его удивлением, так же, как понимание слова «недолго».

Алекс набрал номер такси и поцеловал пьянящие губы девушки. Лея закрыла глаза и упёрлась лопатками в узкий косяк, на несколько секунд исчезло всё волнение, а воспоминания о событиях в аэропорту просто растворились. В трубке раздался голос оператора, и парень резко отстранился, чтобы назвать адрес – это одна из немногочисленных фраз, которые он мог сказать по-немецки. Такси он дожидался у дороги, девушка всё время стояла рядом, сплетя руки на груди. Когда машина удалялась, она махала на прощание и улыбалась, хотя в темноте этого не было видно.

Лея достала из-под сиденья телефон и позвонила Мюллеру, но не связавшись с ним, зашла в дом, предусмотрительно заперев дверь. Впереди её ждали несколько часов бесполезного метания в кровати. В дремоте она видела на соседней подушке Алекса, припоминала его острый подбородок и белокурые волосы, но стоило Лее погрузиться глубже в забытье, как рядом появлялся Егор.

«А он изменился… – подумалось ей, когда в воспоминаниях всплыли мужественные плечи и более взрослое лицо… – Как и я».

Лея сжала кулак, сгребая в него простыню, но это не отогнало недоброго предчувствия.

2

Я НЕ МОГУ НЕ МОГУ НЕ МОГУ НЕ МОГУ Я НЕ ХОЧУ ТУТ БЫТЬ *плач* я проснулась а лучше бы этого не случилось лучше бы я не вспомнила *всхлип* лишь одно короткое мгновение мне казалось что всё хорошо но я вспомнила это просто пытка ОН МЁРТ я ви дела как это случ лось я должна была бы стоять там рьадом с ним всего две сек унды и я ВЫБЕЖАЛА БЫ НАРУЖУ… *тишина* так всё я успокоилась больше не плачу я взяла себя в руки и готова разобрать все двадцать а нет все тридцать четыре пропущенные… без истерики без истерики

Мотоцикл резко свернул и, проскочив встречную полосу прямо перед бампером автомобиля, через калитку заехал во двор. Лея наклонилась набок и притормозила, задним колесом подняв землю в воздух. Она сняла левую ногу с педалей и сбросила шлем.

– Закрытые ворота тебя не останавливают? – нахмурился Эдуард, который как раз завтракал на свежем воздухе. Аппетит уже исчез, мужчина положил столовые приборы и откинулся на спинку плетёного кресла.

– Нет, – пожала плечами Лея и села на кресло напротив.

– Это был риторический вопрос.

– О, у меня тоже есть один: какого чёрта сюда прилетел Егор Беляев? – она сказала это достаточно громко и сразу заметила, как пошевелилась штора на окне неподалёку.

– Он хочет завладеть аэропортом. Видимо, я его недооценил. Смелый малый, если решился на незаконную посадку.

Лея едва не фыркнула от того, что Эдуард назвал Беляева малым – самому Мюллеру тридцать четыре.

– Ты поэтому не рассказывал, кто твой конкурент. Ты знал, что мы с Егором знакомы, и намеренно отправил меня встретить его, – Лея уже говорила тише, не особо интересуясь тем, кто находится на Эдуардовой кухне, но и не желая, чтобы их подслушивали.

– Зачем мне это делать?

– Ну, не знаю: два дня назад ты сказал, что я просто обязана доказать тебе и твоим подчинённым, что достойна уважения, а я сказала тебе катиться к чёрту, что я и так имею достаточно дел и не буду никому ничего доказывать, а судя по тому, как назойливо ты звонил мне ночью, ты не просто самоуверенный кретин, а самоуверенный кретин, который решил меня проучить. Знаешь, как ты выдал себя?

– Как? – чёрные глаза опасно смотрели на Лею.

Девушка хмыкнула, взглянула в сторону и улыбнулась, хотя радости совсем не испытывала.

– Ты только что переспросил "как"…

Эдуард гортанно засмеялся. Развлекается.

Ненавижу таких.

– Есть ещё что-то, о чём мне стоит знать? – вызывающе добавила Лея.

– За пять минут до твоего появления мне позвонили из управления и сказали, что Беляев внёс задаток за аэропорт и получил документы. Аэропорт практически принадлежит Егору, и если немедленно не вмешаться, уже ничего нельзя будет изменить.

Эдуард снова взял вилку и наколол на неё большой кусок салата, пока Лея испепеляла его взглядом.

– Ты издеваешься?

Мюллер, жуя, пожал плечами.

– То есть Егор за одно утро сделал то, что тебе не удаётся уже несколько лет?

– Он только забронировал себе место, но ты сама знаешь, что в комплекте с ним идёт место на кладбище. Покупка здесь не главная проблема. Он договорился с законом, а не с реалиями, и какая-то бумажка не убережёт Беляева.

– Было бы проще, если бы ты хотя бы это сделал, – она произнесла спокойно и без обвинений, будто говорила себе, пока в голове уже вызревал план. Лея поднялась и зашагала обратно к мотоциклу.

– И куда ты? – без чрезмерного энтузиазма поинтересовался Эдуард.

– Менять правила игры.

Егор удовлетворённо положил руку на дверь новенького "Феррари". В чёрных солнцезащитных очках, как и на логотипе с гарцующим конём на руле, сверкнуло солнце. Арендованный жёлтый кабриолет мчался от автосалона к аэропорту, а водитель самодовольно ухмылялся. На пассажирском сиденье лежала папка со стартовым пакетом документов, который хоть пока и не передавал аэропорт в руки Беляева, однако позволял начинать работы по восстановлению, чтобы потом полностью завладеть зданием.

Егор заехал на заправку, заодно купил и коробочку клубники, брал по одной на протяжении дороги и внутрь аэропорта зашёл с коробкой в руке. Он наслаждался эхом собственных шагов и осматривал помещение, ловя себя на мысли, что всё не так плохо, как он представлял. Как ни странно, стены не были усеяны граффити, нигде Егор не видел бутылок из-под алкоголя, и вообще, из мусора встречались разве что окурки – ещё бы стереть старые пятна крови и залатать маленькие круглые дыры от пуль.

Беляев закинул в рот ещё одну клубнику и завернул в зал, где стояли стойки регистрации. Он остановился сразу, как только заметил на одной из них Лею. Она сидела на высоком столе, свесив ногу, и смотрела на Егора. Точно его ждала, угрожающая и чертовски привлекательная. Парень медленно дожевал ягоду и протянул коробку в сторону Тумановой:

– Будешь?

Лея невольно опустила глаза на коробку, и Егор подошёл почти вплотную. Девушка достала самую большую клубнику, но вместо того, чтобы съесть, снова встретилась взглядом с Беляевым.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она достаточно тихо, с нотками грусти в голосе.

Было совершенно непривычно смотреть на Егора сверху вниз. Шок от неожиданной встречи миновал, но видеть его, сидеть так близко – давно забытое ощущение – казалось невероятным и неправильным одновременно.

– В Америке я начал с нуля собственное дело, нашёл друзей, присоединился к проекту развития и вот куда меня это привело, – легко ответил Егор, вместив три года жизни в одно предложение. – А ты? – вдохнул миндальный аромат волос Леи, заплетённых в косу. В глаза бросились серьги с агатом.

– А я – известный мафиози, – вырвалось у девушки – кому бы ещё она так сразу могла выпалить подобное; она надкусила клубнику.

– Кто бы сомневался, – хмыкнул Егор.

– И я снова, в последний раз, прошу тебя не вмешиваться в местные жизнь и уехать.

Наконец очнувшись от иллюзии милого разговора на кухне, парень обвёл взглядом аэропорт. Он прищурился, спрашивая себя, что это только что было: минута искренности между двумя когда-то близкими людьми или попытка манипулировать им.

– Я ворвался на твою территорию?

– Не совсем.

– Тогда на территорию твоего босса? – Егор имел достаточно времени ночью, чтобы в деталях вспомнить встречу с Леей и понять, что должен быть ещё кто-то более уважаемый и влиятельный, чем она.

– У меня нет босса.

– Значит, никаких проблем. Я никуда не поеду, можешь передать бандитам. У меня есть документы на это место.

– Вот такие?

Из-за спины Туманова достала папку, такую же, как в машине у Егора. У Беляева даже проскочила мысль, что Лея забрала её, пока парень неспешно шествовал по зданию, но нет. Внизу стояла не его подпись и, даже не вчитываясь, Егор знал, что в договоре напечатаны данные Тумановой.

– У меня они тоже есть.

– Что ж, тогда приветствую на столе переговоров, – уже более напряжённо проговорил Егор.

– Остроумно, – хмыкнула Лея. Она видела в зелёных глазах, как медленно закипает злость и как парень с ней борется. – Сейчас мы на равных.

– Я знаю, что это значит, – Беляев кивнул на папку. Его уже не интересовало, как именно это случилось (видно, не совсем законно). – Но долго ты не продержишься, – докинул Егор.

Брови Леи взлетели вверх, губы сжались в тонкую линию. Она медленно положила папку и наклонила голову:

– О нет, ты не будешь говорить, что я могу, а что нет.

– И в мыслях не было, – издевательски прищурился, – Но ты же волновалась за то, чтобы я исчез отсюда невредимым…

– Потому что с мафией соревноваться слишком опасно, – вставила она.

– …а я вот волнуюсь, как же сложно тебе придётся на всех презентациях, званых вечерах, за отчётами и документами.

– Ты меня не слышишь.

– Бьюсь об заклад: ты постоянно будешь исчезать во всех непонятных тебе ситуациях, – продолжил Егор.

Лея иронично захихикала, переведя взгляд куда-то вдаль.

– Так ты хочешь пари?

– А давай. Если хочешь сыграть в эту игру, то каждый день (кроме воскресенья) ты должна быть на работе – не всегда в аэропорту, а везде, где это понадобится. Продержишься месяц?

– Тридцать дней?

– Тридцать дней, – подтвердил Егор, – Без единого пропуска. Уверен, что не сможешь, – подмигнул он.

– У тебя действительно все проблемы заключаются в отчётах и пафосных вечеринках? Хорошо. Тогда я готова поспорить, что за эти тридцать дней тебе придётся воспользоваться оружием. Ты будешь вынужден защищать свою жизнь.

Лея снова потянулась рукой за спину и достала оттуда пистолет. Егор фыркнул, бросив взгляд на потолок:

– Ты серьёзно притащила сюда пистолет? Что ты планировала сделать?

Выражение лица девушки осталось непроницаемым, она протянула оружие рукояткой к Егору.

– Он тебе пригодится… Не волнуйся, пока ты не выстрелил, ты не проиграл пари, – добавила, когда Егор криво улыбнулся.

Парень колебался. В такт ходу мыслей, напряжённо двигались челюсти, на выразительных скулах выступали желваки, хоть Беляев и не мог определить точно, что именно его задело. Хотя скорее он спрашивал у себя, что во всей этой ситуации его не задевало.

Егор взял пистолет, чтобы через тридцать дней гордо вернуть его девушке.

– И какое наказание ждёт проигравшего? – поинтересовался он не в силах что-то придумать самому. Пистолет спрятался за чёрной половиной рубашки, хотя любой сообразительнее ребенка мог догадаться, что именно там спрятано.

– Прыгнет с моста в реку, – невнимательно ответила Лея. Ей это было совершенно не важно, но казалось довольно вызывающим и не менее пугающим.

– Ты хотя бы плавать умеешь? – грустно фыркнул Егор. Весь пыл, который он собирался вложить в издевательство, исчез – просто испарился, оставив пустоту, но он не имел желания отступать.

– Увидишь, когда я тебя из воды буду вытаскивать, – со спокойной уверенностью, ответила Туманова.

Они подтвердили договоренность рукопожатием. Егор медленно опустил ребро ладони, чтобы "разбить", но, как только коснулся, задержал движения. Они смотрели друг другу в глаза, что-то внутри кричало остановиться, но эта просьба осталась без ответа. Ладонь Беляева разорвала рукопожатие, начиная отсчёт тридцати дней испытания.

Освободившейся рукой Лея достала из коробки ещё одну клубнику и закинула в рот, когда сбоку послышался шуршание подошвы, а затем в по-летнему ярко освещённом проходе появилась мужская фигура. Ни Беляев, ни Туманова не сдвинулись с места, хотя на лице обоих проступило неприветливое выражение. Гость тем временем приблизился достаточно, чтобы Лея узнала светлые волосы Алекса, но ей понадобилось ещё несколько секунд (точнее, несколько его шагов), чтобы убедиться, что это действительно он.

– Алекс? Что ты..? Ты же должен был лететь в Украину, – растерянно начала Лея.

Егор взглянул на неё, потом на незнакомца и, пока что просто не позволяя себе делать никаких предположений, отступил на несколько шагов. Девушка спустилась на пол и направилась к Алексу.

– Да, был. Я уже и регистрацию прошёл, а потом понял, что без тебя никуда не уеду.

Егор молча наблюдал. Угрозы Алекс не представлял, но, несмотря на это, выражение лица Беляева не изменилось на более дружелюбное или хотя бы вежливое.

– Надеюсь, ты рада меня видеть, – глядя в глаза девушке, шутливо добавил Алекс.

Егору захотелось самому ответить, что нет, – по Тумановой даже видно – вместо этого он взял со стойки оставленную Леей папку и, опустив взгляд, начал тоскливо листать.

– Да, конечно, я просто удивлена. Не стоило.

"Точно не стоило", – мысленно подтвердил Егор. Здесь уже и так много тех, кто будет мешать.

– Еще как стоило: мы проведём целое лето в Германии, тем более, я уже даже нашёл работу, – гордо добавил Алекс.

Лея услышала, как в этот момент Егор резко перевернул лист.

– Доброе утро, – Алекс первым поздоровался с Беляевым.

Егор вынужденно взглянул на блондина и, свернув папку, лишь из воспитанности зашагал навстречу.

Алекс на ломаном немецком продолжил:

– Я так думаю, Вы и есть тот покупатель?

Беляев задумчиво скосил глаза, пытаясь понять, что тот имеет в виду, но его всё равно забавляло то, как парень ищет нужные слова, не догадываясь, что Егор понимал всё сказанное до сих пор.

– Нет, – ответила Лея, – он и есть та проблема из сломанного самолёта, из-за которой я остаюсь здесь.

– Э-э-э, Алекс, – он протянул руку для знакомства, не зная, что немцы говорят в подобных ситуациях, и тут уже Беляев оскалился, мелодично отвечая на украинском:

– Егор. Рад с тобой познакомиться, чувак.

– Как же, – неожиданно вырвалось у Леи и, сразу заметив собственную погрешность, девушка поспешно прочистила горло.

– Так что, – обратился к ней Беляев, – мы начинаем работу над проектом или как? – тогда он перевёл взгляд на Алекса и произнёс (почему-то удалось только сквозь зубы): – У нас с Леей очень много работы.

Алекс будто и не заметил фальши в словах:

– Да, меня такси ждёт. Увидимся дома, – он поцеловал Туманова в щёку и поднял ладонь в жесте прощания с Егором. Беляев сдержанно кивнул в ответ.

Алекс шагал к выходу, не оглядываясь и не слушая, что происходит за спиной, но Лея с Егором провожали его придирчивыми взглядами и пошевелились, лишь когда Алекс исчез из поля зрения. Каждый думал о своём, но оба облегчённо вздохнули, как только снова оказались наедине.

Егор взглянул на девушку, но ничего не сказал, а она стрельнула глазами на пол: поблагодарить Беляева за то, что спровадил незваного гостя, или наоборот подчеркнуть то, как сильно он хотел избавиться от Алекса? – желания были равносильными, и в конце концов Лея также промолчала. Она забрала документы и широким шагом от бедра направилась к пятну света, которое впоследствии вело наружу.

– Уже уходишь? – к Егору возвращалась издевательская интонация, правда, немного несмелая.

– Не переживай: я просто оставила телефон в мотоцикле, – Лея слегка повернула голову в сторону, чтобы собеседник точно услышал ответ, но не остановилась.

Пока Туманова на улице звонила Еве, чтобы официально пригласить свою помощницу в Германию на новый проект, Егор дал знать Томасу и Вивиан о появлении ещё одной участницы их бизнеса.

– Сейчас сюда приедет моя команда, – сообщил Лее, когда та вернулась, – так что давай выясним сейчас, зачем всё же тебе аэропорт.

– Собираюсь организовать контрабанду оружия и пути отступления преступникам. За хорошую плату, – ответ звучал на грани наслаждения и сарказма, поэтому сложно было определить, так ли это на самом деле.

– Почему я не удивлён?

– Так и передашь своей команде?

– В более мягкой форме.

Вивиан с Томасом добрались через час, когда Лея с Егором отыскали длинную выцветшую верёвку и от нечего делать измеряли ею расстояния между колоннами, длину эскалатора, его высоту по перпендикуляру. Девушка раз намеренно уронила свой конец со второго этажа и верёвка упала прямо на лицо Беляеву. На её лице при этом не дёрнулся ни один мускул, зато Егор продумывал план мести – стянуть с петель запылённый занавес тогда, когда под ним проходила Лея. Ткань, некогда насыщенно-красная, покрыла Туманову и подняла облако пыли. Освободившись из-под неё, Лея несколько раз чихнула и оглянулась на парня.

"Случайность", – развёл руками Егор, но обнажённые в улыбке клыки выдавали обман.

– А вот и мы, – радостно крикнул Томас ещё до того, как подошёл к старой стойке регистрации. В одной руке он держал бутылку шампанского, в другой – нёс стопку бумажных стаканов.

У Вивиан было совсем угрюмое лицо, голубые глаза потускнели, что мгновенно подняло настроение Леи, заставив забыть о затее с занавесом.

Томас крикнул Тумановой "привет" на украинском – прозвучало мягко, с акцентом, но приятно. Лея ограничилась таким же коротким приветствием, сомневаясь, что тот знает ещё какие-то слова. Она подняла старую штору и начала складывать, пока Томас обратился к Егору (Лея практически не слушала):

– …квартиры… Вальд-штрассе тридцать шесть…

Беляев с резким "хлоп", который всё же не заставил плечи Леи вздрогнуть, откупорил шампанское, из горла бутылки поднимался дым. Егор налил напиток в четыре стакана и один безмолвно протянул в сторону Леи.

– Я не пью, – спокойно отказала та.

Томас объявил тост за начало нового бизнеса, а потом, переведя взгляд карих глаз на Туманову, добавил: "И за новых друзей". "За друзей", – подтвердила Лея и наблюдала, как пустеют стаканы, а бутылка, где осталось больше половины шампанского, исчезает за стойкой, до следующего празднования.

Уже вчетвером они обошли весь аэропорт, добравшись даже на крышу, откуда открывался невероятный вид на виноградники неподалёку, сам Шпаер и крыши соседних посёлков. Прохладный ветер дунул в лицо, и Вивиан сразу начала жаловаться, попутно пытаясь убрать с лица русые пряди.

– Нет, сюда подниматься не стоит, – буркнула она.

– Здесь будет кафетерий.

Три пары глаз посмотрели на Лею, а она медленно шествовала по бетону и оглядывалась, наслаждаясь пустотой крыши. И отсутствием на ней следов преступлений. Если сюда кто-то и тащил заложников, то только, чтобы покалечить, сбросив вниз. Никаких гильз и следов крови.

– С чего ты это взяла?

Туманова повернулась к Вивиан и сначала немного помолчала, выискивая нужные слова на английском (на ум приходили все языки, кроме нужного), а затем ответила:

– У нас равные права на это здание, а архитектор здесь я.

Томас наклонился к Егору:

– Каким, кстати, образом у нас равные права? – шёпотом поинтересовался, хотя ветер донес это до ушей Леи.

– Не знаю – не совсем законным.

Кабинет-голова-пистолет. Отвечать бандитка, конечно, не собиралась, злорадствовать приходилось мысленно.

Она подошла к ограде и присела, поставив одну ногу на неё. Девушка осматривала пустырь впереди. Взлётно-посадочные полосы остались позади, подъезд к аэропорту тоже, но немного слева. Перед ней простирались пустые земли, которые уже не находились во владении Гельдестод. Там правила полиция и высовывались мелкие шайки, от которых проблем пока что не было.

Лея услышала, как к ней приблизился Егор – никто, кроме него это быть не мог, и никому, кроме него, бандитка не позволила бы оставаться за своей спиной. Она позволила ветру играть с волосами, щекотать лицо – это была плата за то, что его дыхание нарушает тишину, окутавшую Лею, ведь говорить первой девушка точно не собиралась.

Егор сел рядом с Тумановой, а та до сих пор упорно изучала пейзажи.

– Расскажешь полную историю, как ты здесь оказалась?

– А ты? – почти вызывающе поинтересовалась девушка и уже после вопроса взглянула на Егора. Краем глаза она заметила, что Томас и Вивиан ушли, они с Беляевым остались вдвоём.

Парень вздохнул. Диалог у них не клеился, он не так представлял встречу с Тумановой спустя столько времени. Воздух аж вибрировал от напряжения, но винить в этом Лею Егор не мог, у него самого кровь от злости закипала.

Они больше не те соперники в уличных боях на свалке металлолома, они больше не те, кто вдвоём собирались свергнуть криминальную верхушку города, и не двое смельчаков в казино. Они больше не двое влюблённых на кухне с панорамными окнами – тех людей уже нет. Прошло достаточно времени, чтобы усомниться, существовали ли они вообще, а ещё и двадцати четырёх часов с момента встречи не прошло.

Чёрт, всё было настолько сложно и странно, что ему только и оставалось, что пускать невинные шуточки, провоцировать её на маленькие ссоры, пытаться снова найти ту самую девушку, которая положила его на лопатки и пришла затемно на мост. И каждый раз натыкаться на невидимую стену. Это уже не была Лера, Лера бы так не сказала, она разграничивала две крайности своей жизни, она… Она исчезла так, как исчезала уже не раз: из столицы, с просторов интернета – и вот, как это на самом деле выглядело. Егор знал только ту девушку, которая переехала в Писари, ему не стоило вообще надеяться, что Лея останется похожей на неё – это по меньшей мере нечестно, учитывая то, что за его спиной также появилась совсем другая история.

– Я, Томас и Вивиан присоединились к программе анонимного менторства. Именно благодаря ей мы сейчас здесь – мой неизвестный наставник настоял, чтобы я завладел этим аэропортом.

– И ты послушал совершенно незнакомого человека? Тебе не кажется подозрительным, что твой наставник бросил тебя в гущу криминальных разборок?

– Я заметил некоторые… странности, но они ничто по сравнению с возможностями, которые дает собственный аэропорт.

Лея издевательски хмыкнула.

– Ты встрял во всё это, не зная, что делать с властью, которую получаешь.

– Ха! Ты застряла, потому что я встрял. Кому из нас хуже?

Пропасть продолжала расти.

Лея придирчиво смотрела Егору в глаза. Она с лёгкостью бы ответила на этот упрёк, если бы и сама так не думала с маленькой поправкой: её втянули в это только потому, что встрял Егор. Вот только Егора в это также втянули. И если Тумановой не впервой бороться с мужчинами, которые почему-то всегда ставят себя выше и видят в ней лишь шустрого надоедливого котёнка, которого можно втягивать в свои махинации, то с Беляевым всё гораздо сложнее.

К счастью, дальнейших насмешек Егор не выпускал.

– О чём думаешь? – вырвалось у Леи.

Егор немного засомневался с ответом и начал неуверенно:

– О нейтральной территории. О совершенно другой стране, в которой по сути никто из нас не должен был оказаться.

– Да… Жизнь непредсказуема.

– Веришь в чудеса? – поинтересовался с коварной ноткой в голосе.

– Я верю в людей. И в их безграничные возможности.

Егор кивнул в знак согласия.

"А я – известный мафиози".

– Как ты попала в мафию?

– Презводитель Гельдестод предложил сотрудничество, – ответила, уже не глядя на парня.

– Нет, как ты стала мафиози? Мне казалось, ты всегда их ненавидела.

– Я не мафиози, я бандитка.

– Нет, Лея, ты истинный мафиози, с разветвлённой системой связей, подставным бизнесом и чем там ещё? – и ты это знаешь, но продолжаешь отрицать.

– Бизнес не подставной: я проектирую здания на заказ, а связи есть у всех бизнесменов, но если ты скажешь, что все бизнесмены – мафиози, тогда поговорим на эту тему дольше, – она выдавила коварную улыбку.

– Ты расскажешь мне о своих истинных намерениях? – в последний раз попытался Егор.

– Нет, Егор, – Лея встала и направилась к двери.

– Почему?! – крикнул он ей вслед.

– Потому что, – она резко обернулась, – мы не за одно, не питай эту иллюзию, потому что как только наши общие соперники исчезнут, она развеется. Я не буду согласовывать с тобой или с кем-либо ещё аспекты моей жизни главы банды, а ты не сможешь закрыть глаза на то, для чего мне нужен аэропорт. Мы всё равно останемся собой. Мы это уже проходили.

– Если бы у нас не было общего прошлого, ты бы попробовала?

Ветер качнул русые волосы, бросив несколько прядей Леи в лицо.

– Если бы у нас не было общего прошлого, ты бы уже был мёртв.

Бандитка спокойно развернулась и исчезла с крыши, оставляя Егора наедине с мыслями. На скулах Егора выступили желваки, когда он крепко сжал челюсти. Он смотрел туда, где ещё мгновение назад стояла фигура в чёрной одежде, и мысленно ругал весь мир.

Остаток дня прошёл мирно и достаточно однообразно. Егор успел позвонить в несколько строительных магазинов, на самом деле точно не зная, что именно ему нужно, а тем более – что ему нужно в первую очередь. Работы было слишком много от дверей вплоть до потолка, точнее, вплоть до крыши. Лея время от времени делала короткие заметки в смартфоне. Они игнорировали присутствие друг друга.

Когда стемнело, Лея села на мотоцикл, натянула шлем и, прежде чем рвануть с места, отсалютовала всем троим. Томас подошёл к их с Вивиан велосипедам, однако у девушки были совсем другие планы:

– Ты не подвезёшь меня? – спросила у Егора, который как раз разблокировал дверь кабриолета.

– Здесь только два места, – заметил Беляев, взглянув на друга.

– Я сам доберусь, – Томас перекинул ногу через раму, чтобы через минуту добавить: – Езжайте.

Велосипед Вивиан оказался в багажнике "Феррари", который именно поэтому не закрывался до конца. Егор машинально пристегнулся и, заведя двигатель, одной рукой вырулил на автостраду. Томас на велосипеде оказался позади.

– Я не хочу лезть не в свои дела, но кто такая эта Лея?

Егор покосился на Вивиан. Казалось, он и вовсе не ответит: то ли из нежелания затрагивать эту тему, то ли из неумения рассказывать о Туманной – слишком много он мог сказать, и слишком мало на самом деле мог.

– Бандитка.

– Кто она тебе? – Вивиан бы очень хотелось добавить, почему Беляев позволяет ей так себя вести и говорить – так отчуждённо и пренебрежительно – но не стала, ведь и без того воцарилась тишина.

– Она та, – начал, снова глядя на дорогу, – кто вытащил меня из тьмы в худший момент моей жизни, поэтому в моей памяти она навсегда останется тем огоньком.

– Что-то не похоже, что она такого же мнения о тебе, – пробубнила Вивиан.

Егор никак не отреагировал, продолжая предыдущее предложение:

– Но с того времени прошло больше трёх лет, так что теперь мы практически незнакомцы, и тебя это не должно беспокоить… Тридцать шесть? – он поспешил сменить тему на новый адрес, желая молча добраться до трёх чрезвычайно компактных квартирок, хотя усталости даже не чувствовал. Егор догадывался, что его снова ждёт бессонная ночь, уже вторая за два дня.

Алекс не вышел навстречу Лее, будучи озабоченным распаковкой чемодана, но затем посидел на кухне, пока она поела, сказал несколько слов о том, что на работе ему выделили автомобиль и уже составили график, и назвал дни недели, когда не будет ночевать дома. Самые интересные новости, или скорее слухи, парень оставил напоследок. "Ты знаешь, какая слава у твоего аэропорта?" – начал Алекс, а не получив ответа, рассказал о звуках выстрелов, которые часто доносятся до жителей Шпаера, о чёрных автомобилях, которые на севере исчезают за двухэтажным зданием, и регулярных полицейских рейдах в надежде застать там что-то (кого-то) значимое. Действительно слушать его Лея начала на упоминании полиции – только её там и не хватало, слишком много соперников в этой игре.

Только сейчас девушка вспомнила Мюллера, который точно не будет в восторге от того, что документы оформлены на Туманову. И да, конечно, он может пойти тем же путем, что и они с Егором, но он будет в ярости.

– … ты слушаешь меня?

Лея подняла голову, глянув на Алекса, – на самом деле она и не заметила, когда отвлеклась от пюре с котлетой и начала изучать свои ступни, поджатые на кресле.

– Не волнуйся, – продолжил парень, – что бы там ни выяснилось с этим аэропортом, я тебя защищу.

3

*шаги* Уже прошла неделя с тех пор как ты улетел значит ты сменил SIM-карту и мне не стоит надеяться на ответ. Знаешь это правильно мы с тобой попрощались я не должна была тебе звонить и теперь мне по крайней мере не надо думать как удалить свои сообщения с твоей голосовой почты так что всё сложилось… хорошо. *тишина, шаги, звуки автострады* И почему я до сих пор не положила трубку? Лёша Мельник, так зовут зачинщика бунтарей, так зовут убийцу папы, и именно за его жалкой жизнью я сейчас иду. Он будет не один но мне не страшно кажется это чувство вырвали из меня оставив только темноту и я не знаю что за ней скрывается я просто сделаю то что нужно я просто… стану сильной

Из-за опущенных металлических роллетов в комнате было темно. Егор лежал, приложив к уху телефон, и слушал очередные наставления ментора, правда, большинство даже не принимал во внимание: отчасти потому что слышал этот план минимум с десяток раз ("вносишь символическую сумму и ремонтируешь здание, после чего становишься его полноправным владельцем"), но в основном потому, что был очень уставшим.

– Ладно, – наконец перебил Беляев мужчину, поняв, что совсем не слышал последние три минуты. – Как быть с тем, что точно такие же документы получила Туманова? Этого в плане не было.

– Выведи её из игры, – ответил голос, который мог принадлежать и тридцатилетнему, и пятидесятилетнему мужчине.

Сразу после этих слов в трубке раздался грохот – гром, через мгновение догадался Егор. Как же вовремя, как раз для атмосферы мрачного ответа. Парень не решался нарушить молчание, хотя мысленно твёрдо сказал себе, что не будет этого делать, не будет прибегать ни к каким махинациям.

–  Сделай это, иначе действовать начнёт она. Это не тот момент, когда нужно быть джентльменом. Туманова опасна.

Егор скептически прищурил глаза – как будто наставник мог что-то о ней знать. Возразить Беляев снова не решился, а неподалёку от собеседника неразборчиво зазвучали и другие голоса. "Done!".

–  Всё, у меня встреча. Пока.

В трубке резко зазвучали протяжные гудки, каждый следующий из которых, звучал на тон тише. Егор взглянул на экран: семь утра. Бегло Беляев прикинул, что в Лос-Анджелесе сейчас ровно полночь, а в Вашингтоне два часа ночи. Западное полушарие тонуло во тьме или покрывалось поздними сумерками – не лучшее время для проведения переговоров – если только ты находишься в западном полушарии.

Во входную дверь тихо постучали. Егор повернул голову, но не вставал, пока не услышал голос Ви:

– Ты спишь? – неуверенно спросила девушка.

– Уже иду, – Беляев коснулся ступнями прохладного пола.

Двуспальную кровать и входную дверь разделяли всего семь шагов. То, что Томас назвал квартиркой, оказалось комнатой, от которой вправо отходило углубление – маленькая кухня, куда и стол не поместится, только барная стойка, которую надо опустить, чтобы добраться до плиты, холодильника, раковины в углу и одного отделения шкафчиков – верхнего и нижнего. Единственная дверь, кроме входной, которая здесь была – дверь в ванную, отнюдь не больше кухни.

Замок щёлкнул лишь раз, а потом в квартиру прокрался свет из подъезда. Вивиан стояла уже полностью собранная: заколотые волосы, цветастый сарафан и босоножки; а в руках держала пластмассовую дощечку с бутербродами и чашкой дымящегося кофе.

– Ты вчера целый день был занят, даже не заскочил в магазин, но я не позволю тебе остаться без завтрака, – Вивиан вошла внутрь.

– Не стоило, я прекрасно обхожусь без перекусов.

Желудок действительно не давал о себе знать, хотя последней трапезой была клубника с шампанским. Так же, как глаза не просили больше, чем три часа сна. Беляев невнимательно включил свет, вместо того, чтобы играть с занавеской на окне.

– Ага, без еды, сна и в спортзале – я знаю, проходили, – без упрёков вела Ви, ожидая у стены, пока Егор разложит стойку. Она успокоилась, лишь когда Беляев надкусил бутерброд и отхлебнул кофе, но всё равно не отрывала от него взгляда.

– Спасибо, можете не ждать меня, я доберусь позже.

Гроза надвигается, я не поеду на велосипеде.

– Ладно, я быстро.

Как только Егор вышел из подъезда, в лицо ударил пронизывающий ветер, который лохматил волосы и заставлял щуриться. Парень поправил джинсовую куртку на плечах. Небо над городком потемнело, тяжёлые облака низко нависали над пятиэтажками и предупреждали о том, что в любой момент нахлынет непогода, но воздух оставался таким же душным. Улицы опустели, хотя, если подумать, они ещё и не успели наполниться людьми – ещё слишком рано. Неподалёку послышался первый раскат грома.

– Запрыгивай быстрее.

Шоссе плавно раскручивалось под колёсами "Феррари". Они ехали с поднятой крышей, однако Егор не удержался от того, чтобы опустить окно и впустить преддождевую свежесть. Влажность смешалась с ароматом дыма – как будто кто-то невидимый рядом поджёг спичку, и траву, и… масло. Воздух становился более едким.

– Что-то горит, – Беляев нажал на кнопку, чтобы поднять окно.

Автомобиль проехал сквозь недолгий тоннель, и уже тогда вдали Егор заметил дым. Он не поднимался высоко в небо, ветер разносил его низко над землёй, создавая призрачную завесу.

– Это аэропорт горит? – обеспокоенно выпрямилась Вивиан. – Егор, это аэропорт!

Брови парня опустились непривычно низко. Въезжая внутрь горячего едкого облака, Егор включил фары. Горело не только здание, горел асфальт вокруг, неважно – была в тех местах сухая трава, проросшая из трещин, или нет. "Феррари" ехало быстро, чтобы случайно не поджечь шины и резко, оставив следы от задних колёс, остановилось на свободном от огня пространстве.

Вивиан съёжилась, совершенно не желая оказаться снаружи, хотя заворожённо наблюдала за пожаром, а Егор выскочил из машины и беспощадно хлопнул дверью. Широкими шагами он направился, сначала казалось, к зданию, но потом Ви заметила, что он шёл к Лее.

– Что здесь происходит?!! – рявкнул Егор и мигом пожалел: горло свело судорогой от неестественного жара, парень спрятал лицо в рукаве и закашлялся. Злость только усилилась.

Лея стояла неподвижно, спиной к нему, и неизменно смотрела на языки пламени, плясавшие в окнах аэропорта. Снова поднялся ветер, но он направил огонь от Тумановой. Расстёгнутая клетчатая рубашка развевалась, словно плащ, низкий хвост превратился в неопрятное подобие причёски, кое-где русые волосы, достигавшие середины спины, украшали частички пепла.

Пальцы Егора обвили плечо Леи, и он сердито дёрнул её, разворачивая к себе.

– С ума сошла? Что ты делаешь? – голос звучал хрипло.

Прямо над ними раздался протяжный гром, продираясь в дальние закоулки души.

– Я вызвала пожарных, – бессильно ответила Лея, утоляя першение в горле.

Из автомобиля вылезла Вивиан, однако ближе к пожару не подходила. Она со страхом смотрела на островки сухой травы, покрывавшие подъезд к зданию и взлётную полосу – сколько времени понадобится пламени, чтобы сожрать и их?

На асфальт упали первые толстые капли дождя.

– Ливень сейчас все потушит, – добавила Лея, уже не глядя Беляеву в глаза, она устало перевела взгляд назад на стены аэропорта, на то, как огонь клочьями мимо там, где их обильно облили бензином.

Дождь усиливался, но и ветер – вместе с ним, жар до сих пор не хотел уступать влаге.

– О чём ты вообще думала?!

Слова отдали током в теле. Лея заставила себя снова поднять голову. В её глазах, вытесняя обиду, заплясали огоньки ярости.

– Ты думаешь, что это сделала я? – процедила Туманова. Она презрительно взглянула на руку, всё ещё державшую её за плечо, и сердито дёрнулась, освобождаясь от хватки. – Как ты… Ты просто… Катись к чёрту, Беляев! – наконец крикнула Лея, не в силах подыскать других слов.

– Стой, не уходи, – Егор подступил к девушке, а она, попятившись, подняла вверх ладонь, не позволяя трогать себя.

Ветер неожиданно стих и дым повеял на Лею, она закашлялась и прикрылась свободной рукой, лишь со временем опустив напряжённую ладонь.

– Чёрт возьми, надо было тебе припереться?

Беляев не был уверен, говорила ли Туманова о его прилете, или о столь раннем появлении здесь – пожалуй, обо всем сразу.

– Если хочешь знать, то это лишь предупреждение, причём одно из самых лёгких.

Небо рассекла молния. Спасительная гроза, хоть и медленно, но гасила пламя, и теперь Егор видел мотоцикл, а ещё то, что между хаотичных языков на взлётной полосе старательно выжгли ровный овал, который прерывался справа в нижней части.

– Это нимб – знак Гельдестод. Знаешь, что это значит? Что они нам отнюдь не союзники, хотя могли бы ими стать. Гр-р-р-р, – яростно зарычала Лея, пряча лицо в ладонях. Она сказала лишнего, выдала то, что не хотела.

– Не хочешь рассказать всё без намёков? – осторожно, почти неслышно, поинтересовался Егор.

– Не очень, если честно, – огрызнулась собеседница.

Только она собиралась расставить все точки над "і", как это превратилось в пепелище неосуществлённых планов – в прямом смысле. Теперь у неё было ещё больше вопросов и меньше ответов, ведь пожар ставил под сомнение всё, что говорил Мюллер. Если Гельдестод так легко отказались от аэропорта, значит, тот и вовсе не был им нужен. Значит, им вовсе не была нужна помощь Леи и сделка с ней.

Новый раскат грома оказался ещё громче и длиннее, и молния совсем не замедлила – сначала несколько стрел рассекли небо, а потом и вовсе осветили взлётную полосу. Треск огня утих – не исчез, а полностью скрылся за звуками ливня.

Мокрый каштановый чуб опустился Егору на лоб, но парень оставался на месте, неотрывно глядя на Лею. Она тоже не спешила искать убежище, но и говорить больше не хотела. Перепалка взглядами закончилась, когда Лея, будто невзначай, глянула на обугленные следы на асфальте.

За её спиной появилась первая пожарная машина, сирену было неслышно из-за ливня. Когда из-за угла аэропорта выехала вторая машина, пожарные сразу бросились к зданию. Первый этаж изнутри также облили горючим.

Егор дёрнул плечами и сбросил джинсовку. Он молча подошёл к Лее, опасаясь, что если замешкается на мгновение, она отойдёт или снова начнёт ссору. Куртка оказалась на её плечах, Беляев легко потянул воротник, чтобы одежда не сползла, но пуговицы не застёгивал. Его футболка начала намокать и липнуть к телу, повторяя рельеф мышц.

Вивиан наклонялась и пригибалась, чтобы сквозь потоки дождя на лобовом стекле лучше видеть, что там происходит.

Лея вздохнула, выпуская остатки злости. Прошло. Но разговаривать с Егором ей до сих пор не хотелось, благодарность она придержала на кончике языка и высунула ладони из-под куртки, чтобы теснее натянуть плотную ткань.

– Пойдём внутрь, – Беляев зашагал к аэропорту.

Чтобы не мешать пожарным, Егор переступил через низкий фасад и залез через окно – почему бы не воспользоваться разбитыми стеклами. Он протянул руку Лее и сохранил непроницаемое выражение лица, когда та молча ухватилась за неё.

Несмотря на принесённую с грозой прохладу, в помещении было жарко, едва уловимый аромат пены смешался с запахом горелого. Горло пекло и першило. Бетонные балки, стены и кое-где потолок покрылись копотью, но пожар уже потушили. Поджигатели не имели целью уничтожить здание.

– Ты сказала, что это самое лёгкое предупреждение – какое тогда самое опасное?

– Его отсутствие.

Пожарные перекликались, завершая работу, в разговоре Егору удалось услышать название банды, которая уже изрядно осточертела за два дня.

– Дальше Гельдестод придёт за моей душой? – лишь полушутя продолжил Беляев.

– Начнут с моей… Я должна была отстоять аэропорт, который находится в секторе, который является границей между территориями двух криминальных авторитетов, – продолжила Лея после нескольких секунд тишины, – это место было бы под контролем лидера Гельдестод, вместо этого я поехала и получила документы на аэропорт… сразу после того, как это сделал ты, – тише добавила она, хотя интонация и не свидетельствовала о разочаровании. Она говорила это не столько Егору, сколько своему разуму, надеясь, что таким образом сможет приблизиться к разгадке.

– Тебе не кажется несправедливым, что всю работу должна была выполнить ты, и вместе с тем не получить ничего?

– У меня был бы канал для поставок и ещё один союзник за рубежом, а это, знаешь, иногда ценнее, чем какие-то четыре стены.

– Тогда мы договоримся с Гельдестод. Дадим им канал для поставок и союзника, – хмыкнул Егор.

– Мы? Нет, спасибо. Ты в это больше не будешь вмешиваться, – "Тем более, что больше Мюллер не получит ни одного цента, ни одного патрона".

– Кажется, ты сама говорила, что эта ситуация касается нас обоих, мы в одинаковой опасности, – Егор говорил, следя за действиями пожарных, особенно за высоким со смуглой кожей, который держался в стороне от остальных и постоянно бросал долгие взгляды в сторону владельцев помещения.

– Почти: если что-то пойдёт не так, тебе даже нельзя будет воспользоваться пистолетом, – хмыкнула в ответ Лея. Она догадывалась, что вскоре начнутся новые сумеречные войны не на поражение, а на уничтожение. Даже если бы Туманова хотела, ей бы не позволили отсюда тихо уехать. – Тебя он тоже напрягает?

Беляев только на мгновение посмотрел на девушку, чтобы понять, что она также с недоверием следит за смуглым пожарным. Ответить Егор не успел, пожарный стянул противогаз под подбородок, больше не скрывая ехидную улыбку, и направился к ним.

– Егор… – только и прошептала Лея.

– Вижу.

Пожарный остановился в двух шагах от них.

– Вам привет от Гельдестод.

И Егор, и Лея не позволяли себе моргнуть, не рисковали выпустить жёлтозубую улыбку и неистовый взгляд из поля зрения даже на короткое мгновение.

– Напрасно вы стали на нашем пути. Эта погрешность может стоить жизни, и не одной, – он фыркнул нездоровым смехом. – Мы следим за вами – не забывайте об этом, ложась спать.

– Так может, вы появитесь открыто? – вызывающе предложила Лея.

Бандит медленно повернул голову к девушке:

– Не волнуйся: тебя ждёт особое наказание.

Он сделал неожиданный шаг к Тумановой, а она, вместо того, чтобы отступить, и сама подалась вперёд к врагу. Они не столкнулись лишь благодаря тому, что Беляев опередил девушку. Он легко вписался плечом, заступая Лею. Не имея времени на размышления, Егор схватил того за одежду на груди, нахмуренные брови и желваки на скулах предупреждали "пожарника" о серьёзности намерений, а заодно скрывали то, как слабо на самом деле ему удалось схватиться за толстый комбинезон.

– Даже не думай, – процедил парень.

Лея громко втянула носом воздух и приподняла подбородок. Она заигрывала с мыслью обвить ладонями плечо Егора и заставить его отпустить. Смахивало на то, что он сейчас замахнётся и правой заедет бандиту по лицу. Не то, чтобы Лея сомневалась в силе Беляева, а в том, что он действительно начнёт драку – и подавно, да ничем хорошим это точно не кончится.

Молчи.

– Убирайся по-хорошему, – уголки губ Егора дёрнулись вверх, но этот жест не был похож на улыбку, только на сдерживаемую ярость.

– Франк, – крикнул кто-то из пожарных, которые уже скручивали шланг.

– Уже иду, – дружелюбным голосом ответил бандит.

Егор неохотно разжал пальцы и насмешливым жестом разгладил на пожарной форме несуществующие складки. Франк зашагал к товарищу и, хоть Лея с Егором не услышали, что сказал "гражданский" пожарный, но бандит намеренно громко ответил ему:

– Они сказали, что не надо полиции.

Беляев оглянулся на девушку.

– Мог сразу себе на спине мишень нарисовать, – заметила та.

– Это планы на завтра.

Шутку Туманова не оценила, взглядом провела бригаду к их автомобилям, потом взглянула на жёлтое "Феррари". Ливень уменьшился до летнего дождя, даже солнце на несколько минут выглянуло из-за туч, но Вивиан всё ещё оставалась в салоне.

– Ты знал, куда летишь? – спросила, всё ещё глядя сквозь окно без стекла.

– Был ли готов я к встрече с местным контингентом? Да. Иногда стоит верить легендам, особенно если те заставляют дрожать не один посёлок.

– Что же с рассказами о взлётной полосе у тебя не сложилось?

– Прекрати уже пытаться от меня избавиться.

– Твоё присутствие меня раздражает.

– Сбивает с толку? – в удивительно приподнятом настроении продолжил Егор.

– Заставляет вспоминать способы убийства.

Парень расслабленно подступил к Лее на шаг, сразу перенеся массу тела на одну ногу.

– И что ещё ты чувствуешь? – он понизил голос.

– Что тебе сейчас сильно влетит от девушки, – с игривой улыбкой она кивнула на Вивиан, которая уже переступила порог аэропорта.

– Она не моя девушка, – спокойно ответил тот, несмотря на то, что американка была практически за его спиной. С Леей он мог разговаривать без боязни, что их подслушают – плевать, вокруг их никто не понимает.

Вивиан навострила уши, её взгляд остановился на Туманной.

– Не похоже, что она в курсе, – Лея демонстративно пожала плечами, которые до сих пор укрывала джинсовая куртка.

Егор многозначительно оскалился и вдохнул воздух, чтобы сделать очередное насмешливое замечание, но встряла Вивиан:

– Что мы теперь будем делать?

Беляев беззвучно вздохнул. Он не обернулся к Ви, как будто отвечал не ей, а Лее, только на английский перешёл:

– Мы не сдаёмся. Бандиты хотят нас напугать, ожидают, что мы сделаем неправильный ход, но это мы оставим для них, – Егор стал в полуоборот к американке. – Начнём капитальный ремонт, как только приедет Томас.

– И Ева.

– И Ева, – Беляев на автомате повторил за Леей, а потом резко оглянулся. – И Ева?

– Она – моя команда.

– А я думал, что Лея Туманова работает одна.

– Проекты мы берём вместе, – уголки губ подскочили в нечто, похожее на улыбку, – Ева будет здесь через час.

Парень кивнул в знак согласия – возразить он всё равно не мог.

– У тебя уже какие-то идеи? – две пары глаз сосредоточились на архитекторе.

– Возможно. Но для этого нам нужна бригада строителей.

– Устроим.

Чёрные облака расступились так же быстро, как и покрыли небосвод. Через десять минут сверкнули первые лучи солнца, ещё через пятнадцать – развеялась послегрозовая свежесть. Асфальт больше не излучал аромат влажности, зато запах горелого стал слишком резким, его замечала даже тройка, присутствовавшая при пожаре, и чья одежда была пропитана дымом до последней нити. Строительная бригада кривилась и, рабочие натягивали на нос защиту из ткани.

Егор отдавал приказы, под его пристальным присмотром строители заносили все необходимые материалы и измеряли площадь. Лея наблюдала издалека, опёршись на стену и сплетя руки на груди. Если поначалу девушка ожидала момента, когда Беляев промахнётся и ей придётся вмешаться, то потом она расслабилась и отпустила мысли на волю. Лея уже не слушала разговоры бригады, да и голос Егора превратился лишь в фоновое дополнение его фигуры недалеко впереди. Руки в карманах, расслабленная поза с опорой на левую ногу, его немецкий с акцентом – он съедает окончания, забывая, что уже не в Америке, поэтому смягчённые слова льются слишком быстро.

Из прохода справа донёсся стук каблуков.

– Лерка!

Ева шагала, держа в руке бумажный стакан то ли разбавленного кофе, то ли слишком тёмного чёрного чая, на согнутом локте висела небольшая лакированная сумочка.

Туманова отлипла от стены и пошла подруге навстречу. Ева раскрыла руки в объятиях, но забыла сжать Лею в объятиях: её взгляд наткнулся на знакомое лицо.

– О. Боже. Мой, – тихо чеканила каждое слово. – Здесь Беляев.

– Будто я не знаю, – произнесла Лея ей в плечо вместо предостережения от любых резких движений и неосторожных слов.

Как только Лея выпустила подругу из объятий, та направилась к давнему знакомому.

– Егор. Здесь становится всё интереснее.

– И не говори.

– Что заставило тебя пересечь океан в обратном направлении?

– Наверное, то же самое, что заставило прилететь и тебя.

– Лера? – игриво уточнила, хотя и догадывалась, что парень имел в виду проект, и проигнорировала то, как громко подруга втянула носом воздух. – Да, она это может.

Из груди Егора вырвался смешок – даже возражать не хотелось.

– Кого я вижу, – медленными шагами к группе присоединялся Рома. Он удивлённо смотрел на Беляева, даже руку пожимал, не отрывая шокированного взгляда. – Неужели это действительно ты? Этого я точно не ожидал.

– Я тоже не ожидала тебя здесь увидеть, – сестра сплела руки на груди и прищурилась.

– Если ты думаешь, что я отпущу жену к тебе без присмотра, ты очень ошибаешься.

Ева отхлебнула душистого цикория, оглянулась на строителей: работа кипела, мужчины не обращали внимания на группу давних знакомых. Она обвела взглядом помещение и один раз шмыгнула носом, чтобы убедиться, что в здании действительно пахнет дымом.

– А СБУ без своего хакера не распадётся? – насмехалась Лея.

– Нет, но ей будет непросто, если моя сестра организует коридор для убийц и наркоманов.

– О, так ты приехал мешать?

– Контролировать.

– Не в твоей компетенции.

– Зато в твоём стиле.

Они мигом замолчали, но ещё продолжали борьбу взглядами. Егор прочистил горло, пытаясь разрядить обстановку.

– Так что, если все на месте, может, начнём наконец работать.

– Конечно, – с прижимом произнесла Лея, но эта грубость предназначалась не Беляеву, а Роме. Она была благодарна за вмешательство, сил на очередную перепалку о пагубной жизни у неё не было, а это только обед.

– Тогда знакомь Еву с остальной командой, – улыбнулся Егор.

Томас к тому времени уже добрался до аэропорта и успел дважды его обойти, присвистывая в местах, которые пострадали больше всего. Лея представила сначала его, потом буднично подошла к Вивиан, однако Ева больше сосредоточилась на подруге, чем на новых коллегах.

– Что?

– Я пытаюсь понять тебя. Как ты нашла Беляева?

– Я не искала его, – фыркнула Лея и оглянулась для предосторожности: они стоят слишком далеко, чтобы разговор кто-то услышал. – Егор прилетел позавчера.

– И поэтому ты решила остаться?

– Нет… Технически да, но только потому, что он также хочет восстановить этот аэропорт.

Ева внимательно следила за эмоциями Леи.

– То есть это лишь очередная цель и неважно, что у вас с Егором есть общее прошлое?

– Ты спрашиваешь, смогу ли я расправиться с ним, как с любым другим врагом? – спросила риторически и холодно, но не продолжила, ничего не ответила на это.

– Спрашиваю, не зря ли Алекс решил составить тебе компанию в другой стране.

Лея сжала губы и посмотрела на потолок так, словно только что вспомнила о существовании парня.

– Он купил обручальное кольцо, – вырвалось у неё.

– Обручальное кольцо? – на лице Евы расползлась улыбка, сочетавшая и радость, и немалое удивление.

– Собирался сделать предложение в ночь перед отлётом, но мне позвонили, потому что в аэропорту возникли проблемы, и я уехала. "Мы уже полгода вместе", – Лея изменила интонацию, вспоминая слова Алекса, хотя и не дразнила. — Всего полгода, чёрт подери. Думаю, он выжидает момент, чтобы повторить попытку.

– И услышать отказ, – хмыкнула Ева.

– Этого я не говорила.

В воспоминаниях вспыхнул блеск голубых глаз Алекса. Лея и не думала, что запомнила, как в них отражались маленькие огоньки свечей, так же как в ночь первой встречи в них сиял свет фары её мотоцикла.

– Просто мне нужно немного больше времени.

Ева опрокинула стакан и щедро отхлебнула цикория, глядя на фигуру Егора вдали. С языка не сорвался комментарий о том, что иногда после месяца общения люди готовы под пули броситься ради того, кого любят.

Беляев оглянулся и встретил взгляд Евы. Решив не обращать внимания на то, что в разговоре точно шла речь о нём, он ладонью подозвал девушек к себе. Новообразованная команда стала в круг.

– Итак, – начал Егор, – оставим дизайн здания двум нашим замечательным архитекторам. Вивиан, на тебе будет организация вечеринки на какой-нибудь великолепной вилле – там должны появиться все местные бизнесмены, которые с радостью вложат средства в наш проект. Мы с Томасом занимаемся пакетом документов.

Лея хмыкнула, привлекая к себе внимание. Сплетённые на груди руки не предвещали ничего хорошего.

– Кажется, ты забыл, что я тоже директор, – она намеренно сказала на английском, чтобы поняли все. – Если думаешь, что сможешь сфальсифицировать документы, то ты ошибаешься.

– Не беспокойся, я не буду посягать на твои методы. Оставлю подобные развлечения бандитке.

Воздух между ними наэлектризовался. Лея незаметно сжала кулаки, Егор – челюсти, и оба одновременно перевели взгляды на другого, случайно выбранного, члена команды, как будто только что и не было никакой стычки.

– Томас, когда подготовишь первую партию длинных и содержательных документов, позовёшь Лею, чтобы она всё проверила, – проговорил с нескрываемой иронией. – А потом не забудь проверить после неё ещё раз, а то вдруг текст изменится.

На лице Тумановой не дёрнулась ни единая мышца.

Ева опустошила стакан.

– Тогда нам надо начинать разрабатывать дизайн, – с надеждой взглянула на подругу. В мыслях была единственная задача: забрать Туманову отсюда, причём немедленно.

Ева подхватила Лею под руку и потянула в сторону выхода. Единственный, кто не смотрел им вслед, – Егор.

– То есть ты знаешь, что она проворачивает что-то у нас под носом и позволяешь ей это делать? – вспыхнула Вивиан. – Я не понимаю тебя, Егор. Какова вероятность того, что она, – американка упорно отказывалась называть Лею по имени, – в конце концов не попытается тебя устранить?

– Лучше спросить, какова вероятность того, что он не попытается сделать этого в следующие три дня.

Он не пытался понизить голос, говоря это, а наоборот бросил взгляд в спину Леи, думая, оглянется ли она, или ответит что-то язвительное, но этого не случилось. Беляев не слышал, что Ева переспросила у подруги:

– Не попробуешь, правда?

– Не сейчас. Надо отвоевать аэропорт – на этот раз по-настоящему и теперь – в Гельдестод.

– Мы потеряли поддержку банды? – глаза Евы шокировано округлились.

– У нас её никогда и не было, – вздохнула Туманова. Ситуация скверная, но они потеряли только иллюзию сотрудничества, значит, на самом деле не потеряли ничего.

– Тогда почему мы до сих пор здесь? Ты не на своей территории, ты даже не в Украине. И где ты собираешься взять деньги на восстановление аэропорта?

– Заберу в Гельдестод, – Лея пожала плечами так буднично, словно её это совсем не беспокоило.

– Егор об этом знает? – совсем тихо поинтересовалась Ева, пока по коже бежали мурашки от нехорошего предчувствия.

– Нет. Я сама уничтожу банду, сразу после того, как выясню, чего на самом деле хотел Мюллер, столкнув нас с Беляевым.

– Но тогда вся федеративная земля погрузится в хаос.

– К счастью, я привыкла захватывать власть во время хаоса, но пока все должно идти спокойно, так, как будто ничего не происходит.

Ева кивнула то ли в знак согласия, то ли потому что смирилась с решением Леи. Бесполезно пытаться её остановить, лучше просто выполнять свои обязанности архитектора, тем более, что в сгоревшем аэропорту работы просто немерено.

4

*тяжелое дыхание, смех* Егор я поняла тебя я поняла что ты чувствовал стоя на балконе и знаешь что? Теперь я бы тебя не останавливала я бы гордо наблюдала как гнев берёт верх и как довершается вендетта потому что я жива хоть бунтари пытались это изменить я жива а они нет *смех* это лучшее ощущение 

– Почему ты не сообщила в полицию, что аэропорт подожгли? – с порога заявил Алекс.

Лея оторвала взгляд от блокнота, где делала первые зарисовки своего представления аэропорта. Во взгляде не проступало ни крупицы вины. Удивления также не было. Лея знала, что слухи о пожаре в таинственном старом аэропорту разлетятся по окрестностям со скоростью того ветра, который нёс дым. Это единственное, что сдерживало бандитку от молниеносной расправы над Гельдестод, ведь именно признание в их истинных мотивах не заставит себя ждать, если правильно задавать вопросы.

Жаль, правда, что Алекса сразу использовал слово "поджог", оно немного ограничивает список возможных оправданий.

–  В этом не было необходимости, – она сдвинула одним плечом, не меняя расслабленной полусидящей позы с поджатыми коленями.

–  Лея, серьёзно? Было совершено преступление, а ты этому потакаешь – уже молчу об опасности, ты же снова найдешь оправдание, что тебя там не было, значит, всё нормально.

Девушка выдержала паузу, мысленно отметив, что, когда случается что-то ненормальное, стоит хоть иногда изображать страх – так бы реагировали нормальные люди на пожары, погром в квартире и прочее, рядом с чем регулярно замечают по несчастливому стечению обстоятельств Лею.

–  Говоришь так, как будто я одна в этом замешана. Это было коллективное решение, – Лея договорила, глядя Алексу в глаза, и только тогда снова обратила взгляд на чертёж, сразу заметив несколько деталей, которые ей не понравились, хотя ещё минуту назад радовали глаз. Она потянулась за резинкой.

–  Тогда они просто не знают о славе этого места.

–  Знают – и именно поэтому никто не вызвал полицию. Нам надо показать, что мы не боимся местных бандитов и что это наша собственность, которую они не смеют трогать. Мне стоит спрашивать, как прошёл твой день, или он весь был сосредоточен вокруг пожара?

Алекс вздохнул, и теперь на его лице стали заметны признаки усталости. Он потёр двумя пальцами глаза, под которыми красовались тёмные круги.

–  На самом деле да, – он начал расстёгивать рубашку, чтобы заменить на более удобную футболку. – Отовсюду только и было слышно "аэропорт", однако единственное слово, которое я ещё понял, – это "Problem", только один из моих коллег подсел ко мне и на английском объяснил, в чём дело. Думаю, он будет моим единственным другом. Ты знала, что в Германии большинство людей знают французский, а не английский? – возмущённо поинтересовался Алекс, заставив Лею улыбнуться.

–  Это только первый день, всё наладится. Я верю, что ты справишься.

Алекс упал на кровать и перекатился через бок, чтобы оказаться рядом с девушкой.

–  Я сделаю всё, чтобы оправдать твою веру.

Парню пришлось подпереть голову ладонью, ведь его подушка находилась под спиной Леи. По горькому опыту он знал, что не стоит пытаться что-то изменить, когда Туманова держит в руках карандаш. Да и на самом деле он был совсем не против.

–  Твой брат с Евой уже спят? Я с ними так и не поздоровался.

–  Они устали после перелёта и дня в обугленном помещении, поэтому, уверена, даже не заметят этого. Как зовут твоего друга? – непринуждённо поинтересовалась Лея.

–  Илар, – взгляд Алекса был прикован к прямоугольнику, который исчезал под резинкой, – Почему бы тебе не воспользоваться планшетом, чтобы сделать чертёж? Он точно не стоит всех тех усилий, которые ты прилагаешь, чтобы провести ровные линии на бумаге.

–  Ошибаешься, он стоит каждой ровной линии, которую я могу провести самостоятельно.

–  И твой клиент не будет возражать против таких консервативных методов?

О, он скоро вообще ни против чего не будет возражать.

–  Я всё улажу, – Лея свернула блокнот; на её лице появилась заговорщицкая улыбка. – Но мне необязательно заниматься этим сейчас.

Как только она положила канцелярию на свою прикроватную тумбочку, Алекс дёрнул её на себя, на ходу обвил талию рукой и перевернулся, оказавшись сверху. Девушка снова хищно улыбнулась, давая понять, что её это совсем не удивило – что Алекс сделал именно то, на что она надеялась. Лея первой потянулась за поцелуем. Значительно позже, почти в три часа ночи, тихонько зазвонил будильник под её подушкой. Бандитка методично сунула руку под неё, выключила звук и только тогда открыла глаза, убеждаясь, что Алекс не проснулся. Ей хватило две минуты, чтобы надеть удобный спортивный костюм, прикрепить кобуру с ножом и запихнуть пистолет в большой общий карман на животе. Лея направилась в дом Мюллера.

Отмычка сработала на ура, бандитка неслышно приоткрыла дверь и подняла в воздух дуло пистолета, который предусмотрительно сняла с предохранителя. Ни один шаг не отдавался эхом, её дыхание стало неглубоким, чтобы даже такая мелочь не нарушала покой дома. Лея открыла дверь в спальню и недоверчиво замерла. В лунном свете Туманова видела идеально заправленную кровать и подбитые подушки, которых сегодня не касалась голова Эдуарда. Лея распахнула дверь настежь, чтобы избежать вероятности того, что Мюллер мог спрятаться за ней. До сих пор не включив свет, она заглянула в соседнюю комнату, потом в ванную, отдёрнула штору и снова никого не обнаружила. Она бросила мимолетный взгляд на своё отражение в зеркале и уже почти вышла, когда взгляд зацепился за две зубные щетки в стакане. Рядом с ней стоял скраб, которым Эдуард Мюллер точно не стал бы пользоваться.

Он сбежал вместе со своей девушкой.

Лея проверила шкаф в коридоре: в нём много пустых плечиков, хотя забрали не всю одежду, в холодильнике не осталось готовой еды, однако до сих пор стояли закупоренные бутылки, консервы и сосиски в пластике, значит, бандит планирует вернуться. Значит, планирует вести борьбу с ней и Егором. Где-то в душе загорелся слабый огонёк радости, что у Беляева теперь есть пистолет.

Воздух серел, и Егор не мог понять, это остатки сажи и дыма или просто утренние сумерки, совсем не странные в шесть часов. Парень окинул взглядом аэропорт. Видимо, приезжать в это время это не самый продуктивный его план, однако бессонница создаёт огромный запас времени. После утренней – очень ранней – пробежки у него больше просто не осталось дел.

Егор достал телефон и набрал номер ментора. В последнее время связь с ним стала более проблематичной. Если он не возьмет трубку, можно сделать вывод, что он спит? В Лос-Анджелесе сейчас девять вечера, однако в Нью-Йорке полночь. И если наставник там, тогда их с друзьями догадки имеют очень серьёзные основания.

"И ты послушал совершенно незнакомого человека?"

Иногда Егор уверен, что знает, кто находится на другом конце провода – тот бизнесмен, который появился в жизни его команды за день до того, как впервые связался ментор, хотя анкета "висела" уже месяц. Лидер международных поставок всеми возможными и невозможными способами найдёт что угодно в любом уголке мира и вручит тебе – жаль, что такие его уникальные возможности используют преимущественно для того, чтобы завладеть раритетным автомобилем или дорогим сырьём для имения. А ещё родной город того – это Нью-Йорк, бизнесмен очень ценит здоровый образ жизни, поэтому всегда ложится спать вовремя, так что пока всё сходится. Даже его желание иметь аэропорт – транспортную развязку в Германии.

Звонок остался без ответа.

Парень спрятал телефон и подошёл к кучам клеёнки и брезента, которые успели привезти вчера для уборки вместе с ручными пылесосами, чтобы начать сухую уборку после пожара. Егор оглянулся на "Феррари" – что ж, розетка у него есть, машина с лёгкостью заедет внутрь сквозь широкую дыру, где должна быть дверь. Беляев расстелил на полу несколько больших кусков клеёнки и подключил один из пылесосов к аккумулятору в машине – он гудел громче, чем обычные домашние, и за несколько движений возвращал бетону его грязно серый цвет. Егору пришлось включить музыку в наушниках на полную, чтобы слышать её. За несколько часов парень несколько раз менял мешки на пылесосе, а ещё переключал из одной импровизированной розетки в другую, когда чувствовал, что мощности начинает не хватать. Возможно, сегодня домой придётся ехать на багажнике велосипеда Томаса.

Пылесос прекратил тянуть сажу. Егор нажал на кнопку питания и потянулся рукой за спину, помня, где на капоте лежали несколько сменных мешков, и один из них внезапно сам прыгнул Беляеву в ладонь. Парень оглянулся и вытащил один наушник, когда увидел Лею. Девушка как раз воткнула штекер своего пылесоса во вторую розетку.

–  Привет, – Егор опустил взгляд на наручные часы, даже не представляя, который час может быть, если Туманова уже прибыла на место, хотя ему казалось, что прошло не так много времени.

–  Не спится, Мажор?

–  Как и тебе.

Ева подошла к ближайшей к ней бетонной колонне, до которой Егор ещё не успел добраться и провела пальцем по саже, затем скривившись от отвращения.

–  Не уверена, что я хочу в этом купаться. Тем более, третьей розетки у вас нет, – произнесла та с явным облегчением, развернулась на каблуках и направилась к взлётным полосам на заднем дворе.

Лея поудобнее обхватила пылесос, прикинув, что он не тяжелый, взглянула на стену, на которой пятно чистоты выглядело совершенно неправильно во всем хаосе.

Егор протянул девушке наушник, даже не надевая который, бандитка могла слышать песню.

–  Это плохая идея. Тебе повезло, что за тобой была я, а не вооруженные члены Гельдестод.

–  Самой опасной из всех идей была незаконная посадка на территорию банды, после неё на все маленькие неосторожности можно не обращать внимания. Уверяю, тебе быстро надоест звук сажи, поднимающейся по трубе пылесоса.

Лея взяла наушник, хотя на её лице не дёрнулась ни одна мышца. Песня на английском, как она и ожидала.

Impossible – I Am King

Они нажали кнопку питания; работа продолжалась молча.

And now

When all is done, there is nothing to say

You have gone and so effortlessly

You have won, you can go ahead tell them

Tell them all I know now

Shout it from the roof tops

Write it on the sky line

All we had is gone now

Tell them I was happy

And my heart is broken

All my scars are open

Пылесосы одновременно выключились, когда аккумулятор разрядился.

Tell them what I hoped would be impossible

Impossible

Impossible

Impossible

– Куда ты исчез так рано? – звонким голосом поинтересовалась Вивиан, заставив Егора и Лею обернуться. Ева также услышала американку раньше, чем увидела. Вивиан вышла из-за "Феррари" и на мгновение сбилась с темпа, когда их с Леей взгляды скрестились, и в каждом читалась одинаковая фраза: саркастическое "ну конечно".

–  Решил, что если мы хотим быстрее справиться со всем, надо немного испачкаться.

Туманова бросила взгляд на серую половину рубашки Егора: она окрасилась в мелкую крапинку, хотя если не знать, можно подумать, что такая текстура и должна быть. На её черной одежде не было видно следов, однако сажа на коже выдавала правдивость слов о грязи.

Лея вытащила штекер пылесоса как раз тогда, когда к ней подошёл Томас с протянутыми документами. Он сперва посмотрел карими глазами на Егора, но не встретив реакции, таки отдал бумаги Лее. Его губы сложились в беззвучное извинение перед девушкой.

–  М-м, обещанные тобой документы, – выдала бандитка, обращаясь к Беляеву, – которые вы заботливо напечатали лишь на английском и мелким тестом. Весьма признательна. Пойду почитаю, – махнула она бумагами, натянув улыбку, однако не скрывая от Егора убийственный взгляд.

Лея вложила в ладонь Беляева наушник и ушла раньше, чем тот успел что-то сказать. Томас также демонстративно развернулся и ушёл, Егор только и закатил глаза от неожиданного осуждения от друга.

–  Томас быстро сработал, – прокомментировала Вивиан.

В мыслях Егора пронеслось, что слишком быстро. Он вяло отсоединил штекер от кабриолета и опустил крышку капота. Когда прибыла бригада работников, парень взял их на себя, давая Тумановой время разобраться с документами и остыть. Он не приставал к ней, забыв напрочь все язвительные шутки. Придирчиво смотрела на Лею только Вивиан. Туманова с равнодушным выражением лица вчитывалась в текст, ни разу не одарив американку взглядом, но всё же не удержалась от того, чтобы отметить, что замечает её присутствие: "Моргать не забывай, иначе твои голубые глаза скоро станут красными".

Специально обученная бригада убирала следы пожара значительно быстрее, чем это делали Егор с Леей. К вечеру стены вернули себе блёклый цвет из смеси десятков оттенков серого, однако на потолке до сих пор осталась копоть, а пол под клеёнкой даже не начинали чистить – оставили на следующий день.

Как только работники вышли из аэропорта, Лея направилась за ними. Она, казалось, даже не замечала Егора, мимо которого должна была пройти на своём пути, но только до того момента, пока не оказались рядом с ним. Она резко ткнула ему документы.

–  Я обвела пункты, которые меня не устраивают, – отрубила бандитка и быстро зашагала дальше.

Егор перевернул страницу, чтобы наткнуться на нарисованную на всю страницу руку со средним пальцем. Он коротко фыркнул от возмущения – и совсем немного от восторга. Это вызывающе настолько же, насколько гениально, однако остальные страницы Беляев проверять не захотел. Мотор "Хонды" уже гудел, ожидая, когда водительница дёрнет газ.

Егор поднял взгляд и, заметив, что Томас стремится пройти мимо него, схватил американца за рукав.

–  Эй, подожди. Что не так?

–  Ты о чём? – искренне удивился Томас и поправил очки.

–  Было похоже на то, что ты одним взглядом прозвал меня идиотом.

–  Вообще-то, я имел в виду другое слово, но да, это тоже сгодится.

–  И что это должно означать?

–  Что ты идиот? – так же непринуждённо продолжал американец.

Он снял очки и протёр их низом рубашки – маленькая привычка, когда он волнуется. А ещё тогда, когда предчувствует драку, ведь очки всегда бьются стеклом внутрь.

–  Это же та девушка, о которой ты рассказывал.

–  Я не рассказывал, – быстро возразил Егор.

–  Но это она – и что ты делаешь?

–  Пока ничего незаконного – в отличие от Тумановой, кстати.

–  Ты идиот. Зато теперь я понимаю, почему ты очень рвался вписаться в программу наставничества: ты невероятно упрямый в процессе, но достаточно слепой, чтобы увидеть шанс для начала.

Томас снова нацепил очки и отошёл на несколько шагов, Егор крикнул ему в спину:

–  Я присоединился к программе, потому что когда-то мой отец хотел, чтобы я это сделал, так что оставь свои философские размышления для кого-то другого.

–  Как скажешь, – не замедляя шага, Томас развёл руками.

Егор опустил плечи в сердитом вздохе, взгляд мимолетом снова скользнул на документы. Парень сел за руль кабриолета и забросил бумаги в бардачок, зная, что сегодня ещё вернётся к ним.

Ладонь Вивиан опустилась сверху на пассажирскую дверь. Егор поднял глаза, встречаясь с парой голубых.

–  Поедем домой вместе? – с надеждой предложила девушка.

Парень в пригласительном жесте указал на пассажирское сиденье. Ремень безопасности Вивиан щёлкнул, Егор завёл двигатель. К счастью, рабочие помогли запустить аккумулятор, подсобив своим фургоном. Водитель переключил на заднюю передачу, выкрутил руль, разворачиваясь до сих пор внутри аэропорта, и выехал сквозь широкие двери. Авто быстро оказалось на магистрали. В вечерней тишине громче слышалось гудение двигателя, однако "Феррари" невесомо летело над дорогой. Егор положил руку на верхушку двери, управляя лишь одной.

–  Ты правильно делаешь.

Егор на мгновение крепко сжал веки, заставляя себя сосредоточиться и вернуться к реальности. Он и не заметил, что погрузился в мысли, пока Вивиан не заговорила.

–  Я имею в виду Туманову.

–  Это только твое мнение, – спокойно, почти безразлично, отозвался Егор.

–  Томас не имел права осуждать тебя.

–  Дело не только в Томасе, – Егор не договорил, что и сам сомневается в том, что он делает и как ведёт себя.

–  Да, дело в том, что вы знакомы, но эта девушка опасна, она наш враг, и щадить её чувства, быть с ней вежливыми – это последнее, что нам нужно, иначе однажды утром проснёмся с ножом в спине.

–  Нет, она будет бить спереди.

Вивиан обеспокоенно оглянулась на Егора. Она говорила метафорически, однако усомнилась, что и Беляев тоже. По крайней мере его не удивляло видеть Лею с пистолетом в руке и в качестве представителя банды, так что, когда придёт время, нож в руке Тумановой тоже может быть вполне настоящим и физически ощутимым.

–  Ты сейчас серьёзно? Егор, мне не нравится все, что здесь происходит и как ты спокойно к этому относишься.

Вивиан нахмурилась, уловив кривую улыбку на лице Беляева, которая исчезла в следующий миг.

–  Слушай, Ви, я ещё не до конца понимаю, что здесь происходит, но Лея – это не та опасность, о которой надо беспокоиться. Если бы она хотела от нас избавиться, ты бы это заметила сразу… или даже не успела бы заметить.

На горизонте появились огни вечернего Ландау.

–  Она не на нашей стороне, – решительнее выпалила американка, опасаясь, что Егор этого не увидел – не захотел видеть или признавать.

–  Лея точно не на стороне Гельдестод – с остальными мы разберёмся, но сейчас есть более насущные проблемы.

–  Например? – буркнула Вивиан, точно не соглашаясь с парнем.

–  Ментор.

–  А что с ним?

–  Я хочу выяснить, кто он.

–  Это против правил программы.

–  Как хорошо, что мне плевать на правила. Мне нужно, чтобы завтра уже было зарезервировано место для празднования.

–  Мы и приблизительно не знаем, когда аэропорт будет иметь хотя бы предварительный презентабельный вид, уже не говоря об открытии – о каком празднике идёт речь?

–  О празднике для привлечения инвестиций.

– О, прекрасно! Супер! Невероятная идея, Егор. Ты планируешь делить аэропорт на части, когда у нас есть целая банда, которая хочет оторвать кусок от него, а ещё эта выскочка-архитекторша.

Вивиан осеклась, когда неожиданно встретилась с резким взглядом Беляева. Зелень глаз походила на смертельный яд. Скулы заострились: Егор стиснул зубы.

–  Мы о таком не договаривались, – произнесла Вивиан, когда сердце замедлило свой ритм; её голос звучал чуть громче шёпота.

–  Значит, скорректируем планы в процессе, – Егор покрутил руль, чтобы "Феррари" заехало во двор возле многоэтажки. Он остановил авто, выключил двигатель, а с ним и фары. – Место проведения и ближайшая приемлемая дата празднования.

–  Хорошо.

Егор потянулся в бардачок за документами, на третий этаж они с Вивиан поднялись молча.

–  Спокойной ночи, Ви.

Как только входная дверь за ним закрылась, парень щёлкнул выключатель света, а затем – кнопку питания на кофеварке. Он открыл окно, впуская внутрь летний воздух и приглушённые звуки вечернего города: где-то неподалёку хохотали подростки, чуть дальше ехали мотоциклисты, бесстрашно прибавляя газу и нарушая покой рёвом моторов. Наполнив чашку кофе, Егор взял лист и ручку, перевернул страницу документов. Свои художественные способности Лея продемонстрировала лишь на одной, вступительной, на других же на самом деле некоторые пункты обозначались восклицательными знаками, отдельные были зачеркнуты, а отрывки фраз или отдельные слова – обведены. Егор отхлебнул кофе и начал писать.

В аэропорт на следующий день он приехал с опозданием, но радуясь, что смог поспать от рассвета до обеда. Лея стояла у высокой стойки – даже жаркому пламени та не по зубам – и что-то рисовала. Русые пряди, которые бандитка откинула на спину, медленно сползали по плечам вперёд, но девушка была настолько сосредоточена, что не замечала ни их, ни приближения Егора.

Беляев постоял несколько секунд, молча наблюдая за её действиями, а потом просто положил новый вариант документов рядом с ней. Лея вопросительно подняла на него пепельные глаза, парень ответил лишь улыбкой.

–  Эй, – окликнула бандитка, когда тот уже собирался уйти. – Ты в порядке?

–  Да. Перечитай документы: я исправил большинство пунктов, которые тебе не понравились, и обозначил те, которыми не готов уступать. Пойду гляну, как дела с уборкой обломков в левом крыле.

По дороге Егор выхватил у Томаса из рук новую пачку бумаг. К европейской бюрократии ему ещё придётся привыкнуть.

–  Видел Ви? – на ходу поинтересовался у друга.

–  Она арендовала помещение на выходные через неделю и нашла кафе, которое доставит еду и официантов.

–  Отлично.

Егор опустился на кресло в левом крыле, которое уже очистили от чёрных следов пожара. Здесь даже провели влажную уборку. Осколки стекла, старые оконные рамы и куски бетона, некогда бывшие частью стен и потолка, заполнили тачки, которыми рабочие загружали мусоровозы.

Беляев закинул лодыжку на колено и начал листать отчёты, не понимая половины текста – к счастью, цифры в большинстве уголков мира одинаковы.

–  Егор, привет, – Вивиан присела на соседнее кресло; шлейф её духов окутал воздух вокруг. – Я просчитала пиар-стратегию, можно тебя на две минуты…

–  Я сейчас занят, давай позже.

–  Да, конечно, – она протяжно выдохнула. Американка завернула русую прядь за ухо и приподнялась, поправляя низ сарафана. Пухлые губы сжались в тонкую линию от обиды, взгляд потупился на пол, по которому Вивиан неспешно шагала, однако обида мигом сменилась злостью, как только Блейк заметила бандитку.

–  Сейчас не до тебя, – буркнула. Голос и мрачное лицо американки резко контрастировали с нежно-жёлтым нарядом.

Лея проигнорировала её, не тратя остаток сил на то, чтобы напомнить, что Вивиан не получала права на контроль её передвижения. Туманова нагло прошла мимо и сразу села рядом с Егором.

–  Вот, – она протянула большой блокнот с эскизами, – Здесь не всё, но я закончу. 3D-модели будут у Евы на планшете. Я детальнее прорисовала некоторые места и интересные коридоры, там же примерно написала, что нужно, чтобы воплотить идеи.

–  И что же? – на автомате спросил Егор, разворачивая блокнот на первой странице.

В глаза сразу бросился эскиз двухэтажного дома: первый этаж напоминал букву "Г", поэтому, выходя из него, человек оказывался на просторном крыльце, скрытого под выступом второго этажа. Стиль модерн – окна чуть ли не от пола, без чердака – возможно, на крыше находилась терраса? Присмотреться парень не успел, потому что Лея начала быстро листать на нужную страницу.

– Это не то, – мимоходом объяснила и ткнула на нужные рисунки: витрины, стойки, таблоиды с рейсами. Материалы и расчёты были записаны простым карандашом на соседних страницах и, хотя девушка говорила, что расписала все "приблизительно", по ним можно было начинать составлять финансовые отчёты. – Я хочу, чтобы ты пересчитал всё. Это займёт максимум двадцать минут.

–  Да, конечно.

Егор погрузил руку в карман, ища телефон. Он вынужден был наклониться, и неожиданно оказался очень близко к Лее. Сердце пропустило удар, а потом внезапно пустилось в галоп. Он только почувствовал тёплое дыхание на коже, а это уже было равносильно разряду молнии. В воздухе между ними витал едва уловимый миндальный аромат.

В пепельных глазах Леи дрожали блики света. Егор нервно выдернул из кармана телефон и быстро отклонился, одновременно с Тумановой – теперь они сидели неестественно далеко, хоть и на соседних креслах. Егор коротко прочистил горло и включил калькулятор.

–  На следующей неделе уже можно будет заняться отделкой фасада и интерьером, – он дёрнул воротник бледно-коралловой футболки.

–  Завтра у нас выходной? – голос девушки предательски дёрнулся.

–  Да, воскресенье же.

–  Хорошо, наконец-то отдохну от тебя.

–  Взаимно, Бесёнок.

По телу пробежал ток от полузабытого прозвища, Лея сглотнула.

–  Ладно, доставай калькулятор – вдвоём справимся быстрее.

–  Мг, – механически ответила Лея. Она чувствовала себя странно.

Пересчитав все данные, они позвали Томаса для обсуждения финансовой и юридической части. Ева со скуки разгадывала на планшете кроссворды и только изредка поднимала глаза на Вивиан, каждый раз замечая одинаково недовольное выражение лица – если бы это было возможно, американка позеленела бы от злости.

Ближе к вечеру Егор отпустил рабочих пораньше. Не то чтобы разница в менталитете позволяла им сполна насладиться маленьким вознаграждением за хорошую работу, но они принялись собирать инструменты. Многие подходили к руководителю, чтобы дать пять. В суматохе не сразу заметили молодого курьера, который принёс Лее букет красных, аж багровых, роз.

Девушка с недоверием взгромоздила цветы на плечо, чтобы поставить подпись. Ей хотелось поскорее развернуть записку – она почти ожидала, что в ней будет написанное кровью приглашение в гости к председателю Гельдестод, но острый почерк Алекса заставил её улыбнуться.

"Сегодня должен задержаться допоздна: важная миссия. Не скучай без меня"

–  Почему все так носятся с ней? – под нос прошипела Вивиан и, минуя Томаса, поспешила скрыться в тени.

Ладонь Егора, по которой уже хлопнул последний подчинённый, зависла в воздухе, пока парень смотрел на Лею. Яркое пятно из цветов в её руках привлекало внимание и неимоверно раздражало. Ему удалось взять себя в руки за мгновение до того, как Лея взглянула в его сторону.

– Видимо, не только строители сегодня пораньше идут домой, – улыбнулся Томас.

– Вообще-то, нет. Я планировала сегодня закончить эскизы дизайна интерьера – ещё не поздно.

Наручные часы Томаса показали шесть вечера. Солнце висело достаточно высоко в небе, и, хотя Томас сомневался, что удастся закончить сегодня, с радостью предложил свою помощь.

– Егор, ты как? – обратился к другу.

– Собирался отметить очередную маленькую победу за столиком в ресторане, но, вижу, предлагать составить мне компанию нет смысла?

– Я вечером свободна, – отозвалась Вивиан, о присутствии которой уже все успели забыть.

Лея улыбнулась одним уголком рта, тем, который за розами был почти незаметен.

– Отлично, – подытожил Егор, хотя в голосе не чувствовалась радость, только её подкрепленное гордостью подобие. – Жду в машине через десять минут.

Беляев достал из кармана ключ от автомобиля и, игриво подбрасывая тот, пошёл к выходу. Вивиан вышла вслед уже через минуту. Она не брала из дома никаких вещей, кроме маленькой сумочки, тонкий ремень которой на ходу зацепила на плечо. С исчезновением американки Лея положила букет на одно из старых кресел (их до сих пор не вынесли, потому что строители использовали мебель, чтобы ставить на них смеси шпаклевки и инструменты).

Ева достала планшет, Лея предпочла старый-добрый простой карандаш и линейку. Томас в основном отвечал за расчёты, позже съездил на окраину Шпаера за тортом и напитками, он морально поддерживал девушек, признавая, что в архитектуре от него никакой пользы. Пока стемнело, подруги знали множество смешных историй из детства Томаса, и именно благодаря смеху работа казалась приятнее и интереснее, чем была на самом деле.

Солнце медленно закатилось за горизонт, сумерки заполонили аэропорт непостижимо быстро.

–  Следующим этапом ремонта будет электричество, – буркнула Лея. Она упорно не желала признавать, что переоценила их с Евой силы, последние полчаса только и уговаривала подругу закончить последние штрихи: "Разве нам впервые готовить проект за такой короткий срок".

Томас включил фонарик на телефоне и направил на чертёж. От карандаша в левой руке на эскиз упала длинная тень, поэтому парень обошёл сиденье и стал с другой стороны. Рисовала Лея, сидя на полу, на одном из журнальных столиков, которые кое-где отделяли кресла.

–  Ты до сих пор возишь с собой фонарь? – внезапно вспомнила Ева.

–  Под сиденьем мотоцикла.

–  Сейчас принесу.

Ева выключила планшет и встала.

–  Зачем тебе фонарь под сиденьем? – удивился Томас.

Для того же, для чего был нужен пистолет.

–  Вдруг заглохну на дороге среди ночи, – Лея выдала беззаботный ответ.

Томас хмыкнул, но Туманова не знала: он одобрял предусмотрительность или насмехался над неудачной отговоркой.

–  Ты не из тех, кто просит помощи, да?

–  Привыкла полагаться на себя, а не падать перед кем-то из-за каждой жизненной грозы.

Лея засомневалась, смогла ли донести на английском до коллеги всю суть – видимо, нет, потому что ответил тот не сразу:

–  Ты сейчас говоришь о Вивиан?

–  Что? Нет. Абсолютно.

В воспоминаниях всплыл образ Вивиан в машине Беляева. Что ж, похоже грóзы американка действительно не любит.

–  Я у тебя кое-что спрошу, но Беляеву ты об этом не скажешь, – добавила Лея. – Между Егором и Вивиан что-то есть? – вопрос прозвучал максимально банально.

–  Уже нет.

Туманова несколько секунд помолчала, пока карандаш продолжал скользить по бумаге – рука не дрогнула. Лея надеялась, что Томас добавит что-то ещё, но когда этого не случилось, подняла на него глаза.

–  Хочешь задать встречный вопрос?

–  Аналогичный, – честно ответил тот.

Лея хмыкнула.

–  Уже нет. Странно, – она снова вернулась к эскизу.

–  Твои действия тоже странные.

–  Я не умею так, как Егор – не знаю, как мне вести себя.

Краем глаза Томас заметил холодный луч света и стал молча ждать, пока вернётся Ева с фонариком. Рядом загорелся ещё один. Американец прищурился, как будто это могло помочь ему увидеть сквозь темноту. Он разжал губы, и вот появился и третий белый глаз фонаря. Они приближались не синхронно. Томас разжал губы, чтобы позвать Еву, но неожиданно понял, что девушка вышла из здания не между бывшими магазинами, а через парадный ход.

Во тьме вырисовывались пять силуэтов.

–  Лея…

Туманова подняла глаза на Томаса и почувствовала волну холода по телу, когда поняла, что парень смотрит ей за спину. Она вскочила на ноги, одновременно поворачиваясь к незваным гостям. Бандиты.

Лея ожидала увидеть уже знакомого пожарного, Франка, но его среди мужчин не было. Не появился и Мюллер, хотя девушку это совсем не удивляло. Группу возглавил Филипп, и теперь, когда его лицо окутали тени, приспешник Эдуарда больше не нравился Лее.

–  Рано пришли: открытие аэропорта не раньше, чем через полгода.

Гельдестод не оценили шутку. Они подходили ближе, и в руках Томас уже заметил оружие.

–  Это и есть ваш особый сюрприз? А я думала, что вас стоит ждать на Дне рождения, – Лея надеялась, что бандиты понимают намёк на угрозу Франка.

–  У тебя все шансы до него не дожить.

Первую пулю член Гельдестод выпустил Томасу под ноги. Очки парня упали на пол, вместе с телефоном; свет фонарика устремился на потолок, по помещению заплясали кривые тени. Лея бросилась вправо, Томас – влево, но новая серия выстрелов заставила обоих затормозить. Туманова развернулась на пятке, пытаясь изменить маршрут, но только нарвалась на кулак под рёбра. Томас упал на колени, прикрывая затылок ладонями. Он устремил взгляд на пол, тихо поглядывая назад, на то, как Лея попыталась удержаться на ногах. Она сердито зарычала и бросилась на нападающего, чтобы тот не успел направить дуло на неё. Отчаянный толчок. Лея обхватила ладонями широкое предплечье мужчины – неважно, что неподалёку просвистела ещё чья-то пуля, она проворнее.

Мускулистый бандит заточился от неожиданного сопротивления. Ещё немного, тогда ещё двое…

Взгляд потемневших от прилива адреналина глаз скользнул на Томаса.

Бандит вскинул руку и освободился от Леи. Она рухнула на пол, бедро пронзила тупая боль падения, кожа на ладони стерлась. Над затылком щёлкнул предохранитель. Лея стиснула зубы, ругая себя, что попалась на мушку. Не на одну, по правде говоря, но именно этот выстрел непременно будет смертельным.

–  Наигралась? – дерзко поинтересовался Филипп.

Лея пыталась понять интонацию: собирается издеваться, наслаждаясь каждым криком боли, или хочет поговорить? Ни один из этих вариантов Туманова не рассматривала всерьёз, у Гельдестод есть один-единственный путь: на выход. Им уже решать, каким способом.

Подъём, захват, выстрел, кровь…

Туманова сжала кулаки, царапнув ногтями по шершавому полу, и яростно взглянула Филиппу в глаза.

–  Чего тебе надо? – процедила.

–  Всего лишь поквитаться.

–  Тогда чего ты ждёшь?

Филипп оглянулся на Томаса. Тот, хоть и заметил внимание к себе, не позволял себе оторвать взгляд от Тумановой: боялся, что если сделает это, она умрёт.

Лея медленно поднялась с пола, коротко осмотрела бандитов: один держит на прицеле Томаса, ещё один сердито расхаживает, желая не пристрелить Лею, а прикончить голыми руками, а Филипп не взвёл пистолет – видимо, и с предохранителя не снял, тем более в его руке фонарик. Значит, только двое: впереди и сзади. С двумя она справится.

–  Надеялся, что у кары будет больше зрителей. Эй, ты, – он присвистнул к Томасу, – её смерть будет достаточно веской причиной, чтобы вы убрались с нашей земли?

Лея не была уверена, что парень понял немецкий бандита, но всё равно Томас попросил не трогать её.

–  Как мило. Но она почему-то не умоляет о пощаде, – Филипп снова сосредоточился на бандитке. Глаза сверкнули недобрым огнём.

Не дождёшься.

–  Оставлю это дело тебе и твоим прихвостням – я ещё нужна Эдуарду, так что он не обрадуется моей смерти.

Мысленно Туманова спрашивала себя, для чего же именно. Видимо, у главы Гельдестод также нет возможности и ресурсов, чтобы запустить аэропорт, следовательно, он будет оттягивать смерть Леи и Егора до последнего – интересно, насколько сильно ей пришлось бы разозлить или опорочить Гельдестод, чтобы это стало последним шагом для переступления границы?

–  Ты прибрала аэропорт к своим лапам – действительно думаешь, что Эдуард это одобряет?

Лея взглянула на Томаса. Теперь она была уверена, что он понимает. Может, не всё, но недоверчивый взгляд выдаёт то, что парень внимательно слушает, пытается понять, что происходит, пытается разгадать её – кому она предана и что задумала. Ждёт, что Лея ответит, и не знает, стоит ли доверять словам человека, на которого направили пистолет.

–  Тогда почему же Мюллер не заберёт его у меня?

–  Набралась храбрости?

–  Подобрала твою. И твоей "шестёрки" сзади, – мотнула головой на бандита за спиной.

–  Замолчи, – огрызнулась "шестёрка".

На мгновение Лея замолчала, мысленно умоляя, чтобы бандит подступил ещё на шаг или на два. Ей надо было почувствовать холод опасного металла.

Томас убрал ладони с затылка. Он заметил внезапное пламя решимости в серых глазах Леи.

–  Ты смешон, когда приказываешь девушке, держа её на прицеле, – она продолжила обращаться к мужчине с пистолетом, а Филипп хохотал:

–  Именно это ты сказала предателям твоего отца, а, когда те отвлеклись, поубивала одного за другим – этого ты сейчас хочешь?

Лея хотела, чтобы бандит приложил дуло к телу, тогда она бы рассчитала, как должна выкрутиться, чтобы выхватить пистолет. У неё нет права на ошибку, оплошность будет стоить жизни.

–  Ты не знаешь, кто именно у тебя за спиной, – докинул советник Эдуарда.

–  А ты не знаешь, кто за твоей, – разъярённо проревел Егор.

Бандиты обернулись к Егору, встречаясь в полумраке с дырой в центре дула "макара". Томас замер в ожидании, а Лея наоборот чётко поняла сигнал к действиям. Коротко вскрикнув, она резко развернулась к нападающему. Одной ладонью она стукнула по предплечью бандита, пока другой перехватила дуло пистолета. Через мгновение оружие уже было в её руке. Она перевернула пистолет, чтобы ухватиться за рукоятку.

Поднялась суматоха.

Лея выстрелила под ноги тому, с чьим сильным кулаком ей уже пришлось встретиться, а "шестёрку из-за спины" ударила прикладом по щеке. Зубы не вылетели, но рот мужчины наполнился слюной с примесью крови.

Томас сбил с ног своего растерянного надзирателя. Из его руки выпал пистолет и закатился под ряд кресел, поэтому беззащитный человек не рисковал встать и попасть под случайную пулю.

Егор за какую-то секунду оказался прямо перед Филиппом и снизу зацедил ему в нос, затем добавил ещё в грудь с локтя. Филипп бессмысленно попятился, хватаясь за лицо, чем защитил Беляева от возможного выстрела другого члена Гельдестод, которого подбила Лея.

Удар. Свист пули. Звон металла. Удар.

Взгляд. Егор и Лея переглянулись. Оба стояли в полуобороте, ноги на ширине плеч – оба имели при себе пистолет, но продолжали схватку голыми руками. Не сговариваясь, они поменялись позициями. Егор от души врезал разоруженному Леей бандиту, а девушка взяла на себя сразу двух. Она казалась слишком маленькой среди двух мужчин, но те скоро согнулись от честных и нечестных приёмов. На стенах выплясывали неистовые тени.

Лея оглянулась на Филиппа: тот уже мчался к выходу, крича "убираемся!"

Бандиты выключили фонарики, один из них подхватил с пола пистолет. Туманова сделала один рывок вслед, но сразу остановилась.

–  Мы ещё увидимся, – напоследок бросил Филипп.

–  Когда я приду за тобой, – ответила Лея. Она отсапывалась. Так же, как и Егор.

Адреналин до сих пор бурлил в венах. Лея взглянула на пистолет в руке Беляева, но тогда пересеклась с зеленью его глаз.

–  Всё под контролем, – дерзко произнесла, опережая того.

–  Да. Под моим.

Егор сказал серьёзно, но через мгновение не удержался и оскалился, Лея и себе коротко фыркнула смехом. Туманова обернулась к выходу как раз вовремя, чтобы увидеть, как из укрытия выходит Ева. Она сжимала в руке телефон. А вдали за ней засияли фары бронированных фургонов, ветер доносил стук колёс, лязг оружия.

–  А бандиты не от нас убегали, – Егор поспешно запихнул пистолет за ремень сзади. Туманова сделала то же самое и вытянула заправленный низ футболки, чтобы прикрыть рукоятку.

–  Как же вовремя, – вздохнул Томас.

Два полицейских фургона запарковались вокруг парадного – группа захвата преступников. Когда правоохранители вбежали внутрь, вся четвёрка уже заняла достаточно расслабленные позы. Помещение снова осветили фонари, бесцеремонно направленные людям в лицо, поэтому те сначала услышали обращение к себе, а уже потом глаза привыкли достаточно, чтобы рассмотреть полицейских.

–  Всё чисто, – сказал Алекс, опуская фонарь ниже.

Егор начал быстро моргать и протёр глаза двумя пальцами, будто не верил, что перед ними в форме и бронежилете стоит парень Леи, хотя Туманову это отнюдь не удивило. На её лице застыло спокойствие, даже руки не тянулись к пистолету сзади.

–  Лея, всё хорошо? – Алекс одной рукой обнял девушку – к счастью, достаточно высоко, чтобы случайно не задеть спрятанную рукоятку.

Егор растерянно наблюдал за этим, бросил на Еву вопросительный взгляд, но та не отреагировала.

–  Да, конечно.

–  Почему вы до сих пор здесь так поздно? – Алекс осмотрел присутствующих. – Нам сообщили о бандитском налёте в аэропорту. Здесь кто-то был?

– Только что сбежали туда, – Лея показала большим пальцем на коридоры между старых витрин.

Сердце Беляева пропустило удар, плечи невольно напряглись, готовясь к скандалу (а то и драке) с оперативной группой.

Алекс слегка засмеялся, хотя весёлым не казался.

– Обожаю твои шутки, солнце, – он протяжно вздохнул. – Чёрт, ложный вызов.

Алекс сделал несколько шагов к ряду кресел и на английском начал переговариваться с коллегами. В нескольких сантиметрах от носков его чёрной обуви лежал утерянный бандитом пистолет.

Потянулись долгие минуты, пока правоохранители сворачивали операцию и разбирались, кому же придётся писать протокол. В конце Алекс снова подошёл к Лее.

–  Пора бы уже домой, – мягко подметил.

–  Я на мотоцикле, – быстро ответила девушка, прежде чем тот успел предложить поехать вместе. – Сама доберусь.

–  Хорошо.

–  А вот я не откажусь от того, чтобы меня подбросили, – Ева задорно подняла руку и подошла к блондину. – Не имею желания мчаться на мотоцикле ночью.

–  Без вопросов.

Ева оглянулась на Лею и подмигнула.

–  Планшет не забудь, – фыркнула Туманова.

Её совсем не обижало, что подруга поедет с Алексом, всё равно сейчас они живут в одном доме; но и не радовало также. Фигуры очередных незваных гостей удалялись, пока не скрылись в автомобилях.

–  Так что, расходимся? – обратилась к Егору и Томасу. Парни оба не сдвинулись с места.

–  Я даже не знаю, с чего начать… Твой парень – коп.

–  Оперативник, – поправила Лея.

–  А как вы познакомились?

–  Что-то не устраивает, Беляев?

–  Удивлён, почему сразу не генерал.

Рядом выскочил Томас:

Это действительно единственное, что тебя удивляет? – с истерической ноткой в голосе поинтересовался у друга.

–  Ну, ещё мне интересно, как сложилось так, что он не подозревает о тёмной стороне жизни своей девушки… а, ты о том, что Лея может расшатать толпу вооружённых до зубов бандитов? Нет, об этом я знал.

Томас втянул воздух сквозь зубы, сдержав порыв назвать все остальные слишком вопиющие факты: например тот, что Лея должна была избавиться от конкурентов в борьбе за аэропорт. Каким образом она хотела это сделать, Томас уточнять не решился. Обвинить друга в небрежных решениях и недомолвках – тоже.

–  Ладно, проехали. Мне нужен свежий воздух – думаю, поездка на велосипеде поможет. Если поедешь домой, минуй меня без остановок.

Егор провожал взглядом медленные шаги Томаса. На какое-то мгновение он забыл о присутствии Тумановой, и её голос отозвался током в теле:

–  Ты верил, что я могу победить целую толпу, но схватил пистолет, чтобы прийти на помощь.

Егор засомневался с ответом, ему не удавалось до конца понять интонацию Леи: восхищается или насмехается, благодарит или обижается?

–  Он был моим билетом в первый ряд.

Девушка пустила усталый смешок, и снова Егор не понимал, что за ним скрывается.

–  И всё-таки тебе не стоило бросать Вивиан в ресторане.

–  Чёрт возьми, Вивиан!

Егор пошарил по карманам в поисках телефона. Разблокировал экран одним прикосновением пальца и нажал на кнопку вызова.

–  Как думаешь, она сильно обиделась? – он спросил тихо, как будто их могли подслушивать с другого конца провода; гудки тянулись.

–  За то, что ты сбежал с романтического вечера? Ты о чём? Конечно, нет.

–  Это был дружеский ужин, за которым мы обсуждали предстоящее празднование со сбором средств.

–  Что же, удачи, – улыбчиво бросила Лея и уже ступила несколько шагов, когда пальцы Егора обвили тату на запястье.

–  Мы с тобой ещё не закончили.

–  По-моему, как раз закончили.

–  Уже почти неделя прошла, а наши разговоры до сих пор вот так обрываются.

–  Я закончила.

–  А я нет.

Длинные гудки сменились на частые отрывистые: абонент не ответил. Егор тихо выругался и вздохнул, но второй раз не позвонил.

–  Хорошо, говори, – Лея требовательно задрала подбородок.

Взгляд Егора внезапно скользнул на серёжки с агатом. Он на мгновение крепко сжал веки, чтобы подобрать слова.

–  Я не хочу быть твоим врагом.

Лея опешила, совершенно не ожидая подобного заявления. Она опустила глаза, придумывая ответ, но никакие слова не подходили. Несколько секунд взгляд блуждал по полу, прежде чем снова пересёкся с зелёными глазами Беляева.

–  Я тебя им не считаю. Но на поддержку на плановом собрании не надейся, – хмыкнула она.

–  И на этом спасибо, – почти прошептал парень.

–  А теперь отпусти мою руку.

Как только Лея высвободила конечность, медленно зашагала к выходу. Она не чувствовала необходимости прощаться, а Егор этого и не хотел. На улице девушка взяла в руки шлем, парень показательно поднял электронный ключ от "Феррари" и выключил сигнализацию, они одновременно вытащили из-за пояса пистолеты и спрятали в транспорте и одновременно сели за руль, вместе завели двигатели. Фары осветили взлётную полосу и выезд из аэропорта. Мотоцикл и автомобиль рванули с места, скрипнув шинами.

Лея крутанула ручку к себе, стрелка спидометра поползла вверх. Егор посильнее вжал педаль газа. "Хонда" и "Феррари" сравнялись на дороге, гонщики переглянулись, хотя лицо Леи было скрыто за тонированным стеклом шлема.

Гонка?

Конечно.

Пустая трасса стелилась под колесами. То Егор, то Лея время от времени ускорялись, на несколько секунд вырываясь вперед. Сто девяносто, двести, двести десять… Впереди вынырнул задний бампер старого "Фольксвагена". Гонщики обогнули позднее авто с разных сторон, затем снова съехавшись почти вплотную. Двести тридцать – далеко не предел возможностей их транспорта, но ни один из них не прибавлял газа.

Томас на велосипеде остался далеко позади.

Лея дёрнула руль вверх, неожиданно поставив мотоцикл на заднее колесо. Он самопроизвольно ускорился, заставляя Егора поднажать, чтобы снова сравняться с соперницей. "Хонда" заняла вертикальное положение, а водитель вместо того, чтобы крепко сжимать корпус коленями, стала на металлический выступ за сиденьем. Создавалось впечатление, что она летит, расплетённые сегодня волосы вздымались назад. Лея бесстрашно свесила правую ногу в сторону, крутила в воздухе носиком кроссовка. В перерывах между тем, чтобы следить за дорогой, Егор бросал на неё восхищённые взгляды. Если таким образом Туманова пыталась сбить его с толку, у неё прекрасно получалось.

Дальние фары "Феррари" осветили объезд: резкое ответвление, петлёй вздымающееся вверх и переходящее в мост над основной магистралью. Лея снова поставила мотоцикл на оба колеса, на лету спуская ноги и прижимая их к корпусу транспорта. Она резко и очень низко наклонилась на повороте. Шины автомобиля заскрипели: в последний момент Егор немного притормозил, чтобы не вылететь с трассы. "Хонда" оказалась впереди, зигзагами метаясь по дороге. Если бы Беляев лично не знал водительницу, уже начал бы волноваться, что та сейчас потеряет управление.

Мотоцикл выровнялся. Он оставался впереди. Лея подняла стекло на шлеме и оглянулась. На лице был счастливый оскал.

Недалеко уже начинался южный район Ландау и мелькало перепутье. Туманова свернула налево – на запад, а Егор в противоположную сторону. Пятна света начали отдаляться друг от друга, хотя с каждой секундой замедлялись, чтобы спокойно заехать во двор. Чтобы ничто не выдавало маленького дружеского, но всё равно незаконного, соревнования.

Беляев спокойно поднялся на третий этаж (свет автоматически включался, когда парень проходил под лампами). Он оглянулся на квартиру Вивиан, ближайшую к лестнице, но затем достал ключ и исчез в собственной. В воспоминаниях до сих пор всплывали выкрутасы Тумановой на мотоцикле.

Лея тихо закрыла входную дверь и, разувшись, босиком дошла до их с Алексом спальни. В комнате Ромы и Евы уже было темно, но Алекс ждал возвращения девушки.

Она улыбнулась и лёгкой походкой от бедра приблизилась на опасно малое расстояние, ненавязчиво толкнула его, заставляя опуститься на край кровати. Почему-то именно сейчас Лея вспомнила, что забыла букет в аэропорту. Она запустила пальцы в волосы Алекса, опустилась ему на колени.

–  Полицейские рейды так на тебя влияют? – вставил тот, прежде чем накрыть её губы поцелуем.

Ладонями Алекс сжал бедра Леи, и она издала короткий стон. Он не подозревал, что наткнулся на синяк от удара об пол. Между бровями девушки выступили две тонкие морщинки, эйфория ночи снова уступила ощущению реальности, воспоминания забурлили с бешеной скоростью, нежность их больше не заглушала. Лея разорвала поцелуй и снова встала на ровные.

–  У меня был сложный день, мне надо в душ, а ты должен выспаться.

–  Вообще-то, нет, завтра я дома, но тебе отдых действительно не помешает: обе с Евой ходите нервные.

Лея улыбнулась, прежде чем скрыться за дверью ванной, и, как только оказалась одна, уголки губ снова поползли вниз. Алекс будет дома, значит, вендетту Филиппу придётся отложить, пока полицейский не заступит на ночное дежурство, а городки не нырнут под одеяло сна.

Девушка затаила дыхание, когда струя холодной воды коснулась тела, кожа покрылась дрожью. Лея провела ладонью по синяку – большему, чем она могла представить. Кажется, бандитка уже отвыкла от подобных, даже незначительных травм, с тех пор как заставила криминальный мир поверить в неё. На неё больше не нападают, по крайней мере не нападали, пока она не связалась с Гельдестод или пока снова не связалась с Егором.

К счастью, ей не пришлось признаваться Еве, что воевать с Беляевым так жестоко, как с другими соперниками, она не смогла бы, но Лее пришлось признать это перед собой. И перед ним.

Лея хмыкнула, вспомнив эффектное появление Егора.

Вода в душе стала тёплой. Девушка вышла из ванной только через час, когда уже даже Алекс, уставший от работы, мирно сопел во сне. Она осторожно легла с краю и мгновенно провалилась в темноту.

5

Егор знаешь как рождаются тираны? Их ломают раз за разом очень медленно снова и снова пока однажды ты не скажешь "хватит". Так вот: с меня хватит. Минута слабости кончилась теперь власть в моих руках и я уничтожу каждого кто попытается у меня её отобрать

– Даже не подумаю. Хочешь – проси кого-то другого, – шёпотом кричал Рома, оглядываясь через плечо, не зайдёт ли случайно на кухню Алекс. Сложно будет объяснить ему, чего хочет от хакера Лея, которую тот считает идеальной, честной или хотя бы законопослушной.

–  Пожалуйста, Рома, – так же тихо отвечала сестра, – ты лучший хакер из всех, кого я знаю. Если кому-то и под силу взломать Пентагон, то только тебе.

–  А ты уже и на Пентагон нацелилась.

–  Нет, только на деньги нескольких плохих парней. Недавно они подожгли аэропорт, а вчера нанесли мне моральный ущерб – их нужно наказать.

Рома покачал головой, удивляясь и раздражаясь тому, как сестра видит справедливость.

–  Мне нужна твоя помощь.

–  Я помогаю: я заметаю все твои следы и храню все твои секреты, – на этот раз брат и сестра одновременно взглянули в сторону двери, хотя солнце только недавно встало, Алекс и Ева ещё спали. – Хотя кто-то другой давно бы сидел у меня за решёткой. Алекс тоже не будет церемониться, если узнает кто ты.

–  Да-а-а, – задумчиво протянула Лея. В серых глазах заплясали коварные бесята. – Он ловит преступников.

–  Что ты задумала?

Девушка прикоснулась ладонью к плечу Ромы и встала.

–  Спасибо.

Брат протяжно вздохнул, когда Лея исчезла за дверью ванной и опустил лицо на ладони, предчувствуя неладное. Он никогда не успевал за мыслями сестры, даже когда казалось, что он раскусил её следующий ход, бандитка всегда делала что-то чертовски непредсказуемое. Ну и прекрасно, подумалось Роме: если он не знает её планов, он не становится их соучастником, так что пусть Лея разбирается сама. В конце концов, что худшее может прийти ей в голову? Сдаться Алексу и просить у него помощи? Она никогда этого не сделает.

Парень подошёл к холодильнику и вытащил пакет риса. Масла не было, но остались сосиски – на завтрак сгодится. Жаловаться точно никто не будет, ведь готовить ни один из четырёх жильцов не любит и не собирается.

К столу Лея вышла одетая в лёгкие чёрные штаны и достаточно просторную футболку – удобная одежда, чтобы идти рисковать жизнью. Алекс вышел в форме. На воскресенье оперативная группа не планирует никаких операций, однако кто-то должен дежурить.

–  И кто-то – это новичок Алекс, – добавила Ева, слегка издеваясь.

–  Зато следующие два дня у меня выходные. Илар приглашает нескольких наших в ресторан. Лея, тебя он тоже хочет там видеть.

–  Меня? Я слишком далека от органов поддержания правопорядка, – Лея дёрнулась, когда Рома, сидевший напротив, пнул её под столом, притом непринуждённо жуя сосиску.

–  Нас пригласили вдвоём – без тебя я не пойду.

– Хорошо, я буду, – она предусмотрительно развела ноги, и на этот раз дёрнулся и едва слышно зашипел Рома, когда его обнажённые пальцы ударились о ножку стула.

– Отлично. Всё, я побежал, – поднялся оперативник и поцеловал Лею в щёку. – До вечера.

Шаги удалились в коридоре, за Алексом закрылась дверь, его фигура скользнула за окном. Как только закрылась калитка, бандитка положила вилку и поставила тарелку на раздачу.

–  Куда ты собралась? – Ева поворачивала головой в соответствии с тем, как подруга пересекала кухню туда-сюда.

–  В аэропорт.

–  А потом? – уточнил Рома, надеясь, что присутствие Евы немного развяжет сестре язык. С подругой она делилась больше, чем с ним.

–  В гости. Если Алекс вернётся раньше меня, скажите, что меня срочно вызвал Беляев.

–  Не лучшая альтернатива правде, тебе не кажется?

–  Если вы скажете, что я поехала на перестрелку, Алекс не поверит, заподозрит что-то похуже – например, измену. Если скажете прямо, что я поехала к Беляеву, он будет сердиться на него, а не на меня – или ты иначе бы думал, братик?

Рома только запихнул новую порцию риса в рот.

–  Я так и подумала. Не скучайте здесь без меня, – подмигнула она супругам и пошагала к двери.

Рома с усилием проглотил, не дожевав, и взглянул на Еву:

–  Расскажи-ка мне, жёнушка, на каком основании Алекс должен был бы заподозрить Леру в измене?

Девушка дёрнула на себя ручку руля, и двигатель заревел громче. Дорога стремительно поплыла под колесами. Лея почти не замечала пейзажей вокруг, для неё существовали лишь дорога и мотоцикл под ней. "Хонда" податливо наклонялась туда же, куда и водитель, петляла между медленными автомобилями и шумными грузовиками. Аэропорт предстал перед ней менее чем через двадцать минут – а это она ехала по окрестностям, минуя мелкие деревни и сам Шпаер, где такая скорость могла стать для кого-то смертельной.

Брови Леи подскочили в удивлении, когда та увидела жёлтый "Феррари". Она выкрутила руль, тормозя, и заднее колесо оставило короткий чёрный след на асфальте. Собранные в хвост волосы упали на спину, когда бандитка стянула шлем. Она сдула одинокую прядь с лица и зашагала внутрь. Приятная прохлада окутала её.

Егор сидел на ступеньках старого эскалатора с кучкой бумаг на коленях и карандашом в руке. В его взгляде не было удивления увидеть Туманову. Лея думала, что это потому, что Егор уже слышал рёв двигателя, у самого парня было другое объяснение, гораздо более глубокое.

–  Знаешь, Беляев, здесь в нескольких километрах в Шпаере есть музей техники и авиации, если тебе так нравится всё, что связано с небом.

–  Тогда почему ты не там?

–  Лея медленно переставляла ноги и расслабленно махала руками, приближаясь к Егору.

–  Подозревала, что кого-то здесь встречу, но не ожидала, что тебя.

Взгляд девушки скользнул на список, который составлял Егор – список гостей.

–  У тебя не летом день рождения, – заметила Туманова.

–  Это корпоративная вечеринка для привлечения инвестиций и привлечения партнёров. Тебе также стоит составить список гостей.

Лишь на мгновение задумавшись, Лея взяла у парня карандаш и список, вписав туда имена польского и грузинского мафиози, и ещё одной строчкой добавила:

+ моя банда (10 человек)

– Раньше вас было больше, – тихо произнёс Беляев, когда девушка вернула ему лист.

– В мире слишком мало людей, которым можно доверять, если не контролировать каждый их шаг.

Егор кивнул, затем взглянул на часы.

– Можешь одолжить телефон на минутку?

Девушка выудила гаджет из кармана и протянула ему. Парень достал и свой телефон, полистал телефонную книгу и начал набирать номер на устройстве Тумановой. Лея поднялась на одну ступеньку, парень подвинулся, давая возможность ей сесть рядом и слушать гудки. Когда абонент не ответил, бандитка вопросительно вскинула подбородок.

–  В Нью-Йорке сейчас четыре утра воскресенья, – начал Егор. – Один бизнесмен как раз уже должен был закончить регистрацию на самолёт до Лос-Анджелеса, который вылетит через час. Телефон точно находится рядом с ним.

–  Возможно, он ещё дремлет.

–  Нет, просто о первом звонке его личный телефон никогда не сообщает. Его настоящие знакомые знают, что надо звонить дважды, а звонки мошенников едва ли не из близкого круга остаются без ответа. Набираем второй раз, – он нажал кнопку вызова и включил громкоговоритель. Уже на втором гудке в трубке прозвучало предполагаемое "Hello?". Егор мигом перешёл на английский, которым теперь владел даже без намёка на акцент: – Доброе утро, мистер Келли.

–  Егор, ты сменил номер телефона?

–  Нет, это номер моего нового партнёра. Длинная история, расскажу при встрече, но Вам стоит сохранить этот номер.

Лея недоверчиво прищурилась, но с лица Егора не исчезла легкая улыбка, с которой он говорил со знакомым бизнесменом.

–  Её зовут Лея.

Туманова пропустила ответ Келли, сосредоточившись на том, что на собственном телефоне Егор пролистывал телефонную книгу до буквы "М" – ментор. Парень нажал кнопку вызова, но звонок закончился, даже не начавшись. Ни один человек не успел бы так быстро сбросить его, это случилось автоматически.

Лея встретилась взглядом с зелёными глазами Егора.

–  Я хочу пригласить Вас на званую вечеринку в Германии через неделю, в честь того заброшенного аэропорта, который Вы однажды назвали пустой тратой времени.

Мужчина на том конце провода засмеялся.

–  А ты это запомнил. Не обижайся. Что ж, тогда пришли мне более точные данные, посмотрим, смогу ли я освободить два дня, чтобы меня в кои-то веки убедили, что я ошибался.

Егор тем временем попытался ещё раз позвонить ментору, но снова безуспешно.

–  Будет через минуту. Счастливого пути.

–  Пока. Передавай привет Лее.

Бизнесмен отключился. Егор зашёл в мессенджер и, проигнорировав чат с Алексом, где последнее сообщение Леи значилось с красным сердечком, набрал Келли более подробную информацию о празднике.

–  Так ты знал, кто твой наставник?

–  Подозревал. Дэвид Келли – уважаемый бизнесмен, который занимается международными перевозками и не только; я удивился, когда он подошёл к нашей команде познакомиться после одного форума, а тогда со мной впервые связался ментор. Я не сразу связал эти события, однако временные рамки звонков совпадают, а насмешки Келли над моим желанием владеть аэропортом удивляют.

–  Будто он хотел снять с себя подозрение, – догадалась бандитка.

–  А ментор наоборот сильно настаивал взяться за это дело, теперь ещё и телефон, а однажды он сказал, что я обязательно узнаю его, когда мы окажемся лицом к лицу. Думаю, это должен был бы быть большой сюрприз, если бы на месте таинственного наставника на открытии аэропорта появился бы Келли, – Егор протянул телефон Лее. – Ты составишь мне компанию здесь до вечера?

–  Нет. Я приехала, потому что думала, что здесь будут Гельдестод…

Бандитка догадывалась, что Егор оказался здесь по той же самой причине. В выходной день он решил караулить, чтобы предотвратить новые сюрпризы.

Девушка выпрямила ноги, зацепившись за ступеньку лишь пятками, и взглянула на потолок, внезапно почувствовав лёгкость. С плеч исчезло напряжение.

–  Каждое третье воскресенье месяца Гельдестод получает новую партию наркотиков. Обычно это происходило здесь, хотя и должно было прекратиться: это было основное моё условие для сотрудничества – никаких наркотиков на моей территории, но другие наши соглашения нарушены, поэтому я ожидала, что они захотят бросить мне в лицо и эту договорённость.

–  Они покупают наркотики утром?

–  Нет, но мне понадобилось бы время, чтобы воплотить то, что я хотела. В любом случае я рада, что никого больше здесь нет.

Егор прочистил горло и на мгновение сжал челюсти, будто решал внутреннюю дилемму, стоит ли разрушать эту иллюзию.

–  На самом деле, это не совсем так. Пойдём.

Они поднялись на крышу аэропорта и сели боком на бетонное ограждение со стороны пустыря, сектора, который не принадлежал Гельдестод. Ещё до того, как Беляев указал на то, что он имел в виду, Лея заметила машину посреди сухой травы, слишком далеко от дороги. Она всё ещё оставалось далеко от аэропорта, однако, кто бы ни сидел внутри, он точно наблюдает за зданием.

–  Это не похоже на машину Гельдестод, – даже собственный голос Леи показался неуверенным, но почему-то она действительно так думала и могла повторить ещё раз, лишь бы уверить саму себя.

–  Знаешь, что я думаю? Что там стоит полицейская машина. И я не удивлюсь, если в ней сидит твой парень.

Брови Леи взлетели вверх от такого смелого предположения. Алекс не нравится Егору.

–  Хочешь знать, что ещё я заметил?

Девушка ответила только выразительным взглядом: да, она готова выслушать его, даже если это кажется полной ерундой.

–  Что на правоохранителях, которые ворвались в аэропорт в надежде поймать Гельдестод, не было никаких опознавательных знаков – никаких нашивок, звёздочек – или что здесь используют.

–  Это оперативная группа – отряд специального назначения. Они были в специальной одежде, – заметила бандитка, хотя теперь и сама вспомнила, что тоже не видела на форме ничего.

–  За какие такие заслуги Алекса так быстро взяли на работу ещё и без знаний языка?

–  К чему ты клонишь?

–  У полиции есть какая-то спецоперация по этому аэропорту, и для этого есть специальная отдельная группа. Они знают тебя и взяли Алекса только для того, чтобы подобраться к тебе поближе. А ещё кто-то должен был сообщить им, что Гельдестод совершат налёт на аэропорт. Такими темпами ты можешь нарисовать себе на спине мишень.

Уголки губ девушки приподнялись, а из груди вырвался короткий расслабленный смешок:

–  Мажор, она у меня там годами.

–  И что ты будешь с этим делать?

Девушка пожала плечами:

–  Не уверена, что в моём случае с этим можно что-то сделать. Я никогда не буду в полной безопасности.

–  Тем не менее, у тебя есть план.

–  Идея. Сдать место передачи наркотиков полиции – посадить как можно больше врагов и уничтожить тех, кто останется. А потом уничтожить тех, кого освободят. Для одного подхода мне как минимум не хватит патронов, надо разделить их гибель на несколько этапов.

Бандитка замолчала, пытаясь прочитать выражение лица Егора. Он так пристально изучал её лицо и так внимательно слушал, однако не выказывал ни поддержки, ни осуждения. На самом деле подключать полицию – коварный ход, наверное, папа был бы не доволен, но его здесь нет и банды, в которую он верил, тоже не стало за одну ночь… хотя нет, её не стало значительно раньше – раньше, чем пролилась его кровь. Может, тогда, когда бандиты согласились предать лидера, а может, ещё тогда, когда Макс в очередной раз переломил давние правила и, вместо сына, начал обучать дочь.

Туманова силилась понять, в какую сторону клонились весы.

–  Ты знаешь, где состоится передача? – поинтересовался Егор.

–  Нет, но поблизости не так много мест, где её можно осуществить.

Егор поднялся и потянулся, разминая мышцы:

–  Чего мы ждём?

–  Я не приглашала тебя с собой.

–  Как-то переживу эту маленькую невежливость. Мы же не на перестрелку едем, а в дипломатических переговорах у меня есть талант.

–  Нам придётся проследить, чтобы никто не исчез с места встречи до приезда копов, – многозначительно проговорила бандитка. Она не обещала, что перестрелки не будет. Под сиденьем мотоцикла её ждёт пистолет, а лезвия двух ножей холодят кожу лодыжки.

–  Ладно, – как будто не понимая намёк, пожал плечами Егор и протянул руку девушке.

Это глупо.

Они не воюют с Беляевым лишь до тех пор, пока у них существуют общие враги.

Марево прошлого больше не имеет на неё никакого влияния.

Но Лея робко ухватилась за его ладонь. Предательское сердце пропустило удар, когда Егор сжал её руку в своей всегда теплой и дёрнул, помогая встать. Туманова невольно сделала шаг к нему, она утонула в ощущении жара, не понимая, исходило ли оно от Беляева или от её собственного тела.

Егор сократил дистанцию между ними ещё на шаг, не отпуская руку Леи. Ему казалось, что она снова исчезнет. Он пытался растянуть этот момент, когда в пепельных глазах не было борьбы – не против него. Егор провёл большим пальцем по коже на тыльной стороне ладони девушки.

"Мне жаль, что у нас все так нехорошо закончилось", – Вивиан опустила взгляд на бокал перед собой. Из динамиков в ресторане звучала приглушённая мелодия. – Ссора на пустом месте. Мне не стоило сердиться на тебя из-за работы, ведь я знала, что создать компанию-империю – это твоя мечта".

"А я должен был тебя выслушать. Я не замечал, что это занимало всё моё время и все мои мысли".

"Жаль, что невозможно повернуть время вспять, однако, наученные опытом и мудрее, мы можем двигаться дальше вместе".

Егор незаметно выпустил вздох: дежавю. Разговор о праздновании перерос в разговор об отношениях – как сказала бы Лея, это было предсказуемо. Они с Вивиан расходились несколько раз, а потом сходились снова. Это всегда казалось неизбежным, ведь они проводили слишком много времени вместе над строительством общего будущего для бизнеса, компании и команды, чтобы остаться просто бывшими. Оба уже привыкли к таким разговорам во время прояснения после тёмных времен, и всегда эти разговоры заканчивались одинаково – примирением. Новой попыткой переписать сценарий, попыткой, которых предполагалось множество.

Вивиан обеспокоенно начала накручивать русые пряди на палец.

Егор взглянул в голубые глаза.

Всё было, как обычно. Вот только он не понимал, почему в этот раз точно не хотел новой попытки.

"Нет, Ви, мы не можем".

Егор отпустил руку Леи, но продолжал смотреть ей в глаза, выдерживая пронзительный взгляд бандитки.

–  Так куда мы едем?

–  Проверим три места, где может происходить встреча, а потом на мост: перехватим авто Гельдестод и сообщим в полицию. Едем на твоей машине, ведь мой транспорт они уже слишком хорошо знают, – девушка зашагала к двери, напоминая себе забрать с мотоцикла пистолет.

–  Я за рулём.

Возле аэродрома, откуда взлетают аэропланы с желающими посмотреть на Рейнланд-Пфальц с воздуха, на простынях сидели несколько семей и поедали бутерброды из корзинок. К вечеру их заменит молодёжь с колонками и сигаретами, видимо, они разведут несколько костров. В любом случае, это не подходящее место для покупки партии наркотиков. Тем более, среди виноградников, поля которых простирались вокруг Ландау и аэродрома, не было ни одной машины и ни одной живой души. Всё чисто, заверила Туманова.

На карьере также было пусто. Тяжёлая техника замерла в выходной день, по карьеру носились собаки, которые не постеснялись залаять на жёлтое "Феррари" и, разинув пасть, помчаться на незваных гостей. "Сколько их тут?", – Егор переключил рычаг на заднюю передачу и нажал газ, подсчитывая животных. На них бежали по меньшей мере четверо, однако где-то дальше раздавалась какофония лая.

Лея расслабленно свесила руку с двери кабриолета. Стайка собак её не беспокоила, если бы та не бежала прямо на них, Егор усомнился бы, заметила ли она животных вообще.

Оставив позади горный серпантин и выехав на автостраду, Егор направил авто на старую многоэтажную стоянку на окраине Мангейма. Они пересекли мост.

–  Сверни лучше вот здесь, – попросила Лея, и кабриолет начал подниматься на эстакаду.

Через несколько километров авто нырнуло в длинный туннель. То, как бандитка рассматривала расширения, предназначенные для остановки в туннеле, если вдруг у кого-то из пассажиров случился приступ клаустрофобии, подсказывало Егору, что Лея планирует перехватывать авто в туннеле, где у Гельдестод не будет шансов сбежать и где значительно меньше вероятность наткнуться на случайных свидетелей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.