# Вспомнить себя

Янина

Представьте, вы проснулись в медицинской палате, помня только свое имя. При этом окружающие ведут себя так, словно вы совершили ужасное преступление. Кому можно доверять? Кто – друг, а кто – враг? В такой ситуации оказалась Айрин. А память, возвращаясь набегами, восстанавливает картинки из ее жизни: кем она была, что умела, что делала, во имя чего…

Сознание возвращалось тяжело, с сопротивлением, все норовя сползти обратно в блаженное небытие. Только усилием воли Айрин удерживала его. Почему-то крайне важно было проснуться именно сейчас, но еще важнее так, чтобы не заметили те, кто наблюдает за ней. Нет, не люди, для людей в комнате слишком тихо, а камеры. Сквозь закрытые веки она видела свет, чувствовала специфический медицинский запах, ощущала внимательный взгляд через глазки камер. Странно, свое имя она помнила хорошо, боль, с которой ядовитое жало вонзилось в шею тоже. А вот почему это случилось, как она здесь оказалась и главное, где это – «здесь»?

Айрин вытащила из-под скрывающей ее простыни руку и коснулась шеи. В месте укуса, чуть выше плеча, образовался небольшой инфильтрат, и тут же по телу разлилась тянущая боль. Айрин застонала. Тонко запищал зуммер. Через какое-то время дверь распахнулась. В комнату вошли трое в одинаковой одежде, видимо в униформе, сопровождал их высокий старичок в белом халате. Первой шла женщина с гладко зачесанными волосами, собранными в тугой узел, высокая, с военной выправкой, заложив руки за спину, значит, главная – она. Следом за ней шествовал грузный лохматый мужчина, больше похожий на медведя. На другого мужчину Айрин бросила лишь беглый взгляд, но успела заметить и весьма привлекательную внешность, и маленькую родинку на щеке, и колючие безэмоциональные глаза. Почему-то всплыло неприятно прозвище – Паук. Инстинкты закричали, что это – самый опасный человек в троице, и он – ее начальник. Айрин приняла полусидячую позу.

– Успокойтесь, профессор, – продолжала меж тем женщина, – я просто хочу посмотреть, в каком она состоянии и может ли общаться с нами.

– Это сомнительно. Она слишком рано пришла в сознание, ее мозг еще не способен адекватно обрабатывать информацию. Не уверен, что она вообще помнит, кто она и как ее зовут.

« Спасибо, дорогой профессор, – отметила про себя Айрин, – именно так я и буду себя вести – как дурочка, пока не пойму, что происходит».

– Милочка, – обратилась к ней женщина, – ты знаешь, почему ты здесь?

Айрин попыталась ответить, но язык не слушался, а во рту все пересохло. Так ничего из себя не выдавив, она откинулась на спинку кровати и устало прикрыла глаза.

– Мы можем ее чем-нибудь простимулировать? – обратилась женщина к профессору.

– Исключено, – замотал головой тот, – простимулировав, мы можем только оставить ее безмозглым инвалидом. Память вернется со временем естественным ходом.

Женщина хотела что-то возразить, но ее перебил «медведь»:

– Ничего, мы не торопимся, – затем, обратившись к вошедшему с ним мужчине, добавил, – Обеспечьте свою подопечную всем необходимым, Мадс. Она нам нужна.

Женщина недовольно передернула плечами, но спорить не стала. Процессия удалилась, но Мадс вскоре вернулся с бумажным пакетом и открытой бутылкой воды. Все это он поставил на тумбочку:

– Переодевайся, я подожду снаружи.


Они шли по широким коридорам здания, больше напоминающим городские улицы. Вдоль стен в широких кадках были высажены деревья и бордюрные цветы. На всем протяжении расставлено фонарное освещение. Повсеместно встречались аппараты с напитками, мини-магазинчики, в зонах отдыха – скамейки, фонтанчики, качели, клумбы. А на закрытых дверях – таблички с цифрами – номера квартир. После множества петляющих коридоров и переходов Айрин поняла, что здание состоит из нескольких блоков, и оно огромно. А шахты лифтов, канатные подъемники и эскалаторы расчерчивают его, как транспортные развязки.

За всю дорогу они не сказали ни слова, но Айрин замечала, как начальник украдкой косится на нее. «Интересно, он специально таскает меня битый час по искусственным улицам, надеясь разбудить мою память?» Наконец, преодолев еще один подъем, они вывернули в просторный холл. Мадс подвел ее к двери с табличкой 1167.

– Это – твоя квартира. А это – твой ключ, – протянул он ей обычный плоский металлический ключик без каких-либо брелоков и милых подвесок.

Айрин подкинула его в руке. «Отлично, Я была минималисткой.. или занудой».

– На нем еще болталась какая-то глупая обезьянка. Я ее снял.

– Зачем? Это, может, была моя любимая обезьянка.

Он внимательно наблюдал за ней:

– Там не было никогда обезьяны.

Айрин кивнула:

– Я и говорю. Может, была, а может, не была…

Она вопросительно посмотрела на начальника:

– Ты собираешься войти со мной? А вдруг, у меня не убрано, вдруг я оставила кавардак, уходя.

И по его насмешливому взгляду поняла, он уже знает все, что не убрано и что убрано очень тщательно тоже.

Квартира оказалась самой обыкновенной: гостиная, спальня, кухня, санузел. Обставлена, правда, со вкусом, но не вызывала никаких эмоций. Айрин прошла в кухню, заглянула в ванную, остановилась в спальне. «Н-да. Все строго, вопреки ожиданиям чисто, и никаких личных фишек, что выдавали бы характер хозяйки. Явно ничего романтического, творческого или экстраординарного здесь не происходило». Огромный двухдверный шкаф расположился в нише, заменяя гардеробную. Одна половина была отдана под одежду в стиле милитари: разнокалиберные брюки со множеством карманов, футболки и рубашки защитного цвета, куртка-непромокайка, ботинки с высокой шнуровкой. «Точно, – усмехнулась про себя Айрин, – мой стиль»

Открыв вторую половину шкафа, она не смогла сдержать возглас от обилия великолепных платьев: коротких и длинных, элегантных и соблазнительных, с разрезом по бедру и с декольте в «изюминку». На отдельных полках разместились украшения, средства для укладки, косметика, духи.

– Это все мое? – выдохнула Айрин.

– Твое, – ответил Мадс, до сего момента молча наблюдавший за ее поисками себя.

– Надеюсь, ты не потеряла свою вторую личность. В ней ты была весьма…эффектна.

По тому, как он это сказал, стало ясно, что их связывали не просто профессиональные отношения.

– За ручку мне тебя водить некогда, походи по городу сама, может, что-то вспомнишь. На всякий случай оставлю тебе электронную карту. Да, вечером «Вайбаст» организуют концерт, я бы хотел, чтоб ты пришла.

– Что такое «Вайбаст»?

– Я пришлю кого-нибудь за тобой, – вздохнул Мадс.


Прогулка в одиночестве – как раз то, что нужно, чтобы обдумать ситуацию и выработать план действий. Электронная карта оказалась небольшим устройством, включающим в себя подробный план здания и местности вокруг. Выйдя наружу, Айрин обнаружила, что вокруг центра разросся впечатляющих масштабов военный городок: несколько кварталов жилых домов, небольшое офисное здание, медицинский центр, магазины, закусочные, даже музей и скверы, спортивный кластер, аккуратные и ухоженные улочки. Но, все же, это была закрытая военная часть, обнесенная забором.

Направление для своей прогулки Айрин выбрала интуитивно. Поскольку электронная карта действовала и как платежная, она не отказала себе в стаканчике «кофе на бегу».

– Интересная вещь, – размышляла Айрин, наблюдая за мальчишками, пытающимися натянуть соскочившую велосипедную цепь, – людей, обслуживающих Центр и работающих в городке, гораздо больше, чем военных. Вряд ли они все живут здесь.

И интуиция не обманула. Вскоре забор стал сходить на «нет», появились совсем другие, неуловимо отличные дома и дворы. Город как бы прорастал в военную часть, и внезапно Айрин вынырнула на окраине настоящего мегаполиса. Она прошла еще немного, опасаясь заходить далеко, неуверенная, что именно такую прогулку имел в виду Мадс. Странно, но на этих улицах ей даже дышалось легче.

По вывеске «МРТ, КТ, все виды обследования» она просто скользнула взглядом, но вернулась вновь. Вот, пожалуй, что ее тревожило. В холле было тихо и малолюдно. Девушка на ресепшене приветливо улыбнулась:

– Вы записаны?

– Нет, – Айрин не заготовила речь заранее, – я могу пройти обследование без направления, по своему решению?

– Подождите минутку, сейчас уточню, – она набрала номер и заговорила в трубку, – доктор Нежон, тут девушка из военной части хочет пройти обследование. Нет, никто не направлял. Хорошо.

– Подождите еще, пожалуйста, – засияла она улыбкой, – доктор сейчас выйдет.

Доктор не торопился. Айрин успела прочитать все рекомендации и памятки, развешенные на стенах, когда дверь, наконец, распахнулась, и в холле появился доктор Нежон – невысокий черноволосый моложавый мужчина.

– Здравствуйте, – только успел сказать он и уставился на Айрин, словно увидел привидение.

– Добрый день. Я бы хотела пройти МРТ.

Доктор очнулся:

– Да, пожалуйста, проходите сюда.

Они вошли в пустой кабинет.

– Так зачем вам делать томографию?

Айрин врала на ходу:

– У меня случился неприятный казус. Я бы хотела проверить, не остались ли осколки в моем теле.

Настороженность доктора была понятна:

– А почему у нас?

– Понимаете, коллеги утверждают, что все в порядке, но мне так не кажется. А обижать их пустыми сомнениями, а вдруг они все-таки пустые, мне не хочется.


Когда процедура закончилась и Айрин вышла в холл, ее встречал доктор.

– Спасибо,– обратилась к нему Айрин и достала электронную карту, – могу я расплатиться вот этим?

– Не стоит, – запротестовал Нежон, – обследование бесплатное. У нас акция. Вы спрашивали про осколки. Я нашел один. Вот здесь, – показал он на экран, – вам отдать снимки?

– Не стоит, – ответила Айрин, – я запомню.


На обратном пути Айрин, соответственно внутреннему списку, посетила магазин электроники, приобрела новый совсем простенький смартфон, забежала в магазин для художников, в аптеку, в сувенирную лавку. Тот, кто будет отслеживать ее покупки, свяжет, конечно, все в единый узелок, но не сейчас. У нее будет время. Она тратила деньги, оставленные начальником, в полном согласии со своей совестью, а под конец не смогла устоять перед ароматом свежезаваренного натурального кофе.

Айрин сидела на открытой веранде уличного кафе и, вопреки всему, наслаждалась теплым солнечным днем. Рядом на стуле стояли бумажные пакеты с покупками, а прямо напротив ветер колыхал афишу «Вайбаст – безумно волшебная музыка. Симфонические хиты в рок- обработке». Она любила такую смесь. Она любила «Вайбаст». Она помнила эту четверку с сочными голосами на фоне мощного симфонического оркестра в главном зале Центра. Она помнила: мерцающие огни, столик на двоих, смеющийся Мадс…

– Так зачем же сейчас ты поступаешь со мной так?

Айрин одним глотком допила кофе, встала, забрала свои пакеты и отправилась домой уже без помощи карты.

Вернувшись, она сразу приступила к делу, закрыла дверь на ключ, занесла все свои покупки в ванную, выключила свет и включила камеру на смартфоне. «Жучок» был только один, замаскированный под крепежный болт на зеркале. На него Айрин одним движением накинула халат, только потом включила свет, пустила воду в раковину. Аккуратно разложила свои приобретения: ручные зеркала, заостренный перочинный нож, пинцет, спирт, пластырь телесного цвета, актерский грим. Судя по снимку, осколок, который не мог быть осколком, находился в шее практически под кожей, но достать его оказалось делом не простым. Айрин искусала губы, безголосо мыча, но ей удалось все-таки подцепить его, и вскоре на край раковины упала маленькая, в половину ногтя мизинца, металлическая пластинка. Дрожащими пальцами она поднесла ее к глазам, так и есть – микрочип.

– Мадс, – процедила Айрин сквозь зубы и кровавую слюну, – почему? Что страшного я сделала? Что ты хочешь у меня узнать?

Чуть успокоившись, она обработала рану, налепила пластырь и взялась за грим. Через некоторое время даже внимательный взгляд не отличил бы настоящую кожу от искусственной заплатки.


«Вайбаст» обещали быть к 11 вечера, но публика всегда собиралась раньше. Айрин в замешательстве перебирала платья. Судя по количеству нарядов – это была не парадно-выходная, а привычно-будничная одежда. Сложно поверить. Но, возможно, та, другая Айрин умела пользоваться своей женственностью. Для нынешнего вечера она выбрала платье густого зеленого цвета, наименее вычурное, на ее взгляд. Покрой простой, но материал, словно обволакивал, струился, подчеркивая все изгибы тела. В качестве украшения захотелось примерить серьги и подвеску с янтарем. Волосы она завила и собрала на затылке, выпустив несколько локонов.