Гаврилов Алексей
Байки бегемотика. Или Сказки для Анюты

Предисловие

Этим сказкам уже много лет. Когда-то давно, когда дочка была маленькая, она очень любила, когда я читал ей книжки перед сном и рассказывал сказки. Порой, у нас выходили очень длинные «литературные вечера», мне становилось скучно раз за разом, из вечера в вечер, повторять одно и то же, и я начинал импровизировать, привнося в знакомые всем сказки новый сюжет, или же сочиняя что-нибудь своё, новое нигде доселе не слышанное и не виданное, подчас уже в полудрёме бормоча что-то такое абсурдное, лишь бы плавность течения речи не прерывалась и ребёнок скорее уснул. Впоследствии какие-то фразы, отрывки или целиком наброски рассказов записывались в тетрадь, что-то было размещено на Прозе, чтобы не потерялось. Вот на основе этих записей и составлен данный сборник. Работа над архивом ещё не закончена, а есть ещё и аудиозаписи, поэтому, надеюсь, сборник будет в дальнейшем дополняться, благо формат электронной книги позволяет последующее редактирование.

Я поставил возрастное ограничение «12+» как нечто среднее. Как оказалось, эти сказки могут быть интересны и взрослым, а уж какие из них вы захотите прочитать вашим маленьким детям, выберите сами.

Легко ли придумывать сказки?

Меня вот иногда спрашивают: «Легко ли придумывать сказки?»

А чего там придумывать? Всё просто. Начинаем как всегда: «Жили-были»… И понеслась…

Курочка за Жучкой, Жучка за яичком. Внучка замуж. Дед на печку. Бабка на грядки.

В общем, мышка репку за хвост и на базар. Кошке откат, чтоб молчала. И всё шито-крыто.

Вот так, примерно. А ты говоришь… Думай – не думай, само придумывается, если только захотеть и пофантазировать.

Бегемотик на рыбалке

Пришёл как-то бегемотик на рыбалку. А знаете, как звали того Бегемотика? Его звали… вернее его зовут Десантник. Нет, это не тот десантник, который служит в армии и прыгает с парашютом. Просто так назвали бегемотика за его весёлый нрав, немного хулиганистый характер и за то, что иногда он падал с кровати, когда шалил и проказничал перед сном.

Итак, пришёл наш бегемотик-Десантник как-то утром на озеро. Я бы даже сказал: в начале дня, потому что утро уже заканчивалось, и начинался самый настоящий солнечный добрый день. И всё потому, что бегемотик любил лечь попозже, а поспать подольше, и понежиться утром в своей кроватке, когда солнышко уже щекотало ему пятки и озорно улыбаясь, заглядывало в его глаза, отчего он прятал голову под одеяло и думал, что его не видно.

Бегемотик присел на берегу озера около кустов, приготовил спиннинг и стал ждать, прислушиваясь и поглядывая на небо вдоль берегов, аккуратно и тихо выглядывая из-за кустов.

– Отчего он нас не ловит? – недоумевали рыбы и терялись в догадках, украдкой выглядывая из воды и посматривая в ту сторону, где, притаившись в ожидании чего-то, тихо сидел бегемотик. От того, что рыбы без конца выглядывали из воды, гладь озера зарябила, по поверхности разбежались круги, сталкиваясь между собой и, рассыпаясь на осколки, отчего водная гладь играла и искрилась на солнце. Но Десантник не обращал на это никакого внимания. Рыбы никак не могли успокоиться. Им нравилось, когда бегемотик приходил на рыбалку и пытался их ловить. Они сразу собирались в кучку и начинали забавляться, дергая наживку и раскачивая поплавок. Тогда бегемотик поддёргивал удочку и вытаскивал из воды пустой крючок, и если бы он мог слышать, как смеются рыбы, он услышал бы весёлый дружный смех рыбьего хоровода. А так он видел только, как резвятся глупые рыбёшки, на миг выпрыгивая из воды и исчезая снова, ударив по поверхности воды хвостом. Они дразнили его и развлекались сами.  На этот раз всё было по-другому, и это очень озадачило рыб. Уж не обиделся ли он на них?

И тут в воздухе что-то зашуршало, зашелестело и это шу-шу-шу приближалось, становилось чуть громче и яснее. Десантник приготовил спиннинг к броску и замер в ожидании. Тут на горизонте показались тортики. Они летели быстро, стройным клином, слева – направо от бегемотика. Он изловчился, как можно сильнее взмахнул спиннингом и закинул блесну, как можно дальше и вверх, и зацепил-таки крючком один из пролетающих мимо тортиков.

– Поймал! – обрадовался бегемотик и стал тянуть тортик к себе. Затрещала и закрутилась катушка спиннинга, притягивая добычу.

– Только бы не сорвался, только бы не сорвался…– причитал, переживая, бегемотик.

Удивлённые рыбы замерли в недоумении и ожидании. И вот, когда, кажется, уже удача была так близка, бегемотик в нетерпении дёрнул спиннинг чуть сильнее и… вот досада – тортик сорвался с крючка и улетел, скрывшись за кустами. Улетел быстро, сразу, догонять своих товарищей.

Рыбы выдохнули с облегчением. Их радости не было предела. Они плескались и резвились на поверхности воды, и этот плеск был как смех, насмешка над неудачливым рыбачком.

– Ах, вы так! – обиделся на них бегемотик, – Сейчас вы у меня получите.

Он поднял на берегу большую палку и кинул в воду, в то место где резвились и плескались рыбы. Рыбы сразу ушли на глубину и там притаились. Стало тихо.

Десантник снова приготовил спиннинг и стал ждать. Через какое-то время в воздухе снова зашелестело, но уже заметно тише. Бегемотик приготовился. И тут над озером показались эклерчики. Их было много, целая стая.  Они беспорядочной чехардой спешили куда-то по своим делам, не обращая внимания ни на что вокруг. Бегемотик взмахнул спиннингом,  блесна снова устремилась ввысь, в самую гущу беззаботных эклеров и зацепила один из них.

– Ура! – вскрикнул бегемотик и уже спокойнее, чтобы не спугнуть удачу, стал тянуть улов к себе, плавно наматывая леску на катушку. Эклерчик приближался ближе и ближе, до него уже можно дотянуться рукой. Бегемотик протянул руку и подхватил аппетитный эклерчик, при этом сладко облизнувшись.

– Поймал! – обрадовался он. – Иди ко мне, мой сладенький, мой хороший, – он положил спиннинг и взял эклерчик двумя руками.

– Свеженький, вкусненький, – радовался бегемотик, разглядывая пойманный эклерчик, – Сейчас я тебя скушаю.

Он поудобнее устроился на траве и откусил кусочек эклера.

– Вкуусноо… ням-ням-ням… – хвастался и кривлялся бегемотик, будто бы ни к кому не обращаясь. Ему захотелось подразнить глупых рыб, которые так смеялись над ним.

Потихонечку, одна за другой, на поверхности озера стали появляться рыбы. Они тихо  выглядывали из воды и, удивлённые, молча смотрели на беззаботного рыбачка.

– Бегемотик… Вкусно? – тихо и  робко спрашивали рыбы, – Дай кусочек. Дай попробовать, пожалуйста – мы никогда не пробовали эклеров.

Бегемотик сначала делал вид, что не слышит и не видит рыб – будут знать, как над ним смеяться, и с наслаждением, медленно откусывал от эклера кусочек за кусочком, специально громко причмокивая и демонстративно красиво и вкусно облизываясь. Но мы-то знаем, что он был очень добрым, хотя и хулиганистым, и, конечно же, в конце концов, позудив таким вот образом рыб, он с ними поделился и угостил эклером. Он подошёл к берегу и стал крошить в воду последний оставшийся кусочек. Счастью рыб не было предела. Никогда в жизни они не пробовали ещё ничего вкуснее!

– А давай ещё! – подзадоривали рыбы бегемотика, – Давай ещё что-нибудь поймаем.

– Это можно. Я тоже вкусненькое люблю, – отвечал развеселившийся бегемотик, – Только, чур, сидите тихо и не шумите, а то спугнёте.

Он снова приготовил спиннинг и все затаились в ожидании. Рыбы замерли в воде, боясь даже пошевелиться и двигать жабрами. На их счастье вскоре где-то за деревьями послышался уже знакомый шорох.

– Летят, – зашептали рыбы и заволновались.

– Тише вы, испугаете, – шикнул на них бегемотик.

И тут над озером снова  показались тортики. И какие! Большие, толстенькие, красивые, аппетитные. Настоящая «Прага», может быть! Они грузно летели над водой, пересекая озеро.

– Лови! Лови! – заволновались рыбы. – Улетят!

Десантник взмахнул спиннингом и закинул блесну. Просвистев в воздухе, блесна крепко ухватилась крючком за коробку одного из тортов.

– Ура, поймал! – радовались и торжествовали рыбы.

– Рано радуетесь, – остепенил их бегемотик, – Ещё притянуть надо.

 И он стал крутить катушку спиннинга. Трещотка не спешила наматывать леску – тортик был большой и грузный. Ему не очень-то хотелось быть пойманным, и он старался вырваться, сорваться и улететь.

 Бегемотик старался как мог. Он кряхтел, сопел, раздувал щёки и изо всех сил крутил катушку спиннинга. Рыбы замерли в ожидании. Они очень беспокоились – удастся ли бегемотику на этот раз поймать тортик, да ещё  такой большой и, наверное, очень вкусный.

Напрасно рыбы волновались. На этот раз крючок хорошо и крепко ухватился за коробку, и, мало-помалу, не спеша, бегемотик подтянул тортик к себе. Он отбросил спиннинг, ухватил торт двумя руками и даже почти лёг на него грудью, слегка прижав коробку к земле, что бы тот не вырвался и не улетел.

– Ура! – закричали бы рыбы, если бы умели кричать, но их сверкающие от счастья на солнце глаза создавали такой блеск на воде, что и без криков было всё понятно – вода просто искрилась и сверкала радостью.

– Сейчас будем делить, – сказал бегемотик и открыл коробку, в которой лежал только что пойманный, наисвежайший тортик, – Вам как, кусочками или покрошить?

– Покрошить. И немного кусочками. Маленькими, – ответили рыбы.

– Хорошо, – согласился бегемотик. Он отломил от торта кусок, подошёл к берегу и стал крошить его в воду, заодно отламывая маленькие кусочки и бросая подальше от берега на радость рыбам. Затем уселся поудобнее на травке, отломил себе кусочек и стал с удовольствием уплетать за обе щеки свою вкуснейшую добычу.

Полакомившись  своим уловом, бегемотик стал собираться домой. Он смотал спиннинг, положил оставшуюся половину тортика в ведерко, которое всегда брал с собой на озеро в надежде на улов, и попрощался с рыбами.

– Приходи завтра, – звали его рыбы, – обязательно приходи. Пожалуйста. Что-нибудь ещё поймаем.

– Хорошо, – ответил, улыбаясь, Бегемотик и зашагал по тропинке к дому.

 Он шёл по тропинке и мечтал, как придёт домой, вскипятит самовар, поставит на стол ведерко с тортиком и позовёт друзей. Потом, когда все соберутся, они  вместе посмеются над таким странным уловом, достанут из ведерка торт и будут дружно пить чай, весело обсуждая это забавное происшествие, случившееся сегодня не совсем утром.

Ёжик на заборе

Сидел Ёжик на заборе…

Мимо проходила Корова и спросила: Ёжик, а что это ты там делаешь? Зачем на забор залез?

– Закат жду.

– Зачем?

– Красиво.

– А почему на заборе?

– Отсюда лучше видно.

– Так ведь рано ещё – солнце довольно высоко от горизонта и ещё гуляет по небу.

– Ну и что? Если закат не ждать, то можно нечаянно пропустить. А я не хочу пропустить закат. Особенно сегодня. Я подожду, – и Ёжик притих и снова стал всматриваться куда-то вдаль.

– А что в сегодняшнем закате будет такого особенного? Закат он и есть закат. Обычный. Как всегда, – удивилась Корова.

– Ты не совсем права,– снова отозвался Ёжик, – каждый закат по-своему особенный и каждый неповторим. Каждый закат бывает только раз в жизни. Вот ты, Корова, когда последний раз закат видела?

Корова задумалась…

– Не помню. Всё как-то не до него. Некогда. То одно, то другое, то молоко… А можно с тобой? Я с тобой закат хочу подождать.

– Конечно можно. Забор длинный – места много.

Корова приподнялась на задних лапах, подтянулась и вот уже она взгромоздилась на забор и заёрзала задом, поудобнее устраиваясь.

– Не ёрзай так сильно, – попросил ёжик, – Забор повалишь.

– Не повалю, – уверенно ответила Корова, – Он крепкий.

– А ты почём знаешь?

– А я недавно проверяла – рогами в него стучалась. Бодалась, значит, с ним. Хороший забор. Крепкий. Долго простоит.

– А зачем ты его бодала? Проверяла, то есть?

– Да так, скучно было.

В это время мимо проходил Поросёнок:

– В-ви! Привет! А что это вы там делаете? На заборе! Яблоки собираете?

– Закат ждём.

– Зачем?

– Красиво, – ответил Ёжик.

– Правда, красиво? – удивился Поросёнок.

– А ты что, никогда закат не видел?

– Да как-то не приходилось. Всё больше под ноги смотрю. Копаюсь. Не замечал … А можно к вам?

– Залезай!

Поросёнок радостно взвизгнул, подпрыгнул, быстро пробарабанил задними копытцами по забору, подтянулся и вот он уже на заборе и уселся рядом с Ёжиком.

– А скоро начнётся? А как он начнётся? А когда начнётся?– стал он суетливо приставать к друзьям со своими вопросами.

– Подождать надо. Тихо. Тихо и спокойно. К закату надо приготовится. Потерпи. А пока можно просто спокойно посмотреть вдаль и подумать о чём-нибудь хорошем.

– Хорошо, – немного взгрустнул и успокоился Поросёнок и стал рассматривать окрестности вокруг и всматриваться вдаль с высоты забора – смотреть на землю с такой высоты ему ещё не приходилось.

– Кота не видели? – нарушил тишину пробегавший мимо и чуть запыхавшийся Пёс, – Ищу – ищу, а его и след простыл… Нигде нет. Как сквозь землю провалился. Ой, а что это вы ТАМ делаете, на заборе?

– Закат ждём, – ответила за всех Корова.

– А можно к вам? Надоело за котом гоняться.

– Конечно. Тут места много.

 Пёс лихо подпрыгнул и, ударив задними лапами по забору, в одно мгновение оказался наверху.

– Давно что-то я закатами не любовался, – произнёс он, удобнее устраиваясь на заборе, – Всё в бегах да в бегах. Так и жизнь пройдёт, – вздохнул он.

Все понимающе притихли и уставились взорами вдаль.

– Не, ну я так не играю, – услышали они за спиной голос Кота, – я там прячусь, прячусь, а он вот он где – на заборах прохлаждается. И совсем даже не ищет. Тоже мне – друг называется. И чего сидим? Кого ждём?

– Не кого, а что. Закат. Ясно тебе? Хватит ворчать. Залезай сюда – скоро начнётся, – урезонил его Пёс.

 Кот, лихо подпрыгнув, вскочил на забор –  было видно, что он прирождённый мастер в этом деле.

– Я обычно с крыши закат наблюдаю, – с видом истинного знатока и ценителя закатов похвалился Кот, видимо, желая показать, что если бы он и пропустил сегодня это коллективное мероприятие на заборе, то ничуть бы не расстроился и ничего бы не потерял. И вообще – закат это так обыденно и повседневно – эксклюзивные показы закатов редко бывают. А может просто хотел вызвать некоторую зависть и уважение друзей за то, что его сразу не позвали.

– Куда? Куда? Куда все подевались? – кудахтала пробегающая мимо курица, оглядываясь по сторонам.

– Тормози, Наседка! – крикнул ей Кот, – Давай к нам!

– Ой, а что это вы все там делаете? Зачем на забор залезли? Я думала только мой … дурачок на заборах кукарекает, а и вы туда же.

– Кукарекать мы не будем. Обещаю, – серьёзно заметила Корова, – Закат смотреть будем. Вот такое кино! – торжественно и вдохновенно добавила она и почему-то показала курице копыто.

– Какой такой закат? – удивилась Курица, – Что это такое? Когда придёт?

– Не «когда придёт», а когда солнышко спать уходит. Прячется за горизонт.

Красиво…

– Никогда не видела, – прокудахтала курица, – я спать всегда рано ложусь. А я успею Петуха позвать? Ему тоже интересно будет.

– Если быстро, то успеешь, – ответила корова.

– Я мигом! – всполошилась Курица, – Без нас не начинайте! – и стремглав умчалась звать Петуха, причитая и прикудахтывая на бегу.

– Чудная она, – удивился Пёс.

– Глупая, – ответил ему Кот, – Добрая, но глупая. В школу никогда не ходила. Ничего в жизни не видела – всё при доме сидит.

 Общий вздох сочувствия и сожаления подвёл черту под этой короткой беседой и все снова превратились в одно ожидание.

 Наступившую было тишину снова нарушила Курица, прибежавшая к забору впереди Петуха и создавая своим присутствием волну какой-то непонятной, никчёмной и совсем не нужной суеты: Ксюда! Ксюда! Кскорей! Кскорей!

– Да успеете вы. Угомонись, – приструнила её Корова.

 Курица замахала крыльями и вспорхнула на забор, устроившись наверху как на жёрдочке. Следом за ней последовал и Петух.

– Я вот что думаю, – начал он вполне серьёзным тоном свои рассуждения, – А кукарекать надо когда закат? Кто-нибудь знает? Когда рассвет, я всегда кукарекаю – первый здороваюсь с солнышком и всех бужу. А когда закат, что делать? Будить или не будить? Кукарекать или нет?

– Я думаю, не стоит, – ответил Ёжик, – Если ты начнёшь кукарекать, солнышко может перепутать, подумать что уже утро и пойдёт в обратную сторону. И тогда всё вокруг перепутается. Лучше не надо.

– Это верно. Лучше не буду, – согласился Петух, с гордостью сознавая как много от него зависит, от того: прокукарекает он или нет.

А в это время багряный шар Солнца уже коснулся горизонта и стал медленно опускаться за верхушки стоящих вдалеке деревьев и потихоньку, медленно – медленно скрываясь из вида.

– Закат, – прошептал еле слышно Ёжик.

– До свидания Солнышко. Спокойной ночи. Приходи завтра, – провожали его друзья.

 Когда Солнышко совсем спряталось за горизонт и накрылось большим, пушистым, белым облаком, друзья слезли с забора.

– Хороший сегодня вечер. Необыкновенный, – согласились они друг с другом, – Надо почаще собираться всем вместе на заборе и провожать Солнышко.

– Приглашаю всех на крышу, – вальяжно распинался Кот.

– А ещё хорошо бы хоть иногда вот так собираться вместе утром и встречать рассвет, – мечтательно добавил Ёжик, – Рассвет – это так красиво!

– Непременно соберёмся, – поддержала его Корова.

– Главное, чтобы Петух пораньше встал и пораньше прокукарекал и всех заранее разбудил, – вставил своё мнение Поросёнок.

– Я готов! – лихо отозвался Петух.

– Только ты это – кукарекай два раза, – многозначительно заметил ему Кот, – а то вдруг кто-нибудь не услышит и проспит…

– Получается три раза! Два будильник и один раз, когда появляется Солнышко, – это так символично, – романтично вздохнув, сказала Курица, – Ах, какой ты у меня молодец, – добавила она вдогонку, обращаясь уже к Петуху.

 И друзья, прощаясь, стали расходится по домам, предчувствуя череду прекрасных событий так нечаянно пришедших в их жизнь.

2017

Обезьянка Би-би

В одном маленьком  и уютном городе с тихими и неширокими  улочками, прячущимися от яркого солнца в тени невысоких домов и  старых деревьев с раскидистыми ветвями и  густой листвой, жила маленькая обезьянка. И звали её Би-би. Так её прозвали за то, что она очень любила бегать по этим спокойным улочкам родного города, наполненным тишиной и какой-то необыкновенной светлой радостью, представляя, что она настоящий автомобиль, подражая губами звуку мотора: « Брю-брууу-брюуу…», весело и задорно бибикала встречным зазевавшимся прохожим, чтобы ей скорей уступили дорогу: «Би! Би-би! Би!» и радостная бежала дальше. Некоторые из жителей города в шутку называли её бибизьянка и улыбались, глядя ей вслед, наблюдая, как эта озорная и веселая бибизьянка забегает за угол дома и скрывается из вида.

В летний полуденный зной, когда Би-би становилось жарко и хотелось пить, она играла, будто у неё уже заканчивается бензин и торопилась домой – «на заправку», чтобы достать из холодильника маминого холодного кваса и как следует заправиться, утоляя жажду. И всегда боялась – вдруг по дороге домой у неё и правда «закончится бензин» и она не сможет дальше ехать и остановится и так и будет стоять без движения на месте посреди тротуара. Но, к счастью, этого никогда не происходило, и, как следует заправившись и утолив жажду дома маминым квасом, она снова весело бежала во двор по лестнице подъезда, держась за перила и отсчитывая ногами ступеньки: «Брю-брууу-бубу-брюуу..».

Иногда мама просила её сбегать в магазин за хлебом.  Би-Би с радостью и готовностью бралась за такое важное и ответственное дело, которое можно доверить только настоящей самостоятельной машине. Би-Би брала авоську, деньги и вот уже вдоль всей улице снова разливалось её радостное и восторженное: «Би-Би ! Брю-брууу… Би-Би!» Продавщицы в магазине встречали  обезьянку как давнюю и хорошую знакомую и приветливо улыбаясь, говорили: «Привет, Би-Би! Как дела? Куда сегодня ездила? Не устала?»

– Нет, – озорно и в тоже время как-то по серьёзному отвечала обезьянка и, загрузившись хлебом, убегала домой, выполняя столь ответственное для неё поручение. И даже мотор работал и шумел как-то более строго, серьёзно и внушительно, может от того, что обратно она «ехала» с грузом и притом очень важным: «Бру-вбруу-бррууу…»

Оставив дома хлеб и ещё раз заправившись вкусным, прохладным маминым квасом, она снова бежала гулять, гордясь тем, что и она может быть полезной, выполнять важную работу и помогать маме, а значит она уже вполне взрослая и серьёзная машина.

А ещё у Би–Би был друг. Попугай. Он жил на краю города, в сквере и иногда прилетал поиграть с обезьянкой. Би-Би всегда радовалась его появлению, и игра становилась намного интереснее. У попугая была разноцветная окраска – грудка красная, крылышки жёлтые, а спинка и хвост зелёные. Он садился на ветку дерева, нависшую над дорогой, и становился как настоящий светофор, поворачиваясь к Би-Би то передом, то боком, то спиной. Когда он поворачивался к Би-Би грудью, «загорался» красный свет и Би-Би останавливалась, пропуская воображаемых пешеходов, нетерпеливо гудя и газуя своим воображаемым мотором: «Бррр-брррр-брррууу…» Затем попугай поворачивался к Би-Би боком и появлялся желтый цвет крыльев, и Би-Би уже с нетерпением готовилась скорей тронуться с места. Наконец попугай поворачивался к Би-Би спиной, «загорался» зелёный свет, и Би-Би радостно трогалась с места и, разгоняясь всё быстрее и быстрее, убегала впёрёд, весело крича: «Би-Би!»

Однажды, когда обезьянка и попугай так увлечённо играли, к ним подошёл енотик и попросил: « А можно я тоже буду с вами играть? Я тоже хочу быть машиной! Смотрите, как я умею делать: – и енотик, вытянув губы и  сложив  их трубочкой, изобразил звук работающего мотора автомобиля: «Бру-бру-брууу-бру…»

– Здорово! Хорошо у тебя получается! – похвалили енотика друзья, – А какой машиной ты хочешь быть?

– Ну, не знаю. Какой-нибудь большой.  Может быть, даже самосвалом.

– Хорошо, будешь самосвалом, – согласилась Би-Би. И вот уже две машины весело бегали  по улице то навстречу друг другу, то радостно обгоняя одна другую и  останавливаясь перед светофором – попугаем, когда тот показывал им красный свет.

Попугай внимательно следил за движением и крутился во все стороны, как только умел. И как-то раз вдруг объявил друзьям: « Надо нам кого-нибудь полицейским в игру пригласить: машин стало больше, движение оживлённее – мне одному трудно за вами двумя усмотреть, тем более что и смотреть я могу только в одну сторону, а не во все четыре одновременно. Мне помощник нужен. За порядком на улице смотреть и чтоб вы ничего не нарушали».

Эта идея зверятам как-то сразу пришлась по душе. И как это они сразу не догадались, ведь тогда у них всё будет совсем по-настоящему! Стали они думать-гадать,  кого же в игру полицейским пригласить. И придумали. Позвали они цаплю играть. Всё равно она целый день на одной ноге и на одном месте с важным видом стоит и ничего больше не делает, так пусть заодно и за порядком на улице посмотрит. Цапля охотно согласилась  стать таким игрушечным полицейским, тем более что ей уже надоело играть с глупыми лягушками, которые только и делают, что прыгают без дела туда-сюда, без умолку громко квакают и смеются без причины.  А такая работа наполняло смыслом её просто стояние и привносила в него даже некоторую важность. Цапля с готовностью встала под попугаем-светофором и с важным видом начала наблюдать за движением на дороге, так что обезьянка и енотик даже побаивались очень быстро пробегать мимо неё и всегда сбавляли скорость – а то вдруг накажет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.