Максим Волжский
Атрибуция

Зачем ты так страстно любишь женщин, Альберт?

Я только строю свою судьбу, голос.

В просторном зале на первом этаже загородного дома играло знаменитое Болеро Равеля. Музыка освежала и бодрила, проникая в самые секретные камеры человеческого сердца.

Стоя у разделочного стола, Альберт Белов дирижировал ножом для рубки мяса. Склонив голову, он вслушивался в нарастающую мелодию страстей, ловя своё отражение на широком лезвии ножа, словно в зеркале; а в зеркале, пока не запятнанном кровью, отражался вполне симпатичный мужчина.

Приладив чубчик, Альберт разгладил усы и бородку, подстриженную на испанский манер, затем поправил очки в роговой оправе и снова взмахну ножом, потому что под нарастающий темп барабанного ритма вступила в партию нежная флейта и призывный кларнет. Мелодия наполнила просторную кухню атмосферой торжественного случая и тайной, в которую был посвящён только хозяин дома и его голос, часто шепчущий в голове.

Альберт настоял, победив в споре голос, что сегодняшний поварской дебют начнётся именно с Болеро Равеля. Разногласия терзали недолго, всего минут десять не более. Выбирая вечернюю тему, Альберт включил ноутбук и нервно клацал компьютерной мышью, поскольку с Морисом Равеля соперничала кандидатура Мэрилина Мэнсона, человека, безусловно, в своём амплуа гениального, но всё же чрезмерно притворного. Альберт где-то читал или кто-то рассказывал, что в жизни Мэрилин совершенно не такой, как на сцене; что, исполняя свои хиты, носит он демоническую маску, но когда гаснет свет и пустеет зал, Мэнсон превращается в унылого обывателя: скучного, усталого и невероятно застенчивого. Но это неправильно обманывать миллионы поклонников. К тому же Альберт презирал комедиантов и ненавидел лицемеров – потому выбор был однозначен: вечер начнётся только под Болеро, и никак Мэнсонов на свою кухню он пускать, не намерен!

Альберту Белову было сорок три года. В шутку он говорил, что находится в возрасте Христа, потому что десять лет отработал следователем в полиции и потратил десять лет впустую. Но как известно, опыт – сын ошибок трудных… и этот самый опыт позволил ему устроиться адвокатом в одну известную контору и совсем неплохо зарабатывать. Теперь у Альберта, кроме обязанностей и долга перед страной, была своя юридическая фирма, шикарный дом в Подмосковье, немалые деньги – и вроде бы всё в комплекте, но с семьёй не сложилось. Он не был женат и жил в большом доме в совершенном одиночестве.

Хотя Альберт был хорош собой. Роста он выше среднего. Тело у него цепкое, поджарое, с острыми плечами. Он немного стеснялся быстро лысеющей головы, но свыкся, предпочитая считать лысых мужиков – потенциально жаркими любовниками… Белов носил очки с большими линзами и бородку с усиками. Он подстригал триммером заодно и брови, иначе вызывал бы бесконечные остроты у своих подчинённых. Живота у Альберта не было вовсе. Летом он с удовольствием надевал обтягивающие футболки и хвастался атлетичным прессом. Руки и ноги Альберта тоже были спортивные – так что справиться с тремя женщинами по сто шестьдесят сантиметров ростом каждая – для него не составит никакого труда.

Нет, он не собирался соревноваться с хрупкими женщинами, он только хотел покорить их сердца. И вообще, пустой дом в двести квадратов полезной площади наводил на него тоску, вызывая ядовитую зависть и злобу. Даже у его помощника, у парня, только вчера окончившего юридический институт, была жена и маленький сын – так почему судьба не подарила ему верную спутницу?.. чем он хуже человека средних способностей?

Бывало, что Альберт ходил из угла в угол, не зная, чем объяснить своё одиночество. А ещё он пугался голоса, живущего в голове, который постоянно что-то советовал. И чтобы заглушить вкрадчивый шёпот, ночевал Альберт всегда в разных комнатах, не выключая свет во всём доме. А внизу, где сейчас готовился ужин, двадцать четыре часа в сутки работал телевизор, рассказывая, как победить обнаглевшую Америку и её дружественных тявкающих второстепенных антагонистов.

Сегодня после обеда Альберт купил продуктов. Заполнил ими багажник и приготовился сразить своих избранниц щедростью и тонким, возможно, изысканным выбором блюд. Хотя, на самом деле, до изысков было далеко, но так масштабно он готовил впервые и даже затеял тушить говядину, чтобы с приправами, соусами, овощами, да в собственном соку. Пришлось купить себе фартук и посмотреть видеоуроки кухонного искусства. Конечно, проще было бы пригласить девушек в ресторан, но Альберт не мог себе позволить вольностей и лишних свидетелей. Хотя и мечтал создать с избранной женщиной семью; пусть необычную, но всё-таки семью.

И чем удивить, и чем растрогать обворожительных суженых, как не горячим мясом или десертом с фруктами. Ведь его пленницы так избалованы… и каждая из них неповторима, со своим неординарным и вздорным характером; они все капризны; с ними будет ужасно сложно… но Альберт непременно справится.

Он придумал романтический ужин, горящие свечи, – хотя нет, отставить! Свечи атрибут уже лишний, поскольку ещё не время для пылкого огня. А вот бокалы!.. сверкающие бокалы на тонкой ножке!.. как он не подумал о них заблаговременно? Он день за днём поит своих девчонок из пластиковых стаканчиков – так, может быть, уже хватит издеваться над ними? Ведь его женщины привыкли к комфорту, шарму и благородству.

Но снова стоп!.. поскольку стеклом можно поранить себя, стеклом можно сопротивляться – это опасно! А значит, гостьям нужны кружки. И это даже оригинально. Стоит только представить, как утончённые дамы пьют французское вино из армейских кружек, словно они прячутся где-то в секретном бункере. Только в этом бункере нет тревог, в нём спокойно. А за пределами бункера скверна… там даже взрывы, война; а в бункере тишина, покой…

Альберт улыбнулся, представив, как три его гостьи – как они тонкими пальчиками обвивают железные кружки и пьют, пьют, пьют… и смеются от счастья. Один глоток, второй, пятый – и они пьянеют, и им весело и свободно… Но снова нет… А почему девчонки смеются? Может быть, его звёздочки не уважают своего хозяина, и они смеются над ним?

Белов силой бросил на разделочную доску увесистый кусок говядины и рубанул по нему ножом, словно возненавидел вмиг всю планету. Мясо было свежим, только вчера жующим травку, видящим кустики. «Да что же это такое? – вопрошал всезнающий голос. – При чём здесь коровы, старина? Тебе нужна только одна женщина. Так выбери её! Не забивай себе голову! Мне тесно и тошнотворно от твоих вечных соплей!»

Альберт ничего не ответил голосу. Он лишь улыбнулся, подумав, что на лугу гуляли вовсе не коровы, а молоденькие тёлочки: такие пегие, взбрыкивающие, с упругим выменем… ждущие своего племенного бычка.

«Всё это досужее… всё пустое», – вздохнул Альберт, понимая, что мысли о парнокопытных лишь удаляют его от цели, потому что вершиной за праздничным столом должен стать мужчина – и, несомненно, всё будет так, как он захочет. К тому же мужчина должен быть любимым и надёжным. А он такой и есть: Альберт сильный, красивый… и до крайности предусмотрительный и даже, возможно, гениальный, как и прочие гении с голосами в голове.

Но всё же нужно быть осторожным, и голос абсолютно прав. И дело вовсе не в контрацепции, то есть не в наличии презервативов. Необходимо благоразумие и осторожность совершено в другом толковании. И как хорошему юристу Альберту известны статьи, по которым он нарушал Уголовный кодекс. Но что значит закон в сравнении с заоблачным полётом его желаний и падением в низкие подвалы совести. Желания Альберта были гениальны и чахоточно больны. Потому что своих избранниц Альберт возжелал как самое дорогое на земле, но всё же наносил им душевные травмы нарочно. Поскольку, не упав прекрасным лицом в гниль и в грязь, не познаешь ценности тёплого душа и благости шёлкового белья… и не оценишь его личной доброты, как единственного господина.

Кстати, о белье. Сегодня Альберт купил по две пары трусиков для своих бунтарских княгинь. Вещи были дорогие, из московского бутика в самом центре города, где одеваются только уважающие свои прелести дамы. Так что его гостьи останутся довольны. Они обрадуются и будут благодарить его, но не в этот вечер, а через день или через неделю, или…

Когда девушки начнут говорить ему спасибо, Альберт точно не знал. Ему хотелось им угодить и потешить, но голос всё-таки прав – спешка вредна его плану; нужно присмотреться, прицениться и осознанно выбрать единственную.

Альберт снова успокоил надоедливый голос, пообещав тому – и выбрать, и прицениться, и не спешить. Он занимал себя поварским искусством и ожесточённо рубил мясо, словно оставленный без работы палач. Он уже нарезал колечками кабачок, почистил грибы, лук и морковь. Готовил ужин, молчал и дышал негромко, словно берёг кислород для своих девочек, потому что им в подвале бывает душно и даже страшно; а бывает, что пахнет могильной сыростью. Как повезёт…

Прошёл ещё час, и мраморная говядина приготовилась.

Поделив мясо на четыре порции, он разложил всё по тарелкам (на противне осталось ещё на двоих). Каждую порцию Альберт украсил листиками салата и стебельками петрушки. Он попробовал кабачок, приготовленный также в духовке, потом прикусил грибочек. Всё было очень вкусно и даже красиво, когда рядом с мясом вино. Но Альберт снова не спешил. Он включил компьютер, чтобы полюбоваться своими избранницами ещё раз, перед тем, как позовёт их на ужин.

Комнат в подвале ровно пять – плюс длинный коридор, – а пленниц было трое. Каждая гостья подвала жила отдельно. У каждой была своя тяжёлая дверь, свой замок, узенькая кровать, своя подушка, одеяло, литровая бутылка воды, унитаз без сиденья и лампочка, которая включалась и выключалась по желанию Альберта. Каждая из пленниц в случае непослушания пристёгивалась цепью к кольцу на стене. А цепь крепилась к ошейнику с кожаной прокладкой, чтобы не испортить нежную кожу на шее. Альберт Белов заботился о своих будущих суженых, потому что любил всех троих.

Так мило наблюдать за девчонками, когда они замечают движение видеокамеры у потолка. Камера вздрагивала, кивала, подглядывая за женщинами в одинаковых тёмно-серых пеньюарах на голое тело. Но все пленницы по-разному реагировали на движение камеры в камере – потому что у каждой из них был свой неповторимый характер.

Певица Елена Липова́я только поднимала взгляд и сразу опускала. Потом её курносое личико пряталось в подушку, чтобы вздыхать и плакать голубыми глазками, забавляя Альберта. Он видел её обиды и гладил ладонями свои ноги выше колен, а когда становилось невтерпёж, когда начинала бить дрожь – он переключал видеокамеру.

А вот и Светлана Ротман… Это ещё та вредина…

Видя, как двигается камера, знаменитая актриса Светочка, с белой косой до пояса – беззвучно шипела, демонстрируя прелестный оскал, чуть выделяющихся клыков. Альберт, впервые увидел её кошачью реакцию после недельного заточения. Он еле сдержался, чтобы не ворваться в подвальную комнату и не взять её силой. «Надо придерживаться плана, брат, – здраво рассуждал внутренний голос Белова. – Альберт, ты своё возьмёшь, твоё время ещё придёт. Ты только влюби в себя одну душу. Пусть она познает твой гений, а затем наслаждайся. Но оставь себе самую верную. Так будет правильно, брат!»

Но третья пленница заводила его больше других. Её звали Александра Сочникова. Она популярная писательница: улыбчивая, открытая, уверенная в себе и самая молоденькая из всех троих. Утопать в её дерзком взгляде одно удовольствие. Интересно, как она изменится, и какие сюжеты зародятся в её умненькой головке через месяц. А пока Альберт лишь готовил ужин. Потому что надо накормить всех троих, чтобы познакомиться ближе. Таков его план на вечер.

Альберт даже не заметил, как уничтожил одну порцию целиком, проглотив кусок мяса, кабачок и пяток грибочков. Всё съел на коленках, не отрывая глаз от экрана ноутбука.

За это время актриса Светлана Ротман трижды показала ему неприличные жесты пальцем. Белов подумал, что сейчас она пойдёт ещё дальше и захочет заворожить его, как одна из героинь её фильма; выкинет, что-нибудь удивительное, например, расставит широко ноги и покажет ему женский секрет, а затем помашет приветливо ручкой: «Иди ко мне, мой разлюбезный хозяин. Иди сюда в эту уютную комнату, на эту маленькую кроватку. Нам будет хорошо вдвоём. Возьми меня, мой гениальный похититель! Ну скорее уже!»

Руки его похолодели, взмокли ладони, а тело бросило в жар. Альберту захотелось выпить вина.

Вино было дорогое – по сорок пять тысяч рублей за бутылку. Он купил всего четыре бутылки без акции, наплевав на ценник. Но что решают деньги, когда рядом женщины, которые стоят миллионы и любят их миллионы. А сегодня эти драгоценные бриллианты у него в гостях. И делай с ними всё, что захочешь. Только придерживайся плана, Альберт!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.