# Шанакарт. Корона Сумрака

Лилия Альшер

Корона Шанакарта Вожделенный всеми демонами венец из белой платины.

Его безупречную красоту не посмеют нарушить ни царапины, ни даже время. Вот уже десять лет он не венчает голову законного императора, и список претендентов на обладание им непрестанно растёт. Игра давно началась, мастера интриг плетут смертоносные сети.

И кем же станет в этой игре маленькая человеческая графиня? Жертвой, союзником или трофеем победителю? А может

От автора: Вторая часть дилогии "Шанакарт". В книге вас ждёт ажурная вязь дворцовых интриг, довольно много хитрых и изворотливых персонажей, приключений и безграничное море иронии и романтичного флирта. Приятного чтения!

Лилия Альшер


Шанакарт. Корона Сумрака


АННОТАЦИЯ:


Корона Шанакарта… Вожделенный всеми демонами венец из белой платины.

Его безупречную красоту не посмеют нарушить ни царапины, ни даже время. Вот уже десять лет он не венчает голову законного императора, и список претендентов на обладание им непрестанно растёт. Игра давно началась, мастера интриг плетут смертоносные сети.

И кем же станет в этой игре маленькая человеческая графиня? Жертвой, союзником или трофеем победителю? А может…


От автора: Вторая часть дилогии "Шанакарт". В книге вас ждёт ажурная вязь дворцовых интриг, довольно много хитрых и изворотливых персонажей, приключений и безграничное море иронии и романтичного флирта. Приятного чтения!

## ПРОЛОГ

Начало начал


Для сохранения хороших отношений в семье отца не должно быть ни видно, ни слышно. (Оскар Уайльд)


Двери тихо раскрылись, впуская в рассветную спальню высокого арши в традиционных чёрных одеждах. На золотых волосах покоилась узкая острая корона из платины. Это был Эллисандр, император Шанакарта.

– Прими мои поздравления с рождением сына, Иллиабель.

Прекрасная тонкая демоница с белоснежными волосами, почти сливавшимися с просторным белым одеянием, безмятежно глядела на озарённый розовым рассветом Океан. Услышав знакомый до боли голос, она прикрыла сиреневые очи, побеждая минутную слабость, оторвалась от созерцания и повернулась. На руках её мирно спал закутанный в шелка и парчу младенец. Женщина гордо улыбнулась и вздёрнула подбородок:

– И я поздравляю тебя, Эллисандр.

Император заложил руки за спину:

– Мой сын родится лишь весной, весь Двор знает это.

Иллиабель насмешливо фыркнула и грациозно подошла к резной позолоченной колыбели. Она бережно уложила туда сына. Ребёнок только вздохнул, продолжая безмятежно спать.

– Что может знать Двор?

– То, что нужно короне, разумеется, – с лёгкой угрозой подчеркнул Эллисандр, заслужив ещё одну усмешку. Он подошёл к женщине и встал рядом с ней, глядя на ребёнка.

– Он прекрасен, как все Инниары.

– Он моё Совершенство, – промурлыкала демоница и погладила сына по щеке. В ответ на ласку мальчик распахнул сияющие хризолитовые глаза.

Император только тяжко вздохнул.

– Я не могу больше любить тебя, Иллиабель. Узы моих брачных клятв не позволяют мне. Я не чувствую ничего, – помолчав, он погладил кончиками пальцев её по спине. – К тебе…

– О, это уже не важно. Узы моих брачных клятв не позволяют мне чувствовать к тебе ничего, кроме разочарования, – она до обидного легко рассмеялась. – Но у меня есть Селлестераль и единственное ценное, что ты мог подарить мне.

– Об этом никто не должен знать. Особенно – мой брат.

Она провокационно изогнула чёрную бровь:

– Боишься, что он будет похож на тебя?

– Илли…

Она села на высокий мягкий табурет возле колыбели, и устало вздохнула:

– Вы же близнецы, Эллисандр! Какая к Тёмным Богам разница? Один Шанакарт, другой Шанакарт… И неужели, ты в самом деле думаешь, что Селлестераль не знает? Вынуждена признать, что я всегда недооценивала его. Но хоть ты не делай эту ошибку.

– И всё же, я хочу, чтобы это осталось между нами.

– Уходите, Ваше Величество.

Эллисандр сделал попытку прикоснуться к молочно-белым волосам женщины, которые так очаровывали его всегда, и безвольно опустил руку, так и не коснувшись. Её красота больше не перехватывала дыхание, её не хотелось носить на руках. Все воспоминания о их блистательных и наполненных ослепляющей любовью днях поблекли, утратили очарование. Он всё помнил, но ничего не хотелось повторить.

Он буднично нахмурился.

– Ещё кое-что. Я пришёл не с пустыми руками, – из внутреннего кармана кафтана он достал широкую плоскую шкатулку из красного дерева и протянул ей, раскрывая. – Ещё раз поздравляю, Иллиабель.

– О, это плата за молчание? Как мило.

На бархате цвета запекшейся крови лежало колье из платины с совершенными рубинами. Они гроздьями спускались с тонкого, как струна, литого ошейника и в зарождающемся свете дня горели алыми огнями в гранях. Женщина сверкнула глазами, на миг открывая всю ярость, кипевшую внутри, и взмахом руки отшвырнула протянутую шкатулку. Колье рассыпалось, бусины горошинами покатились по пушистому белому ковру.

Эллисандр со вздохом проводил взглядом кровавые капельки камней.

– Прощай, Иллиабель, – прошептал Император и на прощание погладил сына по щеке. – Ледяной…

– Его зовут Альшерриан. И единственное, что я могу тебе пообещать, ты смертельно пожалеешь, что твой сын родится лишь весной.

– Когда-нибудь, возможно.

Он был повелителем всего Шанакарта, но не её. Под холодным, насмешливым взглядом он вышел из комнаты. И из её жизни…

## ГЛАВА 1. Горький вкус сладких побед


Победителям иногда приходится долго расхлёбывать плоды своей победы. (Эдуард Александрович Севрус (Ворохов)


Корона Шанакарта, вожделенный всеми арши венец из белой платины, наконец, был в его руках. Свет скользил по идеально гладкой поверхности металла, красоту которого не посмела бы нарушить ни одна царапина. Арши любовно ласкал пальцами драгоценность, не в силах оторвать взгляд от вытянутых остроугольных зубцов. По внутреннему краю текла узорчатая линия рун, отпечатавшаяся в памяти, как молитва. «Во славу и Силу арши от истоков и до края Вечности да будет род Шанакарт неиссякаем». Род Шанакарт… Фальшивка! Подмена! Но скоро, очень скоро, на ней вновь проявится то имя, для которого она была рождена из платины и магии. Он поднял корону над головой и, стараясь растянуть миг удовольствия, водрузил на свою голову, примяв золотистые волосы. Белый свет вырвался из глубин металла и окутал арши с ног до головы. Руны менялись, вырисовывая новое имя, и вдруг…

Он открыл глаза. Перед ними была лишь знакомая до отвращения каменная кладка его темницы.

***

Туман серой шалью лежал на поверхности Океана, влажной дымкой дрожал в воздухе, ложился тысячами капель на такелаж и чёрное дерево корабля. Он был столь густым, плотным, что размывал и стирал силуэты уже на расстоянии вытянутой руки, заглушал звуки, делая плеск волн и тихий скрип перекрытий совершенно загадочными.

Альшер вдохнул сырой воздух, стылым потоком прокатившийся по лёгким, и задумчиво стёр матовый покров капель с поручня. Последние несколько часов ему не давал покоя всего один вопрос. Успел он замкнуть это демоново заклинание или нет? Он честно прислушивался к своим ощущениям, но, кажется, ничего не изменилось. Никакого неодолимого притяжения. Даже ни одной романтической мысли. Хотя… памяти всплыл образ Шелары в фривольном одеянии. Нет, это точно не считается.

Альшер покачал головой. Может, девчонка не выпила тарлиш? Им стоило рассмотреть и такой вариант. Что ж, это решаемо.

Где-то недалеко на палубе раздалась неблагозвучная ругань Шелары, споткнувшейся обо что-то в тумане, и сердце непривычно пропустило удар. М-м-м… Подумать только! Он успел! Не сказать, чтобы ощущения были приятные, но больше всего они напоминали волнительное предвкушение. Пожалуй, это будет интересно.

Принц с самодовольной ухмылкой оттолкнулся от планширя и пошёл искать в тумане свою неромантичную даму сердца.

***

Шелара медленно продвигалась вперёд, стараясь как можно осторожнее идти сквозь молочный туман, заволочивший палубу. Не хватало только ещё во что-нибудь врезаться. Пока о мечте увидеть снасти при свете солнца можно было забыть: оно не торопилось выступать из густых серых облаков.

Ощущение жути, оставшееся в груди после сна, стёрла влажная прохлада океанского воздуха, и девушка больше не возвращалась мыслями к ночным видениям.

Она подошла к борту, коснулась обнажённой ладонью сырого планширя, ветер вздохнул в лицо солью и йодом. Откинула за спину тёплые волосы…

– Не слишком чарующий пейзаж, не так ли, принцесса?

Из белёсой мглы выступил лорд Мираль и опёрся поясницей на край планширя, складывая на груди руки. На фоне его чёрного костюма пышные волосы казались светящейся лавой, а свёрнутая плоская стальная плеть с зазубренными гранями на бедре – затаившейся ядовитой змеёй. Демон весь источал скрытую, но ощутимую опасность.

– Туман, – равнодушно озвучила она очевидное, борясь с желанием отойти подальше.

– А нравится ли вам туман, милая-милая принцесса? – спросил Алый, наклоняясь к ней всем корпусом так, чтобы его взгляд оказался на уровне её глаз. Эти вишнёвые радужки и расширенные зрачки Шелара узнала сразу же и, ахнув, отступила. Он же оскалился привычной безумной улыбкой. – Нравятся ли его сумрачные липкие объятия?

– Нет, – она медленно шагнула назад, собирая ладонью холодную воду, и брезгливо стряхнула её, остановившись. – Мне не нравится туман.

– О! Мне кажется, мы уже встречались, не так ли? У вас то же прекрасное чувство? – вздохнул Алый, отталкиваясь от поручня и делая к ней шаг с хищной улыбкой, останавливаясь совсем-совсем близко. – Ваши глаза стали ещё чудеснее, чем в тот миг, когда та сталь пронзила моё тело!

Алый мечтательно облизнулся и прижал ладонь к животу, скрытому под приталенной чёрной курткой. Шелара нервно сглотнула и сделала ещё два неверных шага назад. И оказалась в плену чужих рук, поймавших её за плечи. Кто-то заботливо прижал её к себе, переместив одну руку на талию. Влажный туман сделал гуще и богаче ароматы лаванды и кедра, они бархатисто окутали Шелару. Алый взглянул на того, кто стоял за её спиной, и отступил, не прекращая улыбаться.

– Не пугай мою маленькую принцессу, Алый, – попросил Альшер, обнимая девушку. От его рук и прикосновений становилось как будто бы теплее. Не такой уж он и Ледяной. – Иначе отвечать придётся передо мной.

Мираль с интересом изогнул бровь:

– Даже так? Мы с леди всего лишь мило поболтали о её таланте к метанию клинков.

– Неужели есть и такой? – спросил, ни к кому конкретно не обращаясь, Альшер, и провёл пальцами по чёрным волосам, укрывающим её спину. – Нам определённо есть, что обсудить. Не сходишь поторопить Шейлирриана?

Мираль понимающе хмыкнул и, отвесив Шеларе совершенно ненужный и вычурный поклон, отправился к каютам.

Когда они остались наедине, девушке стало немного неловко, она пошевелилась, желая высвободиться из его рук. Но Альшер объятий не разжал, опуская и вторую ладонь ей на талию.

– Ты в порядке? – заботливо спросил арши, касаясь губами её волос.

– Он пугает меня, – тихо призналась Шелара, глядя вслед Алому.

– Неужели наша маленькая колючка всё же чего-то боится?

– Это не смешно. Он…

Она замолчала, не уверенная, можно ли рассказать Альшеру то, что случилось по дороге в Тианшель. Если Алый его соратник, а сам второй принц – извечный соперник Шейлирриана, то вероятность того, что он причастен к покушению, почти стопроцентная. Шелара изваянием застыла в его руках.

– Что случилось?

Она покачала головой и пошевелилась, желая высвободиться. Но принц медленно развернул её к себе лицом и заглянул в глаза.

– Так чем тебя пугает Алый? Ну же! Ты можешь сказать мне.

Шелара отвела взгляд.

С другой стороны, если он причастен, то и сам знает, что произошло. А значит, ничего секретного она ему не поведает. Решившись, девушка снова подняла на него глаза и призналась:

– По дороге в Шанакарт на нас напал отряд всадников. Он был среди них, пытался убить Шейла, и я его узнала. И он знает, что я узнала.

– Какие у вас запутанные отношения! – хмыкнул демон.

– Ещё какие! Я же его едва не убила.

– Едва не убила? Ты?

Его насмешливый тон заставил улыбнуться:

– Мне повезло. Ну-у, или не повезло, потому что он выжил и теперь…

– Шелара, – вздохнул Альшер, чуть прижимая девушку. – Он ничего тебе не сделает. Но если боишься, я могу остаться рядом с тобой.

– Не надо, – она покачала головой и вдруг нахмурилась, заметив, наконец, что он по-прежнему обнимает её. – А что ты делаешь?!

– Наверное, пользуюсь моментом.

– Тогда заканчивай! – она категорично положила ему ладонь на грудь. – Всё, ты можешь меня отпускать.

– А если я не хочу?

– Всем нам приходится иногда делать то, что нам не хочется.

Шелара решительно вывернулась из заботливой хватки принца и непокорно встала у поручня. И без особой радости отметила, что пророненная с пафосом фраза отчасти относилась к ней самой: долгожданная свобода оказалась с привкусом холода и промозглого туманного неудовольствия. Возможно, что-то такое отразилось на её лице, потому как Альшер тихонько рассмеялся, опираясь ладонями на планширь.

– А ты не знаешь, сколько сейчас времени?

– Опять пытаешься сменить тему?

– Отчасти. Но мне на самом деле интересно.

– Когда я выходил из каюты, было около восьми утра. Ты рано встала.

– Как оказалось, мне плохо спится на открытой воде.

Шелара непроизвольно поёжилась, вспоминая ощущение маслянистой крови на щеках и обеспокоенное лицо Альшера в своём сне. Счастьем было видеть его в добром здравии, привычно шутливым и очаровательным. Она отвела взгляд и засунула руки в карманы куртки, рассеянно глядя на тёмные волны Океана.

В его глазах мелькнула едва заметная тревога.

– И что тебе снилось?

– Не хочу вспоминать. Один жуткий сон. Я даже проснулась.

Альшер костяшками пальцев провёл по её замшевому рукаву:

– Если это повторится, приходи ко мне, моя каюта рядом, и кошмары тебя больше не потревожат. Там чудесно спится, я проверял.

Шелара усмехнулась в привычной беззаботной манере:

– Ты страшнее моих снов, Альшер!

– Неужели? Чем же?

– Они не реальны, и от них я хотя бы могу проснуться.

– Пожалуй, так, – опустил ресницы демон, глядя на неё сверху вниз. – От меня не сможешь.

– Но я всё равно попробую. Долго нам плыть?

Он посмотрел на горизонт, в сторону Материка:

– К вечеру, при попутном ветре, будем в порту Свободного города. Попутный ветер, разумеется, с Шейлирриана.

– Мы идём к Свободному городу?

– Да, проникнем на Материк через «чёрный ход»: обойдём стороной Приграничные леса и людские патрули. У выходцев из Свободного особые отношения с властями людей: наёмники оказываются очень полезными, когда нужно решить проблемы с нежитью. Или с «житью».

– Я слышала, там много изгнанников из Шанакарта. Они не будут против нашего появления на их земле?

– Нас, конечно, постараются как можно скорее выпроводить. Может, даже кинут пару камней или кинжалов… Но я надеюсь, что золото растопит лёд недопонимания.

– Ты ведь у нас Ледяной демон, тебе виднее, отчего тает лёд.

– Есть много факторов, – улыбнулся он одним уголком губ.

Вышло как-то скромно, и от этого ещё более волнующе, чем обычно, Шелара порозовела и отвернулась, пока он не заметил. В присутствии этого арши приличные мысли, как на грех, практически не посещали голову. Да что с ней такое?! Это же Альшер! Она вздохнула, отгоняя наваждение.

– Ты сказал, мы будем на Материке вечером. А потом?

– Зависит от того, как встретят горожане. Если удастся уговорить мэра, то останемся ночевать, если нет – лучше бы нам до темноты выехать за пределы города. Мы будем вне их законов.

– А кто у них мэр?

– Иссалирион Лорс, полукровка-арши, рождённый в Городе. Он не имеет к нам счетов, поэтому мы можем рассчитывать на минимально враждебный приём.

– Пара камней и кинжалов, говоришь?

– Это же лучше, чем несколько тысяч мечей?

– Вот оно как! – понимающе качнула головой Шелара. – И Шейлирриан пошёл на такой риск?

Альшер доверительно склонился к девушке, вновь обдавая её ароматом лаванды и кедра:

– А он ещё не знает. Мы все ждём его пробуждения, чтобы устроить импровизированный Совет.

***

Виаль взмахнул тонкой ладонью, и тёмные ремни, за годы использования сотни раз пропитанные литрами чужой крови и сотни раз высохшие и намокшие вновь, туго затянулись на белых запястьях обнажённого мужчины, распростёртого на сером каменном столе. Он был без сознания, в потускневших, некогда рыжеватых волосах, сосульками свисавших с края, застыли комья грязи и склизкого мха, покрывающего стены местных темниц. По полу вокруг камня были разбросаны ошмётки его одежды, в них медленно искали пути к новым горизонтам хрупкие улитки и жирные слизни.

Виаль подошёл к столу вплотную, под его ногами захрустели тонкие панцири, превращаясь в осколки. Демон внимательно осмотрел свою жертву. Очень худ, кости уже выпирали из-под посеревшей белой кожи, плоть нехотя служила хозяевам, выжимая из них самые остатки Силы. Сколько они ещё протянут здесь? Найдёт ли он разгадку?

Виаль провёл ладонью по груди своей новой жертвы, по впалому животу. Кожа теряла гладкость, дубела от грязи. По его боку лениво полз слизень, оставляя скользкую дорожку. Демон смахнул его краем ножа на пол и приступил к эксперименту номер бесконечность.

***

Калерна лежала в окружении пуховых подушек, обласканная мягким шёлком постели, согретая теплом одеяла, и не чувствовала ровным счётом ничего. В груди было так пусто, словно оттуда что-то вынули, оставив лишь саднящее чувство утраты. Притуплённое и не проходящее.

Бездумно, не мигая, она смотрела вверх, перед собой, над ней нависали тяжёлые складки алого полога, испещрённые золотыми узорами, похожими на розы, и иногда то начинало казаться, что она падает в них, то, что они сейчас обрушатся на неё. Но текли минуты, возможно, часы, и ничего не происходило. Только изредка затуманивался и искривлялся вид полога. А потом по щеке прокатывалась остывающая слеза, и всё вновь становилось предельно чётким.

– Вставай, Калерна, мы должны подготовиться к званому обеду.

Она даже не услышала, как в комнату вошла мать, пока та не заговорила с ней. Высокая, безупречная во всём, темноволосая леди в светло-жёлтом платье прошла по ковру и села на край кровати, возле дочери. Она окинула её сочувствующим взглядом и тяжело вздохнула. Всё закончилось так, как только и могло закончиться. Но разве она виновата, что потеряла всё, доверившись чувствам? Так и живут демоны, вся жизнь – огонь, а у Калерны – пепел. Так сложилось. Мать протянула руку и сжала безжизненное, но тёплое, запястье девушки.

– Ты никому не должна показывать свою слабость. О тебе и так сегодня станет шептаться весь Двор. Не хватало ещё к тому же убедить их, что ты страдаешь.

– Мне всё равно. Пусть говорят, что вздумается.

– А мне не всё равно. Довольно с нас слухов. Вставай и улыбайся лорду Сарринтелю, раз уж он снизошёл до нас.

– Снизошёл… – фыркнула Калерна.

– Именно снизошёл! Род виконтов Сарринтель сейчас один из самых влиятельных. Тебе напомнить, что у них общие корни со Старейшинами Тайконер?

– Не надо, – Калерна устало прикрыла ладонью глаза. – Я помню. Тайконер в Совете поддерживает Инниара и Селлестераля. Альшер позаботился, чтобы такой компромат, как я, оказался в рядах их соратников.

– Это не так уж плохо. Их позиции значительно крепче, чем у своры Вилькортина.

– О, мама! Опять эта политика! Избавь меня от этого!

Девушка бессильно повернулась на живот и спрятала лицо в подушке.

– Не могу. Свой шанс выйти замуж по любви ты потеряла. Теперь ты сделаешь так, как выгодно роду.

– Я не выйду за Сарринтеля. Клянусь!

– Хватит! – осадила её мать, поднимаясь. – Ты сейчас же встанешь, приведёшь себя в порядок, наденешь платье, которое я приготовила для тебя, и встретишь лорда самой очаровательной улыбкой, на которую способна. И не дай Боги, чтобы она сошла с твоих губ хотя бы раз за этот вечер!

Калерна не ответила, не поднимая от подушки головы.

***

– Мы идём к берегам Свободного города?

О, как много эмоций слилось в тихом голосе Шейлирриана! Здесь было и удивление, и неудовольствие, и внимание и почти утверждение. Чудесное сочетание, чтобы начать Совет.

Альшер в ответ любезно повёл головой и раскатал по столешнице, обитой нескользким красным сукном, тугой рулон карты. Эжен, стоявший по левую сторону стола, разгладил пергамент и прижал его кромку стальным держателем. Лист стал гладким, как кожа юной красавицы. Альшер навис над картой и требовательно указал на кусочек суши, выделенный оранжевым пунктиром.

– Я уже говорил Шеларе, скажу и тебе. Прибытие на Материк через Свободный город даст нам возможность сократить путь и миновать Приграничные леса. И стражей в этой части Объединённого королевства почти нет.

Сейчас он был без перчаток, и Шелара засмотрелась на пару плетёных платиновых колец, украшавших его указательный и средний пальцы. На левой руке зеркальным отображением красовалась ещё одна пара подобных колец, довольно изящных и широких, с переливом золота.

– Стражи людей никогда не были нам помехой, мы спокойно проходим все границы. Дипломатический скандал с демонами им не нужен. Я не вижу смысла прятаться по секретным тропинкам Свободных, – возразил наследник. Айша, стоявшая за его плечом, согласно кивнула.

– А ты бы предпочёл, как в прошлый раз, гордо проехать на даркинтах по всем центральным трактам Четырёх королевств? Боюсь, что с оружием и четырьмя арши будет сложнее сохранять инкогнито.

– Тем более, нам, – добавил Эжен. – Алый, как бы это ни звучало, словно красная тряпка для Стражей, тем более, в нашей компании. Воспоминания о войне ещё свежи.

– Кстати, где он? – обернулась Айша.

– Кто-то должен был остаться за рулевого.

– О, Боги! Он же сейчас развернёт корабль грабить торговые галеоны!

– Отнюдь, – пожал плечами князь. – Я сказал ему, что мы идём грабить Свободный город.

– И что ты скажешь ему, когда мы достигнем Города? – изогнул бровь Шейлирриан.

– Я решаю все проблемы последовательно. Кроме того, я политик, мне иногда приходится лгать, и это не вызовет во мне внутренних противоречий, – признался Эжен, складывая на груди руки.

– Мне ты тоже когда-нибудь врал? – шутливо сощурился Альшер.

– Конечно, нет! – с улыбкой покачал головой Эжен, глядя другу прямо в глаза, и оба рассмеялись.

Шелара прикусила губу, чтобы не последовать их примеру и опустила голову.

– Вопрос о Свободном городе ещё открыт, – напомнил Шейлирриан.

Альшер откинул мешавшую прядь волос за плечо и вновь склонился над картой. Упрямая прядка опять соскользнула вперёд.

– Мы продумали весь маршрут. Алый сказал, что ты собираешься к Мертвенным болотам в районе Гиблых лесов. Я предлагаю, – арши протянул вбок раскрытую ладонь, Эжен вложил в неё алый карандаш, – от Свободного ехать к городу Трэса, затем в Улей, в Сочну, в Саю и, наконец, в лес. Тебе, кстати, какое-то определённое нужно или любое болото подойдёт?

– Я не знаю, – признался наследник, впервые задумавшись над тем, что он будет делать, когда достигнет болот, чем заслужил чуть снисходительный взгляд от брата.

Эжен заглянул в карту.

– В то время, когда составлялась карта, крупных трясин было около десятка, и все в северной части леса, – Эжен забрал карандаш и отметил самые крупные пятна чёрной штриховки. – Не думаю, что ландшафт сильно поменялся. Можем от Сочны проехать напрямую в лес и просто прочесать местность.

– Разумно, – согласно кивнул Альшер. – Если найдём какие-то следы конницы, которые ещё чудом не смыло дождями или временем, перекопаем болото.

– Нет, – подал голос Шейлирриан, нарушая воцарившуюся идиллию.

– Что?

– Мы должны ехать через Саю.

– Почему? Что такого важного в этой дыре? – скептически посмотрел на карту Альшер. – Клад ты в ней что ли закопал?

– Твоё чувство юмора оставляет желать лучшего, – ядовито резюмировала Айша.

– Оно у меня хотя бы есть, любезная леди Айшариль. Так что с Саей?

– Мы должны там побывать. Именно оттуда пришло ко мне последнее известие об отце.

Эжен и Альшер переглянулись, и князь многозначительно полуулыбнулся. Второй принц кивнул.

– Тогда сделаем крюк. От Саи поедем на юго-запад, заедем в лес южнее и проинспектируем каждое болото на пути.

– Нет, – вновь упрямо покачал головой наследник.

– Твои поправки? – взмахнул ладонью брат.

– Мы осмотрим каждый клочок земли в Сае и там уже решим, куда двигаться дальше.

– Ну или так, – легко согласился Альшер. – Ещё возражения есть?

Шейлирриан задумчиво посмотрел на алый ковёр с золотой отделкой, устилающий пол в капитанской каюте, и мысленно прикинул план, который предложили Альшер и Эжен. Возражений, к сожалению, не находилось. Эти двое умели готовить операции.

– Пока я соглашусь.

– Отлично, – Альшер убрал с карты держатель и, свернув её в тугой рулон, убрал в металлический тубус. – Выпьем чаю?

– Выпьем, – кивнул Шейл, вставая и подавая руку Айше. – Но в своей каюте.

– А ты, моя прелестная принцесса? – спросил Альшер, глядя в глаза Шеларе.

Она обернулась на наследника, выходящего из каюты, и пожала плечами:

– Я ещё даже не завтракала.

– Как обнадеживающе!

Эжен фыркнул и пошёл к дверям:

– Сменю Алого, пока он не начал сомневаться в плане.

Когда дверь за ним закрылась, Альшер расслабленно улыбнулся:

– Никогда не устраивал романтических завтраков. Чего бы ты хотела?

На губах Шелары заиграла самодовольная ухмылочка, засовывая руки в карман и встряхнув распущенными волосами, она перечислила:

– Я бы хотела поменьше романтики, пару бутербродов с ветчиной и пинту горячего чайного грога. А ещё я не говорила, что собираюсь завтракать с тобой!

И смеясь, девушка вышла за дверь.

– Жду тебя здесь же через полчаса! – громко сказал принц закрывающейся двери и тихо, чисто для себя, добавил: – Приходи, когда посетишь наш пустой и одинокий камбуз.

***

Селлестераль сел в рабочее кресло и взмахом руки материализовал на столе чашку крепкого свежего кофе. Аромат его бодрил саму душу. Дел у наместника всегда было так много, что одной чашки хватало на весь день.

Арши привычно потянулся к ней и, когда коснулся горячего края, вдруг с удивительной чёткостью осознал, что время его правления истекает. В задумчивости он опустил руку на сукно стола и откинулся на высокую спинку кресла. Десять лет… В рутине государственных дел это почти вечность, в бесконечности жизни – краткий миг.

Наместник снял корону и придержал её навесу над столом кончиками длинных пальцев. Белый металл сверкал глянцем в тусклом свете, робко текшем из окна кабинета.

Осень близко, они правы. Да, лето только началось, но пролетит точно сон. И тогда предстоит решить, чего же он на самом деле хочет.

В дверь постучали, это секретарь принёс утреннюю корреспонденцию. Селлестераль вернул корону наместника на своё чело и разрешил войти. У него ещё будет время решить, что делать дальше.

***

Эльмирриан в прекрасном расположении духа шёл по белым залам своей усадьбы. В гладких плитах пола, как в зеркале, отражался свет, бьющий из широких панорамных окон, предметы интерьера, лепнина высокого потолка и сам князь. Инниар сегодня был в серебристом кафтане, белоснежный ворот рубашки украшала брошь с хризолитами, в густых волнах волос запуталась сверкающая хризолитовая нить, а в глазах заплутали бессмертные черти. Этот день ничто не смогло бы испортить.

– Ваша Светлость?

Из коридора слева выплыла, грациозно покачивая бёдрами, темноволосая арши с удивительными томными глазами.

– Моя, – согласился князь, останавливаясь и окидывая взглядом свою домоправительницу. – Чудесно выглядишь, Эльрин. У тебя ко мне какое-то дело?

– В Малой гостиной вас ожидает старый знакомый.

– Насколько старый?

– Достаточно. Лорд Карел Рушалин.

Да, она сумела произвести впечатление. Эльмирриан удивлённо сощурился:

– Рушалин? В моей гостиной? И что он хочет?

– Даже не догадываюсь, – кокетливо опустила глаза Эльрин. – Он по делу пришёл к вам, а не ко мне.

Инниар покачал головой, ни на йоту не поверив очаровательной женщине, которая владела не только всеми ключами усадьбы Инниар, но и всеми тайнами, бережно передаваемыми из уст в уста среди прислуги княжеских домов.

– А если по секрету? – уточнил арши.

– Тогда на ушко, – шутливо ответила экономка, приближаясь к князю. Он внимательно склонился к ней, и, встав на цыпочки, домоправительница доверительно зашептала: – Среди прислуги ходят слухи, что Рушалин разорвал все отношения с домом Вилькортин. Он не собирается прощать Девисару обманутые ожидания, и сейчас ради мести готов на всё.

– Даже прийти ко мне.

– Дорога в ваш дом – самый верный путь к мести.

– Это верно. Сможешь разузнать для меня побольше о его дочери?

– Хоть любимый цвет и первое слово, – пожала плечиком Эльрин.

Князь обеими ладонями взял её темноволосую голову и поцеловал в лоб:

– Ты – моё золото, Эльрин!

Женщина с достоинством кивнула и легко поклонившись, ушла по своим таинственным делам, красиво покачивая бёдрами. Полюбовавшись этим представлением, князь задумчиво хмыкнул и спокойно направился в Малую гостиную. К вечеру Эльрин предоставит ему всю подноготную дома Рушалин, ещё и красиво сервирует.

Мысли как-то сами собой обратились в сторону грядущего ужина, и он всерьёз размышлял, желает ли он сегодня рыбу по-талийски с девятью соусами или красное мясо в вине, когда вошёл в Малую гостиную.

Лорд Рушалин поднялся с диванчика и почтительно поклонился князю. Кажется, по правилам этикета его позу можно назвать «бьём челом государю». Лестно. Под насмешливым и выжидательным взглядом Инниара, Карел выпрямился и заговорил:

– Ваша Светлость! Прошу великодушно простить мне, что я вынужден отвлечь вас от дел…

На этой части приветствия Эльмирриан глубокомысленно кивнул, принимая взвешенное и мудрое решение: «Рыбу!».

– … я не посмел бы нарушать ваше уединение, если бы не деловое предложение, которое, возможно вас заинтересует…

Эльмирриан жестом предложил гостю сесть, опустился в кресло и вновь задумался. Над картой вин.

Пока Рушалин в витиеватых выражениях старался сгладить годы напряжённых отношений, устоявшихся на фоне вялотекущего соперничества с Вилькортином и легендарно сволочного и продажного характера Карела, Старейшина успел выбрать вино на вечер и откровенно заскучать.

Прислуга принесла чай, а заодно и внесла разнообразие в ожидание деловых предложений. Медовый чай в тонкой фарфоровой чашке с голубым рисунком грел музыкальные пальцы и делал терпение нескончаемым. Эльмирриан золотой двузубой вилочкой проткнул дольку свежего апельсина, отправил в чашку и поднял её к губам, наслаждаясь дивным ароматом.

Сделав глоток, князь улыбнулся и доброжелательно оборвал речь гостя:

– Так, что же вас привело в мой дом, любезный лорд?

Карел встретился с хризолитовыми глазами, доброжелательности в которых было в разы меньше, чем в голосе, и ответил, непроизвольно подаваясь вперёд:

– Я хочу того же, чего и вы: чтобы род Вилькортин утратил своё влияние.

– О, лорд Рушалин, это отнюдь не основная цель моей жизни.

– Но теперь основная для меня. Я готов предоставить вам любую поддержку и любые сведения против Вилькортинов.

– Насколько готовы? – иронично поинтересовался Старейшина, медленно болтая чай в чашке так, чтобы оранжевая долька описывала круг за кругом вдоль фарфорового края.

– Настолько, что готов принести вам вассальную присягу. Я прошу вас быть моим сюзереном.

– Я уже понял, что вам нужна моя защита и покровительство, но я не думаю, что будет разумно афишировать нашу связь, – с улыбкой обратился к чаю князь. – Мне нужны какие-то другие гарантии.

– Всё, что потребуется, – веско проронил Карел.

– Действительно, всё?

В белых глазах Карела мелькнуло сомнение. Он спешно обдумывал риски: Вилькортин вполне может раздавить его за предательство, а Инниар – выкинуть за порог, получив всю интересующую информацию и средства. Сложный выбор из двух зол… Но затем сомнение сменилось решимостью. Лорд выдохнул, бессильно откидываясь на диванчик.

– Да, всё. Что вы хотите? Счета? Дом?

– О, нет, – качнул головой Инниар. – Это будет так же очевидно, как если я приму вашу вассальную клятву. Нужно что-то более нейтральное, но такое же надёжное.

– Что же?

– Вашу дочь, лорд. Как залог долгосрочного сотрудничества.

– В каком качестве?

Инниар пожал плечами и поставил на столик блюдце с полупустой чашкой.

– Предположим, что в качестве моей невесты. По официальной версии. Завтра же мои слуги приготовят для неё покои, а я наберу ей в компаньонки целый легион самых добропорядочных леди из числа моих родственниц, чтобы репутация Джейлин оставалась безупречной.

– Зачем вам это?

– Она станет гарантом вашей преданности. Как я уже убедился из нашего разговора, ваши клятвы ничего не стоят. Вы предали Вилькортина, не моргнув и глазом, хотя вас с ним связывают узы крови, – Рушалин собирался что-то возразить, но Эльмирриан остановил его, подняв ладонь, и продолжил: – А вот власть для вас значит гораздо больше! Брак Джейлин со Старейшиной, конечно, не так впечатляющ, как с наследником, но по значимости занимает почётное второе место. И как знать, может быть, после того, как мы обезвредим Вилькортина, я действительно женюсь на ней.

– А что ваш внук? – не мог не попробовать поторговаться Рушалин, на что получил понимающе-ироничную улыбку.

– Даже не надейтесь.

– Я согласен, – сдался лорд.

– Вот и славно. Жду вас с леди Джейлин завтра после полудня.

– Я полагал, что мы сразу сможем приступить к разработке плана…

– Увы, сегодня у меня плотный график. Строить козни будем завтра.

Карел повернулся влево вниз, и Эльмирриан заметил, что за полой его синего камзола, сунутая между подлокотником и сиденьем, скрывалась кожаная папка с пряжкой. Лорд взял её в руки и протянул князю.

– Что это? – спросил тот, не торопясь принимать подношение.

– Некоторые документы по тёмным делам Девисара, наша переписка. Часть переписки.

– О, какое доверие! – саркастично восхитился Инниар, забирая папку и раскрывая её. Бегло осмотрел содержимое. – Если будет время, я прочту это вечером.

Он равнодушно закрыл папку и положил на стол рядом с чашкой. Лорд Рушалин, тщательно скрывая раздражение, поднялся с диванчика, церемонно раскланялся, поблагодарил за уделённое внимание и покинул гостиную Инниара. Когда двери закрылись, Эльмирриан хмыкнул, залпом допил чай, выловил из чашки апельсинную дольку, размокшую в медовом чае, и откусил сладкой мякоти. Намечался прекрасный выходной день.

***

Шелара обречённо выдохнула, опуская ладонь на латунную ручку, и лбом прислонилась к лакированной двери. Ладно, на этот раз он победил. Но это лишь сражение, а не война! Девушка уже готова была признать временное поражение и постучать, как замок на двери щёлкнул, и она раскрылась.

– А почему полчаса? – сходу спросила Шелара, снизу вверх глядя на буквально сияющего самодовольством Альшера.

– Ну-у, должна же ты была подумать над своим поведением, – ответил тот, пропуская её внутрь и закрывая дверь.

В просторной каюте, на невысоком круглом столе, к которым у арши явно была страсть, её ждало зрелище совершенно восхитительное: вожделенные бутерброды, пряный чай, салат и горячее. Это был не завтрак, это был целый обед. Традиция демонов плотно завтракать была так близка сердцу Шелары!

– Мне для этого вполне хватило времени, пока я дошла до кухни и поняла, что там даже крошки хлеба нет!

– Но пришла-то ты только сейчас.

– Если честно, остальное время мне понадобилось, чтобы выбрать между унижением и голодом.

– Занятно, что для тебя завтрак со мной – унизителен, – заметил Альшер, галантно приставляя ей стул.

– Это сладкая месть за полчаса голода!

– Не налегай на сладкое, не порти аппетит.

Арши сел напротив, и Шелара вызывающе проткнула вилкой горячую вафлю, утопающую в сиропе, и перетащила на свою десертную тарелку.

– Вообще-то, вафли были для меня. Ты просила только бутерброды!

– Это было полчаса назад! Теперь я хочу полноценный завтрак!

Она с шумом встряхнула салфетку и расправила её на коленях, затем подвинула ближе тарелку с тушёным ягнёнком.

– Как скажешь, – он налил себе чаю и взялся за нож и вилку. – Приятного аппетита, принцесса.

– Тебе тоже, – кивнула девушка, отправляя кусочек мяса в рот. – Кстати, почему мы отправились в плавание с пустым кампусом?

– Потому что плаванием это даже не назвать, до места назначения меньше суток, и ты единственная, кому он здесь нужен, а это решаемо.

– А запасы на время похода?

– Я где-то слышал, что жители Материка тоже едят! Мы сможем купить всё необходимое в Свободном городе.

– Ты ведь говорил, что там нам не буду рады.

– Зато деньгам рады все. В крайнем случае, пошлём Алого в лавку. Его там любят.

– Алого, – без энтузиазма повторила Шелара и посмотрела на кусочек мяса, наколотый на вилку. – Как ты это делаешь?

– Что делаю?

– Вещи из пустоты.

– Никак. Пустоты как таковой на самом деле не существует, – ответил арши, промакивая губы салфеткой. – Всё чем-нибудь наполнено, хотя бы даже воздухом. И силой своей магии, властью демона, я лишь преобразую одно в другое. То, что захочу, что могу представить, что знаю досконально. Но в очень ограниченных масштабах, увы.

– И насколько ограниченных?

– Ну на пару бутербродов моих способностей хватит. Хотя, конечно, мой конёк – мороженое и сорбет.

Шелара хмыкнула, разламывая кусок хлеба:

– Даже не сомневаюсь! А как же тогда Астель, который вырастил целый Шанакарт с Замком посреди Океана?

– А это был конёк Астеля. Помнишь, я рассказывал, что он Архитектор Сумрака? Так вот, «архитектор» означает, что он обладал очень редкой Силой, которая позволяла творить, как ты выразилась, вещи из пустоты. Всё, что такой демон придумает, всё, что спроектирует, становится материальным. Со времён его правления рождалось всего трое подобных. Вероятно, просто реинкарнации.

– А Ледяных, например, много?

Альшер тонкими пальцами коснулся ручки чашки с пряным чаем.

– На весь Шанакарт, может быть, пара тысяч наберётся.

– Тогда почему Архитекторов нет?

Альшер пожал плечами:

– Думаю, таков был план Астеля. Архитекторы обладают большой властью, это могущественная Сила, и, вероятно, первому императору не нужны были конкуренты. Из Тайлоса он пришёл такой один.

– Разумно. И что, каждая его реинкарнация могла сотворить Шанакарт?

– Нет. При постройке Шанакарта Астель использовал объединённые Силы подданных. Рождаясь не Шанакартом, он уже не обладал этой способностью.

– Сколько у вас условностей! Подумать только! Когда я была маленькой, мне казалось, что магия – это просто, что маги могут сделать всё, что угодно, без ограничений. И уж тем более, демоны! Где то счастливое и наивное время?

– Исчезло в хаосе реальной жизни. Увы, моя принцесса, всё требует усилий. И чем сложнее желание, тем дороже его исполнение. Поэтому услуги демонов всегда в такой цене, – арши отсалютовал ей чашкой и сделал глоток чая. Хризолитовые глаза загадочно блестели.

– И что? – она склонила на бок голову. – За пару бутербродов потребуешь мою бессмертную душу?

– Почему же только душу?

Взгляд этого Ледяного демона однозначно ледяным не был. Более того, растопил бы любое сердце. Но Шелару лишь вновь рассмешил.

– Я замужем, ты опоздал!

– Я уверен, что для меня ещё не всё потеряно!

Она покачала головой с тем же снисходительным сожалением, с каким ребёнку объясняют, что он ещё слишком мал, чтобы иметь «настоящий» меч.

– Увы. Как я уже говорила, мои чувства к Шейлирриану – нерушимы, как и наш брак.

– Тем не менее, завтракаешь ты не с любимым супругом, – не без удовольствия заметил Альшер.

– Я просто не хотела мешать им с Айшей, – беспечно пояснила Шелара, поднося к губам чашку, и осознала вдруг, что фатально проговорилась.

Внутренности словно жаром обдало, с ужасом она встретилась с лукавыми хризолитовыми очами в обрамлении длинных чёрных ресниц. Альшер был прекрасен и молчалив. Девушка ослабшей рукой поставила чашку на блюдце, лихорадочно думая, как исправить ситуацию.

– Понимаешь… – осторожно начала она.

– Конечно, понимаю. Ты не хотела мешать своему любимому мужу с его советницей обсуждать важные государственные вопросы, – мягко согласился Альшер, держа в пальцах фарфоровую чашечку. – Какие доверительные и близкие у вас отношения, раз ты его даже не ревнуешь.

– Именно. Чудесно, что ты понимаешь.

– Хочешь, чтобы я сделал вид, что действительно верю в это?

– Я была бы очень признательна.

Демон прищурился, размышляя. Потом аккуратно поставил свою чашку на блюдце и покачал головой:

– Нет, моя милая принцесса. Это противоречит моим желаниям.

Шелара упрямо встретилась с ним взглядом, но через мгновение лицо её вдруг посветлело. Она улыбнулась, обескураживая арши.

– А знаешь, что?

– Что?

– Мне всё равно! – рассмеялась она, наливая себе ещё чая.

***

Джейлин придержала ладонью волосы, горячим шоколадом разлившиеся по плечам, и наклонилась над распустившимся бутоном кремовой розы, вдыхая его аромат. Крупный бутон не имел ни одного изъяна и источал дразнящий сладкий аромат. Совершенство.

Девушка благодарно поцеловала шелковистые лепестки, словно заранее просила прощение за то, что собиралась сделать, и срезала цветок, оставив длинный стебель. Одно касание к раненому кусту, и на месте среза появилась новая завязь. Единственная магия, доступная маленькой слабой демонице…

Джейлин добавила розу к собранному букету из тридцати цветков и прижала к себе благоухающую охапку, чувствуя их свежесть и жизнь.

– Ты специально прячешься от меня весь день? – спросил Карел, сходя со ступеней дома на садовую дорожку.

От неожиданности Джейлин разжала руки, и цветы тяжко упали на гравий, рассыпались. Девушка кинулась их поднимать, пока отец вновь не напомнил ей, насколько она неловкая и никчёмная. С тех пор, как стало известно, что её помолвка с наследником невозможна, лорд Рушалин стал ещё более придирчив, и дочь старалась как можно реже попадаться ему на глаза. Сейчас она быстро собирала букет обратно, внутренне сжимаясь от ожидания упрёков, но Карел медлил. Осторожный взгляд в его сторону подсказал, что отца занимали мысли серьёзнее, чем её неуклюжесть.

Пока он не подошёл ближе, девушка выпрямилась, сжимая розы. Карел не обратил на них никакого внимания.

– Я вызывал тебя по Стеклу, почему ты не ответила?

– Я оставила его в комнате. С утра я давала распоряжения прислуге, потом занималась садом. Я скучала…

– Не важно! – оборвал Карел. – Ты должна вернуться в дом и собрать свои вещи. Утром мы уезжаем.

– Ты отсылаешь меня, отец?

Странная смесь испуга и надежды заняла всё сердце демоницы. Рушалин поставил между ними полог тишины и пошёл в сторону дома, взмахом приказывая ей следовать за ним.

– Я принял предложение Старейшины Инниара. Ты отправишься в его особняк на правах невесты.

– Лорда Эльмирриана Инниара? – обескуражено переспросила Джейлин. Как бы ни был очарователен и знатен демон Грёз, он всегда считался врагом рода Рушалин, навечно спаянного с Вилькортинами.

– Да, – он заложил руки за спину. – В сложившейся ситуации, его предложение весьма для нас лестно, и я решил его принять. Завтра утром он ждёт нас в своей усадьбе.

– К чему такая поспешность?

Она произнесла вопрос почти шёпотом, но всё равно ощутила горячечный гнев Карела, обращённый в мимолётном взгляде.

– Не думаешь ли ты мне перечить?

– Нет, я приму любое твоё решение и последую ему незамедлительно.

– Да, так ты и поступишь. И я надеюсь, ты постараешься, чтобы дело всё-таки дошло до свадьбы.

– Что я должна сделать?

Они как раз подошли к мраморной лестнице особняка и гладким ступеням. Джейлин чуть помедлила, ожидая ответа, и лорд обернулся к ней, удивлённо взметая брови.

– Как что? Что и все женщины. Ты должна его очаровать.

***

– Я думала, он успокоится, когда вы поженитесь, – Айшариль сунула руки в карманы брюк и прислонилась спиной к грот-мачте.

Шейлирриан проследил за её взглядом и без интереса посмотрел на Альшера, стоявшего у руля с Эженом. Они тихо беседовали о чём-то, Алого поблизости видно не было.

Наследник устало потёр лоб и оперся ладонью на мачту рядом с плечом Айши. С некоторыми вещами бессмысленно бороться.

– Он бы и успокоился, если бы был уверен, что этот брак – настоящий, а его усилия – тщетны. Мы сами совершили ошибку, не потрудившись играть до конца, и должны принимать её последствия. Но теперь это не важно. Перед всем народом Шанакарта я женат, и этого достаточно.

– То есть, ты не станешь больше останавливать Шелару?

– Нам теперь нечего скрывать от Альшера. Он знает, куда и зачем мы едем, он знает, что брак фиктивный. Но от его знания ничего не изменится, поэтому, пусть теперь развлекается, как хочет. Я не связан с Шеларой, мне не навредить через неё.

Айшариль нахмурилась и повернулась к нему.

– Риан, мне кажется, тебе не стоит давать Шеларе такую свободу на время операции.

Он усмехнулся, не торопясь с ответом, и это заставило Айшу вновь почувствовать его отчуждённость. Непривычно было осознавать, что она совершенно не имеет представления, что за мысли обуревают голову возлюбленного демона. Прошло много томительных секунд, прежде чем мужчина соизволил проронить первое слово.

– Это не важно. Шелара не глупа, она не станет его марионеткой. И, кроме того, я ведь всё равно собирался вернуться в Шанакарт без неё.

Советница смиренно выдохнула, любуясь серыми глазами принца, которые бесстрастно смотрели на брата.

– Нам будет нужно тщательно продумать план возвращения. Всех заинтересует такая скорая пропажа принцессы.

– У меня уже есть одна идея. Очень перспективная.

– И что за идея?

– Пока не хочу говорить, – мягко проронил Шейл. – Нужно обдумать.

Айшариль удивлённо застыла:

– Не хочешь делиться со мной? Ты разве мне не доверяешь?

– Как же я могу не доверять тебе, милая?

Принц поднял руку и нежно погладил расстроенную демоницу по щеке.

– Но ты…

– Договорим позже, Шелара идёт.

Айша обернулась. Шелара действительно шла к ним по палубе, глядя вверх, на наполненные попутным ветром паруса, и прикрывала глаза от солнца. Приближался закат, свет становился гуще и насыщеннее, парусина окрашивалась в чистый сливочный цвет, напоминавший облака, лениво плывущие в вышине.

– Кажется, плавание подходит к концу, – она кивнула на берег, тёмной неровной громадиной приближающийся прямо по курсу. Уже можно было рассмотреть холмы, зелёные волны деревьев и строения из камней и древесины.

– Так и есть, – доброжелательно подтвердил Шейлирриан. – Ещё до заката мы будем в порту.

Шелара вздохнула и сложила на груди руки. Наследник заметил, что она будто бы колеблется из-за чего-то, что занимало её мысли.

– Волнуешься? Расслабься, в Городе тебе ничего не грозит, ты же наёмник.

Девушка непонимающе сощурилась, потом озарилась догадкой:

– А-а, нет. Я просто думаю… Пару дней назад Шерри сказал мне, что ему написала Кайрина.

– Твоя рыжая подружка? – уточнила Айшариль.

– Да, она. Хочет вернуться.

– А ты?

Шелара задумчиво повела головой:

– А я не знаю. Но у меня к ней уйма вопросов, и я была ба не против увидеться.

– Так за чем же дело стало? – хмыкнул Шейлирриан.

– Вообще-то, за Стеклом. У меня его нет.

Арши понимающе рассмеялся и достал из кармана камзола сложенный артефакт. Раскрыв его, приложил ладонь, приказывая удалить всю информацию, что там хранилась, и протянул Шеларе.

– Наслаждайся! И можешь оставить его себе.

– Ого! – поражённо приняла щедрый дар девушка. – А повезло мне с мужем!

– Ещё как!

– Или ты это вычтешь из жалования?

– Конечно.

– Правда?

– Нет, разумеется. Пусть будет свадебным подарком, – отмахнулся он, и Айша вздёрнула бровь.

– Тогда ты более чем дёшево отделался!

– Самые лучшие подарки не дорогие, а нужные, – пробормотала Шелара, опираясь плечом на мачту по другую руку Айшариль и принимаясь писать на стеклянной поверхности костяным стилосом. Когда она закончила, сообщение исчезло, отправившись к нужному адресату. – Вот и всё. Спасибо, Шейл!

– Пожалуйста, Шелара.

Она убрала Стекло в свой карман и с минуту стояла, глядя, как и арши, на приближающуюся землю. Но её взгляд, кажется, жил своей жизнью, то и дело скользил от горизонта к двум демонам в чёрном возле рулевого колеса. Высокий и прямой, как статуя, князь Тианшель даже со спины внушал уважение своим безукоризненным видом, плавными скупыми движениями. Когда он говорил, то поворачивался к Альшеру и слегка наклонялся, при этом совершенно не выглядел напряжённым, более того, был расслабленным и шутливым. А Альшерриан, не поворачиваясь, был невыносимо похож на Шерри.

Шелара и сама не сразу поняла, насколько восхитительна была эта иллюзия. Но, заметив, наконец, смешалась и отвела взгляд. Как же хотелось вновь видеть ироничного самовлюблённого наёмника! И не только видеть. Девушка вздохнула и оттолкнулась от мачты.

– Что ж, не буду вам мешать, побуду пока в каюте.

– Угу, – безэмоционально кивнула Айшариль ей в спину.

Шелара быстро добралась до своей каюты и, закрыв дверь резче, чем хотелось бы, села на чёрное покрывало, устилающее койку. Она достала новообретённое Стекло, разложила и долго смотрела на него просто так. Сердце почему-то взволнованно стучало в груди, призывая сделать хоть что-то и отчаянно боясь этого. Пересиливая это чувство, Шелара закрыла глаза и глубоко вздохнула, но вспомнила вдруг совершенно безумный поцелуй под проливным дождём во дворе таверны, названия которой уже позабылось. Ресницы её взметнулись вверх. Зажав пальцами тонкий стержень стилоса, девушка написала короткое письмо о том, что приняла предложение Кайры о встрече, о том, что они направляются в Свободный город, и что ей будет очень не хватать их утренних тренировок. Всё честно.

***

Земля была влажной, тяжёлой, и от неё густо тянуло удушающими запахами гнили, мха, прелых листьев и грибов. Она туго поддавалась вскапыванию, края ямы осыпались чёрными жирными комками.

Внезапно зазвонило Стекло, и Кайра выпрямилась, отбрасывая лопату и скидывая с рук грубые перчатки прямо в грязь. Убрав с лица волосы тыльной стороной ладони, она достала и разложила Стекло, на его поверхности мерцал значок нового послания. Ожидая увидеть очередное дополнение к заданию от Рейнса, девушка была удивлена: там оказался запоздавший на два дня ответ Шелары! Та предлагала встретиться либо в городе Трэса через несколько дней, либо в Свободном городе, но прямо сейчас.

Кайрина задумчиво глянула на показавшуюся из земли трухлявую крышку гроба и покачала головой. Точно не сейчас. Привалившись спиной к краю раскопанной могилы, Кайра начертала «Увидимся в Трэсе. Я недалеко от неё, напиши мне, как будете подъезжать», отправила и приказала артефакту связать её с Рейнсом. Некромант ответил не сразу, и голос его был сонным: видимо, отсыпался после своих ночных просиживаний над расшифровкой.

– Что случилось, Кайра?

– Шелара ответила. Считай, что будет тебе скоро Призрак на голубой тарелочке.

– Правильно говорить «на тарелочке с голубой каёмочкой».

– Да какая разница?! В общем, мы договорились с ней в Трэсе встретиться, так что, мне нужен телепорт туда. Ну и обратно – тоже. Если я прирежу их дорогого Шерри, то нужно будет быстро убраться.

– Я всё устрою, – пообещал некромант. – Ты там уже достала то, что я просил?

Кайра носком сапога стёрла часть земли с сырых гнилых досок, на которых стояла.

– Я в процессе.

– Ладно, не отвлекаю. Придёшь, разбуди меня.

– Угу.

Кайра отключила связь и убрала Стекло. Потом натянула перчатки, подняла лопату и прицельно и сильно ударила острой кромкой по доскам. Они с треском сломались, обрушиваясь внутрь гроба, в образовавшуюся щель стал виден древний скелет, обтянутый ссохшейся кожей и всклоченными седыми волосами. Рот его был раскрыт, ровные белые зубы ярко выделялись, и казалось, что мертвец беззвучно хохочет.

– Рада, что вы не теряете чувства юмора, уважаемый, – хмыкнула Кайрина, отпуская лопату и опускаясь на корточки.

Выломав ещё пару обломков треснувшей широкой доски, девушка запустила руку в образовавшуюся щель и медленно вытянула за эфес почерневший клинок с растительным рисунком гравировки вдоль бороздки дола. Синий камень в навершии меча недобро блеснул, оказавшись на свежем кладбищенском воздухе. Ножен при маге не оказалось, что Кайру не особо расстроило.

– Ну, кажется, мне пора, – встала она в полный рост. – Приятно было познакомиться, жаль недолго. Но не взыщите, много дел!

С этими словами Кайра закинула добычу на кучу вырытой земли, вонзила лопату в сырую стену могилы и, оттолкнувшись от неё ногой, ласточкой выпорхнула из этого приюта вечного покоя. Перегнувшись опять через край, забрала лопату, ещё раз помахала весёлому скелету и заново его закопала.

***

Калерна, разряженная, как кукла, сидела по правую руку от отца за столом и бездумно смотрела в нетронутую тарелку. Алые волосы были тщательно завиты и уложены в высокую причёску с традиционными цепочками, пара длинных прядей, спускавшихся на грудь и выгодно подчёркивающих её, так же привлекали внимание и к белизне кожи, светящейся, как полупрозрачный фарфор. Платье цвета красного вина туго обхватывало стан, делая каждый вдох невероятно соблазняющим, обнажённые плечи казались так хрупки, что их хотелось коснуться, согреть теплом ладоней. Девушка выглядела прекрасной и беззащитной под ярким светом двух роскошных хрустальных люстр, нависающих над длинным обеденным столом, покрытым белой скатертью.

Сегодня за ним собралось всё благородное семейство Свиорден и лорд Алгар Сарринтель с представителями. Высокий гость сидел по правую руку её матери, благосклонно поддерживая светскую беседу, и лишь изредка бросал взгляд на свою молчаливую невесту через стол. В основном, когда отвечал что-нибудь её отцу.

Впрочем, сегодня Калерне более чем хватало внимания: она так и чувствовала на себе насмешливые, сочувственные, осуждающие и даже завистливые взоры родни. Зато для Сарринтеля они не жалели лести и комплиментов. Фальшь пропитала воздух, как ромовый сироп праздничный торт, который вскоре подадут. Будто в ответ на эти мысли, слуги прошли вдоль стола, меняя блюда перед гостями.

– Леди Калерна? – едва слышно шепнула служанка, вставая рядом и глядя на её тарелку, к которой девушка не прикоснулась.

– Заберите…

Служанка быстро поменяла тарелку, не спрашивая больше ничего, и теперь Калерна буравила взглядом жаркое из кролика.

– У вас чудесные повара, леди Свиорден, – донесся до Калерны голос Алгара, обращённый к её матери. Та стала рассыпаться в благодарностях и что-то вслух размышлять о слугах.

Калерна подняла взгляд от кролика на жениха. Его чуть рыжеватые волосы, его зелёные глаза, его роскошные одежды… Всё было так отвратительно ей, что в ту же секунду она поняла, что не потерпит этого больше.

Девушка, как во сне, поднялась со стула и вышла из столовой под ошеломлённое недоумение гостей. Приказа отца вернуться она не услышала.

– О, прошу прощения, лорд Сарринтель, – вздохнула мать, доверительно наклоняясь к гостю и прикладывая к груди изящную ладошку. – Всё так неожиданно. Ей нужно время.

– Я всё понимаю, леди Свиорден, – утешил гость. – Это недоразумение не помешает нашей договорённости.

Леди и лорд Свиорден расслабленно переглянулись: вероятно, второй принц проплатил любую возможную глупость Калерны, лишь бы избавиться от неё с максимальной для всех выгодой. Да хранят его Боги!

***

Солнце ещё не коснулось горизонта, когда чёрный бриг вошёл в шумный порт Свободного города. Пираты и рыбаки, честные дельцы и наёмники, продажные девки и квалифицированные маги… Только здесь могли ужиться столь разные слои общества и разные расы. Свободный город был свободен и от предрассудков. Хотя, может, и не совсем…

Шелара последней осторожно сошла с трапа на пристань и подавила желание нервно сглотнуть: их уже встречали.

– Какая неожиданность! Оба принца Шанакарта, дочь Старейшины и князь! – издевательски протянул высокий мужчина с короткими серебристыми волосами, одетый в кожаную коричневую безрукавку поверх льняной рубашки и кожаные штаны.

Расслабленно скрестив ноги, он стоял, опираясь на гладкий чёрный боевой шест, а за его спиной полукругом толпились с недружелюбными лицами жители и гости Города, оставив перед новоприбывшими большой пятачок земли.

– Здесь ещё я есть! – подал голос Алый, взмахивая рукой и отходя от принцев.

– Ты не в счёт, Мираль, тебе мы здесь всегда рады! – усмехнулся мужчина.

– Забери девчонку, – приказал Альшер, подталкивая Шелару вперёд. Она так растерялась, что даже не стала сопротивляться, когда Мираль сжал в ладони её запястье.

– Кто это, Дей?

– Моя новая подружка, Ис. Правда, миленькая?

– Более чем, – хмыкнул Свободный и пожал руку подошедшему арши, заодно хлопнув его по плечу.

– Если выживете, я в «Винной бочке», – отсалютовал Мираль оставшейся в окружении компании и легкомысленно затерялся в толпе, утащив Шелару.

– Его преданность делу восхищает, – презрительно пробормотал Шейлирриан, не двигаясь с места.

Альшер вышел вперёд:

– Мы не хотели беспокоить тебя и твой народ, Иссалирион. Наш путь лежит дальше, к западу, мы заплатим тебе за стоянку корабля и за ночлег.

– А наследник так и не научился у вас говорить? Кажется, давно пора.

Альшер предостерегающе посмотрел на кузена, заставляя ждать. Айшариль сжала рукав Шейлирриана, тревожно дыша. Эжен стоял рядом с ними, скрестив на груди руки и чуть повернув вбок голову, что говорило о его задумчивости и сосредоточенности. Всем троим страстно хотелось взяться за оружие.

– Считай, что я передаю его волю.

Со всех сторон полетели грубые крики Свободных, возвещавшие, где они видели волю наследника, и что он может с ней сделать, а заодно, и со своим братом. Альшера слегка позабавило.

Иссалирион усмирил их гул одним жестом руки.

– Над нами нет его воли!

– Это не приказ, это просьба. Мы просим тебя и Свободных, Иссалирион.

– Мой народ не желает вас видеть. Разве что, в гробу.

– Но ты их мэр. В первую очередь ты должен думать об их благополучии, а не о личных счётах. Неужели будет лишней прибавка к казне Города? И вспомни о главном Законе Города: он открыт для всех.

– А также свободен принимать любые решения.

– Если понадобится, я готов отстоять наше право.

По толпе пролетел возбуждённый гул, снова послышался гогот и оскорбления. Иссалирион фыркнул, тряхнув головой, и с хищной ухмылкой посмотрел в хризолитовые глаза принца.

– По-прежнему лучший мечник Шанакарта?

– Я надеюсь на это, – скромно ответил Альшер.

Мэр помолчал, хитро что-то обдумывая. Не нужно было быть провидцем, чтобы знать, что толпа за его спиной жаждала крови правящих аристократов Шанакарта. Кто-то из мести за изгнание, кто-то забавы ради. Но дать им желаемое – невозможно и бессмысленно. Иссалирион выпрямился и перехватил шест поудобнее.

– Почему ты вечно геройствуешь, Альшер? В войну, сейчас? Почему вы с любезным Жемчужным князем постоянно прикрываете Шейлирриана?

– Это очевидно, он наследник, мы его бережём.

Свободные загоготали и заулюлюкали. Иссалирион и сам рассмеялся.

– Что ж, принц, я считаю, это не честно! Уверен, меня поддержат и горожане! – он помолчал, затем медленно продолжил: – Вот мои условия: если Шейлирриан Шанакарт Астель уложит меня на лопатки в поединке, то вы все сможете остаться в Городе на любой срок, и я приму на стоянку ваш бриг.

– Бриг принадлежит Алому, – соврал Альшер, склонив голову.

– Ну тогда этот пункт снимается. Дейриану мы не откажем. Но постой и остальные услуги Города остаются на кону.

Альшер обернулся к брату. Тот обдумывал предложение с крайне потрясённым видом. Эжен опустил голову и был сама ироничность. В сапфировых глазах танцевали смешинки.

– Так что?

– Я согласен.

Наследник решительно подался вперёд и, сняв камзол, передал его сопротивляющейся Айшариль, которая молила его не поддаваться на провокации. Но он уже доставал из ножен свой меч.

Альшер подошёл ближе, взял за плечо Эжена и, обращаясь больше к Шейлирриану, прошептал: «Запомни, он левша. Но владеет обеими руками».

***

Алый подтолкнул Шелару к тёмному столу с выжженной картой мира на выщербленной столешнице, и девушка села на тяжёлый угловатый стул. Демон оперся ладонью о стол и спросил, что ей заказать.

– Чай и что-нибудь перекусить. Не знаю.

– Чай?! – фыркнул Алый, встряхивая волосами. – Этот трактир называется «Винная бочка». Принцип этого заведения – никакого чая!

– Добро пожаловать в порт, да?

– Я закажу вино и забронирую комнаты.

Пока он отсутствовал, она осмотрелась. Питейный зал был заполнен разными деталями кораблей, фонарями, картами, снастями, рулевые колёса висели под потолком, выполняя роль люстр. Морская тематика была во всём. Самих моряков тоже хватало, свободных столов было не больше трёх, но, как ни странно, покой Шелары нарушать никто не пытался. Они видели, что пришла она с Алым, а связываться с безумным демоном было себе дороже.

Вернулся он быстро, принёс две кружки и глиняную бутыль, со стуком выставил всё на столешницу, налил вина и подвинул одну кружку Шеларе.

– Жаркое принесут позже, а пока пей, детка, это плохое вино, – протянул Дейриан и развалился на стуле напротив.

Шелара сжала пальцами кружку и послушно выпила пару глотков.

– Не такое уж и плохое.

– Смотря с чем сравнивать. Всегда есть что-то лучшее. Так ведь, принцесса?

Арши клыкасто усмехнулся.

– Если это намёк, я понятия не имею, о чём ты.

– Просто ты ещё не начала сравнивать.

Шелара пожала плечами. Она действительно не понимала, о чём говорит демон. Но ей было всё равно, вино уже начинало давать в голову, мягко расслабляя тело, тягучим теплом разливалось внутри. Это почти как любовь, только наутро болит голова, а не сердце. А то и не болит. Шелара улыбнулась своим мыслям и сделала ещё один глоток.

– Почему ты хотел убить Шейла?

– Убить?! – Алый резко подался вперёд, взгляд его не двигался, и зашептал. – Это будет наш общий секрет, но я не собирался его убивать. Я должен был лишь его напугать. Убить я хотел Шерри.

Сердце пропустило удар.

– Шерри?

– Да. Наёмник кое-кого достал. Только его достать не удалось. Пусть пока живёт.

– Пока не встретитесь?

– Нет, пока опять не закажут. Не в первый раз же!

Это обнадёживало. Шелара расслабилась и вновь улыбнулась. Странно, как совместное распитие вина внушает доверие к человеку. Или к демону. Разносчица принесла заказ, обжигающее жаркое распространяло ароматнейший пар, на специи тут не скупились. Шелара чуть не застонала от удовольствия и взялась за ложку. Пожелав друг другу приятного аппетита, они приступили к трапезе.

Прошло не меньше получаса, когда вдруг на плечо Шелары опустилась чья-то ладонь. Девушка вопросительно подняла голову от тарелки, но в этом уже не было нужды. Пришедшие арши рассаживались за столом. Шейлирриан мял в ладони платок, испачканный в крови, и вытирал им щёку.

– За что пьёте? – спросил Альшер, пододвигая себе стул от соседнего столика и садясь во главе стола, рядом с Шеларой.

Алый потянулся к бутылке и подлил себе вина:

– Варианта было всего два: либо за победу, либо с горя. Мы решили, что разберёмся позже!

– Сегодня нам действительно есть, что отметить, – заметил Эжен, усаживаясь рядом с Алым. – Шейлирриан сразился за наш покой с самим мэром и одержал победу. Аттракцион невиданной щедрости с его стороны.

– Кстати, Дей, мы сказали, что бриг – твой.

Мираль отмахнулся:

– Ну мой, так мой. Кстати, отличный способ всё-таки ограбить Свободный город – не платить аренду причала!

– Твои проблемы.

***

Шелара закрыла дверь комнаты, снятой для неё Алым, и устало положила вещи на стул, лампу поставила на стол и сняла куртку. Изначально комнату Дейриан бронировал для них с Айшариль, но где сейчас демоница, можно было не даже гадать.

Вино ещё не успело выветриться из крови, голова легонько кружилась, томная дремота окутывала тело ласковым пледом. Чудесный был вечер, впереди тихая ночь. Девушка потянулась, разминая мышцы, и полюбовалась комнатой. Морская тематика присутствовала и здесь. Вероятно, весь трактир был выстроен из обломков кораблей. Половинка рулевого колеса торчала из стены, заменяя вешалку. Шелара хмыкнула и повесила на неё сумку и куртку.

В дверь осторожно постучали.

Вернулась Айша? Шелара, сжав на всякий случай рукоятку меча, висевшего на поясе, повернула в замке ключ и открыла.

На пороге стоял не кто иной, как Шерри. Тёмно-зелёные глаза таинственно блестели в тусклом свете масляной лампы, стоявшей позади неё на столе. Рубины в белоснежных волосах казались совсем чёрным горошинками.

Шелара радостно ахнула, чувствуя, как горячо заходится в груди сердце, а в животе словно медленно разливался глинтвейн. Кто бы мог подумать, что она так отреагирует?

– Боги! Что ты здесь делаешь?!

– Я случайно оказался по делам в Городе и решил тебя навестить. Могу я войти?

– Конечно, можешь, – она отступила, впуская в комнату гостя.

Шерри, пользуясь моментом и проходя мимо, ловко обнял её за талию и захлопнул дверь.

– Так ты соскучилась по мне, маленькая воительница?

– Не то, чтобы соскучилась, но думала, что тебя не увижу, и загрустила по тренировкам – девушка выскользнула из его рук и села на край стола. – Ты всё-таки решил присоединиться?

Шерри покачал головой и сел на стул, оттащив его в центр комнаты.

– Нет, это исключено. Я уже отказался, а решений я не меняю.

– Никогда?

– Почему же? Исключения бывают. Но это не тот случай.

Шелара закусила губу.

– Тогда зачем ты пришёл?

– Даже не знаю. Может, это я скучал?

Шелара не обнадёжилась, с иронией понимая, что он неисправим. Дразнить её он мог бесконечно, это всё пройденные уловки. Верить ли этим прекрасным глазам? Никогда. А так бы хотелось!

– Найди другую причину, и я, может, поверю.

– Но я действительно не знаю. Возможно, я хотел тебе напомнить, что с нашими принцами тебя ждёт не увеселительная поездка, хоть ты теперь и принцесса.

– Я помню это.

– И ещё… – демон поднялся со стула и подошёл к ней ближе, снял перчатку и прикоснулся к её щеке. – Не доверяй Шейлирриану свою жизнь, старайся держаться от него на расстоянии.

– Почему?

– Я слышал кое-что в Городе.

– Что же? – она стояла, не в силах шевельнуться, загипнотизированная его взором.

– То, что у него появились серьёзные недоброжелатели со стороны эльфов. Тебе он, наверное, не говорил, но на сей раз это не полуспортивное противостояние с наместником, его действительно хотят убить. И ты тоже в опасности. Он наследник, он не преминет прикрыться тобой, если понадобится.

– У нас с ним особая договорённость. У нас Контракт.

Шерри наклонился и заглянул ей прямо в глаза:

– Он демон, Шелара, демоны заботятся только о своих интересах.

– И что ты мне посоветуешь?

– Я бы на твоём месте больше доверял Альшеру.

– Что?!

Шерри присел рядом.

– Ты должна понять, что в мире арши всё неоднозначно. Я часто работаю с Шейлом и принципиально не работаю с Альшером, но именно поэтому я могу тебя уверить, что в вопросах чести на Снежного можно положиться больше. Чего бы он ни добивался, он это бережёт. И его словам можно верить, даже, если у них непрочная основа.

– Это ты сейчас о том, как он меня очаровать пытается?

– Сколько скепсиса! Даже, если этот флирт белыми нитками шит, играть он будет до конца. И в отсутствии меня, это твой наиболее реальный шанс остаться в живых там, куда тебя тащит Шейлирриан.

– Альшер – наглый, скользкий и хитрый мерзавец. Я насквозь таких вижу. И он последний, кому я доверюсь.

Шерри рассмеялся:

– Наглый, скользкий и хитрый? Так ведь, и я такой.

– Нет, ты совсем другой, – улыбнулась Шелара.

– И ты мне доверяешь? – он повернулся к ней.

– Да, – выдохнула девушка.

– Тогда доверяй и моим словам, – прошептал демон.

Взгляд его вдруг стал немного растерянным, и он, точно влекомый неясным притяжением, наклонился к ней ближе и поцеловал. Губы словно таяли под его властью, по жилам тёк жидкий огонь. И хотелось лишь одного – чтобы его губы и руки никогда не оставляли её.

А сам демон с головой тонул в открывшихся ему во всей полноте чувствах, подаренных тарлиш. Он тонко ощущал, как его Сила соединяется с хрупкой человеческой девушкой, как охватывает её, находя отклик. Её губы были сладки, как мёд, но в этой сладости ему почудилась внезапно вся горечь этой победы. Осознание ошибки пронзило его холодом, и арши вдруг отпрянул и резко встал со стола.

– Что случилось?

– Это никогда, никогда не должно повториться, – безапелляционно предупредил Шерри и исчез в моментальном телепорте.

Шелара обессилено соскользнула с края стола и замерла в полнейшем смятении. Её всю буквально трясло от волнения и разочарования. Девушка прижала ладонь к пылающей щеке и перевела дух.

На полу безвольно осталась лежать чёрная перчатка.

## ГЛАВА 2. Опасные желания


У каждого есть желания, которые он не сообщает другим, и желания, в которых он не сознаётся даже себе самому. (Зигмунд Фрейд)


От горячей воды, мутной от ароматного живительного бальзама с запахом жасмина, поднимались танцующие струйки белёсого пара. По сонной глади неспешно плыли стайки сиреневых лепестков, достигали обнажённой груди князя Инниара и, стоило ему вздохнуть, вновь отправлялись в плавание по широкой чаше ванны, утопленной в белом камне пола.

Высокие и узкие арочные окна купальни, рассечённые паутиной рам, чернели непроглядной ночью на фоне белых гладких стен. Между ними, в овальных нишах, светились резные лампы из горного хрусталя, освещая помещение ровным чистым светом. От воды изредка отражались его мягкие блики и скользили по лицу демона Грёз, голова которого покоилась на шёлковом валике на краю чаши. Словно хризолитовые лучистые звёзды его глаза блестели из-под полуопущенных ресниц, а волны волос хаотично стекали на каменный пол и тёплые плечи.

– Ваша Светлость?

Лёгкая поступь Эльрин едва слышно отражалась от стен купальни, сливаясь с шелковистым шелестом её платья. Князь поднял взгляд вверх, как раз вовремя, чтобы увидеть, как демоница присобирает летящие юбки и усаживается на край ванны.

– Чем ты порадуешь меня, Эльрин?

– Сказкой перед сном, мой князь.

Тёмные с поволокой глаза лукаво обратились к нему. В распущенных волосах блуждали вишнёвые тени.

– О красавицах и злодеях?

– О ком же ещё рассказывать? Иначе это будет не сказка.

Эльрин сняла узкие туфельки-лодочки и медленно опустила ноги в тёплую воду. Эльмирриан не отказал себе в удовольствии под прикрытием похожей на молоко воды пощекотать её стопу. Демоница взвизгнула от неожиданности, дёрнувшись и поднимая волны в безмятежной чаше, и рассмеялась, осуждающе глядя на его хитрую улыбочку.

– Нечестно!

– В мире нет ничего честного, это было бы неестественно, – пробормотал князь, вновь смежая веки.

– Почему же?

– Потому что, всеми движет желание жить, и жить хорошо. А честность уменьшает на это шансы.

– И чем же вам помогла эта маленькая шалость?

– Смех, Эльрин, продлевает жизнь!

– Кажется, вы забыли, что бессмертны, князь.

– И что же с того? Даже вечность приятнее проводить, смеясь, а не хмурясь. К Тианрэлю, разумеется, это не относится.

Женщина поводила ножками в горячей воде.

– Любопытно, почему у него такой отвратительный характер?

– Когда-то давно, когда мне было лет двадцать, я заканчивал домашнее обучение и готовился поступать в Академию, мы с Даливиором спросили Тианрэля, почему тарлиш заставляет всепоглощающе полюбить даже врага. И он ответил, что это оттого, что он вложил в заклятие всю свою любовь.

– Правда?

– Вот и мы то же самое спросили.

– И?

– И он прошипел: «Идиоты!» и ушёл в свою лабораторию!

Эльрин рассмеялась.

– Чудесно!

– Это же Тианрэль, – мягко резюмировал Эльмирриан, поводя ладонью по поверхности воды, сметая лепестки. – Так что ты узнала про семейство Рушалин?

– Джейлин чудесная девушка. Только запуганная до предела. Её мать умерла при родах, были серьёзные осложнения. И Карел, разумеется, перенёс это тяжело. А при его характере это и вовсе стало для девочки фатально: он её буквально возненавидел. До двадцати лет Карел держал Джейлин в строгости, граничащей с жестокостью, и практически не выпускал из дома. Из Академии она уже не часто домой приезжала, но отец контролировал её и там. В итоге, за все прошедшие годы эта тихоня обзавелась единственной подружкой, причём, такой же тихоней, как сама. Скучная жизнь способствует кристальной репутации.

– С этим не поспоришь, – согласился князь, потягиваясь, проказливо вдруг улыбнулся и, ухватив стройные ноги своей домоправительницы, стащил её в ванну.

Влажный воздух тотчас наполнился хохотом и визгом, а ароматная вода вышла из берегов каменной чаши, затапливая белый пол.

Эльрин вынырнула, вновь взметая водопады брызг, и мстительно плеснула в хохочущего князя, расслабленно откинувшегося на край ванны, водой. Потом женщина убрала с лица мокрые волосы и расположилась по другую сторону чаши.

– Ну и зачем?

– Я просто испугался, а вдруг, у меня тоже кристальная репутация?

– Уверяю, что нет, – хмыкнула Эльрин.

***

Дверь громко захлопнулась, и Эжен отвлёкся от страниц книги, которую читал, полулёжа на узкой койке.

– Отчего такое фамильное сходство с Тианрэлем?

– Что?! – раздражённо переспросил Альшер, снимая с волос рубиновые нити.

– Да, я как раз об этом говорю.

Принц бросил рубины в сумку, сменил мешковатую кофту наёмника на муслиновую рубашку, в которой был до этого, и сел на вторую кровать, застёгивая ряд мелких пуговиц. Без крючка делать это было не слишком удобно, зато отлично отвлекало. Мрачность его настроения тенями ложилась на красивое лицо. Эжен уложил раскрытую книгу себе на грудь в ожидании продолжения разговора.

– Так что тебя печалит? Несовершенство бытия?

– Нет, это твоя проблема. У меня всё проще.

– И?

– Я неожиданно обнаружил, что идиот.

Уголки губ князя чуть дрогнули:

– Ты надеялся, что я стану спорить? Зря.

– Нет, я надеялся, что ты поможешь мне во всём разобраться.

– Тогда у тебя есть шанс. Рассказывай.

Альшер прилёг на соломенную подушку и закинул ногу на покрывало:

– Как себя обычно ведут существа с разбитым сердцем?

– Хм… Тут всё зависит от культуры. Например, горные северные тролли стараются в ответ разбить голову объекту неразделённой страсти…

– Заманчиво. Но в моём случае не подходит. Давай дальше, гений!

– Так… – Эжен задумался, щуря сапфировые очи. – Эльфы делают вид, что ничего не произошло. Иногда даже заново знакомятся, чтобы в следующий раз испытывать уже лёгкую неприязнь.

– О, это представление мы видели между Шейлом и Калерной. Тоже не пойдёт.

– Гномы, в зависимости от местности, либо уходят в работу, либо отрезают одну из косичек в бороде.

– Мне нечего стричь.

– Так иди, поработай.

– Сколько же можно-то?

– Мы так и будем перечислять, всё, что ты не сделаешь, или ты расскажешь, почему не удалось свидание?

– Потому что оно слишком удалось! Я хотел сыграть на доверии Шелары к Шерри, чтобы девчонка доверилась и истинному мне. Но всё пошло не так, – он сел и нахмурился, положив локоть на согнутое колено. – Тарлиш связал нас, но только в образе Шерри я ей небезразличен. В отношениях со мной-принцем она сдерживает эмоции.

Эжена это позабавило.

– Видимо, она считает, что наёмник ей больше подходит. В этом есть логика.

– От наличия логики мне, знаешь ли, не легче. Нужно было её оттолкнуть, но вместо этого я её поцеловал. В итоге, все мои уверения в необходимости держаться поближе ко мне-принцу прошли мимо её ушей, а у девчонки появилась надежда, что между нами что-то может быть. В общем, мне крупно повезёт, если она шарахаться не станет от моих аристократичных ухаживаний.

– Как, оказывается, сложно бороться с чувствами!

– Это всё, что ты можешь? Посмеяться надо мной?

– Извини, Риан, это действительно смешно, – посмеиваясь, ответил Эжен и отложил книгу на покрывало. – Она тебя любит, но в то же время, не любит. Я знал, что когда-нибудь твой маскарад обернётся против тебя, только не думал, что причиной станет всё-таки женщина. Это так предсказуемо и глупо, что очень смешно.

Альшер осуждающе смерил взглядом довольного князя:

– Жизнь, Эжен, как ты знаешь, справедлива и злопамятна. Когда-нибудь она подарит тебе женщину, которая заставит тебя понервничать. И вот тогда наступит моя очередь веселиться.

– Сомневаюсь, – не внял предостережениям демон. – Я не участвую в подобных авантюрах. И если я встречу такую женщину, то просто женюсь. Никаких проблем.

– А если не сможешь?

– Женюсь на другой. Тарлиш, как и любое вино, отличная вещь, если не злоупотреблять.

– Твоя логика, как всегда, безупречна, – болезненно поморщился Альшер, заслужив надменный полукивок от друга. – Но мы, кажется, обсуждали мои проблемы, а не твои достоинства.

– Эгоист… – насмешливо констатировал Эжен.

– Есть идеи, кроме этой?

Эжен опустил ноги на пол, потянулся к графину, стоявшему на столе, и налил в мутный стакан воды. Лёгкий пасс, и вода стала пригодной для питья, а стакан прозрачным.

– Если бы ты не был так поглощён ужасом от осознания того, что тебе вдруг кто-то стал действительно нужен, тогда заметил бы и сам, что ответ лежит на поверхности.

– М?

– Она простая девчонка, Риан! – взмахнул рукой князь. – Молоденькая человеческая девчонка. А ты демон из славного рода Инниар. Так что, твои метания несерьёзны.

– То есть, ты считаешь, что я ими прикрываюсь.

– Неожиданно, да?

Альшер посмотрел на обсидиановые мечи в ножнах, висящих на краю спинки кровати.

– Честно сражаются только дураки?

– Странно, что ты это забыл.

– Спасибо тебе, голос разума!

– Обращайся.

Эжен поставил стакан на стол и вернулся к оставленной книге.

Тут в дверь раздался стук. Арши переглянулись и потянулись к оружию. Альшер взмахнул рукой, замок щёлкнул, и дверь раскрылась.

Иссалирион Лорс переступил порог их комнаты и взмахнул рукой, показывая зажатую в ней бутылку крепчайшего рома.

– Недели две назад мы достали со дна корабль, затонувший два столетия назад, его трюм был полон песка и… рома.

Альшер встал с койки и забрал бутылку.

– Предлагаешь устроить пиратскую вечеринку?

– Вроде того, – кивнул мэр, подтаскивая от стены к столу стул. – Я с новостями, которые отлично идут под ром.

– Он прекрасен без закусок, – возразил принц, откупоривая бутылку. – Особенно, такой выдержки.

– И тем не менее.

Эжен со вздохом заложил книгу лентой-закладкой и убрал в сумку. Вряд ли сегодня ещё понадобится. Альшер забрал его стакан, выплеснул воду за окно и, наколдовав третий, разлил ром.

– Сразу приступим к новостям?

– Нет, подождём ещё пару стаканов, – сказал Иссалирион, поднимая к губам наполненный на треть сосуд и наслаждаясь ароматом напитка. – Не хочу портить первое впечатление от вкуса. Я держу этот ром для особых случаев.

– Например? – уточнил князь, делая обжигающий глоток.

– Ну а вдруг, вы пожалуете.

– Лестно.

Иссалирион поудобнее развалился на стуле, ром приятно расслаблял мышцы.

– Так, эта брюнетка и есть та человеческая супруга принца? Выглядит, как простая наёмница.

– Алый никого не обманул?

– Да нет, ему поверили. Какой бы демон сразу после свадьбы потащил свою избранницу в опасный Свободный город? Ещё и держась за любовницу? И какая бы человеческая девка не разоделась бы в шелка и платину арши?

– Эта бы не разоделась, – хмыкнул принц.

– Ладно, им обоим лучше, что её приняли за наёмницу, – махнул рукой Лорс. – Лучше скажите, во что вы оба такое вляпались, что притащили в Город наследника?

– Почему же сразу «вляпались»? Мы по доброй воле решили ему слегка помочь.

– В чём?

– Пересечь половину чужой страны и поковыряться в Мертвенных болотах.

– Серьёзно?

– Чем бы дитя ни тешилось.

– Вы просто понятия не имеете, за что взялись.

– Просветишь? – спросил Эжен.

– Конечно. Не уверен, знаете ли вы уже, но в Келе что-то не ладное творится. Оппозиция, – он фыркнул. – И действуют они руками Свободных. Никто не знает, что нашим эльфам посулили в награду, но, думаю, прощение и возвращение.

– Это мы знаем, – подтвердил Альшер. – Эжен и Алый были в отряде Свободных, когда Орвейл попытался напасть на Шейлирриана с чародейским мечом. Позже на него было покушение в Келе. Разумеется, это между нами.

Иссалирион прижал ладонь к сердцу:

– Обещаю.

– Кстати, за что Орвейла изгнали из Келя?

– Убил в пьяной дуэли какого-то из их многочисленных принцев. Предложение заговорщиков было для него единственным шансом вернуться.

Князь задумчиво отставил стакан, в синих глазах темнели сомнения.

– Но как бы он вернулся? Его должен был изгнать Данестиан, и, насколько мне известно, король эльфов провалами в памяти не страдает.

– Я не вдавался в подробности, потому что эльфы всё замалчивают, – Иссалирион развёл руками, признавая полную неосведомлённость в этом вопросе. – Но это не единственная ваша проблема.

– Что ещё?

– Нежить. Из Королевств приходят вести, что из болот вылезли десятки новых тварей. Несколько деревень уже подверглись нападениям и пустуют.

– Что за нежить?

– Мои Свободные говорят, что раньше таких не видели. Появились новые виды.

Эжен нахмурился и закинул одну ногу на покрывало. Длинные пальцы коснулись лба.

– Эжен?

– Возможно, чтение твоих архивов было не такой уж плохой идеей.

– Хоть одна моя идея была не плоха, – усмехнулся Альшер, подливая рома себе и Иссалириону. Эжен не обратил на его слова никакого внимания.

– Когда я составлял сводную таблицу…

– О, Боги! Ты составлял таблицы?!

Эжен послал ему не самый дружелюбный взгляд.

– Так вот, когда я составлял сводную таблицу, многие описания незначительно не сходились по классификации нежити. Тогда я решил, что это просто ошибки. Нашим делом было нежить убивать, а не разглядывать. От них порой оставались лишь клочки шкуры. Но что, если они каждый раз чем-то различались?

– Эволюция?

– Возможно. Мы ведь не знаем, с какой скоростью течёт время в портале.

Альшер пожал плечами:

– Мне всё равно, если их до сих пор можно убить мечом.

***

Эльмирриан оправил перед зеркалом стоячий ворот камзола и украсил белоснежный платок булавкой с хризолитом. Безупречно!

– Комнату для Джейлин уже приготовили?

– Как вы и просили, князь, в южном крыле и подальше, – отчиталась Эльрин, натягивая чулки и грациозно соскальзывая с алого шёлка его простыней. – Пересекаться вы практически не будете.

– Замечательно! Чем меньше мы видимся, тем меньше слухов.

– Если желаете, я всем расскажу, что вы ревностно оберегаете честь Джейлин до свадьбы, вплоть до того, что не выпускаете её из комнаты.

– О, молва тут же добавит, что из своей!

Эльмирриан помог Эльрин зашнуровать корсаж платья и расправил складки полупрозрачной ткани.

– Возможно, кто-то станет говорить и так, – женщина перед зеркалом поправила волосы и коснулась сочных губ. – Но большинство уцепится за этот слух, как за самую скандальную вещь о вас!

– Старый развратник и непорочная юная дева? – расхохотался князь. – Старо, как мир!

– Но действенно! Лучше фрейлин сбережёт репутацию девицы Рушалин.

– Эльрин! Чем я заслужил такое чудо, как ты?

Князь положил руки на талию своей домоправительницы и восхищённо посмотрел в томные глаза.

– Полагаю, вы просто меня устраиваете, мой князь, – горделиво улыбнулась арши, поклонилась ему со всем почтением и вышла.

– Если бы она не была демоном, была бы ведьмой! – с удовольствием заключил Инниар и вышел следом.

Возле кабинета его догнал слуга и сообщил, что Рушалины прибыли на остров.

– Соберите слуг и приглашённых фрейлин. Мы встретим их на крыльце усадьбы, как радушные хозяева.

Через пять минут его распоряжение было выполнено. Убедиться в этом он мог лично, выйдя на широкую площадку крыльца.

Обитатели дома выстроились на ступенях по обе стороны лестницы. Княжны, маркизы и графини рода Инниар обступили Эльмирриана в ожидании будущей подопечной. Целое семейство прекрасных демонов, чья главная Сила – очаровывать. Вместе они являли собой зрелище невероятное. Словно Боги, сошедшие с облачного царствования на белоснежный камень порога. А вокруг цвели сады и пели фонтаны.

– Лорд Рушалин! Мы рады приветствовать вас и леди Джейлин в нашем доме!

Князь сошёл со ступеней и подал Рушалину руку. Карел церемонно склонился и поцеловал его пальцы. Джейлин замерла в самом глубоком поклоне, на какой была способна.

– Ваша Светлость!

– Леди Джейлин, вы само очарование, – улыбнулся девушке князь, поворачиваясь боком к Рушалину, и подал ей руку. – Позвольте представить вам мою семью и слуг.

Девушка мучительно покраснела, вкладывая дрожащие пальцы в раскрытую ладонь Эльмирриана, и шагнула на ступеньку, едва не путаясь в полупрозрачных юбках от волнения. На князя она так и не смогла поднять глаз. И едва ли слышала, как он называет имена её фрейлин и комнатных слуг. Поручив девушку их заботам, Инниар обратил, наконец, внимание на лорда Рушалина. Джейлин, будто безвольную куклу, увели в усадьбу, рассказывая, как рады её присутствию.

– Вы уже просмотрели бумаги, князь? – спросил Рушалин, шедший рядом с ним, заложив за спину руки.

– Просмотрел. Весьма любопытная переписка. Особенно мне понравился счёт тридцатилетней давности на оплату набора стрел из чародейской стали и кулона, отводящего стрелы. Вилькортин просил вас изменить в нём камни на топазы. Я с ним согласен, леди Айшариль они всегда шли.

***

Два последующих дня нерадужные предсказания Альшера сбывались: Шелара избегала его общества с поразительной решительностью. Иногда даже граничащей с бестактностью. Буквально не отходила от Шейлирриана и Айши, что весьма радовало последнюю, на любые вопросы отвечала скупо, иногда невпопад. И почти не смеялась, рассеянно погружённая в думы, которыми не делилась ни с кем. Всё это не могло не вызывать у второго принца лёгкого, но постоянного раздражения, и, мрачнея, он всё больше походил на старшего из Инниаров. Эжен, хоть его и забавила ситуация, в которую загнал себя друг, честно старался не злословить и убеждал его просто ждать.

Вот и сейчас, замыкая их небольшой отряд, двигавшийся через невозделанные поля Ольреды к первому в их списке городку, князь и принц тихо обсуждали происходящее.

– Нет, ты видел? Опять! У меня голова уже кругом!

– Не думаю, что тебе всерьёз стоит об этом заботиться.

– Я просто не в силах сопротивляться магии. Это она формирует мои эмоции. А я чувствую себя подростком. Это отвратительно.

– А с другой стороны, хорошо.

– Чем же?

– Сам подумай. Значит, она действует! И институту брака в Шанакарте ничто не угрожает.

– Как я счастлив! – устало выдохнул Альшер.

– Я ещё одну положительную сторону вижу. Если это всё чувствуешь ты, значит, и она. Процесс-то обоюдный.

– Да, но, как я уже говорил, она эти эмоции переносит на Шерри.

– Да какая разница? В любом из костюмов ты – это ты. Она связана с демоном, а не с образом. Перенос чувств – самообман, тебе достаточно быть собой обычным.

– С ней, пожалуй, будешь… – поморщился принц.

Эжен склонил голову набок, глядя на блестящие чёрные волосы Шелары, ехавшей в паре футов перед ними на даркинте, любезно вызванном Шейлиррианом.

– Кстати, а не кажется ли тебе, Риан, что старый перечник тебя обманул?

– В смысле?

Эжен повернулся к нему с лукавым видом:

– Тарлиш. Это ведь просто зелье и магия на крови. Оно должно быть обратимо, должно иметь «противоядие».

– Я спрашивал у него. Тианрэль уверил меня, что спасения от этой заразы не существует.

– Но это не значит, что его невозможно составить. Учитывая, какую роль играет это зелье для арши, Тианрэлю выгодно не давать никому путей к отступлению. Более того, это его долг. Но это не значит, что их нет.

– Твоя правота в этом вопросе не делает получение антизелья проще. Если старший Инниар не хочет чего-то делать, то…

– Убедить его смогут только веские доводы, – закончил Эжен, не давая озвучить очередной пессимистичный прогноз. – Если у тебя ничего не получится с девчонкой, то мы заставим его сварить лекарство от твоей, – он фыркнул, – несчастной любви. Ну или, если планы изменятся.

– Пока у меня приказ выполнять клятвы.

– Если передумаешь, сходим в гости к твоему пращуру.

– О, нет. Твоя идея, сам пойдёшь! Я с ним уже общался в этом году.

– Понадобится, сам побежишь, – отмахнулся князь. – Смотри-ка, первая деревня после Свободного города. Может, хоть там хлеб будет лучше, чем тот, что нам продали Горожане?

Вдали действительно показалась горстка домов на холме, за ней, как сулили карты, будет река.

– Впереди деревня, – озвучил Шейлирриан очевидное, оборачиваясь к Алому и Альшеру с Эженом. – Пополним там запасы и продолжим путь.

– Как прикажете, Ваше Высочество, – хмыкнул Альшер, получив за это уничижительный взгляд от Айши.

Даркинты были быстрее коней, пришпорив их, путники достигли холма и сбавили ход на подъёме, чтобы не вызывать лишних подозрений.

– Вам не кажется, что… – начал Эжен.

– Здесь слишком тихо, – закончил за него Альшер.

Шелара прислушалась, но вокруг были только обычные звуки: птицы, кузнечики в траве. Что ещё ждать от деревенского затишья? Правда, ни одного дымка не поднималось от труб, и не было криков ребятни и лая собак, но разве это о чём-то говорит?

Как оказалось, о многом…

– Ох, Боги Пресветлые! – пробормотал Шейлирриан, въезжая с зелёного разнотравья на просёлочную дорогу, изгибавшуюся и убегавшую к тракту.

– Боги тут уже не помогут, – сумрачно ответил Альшер, подъезжая к нему и останавливая даркинта.

Деревенька, на первый взгляд показавшаяся обычной, больше таковой не являлась. Всё говорило, что здесь произошло нечто страшное. Шелара непроизвольно прижала ко рту запястье тыльной стороной, борясь с тихим потрясением и дурнотой.

Повсюду была кровь… На стенах, на песке, на сломанным заборах, на вывернутых из петель дверях, на порогах. Дерево бережно сохранило все следы ужасного нападения: потрясающие воображение царапины красовались на домах. Несколько изуродованных трупов хаотично лежали на дороге, через порог ближнего дома тянулся в их сторону вилами мужчина, голова которого лежала на его же садовой дорожке.

Принцы, не сговариваясь, на удивление слаженно вытащили мечи из ножен. Алый потянулся к бедру, и Шелара увидела, что то, что она изначально приняла за плеть, было чем-то иным. Плоское, шириной в два пальца лезвие походило на зазубренный меч, но было гибким, составленным из подвижных прямоугольных пластин. Дейриан расправил его движением ладони, и лезвия со щелчком ощетинились зазубринами, через один по оси отклонившись на несколько градусов.

– Что это? – шёпотом спросила Шелара у Айши, потрясённая и пейзажем, и жестоким оружием.

– Тшар, – тихо ответила Айшариль, сжимая эфес клинка. – Гибкий меч. Самое неприятное оружие демонов.

Алый спешился, поднимая пыль с дороги и взмахивая сверкающей лентой стали, изгибающейся со змеиной грацией в воздухе:

– Это самое приятное оружие, Айша! Самое приятное!

Сделав танцующий пируэт, арши продолжил по воздуху росчерк стали, управляя оплетённой кожей рукоятью, и лезвия щёлкнули у самого носа Айшариль, меняя угол, и с упругим шелестом откинули с её груди за спину пепельную косу. Демоница заледенела, глядя на Безумного с ужасом, в который не приводил её даже вид разорённой деревни.

– Тише! – скомандовал Альшер. – Нужно осмотреть здесь всё.

Эжен из пустоты достал стальной лук и колчан с десятком серебристых стрел, на его правой ладони материализовалась вдруг странная кожаная перчатка, всего на три пальца – указательный, средний и большой. Колчан он быстро перекинул за спину и вытащил одну стрелу, чтобы держать наготове. Чтобы вскинуть лук, ему достаточно было мгновения. Альшер привычно поманил его за собой, и вместе они вошли в деревню, прислушиваясь и будто бы даже принюхиваясь.

Шелара смотрела им вслед, не решаясь спешиться. Не торопились это делать и Шейлирриан с Айшариль.

– Мы не пойдём с ними?

– Нет, – ответил Шейлирриан, убирая меч в ножны и спешиваясь. – Троих демонов более чем достаточно, чтобы прочесать деревню в десяток домов.

– Что здесь произошло? – Шелара всё же слезла с даркинта. – Нежить?

– Вероятно. Точнее скажут наши герои, когда вернутся, – равнодушно произнесла Айша. – Хотя лучше бы нам просто ехать дальше. Это не наше дело.

Пару минут Шелара смотрела на арши, которые осматривали дома. Вернее, это Алый их осматривал, врываясь в дома и круша податливое дерево, а Эжен и Альшер склонились над трупом на дороге и обсуждали что-то, указывая друг другу на какие-то детали. Решившись, Шелара достала меч из ножен и двинулась в их сторону.

– Куда ты?

– Хочу посмотреть, – пробормотала девушка, шагая по дороге и с осторожностью глядя по сторонам. Неожиданностей не хотелось.

– Не думаю, что ты действительно хочешь это видеть, – поднялся Альшер и придержал её за плечи.

– Хочу, – она упрямо обогнула его и присела возле тела в разодранной окровавленной рубахе, выглядело оно так, словно дикие звери рвали его на куски. – О, Боги! Что с ним случилось?

– Острый приступ смерти, полагаю, – совершенно серьёзно ответил Эжен. За спиной Шелары фыркнул Альшер, уголки губ князя дрогнули. – Это нежить, принцесса. Классифицировать мы не смогли, но предположу, что зверушка увлекательная и впечатляющая. Видите отметины?

Шелара не видела, Шелара пыталась подавить тошноту. Как бы ни были крепки её нервы и феноменально упрямство, но разглядывание разлагающейся окровавленной плоти пагубно влияло и на то и на другое. Поэтому, зажмурившись и задержав дыхание, она отвернулась.

Рядом опустился Альшер и приобнял её:

– Просто относись к этому отстранённо. Не думай о том, что именно перед тобой.

Девушка кивнула и повернулась к трупу. И сразу встала, поворачиваясь к зрелищу вообще спиной.

– Нет, я не могу.

Она вдохнула поглубже воздух, ветер дул в лицо, принося запахи луга. Альшер и Эжен тоже поднялись. Князь переступил жертву неведомой твари, достал из кармана чистый платок и подал девушке.

– Зачем?

– Это мы сейчас с подветренной стороны стоим.

– Спасибо, – она помяла в руках батистовую вещицу.

Перепрыгнув через труп, к ним с клыкастой улыбкой присоединился Алый, на ходу скручивая тшар.

– Проверил все дома, пусто. Живых нет. Покойнички и брошенные вещи. Народец сбежал, даже милосердную смерть подарить некому.

– Ты знаешь, как всё было? – спросил у него Альшер.

– Конечно! – Дейриан вышел вперёд и взмахнул раскрытой ладонью, словно описывал чудесный пейзаж. – Они пришли с северо-востока. Их было трое. Два метра в холке, массивное тело. Напали сразу, крушили постройки, чтобы добраться до мяса. В смысле, людей, конечно. Их гнал голод. Люди были не готовы, встретили их, чем могли. Вот там одну тварь ранили. Вторая, почуяв слабину, напала на неё. Здесь они прокатились по забору… Так… Там в ход пошёл огонь. В общем, к утру им как-то удалось разойтись. Твари… Они словно растворились. А люди… – он крутанулся на месте. – Люди ушли в город.

– Откуда он всё это знает? – тихо спросила Шелара у стоявшего рядом Альшера.

– Лучше не спрашивай, иначе он расскажет.

Услышав их, Алый резко обернулся, заставив Шелару вздрогнуть.

– Я вижу это! В каплях крови, в их свежести! В их запахе!

– Он же абсолютно чокнутый! – вслух подумала Шелара.

– За это мы его и ценим, – отозвался Эжен.

Алый их не слышал. Вишнёвые глаза были широко раскрыты, а лицо не выражало ни одной эмоции. Зрачок скользнул от дома к дому.

– Здесь кто-то есть.

– Что? – Альшер обернулся, вновь выхватывая меч.

– Дом со ставнями, – Мираль указал на единственный такой дом рукой, в которой был зажат сложенный тшар. – Там кто-то прячется.

Альшер подал Эжену знак, и трое арши с хищной осторожностью направились к дому. Шелара последовала за ними, разумно держась за спинами демонов. Чем ближе был дом, где в осколках крыши и косяков лежала окроплённая кровью дверь, тем быстрее стучало сердце. Девушка прижимала к лицу платок, защищавший хоть немного от удушающего запаха разложения, и держала наготове меч.

Альшер осторожно, почти невесомо ступал по обломкам, тенями за ним скользили Алый и Эжен. Дом был пуст. Разрушен, разорён и пуст.

Поочерёдно проверив комнаты, демоны остановились в кухне. Эжен опустил лук.

– Здесь пусто.

– Нет-нет-нет. Я слышу! – Мираль повёл носом по воздуху. Шелара от вида этого охнула и отвернулась, крепче прижимая платок к носу и рту. – Подпол!

Альшер и Алый выскочили в коридор и стали быстро убирать куски кровли с квадратной крышки погреба.

– Эжен!

Князь прихватил вторую стрелу из колчана и поднял лук уже с двумя стрелами, натягивая тугую тетиву без особых усилий. Убедившись, что все готовы, Альшер откинул крышку люка и… Ничего не произошло. Эжен недовольно повёл бровью, не опуская оружие. Алый цокнул языком и с силой расправил тшар, направляя его лезвия в зияющий чёрный проём. Оттуда послышался удар и визгливый женский крик с последующими всхлипываниями. Князь хмыкнул и опустил лук, отходя к стене и отправляя стрелы в колчан.

– Леди, выходите, мы не причиним вам вреда.

Пришлось ещё дважды повторить обещание и подождать, прежде чем из погреба показалась грязная женская ладошка, а за ней и всклоченная темноволосая девушка с заплаканным лицом. Она неловко вылезала из укрытия, и Альшер подал ей руку, помогая выбраться.

– Они ушли? – дрожащим голосом спросила незнакомка, робко глядя на демона.

– Да. И нежить, и люди. Деревня пуста.

Девица вдруг заревела и кинулась в ноги принцу, невнятно бормоча, что он её спаситель, насколько были страшными эти несколько дней, что-то про отца с матерью… Шелара только фыркнула и вышла вон, отправляя меч в ножны. Смотреть на подобные преклонения не хотелось абсолютно.

Немногим позже, когда Альшер вывел из разорённого дома девушку, всё ещё вешавшуюся на него, как на единственную опору, было решено ехать прямиком в Трэсу. Конечно, стоило бы для начала расспросить спасённую о случившемся, но времени на это было жаль.

– Давайте уже уберёмся отсюда, – призвал Шейлирриан, подбирая поводья. – Хочу пообедать подальше от трупов и поближе к цели. До города не больше тридцати миль.

– Вы о городе Трэса? – подала голос полуобморочная девица, обнимавшая Ледяного демона. Шелара готова была поставить алмазы, что она прикидывается. – Вы туда едете?

– Да, именно туда.

Девица опустила чёрные реснички, не забывая глубоко дышать и утирать слёзы:

– У меня там тётка служит в богатом доме. Если отвезёте меня туда, она позаботится о ночлеге для вас.

– Вы так и не представились, – подозрительно напомнила Айшариль.

– Велира…

А имечко-то благородное! Шелара презрительно дёрнула уголком рта. Высоко метит девка!

– Давайте сперва доберёмся до города, Велира, а там посмотрим, – ответил ей Шейлирриан.

Девушка слабо кивнула. Альшер осторожно отстранил её от себя, спрашивая, сможет ли он сама идти.

– Да… Думаю, да…

И сделав пару нетвёрдых шагов, полуобморочная вновь упала прямиком в объятия арши, едва не закатывая глаза. Эжен, всё время стоявший за спиной друга, наклонился к его плечу и что-то прошептал, что заставило обоих мужчин усмехнуться. Шелара отвернулась и влезла в седло даркинта. Шана повёл бархатистыми ушками, но даже соблазн их потрепать не отвлекал сейчас от неудовольствия, клокотавшего внутри. Она крепче сжала поводья, хотя сжать хотелось тёмные кудри одной деревенской куклы и трясти её, пока не… Не что? А хотя бы, пока не перестанет прикидываться! Или дышать. Она позабавлено хмыкнула.

– Шелара?

– М-м-м? – Она повернула лицо к Айше.

– Всё нормально?

– О, да. А что?

– Вид у тебя… кровожадный…

– Это я обед предвкушаю.

– Как я тебя понимаю, принцесса! Вид несвежих трупов во мне тоже пробуждает зверский аппетит! – восторженно поделился Алый, подъезжая слева. – Не такой, конечно, как свежая кровь. Но тоже неодолимый.

– Спасибо, что напомнил про трупы, – поморщилась Шелара, – теперь я точно до ужина продержусь.

Захохотав и затянув какую-то песню, Мираль пришпорил своего красновато-коричневого даркинта и унёсся вперёд по пыльной дороге, залитой кровью, заставляя коня перепрыгивать изуродованные тела, как барьеры для конной дрессуры. Безумный, безумный лорд! Шелара новь уткнулась в платок Эжена, борясь с дурнотой от всей этой картины. Боги, ну, на что она подписалась?

Шейлирриан покачал головой и приказал следовать за ним, по полю вдоль деревни. По всем расчетам, встретиться с Алым они должны на тракте за ней.

– Вы же не оставите меня, господин? – раздался позади елейно-беспомощный голос Велиры.

Шелара обернулась. Ну конечно! Как же иначе? Арши оседлал белоснежного Ильриса и усадил перед собой девицу. Та, пролепетав ещё одну порцию благодарственной чуши, встретилась взглядом с принцессой Шанакарт. И теперь Шелара знала наверняка: эта девица вовсе не умирает! Она ещё арши переживёт!

***

Закат угасал, на прозрачном небе зажигались первые звёздочки, белёсый месяц улыбался с вышины, а их небольшой отряд медленно проезжал по пыльным улочкам города. Велира, блаженно продремавшая всю дорогу на уютной груди Ледяного демона, указывала теперь путь к особняку местного землевладельца, где, если ей верить, работала её тётка.

Дом стоял в самом центре, являясь практически местной достопримечательностью. Одно из первых каменных сооружений, с которого и началось строительство города у истока реки Трэса. Два этажа и отдельное крыло для прислуги. Это всё поведала Велира, пока они петляли между деревянными и каменными домами горожан. Встречные прохожие косились на них с тихим подозрением, но открытой агрессии не проявляли, по дорогим, но аскетичным костюмам принимая за Свободных. Возможно, Альшер зря беспокоился, что их могут узнать, как ликвидаторов. С другой стороны, это начало пути, но перестраховка лишней не бывает.

Велира не солгала. Тётка, статная женщина лет сорока, вышедшая узнать у остановившихся возле дома арши, зачем они пожаловали, была несказанно рада её видеть. Плакала, обнимала и причитала, что не чаяла увидеть живой. Несколько минут бесполезного, с точки зрения Шелары, лепетания и взаимного плача, и тётушка, представившаяся Руфиной и слишком хорошо одетая для простой прислуги, наконец, предложила им обещанный племянницей ночлег и стол. Шейлирриан было вежливо отказался и спросил, где ближайший постоялый двор, но Руфина предупредила, что свободных мест сейчас в городе не найти. Оказывается, сюда с нескольких деревень прибыли беженцы.

– Ну пожалуйста, – с придыханием протянула Велира, заглядывая в глаза Альшеру. – Позвольте мне чем-нибудь отплатить вам за спасение!

– Хорошо. Мы принимаем ваше приглашение, Руфина, – Шейлирриан с неудовольствием спешился и подал руку Шеларе.

Та сперва удивилась такому вдруг супружнему порыву, но, когда её стопы коснулись земли, и она забрала сумку, Шейл развеял призванных им даркинтов, и всё встало на свои места.

– Следуйте за мной. Вы прибыли как раз к ужину, – Руфина, обняв племянницу за плечи, повела её и гостей в дом.

Небольшой приёмный зал внутри был тёмным и деревянным. Правда, на лакировке и полировке перил хозяин явно давно экономил. Вдоль стен шли две массивные лестницы на манер планировки аристократических домов, а между ними, напротив парадного входа, сливаясь с панелями стены, притаились широкие двери. За ними оказался скрыт пустынный коридор в крыло для слуг.

– У нас сейчас есть несколько свободных комнат, – рассказывала Руфина, уверенно шагая по тщательно выметенным доскам коридора. – Дом предназначен для большего числа прислуги, чем хозяин может себе сейчас позволить. Они двухместные, располагайтесь, как удобно. Вот. Начиная с этой, можете выбирать любые комнаты. Я предупрежу слуг, чтобы не беспокоили вас.

Она остановилась в конце бокового коридора, где друг за другом шла череда засаленных, некогда белых, дверей, и, толкнув ближайшую, открыла взорам узкую скромную комнату. От съёмных апартаментов постоялых дворов та отличалась только чистотой и отсутствием паразитов. Что уже значительный плюс.

Шейлирриан незаметно взмахнул рукой, почти машинально проверяя помещение на безопасность, и вошёл внутрь, поблагодарив Руфину за гостеприимство.

– Что вы! Это я вас должна благодарить! Вы же Велиру мне вернули! Живой! – женщина опять в приливе чувств сжала руку племянницы. – Она у меня сирота, единственная дочка сестры, а родня её, со стороны отца, когда до Трэсы дошла с обозом, сказала, что не выжила!

Вновь её глаза увлажнились слезами, женщина отвернулась, пряча слабость мягкой ладонью. Велира крепко обняла тётку за плечи, начиная успокаивать взволнованную женщину, увещевая, что она здесь и больше не оставит. Шейлирриан чуть качнул головой, приказывая спутникам зайти в комнату. Притихший некоторое время назад Алый последовал приказу первым. Затем в комнату вошла Шелара, успевшая, тем не менее, узреть, как Альшер, источая сладкую улыбку и прищуриваясь, спрашивает у Велиры, не составит ли она им компанию на ужин. Улыбка была такой, словно арши предлагал остаться аж до завтрака.

– Конечно, господин, – растаяла девушка, отпуская тёткины плечи. – Я принесу вам ужин.

– Если не сложно, принесите что-нибудь погорячее.

Щёки девицы обнадёженно пылали, когда они с Руфиной уходили прочь. Альшер посмотрел им вслед и плотно прикрыл дверь, входя в комнату.

– Так о чём мы?

– Даже не знаю, – Шелара стащила с плеч курточку и села рядом с Шейлиррианом на кровать. – Об ужине?

– Будет тебе ужин. Чуть позже, – пообещала Айшариль, подвигая от окна ближе к середине комнаты стол. Располагаясь между кроватями, он вполне мог заменить обеденный.

– Ты узнал от девчонки что-нибудь вразумительное?

– Я в процессе, – не без удовольствия ответил второй принц.

– Я заметил.

– Что бы ни рассказала девчонка, это не изменит факта, что напала на деревню нежить, – проронил Эжен. – Всё остальное – просто романтические подробности.

– Ничего себе «романтические»! – подивилась Шелара.

– Конечно. Я бы даже сказал, сентиментальные.

– И почему?

Князь снял куртку и оправил манжеты рубашки:

– Потому что девчонка в состоянии описать только собственные впечатления, которые, я уверен, будут все сводиться к ужасу и волнению.

– Так может, и расспрашивать её не нужно?

Альшер хитро потупил взор:

– А как же тогда мы узнаем, в какое время нападают эти твари?

– Ах, ну да! – саркастично поддакнула Шелара.

Стук в дверь возвестил о приходе Велиры и ужина. Бегом она, что ли, бежала? Альшер встал с кровати, впустил девушку, толкающую перед собой чугунную тележку, несколько полок которой были заняты блюдами с едой и тарелками. Стоило двери закрыться, как она стала споро расставлять на столе пищу и тарелки.

– Спасибо, – кисло проговорила Шелара, когда перед ней опустилась тарелка. Велира цепко глянула на неё, и брюнетка мило улыбнулась, хлопая ресницами.

– А расскажите нам, милая девушка, обо всех ужасах, которые постигли вас в деревне, – Альшер ласково взял её за руку, отвлекая от тарелок и усаживая рядом с собой.

Велира покорно, как под гипнозом, села и со вздохом заговорила. Рассказ, как и предупреждал Эжен, особых сюрпризов не преподнёс, но тут скорее было интересно, как демон задавал вопросы. Его очаровательность и предупредительность просто изумляли! Как он умудрялся при этом ещё и есть – загадка, но справлялся он со всем неплохо. Спрашивал мягко, касался невесомо, улыбался… как истинный Инниар. Шелара украдкой смотрела на всё это и не чувствовала даже вкуса еды, которую отправляла в рот. Спроси у неё сейчас, что она ест, и не факт, что сообразит сразу.

– Почему же ты не вылезла из подпола, когда всё закончилось?

Пальцы Альшера легли на девичье плечо, якобы утешая. Но, когда утешают, ведь не продолжают поглаживать руку… Так.

– А… я… – у Велиры, похоже, от такого язык отнимался. У Шелары, впрочем, тоже. От возмущения. – А потом выбраться не смогла. Крышку завалило.

– Бедная девочка! Мы слышали, что и другие деревни подверглись нападениям. Как давно это было?

– Ну… Через нас обозы проходили неделю назад. Кажется. Все дни перепутались, пока в подполе сидела.

– Хорошо. Спасибо тебе, Велира, – демон взял её ладошку и поцеловал пальцы, – за сотрудничество.

В дверь постучали, следом раздался голос Руфины:

– Велира?

Девушка нехотя высвободила ладонь, вздыхая пышной грудью, и поплыла открывать двери. Тётка за руку утащила девицу из комнаты, начиная что-то возбуждённо шептать. Створка захлопнулась, Альшер взмахнул рукой, магией отправляя защёлку в паз.

– Что?

***

Когда ужин был закончен, и Руфина забрала тележку с пустыми тарелками, Шелару было решено оставить в комнате с Шейлиррианом и Айшариль, чему она даже порадовалась – идти никуда не надо.

Девушка готовилась ко сну и устало раскладывала вещи под тихий разговор арши. Говорили они на родном шерессе, шипящая речь с приятными интонациями успокаивала. Интересно, о чём они вечно шепчутся, зная, что она не понимает? Сейчас она даже жалела, что отказалась от предложения Шерри. Ах да, Шерри…

Почему-то, за весь этот день, она ни разу не вспомнила о наёмнике. Странно, но воспоминания о нём как-то неуловимо меркли в сознании.

Взявшись за гребень, Шелара села на покрывало, начиная расчёсывать волосы. Мыслями она старалась вернуться к тем чувствам, которые в ней будил смешливый наёмник. После сегодняшнего внезапного приступа ревности по отношению к Альшеру, это казалось ей чрезвычайно важным. Желание вновь почувствовать прошлое притяжение граничило с отчаянием, как единственная ниточка, способная уберечь от ещё большего безумия. Почувствовать и успокоиться. Но, видимо, одного желания было слишком мало. Всё, что было между ними, она вспоминала лишь как факты. Не затрагивающие эмоций, не заставляющие учащённо биться сердце и не заполняющие тело сладкой истомой бессилия. Наверное, она просто слишком раздражена.

Шелара не глядя бросила гребень в сумку, вытащила оттуда полотенце и поднялась.

– Куда ты? – привычно всполошилась Айшариль.

– Умыться схожу.

– В конце коридора.

– Угу.

В коридоре тускло горели масляные лампы, почти не давая света. Шелара наощупь дошла до двери ванны и толкнула. Да-а, света здесь было не больше, чем в коридоре, но вполне достаточно, чтобы увидеть Альшерриана, склонившегося над медным тазиком под колонкой, возвышавшейся прямо из пола у стены с зеркалом.

– Что ты здесь делаешь?

Принц снисходительно посмотрел на неё, ладонью утирая воду с лица:

– А ты угадай.

– Дай-ка попробую, – она задумчиво приложила пальчик к губам. – Наверное, смываешь позорное совращение деревенской девки у всех на глазах.

– Я всего лишь опрашивал её, как свидетельницу ужасного происшествия.

– О, да. Но какими методами…

Альшер рассмеялся, глядя на её недовольное личико с поджатыми губами:

– Шелара, иногда нужно помочь обнажить девушке душу.

– И не только душу! По крайней мере, она бы точно обнажила!

– Не спорю, – нескромно признал арши. – Любая бы не устояла. Только ты сопротивляешься, моя прелестная принцесса.

– Даже не начинай!

– Признай, Шелара, ты просто ревнуешь!

Она возмущённо фыркнула:

– Закатай губу обратно!

– Ох, эти твои манеры, милая! Рад, что мы уехали из Замка, здесь с тобой даже интереснее. Можно, например, заставить тебя так прелестно ревновать.

– Так, ты это всё специально для меня разыграл?

– Ну и кто теперь губы раскатывает? Даже в мыслях не было. Поняла? – он с хитрой усмешкой смочил в тазу пальцы и брызнул водой в Шелару.

Ох, каким гневом полыхнули синие глаза! Какой страстью! Но Шелара быстро взяла себя в руки. Тихонько рассмеялась, опуская взгляд в пол, и…

– Поняла, – нежно выдохнула девушка и резко опрокинула медный таз с водой под ноги арши. И выскочила из ванной, не потрудившись закрыть дверь и слушая певучую и шипящую ругань демона, которому таз пришёлся аккурат на ногу.

– Ревнивая стерва!

– Похотливый ублюдок! – не осталась в долгу Шелара, на ходу показывая совсем неприличный жест обидчику.

– Ну в чём-то она права, – пробормотал Альшер старому пятнистому зеркалу и магическим пассом стряхнул с костюма воду.

***

Вилькортин вышел последним из Малого зала заседаний и догнал Старейшину Инниара, неспешно идущего по замковой галерее. Поравнявшись, пошел рядом, избегая прямого взгляда.

Эльмирриан чуть качнул головой в его сторону:

– Вы что-то хотели от меня, Девисар?

– Весь Двор обсуждает вашу внезапную помолвку. Неужели, вы опять решились променять всех женщин на одну?

– Джейлин особенная, князь. Полагаю, вы и сами это знаете, раз предлагали её кандидатуру наследнику? Ах, да… Вы же так и не успели. К моему счастью.

Прозвучало двусмысленно. Вилькортин резко развернулся, тесня Инниара к стене.

– Возможно, Джейлин была особенной, но Инниары портят всё, к чему прикасаются! Вспомнить, хотя бы, вашего дражайшего внука!

– В таком случае, осторожнее, князь, не коснитесь меня случайно, – насмешливо выставил перед собой ладонь Эльмирриан. – Не хочу вам что-нибудь испортить. Репутацию, например.

Глаза Девисара разгорелись плохо скрываемым бешенством.

В последнее время всё, что было наработано им за долгие годы утомительных интриг, утекало из рук, как солёные воды Океана. Айшариль сводит все свои отчёты к минимуму и не рассказывает ничего, что касалось бы планов Шейлирриана. Открыто она этого не говорила, но он и сам мог понять из её недомолвок, что влияние любовницы на венценосного мальчишку падает. А тут ещё Альшер крутится рядом, что не может не настораживать. Ежеминутно. Предугадать, что задумал второй принц, невозможно. Какова его цель? Кукла-жена брата или он сам? Или Айша? Это сводило с ума! И вдобавок к этому возникла проблема с Рушалином. Эта безмолвная покорная пешка внезапно переметнулась под белоснежное крыло Инниара. Карелу он, конечно, доверял малую часть своих дел, но и того, что этот подонок знает, хватит на четыре казни. А, нет… На пять!

Вилькортин побелел от ярости и сдвинулся ещё на полшага вперёд. Но Эльмирриан не уступил больше ни пяди, предпочитая глаза в глаза встретиться со старым врагом. Обычное приятное спокойствие Инниара ещё больше выводило Девисара из себя, желваки так и ходили на красивом лице демона, уродуя черты.

– Если это был намёк на вашу будущую родственную связь с Рушалинами, то уверяю вас, вы пожалеете, что рискнули влезть в мои дела! Занимайтесь своими формулами, князь, а я займусь внутренней политикой. Ведь каждый должен заниматься тем, в чём он лучше всего понимает!

– Девисар, вам, видимо, и невдомёк, что миром правят науки? В частности, математика. Иногда достаточно сложить два и два, чтобы получить впечатляющий результат.

– Я вас предупредил!

Эльмирриан любезно качнул головой, улыбаясь:

– Я вас тоже!

Прожигаемый ненавистью недруга, князь Инниар спокойно продолжил путь по коридору. Спину так и припекало.

***

Джейлин сидела на подушках огромной кровати в своих покоях, вышивала мелкими самоцветами панно с изображением сада и была совершенно счастлива. Эти несколько дней, которые она провела в усадьбе Инниар, казались просто сказочным сном.

Впервые её время принадлежало только ей. И не нужно было кому-либо угождать. Ни профессорам, ни отцу, ни обществу. Полная свобода. За одно это она готова была благодарить князя и следовать за ним, куда угодно. А он… Окружил её слугами и фрейлинами и ни разу не нашёл времени, чтобы даже поговорить. Что ж, она не в праве требовать внимания к себе, она лишь гостья и знает своё место.

Демоница подцепила тонкой иглой бисеринку изумруда и сделала новый стежок на ткани. Ещё один листик почти был закончен. Ещё пара изумрудов…

Тонкой мелодией прозвенело в комнате лежащее на окне Зачарованное стекло. От неожиданности Джейлин уколола палец и, охнув, сунула его в рот. Потом отложила шкатулку с самоцветами, рассортированными по оттенкам, и подошла к окну.

Звонил отец. От этого открытия внутренности словно льдом обдало, сердце зашлось в стремительном беге. Рука дрожала, когда она поднесла её к светящемуся экрану, чтобы нажать слово «Принять». Но не ответить она просто не могла.

– Джейлин, – на Стекле показался кабинет отца. И он сам, конечно. – Ты одна?

– Да, сейчас я одна.

– Отлично. Тебе уже удалось поговорить с князем?

– Нет, отец. Князь не желал меня пока видеть.

Карел дёрнул щекой:

– Тогда постарайся придумать что-нибудь сама! Ты вполне можешь застать его одного в кабинете.

Джейлин смешалась, болезненно сжимаясь от властного голоса, давящего на неё.

– Ты ведь не хочешь, чтобы я…

– Я хочу, чтобы ты заинтересовала Инниара. Его не удивить нашими красивыми и распущенными демоницами. Ты отличаешься от всех, Джейлин. Будем надеяться, что это станет твоим преимуществом.

– Хорошо, я постараюсь.

– Ты сделаешь. Я узнал, что князь имеет обыкновение с одиннадцати до полуночи ужинать в своём кабинете.

– Я найду способ остаться с ним наедине.

– Прекрасно! Жду результатов.

Стекло угасло, никаких больше писем и посланий.

Джейлин опустила его на прохладный подоконник и посмотрела на оставленное вышивание. Чудесное настроение пропало без вести.

***

Кайрина оставила коня у коновязи и огляделась. Трэса не отличалась от всех остальных мелких городков Ольреды: грязь, плохие дороги, не просыхающие лужи и пьяницы. Осыпающие хибарки перемежались с ухоженными домишками, утопающими в цветниках, чопорные соседки обсуждали менее чопорных, кипела дневная жизнь. Хозяйки тащили с рынка тяжёлые корзины с продуктами, с соседней улицы раздавался звон металла из кузни, из переулка неслась грубая мужицкая брань и просто чудовищная вонь. Боги, храните короля и благословите местных жителей, им ещё тут жить!

Кайра заглянула в ближайшую лужу. Амулет Рейнса надёжно скрыл все изменения её внешности, отражение смотрело на неё растрёпанной рыжей девчонкой с тусклыми зелёными глазами. Отвыла она уже от такого облика. Ладно, пора. Она поправила на плече ремень сумки и побрела к входу местной забегаловки. По всем расчётам, Шелара уже должна была её ждать. И как же с ней себя вести? Стоило бы, конечно, попытаться притвориться прежней. Но слишком многое изменилось со дня их последней встречи. Кайра, например, умерла. Шелара замуж вышла. Насыщенные выдались недели!

Но настоящей дружбе ни смерть, ни замужество не помеха. Кайрина вошла в тесный зал и вдохнула тяжёлый воздух с примесью пота и прогорклого масла. Помахав Шеларе, брезгливо сидящей на краю лавки, она прошла вдоль столов. Перед ней попытался воровато проскочить жирный таракан, и был безжалостно раздавлен мыском сапога.

Шелара поднялась навстречу и сунула руки в карманы:

– Ну и место ты нашла! Пошли-ка отсюда! Здесь даже дышать чревато для здоровья!

– Да уж, – поддакнула Кайра, передёргивая плечами и думая: «Даже для моего!».

Выскочив на улицу, девушки остановились у входа отдышаться. Кайра развернулась на каблуках и приглашающе распахнула объятия:

– Ну здравствуй, что ли!

– Я, вообще-то, тебя ещё не простила!

– То есть всё, больше не обнимаемся?

– Не заслужила.

– Ну и ладно! – Она опустила руки и наклонилась ближе. – Мне кажется, или ты пропахла этой забегаловкой?

Шелара оттянула ворот распахнутой куртки и принюхалась:

– Боги! За что?! Пойдём, меня проветрим!

Как в давние добрые времена, они шли по улице без особой цели, просто рядом. Мимо сновали жители, карманники, собаки. Но кое-что было иным: теперь они молчали. Впрочем, вскоре Шелара решилась нарушить затянувшуюся тишину.

– Так, ты не хочешь объяснить свой побег и записку?

– Если вкратце, то твоя шкатулка заинтересовала королевского мага, Рейнса. Он, оказывается, давно её искал. А когда к нему попал перечень похищенного из кабинета Портера, то всех на уши поднял, чтобы найти нас. И нашёл нас Гросс.

– Тот тролль-полицейский, который вечно в борделях у Приама торчал?

– И торчит до сих пор. Он пригрозил мне, что закопает нас обеих, если я проговорюсь тебе и не принесу шкатулку. Извини.

– А теперь, значит, можно?

– Теперь он нас не тронет. Шкатулку я отдала, Рейнс остался доволен и даже предложил на него работать. Полный пансион, жалование в два раза больше, чем у Фор Судора, полная защита от Домов Лерды и полиции. В общем, я согласилась.

– И что за работа?

– Искать для него гримуары и артефакты.

– Искать или воровать?

– Всяко бывает, – не стала таить девушка. – Работа мало отличается от нашей прежней. Просто наниматель теперь один и не нужно заботиться о престарелом алхимике.

– А как же Родер? Кто о нём позаботится?

Кайра равнодушно пожала плечами:

– Когда я забирала свои вещи, слышала, кухарка подыскивала ему нового дворецкого.

– А как же его нежелание привязываться?

– Видимо, приутихло на почве разыгравшегося радикулита. Должен же кто-то завязывать ему шнурки!

– И закрывать нижние замки на входной двери!

– Точно! У Рейнса всего два замка, дворецкий и полный штат прислуги! Знаешь, как непривычно?

– Могу представить. Я так в Шанакарте отдыхала. Мои вещи, кстати, ещё у Родера?

– Я их не стала забирать. Я вообще не была уверена, что ты согласишься со мной встретиться ещё когда-либо.

– Я не злопамятная, в этом моя беда. Но я не ожидала, что, после того, как ты украла у меня шкатулку, сама захочешь увидеться. Зачем ты приехала?

Кайрина нахмурилась:

– Ты моя подруга, Шелара. Мне не хватало тебя, я волновалась. Как только я разобралась с делами в столице, сразу решила рассказать всё тебе. Если ты захочешь, мы можем вместе вернуться в Лерду и работать в паре, как раньше.

– На Рейнса?

– Он точно не будет против! А ещё гарантирует защиту от Приама и прочих, тебе даже не припомнят разорванный Договор и смерть Марвелла. А какой у него особняк! М-м-м! Поехали?

Шелара с грустью качнула головой:

– Нет, Кайра. У меня Контракт с Шейлом, я дождусь его окончания, а потом съезжу к дяде, как хотела.

– Не боишься, что он заставит тебя выйти замуж?

– Уже не боюсь. С тем гонораром, что я получу за эту работу, и с моими сбережениями, я вполне могу встречать счастливую одинокую старость в отремонтированном замке.

– Вы, аристократы, как рабы, себе свободу выкупаете! – усмехнулась Кайра.

– Это называется «обязательства перед семьёй».

– Шел, ты меня прощаешь?

Девушка остановилась и посмотрела на подругу:

– Я прощаю тебя, потому что твоё бегство было просто глупостью. Тебе нужно было сразу мне всё рассказать, а не слушать Гросса.

– Я не ты, я боюсь угроз, я не лезу на рожон. И я не стала рассказывать тебе о Гроссе, потому что ты соврала мне о шкатулке.

– Ты стала выдумывать какую-то дикую историю про дорогущие бриллианты внутри неё, вместо того, чтобы просто сказать, что тебя шантажирует тролль. Ты вела себя странно, поэтому я соврала.

– Обе хороши, да?

– Видимо, да.

– Я хочу загладить свою вину. Я очень переживала из-за случившегося, и теперь понимаю, какой трусливой дурой была всё это время. Я не хочу терять нашу дружбу, и, если ты не можешь поехать со мной, то я последую за тобой. Я докажу тебе, что ты можешь по-прежнему доверять мне.

– Ладно, забудем это, – теперь Шелара распахнула объятия, и Кайра крепко её обняла. – Кстати, а что было в шкатулке?

Кайра без улыбки смотрела на лавку башмачника за спиной Шелары. Пока всё шло гладко.

– Понятия не имею. Но Рейнс был счастлив.

У Шелары в кармане зазвонило Стекло, она мягко высвободилась из объятий и раскрыла артефакт. Послание от Айши. Уже выезжают. Значит, пора возвращаться к особняку землевладельца. При мысли, что сейчас опять увидит темноволосую Велиру, как кошка, ластящуюся к Альшеру, Шелара не сдержала недовольной гримасы.

– Что там тебе такое написали?

Шелара убрала Стекло и привычно взяла Кайру под руку:

– Что пора ехать. Ты точно хочешь составить мне компанию?

***

– А где Альшер? – Айшариль вошла в комнату и подняла собранную сумку со стола. – Опять пудрит мозги этой деревенской дуре?

Шейлирриан отвлёкся от проверки провианта, который он купил в городе, и выпрямился. Распущенные волосы золотистым покровом спускались до поясницы.

– Не знаю. Он не говорил, что куда-то собирается. Но Алый сказал, что они с Эженом ушли до рассвета.

– А где Алый?

– Дейриан уже во дворе, ждёт нас.

– Может, попробуем уехать, пока Альшер не вернулся?

– А мы и не будем его ждать, он догонит по дороге.

Шейлирриан взял вещи и вышел из комнаты, приобнимая на ходу Айшариль и забирая её с собой. Ещё утром, когда он уходил в город, Руфина показала чёрный ход на внутренний двор, куда он и повёл свою советницу.

Снаружи, под тёплыми лучами солнца, запрокинув вверх голову, нежился демон Света. Сейчас Дейриан выглядел даже почти нормальным. Его волосы струились алыми лоскутами шёлка, свет проходил сквозь них и делал похожими на раскалённые угли. Гибкую фигуру плотно обтягивал чёрный походный костюм, подчёркивая тренированные мышцы. Красиво… На всё это великолепие заворожено смотрела Велира, одиноко стоящая у выхода и преданно поджидающая возвращения Ледяного демона. Руфина заранее попрощалась с гостями и попросила извинить её, что не сможет должно проводить из-за дневных дел, переложив эту миссию на племянницу.

Шейлирриан отпустил Айшариль и призвал Риллу, своего даркинта. Чёрный жеребец ластился к ладони, но наследник, успокаивающе похлопав его по мощной шее, стал крепить сумки к седлу.

– Альшер ещё не появлялся?

Дейриан не пошевелился:

– Нет. Шелара, впрочем, тоже. Может, они пересеклись где-нибудь? Все ведь слышали их вчерашнюю ссору? О-очень увлекательно! Так страстно!

Шейлирриан предпочёл пропустить это мимо ушей и не стал отвечать. Только Дейриану не так был важен ответ, как собственные размышления. Диалоги с самим собой давно стали чем-то вполне естественным. Поэтому демон продолжал.

– Кстати, я никогда не слышал, чтобы женщины, вышедшие замуж по законам арши, интересовались кем-либо ещё. В этом, кажется, сам смысл свадебного ритуала? Но, если бы я лично не присутствовал на твоей свадьбе, Высочество, предположил бы скорее, что прекрасная принцесса с жестокими синими глазами связана со Снежным. Кстати, вы заметили, что его вечно окружают синеглазые? Эжен, Шелара… Кстати, она идёт! И не одна! Но не с Альшером.

Шейлирриан проследил за его туманным взглядом и увидел Шелару, идущую рука об руку с печально известной Кайриной. Девушки вели в поводу гнедого мускулистого коня отличных кровей, вышагивавшего по пыли, как благородная дама. Вероятно, принадлежал он рыжеволосой девчонке. И где украла?

– А где остальные? – спросила Шелара, приближаясь к их маленькой группе.

– Кажется, этот вопрос интересует всех, не так ли? – осклабился Алый.

– Альшер и Эжен ушли ночью, никого не предупредив, – Шейлирриан призвал Шану, и Шелара перехватила его повод, почёсывая чёрного красавца за ухом. – Но я уверен, что они нас найдут. Поедем без них.

Брюнетка угукнула и посмотрела на маячившую у чёрного хода Велиру. Девчонка сосредоточенно прислушивалась к их разговору, ведущемуся уже на Всеобщем, и на её лице серой тенью расплывалось разочарование. Шелара же испытала злорадное удовольствие и, опустив голову, позволила себе удовлетворённую улыбку. Только вот… А что, если он так и не появится больше? Улыбка поблекла сама собой.

В реальность вернула Кайрина, дёрнувшая за рукав.

– А где же твой любимый наёмник?

– Какой? Шерри?

– Да. Всё ещё тренируетесь до седьмого пота или уже перешли на другую стадию… тренировок?

Шелара осуждающе посмотрела в зелёные глаза:

– Нет. Он не поехал с нами, он не мой любимый наёмник, и между нами нет никаких… тренировок.

– Понятно… – протянула Кайра, стараясь не выглядеть раздосадованной, руки так и чесались позвонить Рейнсу. – А я могу сходить в туалет на дорожку?

– Да, конечно. Пойдём, покажу дорогу.

Шелара довела её до чёрного хода и объяснила, куда свернуть, когда закончится коридор. Пообещав быстро вернуться, Кайра ушла, а Шелара почувствовала неуютное волнение оттого, что оказалась так близко от Велиры. Неловко улыбнувшись, она собиралась вернуться к Шане, но Велира вдруг остановила её.

– А где господин Альшер?

– Не знаю. Сами найти не можем. Видимо, ты его так напугала, что он сбежал.

Уловив саркастичную насмешку, Велиры снова не сдержалась, и лживо наивное лицо приобрело черты расчетливой холодности, как вчера вечером, будто на миг сошла маска.

– Когда увидите, передайте ему вот это, – девица выудила из-за декольте желтоватый конверт и с сексуальным придыханием добавила: – И скажите, что я никогда не забуду всего, что он для меня вчера сделал.

Шелара брезгливо, одними ноготками, взяла за край конвертик и пообещала, что обязательно передаст. Даже всенепременно!

***

Альвик устало жевал кусок радужной форели, зажав в руках нож и вилку. Работа над переводами изматывала его сильнее, чем даже поднятие трупов. Применение магии всегда давало какой-то результат, что уже делало усилия не напрасными и приносило удовлетворение. Здесь же всё шло впустую. Ничего не сходилось, а привлекать помощников было рискованно.

Зазвенело Стекло. Некромант ткнул высветившийся значок на экране, и в кабинете раздался голос Кайрины.

– Альвик, у меня проблема.

– Какая опять?

– Я встретилась с Шеларой и арши, но с ними нет Шерри. Наёмник не поехал.

Альвик тыльной стороной ладони потёр лоб. Почему-то плохие новости его уже не удивляли. Усталость брала своё.

– А сама что думаешь?

Кайра помолчала.

– Сама я думаю, что арши ещё могут пересечься с наёмником. Насколько я помню, Шейлирриан очень доверяет Шерри, и возможно, уговорит его присоединиться.

Альвик отправил в рот ещё кусок форели.

– Тогда продолжай следовать плану. Помогай во всём, будь полезной. Помнишь, мы говорили, что Источник в Шанакарте? Не упускай возможностей попасть туда.

– Я помню. Хорошо, буду.

– Молодец. Будь.

Рейнс отключил соединение и пожевал рыбу, бездумно глядя перед собой. Там, на самом краю стола, стояла подставка с широкими подписанными пробирками, в которых была закупорена жижа, привезённая курьером с нескольких Мертвенных болот из разных частей страны. Несколько минут понадобилось некроманту, чтобы сфокусировать зрение на странном движении внутри них. Перестав жевать, Альвик поражённо замер: грязь словно пыталась слиться воедино. Со всех пробирок она стремилась к общему центру, как под действием сильнейшего притяжения. В средней пробирке жижа едва заметно колыхалась из стороны в сторону, поднимаясь и опускаясь, а слева и справа тягуче приливала к стенкам.

– Поразительно!

Жажда новых опытов с опасными жидкостями заставила мгновенно позабыть про обед.

***

Джейлин сидела в кресле, обмирая от ужаса и волнения. Леди Силлирэна читала ей книгу с легендами Тайлоса, остальные фрейлины сидели вокруг, кто вышивая, кто – шепчась и посмеиваясь. А Джейлин замерла, опустив на колени несчастное панно, и не замечала ничего из происходящего вокруг. Взгляд её, как зачарованный, то и дело касался каминных часов, вложенных в мраморные руки двух статуй, замерших в вечном танце, вечном полёте. До одиннадцати вечера оставалось менее получаса, пора было готовиться к встрече с князем, как приказал отец. Как же быстро пролетел день! Куда делись все его томительные минуты? Почему так скоро?

Девушка ощутила прилив слабости от мысли, что должна сделать, и прикрыла глаза. Её руки дрожали, сжимая плотную ткань с едва намеченным рисунком.

– Вы так бледны сегодня, леди Джейлин, – заметила сидящая рядом с ней леди Таррия. – Вам нездоровится?

Джейлин облизнула пересохшие губы и заставила себя улыбнуться:

– Нет, всё в порядке, спасибо за заботу. Просто небольшая усталость.

– Может, вам лучше прилечь?

– Да, пожалуй, я лягу спать пораньше, – девушка кивнула, и фрейлины сразу убрали из её рук панно и иглы.

Не прошло и десяти минут, как они переодели её, расплели волосы, помогли освежиться и уложили в постель. Пока слуги опускали шторы и прибирали комнату, леди Таррия опустилась на кровать рядом с Джейлин и коснулась её щеки.

– Вам ничего не нужно? Если вы пожелаете, я могу остаться с вами, пока вы не уснёте.

– Нет, благодарю вас.

Таррия кивнула, хлопком выгнала всю прислугу из комнаты и вышла, прикрывая двери. В покоях сразу разлилась убаюкивающая тишина с монотонным тиканьем каминных часов. Но Джейлин было вовсе не до сна.

На правах временной хозяйки она приказала комнате запереть замки и вылезла из кровати. Стянув через голову ночную сорочку, девушка надела тяжёлый бархатный халат и подошла к высокому зеркалу в белой раме. Пальцы её дрожали от волнения так, что пуговицы она смогла застегнуть отнюдь не с первого раза. Справившись с ними, демоница взглянула на себя в зеркало. Серебристая поверхность отразила стройную бледную девушку с перепуганными глазами и шоколадными волнами волос, мерцающими в свете ночников. Так не пойдёт. Джейлин несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, чуть пощипала щёки, от которых так отлила кровь, чтобы придать румянец. Поправила волосы. Кажется, всё.

Часы за спиной тихой трелью оповестили о начале нового часа, заставив сердце подскочить от ужаса к горлу. Джейлин замерла изваянием, холодея всем телом. Сейчас князю должны принести ужин.

Джейлин зажмурилась и исчезла из комнаты, телепортируясь в ближайший к кабинету князя коридор. План усадьбы она видела сегодня в библиотеке и заблудиться не должна была. Единственное, что ей грозило – на кого-нибудь наткнуться, но и это решаемо. Джейлин призвала своего даркинта-хорька Сэсси и приказала бежать перед ней, предупреждая об опасности. Сэсси засеменила лапками, иногда перебежками, иногда скачками продвигаясь вперёд. Звёзды, кажется, были на стороне юной демоницы, потому что она так никого и не повстречала из обитателей усадьбы.

Развеяв Сэсси возле дверей кабинета Эльмирриана, она сглотнула сжавший горло ужас и коротко постучала.

– Войдите, – рассеянно предложил князь.

Сперва, видимо, от испуга, она даже его не заметила. Арши не было за письменным столом, обнаружился он стоящим у книжной полки со стопкой книг в руках.

– Леди Джейлин? Какой сюрприз! – демон не стал скрывать, что удивлен её видеть, но всё же тепло улыбнулся и продолжил спокойно расставлять книги. – Вы что-то хотели от меня?

– Нет… То есть, да…

– Вы меня заинтриговали, – усмехнулся Эльмирриан, ставя на полку ещё одну книгу, и повернулся к ней. – Что случилось?

Она была такой маленькой и очаровательной, так испуганно смотрела в его светлый ковёр, не смея поднять глаз. Милая-милая девочка, запуганная Рушалином. В зелёном бархате халата, струящемся по фигуре до самого пола, она была похожа на дриаду, прекрасную скромную нимфу из Изумрудных лесов на западе Материка. Так и хотелось пожалеть и…

– Я пришла к вам, чтобы…

Девушка затихла, ещё ниже опуская длинные реснички, и так почти касавшиеся горящих щёк. Она подняла дрожащую ладошку к груди, и пуговицы халата, подчиняясь магии, с шелестом расстегнулись. Халат соскользнул с плеч и тяжко упал к её ногам, обнажая нежное девичье тело.

К ногам же князя Инниара попадали из рук книги…

## ГЛАВА 3. Огонь и пепел


Надо, чтобы сжёг ты себя в своём собственном пламени: как же мог бы ты обновиться, не сделавшись сперва пеплом! (Фридрих Ницше)


Костёр похрустывал, освещая маленькую стоянку посреди цветущего поля. Густая примятая трава с накинутым поверх дорожным плащом была мягче перины, Шелара лежала на ней, вытянувшись во весь рост и опершись головой на согнутую руку. Кайрина сидела тут же, рядом, скрестив ноги, и кидала в жёлтый огонь сорванные травинки.

– Так значит, Рейнс тебе ещё и магическую защиту предоставил? – подытожила Шелара рассказ о приключениях подруги на службе у придворного мага.

– Конечно. Не спрашивай, что он там за ритуалы проводил, ничего в этом не смыслю, но результат на лицо: могу теперь не хуже тебя мечом махать.

– Ну тут бы я поспорила! Никакие заклинания тебе технику и тренировки не заменят. Я годами занимаюсь, и всё ещё чувствую себя новичком с деревянным мечом, – засомневалась Шелара и добавила не без усмешки, вспоминая свои тренировки: – Любой демон под орех разделает.

Шейлирриан, лежавший на противоположной стороне у костра, пожёвывая сорванную травинку, вынул её изо рта:

– Демону, Шелара, проиграть не зазорно. Ты никогда не сравнишься с нами по силе и возможностям.

– Намекаешь, что великого героя из меня не получится?

– Только, если чудо случится.

Айшариль, от скуки поджаривавшая хлеб на костре, подтверждающее кивнула. Спорить с ними девушка посчитала бессмысленным, они были правы. Во всех войнах люди побеждали числом и территориями. В прямом поединке опытный боец, конечно, мог бы противостоять воину-арши или эльфу, но большую роль всё равно сыграло бы его везение и неудачи противника. Просто кому-то удача улыбается, кому-то – нет. Всегда везти не может даже демонам.

Шелара вздохнула.

– А что скажешь о магических способах увеличить силу и ловкость?

Принц задумался, присматриваясь к Кайрине:

– Насколько помню, все они кровавы и отвратительны. И как следствие, в большинстве государств Материка запрещены. Пошёл бы на это придворный маг?

Кайрина вытянула ноги к огню, наслаждаясь теплом:

– Возможно, он придумал какой-то свой способ. Я не разбираюсь в магии.

– Я тоже не разбираюсь, – Шелара села на плаще. – Но никогда не слышала, чтобы человек стал хорошим мечником после пары заклинаний или магических пассов. Если только он не отдал душу демону или не стал нежитью. Ещё некоторые эликсиры на время увеличивают выносливость и силу, но постоянно их тоже нельзя принимать.

– То есть, я выгляжу так плохо, что похожа на нежить?

– Да нет, выглядишь ты как обычно. Хотя, конечно, что-то в тебе изменилось, это чувствуется. Не пойму только, что. Будто серьёзнее стала.

Кайра засмеялась:

– Это умение владения мечом прорезалось!

– Как скажешь.

– Так и не веришь? Придётся тебе устроить образцово-показательную тренировку.

– Даже так? – развеселилась Шелара. – Туго тебе придётся! У меня новый меч!

– У меня – тоже! – Кайрина потянулась к ножнам в траве и вытащила из их плотных объятий тёмный клинок с мерцающей в свете костра гравировкой. – Рейнс меня не с пустыми руками на вылазки отправляет.

Шелара осторожно приняла меч на раскрытые ладони. Тёмная, воронёная сталь слабо отражала свет, но от этого ещё ярче горели вырезанные на ней осиновые листья вдоль дола меча. Режущая кромка зло блеснула, камень в рукояти сверкнул синим, будто перемигиваясь с ней.

Шейлирриан вдруг привстал, заинтересовавшись.

– Могу я?

Кайра благожелательно взмахнула рукой. Шелара передала меч принцу. Арши пробежался пальцами по холодному металлу, взмахнул оружием, прислушиваясь к звуку рассекаемого воздуха, потом костяшками ударил по долу, вновь прислушался.

Айшариль заинтересованно наклонилась, разглядывая оружие. Принц опустил его, поймал поток света, рассматривая гравировку.

– Узнаёшь? – спросила Шелара, следившая за выражением его лица.

– Нет, этот меч мне не знаком. Чародейская сталь. Один из двенадцати, я полагаю.

– Из двенадцати? Что это значит?

Шейлирриан потянулся, чтобы передать клинок обратно девушкам. Но не успел. Из-за его спины вдруг выступил Алый, словно соткавшийся из ночной темноты. Безумный лорд ловко выхватил меч из руки Шейла и поднёс к лицу.

– Да! Это он! Карающий! Славная штучка, – Алый взмахнул сталью, ещё и ещё. Удовлетворившись звучанием поющего воздуха, демон опустил клинок и сел к огню, не торопясь выпускать игрушку из рук. – Во время войны двенадцать некромантов, пособников короля-завоевателя Вистора, объединились в некий орден, Совет Двенадцати, призванный служить Тёмному Богу. Фанатики! Причём, весьма опасные! Если большинство магов действовали под внушением, то они действовали по велению сердца. Они распространяли эту Одержимость, этот яд Тёмного Бога!

Последние слова Алый шипяще выдохнул и замолчал, бездумно глядя в костёр широко раскрытыми глазами. Тело его вдруг стала бить нервная дрожь, он закачался взад-вперёд и непроизвольно сжал ладонями лезвие, и на землю стала сочиться его тёплая кровь.

– Дейриан, – жёстко окликнул Шейлирриан, и Алый, вздрогнув, перевёл на него взгляд и развязно улыбнулся.

– Я держу себя в руках лучше, чем ты можешь себе представить, Твоё Высочество. Ибо ты не можешь себе представить даже масштабы моего безумия!

– Алый, шёл бы ты спать, – вздохнула Айша.

– А это… – Мираль тряхнул головой, прикидывая, насколько хороша идея. – Это мысль! Пойду!

Он резко поднялся, припрыгнув на месте, и отдал Шеларе меч. Забирая оружие, она успела заметить, что на ладонях демона остались глубокие порезы. Кайра равнодушно протёрла платком лезвие и отправила в ножны. Дейриан встряхнул головой, разметав пышные волосы, и ушёл в сторону трёх чёрных шатров, едва заметных на фоне потемневшего неба. Как только фигура арши скрылась в прорези входа, Кайрина хмыкнула, привлекая внимание.

– Он у вас всегда такой?

Шейлирриан расслабленно опустился обратно на свой плащ:

– Всегда. Последние десять лет.

Шелара примолкла в ожидании подробностей. Но, видимо, Кайре было не интересно, она только тихо угукнула, а наследник вдаваться в них, и вовсе, не собирался. Поэтому загадка безумия одного шанакартского лорда так и осталась загадкой.

Впрочем, размышления на эту тему отступили, так и не успев укорениться в девичьей голове. Потому что с востока, нарушая ночную тишь, приближались два светловолосых всадника на даркинтах. Не нужно было обладать зрением, острым, как у арши, чтобы понять, что это Эжен и Альшер. Сердце в груди замерло, заныло, затем с саднящей болью продолжило отсчитывать мгновения её жизни. Память в ответ ехидно воскресила в мыслях образ темноволосой Велиры, достающей из декольте записку. И гнев отрезвляюще опалил взволновавшееся сердце, заставляя вдохнуть глубже прохладный чистый воздух. Девушка поджала губы и уставилась в рыжий весёлый огонь. В потемневших синих глазах танцевали всполохи огня. Или это были всего лишь отсветы?

– Где вы были? – требовательно спросил Шейлирриан, стоило брату и князю приблизиться и спешиться.

– Скучал по мне? – Альшер расстегнул куртку и откинул волосы назад. Выглядел он довольным. – Я, признаться, по тебе не очень.

– Мы осмотрели окрестности, – Эжен оказался более разговорчив. – Поспрашивали местных про нежить.

Эжен взял сумки с даркинтов и устало сел у костра. Его густая коса, привычно перекинутая через левое плечо на грудь, слегка растрепалась. Заметив это, князь распустил жемчужные пряди, словно бы источавшие саму Силу Жизни, и стал быстро переплетать заново. Локоны отливали светлым перламутром, завораживающее по красоте зрелище. Жаль, что он всегда заплетает их в косу.

– И что узнали?

– Что никто не видел, куда делась нежить после нападения на ту деревню, где мы были, – Альшер сел рядом с Шеларой и улыбнулся в ответ на её недобрый взгляд. – Ночью они собираются в стаю и уничтожают какое-нибудь село, а днём бесследно исчезают.

– Нежить не призраки, – возразил Шейлирриан. – Она не исчезает поутру.

– Призраки, кстати, тоже, – кивнул Альшер. – Но тут всё проще. Эжен…

– Мы думаем, что новые болота стали появляться с некоторой закономерностью, – князь закрепил косу платиновой зубастой заколкой-кольцом и вытащил из своей сумки серебристый тубус, длиной с ладонь. – Мы взяли карту и примерно обозначили, где, по словам селян, за последние месяцы они находили болота.

Князь передал тубус Айше, сидевшей ближе всего. Она открутила крышку, вытряхнула карту и развернула.

– Вот эти точки?

– Да, – Эжен наклонился ближе к ней и указал на мелкое пятнышко чернил. – Это болото, из которого, предположительно, вылезли твари, пиршество которых мы видели. А вот их примерный путь. Они двигались с северо-востока на юго-запад. А потом исчезли. И, что интересно, в этом районе есть два новых болота.

– Вы считаете, болота как норы? – заинтересовался наследник.

– Да, – Альшер положил на согнутое колено руку. – Это объясняет их связь и возможные двойные порталы. Вход и выход.

– Думаешь, нам стоит присмотреться к тем двум болотам, в районе которых исчезла нежить?

– Нет, я бы не рискнул. Это лишь теория, и я не хочу проверять её на своей шкуре.

– Разве у нас есть что-нибудь, кроме теорий?

– Конечно, есть.

– Что же?

– Надежда, – дёрнул уголком рта Альшер. – А эта химера иногда завоёвывает целые империи.

– Удивительная самоотверженность! – подивился Шейлирриан, садясь на плаще и оказываясь практически лицом к лицу с братом. Только костёр разделял их. – И всё ради моего отца! Я восхищён. Но только в болота теперь ты пойдёшь первым!

– А как же «Дамы вперёд»? – пошутил арши, лукаво глядя на Шелару. – Это как-то не по-джентельменски.

Она обиженно отвернулась.

– Не в этот раз, – качнул головой наследник.

– Жаль. Было бы увлекательно понаблюдать, как Айша идёт ко дну. Словно гордый благородный корабль.

– Скорее, как пиратская шхуна, – слабо улыбнулся Шейлирриан. – Только оттуда может доноситься брань, подобная той, которой наградит нас эта леди, если мы поведём себя по-джентельменски у болота.

– Награжу! – мрачно кивнула советница.

– А где Алый? – спросил Эжен.

– Ушёл спать, – ответила Айша. – Кто мог подумать, что Безумный лорд окажется единственным из нас, кто поступит разумно?

– С чего бы это? – удивился Альшер.

– Он слегка увлёкся, рассказывая о Совете Двенадцати, – пояснил Шейлирриан.

– А с чего он вообще о нём вспомнил?

Шеларе, сидевшей рядом, показалось, что в голосе Альшера прозвучала лёгкая напряжённость.

– Мы обсуждали мой меч.

Кайрина протянула ножны Ледяному демону. Альшер чуть нахмурился, заметив синий камень в рукояти, и нахмурился значительно сильнее, обнажив лезвие. Да, память его не обманула, это был он. Неприятные воспоминания связывали этих двоих, встречавшихся трижды или четырежды за время войны.

– Карающий… Пахнет кровью.

– Да, так он и сказал, – промолвила Шелара. – Карающий. А потом до крови сжал лезвие.

– Он поранился?

– Слегка.

Альшер с Эженом обменялись быстрым взглядом. Князь сразу поднялся на ноги, сказав, что посмотрит, не истёк ли Алый кровью. Стоило Эжену сделать пару шагов, как и Айша с Шейлиррианом тоже стали подниматься, собираясь идти спать.

– Шел, доверяю тебе мой шатёр, – бросила Айшариль, поднимая с земли плащ Шейла и отряхивая его от травы.

– Угу.

– А мне казалось, это ты вышла замуж за Шейлирриана, – хмыкнула Кайрина, созерцая удаляющихся к шатру арши.

– Ну я чуть-чуть, – поморщилась Шелара, показывая двумя пальцами, насколько. Сидевший рядом Альшер ответил на признание тихим смешком, за что поплатился. – А ты спать не собираешься?

– Это предложение?

– Ещё чего! Это искренняя надежда.

– Даже так?

Шелара устало покачала головой:

– Да, не в том смысле «надежда». Я надеюсь, что ты уже уйдёшь.

Кайрина тяжко вздохнула и встала с земли, прихватив заодно сумку и забрав из рук Альшера свой меч:

– А я, пожалуй, пойду. Весь день в седле, мечтаю принять горизонтальное положение, – обойдя костёр, она окинула хмурую Шелару и довольного Альшера взглядом и добавила: – Чего и вам желаю.

– М-м-м, а мне она нравится. – Арши снял куртку.

– Ха! Вперёд!

Принц печально вздохнул и прилёг на плащ, опираясь на локоть:

– Чем же я прогневил тебя, моя принцесса?

Мягкий тембр голоса потрясающе гармонично сочетался с тишиной ночи, свежим ночным воздухом, бескрайним полем. Он отзывался острым, вибрирующим трепетом в груди, разливал по венам волнение. От него Шелару разрывали чувства совершенно противоречивые. Уйти, оказаться как можно дальше. И остаться. Конечно, остаться.

– Шелара?

– Здесь я, – грустно отозвалась девушка, поворачиваясь к нему лицом. До этого смотреть на него было тяжко.

– Я заметил.

Она вновь вспомнила Велиру и вспыхнула.

– Кстати, у меня есть кое-что для тебя, – девушка быстро залезла в карман куртки и достала изрядно помятый конвертик. – Вот.

– Ох, – он перехватил листок. – Надеюсь, это то, что я думаю?

– Если ты думаешь, что это благодарности Велиры за весёлое времяпровождение, то угадал.

– Весёлое времяпровождение? – несказанно удивился демон, не разворачивая письмо. – А я где был?

Девушка деланно ужаснулась и подняла раскрытые ладони.

– Боюсь даже представить!

Он не читая смял послание и бросил в сонный костерок.

– Шелара, я не в ответе за то, что надумала себе глупая селянская девочка. Не уподобляйся ей, – его пальцы коснулись её спины, и девушка выпрямилась по струнке от неожиданности. Альшер рассмеялся и провёл рукой по её позвоночнику вверх. – Хотел бы я получить от тебя подобное послание.

Шелара повернулась и холодно прищурилась:

– Легко! Но оно будет сплошь нецензурное! Спокойной ночи!

Под его тихий смех она встала и с усилием потянула на себя плащ, на котором по-хозяйски расположился демон. Тот совершенно не собирался помогать, продолжая удобно полулежать на ткани.

– Отдай, это плащ Кайры.

Альшер изогнул бровь. Нет, конечно, он не собирался вставать. Шелара фыркнула и оставила его и плащ в покое, гордо удалившись в сторону шатров.

По дороге она злилась и не знала, на кого больше: на Альшера или на себя. Одни бесы знают, что заставляет её вести себя так глупо и по-детски! Тут внутренний голос тактично намекнул, что она и сама догадывается. И, наверное, нужно просто признаться себе. Мысленно послав его и Альшера подальше, девушка нырнула в прорезь шатра, окунаясь в полную темноту.

Минут через десять к костру вернулся Эжен. Теперь князь выглядел ещё более уставшим. Он обессилено опустился рядом с Альшером и прикрыл глаза.

– Алый в порядке?

– Да, вполне. Сделал, конечно, глупость, но до сильного заражения не дошло.

– Что вообще произошло?

– Увидел меч, вспомнил Совет Двенадцати, а затем и Тайниру… Это не случайность.

Альшер понимающе кивнул, и они скорбно замолчали. Добавить было нечего. Несколько минут они смотрели на затухающий костёр, белый тонкий шарф дыма извивался и струился к небесам.

Эжен сел и подкинул в огонь ещё веток из кучи у костра. Они были сочные, свежие, и протестующе затрещали, встречаясь с иссушивающим жаром. Дым стал горче, сильнее повалил вверх.

– Ты уверен, что Шейлирриану не стоит пока говорить о том, что время в портале может идти с большей скоростью, чем в этом мире?

Альшер тряхнул головой:

– Нет, нельзя. Он же с ума сойдёт, если мы ему скажем, что для Эллисандра могло пройти не десять лет, а неопределённо больше.

– Думаешь, он всё ещё жив?

– Иллиабель так сказала. Ты же не можешь проверить её слова?

– Не могу. Сила Жизни присутствует буквально везде, она заполняет собой мир. Даже там, где обосновалась Смерть, начинается новая жизнь. Поэтому я просто не почувствую его в этом хаосе. Смерть более целенаправленна. К тому же, я не знал Эллисандра так хорошо, как твоя мать, чтобы уловить его энергетику.

– С этим не поспоришь, – хмыкнул Альшерриан.

***

Джейлин была прекрасна. Точёная и нежная, как все те идеальные статуи в его поющем саду. Фарфоровая кожа казалась перламутром, густые волосы волнующе прикрывали высокую грудь… Глаза стыдливо опустились долу, а щёки пылали маками.

Эльмирриан тяжело вздохнул и опустился поднять книги:

– Отчего вам не спится в столь поздний час, леди Джейлин?

– Что?

Подумать только! Он спросил это так непринуждённо, будто она с чашкой чаю зашла! Её нагота совершенно не смутила князя, разве что, удивила слегка. Подтверждая это, Инниар спокойно продолжил расставлять книги и обернулся, лишь закончив. На это не ушло много времени.

– Джейлин, оденьтесь. Вы, безусловно, украшаете собой мой кабинет, но он отнюдь не купальня.

Джейлин покраснела ещё больше, хотя это и казалось невозможным, и быстро подняла с ковра свой халат. Закутавшись, она робко взглянула на приблизившегося демона.

Эльмирриан покачал головой и помог ей застегнуть несговорчивые пуговицы, потом аккуратно поправил волосы, вытянув тёплые пряди из-за ворота, и приподнял её голову за подбородок.

Какие же красивые глаза у князя…

– Джейлин, что-то случилось?

Она помотала головой.

– Нет, князь, я просто…

Он приобнял её за плечи и проводил к мягкому белому диванчику. Только сев на обивку с золотистыми цветами, девушка поняла, что дрожит, словно лист на ветру, а Эльмирриан успокаивающе гладит её по спине.

– Полагаю, это Карел заставил вас прийти ко мне?

Джейлин была способна смотреть куда угодно, лишь бы не на Эльмирриана. Говорить она тоже была не слишком в состоянии: уютная забота князя действовала расслабляющее, ему хотелось довериться и всё рассказать, да только язык отнялся. Поэтому она едва заметно кивнула, чувствуя, как на сжатые на коленях ладошки падает слезинка. Спохватившись, девушка вытерла мокрые щёки и шмыгнула носом.

– Джейлин, не нужно так расстраиваться.

Инниар встал с дивана, подошёл к шкафчику, где держал коньяк на случай вдохновения и приятных гостей, наполнил пару бокалов и один поднёс демонице. Джейлин отодвинулась и протестующе подняла руку.

– Нет, что вы! Я крепкое не пью.

– Угу. И перед мужчинами догола не раздеваешься.

Джейлин опять залилась краской и несмело взяла бокал. Сделала глоток и передёрнулась, морщась. Крепкий алкоголь обжёг рот и горло, заполняя их летучим спиртом. Ну хотя бы не закашлялась. Эльмирриан незло рассмеялся и сел рядом.

– Почему ты так боишься отца, Джейлин?

– Просто он мой отец. Я обязана его слушать.

– Твой отец считает, что все обязаны его слушать. Но на меня и мой дом это не распространяется. Здесь все слушать должны меня.

Девушка шутку не оценила и повернулась к нему, сдвинув бровки:

– Вы не представляете, что он сделает со мной, если я его не послушаюсь.

– Сдаётся мне, что это ты не представляешь. Я же вполне могу предугадать, насколько он будет зол. Но не вижу в этом никакой опасности. В этом доме тебе ничто не угрожает. Но скажи мне, с какой конкретно целью Карел подослал тебя в мой кабинет?

Она выпила ещё коньяку и прижала к губам ладонь тыльной стороной, инстинктивно пытаясь заглушить жар напитка. Прокатившись согревающей волной по пищеводу, он унял дрожь и придал уверенности.

– Он приказал соблазнить вас.

– Это я и сам понял, – не сдержал позабавленной улыбки Инниар. – Но у меня на тебя другие планы. У твоего отца, вероятно, тоже. Так, зачем меня соблазнять? Ради чего? Шпионаж?

– Князь, вы всерьёз думаете, что из меня получится хороший шпион?

– Отвратительный, Джейлин. Очаровательный, конечно, но отвратительный.

– Вот, и отец так думает. Поэтому мне просто нужно было вас соблазнить, чтобы затем оказывать влияние.

Арши расхохотался.

– Оказывать влияние? На меня?! Серьёзно? Кажется, твой отец наивнее тебя, малышка.

– Он будет очень зол, что я не выполнила его приказ.

– А я буду очень зол, если он ещё раз попытается приказать что-нибудь подобное. Джейлин, я уже говорил Карелу, что ты – моя гарантия его верности. Но при этом, я тебе не враг. А если мы сумеем подружиться, то, когда я закончу дела с твоим отцом, я сделаю так, что тебе больше никогда не придётся выполнять его приказы.

– Вы собираетесь его убить?!

– О, нет, Джейлин. Даже не проси!

– Вы смеётесь надо мной!

– Я над всеми смеюсь, не обижайся, малышка.

– И что мне нужно делать, чтобы вы избавили меня от отца? – она сама устыдилась своих слов, но терпеть Карела не было больше никаких сил.

Эльмирриан задорно улыбнулся:

– Спать со мной точно не придётся!

***

Тишина и темнота наполняли шатёр, мягкие подушки удобно обтекали тело, даря мышцам покой. Идеальные условия для сна после тяжёлой дороги. Но сон почему-то не шёл. Зато, шли мысли. Непрерывным потоком.

– Шел?

Она повернулась в темноте к Кайрине.

– Разбудила?

– Слишком громко думаешь, – хмыкнула она. – А о чём?

– Неужели ты не расслышала?

– Ты думаешь громко, но невнятно.

– Да, тогда ты всё расслышала правильно.

– Так о чём ты там думаешь?

– Ох, не заставляй меня это ещё и озвучивать!

Шелара поморщилась и вновь перевернулась на другой бок. Удивительно, как мягкие подушки могут стать чудовищно неудобными, если ночью в твоих мыслях занозой засядет какой-нибудь демон. Который, в общем-то, и днём порядочная заноза.

– Шелар?

– Нет. Самоуважение дороже.

– Интригуешь!

– Ещё как! На меня напали девчачьи мысли! Так и знала, что нельзя мне в Шанакарте платье надевать!

– О-о-о, ты носила платье?

– Каждый день! Так и знала, не к добру!

Вдруг кто-то с шумом поднял створку шатра, напугав обеих девушек.

Альшер едва заглянул, жёстко приказав вставать и собираться, а ещё что-то про проблемы, и исчез снова.

– Поспали, – проворчала, как старая брюзга, Кайрина и потянулась за сапогами.

Конечно же, они вышли на улицу последними. Арши уже вовсю собирались, шатры были убраны, даркинты готовы к дороге. Альшер походя взмахнул над костром ладонью, и горящие ветки обросли льдом, даже не зашипев. Стоило погаснуть огню, как стало заметно, что небо едва-едва брезжило светом, ночь бледнела.

– Что случилось? – спросила Шелара, глядя, как Айша приказывает шатру вновь уменьшиться до блестящей заколки.

– Деревня впереди, – указал Эжен на белый столб дыма из-за холма, почти на горизонте.

– Пожар?

– Нет, – коротко ответил Альшер, пришпоривая Ильриса, и стал стремительно удаляться.

Конечно, никто ничего объяснять не стал. Времени жалели на разговоры. Шейлирриан призвал Шану, и, взбираясь в седло, Шелара заметила, что они с Айшей вовсе не горят желанием следовать за Альшером и Эженом. Что касаемо Алого, то его силуэт уже едва угадывался вдали. Значит, без крови не обойдётся.

Они совсем чуть-чуть не успели.

Разросшаяся стая нежити уже достигла деревни.

Шелара насчитала восемь крупных, отвратительных хищников. Они рассредоточились, но не теряли друг друга из виду, нападали яростно, просто сминали хлипкую оборону деревни. Запах крови уже смешался с дымом и гарью, с тошнотворным духом болотной грязи.

Когда арши влетели в деревню, та уже почти сдавалась: паника полностью затмила разумы селян, кто-то пытался бежать, кто-то – прятаться, кто-то рыдал от ужаса, забившись в угол. На широкой дороге, вокруг домов, метались отчаянные защитники с факелами и «оружием», крики не смолкали, чадили жаркие костры и отражались всполохами в окнах, в перепуганных глазах и в железе. Удивительно наблюдать, как орудия мирного труда превращаются в орудия войны. В ход шло всё: от грубых лопат и вил до тяжёлых мотыг и сечек.

Шелара выхватила меч, наблюдая, как высоко взметается, изгибаясь, тшар Алого. Эжен из воздуха вытащил стальной лук и колчан со стрелами. Отточенным движением захватив две стрелы, он отправил их прямо в голову пирующей на плетне твари. Массивный череп раскололся, как орех, а князь не глядя взмахнул рукой, хватая воздух, и в ладони вновь оказались две блестящие стальные стрелы.

Альшер легко соскочил с Ильриса и прямо в прыжке, с разворота, бросил в ближайшего монстра белёсый шар магии. Нежить замерла, леденея и покрываясь морозным белым инеем. Принц едва коснулся земли, оттолкнулся и сильно ударил в челюсть создания. Замороженное тело раскололось, голова, словно кусок обтёсанного камня, откатилась прочь, засыпав землю алыми снежинками. А туловище так и осталось в напряжённой, готовящейся к прыжку, позе, примёрзшее к траве. Альшерриан выпрямился, выхватывая мечи и ища глазами новую жертву. Черты его заострились, узкие зрачки расширились, поглощая свет.

Шейлирриан послал даркинта вперёд, тенью за ним неслась на коне Айшариль. Слаженно и методично они зарубили несколько тварей дальше по дороге, почти проскочив деревню насквозь. Демоница рассеивала вокруг себя серый, мерцающий в огнях песок, ослепляла нежить, притупляя нюх. Дело техники – попасть мечом в артерию или в глазницу, добить потоком смертоносной магии, огненной или режущей.

Под ногами путались люди… Всё вокруг смешалось в рычащий и вопящий комок хаоса. Боль и огонь. Страх и ярость. Шелара не успевала за всем следить. Она кричала селянам, чтобы уходили, прятались, пыталась оттеснить их даркинтом к домам, чтобы дать демонам простор для манёвров. Получалось плохо, напуганные люди не понимали, чего она хочет, иные рвались в бой. Тогда Шелара соскользнула с седла на землю и стала подталкивать их свободной от меча рукой. Стараясь держаться как можно дальше от нежити и уговаривая перепуганных крестьян спасаться, она упустила из виду, что в её сторону скачками приближается одна из разъярённых и обезумевших тварей. Распоротый бок и пена, капающая из пасти, говорили о том, что нежить уже повстречалась с кем-то из арши.

Даркинт Шелары, Шана, первым почуял опасность, конь дёрнулся, тонко заржал, летяще отскочил в сторону, уходя от рычащего зверя. Шелара ласточкой кинулась за ним, перекувырнулась через голову, едва успевая уйти с траектории движения нежити. Народ кинулся врассыпную. Медведеподобная туша, проскочив мимо, с громом ударилась в стену ближайшего птичника, разломав серый горбыль, из которого та была сложена. Из-под обломков с кудахтаньем разлетелись белые курицы, будто перья из разорванной подушки. Шелара, крепче перехватив меч, пригнулась, развернулась к нежити. Монстр ощетинился и оскалился сплошь состоящей из клыков пастью. В красноватых глазах светился лишь огонь, ничего больше в них не осталось, полнейшее безумие. Зверь пружиной взмыл вверх, огромные лапы приближались с ужасающей скоростью. Но вдруг время как будто замедлилось.

Девушка подалась вперёд и в бок, желая проскочить под брюхом зверя. Тренированные мышцы слушались беспрекословно. Боги, храните безжалостных учителей! Тонкая фигурка рыбкой проскочила над самой землёй, чародейская сталь с мелодичным свистом рассекла воздух и глухо и туго вошла в плоть нежити. Тварь взревела, дёрнулась, повалилась на спину, взмахивая тяжеленными лапами. Шелара ловко опустилась на одно колено, удерживая равновесие. Тяжёлая лапа упавшего на спину монстра уже летела к ней вновь. Девушка отклонилась, пропуская её, но вдруг покачнулась, и пара загнутых тёмных когтей зацепилась за куртку, разрывая ткань и слегка царапая кожу. Будто ожог. Шелара вскочила на ноги, занося меч. Нужно добить! Не позволить встать!

Клинок был готов встретиться с ужасающей оскаленной мордой, жаждущей поймать и растерзать её, но тшар Алого был быстрее. Серебрящаяся окровавленная лента лязгнула, оборачиваясь вокруг мускулистой шеи твари и буквально… открутила голову, разбрызгивая повсюду мелкие капли тёмной крови.

Безумный лорд взмахнул рукой, стряхивая пахучую влагу с лезвий и промчался мимо, веселясь, как ребёнок, пугающий голубей.

– Последний! Это последний!

Шелара обернулась. Он был прав. Деревня была очищена от стаи. Да только у них, кажется, теперь была другая проблема.

Селяне выползали из укрытий, сжимали свои вилы и оглобли и сходились в толпу. Арши инстинктивно сошлись в шеренгу, к ним присоединилась Кайрина, вытирая со щеки чужую кровь. Шелара могла бы поклясться, что её глаза полыхают зелёным.

– Идём-ка, милая, – Алый, оказавшийся ближе всех, крепко обнял её за плечи. Шелара зашипела, когда его ладонь опустилась на оцарапанное предплечье, а сам демон потащил её к своим.

***

– Люди! Никогда не угадаешь, чего от них ожидать! – фыркнула Айшариль, глядя, как селяне шумно благодарят мужчин за избавление от нежити.

Тревога оказалась ложной. Люди вовсе не собирались драться с демонами и не видели в них угрозу. Наоборот, они видели чудо, негаданно пришедшее к ним из темноты ночи. И теперь это чудо стремились отблагодарить. Количество плачущих и лепечущих женщин увеличилось в разы. Жители плотно обступили воинов и наперебой что-то говорили.

– Подумать только! Да им сейчас вся слава достанется, – цокнула языком Кайрина, склоняя набок голову и складывая руки на груди. – Пойдём вмешаемся, пока им еду раздавать не начали.

Шелара кивнула и почувствовала, что в глазах слегка двоится, гомон вдруг отдалился, стал слышен как через стену воды. Девушка встряхнула головой, волосы жутко спутались за эту ночь. Видимо, сказывалось и отсутствие сна: она чувствовала себя уставшей и измотанной до крайней степени. Царапины на руке ныли, пульсировали. Промыть бы. Шелара задумалась, припоминая, какие снадобья у неё с собой в сумке и в поясе.

– Все целы? – окинул их Шейлирриан малозаинтересованным взглядом.

– Да, всё прекрасно, – заверила Шелара, пальцами правой руки едва-едва трогая рваные полосы на куртке. Любое движение в этой области причиняло боль.

– Чудно! Мы останемся здесь, отдохнём, затем продолжим путь.

– Как скажешь.

Шелара отвернулась, сосредотачиваясь на болезненных царапинах. Она попыталась оттянуть край разреза, но не видела ничего, кроме воспалённой кожи. Нужно снять куртку.

– Сейчас Алый немного приберётся здесь, закрой глаза, – Альшер подошёл почти незамеченным.

– В каком смысле «приберётся»?

– Сожжёт лишнее Светом, чтобы пейзаж не портило.

– Понятно.

– Ничего тебе не понятно, – улыбнулся демон и привлёк девушку к себе. – Но сейчас поймёшь.

Она не сопротивлялась, двигаясь, как во сне, только слегка поморщилась и застонала от боли, когда его рука коснулась плеча. Арши отстранился и внимательно посмотрел на неё. Выглядела девушка, как… после стычки с нежитью. Холодные подушечки пальцев прошлись по щеке.

– Ты ранена?

– Нет. Царапина.

– Царапина? – рядом сразу оказался Эжен.

Шелара упрямо поджала губы и исподлобья взглянула на обеспокоенных мужчин. Хм, а раньше она и не замечала, насколько высок князь Тианшель. Выше Альшера дюйма на три, как Шейлирриан, не иначе. Самой себе среди этих гигантов она казалась ребёнком.

– Это просто царапина. Позже я обработаю её, и всё будет хорошо. Мне просто нужно отдохнуть.

– Ты ничего не чувствуешь? – вдруг прищурился Эжен.

– Что?

Князь красноречиво перевёл взгляд на её опущенную левую руку, и девушка испуганно всхлипнула. Арши держал её ладонь и покалывал иглой от пряжки в разных местах.

– Что происходит?!

– Это яд!

Альшер нетерпеливо стащил с её плеч куртку и разорвал рукав рубашки, девушка непроизвольно вскрикнула. Вся чувствительность её руки сосредоточилась, кажется, в одном месте. Когда глазам демонов предстала картина её бледной руки с побагровевшим расползающимся пятном заражения, они были как-то очень недовольны. И заговорили на шерессе. За их спинами Алый выкрикнул, что всем, кому надоело зрение, необходимо держать глаза открытыми, и принц, выругавшись, закрыл Шеларе глаза рукой и прижал её к своей груди. Вокруг стало нестерпимо светло, и по телу ударила вибрирующая волна. Шелара вздрогнула, вспоминая сон, привидевшийся на корабле, и прикусила от боли губу.

– Всё! – объявил Алый, начиная раскланиваться налево и направо.

Альшер подхватил девушку на руки и куда-то понёс, продолжая говорить с Эженом.

Как оказалось, в ближайший дом. Открыв дверь едва ли не с ноги, демон внёс её в тёмную прихожую, безошибочно ориентируясь в чужом жилище, проследовал на кухню и усадил свою ношу на стол. До конца стянул с неё куртку и бросил на край лавки. Эжен начаровал несколько пульсаров-светлячков, и комната озарилась ярко, как днём. В дверях показались хозяева дома и арши. Без лишних разговоров всех выгнав, Эжен захлопнул дверь, снял свою куртку и ножны.

– Что вы собираетесь делать? – на Шелару ощутимо нападала паника, тело било крупная нездоровая дрожь.

– Шелара, – сухо отозвался Эжен, забирая из рук Альшера протянутый кинжал из чёрного стекла, – когти этих тварей ядовиты. Даже царапина очень опасна. Думаю, яд сперва парализует, затем превращает плоть в гниющее желе.

– Что-о? Ох… Спасибо, утешил.

– Постараемся что-нибудь сделать с этим.

Альшер обхватил её голову ладонями и заставил на себя посмотреть. В синих глазах плескался тщательно скрытый страх.

– Ты доверяешь мне?

– Конечно, нет.

– Вот, и умница.

Он со смешком поцеловал девушку в лоб и бережно прижал к себе, кладя её голову на своё плечо так, чтобы не видела, что Эжен будет делать с раной. Арши аккуратно убрал её волосы на правую сторону и погладил по щеке, по тонкой шее, на которой нервно пульсировала жила. Она и не заметила, как от пальцев демона потёк по коже лёгкий холод, проникающий внутрь и притупляющий боль.

Она не видела, чем занят демон Жизни, но слышала, как со стуком что-то опускается на столешницу, как князь неодобрительно бормочет на шерессе, ходит рядом, наклоняется. Наверняка, прикасается к ней. А рука совершенно ничего не чувствовала. И это пугало до обморока. Как она будет жить без руки? За двадцать лет она как-то привыкла к ней. Боги, да что за мысли лезут?!

Стараясь хоть немного совладать с чувствами, Шелара сильно прикусила нижнюю губу и зажмурилась. По щекам прокатились две крупные слезы и затерялись в белоснежных волосах Альшера. Девушка прерывисто вдохнула и задержала дыхание, уткнулась лицом в прохладные локоны, так успокаивающе пахнущие лавандой.

– Боишься?

Она подавилась нервным смешком:

– Шутишь? Я в ужасе!

Альшер нежно провёл щекой по её волосам, наблюдая, как Эжен отрезает остатки рукава рубашки и осматривает рану. Выглядела та плохо. Плоть вспухла, воспалилась, царапины побелели и отдавали зеленовато-жёлтым. Эжен поймал его взгляд.

– Arrela shaii. (Нужно срезать)

– Danirr, sen arrela. (Делай, что нужно)

Князь сжал рукоять кинжала, и лезвие засветилось. Арши обхватил тонкую руку и сделал первый хирургически точный надрез, выпуская заражённую кровь и гной. Альшер переместил ладонь с шеи на плечо девушки и начал медленно охлаждать измученную конечность, создавая эффект местной гипотермии. Кровь потекла медленнее, рука стала синеватой. Эжен кивнул, вытер кровь очищенным магией полотенцем и продолжил лечение.

Почувствовав запах своей крови, Шелара жалобно всхлипнула.

– Ну же, Шелара, совсем не больно. И не страшно.

– Страшно, – прошептала она. – Очень страшно.

Демон склонился к её уху и промурлыкал, совсем как раньше:

– Хочешь, я тебе песенку спою?

– Хочу.

– Тогда слушай… «Ночь падала на землю ливнем звёзд, в холодном воздухе огня кружились искры, а мне от снега чудился дух роз и тяжестью своей все путал мысли…».

Шелара закрыла глаза и поудобнее пристроила голову на его плече. Ещё одна слеза соскользнула со щеки. Всё ещё сомневаясь, она подняла здоровую руку и обняла Альшера. И когда рука опустилась на его пояс, невольно прижала демона сильнее.

– Кажется, тебе стоит поблагодарить эту нежить, – иронично проговорил Эжен на шерессе, вычищая рану кинжалом.

Альшер не ответил, продолжая тихо напевать песню. А Шелара плавно уносилась в туманное царство сновидений, обнимая Ледяного демона, как последнюю опору в этом мире.

– Чары тарлиш всё сильнее?

– Да, – он осторожно придерживал обмякшее девичье тело. Она была упоительно тёплой и податливой. Всегда бы так. – Думаю, в итоге, нам обоим не устоять.

– Если, конечно, Шелара не погибнет где-нибудь по дороге, – добавил Эжен, заставляя рану медленно затягиваться. Алая плоть покрылась тоненькой гладкой плёночкой, под ней срастались заново сосуды, мышцы, ткани. – Она слишком хрупкая для нашей компании.

– Ты её недооцениваешь. Опыт и сила у неё вполне компенсируется упрямством и наглостью.

– Пусть так. Но я бы не стал выпускать её из виду, если не планируешь разорвать связь. Так. Я сделал, что мог. Восстановление может занять несколько часов. Сейчас я забинтую её руку, и уложи её спать.

Эжен достал из своей сумки бинты и аккуратно обернул рану плотной материей. Закрепив края, демон отдал Альшеру кинжал и уничтожил все следы операции. Принц попытался чуть отстраниться от девушки, но она протестующе проворчала что-то во сне и прижалась к его груди плотнее. Демон, конечно же, сдался. Князь хмыкнул, пообещал, что сам договорится с хозяевами, и исчез за дверью.

За окном было уже светло, под потолком гасли магические «светлячки» Эжена.

***

Иллиабель закрыла дверь и повернула в замке ключ. Селлестераль, подняв на миг взгляд, тут же опустил его обратно в документы и продолжил чтение. Демоница подобрала длинный подол, скинула туфли и прошла по ковру до стола. Ворс приятно щекотал голые ступни.

– Что ты делаешь?

– То же, что и всегда. Пытаюсь работать.

Наместник выпрямился в кресле и откинулся на спинку, крутя в пальцах ручку.

– А ты?

– А я мешаю тебе работать!

Иллиабель обошла стол и удобно устроилась на коленях супруга. Он совершенно не возражал. Обнял жену и закрыл папку с документами. Женщина обвила руками его шею, заглянула в обожаемые глаза, и была награждена нежнейшим, волнующим поцелуем.

– И ты даже не будешь сопротивляться?

– Не буду. Я слишком много работаю, и мне иногда тоже нужен отдых. Иначе никакого вдохновения.

– Неужели, отчёты по укреплению шанакартского лирса против гномьего «топорика» не вдохновляют?

Селлестераль усмехнулся: и всё-то она успевает замечать. А, казалось бы, в папку даже не взглянула.

– Совершенно не вдохновляют. Старейшина Дювиалар просто хочет премию.

– Плох тот экономист, который не хочет премию, – заметила Иллиабель, поглаживая ткань его камзола на груди.

– Тоже верно. Ты ко мне по делу или соскучилась уже?

– По делу. И соскучилась. Мы ведь не виделись с утра.

– С утра? Неужели! А мне показалось, прошли столетия печали и ледяного забвения.

– Так сильна твоя любовь ко мне, или так скучны отчёты Старейшин?

– Тебе правду или то, что ты хочешь услышать?

Иллиабель изогнула идеальную бровь:

– Правду.

– Тогда, и то и другое. Знаешь, я уже почти хочу видеть Шейлирриана на престоле. Возьму отпуск… Или сразу пенсию брать?

– Для начала возьми хотя бы выходной. У отца сегодня помолвка.

– Надеюсь, на это липовое обручение он не требует подарков?

Она рассмеялась:

– О, Селлестераль, не будь скрягой! Иначе нам никто не поверит!

– Тогда я первым делом попрошу Альшера называть её бабушкой!

Иллиабель снова не сдержала смеха:

– Ты злодей!

– О, да! Он уже узнал что-нибудь полезное от Карела?

– Не спрашивала. Вечером расскажет, – Иллиабель прилегла на его грудь. – Интересно, каким будет мир без Вилькортина?

– Очень инниарским, полагаю.

– Селлестераль!

– Я ведь не сказал, что это плохо. Это интересно. И безусловно, красиво.

– А мне нравится мир без Вилькортина. И без Эллисандра.

Он вздохнул, поглаживая обнажённое белое плечико:

– Ужасная, ужасная верноподданная. Любила ли ты его хоть когда-нибудь?

– Конечно, любила. Я была молода, прекрасна и амбициозна, а он был наследником. Наша любовь была предопределена. Но знаешь, что?

– Что?

– Если бы тогда я лучше знала вас обоих, то выбрала бы тебя намного раньше.

***

Рука ужасно чесалась. Шелара потянула к повязке и ожесточённо поскребла ногтями кожу, сунув пальцы под бинт. Уняв зуд и удовлетворённо выдохнув, она перевернулась на бок, открывая глаза и официально просыпаясь. От подушки слабо пахло лавандой и кедром. И почему-то от этого губы сами растянулись в счастливой улыбке. Альшер…

Может, Шерри не так уж и не прав? Даже в Шанакарте Снежный принц был единственным, кто всегда держался рядом. Всегда мог научить паре приемов или от души искупать в кондитерском креме.

Продолжая улыбаться, Шелара перевернулась обратно на спину и с удовольствием потянулась всем телом. Застонав от наслаждения, она сперва обессилено рухнула на объёмные подушки, а затем приподнялась на локтях.

В просторной крестьянской комнате, кроме неё, не было ни души. Чистенько, красиво, занавески и пододеяльник вышиты красными нитями. Комната, вероятно, хозяйская. Шелара села в тёплой кровати и запустила ладонь в волосы. Ох, какое воронье гнездо там накрутилось! Она лениво поразгребала пряди и обнаружила занятную вещь: лавандой пахло не от подушки, а от волос. Милый, милый обманчивый демон.

В комнату заглянула Кайрина.

– Ты жива-а-а!

– Ну, кажется, ещё да.

Шелара осторожно размотала бинты, наложенные Эженом. Под ними обнаружилась гладкая чистая кожа без шрамов и малейших признаков недавнего ранения. Идеальная работа. Князь, похоже, всё доводит до совершенства.

Кайра села на уголок кровати и закинула руку на спинку.

– Вставать собираешься?

– А надо?

– А есть хочешь?

Шелара задумалась.

– А хочу!

– А вставай!

Девушка откинула одеяло и опустила босые ступни на стылые гладкие доски пола. На секунду их опалило холодом, но она не обратила на это внимания. Одежда висела на стуле, стоявшем рядом с кроватью, там же дожидалась её внимания сумка. Рубашку вчерашнюю можно выбросить… Куртку можно попробовать зашить. Брюки… брюки стирать.

– Когда мы выезжаем?

– Утром. Пока ты отсыпалась, местные уговорили Шейла остаться здесь на ночь. У них какой-то праздник намечается.

– Надеюсь, не жертвоприношение демонов?

– Понятия не имею. Кажется, слышала что-то про свадьбу, но кто знает, какие у них свадебные традиции. Одно могу сказать точно – танцам быть.

– Танцы, значит?

– И угощение.

– А вот это уже интереснее. Кстати, где Шейл?

– Они в доме напротив обосновались. Крестьяне потеснились.

Порывшись в сумке, Шелара достала светлые бриджи, запасную рубашку и светлый ларли. Одеваясь, она не могла отделаться от мысли, что с этим костюмом связаны приятные воспоминания. Застёгивая фибулы ларли, она обернулась к Кайре.

– А кто меня раздел?

– Не я, – улыбнулась рыжая.

– Айша, надеюсь?

– Не думаю.

Шелара многозначительно хмыкнула и быстро вышла из комнаты, прихлопнув дверью. Потом опять заглянула в комнату:

– Где этот мерзавец?

– В саду видела. Тренировался с дружком своим.

– Вооружён, значит? Ну-ну.

И с этими словами она отправилась на поиски Ледяного демона. Дом был одноэтажный, маленький, много времени не понадобилось, чтобы пересечь кухню, коридор, крылечко и выйти на улицу. Покосившаяся дверь бухнула за спиной, лязгнув прибитым металлическим колечком. День уже клонился к вечеру, по солнцу выходило около пяти часов, приятный ветер шумел в листве, не давал яркому солнцу терзать тело жаром. Великолепный выдался день, вовсе не скажешь, что ночью здесь случилось кровопролитие.

Окрест раздавался стук молотков и топоров. Селяне поправляли покосившиеся изгороди, по пыльной дороге с криками бегала ребятня с палками, играя в демонов и нежить. Шелара заинтересованно полюбовалась на это действо некоторое время, стоя на пороге, и спустилась на вытоптанную дорожку у дома.

Тропинка вела на задний двор с яблонями, сливами, вишней и огородом. В углу, у забора задорно торчала… спина пухленькой хозяйки в светлом платье, выпалывавшей сорняки из грядки.

– Шелара?

Она обернулась и увидела стоявших у стены дома Альшера и Эжена. Демоны прохлаждались в теньке под пристальными взорами прятавшихся за соседним забором девиц.

– Я думала, вы тут тренируетесь.

– Мы уже закончили, – ответил князь. – Как ваша рука, принцесса?

– Идеально. Спасибо, князь.

– Всегда к вашим услугам. И зовите меня Эженталль.

– Тогда зовите меня Шелара, – дружелюбно улыбнулась девушка. – Это просто удивительно, что вы сделали для меня! Не знаю, как и благодарить.

– Благодарите Альшера. А мне достаточно простого «спасибо».

– О, как скромно!

– Скорее, очень по-дружески, – уточнил Альшерриан, с кошачьим прищуром следивший за их разговором.

Шелара от ответа уклонилась, демонстративно скользнув мимолётным взглядом по Ледяному демону, и снова обратилась к Эжену.

– Эженталль, я впечатлена, как вы управляетесь с луком! У вас потрясающая техника! И оружие, конечно. Никогда прежде не видела, чтобы стрелы возвращались сами.

– Они зачарованы. Возвращаются в руку или в колчан, как пронзят цель. Только мастера-арши могут вплести такую магию в металл.

– Одно слово – демоны! Но это потрясающе. Ещё я заметила, что вы выпускали сразу по две стрелы…

– Да. Нежить крупная, соответственно, кости крепкие. Я перестраховался.

– Удивительно, – восхищённо покачала она головой. – А три стрелы за раз можно?

Эжен усмехнулся:

– Я всего лишь демон, а не бог. Три стрелы – это слишком.

– Ну не скажи, – возразил принц. – В некоторых мирах и культурах тебя почитают как бога Жизни. А символика какая! М-м-м… Сплошь фаллическая!

Шелара прыснула, князь устало посмотрел на веселящегося Альшера.

– Видят Пресветлые Боги, я найду культ Ледяного демона и скажу им, чтобы почитали тебя снеговиками.

– Хм. А мне нравятся снеговики.

– Непробиваемый болван, – вздохнул Эжен на шерессе и обратился к девушке: – Засим оставляю вас, леди, в руках этого плохого шутника. Искренне надеюсь, что вы испортите его чудное настроение.

– Я отомщу за вас, Эженталль! – пообещала Шелара.

Стоило князю скрыться за углом дома, как девушка очень остро ощутила, что осталась наедине с Альшером. Дышать стало труднее.

– Ты ведь это не всерьёз? – вкрадчиво спросил демон, склоняя голову набок. Лукавством был пропитан весь облик.

– Что именно?

– Насчёт мести.

– Даже не знаю. Перспектива-то заманчивая.

– Чем же?

Арши оттолкнулся от стены и оказался прямо перед ней.

И следующий удар сердца отозвался в груди, как удар ножа. Горячая волна крови побежала по венам, болезненно и сладко парализуя, заставляя стоять на месте и дышать глубже. Шелара тяжело вздохнула, поднимая голову. Узкие зрачки демона чуть расширились, а уголок губ самодовольно дёрнулся. Конечно, от него не укрылись изменения в её настроении, и от этого стало ещё жарче. Но и от неё не укрылось то, что в его глазах дрогнуло что-то глубинное и сдерживаемое. Напряжение между ними вполне могло бы вызвать грозу или, на худой конец, искры. Но теперь эти ощущения не пугали её, более того, пробуждали некий азарт, интерес и безумное желание продлить эту пытку.

Она улыбнулась:

– Это ты меня раздел сегодня?

– Я, – зелёный взгляд скользнул по фигуре, костяшками пальцев он коснулся её бедра и стал медленно вести вверх вдоль тела. – Признаюсь, было очень увлекательно. Я даже чуть не увлёкся.

Шелара неподвижно стояла перед ним, мысленно умоляя сердце стучать хотя бы немного тише. Но мольбы путались с другими мыслями и не действовали. Его рука остановилась на её шее. Арши склонился над её губами и замер, оставляя лишь дюйм до поцелуя.

– Вы смущаетесь, моя принцесса? Где же та колючка, что посылала меня работать в бродячий театр?

Тихий смешок слетел с её губ, а ладонь, подрагивая, легла на его щёку:

– Она прямо перед вами, принц. Но-о… Поцелуй вы не заслужили!

И синичкой вывернувшись из рук демона, упорхнула в дом.

Альшер только устало выдохнул:

– Отомстила… Не колючка, нет, игла стальная!

Кайрина отошла от окна. Как интересно всё складывалось…

***

Калерна сидела на покрывале широкой кровати под вишнёвым балдахином и равнодушно смотрела, как слуги собирают её вещи, осторожно упаковывают украшения, подносят ей безделушки, спрашивают, что оставить. Богато обставленная комната, которую она так долго занимала в Замке, постепенно пустела, становилась безликой, теряя все следы её присутствия. Скоро здесь не будет ничего, что напоминало бы о ней, о Калерне Свиорден, бывшей фаворитке второго принца, несостоявшейся невесте наследника. Пустели шкафы, пустело и сердце. Калерна посмотрела на свои руки. На длинных пальцах вызывающе блестели перстни. С каждым из них была связана памятная история, каждый был подарен Альшером. И если раньше воспоминания отдавались только теплотой в груди, то отныне царапали нутро остывшей золой. Больше никакого огня, один пепел.

Калерна стащила с пальцев украшения и положила на покрывало рядом с собой.

– Леди Калерна? Я хотела поговорить с вами.

Мирриалла подошла к ней и села на ковёр у ног.

– Что-то случилось?

– Я хотела просто спросить. Неужели вы готовы отпустить всё это?

– У меня нет выбора, Мирриалла. Я сделала всё, что могла, – голос прозвучал безжизненно.

Мирриалла осторожно обернулась назад, потом доверительно зашептала, накинув на них с Калерной заклинание от подслушивания:

– Могу я говорить откровенно?

– Разумеется. Говори, Мирриалла.

– Думаю, вы можете сделать ещё кое-что.

Калерна никак не отреагировала, безразлично глядя перед собой. И служанка, помолчав, заговорила снова.

– Госпожа, я думаю, вам следует переговорить с наместником, прежде чем принимать окончательное решение.

– О чём мне говорить с ним?

– Не знаю. О том, чего хотите. Или… чего не хотите.

Впервые за последние дни в глазах Пепельной демоницы зажёгся огонёк жизни.

***

Деревня пылала. Но теперь это были не костры войны, а костры радости. Широкий луг у подножия холма был сплошь покрыт яркими пятнами пламени, беснующегося адскими цветками. Весёлая навязчивая музыка звенела по округе и почти заглушалась пением, разговорами, тостами и хохотом. Сладкий запах жареного мяса распространялся повсюду, дразнил нос, девичьи юбки взметались в залихватских танцах. Ночь пьянила не хуже кваса, браги и самогона, которые щедро разливали по деревянным кружкам селяне. Праздник продолжался уже много часов, нередко возле длинных, грубо сколоченных столов можно было наткнуться на сражённых алкоголем гуляк. Их покой никто не тревожил, оттаскивали только с дороги, чтобы хороводами не раздавило, и продолжали кутить.

Шелара, как разомлевшая в тепле кошка, щурила глаза и смотрела на гулянье с небольшого холма, сидя на покрывале, выпрошенном у приютившей их хозяйки. Рядом расположилась Кайрина с большой глиняной плошкой, наполненной жареным на огне мясом, на коленях.

– Уф! Кажется, я наелась, – сообщила Кайра, откладывая блюдо подальше.

– Стой, ещё кусочек, и можешь убирать!

Шелара выудила из плошки кусок мяса, самый крупный, какой попался, и блаженно вонзила зубки в шашлык.

– Ты собираешься наесться мясом на всю оставшуюся жизнь?

– Не уверена, что удастся, но я пытаюсь!

Кайрина вытерла руки о край покрывала.

– Кайри-ина! Нам же его отдавать!

– Попросишь кого-нибудь из своих демонов почистить. Дело двух минут, – отмахнулась девушка и потянулась к кувшину с квасом, предусмотрительно захваченному с одного из столов.

– Ха! Так и представляю: «Ваше Высочество, не соблаговолите ли вы взмахнуть своей царственной дланью, чтобы очистить сей негодный кусок материи от пятен жира, а то мы тут с Кайрой шашлыком баловались»!

Кайра хохотнула, едва не пролив на себя квас:

– Вот тебя понесло-то!

– И не говори!

Дожевав кусок мяса, Шелара с аппетитом облизнула пальцы, покрутилась вокруг, и, признавая поражение, вытерла их о другой край покрывала. Кайра усмехнулась, глядя на её моральное падение, и протянула квас.

– Хорошо, – с удовольствием выдохнула Шелара, отставляя кувшин и вытягивая ноги.

– А я и не знала, что тебе нравятся блондины.

– В смысле?

– Ну… Сначала Шерри, теперь Альшер.

– Нет. У меня с ними ничего… – она задумалась на мгновенье, и призналась: – …не понятно.

– Я бы так не сказала. Я видела ваш разговор днём, всё было вполне очевидно.

– Да, на самом деле, всё… демон разберёт, как.

– А Шерри?

– В последний раз видела его в Свободном городе. Мы поговорили, и он исчез.

– И не обещал вернуться?

Девушка покачала головой и благодарно сжала ладонь Кайрины. Истинные её мотивы были Шеларе не известны, и она видела в них лишь дружеское участие. И эта иллюзия грела душу.

– Спасибо, что беспокоишься обо мне. Мне этого очень не хватало.

– Милая, я просто хочу, чтобы ты была счастлива, – Кайра искривила губы в улыбке и накрыла ладонь Шелары своей, чувствуя, что её буквально тошнит от приторности лжи. – Так, что же с Шерри?

– Думаю, ничего. Он ясно дал понять, что не присоединится. Возможно, это была наша последняя встреча.

– И даже не приоткрыл завесу маски?

Шелара разочарованно качнула головой.

– Увы. Адресок и настоящее имя тоже не оставил.

– Жаль. Но ты удачно заменила его Альшером, – Кайрина прилегла на покрывале. – Альшер… Это ведь и есть тот брат-злодей Шейлирриана?

– Он самый. Только я уже не так уверена, что он злодей.

– А кто? Герой на белом коне?

– Ага. Принц из сказки. Страшной такой, где зло побеждает. Причём, в самом начале.

– Неужели?

– Не знаю, – она улыбнулась. – Я в этих их интригах вообще ничего не понимаю. И не пытаюсь понять. Сделаю свою работу и больше их не увижу.

Такой сценарий Рейнса бы не устроил. Кайрина снова выдавила дружеский оскал.

– А как же Шанакарт?

– О, не сыпь мне соль на рану! Я навсегда сохраню в сердце их кухню и, – мысли затопили сладкие воспоминания, – всё остальное.

– Тогда я настоятельно рекомендую тебе подумать ещё раз.

Кайрина увидела идущего к холму через луг Альшера. За беловолосым мужчиной следовала вереница хихикающих девиц, все, кто посмелее, пытались уговорить его на танец, но пока им не везло. Кайра ухмыльнулась.

Решение лежало на ладони. Демон неподдельно беспокоился за Шелару. Самой девчонке это, возможно, было не ясно, но её-то чутьё теперь не обманешь. Бесы знают, что арши нашёл в Шеларе, но это что-то его крепко держало. Иначе её вчерашняя царапина так бы их с князем не всполошила. Из-за ничего не значащего флирта демон Жизни и пальцем бы не пошевелил. А значит, Ледяной сделает всё сам, даже вернёт Шелару в Шанакарт, если ему не мешать.

– А знаешь, что? – Кайра повернулась к Шеларе, мечтательно смотревшей на россыпь бриллиантовых звёзд в бархатных небесах.

– Что?

– Я пойду танцевать!

– Я с тобой! – Шелара сделала попытку привстать, но подруга попридержала её за плечо.

– Нет, ты всё испортишь. У меня планы на эту ночь, я там такого красавчика видела! Помнишь, со святым отцом приехал?

– Послушник? Они же не… того.

– А я смотрю, он уже покачивается возле молодожёнов. Пора искушать!

– Ну удачного вам грехопадения.

Глядя, как Кайрина воодушевлённо сбегает по некрутому склону в толпу празднующих, Шелара думала о том, что подругу, наверное, не изменит даже могила. Она и на том свете соблазнит кого-нибудь из богов или херувимов. Или бесов, что вероятнее.

На холм взошёл Альшер и присел рядом с ней на покрывало. Девицы, разочарованно вздохнув, разошлись искать других кавалеров. Самыми вероятным претендентами на их внимание были Эжен и Алый. Айшариль же зорко охраняла свою территорию. Кажется, у неё разыгралась паранойя после свадьбы.