Любовь Фомина
Ведьма. Обучение магии

Глава 1

– Куда мы бежим? – Пытаюсь я перекричать порывы ветра, бьющие по ушам.

– В безопасное место, – слишком спокойно отвечает мужчина.

Мимо проносится чудовище, слишком быстро перебирая всеми шестью лапами. Одним из многочисленных глаз, он замечает нас и резко тормозит, разворачиваясь. Огромная черная масса шевелится перед нами, начиная приближаться. Приходится свернуть. Ветки деревьев бьют в лицо, но я стараюсь не сбавлять темп. Корни мешаются под ногами. Я спотыкаюсь.

– Нужно разобраться с ним, – кричу я, начиная отставать.

– Нет. Ты не готова. – Все так же ровно звучит голос, отвечая мне.

– Разберись сам!

– Дойдем до безопасного места, разберусь.

– А если его не будет?

Но мой вопрос остается без ответа. Приходится лишь бежать, надеясь, что все это когда-нибудь закончится. А еще, что охотник оставит меня в покое, как только мы дойдем до святилища.

Немного ранее

– Ри, собирайся, к тебе пришли.

Когда отец открыл дверь в мою комнату, я, честное слово, подскочила на месте.

– Кто пришел?

Я никогда никого не ждала. Вот совсем. Особенно в те дни, когда отец пил. А пил он постоянно. Я старалась либо уходить из дома и очень долго разглядывать асфальт под ногами, чтобы прийти под конец гулянок, когда все выдохнутся и разойдутся, либо тихо, как мышь, сидеть в комнате и надеяться на то, что обо мне не вспомнят.

– Люди тут. Собирай вещи. Не заставляй ждать. – Еле произносит он, давясь от алкоголя своими же словами.

– Какие вещи?! – Глаза то и дело начали ползти наверх.

– Не знаю, какие. Че хочешь, то и бери. Мне то что. Шустрее!

Похожие ситуации уже случались, правда, раньше так настойчиво из дома меня еще не выгоняли. Последний раз отец проспорил мой вечер. Точнее, пока шла очередная попойка, он сильно в чем-то испачкался, а его друг по бутылке предложил застирать вещи. Я слышала тот разговор обрывками, но закрывали стиральную машинку они долго и громко. Отец орал что-то невнятное, отвечая на такие же крики друга. Затем открылась дверь в мою комнату. Я притворилась, что сплю, но отцу это было неважно. Он пару раз пнул меня ногой, чтобы разбудить. Не удержал равновесие, упал. За это отвесил мне еще и подзатыльник. Ведь «если бы не я, то у него все было бы хорошо, и позора не случилось бы».

– Порошок нужен? – Спросил он, еле разделяя слова.

– Стирать? – Уточнила я, но отец сразу же стал замахиваться, чтобы подарить мне еще один незабываемый удар по макушке, ведь на его вопросы нужно отвечать четко. – Да, нужен, – добавила я, но еще одного подзатыльника не избежала, ведь «все начатое нужно доводить до конца».

– Бл … – Громко выругнулся он, гневно сверля меня взглядом. – А он есть в доме?

– Есть … – Как можно тише ответила я, не понимая, насколько в этот раз угадала с ответом.

– Саныыыч, твоя победа.

Так отец проиграл спор, ставкой в котором была моя работа по дому его друга. Весь вечер я потратила на то, чтобы вымыть его квартиру, а потом еще до поздней ночи выносила мусор. Грязными были даже стены, а от количества пустых бутылок, некоторые из которых оказались раритетными, до сих пор пробегает дрожь по коже. Страшно вспоминать.

И вот сейчас отец вновь «удивит» меня. Поэтому я не собираю никаких вещей и, в чем есть, выхожу из комнаты. Прокуренная кухня наполнена едким дымом, а за столом сидит отец с очередной бутылкой в руках, ведь все стаканы уже давно разбиты. По традиции, напротив в скрюченной позе сидит его Саныч, а у дверей стоят два человека в приличных черных костюмах.

– Что на этот раз вытворил мой отец? – Спрашиваю я напрямую у них.

– Да чертова карта не пошла! – Практически из-под стола выдает свою версию отец, икая и сдерживая характерные позывы.

– Арина Мейерхольд? – Обращается ко мне один из гостей, игнорируя вопли отца.

– Да, это я.

Человек в темных очках, выглядящий странно, стоя в квартире, когда за окном ночь, кивает мне. Он выставляет вперед два пальца и рисует в воздухе круг, не говоря больше ни слова.

Сколько же еще алкашей я встречу на своем пути, пока не выберусь из этого ада?

Свет начинает моргать, а стены становятся прозрачными. Неужели я сама успела чем-то надышаться, пока стояла рядом с этой интеллигенцией? Голова начинает кружиться, и я закрываю на секунду глаза, чтобы, как следует, протереть их и проморгаться. Когда я их открываю, то стен уже не видно совсем, впрочем, как и всей квартиры. Только я, два человека во всем черном передо мной и зеленые луга вокруг. А нормально так мне по голове дало.

– Мы долго вас искали. – Говорит второй, снимая очки и раскрывая мне свои глаза. Лучше бы не показывал. Этому примеру следует и первый говорящий, кого я уже и человеком назвать не тороплюсь. На меня смотрят четыре кошачьих глаза на человеческих головах.

Линзы! Не сразу, но доходит до меня здравая мысль. Хотя все вокруг совсем не кажется нормальным.

– Что произошло? Где мы? Кто вы? – Задаю я вполне здравые вопросы, сомневаясь уже и в своей адекватности. Может, отец тоже таким видит мир? Это бы многое объяснило.

– Мы ответим на все ваши вопросы, – чуть кланяется первый.

– Отлично, я жду.

– Мы на Танараке. Это мир, такой же, как и ваш, только с небольшим отличием. В нашем есть магия. Мы сюда переместились, чтобы отправить вас на учебу в Академию. Мы ищейки. Название говорящее, – посмеивается он, – ищем всех, у кого была замечена склонность к магии.

– А произошло, что? – Пытаюсь я склеить всю картинку происходящего, не понимая, как можно поверить в тот бред, который только что услышала.

– Так телепортировались, – разводит руками второй.

– Я не об этом. Мой отец …

– О нем не стоит беспокоиться. – Перебивает меня все тот же. – Несмотря на образ жизни, лет тридцать еще точно проживет. Здоровье у него хорошее. Мы просканировали.

– Да я не об этом! – Хватаюсь за голову, понимая уже все сложности общения с сумасшедшими.

– А, Арина хочет знать, почему ищейки смогли ее забрать? – Скорее рассуждает вслух сам с собой первый, нежели отвечает мне. Но достаточно даже этого.

– Допустим да, это Арина и хочет понять.

– Все просто! Мы пришли просить его согласия, чтобы забрать вас. И ваш отец проиграл вас в карты. Формально согласие было дано, поэтому можете не беспокоиться.

– Проиграл? В карты? Прям всю меня? Целиком?

Просто не верится! Как он вообще додумался до такого? Или в доме осталось все настолько ценное, что родная дочь кажется безделушкой? Ну, конечно! Зачем ему та, кто деньги зарабатывает, а не дает, да еще в квартире мешается? Пьет то отец исключительно за счет пособия по инвалидности!

– Це-ли-ком? – В один голос произносят странные индивиды и зависают. – А об этом мы как-то не подумали, – ошарашено смотрит первый.

– И не обсудили, – поворачивается на него второй.

– Потом выясните! – Возвращаю на себя их внимание. – Вы мне лучше скажите вот что. Меня отправляете учиться в Академию? Я этого не хочу. Я уже успела выучиться и в школе, и в институте. Мне хватит этого, к лекциям я возвращаться не собираюсь.

– Да вы что! Нельзя так говорить! Это лучшая Академия для обучения магии на всем Танараке! Вам выпал такой шанс!

– Он мне не нужен. – Мотаю я головой и скрещиваю руки.

– Арина, это вы сейчас так думаете. Но, по нашим расчетам, вы обладаете магией. И управлению ей нужно учиться.

– А если у меня никакой магии нет? Или вдруг есть, – выставляю я руки вперед, придавая краски в голос, подыгрывая полукотам, – но ее мало? Тогда я вернусь обратно домой?

– За это не переживайте. Если магии в вас окажется недостаточно, то вы умрете из-за телепортации в непригодную для вас среду обитанию. Обычно это проявляется через пару дней. – Слишком спокойно заверяет меня первый, быстро кивая головой, будто сбрасывает с себя мои взгляды.

– Отлично, – округляю я глаза, поднимаю брови и вздыхаю, все еще сомневаясь в реальности происходящего.

Глава 2

– Иди за нами, тебе корпус покажем. – Зовет меня первый, а второй махает рукой.

– А может, не надо? Отсижусь тут, а потом вдруг, что случится, и меня домой отправят?

– Надо, надо. Ты просто еще своего счастья не понимаешь. – Подпрыгивает второй и уносится вперед, оставляя нас позади.

Мы молча идем вперед по зеленому лугу. Нигде не видно никаких зданий. Я всматриваюсь вдаль, разглядываю самые обычные деревья, но не замечаю ничего особенного. Вот будто меня просто в лес вывезли!

И это очень может быть похоже на правду. Вырубили меня чем-то, а может, и я сама не выстояла против ядовитого воздуха кухни, затем увезли в лес, надели линзы. И сейчас возможен любой исход. Но я больше склоняюсь к двум, наиболее банальным. Либо надо мной громко пошутят, оставив на обочине дороги, либо продадут в рабство. Второй вариант, конечно, самый «реальный», из всего того, что я могла придумать, зато креативный. Но в магию я верить отказываюсь.

Мы с первым полукотом нагоняем того, что ускакал вприприжку далеко вперед. Он ведет себя крайне странно. Стоит, руками трогает воздух. Будто в мима внезапно решил поиграть.

– А что происходит? – Громко спрашиваю я, но в ответ получаю лишь «тшшш».

– О, нащупал рычаг! – Восклицает ищейка.

Раздается небольшой щелчок, и сразу же пространство вокруг начинает искрить, расходясь мерцанием по огромному кругу, дальней дуги которого даже не видно. По мере взлета этих искр вверх, я начинаю отходить назад, не веря своим глазам. Будто из земли вырастает огромное здание с высокими шпилями. Появляются дорожки, по которым ходят редкие люди.

– Это … – Не нахожу я слов для описания увиденного.

– Академия, – довольно улыбаются ищейки.

Несмотря на происходящее прямо передо мной, все равно оказывается трудно поверить в реальность этого. Ищейки проходят вперед. Они медленно выверяют каждый шаг, осматриваясь вокруг, словно любуясь. Я осторожно следую за ними. Только прохожу условную черту, которую не могут поймать глаза, мерцание вновь появляется за спиной, создавая почти прозрачную и живую оболочку, отрывающую нас от всего остального мира.

К нам навстречу идут какие-то люди. И это не случайность, они направляются прямо на нас. Один из них пожилого возраста, полностью закрытый красной мантией, другой чуть моложе и одетый не так странно – всего лишь в черный удлиненный костюм. Правда, его косички из белых волос на голове совсем не сочетаются с одеждой … Третьим встречающим оказывается женщина. Она настолько плавно идет, что даже не заметно шевелений подола ее черного платья, увешанного серебряными бусинами и каплями.

– Низкий вам поклон, – в один голос произносят ищейки и кланяются.

– Кого вы опять сюда привели? – Раздается недовольный старческий хриплый голос от человека в мантии, даже не смотрящего в мою сторону. – Прошлый ученик обратился в прах только вчера. Даже матрас почистить не успели.

– Это особый случай, – начинает лобызать первый.

– Редкость! – Подключается и второй.

– И что особенного в этом … случае? – Будто давится мужчина в костюме, переводя на меня взгляд полный отвращения.

– Мы еще не поняли … – Грустно отвечает кто-то из ищеек.

– Девочка, как тебя зовут? – Явно ко мне обращается женщина, подходя немного ближе, но продолжая смотреть свысока и с явным презрением.

– Я не девочка – я не ребенок, а вполне взрослый человек. А зовут Арина.

– Такой не было в списках, – задумчиво произносит тот, что в костюме.

– Ну … планы немного изменились. Мы заметили ее совершенно случайно, когда проходили мимо, чтобы найти объект 341 второй категории. Ее будто кто-то специально скрыл от поисковых заклинаний и приборов слежения.

– Занятно. – Продолжает вести диалог все тот же мужчина. – А что с объектом?

– Не пригоден. – Разводит руками ищейка. – Выяснилось, что это бытовая магия. Такой объект со стопроцентной вероятностью не переживет переноса в Танарак.

– Все планы насмарку. А с этой нам что делать?

– Ну опыты проведите … эксперименты …

Все время разговора я стою практически неподвижно, перебирая ногами то туда, то сюда. Осматриваюсь, пытаюсь хоть как-то разложить по полочкам в голове. Но когда слышу слово «эксперименты» насчет моей персоны, то сразу же подхожу ко всем говорящим.

– Не надо никаких экспериментов! Можете просто отправить меня обратно.

– Молчи, когда старшие разговаривают, – шепотом произносит ищейка, разворачиваясь ко мне.

– Сколько лет? – Поворачивает голову на меня мужчина.

– Двадцать пять.

– Поздно чему-то учить. – Будто пытается отговорить он меня. – Понимаешь, даже если у тебя и течет какая-то магия, то в таком возрасте ей раскрыться уже практически невозможно, особенно если раньше не было никаких попыток.

– Вы мне это сейчас зачем говорите? Я и сама не хочу вникать во все эти ваши дела. Просто отправьте меня домой.

– В лазарет ее, – перебивает всех женщина, чем сразу же обращает все внимание на себя. – Я осмотрю ее, проверю, можно ли что-то сделать.

– А домой? – Не сдаюсь я. Видимо, какие-то уроки отца не прошли бесследно.

– Невозможно, – отвечает за всех хриплый старец.

– Не раньше, чем через год, – поясняет женщина, скучающе и монотонно, будто каждый раз ей приходится проводить инструктаж. – Но если твоей магии будет недостаточно для последствий переноса, то через два дня максимум ты превратишься в прах.

– Да, подобное я уже успела услышать.

– Прекрасно. – Продолжает она смотреть на меня с отвращением.

Все начинают расходиться, не говоря больше ни слова. А я так и стою на месте. Вроде про лазарет что-то говорили … И я догоняю женщину, чтобы идти с ней. Она чуть поворачивает на меня голову, бросает налитый тяжестью взгляд, и вздыхает, закатывая глаза.

Мы заходим в здание, оказываясь в каменных коридорах. Они заполнены, видимо, студентами. Причем, с виду это обычные люди, и как будто магия была только что выдумана для запугивания моей фантазии. Несколько поворотов приближают нас к очередной двери, за которой уже виднеются больничные койки, когда, по всей видимости, работники, бегают туда-сюда, постоянно открывая дверь.

– Ложись, – безэмоционально произносит она.

– На любую? – Уточняю я и сразу же ложусь на ближайшую. Женщина опять лишь вздыхает.

– Не шевелись и закрой глаза. Могут возникнуть неприятные ощущения, такие как жжение или легкое покалывание. Придется потерпеть.

– А что вы будете смотреть?

– Ничего ли не пострадало при телепортации, и какая у тебя аура. Она поможет определить направление магии и факультет, куда тебя можно будет направить, – удивительно доходчиво объясняет она, протирая руки, обильно смазанные кремом.

Продолжая делать вид, что я верю во все эти странные вещи, закрываю глаза и расслабляюсь. Умиротворения не приходит, но лежать оказывается вполне удобно.

Происходит ли что-то – не понятно. Я ничего не чувствую. Лежу ради удовольствия, пока не поступает других предложений. Но резко что-то начинает врезаться в грудь, словно ломая мне все кости и выворачивая их наизнанку. Кровь по всему телу словно начинает вскипать, сжигая изнутри. Терпеть не получается. Тело машинально начинает дергаться и трястись. Я открываю глаза, и уже было вскакиваю с койки, как что-то вырывается из моей груди и прошибает потолок. Камни начинают трескаться и падать. Женщина встает передо мной и поднимает руки вверх, бормоча что-то. Дырка в потолке начинает медленно затягиваться, а я пытаюсь отдышаться, проверяя целостность своей грудной клетки. На ощупь все оказывается в порядке.

– Что это было? – Еле произношу я, держась за койку от бессилия, резко наступившего в ногах.

– Такого не было очень давно, – ошарашено произносит женщина.

– И это?

– На тебе стоит блок, который не позволяет проверить твое сознание.

– Замечательно. Это плохо?

– Это … как минимум, странно. Я не встречала такого уже целое столетие. Последняя ведьма, которой хватало мастерства на такие заклинания, давно мертва. Мне нужно к ректору, а ты лежи здесь. Жди.

Женщина поспешно выходит из комнаты, и я остаюсь наедине с собой. Сложно поверить в происходящее, но все выглядит настолько реально. Даже эти камни, падающие вниз … И боль вполне себе, не выдуманная. Неужели, я правда попала в магический мир, а отец отрекся от меня, проиграв в жалкие карты? Что же на работе подумают, когда я внезапно исчезну …

Мерить комнату шагами становится слишком скучно, когда я перехожу на трехзначные числа. Начинаю считать количество камней над головой, затем под ногами, перехожу на окна, разглядывая проходящих мимо людей.

Наконец, дверь комнаты открывается. За женщиной следует старец в мантии.

– Попробуем традиционный способ. Он не такой глубинный, но надежный. По легким отголоскам аппарат будет считывать твою магию, – начинает он с порога что-то объяснять мне.

– Окей, давайте попробуем. Мне лечь? Сесть?

– Как тебе угодно, – звучит хриплый голос, успокаивая меня. Что-то есть в этом старце такое, что заставляет чувствовать себя более расслабленно, словно перед дедушкой стоишь.

Я сажусь на все ту же койку и ожидаю, что же сейчас произойдет. Мне на голову надевают железную шапку, увешанную разноцветными огоньками, от которой еще и тащится провод. Куда, я не вижу, стараясь не шевелиться, как меня и попросили.

Благо, сейчас не возникает никаких болезненных ощущений. Тишь да гладь. Только возгласы за спиной подсказывают, что опять происходит нечто странное и непонятное. Женские вздохи сменяются мужским покашливанием, но никто не произносит ни слова. А у меня уже попа затекает так сидеть, да и глаза замыливаться начинают. Кто-то сзади снимает с меня аппарат. Старец подходит совсем близко и замирает, разглядывая меня. А я смотрю на него в ответ. Забранные назад черные волосы, уходящие в седину, морщины на лице, перетекающие на шею, все та же мантия. Даже неловко немного становится от такого долгого и пристального взгляда.

– Что-то не так? – Наконец, спрашиваю я.

– Кто ты? – Спокойно спрашивает старец.

– Я все еще Арина. Мне по-прежнему двадцать пять лет. И …

– Я другое имею ввиду. – Перебивает он меня, загоняя в угол своим ответом.

– Я не очень понимаю, что вы хотите от меня услышать.

– С тобой что-то не так.

– Ну, спасибо!

– Понимаешь ли, – садится он рядом со мной, – такого феномена не случалось уже очень давно. Твоя магия заблокирована от сторонних вмешательств, а датчики показали универсальный тип магии, хотя он давно стерт из всех учебников. Сейчас всеми признаны четыре направления, – вводит он меня в краткий экскурс, – это защитники, к ним относятся всевозможные щитовики, обладающие магией сохранения и умеющие делать надежные амулеты. Есть бойцы, имеющие склонность к использованию активных боевых заклинаний. Целители, думаю, здесь нет смысла пояснять. И четвертые, это охотники. О них тебе еще рано что-то знать, они просто существует, хотя такого направления подготовки давно нет. А вот с универсалами сотни лет никто не имел дела. Мы даже не понимаем твой потенциал и силу, полный спектр способностей. Скажи, а ты точно с Земли?

– Точно, точно. И родители у меня вполне обычные. Правда, маму я никогда не видела, но отец точно самый простой человек.

– Хм … Странно.

Старец задумывается, а женщина продолжает разглядывать меня со всех сторон. Может, еще не поздно убежать? Правда, куда – непонятно. Но и решения по моей персоне еще не принято. Отправят меня на корм каким-нибудь гарпиям или драконам … За мою универсальность.

Глава 3

– Решим эту загадку потом, – наконец прерывает свое молчание человек в мантии, причмокивая и потирая уголки губ, – давай сейчас кто-нибудь покажет тебе комнату.

– Какую? – Тут же вздрагиваю я, еще держа в памяти разговор об экспериментах. – Может не надо меня в комнату?

Я медленно сползаю с каменной кушетки и озираюсь вокруг. Людей с наручниками рядом нет – уже хорошо, но расслабляться все равно рано. Старик лишь усмехается, глядя на меня и оставаясь неподвижным.

– Тебе нужно где-то жить этот год. Место в комнате выделим, на занятия запишем. Походишь на них для общего развития. Быть может, наш мир тебе еще понравится.

– Какой в этом толк, если, как вы сами сказали, я умру через пару дней?

– Ох, молодежь, – в голос смеется старик, вгоняя тем самым меня в краску от неловкости и непонимания ситуации. – Если выживешь, то ты можешь бояться весь этот год, скрываться от невидимых врагов, запираться за многочисленными замками, ожидая последних дней жизни. Но ведь есть и другой путь. Можно получать удовольствие, пока не истечет твой срок. Решать только тебе, как провести этот год.

– А вы не будете меня на корм чудищам пускать? – С опаской спрашиваю я, вцепившись в края своеобразной кровати, готовая выбежать пулей в эту же секунду. – Или экспериментировать над моей головой или другими частями тела?

– Пока не будем, – пожимает плечами собеседник и тяжело поднимается на ноги. Он уже выходит из комнаты, как поворачивается обратно на меня, окидывает взглядом, будто пытается запомнить это хрупкое человеческое тело, а потом закрывает за собой дверь.

– Ну дела-а-а … – Протягиваю я и ловлю взглядом женщину, которая тоже спешит покинуть это место. Я вскакиваю на ноги и спешу за ней. – Стойте! А мне куда?

– Подождешь, – спокойно отвечает она, и дверь закрывается пред моим носом.

Ну порядки здесь! И ведь никакого человеческого отношения! Мне уже не нравится этот мир. Странные жители с непонятными условностями. Если магия позволит остаться, то я не умру, иначе я здесь и не нужна. Кажется, не существует ни одного мира, где я была бы достойна жить. Дома меня могут лишь бить, упрекать и использовать, здесь уже пророчат скорую смерть. Ведь год – это действительно очень мало! Что я успела сделать за свои двадцать с кепкой лет? Да, считай, ничего! Даже пытаться не буду перебирать в памяти события и моменты, которые принесли бы мне удовольствие.

Я принимаю решение тоже выйти из этой пресловутой комнаты, в которой никто не хочет находиться. Делаю шаг через порог, и ничего не происходит. Неужели вот так просто я могу прогуливаться по коридорам, не боясь оказаться пойманной? Странная система безопасности в этом мире. Кажется, скоро придется заводить личный дневник, в котором я буду вести ежедневную колонку странностей.

– Эй, стой, ты куда, нельзя! – Раздается запыхавшийся голос, и весь коридор, который я толком даже не успела рассмотреть со всей его жизнедеятельностью, замолкает. Десятки глаз уставляются на меня, а ноги прохожих замедляются, но не останавливаются, будто бы так будет более подозрительно. Одинаково!

– Что смотрите? – Включаюсь в происходящее и я. – Идите по своим делам! Нашли тут феномен! Объект для изучения, блин! – Кричу я и отмахиваю в стороны руками, отпугивая тем самым зевак в школьной форме. Они еще сильнее удивляются, но испуг берет верх, и вот все ускоряются, чуть ли не пробегая мимо меня, будто боятся даже моим прикосновений. Сгорят что ли, если я дотронусь? Но это я бы еще проверила…

– Куда ты собиралась идти? – Звучит тот же голос, что привлек внимание нескольким минутами ранее, над ухом. Я поворачиваюсь на звук.

Передо мной стоит высокий человек, одетый в черный костюм, но не в официальный, а скорее уличный с намеком на спорт. Его такие же черные волосы зализаны и убраны в тугой низкий хвост. Глаза обычные, руки вроде тоже имеются, две ноги человеческие… Разговаривает тоже понятно. И ведь странно! Ведь я от него мало чем отличаюсь, но почему-то считаюсь вторым сортом, если не третьим.

– Осмотреться. Прогуляться. Нельзя? – Обращаюсь я к молодому человеку, выслеживая его реакции. Но, делая преждевременные выводы, кажется, занимаюсь бессмысленным делом.

– Нельзя! – Чуть ли не рычит он в ответ. Прокашливается. Подает руку для знакомства. – Мы не с того начали. Я – Нор рей’Ар! – Гордо произносит он. А затем… затем он смотрит на свою выставленную вперед руку, убирает ее, вытирая о брючину, и возвращает голову на место, смотря на меня нарочито свысока.

– Кто ж тебе имя то такое придумал? – Стараясь изо всех сил сказать это без осуждения, я заглядываю ему в глаза, кажущиеся с антивысоты моего роста, полузакрытыми. Этим я ввожу нового знакомого в ступор.

– Это почетное имя, – выискивает он хоть какой-то ответ.

– Ну, как скажешь. А меня зовут Арина.

– Это твое полное имя?

– Нет.

Глаза, полные ужаса, утыкаются в меня, будто взгляд имеет способность материализоваться. Человечек пятится назад, но не рассчитывает траекторию, будучи поглощенным ужасом, и ударяется головой о серую стену.

– Прошу, скажи полное имя. – Чуть ли не умоляет он, скрещивая руки на груди.

– Арина Мейерхольд. – Пожимаю я плечами. – Германские корни… А, что я тут рассказываю. А у тебя проблема с именами? Чего ты так испугался?

Человечек вздыхает с облегчением. И даже делает шаг вперед! Он озирается вокруг, будто боится, что нас кто-то услышит, а такого позора он не переживет. И шепотом отвечает мне.

– Называйся только полным именем. Ничего не сокращай.

– Это еще почему? – В полный голос спрашиваю я, нарочно проваливая всю его конспирацию.

– Понимаешь… Сокращая имя ты… как сказать… ой, Деметра, дай мне сил… Ты сокращаешь дистанцию… Ну ты понимаешь, о чем я?

– Уединения в туалете я тебе не предлагаю, можешь не переживать, – закатываю я глаза. Но глаза Нора-как-его-там тут же, наоборот, выкатываются из своих орбит.

– Тш-ш-ш…

– Да поняла, поняла я, – смех пробирает меня, – веди уже, куда сказали. Сегодня ты мой экскурсовод.

– Экс… кто?

– Неважно. – Отмахиваюсь я, еле сдерживая себя от очередной реплики, которая обязательно вновь вгонит собеседника в краску.

И паренек выпрямляется, распрямляет перышки, так сказать, бросает на меня взгляд, полный важности, будто до этого момента ничего не было, и гордо говорит:

– Следуй за мной.

– Слушаюсь и повинуюсь, – ехидничаю я, незаметно закатывая глаза. Ему все равно, ровным счетом на это, а мне хоть какая внутренняя поддержка. Ну вот привыкла я так двигаться по жизни, и ничего уже с этим не сделаешь.

После стольких пережитых… событий я не могу все воспринимать серьезно. Нет-нет, да где-то проскользнет промасленное «ха-ха», облегчающее мне жизнь. Иначе уже давно головой поехала бы. Хотя… учитывая, где я сейчас нахожусь, возможно, этот момент как раз таки и настал.

Судя по всему, сейчас настает время очередного занятия, и коридор пустеет. Последние студенты перебегают расстояния между кабинетами, а потом и вовсе пропадают за ними. Появляется эхо, преследующее каждый мой шаг. И становится даже несколько неловко от такого уединения.

– Мы сейчас проходим по одному из коридоров Величайшей Академии, – начинает свою лабуду Нор-все-еще-не-вспомнила, которая совершенно мне неинтересна. И так как я не из робких, то мигом перебиваю его, из-за чего ловлю на себе презрительные взгляды.

– Коридор это, коридор там. Уверена, что тут еще с десяток коридоров. Расскажи что-нибудь более важное или что-то просто занятное. Например, откуда ты сам. Или кто здесь учится, зачем. Что за магия такая. Кто здесь главный, кого бояться, а кого лучше избегать.

– Мне кажется, ты не понимаешь всю серьезность…

– Ой, да все я понимаю. – Отмахиваюсь я и останавливаюсь, чтобы не разговаривать с движущейся спиной. – Но не хочу тратить свой год на изучение коридоров и определение оттенков краски стен.

– Ладно, – практически вскипая, выдыхает Нор-обязательно-полное-имя. – Сейчас я провожу тебя до комнаты, а потом выйдем в сад, и я отвечу на все твои вопросы.

– А вот это уже другое дело! Знаешь, ты мне начинаешь нравится, – усмехаюсь я и чуть ли не вприпрыжку следую за своим экскурсоводом, делающим слишком большие для меня шаги.

– Не дай Афродита, – еле слышно произносит он, тем самым давая мне повод расширить список вопросов.

Весь путь до моей комнаты мы преодолеваем в затянувшемся молчании. Сначала приходится пройти коридор до конца, затем мы куда-то поворачиваем, потом поднимаемся, спускаемся, вновь проходим коридор насквозь. Где-то на середине пути я бросаю все попытки запомнить дорогу обратно. Кто ж придумывал эти лабиринты и зачем? Жизнь что ли слишком скучная здесь? А так блуждание по коридорам – хоть какое-то развлечение и досуг. Других версий у меня нет.

– Мы пришли в женскую башню, – шепотом произносит Нор-как-его-там, – так что давай не будем шуметь. Мне здесь нельзя находиться.

– А зачем вызвался тогда помочь? – В полный голос отвечаю я, ведь, судя по логике, мне-то здесь шуметь можно.

– Вызвался? – Оборачивается паренек на меня и прищуривает один глаз. – Помочь? Все несколько сложнее.

– Ага. – Руки на груди складываются сами собой, а ноги оказываются в стойке «я здесь главная», где опора приходится на бедро. – Поняла я твои сложности. Заста-а-авили. А я все думаю, что за волонтер такой нашелся, который руку даже боится пожать при знакомстве. Теперь-то все встало на свои место.

– Нет. Сложнее. – Стоит на своем важный студент, косясь на меня уже исподлобья. Эх, перегнула я, пристыдила его. Ну, придется привыкать. Сами меня сюда притащили, теперь пускай расплачиваются за свои грехи.

– Так, а где комната? Мы же сюда для этого пришли, помнится мне.

Я оглядываюсь по сторонам. Всё такие стены, пол, потолок. Разве что дверей больше. В остальном никаких отличий от других коридоров. Ну, и удивительно, конечно, что мы уже находимся в другой башне. Значит, их здесь несколько. Интересно, сколько и чем они «знамениты».

– Вот. – Показывает Нор-нор-нор вывернутыми ладошками вверх на ближайшую дверь.

– Я могу войти?

– Сейчас? – Его голос дергается, а глаза раскрываются в страхе. Эхом по этажу раздается, как он сглатывает слюну.

– Ну, а когда ж ещё? Зря шли сюда столько? Да и как я вообще потом смогу найти путь сюда, если даже двери-то не открою?

– Я… отойду. Только недолго там. Мне здесь нель…

– Да помню я. Память меня еще не подводила настолько.

Мысленно я осекаюсь, но вида не подаю. Память не подводила… Ага, конечно. Этот молодой человек мне только представился, как я уже забыла половину его имени. А в остальном винтики в голове ведь прекрасно функционируют! Да и мало ли какой стресс я испытала, могу что-то и напутать после всего.

А почему вообще я сама перед собой стою и оправдываюсь, когда нужно просто открыть дверь? Кому это всё? Надеюсь, что тут мысли никто читать не умеет, а то будет неловко.

Да сколько можно отвлекаться! Ух. Вот злюсь сама на себя, а всё равно ничего не делаю.

– Ты долго еще будешь дверь запоминать? – С надеждой в голосе спрашивает Нор-когда-то-вспомню.

– Вот пытаюсь. Но, знаешь, сложно. Они же все одинаковые.

– Так постарайся, – чуть ли не цедит он сквозь зубы и тут же разворачивается.

А я тем временем дотрагиваюсь до деревянной ручки и толкаю дверь. На удивление, она поддается. Никаких кодов и паролей у меня не спрашивают. И я уверенно захожу внутрь.

Комната оказывается вполне просторная. Я бы даже сказала, что слишком. Она условно поделена на три сектора, выступающими стенами, служащими разделителями территориями. На каждой из них расположено по две кровати. Методом вычисления понимаю, какая из этих кроватей свободна. Она идеально заправлена, на тумбочке, стоящей рядом, также не стоит никаких принадлежностей. Но садиться и проверять на удобство будущее место для сна я не тороплюсь. Прохожу вокруг, изучаю пространство.

Сразу же на глаза попадается стена за кроватью. Она желтая. И почему-то такая только одна. Вся комната окрашена в нежно-голубой цвет, но именно моя стена – желтая. Ненавижу этот цвет всей душой! Нужно будет что-нибудь придумать, иначе ночевать придется на коврике у двери, которого, кстати, здесь нет. Значит, кровать передвину! Все, что угодно, лишь бы не желтый цвет в моей жизни.

Этому, к слову, никакого объяснения нет. Вот просто не нравится. Раздражает. До истерики доводит. Серые стены куда приятнее, чем этот неприятный, стоящий комом в горле, гнойный цвет.

Раздается стук в дверь. От неожиданности я подскакиваю на месте, в моменте даже думаю затаиться, притвориться, что комната пуста. Но тут до меня доходит – Нор-экскурсовод меня ждет. И, вероятно, это он меня торопит. А я тут зациклилась… Но всегда ведь можно заблудиться и в эту комнату не возвращаться.

Не успев рассмотреть ничего другого, я выхожу обратно в коридор, находя успокоение для глаз и всего тела в сером цвете.

– Ты слишком долго. Нужно идти.

– Так веди. Я всё равно не знаю дороги.

И человек в черном выводит меня обратно на тот этаж непонятно какой башни, с которого и начался весь путь. Еще пара шагов, и мы оказываемся на улице. Нор-ронор-нор подводит меня к ближайшей лавочке и садится, выдыхая слишком много воздуха, словно всё время до этого он не дышал.

– А теперь ты мне все расскажешь, – с широченной улыбкой пропеваю я, выискивая искорки страха в его глазах.

Глава 4

– Нор… Прости, забыла, как тебя…

Ужас охватывает моего собеседника, который настолько наклоняется, пытаясь отстраниться от меня, что чуть не падает с лавки.

– Нор рей’Ар! Больше так никогда не делай!

– Как? Не забывать имён? Я постараюсь. Но и ты пойми, что там, откуда я, не настолько сложные комбинации букв. А тут еще и целиком нужно запоминать.

– На руке запиши.

– Это будет еще более странно.

– Тогда мы в тупике… – Искренне задумывается Нор рей’Ар, но я не желаю так бездарно тратить время, которое можно провести с пользой.

– Что за Деметра и Афродита? У вас такие же боги, как и в моём мире?

– В твоём? – Еще сильнее удивляется паренек. – Вряд ли. Это только наши боги! – Слишком ревностно произносит он.

– Вы им прям поклоняетесь? Подношения делаете, восхваляете в стихах?

– Подношения? Не знаю, о чем ты, но это действительно боги. И они реальны. Каждый год на праздник Лун они спускаются к нам и вознаграждают самых умелых магов.

– А на Землю они никогда не приходили?

– Давай сменим тему, – чуть обижаясь, говорит Нор рей’Ар. – Боги достаточно закрыты, и не рассказывают никому подробностей своей жизни.

– А что за праздник Лун?

– Сама узнаешь.

– М…

Кажется, Нор рей’Ар совсем не в духе. Он замыкается в себе и перестает вовсе участвовать в диалоге, даже в мою сторону больше не смотрит. Но на лавке сидеть продолжает. И пока он не решил уйти, нужно допытать его, хотя бы чуточку. Когда же еще у меня будет такая возможность с кем-то здесь поговорить?

– А что за предметы вы изучаете в этой Академии? Прям настоящая магия творится?

– Ну магия, – скучающе отвечает он и чуть ли не закатывает глаза. А еще, что самое неприятное, игнорирует один из вопросов. Но выводы я тоже делать умею.

– А покажешь?

– Нет.

– А кто здесь учится?

– Маги.

– Они люди?

– Не все.

Льется каскад односложных ответов. Относительно приветливый и достаточно разговорчивый с начала встречи студент становится слишком закрытым для дальнейшего общения. Будто его здесь насильно удерживают. Или он должен здесь находиться, чтобы выиграть время, но только для чего? Я не должна чего-то узнать? Или увидеть?

Или Нор сам вспомнил, что я не из его круга общения, и тут же изменил свое поведение, чтобы я не надеялась на большее. В общем, вопросов оказывается еще больше, чем было час назад. Какое сейчас время, кстати, я не знаю. Часов нигде нет, колокола не звенят, поэтому приходится ориентироваться лишь на внутренние ощущения.

– А почему ты боялся меня коснуться? Пожалуйста, ответь хотя бы на этот вопрос. – Аккуратно улыбаюсь я и делаю просящие глазки в комплект к ласковому голосу. Хотя бы что-то я должна узнать. А это – явно нечто важное.

– Ты точно хочешь это знать? – Закатывает Нор глаза и облокачивается на руку, чтобы оказаться ниже. Громкость его голоса тоже убавляется, когда я одобрительно киваю в ответ. – Ты же не отсюда. Более того, у тебя слишком слабая магия, происхождение ее неизвестно. Ты можешь задеть мое энергетическое поле и ослабить его. Рисковать не хочу.

– Откуда ты столько знаешь обо мне? Для обычного экскурсовода ты крайне глубоко погружен в мою биографию.

Нор лишь вздыхает в ответ, но ничего больше не отвечает. Он отворачивает голову и рассматривает проходящих мимо студентов, то и дело бросающих на меня непонимающие взгляды. Вопрос так и читается в их глазах.

– Мне пора, – поднимается человек в черном и тут же начинается отдаляться.

– Подожди! А куда сейчас мне?

– Можешь идти в свою комнату. Думаю, вещи уже должны были принести. – Бросает он в воздух, еле долетающий до меня.

– А как дойти? Я уже забыла всю дорогу!

– Вспомнишь.

И Нор рей’Ар просто уходит, даже ни разу не обернувшись. Отлично. И что теперь делать? Как дойти хотя бы до куда-то? Я помню лишь дверь в Академию, которая виднеется прямо в нескольких метрах от меня, а дальше все, как в тумане. Лестницы, лестницы, лестницы… И коридоры. Будет странно идти в непонятном направлении, ориентируясь лишь на количество ступеней и поворотов, которые я, кстати, могла считать, пока шла, но почему-то так не делала. Не догадалась.

В одно мгновение на улицу вываливает толпа студентов в черных, красных и синих укороченных мантиях, которые направляются в пока неизвестном для меня направлении. И я следую за ними.

Слиться с общим наплывом из человеческой массы не получается. Я выделяюсь одеждой, точнее отсутствием формы, поэтому меня, словно прокаженную, все обходят стороной, стараясь не сбавлять темп. Вот что за реакции! Будто я сама виновата в том, что сюда попала. Все так смотрят, словно взглядами пытаются вернуть меня обратно в мой мир. А я бы и рада, только вот двери никто не открывает.

Академия все больше отдаляется, а я оказываюсь в лесу. Никого это не смущает, так что и я не ищу поводов для паники. Мало ли какие обычаи у них.

Однако лес оказывается совсем небольшим. Так… лесок, перелесок. Несколько деревьев отделяют Академию с ее башнями и большое поле, явно использующееся в качестве тренировочной площадки.

На невысокой, но длинной трибуне занято уже много мест, а студенты будто и не заканчиваются. Я прохожу и сажусь на первое попавшееся на глаза место. Тут же соседка по сидению оборачивается на меня, презрительно окидывает взглядом, фыркает и отодвигается вбок, оставляя между нами кусок свободного места. Но и здесь я не вижу поводов для расстройства! Усаживаюсь поудобнее, раскладываю все свои ноги, которых пока насчитывается две (надеюсь, их число не изменится, пока я нахожусь в этом странном мире), поворачиваюсь чуть наискось, вытягиваюсь. И пока все жмутся друг с другу, я сижу в комфорте.

Голоса затихают. И даже шум от бесконечно постукивающих каблучков становится еле слышим. Кажется, шоу начинается.

Я с интересом наблюдаю за происходящим. Не говоря ни слова, в центр площадки выходят два студента. Они скидывают мантии и закатывают рукава. Каждый из них шевелит губами, но голоса не доходят до публики. Однако тишина быстро заканчивается. Громкий хлопок раздается с одной стороны, за ним следует ответный взрыв. Перед моими глазами начинают летать разноцветные сферы, полосы и прочие абстракции. Студенты уворачиваются от снарядов, которые они же запускают друг в друга. Один вояка, видимо, не такой ловкий, как его оппонент, спотыкается, запутавшись в своих же ногах, и резко падает на траву. Публика разрывается в овациях и обильных хлопках. Победитель разочарованно уходит со сцены. Видимо, не так он планировал все закончить.

В этот момент выходит вторая пара игроков, и вновь голоса затихают. Все, в том числе и я, наблюдают с интересом за происходящим. Эта схватка выходит действительно жаркой. И долгой. Никто не хочет уступать первенство. Оба студента, что примечательно тоже мальчики, плавно двигаются, следя за движениями друг друга, ловко уворачиваются и даже запускают свои снаряды более непредсказуемо. Долгая и равная борьба не прекращается. Однако звучит гонг, и зрители в одноголосие ахают. Мне становится еще любопытнее, что же сейчас будет. Студенты расходятся по разным концам условного ринга и замирают.

– Чего они ждут? – Поворачиваюсь я назад и шепотом спрашиваю у первого попавшегося на глаза парнишки. Он, не обращая на меня никакого внимания, также тихо отвечает.

– Готовятся. Схватка до первого попадания.

И я вновь утыкаюсь глазами в поле, заинтригованная финалом.

Правый выставляет перед собой руки и целится. Вылетает разноцветный шар, который распадается на осколки аккурат перед лицом противника, который даже не делает шага в сторону, чтобы увернуться. Самоуверенный. Атакующий нервно опускает руки, сжимая пальцы в кулаки, и начинает переминаться с ногу на ногу. Ход переходит. Левый делает ответный удар. Он заводит ногу назад, собирает руками прозрачный воздух, который начинает приобретать цвет по увеличении дистанции размаха. Вылетает небольшой осколок синего цвета, который в середине поля распадается на множество мелких. Они, не сбавляя скорости, подлетают к противнику, пытающемуся увернуться. Студент отскакивает, делает кувырок, пятится назад, но все равно оказывается в ловушке. Осколки окружают его, заточая в своеобразную клетку, которая начинает сжиматься. И тогда атакуемый, видимо, понимая, что бежать больше некуда, встает неподвижно, прижимает руки к телу и опускает голову. Принимает поражение.

Схватки продолжаются. Всего я успеваю насчитать около пяти. За каждым действием и их результатами я внимательно наблюдаю. Действительно, магия. Самая настоящая! Даже обидно становится, что я так не смогу. Но обещаю себе, что буду регулярно посещать эту тренировочную площадку и наблюдать, запоминать, и обязательно восторгаться.

Шоу заканчивается. Все начинают возвращаться в Академию, а я сижу до последнего, мешая выходящим. Мысли о нереалистичности происходящего заполняют всю меня. Не получается поверить, что все, сегодня увиденное, теперь моя настоящая жизнь. Не выдумка, не сказка и не плод больного воображения. Я здесь. Я в мире, наполненном чудесами.

Начинает темнеть, а последние студенты уходят. Нехотя поднимаюсь с сидения и следую за ними. А то в лесу еще заблудиться не хватало.

Передо мной идут два парня, активно о чем-то беседуя. Мысленно негодую, что не девочки. Хоть как-то я с ними попала бы в нужную башню. Но, судя по всему, мальчики здесь более сговорчивые.

– Ребята! – Кричу я им, пытаясь нагнать. Они удивленно оборачиваются, не прекращая беседы. – А вы здесь учитесь?

– Иначе откуда нам здесь взяться? – Усмехается тот, что повыше.

– И правда… А вы не покажете мне, как пройти в башню? Нужна женская башня.

– Покажем, – тут же отвечает второй.

– Отлично! А то бросили тут все меня, карты Академии не дали.

– А ты новенькая что ль? – Прищуривается первый.

– Прикалываюсь, блин, – отвечаю я.

– Да знаешь, тут всякое случается. – Разводит

– Буду иметь ввиду. А вас как зовут-то? Хотя бы знать своих спасителей буду.

– Инир ре’Йур, – представляется первый.

– А я Лоир ри’Ним, – чуть кивает второй.

– А я Арина Мейерхольд. – Называю я себя по всем местным традициям и канонам.

– Ну, будем знакомы, – останавливается и тянет мне руку Инир ре’Йур. И держит ее в воздухе, не опускает. Я перевожу взгляд с ладони на лицо студента и обратно.

– А ты не боишься? – С опаской спрашиваю я, уже имеющая опыт с такими осечками. Обиднее будет протянуть руку в ответ, но дотронуться лишь до воздуха.

– Чего? – По-доброму усмехается смельчак.

– Ну… Меня здесь все побаиваются. Осторожничают. Вдруг я кому поле подпорчу. Новенькая все-таки, даже форму еще не выдали.

– Я в эти сказки не верю, – отмахивается он. – А вот хорошего человека обидеть не хочу.

– Откуда ж тебе знать, что я хорошая?

– Считай, что это магия, – усмехается Инир-дальше-новые-буквы.

– Ребят, может поторопимся? – Немного нервно произносит Лоир-как-то-его.

– Ну смотри. – Протягиваю я руку в ответ. – Сам напросился.

Реализуется крепкое рукопожатие, после которого не следует ничего. Инир ре’Йур продолжает улыбаться, убирает руку, а после, как ни в чем ни бывало, продолжает шагать в сторону Академии.

– А вы мне не расскажете, как здесь все устроено? – Делаю я попытку номер два получше узнать место, в котором оказалась. Тем более, в этот раз собеседники явно разговорчивее и смелее.

– Смотри, это Академия, – тут же подхватывает мой вопрос Лоир ри’Ним. – Здесь все обучаются магии. Все – то есть все. Гномы, эльфы, человечки, даже несколько драконов у нас имеется. Есть несколько ступеней магии, если коротко, и три факультета. На боевом числятся только мальчики.

– Почему такая несправедливость? – Тут же встреваю я, хотя еще не понимаю, за что борюсь.

– Не, не, все нормально. – Успокаивает мои тревоги Инир ре’Йур. – Боевая магия – не только самая сильная, но и самая опасная. Женское тело не может выдержать такого перенапряжения. Зато девочки учатся на более важных факультетах. Это целительство и всяческая защита, больше направленная на изготовление жизнесохранных амулетов и заклинаний.

– Тыл короче, – подытоживаю я.

– Он самый. И это куда большая ответственность, чем просто пулять шарики в разные стороны. Так… что же еще тебе рассказать…

– Практики, кстати, начнутся скоро, – помогает Иниру Лоир.

– Да не пугай так сразу девочку, – смеется первый в ответ, подтрунивая над другом.

– Почему это пугать? Да и не девочка я, а девушка! Я, между прочим, университет закончила! Это что-то вроде вашей Академии, только без магических наук.

– Да я же образно, – смущается он.

– Обещают, что в этом году приедут легендарные маги и бывшие профессоры Академии! – Гордо говорит Лоир ри’Ним.

– Здорово. – Натянуто отвечаю я, пока парни придерживают мне дверь. – Покажете, куда идти дальше? – Меняю я вектор разговора, пока не запуталась в поступающей информации, которой оказалось слишком много для первого раза. Кто же знал, что мальчики такими активными на разговоры окажутся?

– Разумеется, – улыбается Инир ре’Йур.

– Я пас. Извините, но нет, – сливается Лоир ри’Ним. – Пойду высыпаться.

Уставший студент быстро скрывается в коридорах, а мы с Иниром ре’Йуром продолжаем путь.

Глава 5

– Этаж то знаешь?

– Не помню, – грустно выдыхаю я.

– Значит, нам нужно сначала подойти к табло, что в первом корпусе. Там все должно быть написано.

– А мы сейчас где?

– В седьмом корпусе. Их всего семь, если что, не пугайся, – пытается успокоить меня кавалер.

– Да меня будто напугаешь таким. – Фыкаю я. – Главное, дорогу показывай.

– Если нужно, то завтра утром могу встретить тебя на выходе из башни, доведу до столовой. Даже покажу лужайку, где можно позавтракать! – Воодушевляется Инир ре’Йур.

– Ну раз ты предлагаешь, то не смею отказаться.

Хорошим парнем оказывается этот Инир ре’Йур. До табло, где действительно уже числится моя фамилия с номером комнаты, доводит, на вопросы отвечает, утром помочь предлагает. Остается лишь надеяться, что все это бесплатно.

Особенно радует, что мы, не торопясь, добираемся до нужных мне дверей. Я хоть как-то успеваю запомнить дорогу. Да, не всю. Но вектор направления движения в памяти остается. Инир ре’Йур не крадется пугливо, озираясь по сторонам, как это делал мой прошлый сопровождающий. Он шутит, улыбается, шаркает ногами.

– Спасибо тебе. – Радостно говорю я, убавляя громкость голоса. Ну, мало ли что!

– Да пока не за что, – чуть ли не краснеет Инир ре’Йур.

– Спокойной ночи что ли… – Начинаю мяться и я, не привыкшая к такому хорошему отношению со стороны других людей.

– Спокойной. Утром главное никуда без меня не уходи. Жди, где договорились!

Я киваю в ответ, сразу же прокручивая в голову дорогу отсюда до пункта назначения, и отворачиваюсь, слегка надавливая на дверь. К счастью, с этим проблем не возникает, и деревянная конструкция легко поддается.

– А ты еще кто?! – Сразу же с порога на меня обрушивается нестерпимо громкий голос, переходящий на визг.

– Новая соседка, – прохожу я мимо, не обращая никакого внимания на девушку. И, видимо, ее это обижает.

– Дева-а-ачки, – срабатывает сигнализация все из того же голоса, – у нас чужак.

Тут же передо мной появляется скромная толпа из негодующих лиц, заранее настроенных агрессивно. Четыре девочки передо мной закрывают любую возможность прохода дальше, а сзади стоит пятая, закрывая собою дверь. Наверно, чтобы я никуда не сбежала. Но мне то и не надо. Но она, раз так хочет, дверь может покараулить.

– Вы чего? – Приподнимаю я одну бровь и спокойно рассматриваю собравшихся.

Сбоку девочка с кучерявыми черными волосами, сложившая руки на груди, смотрит на меня исподлобья. Молчит. То ли выжидает удобного случая, то ли просто из стадного чувства присоединилась к собранию. Но мне она кажется безобидной. Рядом с ней – девушка, имеющая более эмоциональный взгляд. Волосы у нее такие же черные, но прямые и острижены до мочек ушей. Никогда не понимала таких причесок. Волосы лежат, как пакли, которые давно никто не мыл. А черный цвет усиливает это ощущение. И да, в этой ситуации, в которой я оказалась, данная тема волнует меня больше всего.

Если следовать по списку, то далее идет, точнее стоит, просто обычная девушка с рыжими волосами. На фоне всех остальных она кажется пухлой и даже немного кругленькой. Но я уверена, это все компания. Окажись она одна в комнате, то я сразу приняла бы ее за модель. Правда, размера плюс сайз, но модель! И не идет этим красивым округлым формам звериный взгляд. Кстати, а волосы у нее красивые. Некоторые пряди заплетены в косички. Да и в целом укладка хорошая. То ли ухаживает за собой в разы усерднее соседок, то ли генетика постаралась. Надо будет спросить на досуге. Может, и мне что посоветует.

И замыкает сей круг братства комнаты с желтой стеной девушка в очках. Черные волосы, никак не примечательные, убраны за уши. Высокая, но горбится. Она поправляет очки и смотрит на меня слишком отстранённо, словно оторвали от важных дел.

Оборачиваюсь. Насупившись и чуть ли не выдыхая ноздрями огонь, на меня смотрит высокая, худощавая и очень злая девушка, выглядящая явно старше своих лет. Темный-русый ей совсем не идет, а только подчеркивает неприятную мертвенно-бледную кожу лица.

– Ты что тут делаешь?! – Идет чуть ли не в бой рыжая.

– Стою, как видите. Спать вот хотела лечь. А, проверить еще надо вещи. – Начинаю я спокойно расписывать план своих действий, словно, это кому-то интересно.

– Это еще чьи вещи ты хочешь взять?! – Из-за спины воет дылда.

– Свои, – разворачиваюсь я на нее и отвечаю, прямо смотря в глаза. – Ваши мне не интересны.

– А. Новенькая, – скучающе произносит и тяжело вздыхает та, что в очках, и сразу же уходит от меня в сторону кровати, откуда ее, видимо, и дернули.

– Нет! – Вновь раздается визг. – Никаких новеньких! Мне обещали, что одна кровать будет пустой!

– Упс, – поднимаю я плечи с чересчур волнистыми руками, – кажется, не повезло.

– Это ошибка! – В придачу топает мертвичинка хрупкой ножкой. Да, мне она не понравилась с первых секунд.

– Иди проверь. На стенде мое имя уже красуется.

– Ты здесь спать не будешь! – Не отступает она. Оставшаяся часть публики замирает на месте, наблюдая за этим спектаклем. По всей видимости, возражать этой девушке никто не имеет права. Как хорошо, что меня это не волнует.

– Слушай, милая, – разворачиваюсь я уже всем телом и подхожу ближе на пару маленьких шагов, – меня не волнует, что ты хотела и как планировала. Меня определили сюда, а значит, я буду спать тут. Нравится это тебе или нет – мне все равно. Смирись с этим как-нибудь. А если не получится, то, опять же, это только твои проблемы.

И я ухожу в сторону своей кровати, обходя оторопевших соседок. Благо одна из них ушла, а то пришлось бы кого-то двигать. И в глаза сразу же впивается эта самая невыносимо-желтая стена. Хоть взорвать ее!

– Блонда, стоять! – Мило обращается ко мне костлявая.

– Говори, если есть что. Я слушаю, – отвечаю я, даже не поворачивая головы в ее сторону и продолжая разглядывать злосчастную стену. О, как же мисс-хрупкость это злит. Вот спиной чувствую все пары гнева, что пытаются меня изничтожить.

– Я не потерплю такого отношения! – Топает она ногой для усиления эффекта.

– Как ты, так и к тебе.

– Повернись, когда я с тобой разговариваю!

– Я уже насмотрелась, спасибо. А приказного тона в свою сторону не принимаю.

– Мне все равно, что ты там не принимаешь! – Переходит она уже на ультразвук.

– Вот ведь прелесть! Равнодушие – это у нас взаимно.

Девушка громко хлопает дверью, а в комнате становится на порядок тише и спокойнее. Наконец-то можно расслабиться. Так думаю я, надеясь на лучшее. Но ко мне тут же подскакивает кудряшка.

– А ты не боишься?! – Шепотом спрашивает она, заранее округлив глаза.

– Чего? – Так же тихо спрашиваю я, не делая никаких намеков на передразнивание.

– С Узарой рей’Ар никто так не общается. Нельзя. – Говорит она осторожно, словно выдает чужую тайну.

– Значит, уже кому-то можно. Я же общалась. – Перехожу я нормальную громкость.

– И тебе не страшно?

– Нет, мне не страшно. Я видела многое. И это было куда хуже, чем орущий скелет, то есть эта Узара рей’Ар.

Полное имя, на удивление, получается запомнить слишком просто. Будто какую-то его часть я уже слышала ранее. Но где…

Подумать об этом мне не дает соседка. Она сидит на корточках возле меня, сидящей на кровати, и таращится во все глаза.

– Мне бы хоть немного твоей смелости.

– А мне не жалко. – Ухмыляюсь я, искренне улыбаясь.

– Меня, кстати, Деба осу’Данир зовут. А тебя как?

– Арина Мейерхольд.

– Хочешь, завтра вместе на завтрак пойдем? – С надеждой спрашивает кудряшка.

– Извини, я…

– Ну ладно, – смущается она, тут же начиная подниматься.

– Деба о-с-у-Да-нир, – медленно проговариваю я, боясь ошибиться в имени, раз в этом мире так важен этот пунктик, – я не хотела расстроить тебя. Просто мне уже предложили позавтракать, провести до столовой, показать Академию. Если хочешь, то можешь тоже присоединиться.

– Правда?

– Ну да.

– А кто тебя позвал? Ты уже успела с кем-то подружиться? Из какой она комнаты? Вдруг я ее знаю! – Заваливает девушка меня вопросами. И с каждым последующим ее высказыванием я все меньше хочу на них отвечать.

– Деба о…

– Называй меня просто Деб! – Гордо произносит она.

– Мне сказали, что здесь так нельзя.

– Я тебе разрешаю! Тебе можно все! Считай меня первой своей подругой! Я, не хочу себя перехваливать, но хорошо умею дружить.

– Деба… Деб, не делай поспешных выводов, касательно моей персоны только. Хорошо? Я могу оказаться очень плохим человеком.

Я пытаюсь уже отвязаться от этой крайне любезной особы, которая так и просится в друзья. Я ее, можно сказать, не знаю. Да и с доверием у меня туго. А тут сразу дружить! Что за слово вообще такое? Разве им все еще пользуются?

Но и на руку мне такое предложение может быть. Введет меня в курс дела, все расскажет, покажет… Обдумать все-таки стоит и не рубить сгоряча.

Но пока все мысли о дружбе нужно откинуть в сторону. Есть дела поважнее, чем языком трепать. Видя настроения соседок по комнате, вывод напрашивается сам собой: никто не станет меняться со мной кроватями. Да и услугами Дебы не хочется пользоваться так сразу, а то еще в должниках окажусь. Поэтому я иду на более радикальные меры.

– Краска есть у кого-то? – Спрашиваю я громко, немного выглядывая из-за плеча Дебы, но и ее стараюсь не обделить вниманием. Девушка лишь медленно качает головой. Других ответов я не получаю. Все заняты своими делами.

Тогда я перехожу еще к более радикальным мерам. Думают, я слабачка? Если кто-то все-таки считает, что я ничего не могу, кроме как притвориться мышью и спрятаться в углу, то сейчас же я изменю общее мнение о себе. Правда, не понятно, в какую сторону, но это уже мелочи.

– Деб, можешь встать, пожалуйста. И отойти.

Девушка молча отходит от меня на несколько шагов. Тогда я, немедля ни секунды, хватаюсь за деревянный край кровати и начинаю тащить ее на себя в направлении центра комнаты. Кровать поддается. Однако я заранее не просчитываю всех шагов. Оставить прямо в середине? Явно буду всем мешать – что не так важно. А вот то, что мне мешать будут – это неоспоримый факт. Тогда я примечаю плательный шкаф у стены левее, практически напротив (смотря как посмотреть и под каким углом), с виду немного массивный, но совершенно не пугающий своими размерами, и подхожу к нему, оставляя кровать на середине пути.

Со шкафом я мучаюсь не так долго, как ожидалось, и вот он уже прекрасно закрывает половину желтой стены. На душе становится немного легче. Но отдыхать пока рано. Я вновь хватаюсь за кровать и тяну ее на освободившееся место. И как же хорошо она заходит в него! Вот будто с самого начала так и должна стоять! Ну просто идеальное совпадение по размерам!

И только закончив всю работу, я сажусь отдохнуть. И только сейчас поднимаю глаза, оглядывая все вокруг, точнее всех. Соседки – все как одна – вылупились на меня и смотрят во все глаза, чуть ли не затаив дыхание. Казалось бы, испуг. Но нет, скорее гиперболизированное удивление моей придурковатостью. Пускай привыкают. Видимо, в прошлой жизни где-то сильно нагрешили, раз в этой судьба свела их со мной.

Глава 6

– Какие-то вопросы? – С крохотной надменностью и приподнятой бровью спрашиваю я, заглядывая в лицо каждой девушки, не вставая с кровати.

Все тут же начинают крутить головой, а потом и вовсе утыкаются обратно в свои дела, как будто ничего и не было, а их никто не заметил за пребыванием в шоке, словно это нечто постыдное.

Раздается стук в дверь. Никто не спешит покидать своих укромных мест, а может и вовсе боятся проходить мимо меня, поэтому приходится подняться и пойти на звук. На пороге никого не оказывается, только на полу лежит огромная сумка с биркой «Арина М.». Интересненько.

Затаскиваю в комнату эту сумку, оказавшуюся слишком тяжелой, и залезаю внутрь, чтобы изучить содержимое. На деле интересного оказывается мало. Форма, письменные принадлежности, средства гигиены. А я-то уж тут думала… Подарки, излишества… Нет, все, как обычно. Минимум из всех возможных. В прочем, ничего нового в моей жизни.

Нервная соседка так и не возвращается, а я по внутренним часам понимаю, что пора спать. Хотя многие девушки еще продолжают заниматься своими делами, я молча переодеваюсь, принимаю душ (к счастью, он здесь есть) и укладываюсь. С улицы раздаются какие-то звуки, в комнате кто-то постоянно шуршит и начинает бродить… Но мне ничего из этого не мешает. Уже научена жизнью, так сказать, и, если можно ложиться спать – нельзя упускать такую возможность. Каждая минута драгоценна!

И вот начинается утро. Меня будит Деба. И с огромным нежеланием покидать объятия теплого кокона, я еле поднимаюсь, пытаясь приоткрыть глаза. Молча умываюсь, переодеваюсь, выхожу. И все это время, как оказывается, соседка меня ждет, когда все остальные уже разошлись по своим учебным кабинетам.

– И куда мы сейчас? – Лениво спрашиваю я, надеясь на ответ «да никуда, я просто пошутила, спи дальше». Но Деба меня не радует.

– Так-с… Сначала у нас занятия по истории, затем курс основ магии, после простейшие заклинания, дальше обед и специальные уроки. – С самым серьезным видом говорит она.

– Специальные – это. – Озвучиваю я лишь половину вопроса, надеясь на пояснение.

– Ну своего факультета. У меня сегодня практика по созданию щита в различных условиях. Только начали это проходить, а уже практика… – Разочарованно произносит она, потупив взгляд.

– Понятно. А у меня что? Где вообще узнать, куда меня определили и было ли это распределение вообще? Или меня будут кидать туда-сюда, пока не… – Осекаюсь я, понимая, что начинаю говорить лишнее.

– А ты не знаешь? – Удивленно распахивает глаза Деба.

– Да как-то не сказали. – Развожу я руками, вспоминая странный разговор со старым человеком в мантии и поломку прибора.

– А как же определение сканером? Изучение твоих способностей?

– Да мне-то откуда знать? Что-то не получилось тогда. Да и вообще я только вчера сюда попала, видимо, не подготовились.

– Ну да, извини. Все забываю, что бывают расы, которые никогда не знали о нашем мире.

– А ты отсюда?

– Да. Всю жизнь здесь живу, как и все мои родственники.

– А таких, как я, ты уже встречала?

– Видела… – Мнется девушка с ноги на ногу, – но не общалась. А потом они все куда-то пропадали.

– И ничего не говорили?

– Неа. Да и кто будет перед нами отчитываться?

– Тоже верно. Значит, – перевожу я тему, видя, насколько некомфортно Дебе говорить о подобных мне, – пока двигаемся вместе, а потом по ситуации?

– Значит так, – улыбается она уголками губ.

– А как ты думаешь, куда меня закинут? На какой факультет? Или, может, ты знаешь, куда зачисляли пропавших? – Вновь я сворачиваю на эту кривую дорожку, окутанную тайной. Ну а что поделать? Мне же надо понимать, во что ввязываюсь.

– Да там неоднозначно все.

– Это как?

– Кого-то в щитовиков-защитников зачисляли, где я учусь, кого-то на целительство. И там, и там успехи были средние. Так что и тебя в какой-то из этих факультетов отправят. Вот будет здорово, если мы вместе будем учиться на специальных занятиях!

– Да. Просто сказка. – Отвечаю я, не разделяя энтузиазм девушки. – А тут же еще есть какой-то факультет, так?

– Есть. Боевой. Но там исключительно мальчики.

– Это я уже слышала. Значит, туда меня точно не определят? – На всякий случай уточняю я, сверяя ответ с ранее услышанным.

– Точно, точно. Там слишком сложно. Да и женское тело…

– Можешь не продолжать, – перебиваю я Дебу. – Идем?

К тому времени, как мы покидаем комнату, коридоры успевают опустеть. По всей видимости, уже начинаются занятия. Инира-опять-забыла-как-его я в коридоре не нахожу. Хотя сам же говорил, чтобы я никуда не уходила! А что еще можно ожидать от мужика? Все они такие. Сначала что-то обещают, а потом по-тихому сливаются. Или мне так везет.

Предвкушение от того, как я возвращаюсь в университетскую жизнь, сажусь за парту, пишу конспекты… горчит. Только я обрадовалась, что наконец-то этап пройден, как меня опять забрасывают в эту жизнь. Что за вечный студент из меня получается? Или по какому-то, неведомому мне, закону, да и всей Вселенной кажется, что я еще недостаточно научилась? Разве что убивать не умею. Но это, думается мне, пока. Все-таки в таком месте и не освоить такой навык… Как будто мимо меня подобное знание никак не может пройти.

С неприятным чувством, словно ущемленного собственного достоинства, я следую за Дебой в просторную аудиторию с огроменными окнами и сажусь за длинную, непрерывно идущую по всему ряду, парту рядом с ней. Вроде уже взрослая, а приходится сидеть здесь, невольно слышать подростковую чушь. Девушки с парты, что позади нас, активно обсуждают прошлую ночь и ее последствия, потом их разговор резко уходит в сторону мальчиков и заканчивается на том, как один из них «как-то не так, а то и слишком подозрительно, но и с намеками, посмотрел на кого-то там». Моя голова уже начинает пухнуть от поступающей информации, хотя учеба даже не успела начаться.

В аудиторию заходит незнакомая мне женщина обычная с виду, средних лет, в неприметной серой одежде, закрывающей и горло, и щиколотки, и начинает вещание. Вроде бы она говорит о чем-то, может, даже обо всем на свете, но нить повествования мне совершенно не удается поймать. Как будто страничку в интернете открыл, а там информация вся перемешалась. Поэтому мне остается лишь одно. Утыкаюсь глазами в стол и мысленно досыпаю.

Надежд на следующее занятие я уже не имею. Впрочем, это оказывается не зря. Происходит примерно то же самое. Много информации, и вся ни о чем. А ведь кто-то слушает, записывает. И как они что-то понимают в этом беспрерывном потоке ерунды?

Далее следуют «Простейшие заклинания». Заманчиво, не правда ли? Как будто возникает ощущение, что хотя бы здесь я смогу чему-то научиться. Но ощущения от урока у меня оказываются неоднозначные. С одной стороны, некая часть информации оказывается для меня понятной. С другой же стороны, мой мозг отказывается все это принимать.

Нас учат правильно складывать пальцы. Да, да, именно так! Пальцы! Правильно! Ну неужели от соприкосновения указательного со средним пожарится картошка или завьются волосы? Обещания оказываются завышенными, по сравнению с реалиями. Особенно меня разочаровывает то, что у других действительно что-то получается! И это «что-то» напрямую зависит от типа магии и направления обучения. Как мне успевают объяснить, какой примеси магической энергии в ауре больше, такой результат и получится. У щитовиков от этого движения пальцами затвердевает активная рука и становится невосприимчивой к воздействиям любого, но легкого воздействия. У боевых магов – появляется крохотный огонек на кончиках сведенных пальцев, а у целителей – способность восстанавливать крохотных царапины. В теории, можно овладеть всеми этими способностями, но на практике ни у кого это не получается сделать, ведь для этого нужно обладать всеми энергиями в равных пропорциях.

Но что же конкретно расстраивает меня? Ни черта не получается! Привезли в магический мир, а магии отсыпать забыли! Что за я за чудо такое расчудесное, у которого вроде бы и есть эта глупая магия, а пользоваться ей нельзя?!

Последующий обед немного скрашивает мои расстройства. Да и в принципе никогда теплая еда особо не расстраивала. Главное, чтобы просто была.

И вот приходит время узнать самое интересное – на специальные занятия какого факультета меня отправят.

– Мне с тобой идти? – Спрашиваю я Дебу, только мы выходим из столовой.

– Не знаю, – пожимает она плечами. – Спросить бы у кого.

– Давай спросим тогда. А то пойду я с тобой, а меня в другое место отправят. Я ж не дойду. – Решительно настраиваюсь я на разгадку моего факультета.

Пока Деба думает, кто может быть в курсе этой информации, я глазами вылавливаю знакомую фигуру. Старик в мантии! Вот он то точно должен знать. Наверняка, сам меня куда-то и записывал.

– Я сейчас, – бросаю я Дебе и устремляюсь к знакомому старику. Девушка непонимающе окидывает меня взглядом, но остается на месте.

– Подождите! – Кричу я ему, пытаясь догнать, протискиваясь через группки студентов. – Ректор!

Старик удивленно оборачивается. Только он замечает меня, как сразу же появляется спокойствие в его взгляде. Даже не знаю, я ли причина этому, или он просто рад, что не просто какой-то студент решил пошутить над ним.

– Добрый день, – практически дойдя до него, уже заранее говорю я.

– Добрый день, – спокойно отвечает он.

– Есть вопрос. Сейчас специальные занятия будут. Мне куда идти? На какой факультет меня определили, и где он находится? – Сразу же начинаю я с дела, не церемонясь и не пытаясь угадать правила приличия.

– О, как первый день учебы? – Размеренно отвечает старик, полностью игнорируя мои вопросы. Он распрямляется, заводит руки за спину и внимательно наблюдает за мной.

– Замечательно. – Мгновенно отвечаю я, закрывая некий гештальт из вопроса, заданного от вышестоящего. – Но скажите все-таки мне, касательно факультета.

– Тебе на тренировочную площадку, где вчера проходили показательные игры.

– Отлично. И что мне там делать?

– Как что? – Улыбается старик, непонятно какой посыл вкладывая в эту свою эмоцию. То ли он весь такой добрый, хороший и искренний, а то ли издевается. – Заниматься.

– А факультет? – Не унимаюсь я, желая получить ответы на все заданные вопросы.

– Боевой. – Все с той же эмоцией отвечает ректор. Видимо, все-таки издевается. Я немного удивляюсь, но не сильно. Другого исхода было глупо ожидать.

– Там же только мальчики.

– Знаешь, я решил провести небольшой, скажем, эксперимент. Твоя магия нам неизвестна, поэтому…

– Поэтому вы решили меня убить сами раньше на день? – Перебиваю я, совершенно забывая о правилах этикета, приличия и врожденного чувства такта.

– Я считаю, что ты способна на большее, чем вырезать из дерева фигурки с символами или затягивать порезы.

– Я в своей жизни то дралась всего пару раз, и то кулаками. А вы меня вот так бросаете на произвол судьбы… – Пытаюсь я вызвать чувство сострадания и жалости, но, судя по закрепившимся эмоциям на лице ректора, ничего у меня не выходит.

– Уверен, у тебя все получится. А сейчас, если ты не против, мне нужно идти, – с нотками иронии в голосе произносит старик.

– Разумеется, – дежурно улыбаюсь я и возвращаюсь к Дебе.

Девушка удивленно смотрит на меня, стоя все в том же месте, где я ее оставила. Она начинает жестикулировать руками, словно пытается что-то сказать, вот только звук оказывается выключен.

– Чему ты удивляешься-то? Нормальный мужик этот ваш ректор. Я спросила – он ответил, а потом мирно разошлись.

– Страшная ты женщина, – еле произносит Деба, словно еще не отошла от шока. Хотя лично я причин для такого сильного удивления не нахожу. Что вообще может быть страшного в общении с другими? Ну не ответят, ну грубо ответят, ну пошлют – жизнь то не закончится при любом раскладе. Всё лучше, чем ходить в неведении.

– Я на боевом факультете. – Буднично произношу я, не дав Дебе времени отойти от первого шока. Тут же следует второй. Она то белеет, то зеленеет ежесекундно. Но по-прежнему ничего ответить не может. Глаза ее раскрываются все сильнее, а рот замирает в попытке начать перебирать алфавит.

– Арина… Это… шутка? – С трудом выдавливает девушка из себя.

– Нисколько, – остается мне лишь развести руками и утвердительно мотнуть головой.

– Но там же только… мальчики, – шепотом добавляет она.

– Теперь не только. Вот такая я особенная оказалась.

– Ой, – чуть ли не пищит она, закрывая тут же рот рукой.

– Вот я не понимаю! Чего ты так испугалась? Ничего страшного не случилось. Подумаешь, боевой факультет. Я в однушке с алкоголиком двадцать пять лет выживала. Вот это были трудности. А какой-то мужской факультет – полнейшая фигня по сравнению с этим. Да и синяков я не боюсь. У меня их столько было за всю жизнь, что ничего уже не грозит, разве что коллекция пополнится.

– Ты не понимаешь, – расстроенно мотает он головой и берет меня под руку, торопясь покинуть здание.

– Расскажи, чтобы я поняла, – говорю я, когда мы уже выходим на свежий воздух. Птички поют, теплый ветер окутывает оголенные щиколотки, а Деба всё нервничает.

– Там же…

– Что? Мальчики?

– Совершенно другая магия! Самая сложная!

– И что? – Приподнимаю я одну бровь и смотрю из-под опущенных от наклона головой век. – Какой мне толк пугаться сложности магии и ее освоения, если у меня никакая не работает? Это как никогда не видеть волка, но всю жизнь его бояться. У вас, кстати, волки водятся?

– Оборотни? Бывают. Редко. Приезжают. – Теряется Деба и выпаливает по слову раз в минуту. – А причем здесь это?

– Ох, Деба. – Качаю я головой, сдерживая порыв закатывания глаз.

Глава 7

Все-таки кто бы что ни говорил про мой возраст и иные системы его расчета в этом мире, разница все равно чувствуется. Иногда я себя чувствую намного старше, чем остальные. Будто в среднюю школу пришла, чтобы детей жизни учить. А еще эти якобы строгие правила, которые я вообще не понимаю, как здесь работают. То кого-то трогать нельзя, хотя подтверждений этому нет, то запрещено спрашивать что-то у начальства, когда такого официального правила нет, а на вопрос «почему?» никто и слова сказать не может.

С Дебой мы прощаемся. Она обещает прийти за мной, когда закончатся занятия, чтобы мы вместе дошли до комнаты. Оказывается, знакомство с ней действительно дает результаты.

На тренировочное поле я прихожу, когда здесь собирается уже много народу. И все мальчики, разумеется. Они стоят группами, и судя по возрасту, явно читаемому на их лицах, по старшинству групп. Я не понимаю, к кому именно мне нужно примыкать, поэтому пока остаюсь в стороне и молча наблюдаю за происходящим.

– О, девчонка, – кто- то замечает меня и с ухмылкой в голосе выкрикивает.

– Опять поглазеть пришли. – Подхватывает кто-то другой, недовольный.

– Иди на свои занятия, – кричит третий.

Я лишь складываю руки на груди и продолжаю стоять на месте, игнорируя словесные выпады в свою сторону.

– Ауу, тебе говорят, – подходит мужчина ближе ко мне и опускает голову, чтобы хоть немного приблизиться к моему росту.

– Сам-то чего от занятия отвлекаешься? Разминку делал? Вот и иди. – Ровно отвечаю я. Меня нисколько не задевают все эти слова. Иммунитет уже выработан на такое поведение окружающих.

– А ты дерзкая такая? – Заинтересованно продолжает он вести со мной беседу.

– Тебе какое дело до моей персоны?

– Ух… – С разгорающимся огнем в глазах отвечает он. – Пацаны, а она с характером, – посмеивается в дополнение ко всему.

– Построились! – Раздается жесткий мужской голос. После появляется и сам его обладатель. Обычный дядя средних лет, высокий, упитанный, в типичной спортивной форме, мало чем отличающейся от той, которую носят и в моем мире. – Че языки распустили? Бабу увидели, так все? Мозги опустились ниже еще не завязавшегося пупка?

– Добрый день, – подхожу я к преподавателю.

– Добрый, добрый. Так-с… Арина Мейерхольд, если не ошибаюсь. Ну смотри. Не знаю, за что тебя так, но будет сложно, сразу предупреждаю. Буду спрашивать, как и с куриц этих недопеченных. – Не стесняется мужчина в выражениях и пальцем проводит линию в воздухе на уровне студентов.

– Хорошо, – пожимаю я плечами. – Поблажек и не планировала выпрашивать. – Честно отвечаю я.

– Ха! А ты мне уже нравишься! – Протягивает он мне руку, разворачивая ладонь ко мне. Я несмело даю ему руку в ответ и получаю крепкое, но уважительное рукопожатие. – Будем знакомы. – Обращается он ко мне, но тут же разворачивается и пронзает взглядом мальчиков. – Что вылупились?! А ну быстро двадцать кругов дали! Раз, два, раз… Тебя тоже касается! – Вновь говорит мужчина мне.

– Поняла, – киваю я и тут же прихожу в движение, встраиваюсь в уже бегущую строку и держусь общего темпа.

Как знала, что бег мне пригодится! Правда, не ожидала, что до такой степени он будет мне важен, но к чему-то подсознательно я явно готовилась. Там, дома, в родном мире я не упускала ни единой возможности, постоянно выскакивая на улицу, чтобы заниматься именно бегом. Не кардио, не силовые тренировки меня не интересовали. Только бег. И откуда такое пристрастие к этому отдельному направлению спорта во мне взялось, было непонятно. Но удовольствие я могла получать лишь от него. Когда бежишь, и волосы развеваются по сторонам, ноги касаются асфальта, а потом в который раз отрываются от него, начинается затягивающая игра в пружинку из коленей и держание полусогнутыми руками всего тела, чтобы оно не развалилось по разным направлениям. Собранность, дыхание, концентрация, мышцы, отдых – слишком много плюсов я видела в беге, когда все вокруг говорили лишь о моде на здоровье.

И вот сейчас я оказываюсь в своей стихии. Пробежав пару кругов вместе со всеми и поняв границы, я расслабляюсь, даю волю бессознательному и начинаю бегать в удовольствие. За скоростью я не слежу, глупо ведь пытаться обогнать мальчиков или быть с ними наравне, когда мы изначально не на равных. Они – все-таки сильный пол, подготовленные, некоторые даже накачанные. И куда я пойду конкурировать с такими мышцами? Самой главной преградой оказывается рост. Да, да, опять. Везде он мне мешает! Что значат мои полметра, для двадцати кругов, когда половина мальчиков выше меня, а оставшаяся половина – выше первой, ростом под два метра. Им то куда проще бежать, один шаг за три моих считается. Поэтому я даже в такой, казалось бы, безнадежной ситуации, пытаюсь выжать максимум и получить удовольствие. К тому же, не было задания на скорость, оговаривалась только дистанция.

И пока я бегу, уйдя напрочь в собственные мысли, совершенно теряю связь с реальностью. В какой-то момент я начинаю смотреть по сторонам и видеть отдыхающих студентов. У многих из них отдышка, явная усталость, пот, струящийся по всем открытым участкам тела. Что за огорчение! Я только размялась! И сейчас готова приступать к тем самым двадцати кругам, хотя без понятия, сколько уже преодолено.

– Разбираем оружие! – Рычит преподаватель, чьего имени я даже не узнала.

Тут все ребята сразу же поднимаются, словно никто и не устал, и идут разбирать мечи и луки, взявшиеся будто из ниоткуда. Я никуда не тороплюсь, все равно ведь никогда не держала ни того, ни того в руках. Но когда я подхожу к стойкам с оружием (последняя!), то там лежит лук, а рядом стоит меч. Ну прекрасно, и как мне выбирать?

– Чего ждешь? Когда тебе по шее надают? – Раздается грохочущий голос за спиной.

– Я думаю, – пожимаю плечами, игнорируя агрессивную манеру общения преподавателя.

– Задачи думать не было. Я сказал – тренироваться!

– Но я никогда не держала в руках ни меча, ни лука! – Также эмоционально отвечаю я, разворачиваясь, чтобы видеть собеседника. Да, возможно, кто-то посчитает это величайшей дерзостью, такое мое общение, но мне на-а-астолько наплевать. К тому же, задания думать тоже не звучало.

– Хм. А странно, – будто успокаивается мужчина, задумываясь и потирая подбородок руками. – А кого нет-то? – Поворачивается он к остальным, уже занятым делом.

– Инир ре’Йур отсутствует, – выкрикивает кто-то из толпы, еле слышимый за лязгами мечей и свистом стрел.

– А че с ним? Да подойти ты ближе, ни черта не слышу!

– Так что-то случилось, – разводит плечами один из мальчиков, чье лицо я вижу впервые. Оно и не удивительно, здесь человек пятьдесят, а я одна и первый раз. – В лазарете лежит, слышал.

– Понял, – кивает головой преподаватель. – Свободен. Продолжай тренировку, сейчас буду делать обход и всё проверю!

Мальчик отбегает назад, а мужчина поворачивается ко мне. Он, недолго думая, подходит к стойке с мечами и хватает железную палку за рукоять, тут же протягивая его мне. Разумеется, я принимаю этакий «подарок».

– Попробуй меч. – Бросает он мне и тут же уходит.

Я остаюсь одна наедине с железным орудием. И что с ним делать? Как держать? Махать? Бить? Я осматриваюсь по сторонам. Каждый живет своей механикой. Кто-то крутится, еще часто крутя свой меч, кто-то, наоборот, стоит ровно и лишь иногда делает выпады перед, некоторые и вовсе показывают мастерство фехтования.

Я пытаюсь меч просто поднять. Хотя бы! Он, зараза, оказывается слишком тяжелым. Даже двумя руками выходит это сделать крайне скверно.

– Надо было выбирать лук, – звучит у меня над ухом.

– Кто же знал, что так будет, – отвечаю я, даже не пытаясь найти собеседника.

– Надо было раньше думать, прежде чем проситься на боевой факультет.

– Вот будто я сама это выбирала!

– А разве нет? Вы девчонки все такие. Сначала проситесь, чтобы на парней поглазеть, а потом бежите отсюда. Правда, ты первая, кого реально зачислили.

– Ой да не интересны мне ваши потные подмышки. – Отвечаю я все так же в пустоту, не теряя энтузиазма к попыткам поднять меч. – Ректор мне сюда засунул. Так что терпите.

– Врешь, – ухмыляется собеседник, тут же выскакивая передо мной и размахивая мечом. И только сейчас я могу его рассмотреть. Высокий, но не слишком, если сравнивать со многими другими, худощавый. Нет, скорее поджарый, жилистый. Вполне себе обычное юношеское лицо, ничем особым не привлекающее. В общем, обычный паренек, каких найдутся кучи в любом мире.

– И зачем же мне обманывать?

– А это у тебя спрашивать надо. Какие у тебя мотивы?

– Только представь себе… Никаких!

– А здесь зачем? – Прищуривает он глаза, словно пытается меня уличить в чем-то. Ох, мальчик… Не ты здесь руководишь разговором. Даже этого права тебе никто не давал.

– Затем же, зачем и ты. Учиться! – Так и хочется добавить «бестолочь», но к обзывательствам переходить пока рановато.

– Я про боевой факультет. Сейчас же начнется магия, и ты совсем поплывешь.

– Открою тебе секрет, – останавливаюсь я, ставлю меч вертикально и опираюсь на него, – магия на каждом факультете. Мы в Академии магии. – Даже я это понимаю, а мальчик, будто глуповат, пытается странными вопросами вывести меня на чистую правду, получая и так в ответ только ее.

– Вот уж не знал! Спасибо тебе, просветила!

– Обращайся.

– Меня, кстати, … – Начинает он уж было представляться, но я перебиваю его на полуслове. Не нужны мне такие знакомства, которые начинаются с подколок, обвинений и прочей грязи.

– Иди делом займись, а то хуже бабы языком треплешь. – Говорю я, приподнимаю меч и разворачиваюсь, отходя от него на пару шагов.

В ответ я больше ничего не получаю, а может, и не слышу. Слишком много шума вокруг, который только нарастает и нарастает.

Не знаю, сколько проходит времени, да и вовсе длится это занятие, но ко мне больше никто не подходит. Даже преподаватель оставляет меня в одиночестве, самостоятельно обучаться владению мечом. К слову, у меня ничего не выходит.

Звучит команда, и все складывают оружие, а после разбредаются по разным углам, формируя небольшие группы.

– Что теперь? – Подхожу я к преподу и спрашиваю у его спины.

– Отдыхай, но никуда не уходи. Скоро начнем практиковать магию.

И вновь не моя остановка. Что мне делать – не понятно. Магии у меня нет, хотя точно я узнаю об этом лишь завтра, свалившись где-то посреди дня, закрыв глаза и больше никогда их открыв. Но сути дела это же не меняет. Даже если так окажется, что во мне действительно живет какая-то магия (хоть это и полнейший бред), я все равно не могу ей пользоваться. Заблокировано, а пароля ни у кого нет.

Все так и выходит, как сказал мне мужчина. Минут через пять-десять, все студенты боевого факультета выстраиваются и одну линию, а препод встает перед ними. Я пока держусь в стороне, наблюдая за происходящим. Мужчина окидывает меня взглядом, недовольно крутит головой, но ничего не говорит, начиная занятие с более заинтересованными лицами.

Вновь начинаются щелчки пальцами, сведение ладошек и разбрасывание рук по сторонам. У парней все получается или сразу, или почти сразу. Я, стоя в стороне, тоже пробую повторить подобные фокусы, но, как и ожидалось, у меня ничего не выходит. Вот совсем ничего. Только неумелая акробатика и фокусы без самих фокусов.

На этом занятие и заканчивается. Ничего нового я о себе не узнаю. Зато за мной приходит Деба, радостно махая рукой с края огороженной площадки. И мы с ней вместе уходим в сторону Академии.

– Нужно в лазарет зайти, – говорю я сразу же, только мы начинаем делать первые шаги.

– Зачем? – Раскрываются глаза девушки в удивлении. – Ты поранилась?

– Нет, все хорошо. Там вроде как знакомый находится.

– Ну пойдем.

Благо, где лазарет я уже знаю. Это было первое место, из которого я узнала о магии более развернуто. Поэтому периодически я набираю темп, обгоняя Дебу, сама того не замечая.

Только мы заходим в двери, как сразу же у противоположной стены я замечаю кровать, на которой лежит Инир ре’Йур, а рядом с ним сидит Лоир-не-помню-как-его и о чем-то рассказывает, активно жестикулируя руками. Инир ре – буду звать его так, пока опять не забуду – практически сразу замечает меня. Деба же, заметив то, что нас заметили, начинает мяться и стесняться. И в итоге остается у входа.

– Всем привет. – Улыбаюсь я, бросая свой взгляд на обоих парней. – Ну и что с тобой?

– Да не важно, – отмахивается Инир ре.

– О, ты не рассказал? – Хохочет Лоир ри.

– Тс! Замолчи! Не смей! – То ли шутливо, а то ли серьезно пытается заставить друг его замолчать.

– Не, не, я обязательно все скажу. Общественность в лице Арины Мейерхольд должна знать!

– Лоир…

– Арина Мейерхольд, представляешь, этот смельчак решил впечатлить одну девушку и забраться по внешней стороне башни прямо к ее окну. Но между вторым и третьим этажом упал. И теперь лежит здесь, – смеется Лоир ри, не держа в себе ни правды, ни эмоций.

– Лоир, твою ж мать… – С досадой и полушепотом говорит пострадавший.

– А зачем? Неужели это настолько достойный поступок? – Искренне не понимаю я, зачем так рисковать. А главное, ради чего.

– Вот и я ему то же самое говорю.

– Ну, главное, что повеселился.

– Да веселья не случилось. – Разочарованно произносит уже сам зачинщик шалости. – Я упал раньше, чем меня заметили.

– А что хотел-то?

– Удивить, – проговаривает он сквозь зубы.

– А почему лежишь тут? – Продолжаю я атаковать вопросами. – У вас же тут магия. Хоп-хоп и пошел. Пальцами стукнул, три раза хлопнул в ладоши, топнул и здоров.

– Не-е-е-е, так не работает, – отвечает мне Лоир ри, пока весельчак грустно рассматривает потолок. – Никакой бытовой магией такие сильные ушибы не вылечить. То, о чем ты говоришь, действует только на легкие раны и ссадины. Здесь лечение серьезнее нужно.

– Ну тогда понятно, чего тебя на занятиях не было.

– А ты следила за мной? Беспокоилась? – С улыбкой и какой-то легкой надеждой возвращается в беседу Инир ре.

– Ну не то, что бы. Утром тебя не было, да, немного удивилась. А потом на спец занятиях сказали, что только тебя и нет.

– А ты там что делала? – Удивленно спрашивает Инир ре.

– Как что? Училась!

Вот заладили все… Что делала, зачем, почему там… Ну неужели настолько странное событие, что девчонка учится на боевом? Словно такого никогда не случалось и случиться не может.

– Где? – Таращатся на меня оба, но озвучивает все тот же озорник.

– Наверно, мне пора, – закатываю я глаза и делаю шаг назад.

– Подожди, подожди. Арина Мейерхольд, что ты делала на спец занятия боевого факультета? Ответь, пожалуйста.

– Училась, блин! Училась! Сколько раз еще можно повторить?!

– Но ты же… девчонка… – Хмурится и утыкается глазами в пол Лоир ри.

– Ну вот так случилось! Девчонка на боевом. Теперь живите с этим. А мне пора, оставляю вас, обсудить это. А ты, – выставляю я палец вперед перед Иниром ре, словно целюсь перед выстрелом, – выздоравливай.

И больше не оборачиваясь, подхожу к Деб. Вместе мы выходим из лазарета и направляемся в столовую, где по расписанию должен быть ужин.

Глава 8

– Как же я тобой восхищаюсь! – Не унимается Деба, ни когда мы идем в столовую, ни когда едим, ни даже тогда, когда заходим в комнату, полностью опустевшую.

– Не сделала я ничего такого, чтобы заслужить столько уважения, – отмахиваюсь я в который раз.

– Еще как сделала! Ты так просто со всеми общаешься. Мальчиков ставишь на место, сама решаешь, как закончится разговор, запросто подходишь к преподавателям. Я просто поражаюсь!

– А нужно всех бояться? А то я не слышала такого правила.

– Ну… как бы… – Теряется Деба, не в силах найти слова для ответа.

– Вот видишь, сама ставишь границы, а потом сама же боишься через них переступить. А зачем? Так ты усложняешь себе жизнь, постоянно переживая и волнуясь. Мне вот оно не нужно. Всегда нужно упрощать то, что можешь.

– Ты такая умная! – Говорит Деба с горящими глазами.

– Просто это возраст. Я уверена, что сведи нас к единой мере исчисления возраста, то я окажусь явно старше вас всех. Кстати, а сколько тебе?

– Двадцать два лета, – со стеснением произносит Деба.

– Интересно, можно ли как-то перевести мои года в твои леты?

– Разве что спросить у… О, кстати! А ты знаешь, что через неделю начнется практика?

– Какая еще практика? – Тяжело вздыхаю я, даже не имея понятия, доживу ли до этой недели.

– Преподаватели возьмут себе по небольшой группе студентов и отправятся в лес на несколько дней. Там будут различные задания, связанные с магией и обычным выживанием. Еще будут ставить оценки за то, как ты адаптируешься к различным условиям, быстро ли принимаешь решения и так далее. ОЙ! И в этом году обещали, что приедет какой-то очень крутой преподаватель. Он давно не учит здесь никого, да и вовсе занимается другими делами, но в этом году смогли его уговорить принять участие в практике.

– Думаешь, он может знать, как перевести года в леты?

– Он то-очно знает, – отмахивается Деба. – Он вообще всё знает. Я так мечтаю попасть к нему! Ты себе представить не можешь!

– Деб, а сколько вообще летов считается у вас нормальным? – Не отстаю я от темы возраста. Правда интересно узнать, какие в этом мире возрасты считаются адекватными для поступления в Академию. А то наговорили мне всякого… Теперь этот вопрос не покидает меня.

– В каком смысле?

– Ну, смотри. Вот тебе двадцать четыре, а в целом студенты с какого по какой возраст? И какого возраста тот крутой мужик? А преподаватели?

– Ну приглашенный преподаватель… Не знаю, сколько ему. Может, летов двести, – пожимает она плечами. – А тем, у кого сегодня были на занятиях, примерно по семьдесят. На обучение в Академию берут с восемнадцати, но редко. Обычно это двадцать два лета примерно… Как мне. Но вот тем, кто старше двадцати четырех – вход закрыт.

– Интересно…

– А тебе сколько? – В ответ интересуется Деба и моим возрастом.

– Мне двадцать пять. Но это в моем мире, а сколько бы мне было здесь не знаю.

– Ой! – Пищит девушка. – Да ты уже того…

– Чего того?

– Взрослая. – Тихо-тихо отвечает она.

– Да я и сама это знаю. Наслышана уже, что меня поздно чему-либо обучать.

– Но тебя все равно взяли! И это здорово!

– Конечно, куда я без этой Академии… Повезло… Билет в жизнь… – Бурчу я себе под нос, и когда более или менее получается выговориться, то поднимаю глаза уже на Дебу. – Откуда в тебе столько оптимизма?

– Не знаю, – слишком весело подергивает она плечами и отходит в сторону своей кровати, достает расческу и принимается усердно чесать свои кудри.

Мне оказывается банально нечем заняться. Практиковаться магией я не могу, а теорию учить при всем желании не выйдет. То, что я записала на занятии – можно считать, что ничего. Я скорее вслушивалась и пыталась осмыслить, но так ничего и не вышло. Слишком много новой информации навалилось на меня так, что в один момент рубеж был достигнут, и все последующие рассказы преподов уже просто-напросто не усваивались. Голова – это некая чашка в своем роде, а знания и вся поступающая информация – чай. Нельзя же бесконечно вливать и вливать тонные жидкости, не задумываясь о последствиях. Обязательно случится так, что чай будет налит до краев чашки, и тогда нужно будет отпить жидкость, чтобы была возможность переливать дальше. С головой все так же, но с одним отличием. Информацию никак не отпить, но ее можно и нужно осмыслить, чтобы превратить в знания и освободить место. Мне же отведенного времени для таких объемов неизученных данных не хватило.

– Пойду побегаю, – говорю я Дебе, сама же не обдумав эти планы, но уверенно выхожу из комнаты, прохожу витыми коридорами и многоступенчатыми лестницами, а там оказываюсь на улице. Дорогу до комнаты и обратно я примерно запоминаю. Вот будет обидно, если завтра помру тут, зато путь до кровати запомню.

Только поймав ртом глоток свежего ветра, сразу же начинаю бежать, закапываясь еще глубже в мысли. Хотя голову планировала опустошить и проветрить, а желательно, даже сквозняк там устроить.

А ведь и правда, почему я сразу же опустила руки? Не возразила, ну, по-настоящему, а не для приличия – как я это называю – когда вроде поругался, но толку от этого мало того, что не было никакого, так он и не нужен был никому, лишь бы недовольство свое показать, выказать публичное «фи». Завтра около полудня от меня может остаться лишь пепел, а, возможно, и вовсе я рассеюсь в воздухе, словно никогда не существовала. И зная это, я переживаю о том, что не смогла запомнить все сказанное преподавателем на занятии. А еще рассуждаю о том, что заняться нечем, ноюсь сама себе, что магией не обладаю. Так куда я, черт возьми, просер… трачу свое время? Можно же найти библиотеку, покопаться там в книгах, наверняка ведь, об этом должно быть что-то написано. Еще есть ректор, можно насесть на него, сделать обход по всем преподавателям. Можно попытаться спастись, найти какое-то заклинание, охранную чару, амулет, дом, закопанный на сотни километров вниз, на крайний случай-то. Что угодно! Хотя бы попытаться себя спасти. Но нет! Вместо этого я бегу. Бегу по кругу. Вместо действий я лишь рассуждаю. И где весь мой боевой дух? Ни за что не поверю, что смогла растерять его.

В какой-то момент я решаю сменить траекторию и бегу прямиком в лес. Темнота, скрывающаяся в гуще деревьев, не пугает. Этой дорогой я сегодня уже ходила, когда были спец занятия. Поэтому в полной уверенности своей безопасности я начинаю обегать стволы деревьев и перепрыгивать корни, изредка мешающиеся под ногами. Надоедает. А озарения так и не приходит. Возможно, это и вовсе мой последний вечер. А я вот так бездарно упускаю его. Перехожу на шаг. Вслушиваюсь в тишину, перебиваемую шелестом листьев и голосами студентов, что слышатся издалека. Свежий, слегка прохладный воздух окутывает меня, даря полное успокоение. У первого попавшегося дерева я останавливаюсь.

Могу ли я завтра исчезнуть? Для этого есть все шансы. Но что, если… Нет, такое невозможно. Я точно завтра испарюсь из этого мира, как и из любого другого. Какая мне магия? Это всё остается бредом даже после того, что я видела сегодня днем своими же глазами. А если отбросить всё реальное и нереальное? Если всё-таки случится так, что я останусь? Что мне делать весь год? Заниматься магией? Учиться? Не хочу. Вот хоть убейте, мне на всю жизнь учебы хватило. Я только начала получать удовольствие от взрослой жизни, даже несмотря на то, что периодически эта жизнь портилась, благодаря усилиям моего отца. Но родителей не выбирают, поэтому и я его не осуждаю, хотя должна была бы. Он спился, продал всё и всех, даже я не раз становилась разменной монетой, он меня бил, причем много раз, но я всё равно не держу на него зла. Мне просто наплевать. Я научилась безразличию, стала циничной, недоверчивой, возможно, где-то лицемерной. Но не озлобленной, не обиженной. Неправильный я, наверно, человек. Но какая уж получилась. Какая есть.

Мои мысли перебивает завывание леса. Появляются новые звуки. Словно, кто-то выслеживает свою добычу, перебирает лапами и усердно что-то вынюхивает. Озираюсь по сторонам – никого. По коже пробегает мороз, вызывая волну мурашек. Кажется, пока мне уходить отсюда. И легкой пробежкой я возвращаюсь к Академии, набирая скорость с каждым новым шагом. Я не трусиха. Нельзя бояться того, чего не видишь. Но эта темная неизвестность пугает своими неожиданными последствиями. Да и мир этот я не так хорошо знаю. Может, у них тут вообще зомби по ночам гуляют, а я пошла в самое их логово.

Только зайдя за двери здания, я замедляюсь. В комнату захожу, как ни в чем ни бывало и ищу глазами Дебу. Она оказывается сидящей на своей кровати и усердно вышивающей цветочек самыми обычными нитками и иголкой по ткани, как это делается и в моем мире.

– Что делаешь? – Спрашиваю я ее, чтобы хоть как-то начать разговор. Не спрашивать же о монстрах с самого начала.

– Да вот, посмотри, – протягивает она мне ткань и улыбается.

– Красиво.

– А ты гуляла? – С заинтересованностью спрашивает она, довольная моим ответом.

– Ну да, решила пробежаться перед сном. Привыкла тренироваться, – пытаюсь я как-то сгладить углы, понимая, что Дебу сейчас расстраивать не нужно, а от того, что я не позвала ее бегать вместе, она может и обидеться. – Кстати, я тут вышла, а потом поняла, что надо было поинтересоваться… Вдруг здесь опасно по ночам. Монстры никакие не ходят? А то вдруг…

– Не-е-е, ты что. Академия – самое безопасное место! – С воодушевлением восклицает она.

Самое безопасное… Интересно, кого же я тогда слышала? Готова поспорить на все деньги, которых у меня нет, что в деревьях был явно не человек, а нечто более… дикое что ли. Обязательно узнаю об этом подробнее! А пока нужно принять душ и лечь спать. Даже если завтра я умру, то хотя бы чистой и выспавшейся.

С самого утра я пропускаю завтрак, решая навестить Инира ре. Кто знает, может это наша последняя встреча, а человек он хороший. Ну или кто он там. Эльф? Мне без разницы.

Он вяло мешает ложкой кашу, но сразу же оживляется, увидев меня в дверях.

– Ну как больной себя чувствует? – Улыбаясь, спрашиваю я.

– Сказали, что сегодня к вечеру уже выпустят. Если не против, то можем прогулять после этого. Отпраздновать такое радостное событие, так сказать. – Дарить легкую улыбку он мне в ответ.

– Да, конечно, здорово, – от неожиданности теряюсь я, хотя и приятно оказывается получить такое предложение. – Зайдешь за мной?

– А ты уже уходишь? – С грустью смотрит он на меня, а потом переводит взгляд на злосчастную кашу.

– Сейчас начнутся занятия, не хочу опаздывать.

– А ты правильная девочка, оказывается? – Усмехается он.

– А еще умная. И на манипуляции не ведусь.

– А я так надеялся, – вздыхает Инир ре, но скорее наигранно.

– Лучше надейся на то, что все пойдет по плану, и вечером сможешь ощутить запах свободы.

– О, я буду ждать вечера.

– Не сомневаюсь, – отхожу я к двери. – Ну, до вечера тогда.

– До вечера. – Отвечает Инир ре мне, и я скрываюсь от него за дверьми лазарета.

На занятие я успеваю дойти, даже не ускоряя шага, занимаю в аудитории удобное место и усаживаюсь. От монотонного голоса и совершенно неинтересной информации меня так и клонит ко сну. Я так умираю? Или просто не успела выспаться? До последнего я надеюсь на второе, сражаясь внутри себя с сонливостью. И только начинает казаться, что я проигрываю эту битву, как занятие заканчивается. Зевая, я поднимаюсь с места и перехожу в другую аудиторию.

Кажется, вторая пара совсем не отличается от первой. Скучная лекция, непонятные слова, безэмоциональный голос. Тут вдруг резко лопается лампочка! За ней еще одна, и еще… Практически моментально в аудитории становится куда темнее. При каждом щелчке студенты, особенно девочки, вскрикивают. Кто-то дергается, держась за общую длинную парту, и показывая всем свой испуг. Я молча и с интересом наблюдаю за происходящим.

– А это у вас нормально? – Шепотом спрашиваю я у Дебы, с удивлением рассматривающей потолок.

– Не-а. Вообще-то впервые. – Завороженная всем, что происходит вокруг, отвечает она, не отрывая взгляда и продолжая смотреть вверх.

– Интересно.

Всех начинают выводить из аудитории, оставляя толпиться в коридоре. Проносятся шепотки среди студентов. Все напуганы, никто не понимает, что сейчас произошло и почему. Меня же это волнует меньше всего. Главными вопросами остаются монстры ночью и перевод моего возраста в местный. Согласна, порой странные у меня приоритеты, а иногда и несовместимые.

Глава 9

По итогу нас заводят в другую комнату, где и заканчивается занятие. В столовой на редкость шумно, обсуждения произошедшего продолжаются, несмотря на то что не произошло (как мне кажется), ничего сверхъестественного, да и завершилось всё быстро. Но почему-то студентов это слишком волнует.

Остаток дня проходит по обычному расписанию. Я посещаю еще несколько занятий, затем спец курсы, где вновь занимаюсь бегом и учусь поднимать меч. Единственным отличием прошлогодня от этого является то, что на боевых занятиях со мной находится Инир ре. Мы с ним общаемся, шутим, обсуждаем все на свете. Он мне помогает правильно взять меч. У меня даже получается сделать один приличный взмах! На этом физическая сила заканчивается, и я вновь забываю, что оружие должно быть поднятым.

Только под конец дня, когда мы с Иниром ре неторопливо идем по лесу, возвращаясь в Академию, я понимаю, что двое суток прошло, а я всё еще жива. Осознание этого накрывает бешеной волной, даже вызывая дрожь в пальцах, словно от холода.

– Ты чего? – Спрашивает Инир ре, не найдя меня рядом, а обнаружив застывшую на месте.

– Я… Жива, – словно совершив открытие, произношу я, не веря своим словам. Это ведь значит только одно. Еще целый год мне здесь находиться, пока не начнется спасательная операция по возвращению меня в родной мир. А что мне там делать, спустя столько времени? Будет ли еще квартира, что станет с отцом без меня? А работа? Мою трудовую книжку точно выбросят, если не сделали этого уже. И где тогда экстренно брать деньги, не влезая в огромные долги?

– А не должна была? – С подбадривающей улыбкой произносит Инир ре, выбивая меня из собственных мыслей и переживаний.

– Все могло случиться.

– Расскажешь?

– А я могу тебе доверять? – С прищуром говорю я, но улыбка невольно проступает сама собой.

– Разумеется, – склоняет Инир ре голову набок, и с теплотой смотрит на меня.

– Когда только доставили меня сюда, то не могли понять, что у меня вообще с магией. Она никак не прослеживалась, не определялась. Для адаптации и выживания в этом мире, как мне сказали, ее попросту могло не хватить. Мне дали два дня. Ну как дали… Если бы все пошло неправильно, то еще несколько часов я бы исчезла из этого мира. Хотя насчет правильности я тоже сомневаюсь. Но я жива, и теперь мне предстоит еще год жить в этой Академии, чтобы потом смогли отправить меня обратно.

Видимо, я успеваю взболтнуть лишнего. Глаза Инира ре тотчас тускнеют, грусть проступает сквозь улыбку, застывшую на лице, а голова его падает вниз.

– Ты… собираешься домой? Тебе здесь не нравится? – Тихо спрашивает он, словно боясь получить ответ.

– Дело не в самой Академии, или, например, в тебе. Просто пойми, я из другого мира, мне уже поздно становиться здесь кем-то. К тому же за свою жизнь я так устала от учебы, что хочу уже спокойной жизни, в которой буду ходить на работу, возвращаться уставшая домой, наслаждаться этим состоянием, расслабляясь на кровати и мечтая о поездке на море. Я этой жизни хочу, а не возвращения к преподавателям, урокам и оценкам.

– Знаешь, я надеялся, все будет иначе.

– Понимаю.

– Но зато у нас есть год. Постараемся провести его весело, – с надеждой произносит Инир ре.

– Посмотрим, – пожимаю я плечами. – Я не привыкла загадывать. Жизнь порой так непредсказуема.

Вечереет. Солнце давно зашло за горизонт, а мы с Иниром ре все ходим по дорожкам вокруг Академии и разговариваем ни о чем, но в то же время обо всем. Он рассказывает о себе. Оказывается, Инир ре – эльф. Он из обычной семьи по меркам даже моего мира. Его родители, переводя на понятные мне профессии и занятия, занимаются фермерством, только эльфийским. Они выращивают кристаллы, которые потом идут на продажу и дальнейшую обработку под нужды тех или иных чар. У Инира ре нет братьев или сестер, ему двадцать шесть, и в Академии он учится уже третий год. В общем, я узнаю общую информацию, которая мне на самом деле и не нужна. Это скорее обычный дружеский разговор. Правда, односторонний. О себе я говорю куда меньше. Молчу про родителей, условия, в которых жила, как попала в этот мир. Но от этого наш разговор не становится хуже. Возможно, это только мне так кажется, но раскрываться я не спешу перед каждым встречным. Прошлая жизнь оставила вполне ясные отпечатки, как делать не стоит.

Становится прохладно. Я начинаю обнимать свои руки, покрывшиеся мурашками, а Инир ре замечает это. Он тут же останавливается.

– Ты замерзла?

– Может немного.

– Пойдем в Академию?

– Ты этого хочешь? – Немного с грустью спрашиваю я, словно депрессия накатывает в этот момент. – Ну вернемся, разойдемся по комнатам, ляжем спать, затем вновь настанет утро, когда придется бежать на учебу. То, что происходит сейчас, мне нравится куда больше.

– Мне тоже, – с улыбкой, наполненной легкой застенчивости, отвечает он.

И мы пытаемся продлить нашу беззаботную прогулку. Зажигаются магические фонари, которыми оказывается утыкана вся территория вокруг Академии, начинают стрекотать неизвестные мне насекомые. Воцаряется приятная атмосфера, которую не хочется нарушать. Инир ре понимает меня с полуслова, когда я начинаю говорить даже о всякой ерунде. Он сразу же подхватывает мои странные и нелепые шуточки, завершая их так же глупо, как я начинала. Появляется полнейшее понимание друг друга.

– Арина Мейерхольд, нам точно пора возвращаться. – В момент затишья между диалогами произносит Инир ре, озвучивая наши общие мысли.

– Да. Сейчас точно пора.

Инир ре провожает меня до комнаты, видимо, тоже не имея желания расставаться. Он до самого последнего момента смотрит на меня, пока дверь комнаты, начинающая разделять нас, не закрывается. И я с непонятной грустью плетусь до кровати.

Все уже спят. Легкое посапывание, наполнившее комнату, застывает жужжанием в ушах, не позволяя мне уйти в мысли. Но приятное послевкусие прогулки наполняет меня изнутри, медленно убаюкивая.

Внезапно становится слишком шумно, и приходится открыть глаза, чтобы узнать, в чем дело. А никакого дела и нет. Просто утро наступает слишком быстро. Начинаются общие сборы на занятия, а солнце бьет в глаза, не давая возможности закрыть их обратно и продолжить сон, которого так сильно не хватило.

– Эй, соня, вставай! – Бросает Деба в меня подушку. – На завтрак опять опоздаем!

Нехотя, я свешиваю ноги с кровати и потягиваюсь. Звон в голове от недосыпа давит на глаза, и соблазн завалиться обратно нарастает. Но этой роскоши я не могу себе позволить.

– А здесь бывают выходные? – Сонно спрашиваю я, зевая.

– Конечно! Завтра будет. Ой, а потом приглашенные учителя приедут. Так здорово!

– Да. Что ни день, то праздник, – вновь зеваю я.

Еле передвигая ноги, я в сопровождении Дебы оказываюсь в столовой. Есть не хочется совсем, только спать. Поэтому я опустошаю чашку с непонятным напитком, напоминающим чай, и жду соседку. Она-то себе ни в чем не отказывает. Вот аппетит! Мне бы так. Силы еще точно понадобятся. Но я не прислушиваюсь к рациональности своих мыслей и, только Деба заканчивает трапезу, я тут же встаю с места. День продолжается по расписанию. Многие из дисциплин по-прежнему даются мне с трудом, но сегодня я стараюсь тщательно всё записывать, а что-то еще и запоминать. Когда-нибудь да что-нибудь мне должно пригодиться. Затем начинаются спец занятия. И я по-прежнему воюю с мечом. Не с ним против кого-то, а в прямом с смысле – моим оппонентом является меч, который никак мне не поддается. И так, и этак кручу я его, с размаха, без дополнительных движений пытаюсь я совладать с ним – не выходит ничего.

Инир ре тренируется рядом. Несколько раз он делает попытки, чтобы взять мои руки в свои, помогая правильно поднять меч, но препод сразу же это замечает, и тогда раздается недовольное «гхе-гхе». И Инир ре тут же отстраняется. А меня не покидает ощущение, что идет проверка на вшивость, с успешным прохождением которой у меня пока не идет подвижек. Когда все расходятся, я продолжаю тренироваться. Темноту я встречаю с оружием в руках, нисколько не отвлекаясь от своего дела. Мышцы забиваются полностью, поднимать меч с каждым разом становится все труднее, но я не сдаюсь. Я обязательно добьюсь результата, хотя понимаю все последствия своих неправильных действий.

Когда руки перестают слушаться совсем, я возвращаю меч на место и ложусь на траву, выбирая наиболее удобное место под деревом. Отдых, тишина, покой. Внутреннее спокойствие и умиротворение наполняют меня настолько, что я практически засыпаю.

– Так и знал, что найду тебя здесь. – По-доброму произносит Инир ре, взявшийся словно из ниоткуда, не позволяя тем самым мне уснуть.

– А ты чего здесь? – Приподнимаюсь я на локтях и поворачиваю голову на звук.

– Пришел тебя проведать. Извини, не смог остаться с тобой после занятия, нужно было пересдать одному очень вредному профессору последнюю тему.

– Ничего страшного.

– Но… Я принес тебе перекусить! Ты же и ужин пропустила!

– То-о-очно… А я и забыла про него. – С досадой сообщаю я, только сейчас вспоминая, что за весь день лишь выпила стакан чая.

– Я почему-то знал, что так будет. Держи, – Инир ре протягивает мне пару пирожков и термос. Даже удивительно, насколько схожи в этом наши миры. – К сожалению, я смог взять только это. Надеюсь, ты не сильно расстроилась.

– Нет, что ты! Спасибо больше! Ты просто чудо, Инир ре’Йур.

Я хватаю пирожок и откусываю чуть ли не половину. Еда приятно прокатывается вниз, попадая в пустой желудок. Чай оказывается еще горячим, что, несомненно, радует куда сильнее, чем мне казалось. Инир ре довольно улыбается, глядя, как я поедаю, принесенную им еду.

И вновь начинается вечер разговоров. Я, сытая и довольная, укладываюсь обратно на траву, а Инир ре ложится рядом. Мы с ним делимся впечатлениями о сегодняшнем дне. А еще я спрашиваю про монстров, которые случайно могут оказаться в гуще леса, но так же получаю отрицательный ответ. Да и сама я начинаю уже сомневаться в том, что слышала. Ведь сейчас не раздается никаких звуков и завываний, только одна тишина окружает нас.

– Ты не замерзла? – Резко меняет тему Инир ре, только что говоривший о нелепом случае со своим соседом Лоиром ри’Нимом.

– Еще терпимо.

– А спать? Не хочешь? А то с утра ты выглядела уставшей. – Со странным беспокойством за мою персону вновь спрашивает он.

– То было с утра, сейчас всё совершенно иначе, – с улыбкой отвечаю я, немного стесняюсь. Я не привыкла к такому вниманию, да и заботы я обычно не получала. А тут едва незнакомый человек проявляет всё это ко мне, да еще и в таких количествах.

– Я всё-таки предлагаю пойти спать.

– Завтра все равно выходной день. – Отмахиваюсь я, не желая прекращать этот приятный миг.

– Но завтрак от этого позже не будет.

– Ах, очень жаль.

– Да, мне тоже, – совсем тихо произносит Инир ре и начинает подниматься. Он протягивает мне руку, помогая тоже встать с травы.

Уже по традиции нескольких дней, хотя ощущение, что прошло несколько лет, Инир ре доводит меня до комнаты. Несмотря на то, что путь я успела запомнить, он всё равно следит за тем, чтобы я нигде не потерялась. Всё началось с обычной помощи, а сейчас перетекло в дружескую компанию. Инир ре даже ничего не спрашивает, а я не останавливаю его на полпути.

Мы с ним прощаемся, и я второй вечер подряд скрываюсь за дверьми вопреки своим желаниям. Гуляла бы и гуляла так до самого утра.

В комнате опять уже все спят. Темно. Тихо. Я аккуратно переодеваюсь, чтобы никого не потревожить и ложусь под одеяло.

– Ты поздно, – шепотом произносит Деба, которая оказывается неспящей.

– Да. Гуляла. – Так же тихо звучит мой ответ. – Дышала воздухом.

– Возьми меня с собой в следующий раз, – неожиданно то ли предлагает, то ли настаивает девушка. – А то всё одна по ночам ходишь.

– Ты же сказала, что опасности нет.

– Но это неприлично! – Шепотом восклицает она, не проронив ни звука.

– Я подумаю.

Почему вообще Деба считает, что я была одна? Она не спрашивала, я не говорила, потому что не вижу в этом смысла. Но всё равно соседка считает, что я могу общаться только с ней в Академии, будто это аксиома. Хотя про знакомого, что должен был встретить меня утром, она знает, даже в лазарет со мной ходила к Иниру ре. Утром спрошу у нее.

А мысли о том, что придется проводить время с Дебой и Иниром ре одновременно по вечерам, когда мне наиболее приятно и комфортно, не дает мне уснуть. Сразу неприятное чувство возникает в области груди. Будто Деба разрушит всю атмосферу, которую мы с Иниром ре создали.

Глава 10

– Встава-а-ай! – Прилетает мне в лицо нечто тяжелое, но мягкое. Но я лишь переворачиваюсь на другой бок.

– Это уже не смешно! Арина! Мы завтрак пропустим! – Ругается Деба, которая, судя по громкости голоса, стоит прямо надо мной.

– Иди без меня, – чуть не протяжным стоном отвечаю я ей, не трудясь выговаривать буквы.

– А вот ложиться надо раньше!

– Сегодня же выходной день.

– Поэтому его надо проспать! Ну уж нет! Поднимайся!

– Де-еба-а… Оставь меня…

Я проваливаюсь обратно в сон, но моментально выныриваю обратно из этого сладкого омута. С меня слезает одеяло. Пацам ног начинает становиться прохладно, отчего и всей мне неудобно.

– Я без тебя не пойду! Если ты остаешься в комнате, то я тоже! – Что-то тяжелое плюхается рядом со мной на кровать. – Буду весь день голодная и вредная, и ты будешь в этом виновата!

– Не скидывай на меня всю ответственность, – потягиваюсь я, с огромным трудом приоткрывая глаза.

– А иначе ты не встанешь! Тут уж все методы хороши.

Словно зомби, я, даже не открывая глаза полностью, натягиваю на себя футболку с рубашкой и лосины – более или менее удобное и понятное мне из той одежды, что мне прислали. Я всё больше убеждаюсь в том, что во многих моментах наши миры схожи, но задумываться об этом по-серьёзному не планирую. Сейчас мне интересен лишь сон.

До столовой остается всего несколько шагов, как у меня над ухом звучит знакомый голос.

– Кажется, кто-то не выспался. – Голос смеется, явно укоряя меня тем самым. Я медленно поднимаю глаза и вижу Инира ре. Никого другого я и не ожидала увидеть.

– Хочешь сказать, ты выспался? – Лениво проговариваю я буквы, которые так не хотят вылетать из моего рта.

– Нет. Но выгляжу уж получше тебя, – с легкой, но доброй ухмылкой отвечает он.

– Ты уже завтракал? Сядешь с нами? – Как ни в чем не бывало спрашиваю я, даже не интересуясь у Дебы, не против ли она такой компании.

– Еще нет. Только собирался. Почту за честь сидеть рядом. – Веселится Инир ре и жестом из взмаха рук приглашает всё-таки зайти внутрь комнаты, откуда доносятся мощные запахи еды.

– Деба, ты не против? – Поворачиваюсь я на соседку, что стоит неподвижно, даже когда мы с Иниром ре начинаем заходить внутрь. Она часто моргает и только потом, как мне кажется, начинает дышать.

– Д-да, конечно. Вместе веселее.

Инир ре берет поднос и начинает выбирать себе еду. Я следую за ним, как вдруг Деба одергивает меня и хватает за руку.

– Арина, ты не говорила, что общаешься с ним! – Шепотом отчитывает она меня.

– А что такое? – Хмурюсь я, не понимая, какой смысл девушка вкладывает в свои слова. То ли ругает, то ли, наоборот, восхищается выбором такой компании.

– Он же… красавчик.

– И что? Я все равно не понимаю.

– Ну Арина-а! Это же Инир ре’Йур!

– Я знаю, Деба. И что с того? Я не понимаю, чего ты от меня хочешь.

– Он такой классный, – явно стесняясь, произносит она, глазея на молодого высокого эльфа. Ее хватка слабнет.

– Я всё равно тебя не понимаю.

Деба словно пытается мне что-то сказать ещё, но не находит слов. Я лишь хмыкаю в ответ и пожимаю плечами.

Приходит время мне тоже набрать себе еды. Несмотря на выходное разнообразие блюд, я беру себе зеленый салат и компот. Больше ничего в меня всё равно не поместится. А мысль, вдруг сейчас мне повезет, и после завтрака получится сбежать ото всех и вернуться ко сну, греет меня. Однако, моим надеждам не суждено сбыться. Как только мы покидаем столовую, звучит сигнал, как тот, после которого все ринулись на поле смотреть боевое представление. И сейчас вновь все студенты меняют свои траектории движения, направляясь на выход из Академии. Да, веселье здесь любят. Как и учёбу. А о настоящем отдыхе, кажется, никто не слышал. Ах да, постоянно забываю, что иметь возможность учиться здесь – слишком почётно. Наверно, поэтому из студентов выжимают максимум, нацелившись на результат и выкинув всевозможные причины для адекватных нагрузок и разнообразного времяпрепровождения.

– Чувствую, сегодня меня поставят, – говорит Инир ре, пока Деба все это время хранит молчание.

– В каком смысле?

– Арина Мейерхольд, доброе утро! Ты же поняла, что сейчас будет?

– Ну… да.

– Кто участвует в тренировочных дуэлях? Какой факультет?

– Ёпрст… – Хлопаю я себя по лбу. – Ну замечательно. Это, значит, я не посижу на трибунах?

– Тебя только это волнует? – Удивленно спрашивает Инир ре, округляя глаза, ползущие наверх.

– А что ещё должно?

– Знаешь, в следующий раз я не попадусь на уловку и отведу тебя спать куда раньше. Что-то ты сегодня совсем не соображаешь.

– Знаешь, может я таким образом просто привыкаю к этому миру.

– Ну, ну. Верь, во что хочешь. – Хмыкает Инир ре.

– Я пойду сяду, – тихонько бросает мне Деба, и я киваю ей в ответ.

Мы с Иниром ре подходим к преподавателю, где уже собрались практически все студенты нашего факультета. Приходится привести себя мысленно в чувство, чтобы хотя бы выглядеть более или менее прилично. Ну или чтобы делать вид, что что-то слушаю. Но умное лицо никогда не помешает. Инир ре с теплом смотрит на меня, чуть ли не скача на месте. Его изнутри разрывает от эмоций.

– Ты чего? – Спрашиваю я у него тихонько.

– Надеюсь, что выберут меня. – Улыбается он. – Вот чувствую, что так и будет.

– Верь, во что хочешь, – улыбаюсь и я, отвечая ему его же словами. Инир ре на это лишь прищуривает глаза и показывает язык. Какой же он ребенок… Но и я не отстаю. Так же высовываю язык и показываю ему. Такое оставлять без ответа нельзя!

Преподаватель грозно смотрит на всех нас, а потом прокашливается и начинает говорить. Голос его звучит непривычно низко и серьезно.

– Сегодня показательное выступление. – Сообщает он и начинает распределять пары. Первые четыре названных студента делают шаг вперед. Я с ними не знакома, но на занятиях, разумеется, видела. И тут он переводит взгляд на меня. – Арина Мейерхольд и Нор рей’Ар, – завершает он список.

Нор рей’Ар? Я его не видела на занятиях, не могла же просто взять и не заметить. Он тоже на боевом факультете?

Сквозь толпу студентов протискивается тот самый брезгливый юноша и с презрением смотрит на меня.

– Арина Мейерхольд?! – Восклицает Инир ре. – Вы же сами знаете, что у нее магия еще не проснулась! Внезапно начинает защищать меня Инир ре. А может, и просто от обиды, что выбрали не его, выкрикивает наиболее уместный комментарий.

– И что? – Поднимая брови вверх, с усмешкой спрашивает преподаватель. – Пускай покажет, на что способна. Или ее просто так засунули ко мне на занятия?

– Вы даже не дали ей шанса чему-то научиться! – Продолжает гнуть свою линию Инир ре. Я поглядываю на него, но пока молчу.

– Хочешь обсудить правильность моих решений? – С явным напором в агрессию спрашивает препод у моего заступника.

– А если так?

– Ну что устроили тут, – вклиниваюсь уже я. Девочка уже большая, могу за себя постоять. – Если надо, то пойду. Заднюю не дам.

Препод одобрительно смотрит на меня, не говоря на слова, и отходит. Инир ре качает головой, берет меня под руку и отводит в сторону.

– Ты чего удумала? – Полушепотом спрашивает он, активно разводя руками в разные стороны.

– Ничего. Сказали идти – значит, пойду. Я не боюсь. Мозги тоже работают. Что-нибудь придумаю.

– Арина Мейерхольд! Но твой оппонент один из лучших на курсе, он помощник самого ректора, так что находится у него под покровительством. Тебе шанса не дадут в этой схватке, пусть даже и учебной.

– А разве сейчас этот шанс у меня есть? Или каким-то чудесным образом потом появится? Ничего не изменится! А каждый раз бояться и искать лазейки – это не про меня. Сказали – пойду. На этом точка.

– Арина Мейерхольд, не надо.

– Ты мне хотя бы не указывай. – Уже со злостью смотрю я на Инира ре, готовая начать представление прямо сейчас. – Если и облажаюсь, то пускай, но я не трусиха, чтобы так сдаться и убежать.

– Да я же переживаю за тебя, дура. А ты лезешь на рожон. Считай, расписалась в самоубийстве. А вдруг тебя сильно заденет? Или упадешь? Или ещё что? Столько всего может случиться!

– Переживать можно молча. – Говорю я сквозь стиснутые зубы. – А ты мог бы и подбодрить.

Я резко разворачиваюсь и ухожу от Инира ре. Вот еще придумал! Кем себя возомнил? Или он настолько сомневается во мне? Да, я еще не обучилась оружию, но оно сейчас и не потребуется. Да, с магией у меня тоже туго, точнее, никак. Но и просто стоять, ждать минуты своего поражения, я не буду. Я куда лучше, чем обо мне думают. И самое важное – я сама в себе не сомневаюсь. Даже если и проиграю, а так скорее всего и будет, то хотя бы на поле, а не за его пределами до начала дуэли. В общем, сдаваться я не намерена.

С Иниром ре мы больше не разговариваем. Я специально держусь в стороне от него, даже не глядя в его сторону. Он тоже не рвется подходить ближе. Ну просто идеальная идиллия! Мозгокрутки мне сейчас еще не хватало. Вот все случится, тогда и поговорим. Я выслушаю, насколько была не права, зря согласилась на это безумие, не подумала с холодной головой. А он бедненький стоял и переживал. Хуже наказания не придумаешь для здорового парня! Но это будет потом.

Первые две пары проходят свое «испытание» достаточно быстро, и вот наступает наша с Нором рей’Аром очередь. Он по-прежнему с презрением смотрит на меня и хмыкает, выходя на поле и занимая свое место. Я лишь закатываю глаза и тоже встаю на позицию. С трибун на нас смотрят сотни глаз. Начинают разноситься переговоры, касающиеся моей персоны на столь почетном месте. Зато теперь все узнают, что девочек на боевой факультет тоже берут, просто до меня еще никто не был этого достоин. В данный момент времени мне в этом направлении думать приятнее.

От разговоров, что перекатываются вокруг, словно раскаты грома, я абстрагируюсь. Концентрируюсь исключительно на противнике. Он-то, наверняка, считает, что уже выиграл, заочно. Но нет, я заставлю его еще попотеть.

Звучит сигнал начала дуэли. Нор рей’Ар создает в руках небольшой шар и запускает его в меня – уворачиваюсь. Это оказывается несложно. Шар летит по прямой траектории, поэтому хватает лишь одного движения – всего лишь сделать шаг сторону. Тогда Нор рей’Ар с нескрываемым раздражением смотрит на меня и повторяет свой первый выпад, утраивая количество снарядов. Мне хватает двух шагов, чтобы остаться невредимой. Тогда на меня летят кружащиеся сферы, линию полета которых определить оказывается сложнее, но обычного кувырка в правильный момент хватает, чтобы избежать их всех. Тогда Нор рей’Ар, явно питавший надежды на быструю и легкую победу, с криком, в который вкладывает все свои эмоции, создает огромный шар, который по мере приближения на мне раскалывается на несколько кусков, а они, в свою очередь, делятся дальше. На меня летит целая стая из золотых обломков. Шаг, кувырок, наклон, поворот, вновь кувырок и шаг обратно. Я вновь остаюсь невредимой.

– И это все, что ты можешь? – Пытаюсь разозлить я его еще сильнее. Уж не понимаю, откуда у него столько ненависти ко мне, но не я это начала. Да и в целом от меня в его сторону не было никаких плохих слов или поступков, чтобы заслужить такое отношение. Виделись-то всего один раз!

Мои ожидания оправдываются. Нор рей’Ар краснеет от злости, начиная слепо стрелять шарами, разлетающимися в разные стороны от меня. Вот сейчас и мне приходится попотеть. Я кувыркаюсь, убегаю, останавливаюсь и возвращаюсь перепрыжками на исходное место, оттуда делаю кувырки вперед и назад, а потом обратно. Я не вижу ничего вокруг, только слежу за приближающимися шарами, пытаясь их избежать. И звучит сигнал. Я, вся извалявшаяся в грязи, лежащая на земле, поднимаюсь и отряхиваюсь, ожидая второго этапа, до которого и не надеялась пройти. Сейчас у меня шансов точно не будет, но я с гордостью приму свое поражение. План максимум уже достигнут. Минимальным порогом, который я сама поставила для себя же, было не попасться на первом ударе. Так что повод для гордости уже имеется.

Я встаю, разворачиваюсь и ищу глазами Нора рей’Ара. Вокруг царит полнейшая тишина, что начинает заставлять переживать и немного напрячься. Своего оппонента я не вижу. Это еще больше пугает. Надеюсь, исподтишка в спину хотя бы не ударит.

Но что я вижу? Откуда-то из-за деревьев, что находятся за пределами поля, пара студентов выносят Нора рей’Ара, который без сознания свисает с их рук. Сбоку от меня стоит преподаватель и машет мне рукой, намекая, что нужно подойти к нему. Короче, я не понимаю ничего.

Глава 11

– Поздравляю. – Одобрительно похлопывает он меня по плечу. – Не ожидал, правда. Но ты молодец.

– А что случилось-то? – Хмурюсь я и озираюсь по сторонам, так и не понимая, что произошло.

– Ты победила.

– Так… а как это получилось-то? Я так-то не планировала.

– Уж не знаю, что ты сделала лучшему студенту нашего факультета, который до этого дня был нашей гордостью и считался непобедимым, но ты сильно разозлила его. Нор рей’Ар начал без разбору запускать в тебя магические снаряды, но от спешки и эмоций не уследил, и один снаряд отскочил в него самого. Ай, да что я тебе это рассказываю, – делает преподаватель движение рукой наотмашь. – Зачем эти подробности. Я в тебя верил, спасибо, что не подвела, – добавляет он и уходит.

Студенты на трибунах начинают расходиться, так же не нарушая полнейшей тишины, какую поймали перед финалом дуэли. Инир ре смотрит на меня с расстояния, но дистанцию не сокращает. И я начинаю двигаться в сторону Академии, все еще не веря в произошедшее. Судя по всему, никто не верит. Девчонка, да еще и без магии, смогла уложить на лопатки лучшего студента, любимчика ректора. Как такое возможно? Я и сама в это не верю. Бред какой-то. Хотя в то, что Нора рей’Ара подвели собственные эмоции, поверить возможно. Но чем же я смогла ему так не угодить? Интересно, а преподаватель знал об этом? Или просто на удачу составил нашу пару соперников, проверяя меня на пригодность? Очевидно, что все относятся с сомнением, мягко говоря, к моему нахождению на факультете.

– Ну ты там устроила! – Подбегает ко мне Деба, только я захожу в комнату.

– Везение, стечение обстоятельств, – пожимаю я плечами, все еще не отойдя от шока. – Моей заслуги в этом особо нет.

– А вот и нет! Видела бы ты, так не говорила! Где ты научилась так ловко уворачиваться?

– Да нигде, – развожу я руками, не понимая такого ажиотажа. – Всего лишь несколько кувырков. Ну в сторону отошла. Ничего особенного.

– Не, не, не. Не говори так! Ты так плавно двигалась! Такая грациозная, уверенная!

– Просто сосредоточилась.

– Ох, ты себя недооцениваешь.

– Как раз реально оцениваю. Я сделала, что могла. То, что мне принесло это победу – значит мало. Если бы мой соперник не поддался эмоциям, то исход был бы другим.

– Но он такой! – Никак не унимается Деба.

Тут в комнату заходят другие девочки. Они поздравляют меня, расспрашивая, как у меня это получилось. Но я всем отвечаю одно и то же. Последней ко мне подходит костлявая, бросая в меня свое пренебрежительное «поздравляю», на что я прикрываю глаза и киваю, вздыхая. Подачки из вежливости меня тоже не интересуют. Незаметно приходит время обеда. Или это я со всеми событиями теряю счет времени.

Многие сразу же начинают оборачиваться и поглядывать на меня. То же мне феномен увидели. Спокойно поесть не получается. Постоянно глазеющие на меня студенты, словно физически дотрагиваются до меня. Лишь единицы смотрят на меня с восхищением и уважением, большее число составляют те, кто прожигает меня презрением. Ну а им-то я что сделала? Не понимаю я здешних порядков.

И тут появляется свободное время. Я прячусь ото всех в комнате, но Деба меня быстро находит. К этому времени все остальные девочки успевают разойтись по своим делам.

– А что у тебя с Иниром ре’Йуром? – Не унимается Деба, продолжая гнуть свою линию насчет личности конкретного эльфа.

– Ничего, – вздыхаю я от невозможности найти место для покоя и уединения.

– Но вы с ним так общаетесь!

– Как? Обычно? Мы просто разговариваем, вчера вон гуляли, но это ничего не значит.

– Ну коне-е-ечно, – протягивает Деба, искоса глядя на меня, словно что-то задумала.

– Хочешь – верь, а хочешь – нет. Мне нет смысла обманывать. У нас просто есть общие темы для обсуждения.

– А вот и не верю, – дразнит меня Деба, подсаживаясь ближе и с хитринкой глядя на меня, словно пытается раскрыть мой большой секрет. Но, увы, его нет. Я честно отвечаю ей, ничего не утаивая и не придумывая.

– Твоё право.

Понимая, что и здесь мне не будет покоя, я встаю с кровати и иду на выход из комнаты.

– Эй, а ты куда? К Иниру р…

– Деба! – Перебиваю я ее, не в силах дальше это терпеть. – Нет! Я хочу пройтись.

– А можно я с тобой?

– Нельзя. Я хочу побыть одна. Могу я это сделать?

– Ладно, иди, – слишком просто соглашается она меня отпустить без дальнейших расспросов.

На улице уже начинает смеркаться. Я быстрым шагом выхожу из Академии и иду вдоль нее, игнорируя извилистые тропинки. Лес оказывается за моей спиной. В эту сторону я ещё не ходила. Ну просто какой-то день открытий!

Деба придумала себе что-то, потеряв голову при виде красивого эльфа, который оказался ещё и слишком близко к ней. Инир ре вообще обезумел, говоря, что у меня ничего не получится, ведь я ничего не умею, но при этом ещё как-то умудрился за меня запереживать, а вдобавок ко всему и дурой назвать. Преподаватель по спец дисциплине нарочно подставил меня под удар, видимо, оскорбленный тем, что ему свинью подложили в лице меня на боевом факультете. Нор рей’Ар, оказывается, возненавидел меня за что-то, хотя я этого даже не подозревала до определенного момента. А я смогла его на лопатки уложить за это. Что за сумасшедший день? Ещё и выспаться не дают! Достали все. Почему от меня им всем что-то нужно, когда я хочу лишь остаться в тишине и покое? Хотя нет, от Инира ре я всё-таки хотела бы услышать если не извинения, то хотя бы обоснование его поведения. Если он переживает за меня, как друг, то не должен говорить то, что сказал. Значит, теперь возвращаются одиночные прогулки по вечерам. А Инира ре в жопу. Заслужил.

Даже не знаю, откуда у меня столько злости на него. Наверно, просто задело это его поведение и неверие в меня, хотя, если так подумать, рациональное зерно в его словах было. Но не такое, как мне нужно было! Вот в этом и вся проблема! Я всё решила, а он тут со своей заботой и беспокойством…

Не знаю, как такое получается, но я вновь оказываюсь среди деревьев, которые видела вчера, хотя в этот раз шла в совершенно другую сторону. Задумалась настолько, что даже не видела, куда иду. Ну, значит, так лучше. Место знакомое, потеряться не должна.

Луна, такая же, как и в моем мире, ярко освещает все пространство вокруг меня, каждое дерево и травинку. Капли росы блестят и переливаются. А вокруг царит тишина. Тут раздается звук, как при сломанной ветке, и я невольно вздрагиваю. Прислушиваюсь. Завывания не слышно, но осторожность никогда не бывает лишней. Раздаются только тихие осторожные шаги, приближающиеся в мою сторону. Впереди становится виден силуэт, слишком знакомый, чтобы я смогла испугаться.

– Так и знал, что найду тебя здесь. – На свет выходит Инир ре. Он говорит так мягко, что из его слов можно было бы связать уютный плед и укутаться в него целиком.

– Я не терялась. – Коротко отвечаю я, все еще держа обиду на него.

– Очень на это надеюсь. Может не будем ссориться из-за ерунды? – Осторожно и плавно он подходит ближе.

– Раз ты это считаешь ерундой, тогда ссориться обязательно нужно. – Едко отвечаю я, пожимаю плечами и отхожу немного назад, скрываясь под тенью дерева. Но Инир ре не дает мне шанса уйти, набирая темп, увеличивая шаг. И вот он уже оказывается стоящим передо мной.

– Извини, – опускает он голову вниз, в то время находя своими руками мои. Крепко сжимает мои ладони, после чего вновь поднимает голову и уже заглядывает в глаза. – Я хотел, как лучше. Не знал, что тебя это расстроит.

– Объяснить, что не так? – Без претензий, прямо, но очень сухо спрашиваю я, удерживая зрительный контакт между нами.

– Я слушаю.

– Ты начал отговаривать всех и вся, заступаться за меня, разбрасываться словами, но не спросил моего на то мнения. Понимаешь, мне проиграть не страшно, куда хуже не попробовать и не узнать свои возможности. Да, упала бы я при первой атаке. Да, был бы ушиб или порез. Но что в этом плохого? Мы находимся там, где учат. А не попробовав, ничему нельзя научиться.

– Возможно, ты права. – Кладёт он голову на своё плечо, продолжая смотреть мне в глаза. – Но, понимаешь, я увидел ситуацию совсем иначе. И совсем не ожидал, что ты такая бесстрашная и…

– Сумасшедшая? – Помогаю я Иниру ре, когда он не находит слов, чтобы правильно описать мои действия. Легкая улыбка проскакивает у него на лице, вызывая такую же ответную реакцию и у меня.

– Именно так.

– И что делать будем?

– Ничего. – Усмехается он. – Ты прекрасна сама по себе вся, со всеми своими причудами.

– Я польщена. Правда, очень приятно такое слышать.

– Слушай… Я тут думал, – начинает мяться Инир ре, – можешь называть меня просто по имени.

Судя по всему, учитывая все «приколы» этого мира, Инир ре делает сейчас большой шаг для себя, предлагая мне такое. Но я-то всё понимаю.

– Хорошо, Инир. – Говорю я, а широченная улыбка разъезжается на его лице. – Ты меня тоже можешь называть просто Ариной.

Улыбка его становится ещё шире, ямочки начинают играться на щеках, а глаза медленно закрываются. Инир тянется ко мне. И я, недолго думая, резко притягиваю его к себе и прижимаюсь к его груди, крепко обхватывая руками.

– Я так рада, что у меня есть такой друг, как ты, – со всем воодушевление произношу я, не давая ему опомниться.

– Да… Мне тоже… – Немного озадаченно произносит он, но свои руки на мою спину кладет.

Понимаю ли я, чего он хотел на самом деле? Коне-ечно! Я же не слепая, вижу, как он на меня смотрит, чуть ли не с первой нашей встречи. А когда я в лазарет к нему зашла, так он совсем разгорелся пламенем, отраженном в его глазах.

Хороший он парень, честно. Но мне сейчас не нужны отношения. Это лишняя ответственность, новые открытия, а мне пока хватит и всего того, что есть на данный момент. Слишком рано. Я еще не готова. Вот друг мне нужен. Друг никогда не помешает. А поменять дружбу на любовь – это может всё испортить. И тогда не остается ничего.

– Сегодня красивая луна. Не хочешь обсудить что-нибудь? – Вновь проявляю я инициативу перед растерявшимся Иниром.

– Могу рассказать, как выглядела твоя победа, – усмехается Инир и садится на траву. Я приземляюсь рядом с ним, собираю ноги под собой и внимательно слушаю. Он мне рассказывает о том, как со стороны выглядела наша схватка с Нором рей’Аром, а ещё, какие эмоции испытывал он сам, лицезря всю эту картину. Вот ни за что бы не подумала, что о моих неловких движениях можно говорить так красиво!

Тут в один момент он замолкает и утыкается взглядом на меня. Смотрит, практически не моргая, а легкая улыбка так и не сходит с его губ.

– Арина, – словно шепчет он, произнося мое имя слишком интимно.

– Инир? – Приподнимаю я бровь, как бы спрашивая у него, в чем дело.

– Ты же все понимаешь, – вновь возвращается он к теме недо-пере-дружбы.

– Понимаю. Слишком рано, Инир.

– А когда будет не рано? Не бывает такого, чтобы всё было вовремя. Ты не представляешь, как я испугался за тебя сегодня. А потом ты так смотрела на меня… думал, больше никогда не захочешь разговаривать. От этого я заволновался ещё сильнее.

– Инир, пожалуйста, не надо. Давай оставим эту тему. Я всё понимаю, но прошу понять и тебя. Хорошо?

Судя по его взгляду, понимания не случилось. Его глаза тускнеют, уголки губ падают вниз, а руки начинают слишком часто поправлять каштановые волосы, стриженные слишком коротко, чтобы их можно было взлохматить.

– Пойдем спать. Уже очень поздно, – предлагает он и сразу же встает, подавая мне руку.

Мы уходим в Академию, не проронив больше ни слова. Я наслаждаюсь окружающим меня спокойствием, а Инир, видимо, думает, что же пошло не так. Но иногда требуется просто время, даже если всё остальное идет по плану.

Инир провожает, как обычно, меня до комнаты. На прощание улыбается мне, разворачивается и уходит. А я вновь захожу в уснувшую комнату.

На утро Деба меня вновь будит, чем сильно раздражает. Я закрываюсь от неё одеялом, подушкой, пытаюсь слиться с матрасом, но ничего не работает.

– Ты опять до утра гуляла? – Слишком по-родительски спрашивает он.

– Да не до утра-а-а, – страдальческий стон вырывается из моей груди от того, что мне в который раз не дают поспать столько, сколько я хочу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.