# Контракт на любовь

Шана Лаут

Новый мир – новые правила? Хорошо, я приму это, ведь платой была долгая жизнь. А раз я пошла на это, то не позволю какому-то чешуйчатому гаду, возомнившего себя тираном и вспомнившим заветы далёких предков, творить то, что ему возжелается!

Есть шанс сбежать – сбегу так далеко, что не дотянуться. Есть возможность укрыться у его врагов – окружу себя ими, что не подступиться. Я ничего не пожалею, чтобы остаться свободной и счастливой. Даже если придётся выйти замуж по договору. А любовь? Жизнь родных важнее!

Вот только, почему мужья на меня смотрят так, словно это я самая желанная добыча, а не они попали в мои игры?

Глава 1.

Иная

Амалия

Мне было пятнадцать, когда надежда на моё хорошее будущее угасла не только у меня и родителей, но и у врачей. Болезнь была слишком неожиданной и быстротекущей, лекарства просто не справлялись. И как бы быстро медицина не развивалась, время было упущено. Оставалось разве что в церковь ходить и молить святых, если не о здравии, то хотя бы о быстром уходе без мук.

И я ходила. Без желания сражаться, понимая, что страдания чаще всего приходят нам именно сверху, как испытание или наказание. Во второе я верила больше, потому что не считала себя хорошим ребёнком. Я всегда витала где-то в мечтах, не обращая внимания, как тяжела и жестока жизнь.

Домечталась.

Хотя я верю, что маму точно кто-то там, наверху, услышал, потому что в больнице нашего небольшого городка появился врач из столицы, с новыми методиками и запасом связей для допуска к передовым лекарствам. И он взялся за моё дело. Корпел, силился, но всё, что мог, делал. Не скажу, что без результатов, всё же я прожила ещё несколько лет. А потом тихо скончалась прямо перед операцией на удаление последней, только обнаруженной части опухоли.

Ну, как скончалась. Умерло лишь тело. Я же стояла вне его и смотрела, как оплакивают меня родные, как убивается по упущенному времени и возможностям врач. А уже в следующее мгновение летела среди звёзд, куда-то в глубину необъятной вселенной. И остановился мой полёт перед большой медицинской капсулой, вокруг которой бегали мужчины в белых обтягивающих космических комбезах.

Они что-то кричали друг другу, вводили данные на экран у бортика капсулы, смотрели выводимые – на прозрачных дисплеях, витающих чуть выше крышки. Им явно не нравилось то, что они видели. А я же не понимала, что вижу сама. Нет, не так. Я хорошо понимала, что нахожусь где-то совершенно в другой галактике, на космической станции, в медицинском отсеке, в палате с капсулами экстренной реанимации.

Эти знания просто появились у меня в голове, будто всегда там были. А ещё я точно знала, что внутри капсулы лежит моё тело. Настоящее, земное, уже несколько минут как мёртвое. Я лишь не понимала, почему оно там, точнее, как оказалось, ведь было на Земле, в палате, где все меня оплакивали.

Ответ я получила так же, как узнала о том, где сейчас нахожусь. Он пришёл в мою голову сам: молитвы матери были услышаны, а мне дарован шанс. А ещё точно понимала, что не просто так, и однажды я должна буду заплатить за него. И если не согласна, меня ждёт последний путь уже сейчас… а этих мужчин жестокое наказание за то, что не спасли – таковы правила мира, в котором моё тело появилось.

И как бы мне ни хотелось покоя, совесть и жалость всё же воспитывались во мне хорошими и любящими родителями. Поэтому я дала согласие. А следом за этим приборы капсулы зафиксировали стабилизацию состояния и то, что тело оживает.

Местные врачи замерли лишь на мгновение, чтобы благоговейно выдохнуть о славе вечности, и продолжили приводить тело в лучшее состояние. Меня же поглотила тьма, а очнулась я уже в огромной палате с единственной кроватью, окружённой приборами, а ещё ограждённой от входа прочным стеклом.

Ко мне, не пересекая его, часто заходили местные врачи и учёные, пытаясь понять, что же я всё-таки такое. Расспрашивали, кто и откуда, почему была в таком плохом состоянии, когда появилась на их станции, и куда смотрел мой род! И я рассказывала всё, что знаю, ничего не тая, удивляя их ещё больше, заодно и спрашивая, куда сама попала, и почему они не пересекают стекло.

Ну, последнее было очевидно – карантин. Вылечить – вылечили, но кто знает, может я носитель патогена, что проявляется со временем. Ко мне пускали только дронов в виде сфер со множеством щупалец, и через них брали анализы. Брали пробы воздуха вокруг меня, крови, мочи, слюны, пота, кожи, волос. Всё проверяли. А когда в один из дней у меня пошли месячные, удивив мужчин, брали и их, одновременно обеспечив меня средствами гигиены.

Мне даже особо запомнился момент, когда первые прошли, и мужчины успокоились, а потом раз – и через три недели пошли новые. Вот переполоху-то было! У них, как мне объяснили, подобные особенности женского организма бывают раз в несколько месяцев и чисто индивидуально. И овуляции раз в месяц – это сверхдар, по их мнению.

После этого меня почти боготворили. Относились как к чему-то нереальному, почти волшебному. Но продолжали держать на изоляции. А я уже и привыкла за столько лет больничных, лечений и операций. Так что, по-своему была рада компании учёных-врачей, открывших что-то новое для себя.

А новым в нашем случае была сама я. Точнее моя раса. Человек – тут о таком и не слышали. Даже подумали, что я полуэльф, когда попала к ним. Но как ни пытались найти у меня средство переноса или хоть какие-то данные обо мне, всё без толку. А тут! На те! Человек! Такое похожее на них существо, но такое другое и совершенно неизвестное.

Возник даже вопрос: а так ли я безобидна, насколько кажусь? Ответа на него не могли дать ни учёные, ни я сама.

Глава 2.

Новый мир – новое имя

Амалия

Естественно, что обо мне доложили куда-то наверх, всё же станция была секретной. Тут работали только спецслужбы и учёные. Поэтому через пару месяцев, когда выяснилось, что я всё же не представляю опасность, ко мне заявилось несколько агентов. Они поспрашивали информацию, что я уже сообщала учёным, удостоверяясь, что я не лгу, какими-то своими методами. А в один из дней пришёл их начальник и, велев опустить защиту-стекло, подошёл ко мне и протянул небольшой пакет.

В нём оказался браслет, называемый здесь, ипо – информационный проводник в виде окружности, – красивое воздушное платье, состоящее из лифа и тканей, идущих от него, ну и туфельки. В тот день мне сказали, что пусть я и останусь под присмотром, но запрещать мне жить они не могут.

«Всё же, ты – женщина», – пространно пояснил начальник. Я же тогда мало поняла значимость этой фразы, но запомнила. Затем мне велели переодеться, надеть ипо-браслет на правую руку и следовать за ним.

Меня вели многими коридорами, пока не завели в комнату, где сидело несколько существ, похожих на людей. Женщина и несколько мужчин. Увидев меня, они подорвались с мест, а женщина и вовсе бросилась ко мне, залепетав, какая же я красивая.

– С этого дня, вы дочь этой семьи. По документам и в жизни, советую запомнить, – припечатал начальник. – Они будут отвечать за ваш вывод в наш мир, а вы нести честь их рода.

– Будет тебе, Вильде, – махнула на него женщина. – Девочка умная, по глазам вижу. И будет прекрасной дочерью. От себя добавлю, что это честь для нас, милая, – и мягко, даже счастливо мне улыбнулась.

– Теперь твоё имя Амалия Зэос из рода Лакшет. Полуэльфийка. Дочь Азалин и Ривара Зэос, – гордо произнёс начальник. – А я присмотрю, что так всё было и впредь. Моё имя Вильдэ Лакшет, но ты зови меня дядюшкой.

– Ох, братец, смотри не зазнайся от счастья, – усмехнулась Азалин.

А потом меня забрали со станции и увезли в новый дом, по пути к которому открывали для меня новый мир и его правила. Так я узнала, что попала в плеяду миров, заселивших галактику Партерия – мне это название ничего не сказало, как и им имя моей прошлой.

Здесь жило много рас, но большинство из них не было продвинуто технологически и в знаниях, оставаясь запертыми на своих планетах и развивающихся своим путём. Те же, что достигли достаточного уровня на своём, заполнили ещё и свободные миры. Стали сотрудничать или воевать друг с другом… в общем, просто жить так, будто их галактика – это обычная планета, а они все живут бок о бок, рисуя свои границы и придерживаясь их.

Были расы, как я их про себя назвала, «сказочные» – это наги, эльфы, драконы, оборотни, потому что внешне очень похожи на этих сказочных существ. А были новые для моего понимания – рагоши, сурвы, линдалы, аманы, пиросы. И у всех были свои государства, иногда в них входили аж несколько планет.

Рагоши представляли собой двухметровых, но тонкокостных синекожих гуманоидов с лицом, чем-то похожих на те, что люди рисуют, показывая «зелёных человечков».

Сурвы – помесь гоблина и гнома, низкие, с акульими зубами, чёрными глазами и слегка горбатые, скрюченные.

Линдалы… я бы назвала их гарпиями космического разряда. Высокие полулюди-полуптицы, с крыльями, птичьими ногами, перьями в волосах, на спине и хвостах, но с удивительно ангельскими лицами при холодных, безразличных натурах.

Аманы – вот кто ближе всего к человеческому виду внешне. И отличие лишь в том, что они скорее больше ящерицы, чем люди. Кожа покрыта мелкой чешуёй, глаза как у змей, полный рот клыков, плоские носы.

А пиросы это вообще отдельная песня. Помесь дракона, демона, джина в едином теле. Высоченные качки со смуглой кожей, иногда отдающей серым или синим оттенком, с рогами, с тонким хвостом с кисточкой на кончике, звериными клыками и когтями, гривой длиннющих волос. Но больше всего их выделяют сияющие огнём рисунки на телах и пылающие глаза.

Как объяснила мне Азалин, я попала на территорию королевства Аварас, основными жителями которого являются эльфы и полуэльфы, как моя новая мама и отцы. Да-да, мужчины, сопровождающие нас, были её мужьями, что очень меня удивило. Но в этом мире женщины, умеющие давать потомство, очень ценились, и не только потому, что их раза в три меньше общего количества, а скорее из-за того, что женщиной здесь называли тех, кто мог дать потомство от мужчин разных рас, а не только от представителей своей. Правда, была ещё одна тонкость: женщинами были живородящие, а самками – несущие яйца. И живородящих было куда меньше, из-за того, что они как раз-таки рожают из себя.

По крайней мере, мне так объяснили.

На мой же вопрос о моей истинной расе, Азалин отмахнулась, сказав, что меня проверили на совместимость ещё на станции, и я подхожу многим расам. А главное, что раз мой возраст подходит к брачному, нужно успеть подготовить меня к этому. Добавила лишь:

– Когда придёт время, и выбор состоится, тогда ты сможешь уже покинуть наш дом, чтобы построить свой, – в её голосе слышалась нотка грусти.

– Выбор? – не совсем поняла я.

– Когда девушка входит в брачный период, её данные вводяться в цепиальный* брачный реестр, и она становится свободной невестой. К реестру подключены все данные о свободных женщинах и мужчинах. Последним приходят анкеты по их запросу, и, если девушка им понравилась, уже их анкеты присылаются ей для выбора. И если её всё устраивает, уже назначается встреча, на которой окончательно решается, быть ли паре или нет, – ответил мне Ривар, как мой новый отец, остальные кивали, но предпочитали молчать.

– Но об этом мы с тобой поговорим уже ближе к началу этого периода, – улыбнулась их жена. – Сейчас тебе нужно обустроиться на новом месте, узнать о нём и о том, как тут всё устроено. А мы поможем.

Вот так состоялась встреча с моей новой семьёй, но это не значит, что я забыла старую. Нет, я часто плакала в подушку, после снов с ними. И новые родители всё понимали, но помогали, как и обещали. Так что, моё вливание в новое общество, новые реалии протекали мягко и ровно.

Но время шло, летели дни, месяца, годы. Брачный период подходил всё ближе, а родители становились всё грустнее. А братья – сыновья этой семьи, количеством в семь штук, – готовились отбиваться от женихов, строя баррикады и планы по их отваживанию.

Да, у меня появились братья. Ариан, Касьян, Дарис, Роран, Виран, Эрион, Ирал. И все старшие. Неугомонные. А ещё каждый был военным, кроме Дариса, тот пошёл в учёные-аналитики на тайной службе его величества. Но какими бы разными парни не были, все обожали меня с самой первой встречи, когда на моём первом семейном ужине увидели в окружении родителей.

Для них я была сюрпризом и лучшим подарком, и пусть не по крови, зато самая родная и близкая. Обо мне заботились так, будто я была маленькой девочкой: подарки, цветочки, платюшки, милые животные – и вообще всё-всё самое милое, что приглянулось парням, становилось моим. И единственное, что их огорчало, что я не попала к ним раньше, ведь так у них было бы больше времени побаловать меня. Ну и ещё то, что придётся отдавать меня каким-то левым доходягам. Даже слово с меня взяли, что я буду всегда на связи, чтобы ни случилось, и они надают любому обидчику тумаков, даже если это будут мои мужья.

– А если это кто-то выше рангом или по иерархии? – отсмеявшись, спросила я тогда.

– Ты думаешь, нас это остановит? – скептично спросил в ответ самый старший из братьев, Касьян, сын отца Дорвана и прекрасный эльф с самыми острыми ушками в семье. – И на них есть управа. А для нас главное – твоя безопасность и твоё счастье.

Мне было очень приятно. Родных братьев или сестёр у меня не было, а со всеми юродными у нас были отношения «привет-пока». А тут такое! Мне была важна их поддержка, ведь несмотря на то, что учёные заверяли о моей совместимости со многими расами, я сомневалась, что будет так как у всех. Что просто никому не понравлюсь, ведь была куда ниже их женщин, слабее, а ещё не такая красавица, и меня не выберут.

Но это никак не омрачало дни моей новой жизни. Наоборот, я ими наслаждалась и готовилась ко дню своего тридцатого дня рождения, ещё не зная, насколько была не права.

_________________

* цепиальный от слова цепь, имеется в виду цепь миров

Глава 3.

Прая

Амалия

Подготовка ко дню рождения проходила спокойно. Но только внешне. Родители и братья становились всё мрачнее и мрачнее. Ведь теперь я буду взрослой, буду невестой, а там и женихи, мужья, которые точно заберут к себе, на свою планету. Далекую, холодную и опасную – по мнению моей семьи.

Я же наблюдала за этим и посмеивалась про себя. Нет, мне было и самой волнительно. Я до сих не свыклась с мыслью, что мужчин у меня будет несколько. Но если это тоже плата за жизнь в этом мире, то так тому и быть. И, если честно, как любая другая девочка, я мечтала если не о любви, то хотя бы о взаимных симпатии и уважении.

В прошлом мире украдкой, ни на что не надеясь, ведь могла просто не дожить. Не дожила. Теперь же надежда вспыхнула ярче и свободнее.

От этого хотелось петь. И я правда пела. Запиралась в своей комнате и пела песни с Земли. Ну, это первое время, пока меня не услышали братья, решившие сделать мне очередной неожиданный подарок. Подкрались к моей комнате и услышали одну из песен. И их так пробило, что в тот день они не зашли, а на следующий представили мне целую звукозаписывающую комнату.

Тут я могла не просто петь, а под присмотром домашнего искина по имени Рорк, что генерировал бы музыку и звуки под мои песни, а потом можно было это даже продавать. Многие женщины этого мира работали своими хобби, не открывая своих имён, лиц и любые другие тайны личности, если сами того не пожелают.

И пусть сначала я пела скованно, быстро нашла нужную кондицию, уединяясь в этой комнате. А когда напоюсь вдоволь, отдавала всё послушать семье, и уже они выбирали, что им понравилось больше, а я уже давала согласие на выпуск в мир, ни на что не надеясь. А зря. Как потом оказалось, искин Рорк генерировал не только музыку, но и видео поток, создавая целые невообразимые клипы с эффектом полного погружения, – и это произвело настоящий фурор.

Так я обрела второе имя – Серена, в честь мифологического персонажа с земли. Братьям так понравилась эта легенда о прекрасных девушках с невероятными голосами и несущих смерть, что предложили такой вот псевдоним, а я и не против.

Потом они часто хвастались мне, что мои песни бьют все рекорды, а своим друзьям, что знакомы с тайной Серены, но никому её не покажут. Многие даже думали, что это невеста одного из братьев, и завидовали им чуть ли не в открытую.

Вот и сейчас я напевала песню, отдаваясь ритму и музыке, чтобы отвлечься от волнения перед завтрашним днём. Да, уже завтра моё имя попадёт в брачные списки. И пусть я была готова как к положительному, так и отрицательному исходу, волнения никто не отменял. Так что, отдавалась чувствам, изливая их в песню.

Напряжение и волнение слышались в каждом слове, делая песню более экспрессивной, живой, показывающей всю опасность, скрытую за её строчками. А когда закончила, в комнату тихо вошли братья. Каждый из них был мрачен и напряжён.

– Это всего лишь песня, – улыбнулась я им. Тексты ребята понимали, я автоматически переходила на общегалактический язык этого мира. Но смысл некоторых выражений всё же передавали мы с Рорком через видеоряд. Так или иначе реакция братьев была понятна, ведь даже эмоции я всегда старалась приложить максимум. А ещё они часто упоминали, что через голос я влияю на праю вокруг. Неосознанно, но заметно.

– Не в песне дело, а в том, какие ты чувства вложила, – заметил наш обычно молчаливый братик-учёный.

– Ты очень напряжена, мы это чувствуем, – вздохнул тяжело Роран, поправив короткий ёжик серых волос. – Прая практически обжигает.

– Все это чувствуют, даже родители в другой части дома, – поправил его самый старший брат, сверкнув изумрудами глаз. – Если хочешь, мы побудем с тобой завтра весь день. Подождём и посмотрим первые результаты. И если хочешь, проверим каждого претендента от и до.

– Спасибо, – подошла я к ним и обняла каждого. – За всё спасибо. Мне так приятна ваша поддержка.

– Ты наша сестра, пусть и не кровью, но душой! – запальчиво ответил за всех Виран, наш огненный эльф с волосами и глазами цвета огня, что явно показывало и его характер, и силу магии.

Да, пусть мир и технических со сверхтехнологиями, он всё равно пропитан необычной для моего понимания энергией, которую я просто называла магией. Жители же называли её «прая». Она была не только проводником сил внутренних, но и внешних. Многие технологии работали на ней. Мне не нужно было знать как именно, достаточно и того, что я тоже могу ими пользоваться, значит, капля праи во мне всё же есть.

Братья, как и отцы, и другие мужчины нашего рода, были воинами и могли использовать праю ещё и как особую силу: вроде пирокинеза, телекинеза, усиления тела… В общем, самая настоящая магия.

Уровень совместимости праи мужчины и женщины тоже проверяется, когда те встречаются. Если нет негативных эманаций, то пара получает добро на дальнейшее знакомство, в котором тоже будут тесты на совместимость, если пара складывается из разных рас. Какие именно проверки, я не уточняла, ведь братец Дарис сказал, что всё разъяснит, если ко мне в женихи попадёт кто-то не из нашего королевства.

Честно, им этого вообще не хотелось, ведь тогда меня точно перевезут на планету, где будет жить первый муж. Таковы правила. А ещё будет приоритет в выборе у мужчин его расы, раз уж так хорошо подошла. Способные зачать и выносить не одно дитя женщины, как мне доносили всё это время, тут очень ценны. И чем больше мужчин, тем сильнее, крепче и важнее женщина, её позиция в этом мире, её прая.

Глава 4.

Волнения

Амалия

– Вы так уверены, что придёт хотя бы одна ответная анкета? – усмехнулась я, собираясь идти в свою комнату, ведь время уже было позднее, а завтра важный день.

Родители позвали всех дядюшек и тётушек на небольшой семейный ужин, на котором я должна буду показать количество анкет за первый день. Такова традиция. И если кто-то из родни знает претендентов, то сразу смогут рассказать о нём то, что знают лично. Без украшательства – это главное правило. Всё честно и открыто.

Ну и, конечно же, сам факт праздника и того, что меня можно поздравить с совершеннолетием по меркам их мира. Дать свои напутствия, советы и может, что открыть из тайн, что «детям» не положены. Очень интересно, что же мне скажут, когда не придёт ни одного ответа – в этом я была всё увереннее и увереннее.

А может, я просто словила волну пессимизма, как перед важным экзаменом, когда кажется, что ты ничего не знаешь, что ты забыл, недоучил, и вообще не сдашь выше двойки. Наверное, именно поэтому я долго не могла уснуть, ворочалась с бока на бок, то и дело поглядывая на время, ведь ровно в полночь произойдёт «залив» моей анкеты в брачный реестр. Волнение снедало всё сильнее. Я боялась и ждала момента, когда всё случится.

И вот часы показывают полночь. Отчёт пошёл.

Но вот прошёл час, потом второй, совпадений никаких. Хотя, может я зря волнуюсь, многие сейчас просто сами спят. Половина планеты точно. Так что и переживать не стоит. И всё же я волнуюсь, жду с тревогой в сердце, а ещё каким-то странным предчувствием, что отгоняла почти весь вчерашний день.

Искин прислал ко мне мед.бота со стаканом успокоительного, когда прошло уже три часа, а писем всё не было, и настоял, чтобы я выпила, иначе он сообщит родителями, чтобы те в свою очередь перенесли приход родственников на день. И так до тех пор, пока я не успокоюсь, ведь принимать гостей в таком состоянии не желательно.

Выпила всё до капли, но ответить не успела, отключившись. Кажется, там было не успокоительное, а снотворное. Это я уже поняла, подскочив на кровати с утра, когда его действие закончилось. На Рорка я не злилась, бесполезно. Он всё равно поступит так, как заложено в его программе.

В этот момент ко мне в комнату постучались, и, получив разрешение войти, в дверях показался дядюшка Вильде. Весь собранный, серьёзный и хмурый. Прошёл внутрь, подошёл ближе и сел на кровать.

– Ни одного ответа? – спросила я его, нарушая тишину. Сама же ипо я проверить не успела. – Я ждала… долго ждала, но уснула, – жаловаться на Рорка смысла не видела.

– Амалия, девочка, – вздохнул дядя. – Признаться честно, это я перехватил все анкеты. Их автоматически переадресовывало мне.

– Что? – удивилась не то слово. Значит, у меня их ноль, но они всё же есть.

– Ты же понимаешь, что наш случай уникальный, – указал он рукой на всю меня и, дождавшись кивка, продолжил: – Поэтому я должен контролировать всё до самой твоей свадьбы и даже после. Всё ради твоей безопасности. Сейчас я, потом твои мужья, если мы захотим посвятить их в эту немаленькую тайну. Но пока для всего мира ты – полуэльфийка. Помни это. Но даже это… в общем, результаты превзошли любые наши ожидания.

И вместо дальнейших слов показал мне всплывшее над ипо-браслетом лишь число-количество присланных анкет – семнадцать тысяч восемьсот тридцать пять. У меня сердце ушло в пятки, дыхание перехватило. Я готовилась либо к нулю, либо к паре сотен, что считалось бы нормой.

– И это только с этой планеты, – добил меня дядюшка. – Самых больших совпадений, конечно, тоже не мало. До девяноста процентов, – цифра снизилась до девяти тысяч двести трёх. – А если брать максимальные цифры по всем планетам нашего мира, – теперь на экране светилось «пять тысяч четыреста двадцать один». – Естественно, родителям я не сказал ни слова. И в курсе лишь четверо: ты, я, глава брачного отдела и наш король. Его величество приказал не давить на тебя, выбрать только самых выгодных и понравившихся лично тебе. Хотя, признаюсь честно, в таком шоке я давно его не видел. Тем более, насколько мне известно, его родной племянник тоже есть в списке.

– Намекаешь, чтобы с его анкетой я ознакомилась раньше остальных? – сипло уточнила я. Голос пропал от шока. Кажется, меня даже начало мелко потряхивать. Дядя тоже это заметил, взял мои заледеневшие ладошки в свои руки и сжал.

– Никто ни о чём не будет тебя просить, давить на тебя или подкупать. Это запрещено. Всё должно быть добровольно. Но я знаю Норана лично. Хороший мальчик, – усмехнулся этот хитрец.

– Но это же только первый этап. Он явно ещё не видел мою анкету лично, – попыталась улыбнуться в ответ, но губы дрожали, так что пришлось их поджать. – Он чистокровный эльф с очень сильной праей, вряд ли даже посмотрит на какую-то полуэльфийку. Так что, точно не мой вариант. Да и где я, а где принц. Но же принц?

– Скорее приближённый к трону, из того же рода, что и бабушка его величества, – объяснил он мне родственные связи монархии, а потом погладил меня по голове. – И молодец, не поддалась искушению. Поверь, его будет ещё много, ты должна думать головой в первую очередь, но заботиться не только о себе, но и о семье, о нашем роде и его чести.

– Хорошо, дядюшка, – кивнула ему.

– Ну раз так, то скорее готовься к завтраку, а потом можешь отфильтровать заявки или выбрать кому придёт твоя анкета в числе первых, – подмигнул он, вставая с кровати, и тем самым намекнул, что может помочь выбиться в эти самые, первые ряды. И кто только что говорил, что нельзя так делать?

Но он прав, нужно поставить фильтр по тем параметрам, что мне бы хотелось видеть в женихах, и пока я умываюсь, ипо сделает пересчёт, выдав, надеюсь, более адекватные цифры.

Глава 5.

Анкеты

Амалия

Кстати, об анкетах. Они были очень похожи на земные. Прилагался файл с двигающейся картинкой, что-то вроде изображения гиф. Их было несколько: как анкетируемый улыбается, ходит, ест, занимается любимым делом. По крайней мере, у мужских анкет так. Потом идёт описание: имя, принадлежность к роду, точный возраст, род деятельности анкетируемого и его семьи, положение в обществе, уровень праи, её направление, особенности, пси-составляющая, уровень пси-совместимости с другими существами, ну и разные уровни совместимости, которые понятны только учёным и системе, а ещё наличие особенности расы, вроде яда – всё же в этом мире есть и ядовитые существа, – и уровень его силы.

Я не залезала в те параметры, которые не понимала. Выбирала самое простое: примерный возраст, особенности внешности, положение, род деятельности. Сильно что-то мудрить не стала. Мне подойдёт любой, так что я больше делала на особенности пси-совместимости, иными словами, особенностями характера. Грубияны и ледышки, ищущие договорных составляющих брака, меня не интересовали. Будет жених или женихи военными или художниками, певцами или поварами – мне было не важно. То же самое и с расами, разве что, убрала тех, что были несказочными – к ним и их внешности я всё же не могу привыкнуть. Эльфы или оборотни, например, мне куда приемлемее, чем птица с человеческой головой.

В общем, я не знала, что ещё с делать с фильтрами, чтобы количество анкеты уменьшилось. Хотя бы до сотни! Оставила расы: эльфы, полуэльфы, оборотни, драконы и наги, остальных убрала. И то над нагами думала долгое время. И всё же оставила, узнав, что они могут хвосты менять на ноги, становясь очень похожими на оборотней внешне.

Короче, оставила тех, кто был больше внешне похож на человека. Возраст… тут я взяла небольшой разгон от совершеннолетнего, то средних лет, но не превышающих возраст моих родителей. Здесь все долгожители по земным меркам. И до трёх сотен лет доживают спокойно, только входя в преклонный возраст. Но раз я с Земли, и мозг у меня не сильно изменился в реалиях этого мира, дальше шестидесяти лет сдвинуть ползунок я просто не смогла.

Другие параметры я либо не понимала, либо не считала их какими-то важными. И всё равно анкет оставалось очень много. Многие искали себе жену. Да и система была лояльна именно к женщинам. Сначала присылались анкеты им, потом система подбирала совпадения по параметрам, выбранные ею анкеты отсылались девушке, она отбирала понравившиеся, и уже они отправлялись в список девичьих анкет у мужчин, которых они выбрали. А там уже мужчина решал, кому отдать предпочтение для первой встречи, ведь других мог просто не дождаться или стать для них недоступным – анкета выбранного мужчины становится приватной.

На завтрак я спускалась загруженной и погружённой в параметры, что надумывала ещё сдвинуть. Качество в приоритете, нежели количества. На очередном ползунке я остановилась, когда услышала из комнаты одного из брата злорадные нотки. Брат перед кем-то хвастался, «унижая» собеседника тем, что его анкета ни за что не будет в списке его дорогой сестре, мол, пусть и не надеется.

– Мне не интересны полуэльфийки, – рыкнул ему в ответ собеседник.

Я же для себя поняла, что за параметр стоит установить, а именно приемлемость расы. Буду рассматривать только тех, кто не против моей расы, а ещё низкого, почти нулевого уровня праи. Вряд ли найдутся охочие на такое.

И правда, стоило установить такое, как число анкет сократилось почти до желаемого мной минимума. Даже ниже него. Из нескольких тысяч на меня смотрела цифра всего в три десятка! Отлично! Три дракона, один эльф и три полуэльфа – и того четыре ушастых, шесть нагов, и целых семнадцать оборотней.

Некоторые, кстати, шли комплектом, например, братья, которые были схожи по параметрам. Привилегия их в том, что «семейных» выбирали сразу скопом, потому что совместимость была самая идеальная со всеми сразу – грех такое упускать. Вот и закон так думает. Так что, если выбираешь кого-то и у него есть свободный родной или двоюродный брат, то тебе его анкета шла плюсом.

Так у оборотней и нагов. Преимущественно. И если оборотни мне понятны, как и эльфы с драконами, то с нагами сложнее. Ведь тут всё дело в усваиваемости их яда. Если женщина способна без опасности принять его, она становится сокровищем рода для таких мужчин. Там есть ещё заморочки, но мне их пока знать не дают. Вот если выберу кого-то из полузмеев и у нас срастётся – самый важный параметр, в их случае, – тогда они уже раскроют все тайны.

Но в таком случае я не смогу принять кого-то другой расы, если он неядовит, конечно, ведь через меня яд будет влиять на всех мужчин, которые будут меня окружать. И не только. Особенно, если не только! Всё же моя утроба буквально станет рассадником яда! Но это только, если я подойду нагам и моё тело примет их яд. Обычно, первые анализы на подобную совместимость, сдаются перед самой первой встречей – вдруг всё же не подойдёте друг другу, то можно будет разойтись, не встречаясь.

В любом случае, я была очень довольна тем, что осталось так мало претендентов. Ещё раз всё перепроверила, подвигав ползунки параметров, и, убедившись, что ничего не изменилось, направилась спокойно в малую столовую на завтрак.

Первым делом пожелала всем доброго утра, и только потом направилась к дяде и скинула ему анкеты. Он лишь кивнул, и я спокойно села за своё место рядом с мамой. Вскоре подошли задержавшиеся братья, и завтрак начался.

Проводили его вроде бы как обычно, но чувствовалась нотка напряжения. Каждый его испытывал, и я понимала, что всё дело именно в грядущем. Слишком уж мы сблизились. Не говорю, что это плохо, нет, наоборот прекрасно. И каждый волнуется за моё будущее, за моё счастье. Конечно, как-то матушка заходила ко мне с разговором «матери с дочерью», где заверила меня, что примет любой мой выбор и всегда будет на моей стороне.

Мило было ещё и то, что почти что с разницей в неделю ко мне подходили отцы и говорили почти тоже самое. Обещали уничтожить любого, кто меня обидит, что я всегда могу найти поддержку и убежище, даже если против меня встанет весь мир, а не только мужья.

– Этим и хороши договорные браки, когда подходишь, но чувств нет… так бывает куда проще, – мягко улыбнулась она, склонившись и прошептав это, пока её сыновья отвлеклись. – В любви, конечно, всё куда приятнее, но сложнее. Но кого бы ты ни выбрала, какую бы дорогу ни предпочла – мы всегда на твоей стороне, – а потом добавила громче и скорее для всех: – Ты просмотрела первые анкеты, и как тебе? Приглянулся кто-нибудь?

– Мальчики набрались необычные, – дал оценку увиденному дядя. – С их семьями мы сможем плодотворно договориться и даже более.

– Но это уже после окончательных результатов, – кивнула ему мама. – А то знаем мы, как быстро всё отменяется в самый последний момент, – и стрельнула глазами в одного из братьев, учёного такого, холодного ко всему, что не является его увлечением или семьёй.

Вот только никто из братьев пока так и не обрёл невест. Кандидатки были, парни проходили проверки, жаль, что всё время что-то было не так: либо в результатах тестов, либо в параметрах анализов, либо в девушках, которым вдруг очень приглянулся другой кандидат. Но я-то знаю, что всё дело в том, что бедняжке придётся взять на себя всех семерых, большая половина из которых полуэльфы, что, как я понимаю, не в таком уж и большом почёте.

Да, явные полукровки – редкость для этого мира, подходящая сразу нескольким расам, но их мало кто предпочитает видеть в союзе. А так, обычно дети берут расу одного из родителей – особенность комбинирования генов на ранней стадии беременности.

На счёт своей я и вовсе боялась думать. Нет, я хочу однажды взять на руки своих малышек, но биологически я – человек. Поэтому дядя и подчинённый ему научный отдел, который за мной присматривал после появления, будет лично вести каждую мою беременность и даже готовить мой организм к ним, помогать ему, чтобы точно всё получилось. За это отдельное спасибо.

Отставив бокал с соком и открыв фотографии с анкет веером над своим ипо, я показала маме оставшихся мужчин. Правда, прям мужчин – по внешности и возрасту – было всего четверо: дракон, оборотень, наг и эльф. Остальные едва ли старше моих братьев – едва перешли первые рубежи совершеннолетий, а у мужчин их аж три!

Первый – это когда ты из подростка вроде вырос по возрасту, но ещё дитя-дитём. Второй – наступает через пять лет после первого, и обычно к этому времени появляются мозги и влечение к женщинам, а не только хиханьки да хаханьки – тогда, кстати, многие и подают свои анкеты в цепиальный брачный реестр. Ну и третий, когда вроде полностью сформировался и физически, и морально, и как личность, есть что за душой, а не только семейные связи, но полноценно во взрослом мире ты делаешь ещё первые шаги наравне с другими, а то и опережаешь их, короче, зарабатываешь авторитет.

– Очень даже неплохие варианты, – одобрила она мой выбор, но я-то заметила, как довольно засверкали её глаза при виде именно взрослых кандидатах, которые уже точно лет на пятнадцать старше третьего совершеннолетия, но ещё не в том возрасте, когда мне хотелось бы сказать чисто человеческое: «фу, старик!». – Судя по именам, семьи тоже уважаемые и не ниже нашей по статусу. Но я не против мезальянса, милая, главное, чтобы либо по душе пришёлся кандидат, либо по выгоде, – и задорно мне подмигнула. – Но мальчики все хороши, как на подбор. У тебя звёздные глаза. Я горжусь тобой! Моя доченька!

________________________

* Звёздные глаза – это как земное «глаз намётан» или «глаз алмаз».

Глава 6.

Гость

Амалия

Теперь выбор был лишь частично за мной. Я могла все анкеты отправить со своим одобрением на рассмотрение, чтобы начать уже сдавать анализы и готовиться к первым встречам. Но всё же меня их количество коробило. Ещё бы снизить, к примеру, до десяти, ведь не стоит отменять и того факта, что от меня и сами мужчины могут отказаться.

На этом этапе они вольны так же выбирать. И самый немаловажный фактор в их выборе – это не семья, а внешность избранницы. Казалось бы, тут почти все девушки как на подбор, но нет, даже в этом мире вкусы и предпочтения у всех разные. Вдруг им хочется видеть рядом с собой воздушную как нимфа эльфийку с волосами цвета звёзд и глазами как самые чистые горные озёра, а не… меня.

Нет, я мало изменилась после курса лечения и улучшения тела. Теперь оно было подтянутое, более крепкое и устойчивое к болезням, но я всё равно осталась чуть ниже среднего роста, с тёмно-каштановыми волосами и тёмно-серыми глазами. Симпатичная, но не красавица. На меня поведутся разве что оборотни или наги. Вот именно у полузмей внешность не в выбираемых параметрах.

Переносишь яд, значит уже подходишь, и за тебя возможна даже борьба, если наги из слабого или среднего звена их личной иерархии. Про более сильные, как бы я не искала, ничего не нашла. Даже эта информация была максимумом возможного и доступного.

Я не задавала себе вопросы, вроде: а готова ли я вообще к такому шагу, как полиандрический брак. Скорее свыклась с мыслью, что это всё равно случится, и будет малой платой за шанс жить дальше. А на примере новых родителей могу сказать, что плохого в этом точно ничего нет, тем более, если в браке будут уважение, понимание и, возможно, любовь.

И есть ли разница – одна раса будет у моих будущих мужей или разные? Менталитет и предпочтения в жизненных ориентирах учтутся при более близких знакомствах, где так же отсеются те, кто не подойдёт. А там можно уже будет договориться, даже договор составить. Мама на нём особенно настаивает, ведь так сразу будут поставлены границы дозволенного в браке, ну и будет предоставлена юридическая защита каждого члена союза от учтённых эксцессов.

– Всё же, ты ещё в раздумьях, – заметила родительница. – Что не так?

– Количество, – честно ответила я, – хочется ещё уменьшить, чтобы снизить вариативность исходов.

– Отправляй так, – вдруг вмешался один из отцов, Браяс, который обычно молчалив и монументален, даже если вокруг паника и смертоубийство. – Больше половины отсеется.

– Почему это? – ахнула негодующе мать семейства, готовая ринуться в бой на супруга, если он скажет то, что ей не понравится. И каждый будет рад подставить ей своё тело для битья. Вот такие странные любовные игры у родителей, но я их не осуждаю, у них уже давно устоявшаяся семьи, выработались определённые паттерны поведения и взаимодействия.

– Неразглядевшие истинной красоты нашей дочери недостойны быть в списке и сами устраняться. И таких больше половины, – стрельнул он грозным взглядом на фотографии, что я всё ещё не скрыла, разглядывая.

– Верное замечание, – согласился с ним дядюшка. – Но возможны и обстоятельства, что могут сложиться иначе, изменив всю предполагаемую картину, – это тоже стоит учитывать, – на что Браяс лишь пожал плечами, по-своему соглашаясь в ответ.

Не знаю, предчувствие это было или что, но после слов Вильдэ у меня по спине пробежались колкие прохладные мурашки где-то под кожей, что делало их ещё более неприятными. Но на свой страх и риск, я нажала «отправить», и анкеты улетели обратно в реестр. Теперь дело за мужчинами.

И пока результаты не изменяться и не покажутся мне, я решила не туманить переживания голову. Слушала ворчание братьев, когда мама попросила их проверить почту на возможность и их выбора. Вдруг ещё какая-нибудь девушка вошла в брачный возраст и добавила их анкеты в свои избранные.

Ворчанье ворчаньем, но парни полезли проверять приложения. Всё же даже им хотелось найти своё счастье, пусть они и не выражали это так открыто. Особенно, наш всезнайка Дарис.

Решив, что хочу отдохнуть, я поблагодарила всех за еду, компанию и советы и направилась обратно в свои комнаты. Уже шла через один из коридоров, ведущих к главному холлу, через который проще было попасть в библиотку – за чтением время пробежит быстрее, – когда робо-дворецкий открыл посетителю дверь, чтобы поприветствовать.

Так как девушка я ещё незамужняя и под крылом родительского дома, то в одиночку показываться мужчинам я не могла, если это не договорная и согласованная встреча. Поэтому зашевелила ногами, чтобы успеть проскочить к главной лестнице и скрыться в коридоре к библиотеке.

– Витэ* Азалин? – удивлённо донеслось мне в спину, заставляя обернуться, чтобы проверить – мама решила встретить гостя.

Но нет, её не было в холле, а мужчина смотрел в мою сторону. На его мужественном и словно высеченном из камня лице читалось удивление, смешанное с негодованием. За счёт таких эмоций особенно сильно выделялись стального цвета глаза, оттеняемые чёрными волосами. Мощная фигура была напряжена не только лицо, но и оно было каменным.

Он точно не эльф. Настолько крупных эльфов я не видела, даже отцы-полуэльфы не могли с ним сравниться. Он либо оборотень, либо дракон. Подумала бы и на нага, но те предпочитали быть в хвостатой форме почти постоянно.

Робо-дворецкий, знающий правила этикета, тут же загородил меня от взора гостя, но сразу же был отправлен в полёт к ближайшей стене всего лишь взмахом мощной руки. Удар прозвучал как гром, заставляя меня дёрнуться и очнуться, чтобы развернуться и броситься прочь. Тем более сюда вот-вот прибегут мужчины нашего дома, вместе с охраной – робот успел подать им сигнал, прежде чем отключиться то удара.

Но что могла я, простой человек, против такой силы? Всего четыре ступеньки – и сильные руки отрывают меня от лестницы, обхватывая поперёк талии и прижимая к широченной груди.

– Назовите своё имя, альтэ, – грудным рыком почти приказали мне точно в затылок, который обдало кипятком – сначала кислотный холод прошёлся по коже, замет она словно воспылала жалящим огнём.

Дракон! Он точно дракон! Такой же жар исходил от всего его тела, передаваясь и, если так можно сказать, практически впитываясь в моё, заставляя меня дрожать не только от испуга. И это было отнюдь не возбуждение. Что-то опасное, древнее и смертоносное, словно алая ярость или чёрный гнев.

Так и хотелось закричать: «Да как он смеет!» – что именно смеет я не могла понять. Всё сразу – касаться меня, приказывать мне, творить такое с моим телом своей праей. Это точно была она, его природная, глубинная, самая опасная её часть.

– Немедленно отпустите мою дочь! – заверещала гневно мама, влетая в холл вместе со всеми мужчинами семьи. – Авитар Лэдрау! Как женщина дома Зэос, я вменяю вам ноту протеста!

Отцы похватали оружие и стали медленно приближаться, чтобы вступить в бой с противником – после таких слов матери и того, что гость сделал, они имели на это право, дарованное законом. Отец Ривар явно планировал вырвать меня из рук захватчика, пока другие будут «шлёпать» негодяя по рукам и лицу, и вообще по всем частям тела сразу.

Будь такая возможность, братья бы ему помогли, но они были как вторая линия защиты, когда меня отберут. Мама же, я уверена, не будь такой хрупкой женщиной, тоже бы бросилась на обидчика. Но она женщина, она драгоценность семьи, её сердце. И она могла лишь смотреть, переживать и всё запоминать, чтобы подать обещанную ноту протеста в суд.

А дело тут явно подсудное: незаконное прикосновение к незамужней и не давшей на это разрешение в её собственном доме! Да даже если бы на улице, всё равно запрещено во избежание. Штрафом не отделаешься, могут применить целый список санкций на жизнь, работу, общественное положение. Отсюда ещё вопрос: зачем он вообще меня схватил? Если высший дракон, а я лишь слабая полуэльфийка, то всё дозволено?

Говорят, высшим или занимающим высокое положение не за красивые глазки многое разрешалось. Но я другой случай!

– Прииск Вазаар и спутник планеты Квари, как и она сама, – вдруг произнёс дракон, а потом развернул голову в сторону матери. – Будут подарены безвозмездно. Взамен требую полной проверки на совместимость с вашей дочерью. Если не будет совпадения, в качестве компенсации добавлю в договор месячную прибыль от горнодобывающей компании на Варуте – моей личной планете-резиденции.

– Немед-ленно от-пусти-те мою дочь! – выделяя почти каждый слог прорычала мама. Ого, не знала, что полуэльфы так умеют!

– Дайте своё согласие! Или я исполню традиции своего рода и дочь вы увидите либо в гробу, либо после первого дня рождения нашего первенца, – грозно, но надменно ответил ей этот гад чешуйчатый. Тоже мне, нашёл предмет торга.

И правда писали в учебниках, у драконов всё очень строго и патриархально в отношении женщин, не смотря на многомужество. Были, конечно, исключения, но они скрывались за ничего мне не говорящим термином «дыхание звезды». Этого странного, скорее всего, правила драконы почитали и держались, словно самого драгоценного сокровища. А сокровища они алчно желают, прямо как в земных легендах и сказках.

Но быть похищенной и «залюбленной до смерти» драконом, как в этих же самых историях, мне совсем не улыбалось. И было откровенно страшно.

Вот теперь точно не хочу драконов даже видеть в своём списке. Как только окажусь в безопасности, а в этом я начинала сомневаться всё больше, если честно, то сразу же уберу всех, кто хоть мало-мальски похож на этого неандертальца! Оставлю только тех, кто относится с уважением и трепетом, но знает границы дозволенного! Как наги, например! И пусть их яд опасен, я – человек, мы ко всему привыкаем, и к ядам в том числе.

Да, так и поступлю. А то, что именно у драконов особо тяжёлые тёрки именно с нагами, будет приятным бонусом и дополнительной защитой.

_________________________________

* Альтэ – незумужняя девушка в брачном возрасте

Эвитэ – замужняя женщина, но ещё не рожавшая

Витэ – замужняя женщина, у которой есть дети

Авитар – неженатый мужчина

Витар – женатый мужчина

Глава 7.

План побега

Амалия

Если я была в руках, как в тисках статуи из самой прочной стали, то это не значит, что я не пыталась вырваться. Вертелась, извивалась, толкалась, в общем, делала всё, чтобы высвободиться. Но чешуйчатый держал слишком крепко. Не больно, но на грани.

– Отпустите девочку, вице-адмирал, – послышался голос дяди, что всё это время молча наблюдал и планировал что-то у себя в голове. И, видимо, оптимальный вариант достигнут. Правда, по хмурости дядюшки, могу сказать, что не такой, какой хотелось бы в идеале. – Моя лаборатория лично проведёт все необходимые тесты. Но поберегите хрупкое тело и душу моей племянницы, чтобы не было сбоев при проверке анализов, – но, когда даже полминуты спустя меня не отпустили, добавил с какой-то непонятной мне таинственной интонацией: – Я понимаю, как вам сейчас тяжело, но вы же не хотите, чтобы девочке было больно от вашей силы. Никто из нас этого не хочет. Воздействие праи свободных мужчин вашего возраста на столь юных и хрупких созданий не изучено до такой степени, чтобы я мог не беспокоиться. Тем более на продуктивность. Девочка ещё юна и полна надежд на будущее, не лишайте их её и нас. И мы сделаем всё в лучшем виде. Максимально возможном.

Что ж, талант к дипломатии на лицо. Дядя не только умел красиво говорить, добиваясь нужного результата, он именно мог его добиться!

Словно преодолевая, заставляя себя через силу, мужлан поставил меня на пол, а потом с ещё большим трудом разжал поистине стальные объятья. И едва появилась такая возможность, как я в мгновение ока оказалась за спинами отцов и братьев, в нежных руках матери, что тут же бросилась меня осматривать на предмет даже малейших повреждений.

Вместе с отцом Риваром она стала оттеснять меня к дверям коридора, ведущего в малую столовую, где мы завтракали. Но дракон заметил этот манёвр, заставив стены задрожать от предупреждающего рыка.

– Спокойно, – замораживающим тоном потребовал дядя Вильдэ. – Мы сейчас пройдём в мой кабинет, где и начнём процедуры. Но девочку нужно успокоить, для лучших результатов. Оставим её с матерью, прошу, – и указал рукой в сторону коридора напротив. – Они к нам присоединяться почти сразу же, – и взглядом показал своей сестре, что можно меня уводить.

Мы сразу же этим воспользовались, покидая злополучное место. Теперь всегда буду ходить другими коридорами. И пусть в обход дольше, зато целее!

В мою комнату влетели ураганом. Отец сразу же направился к шкафу, чтобы собрать необходимое минимальное количество вещей, пока мама усаживала меня на кровать, держа за руки и с тревогой заглядывая в глаза.

– Милая, послушай меня. Этот дракон – очень опасный. Не только как представитель своего вида, но и на политической арене этого мира. С ним выгодно иметь дело, но только дело. В остальном его сторонятся. Нашему роду, точнее подвластным нам структурам и производствам были необходимы материалы, что находятся только на подвластной ему территории. Сделка была бы сложной, но возможной. Но сейчас… – она с трудом сглотнула.

– Для нас важнее семья, – сказал более ёмко и коротко её муж. – А ты часть нашей семьи.

– Д-да, мы сможем найти заменители. Да дороже, да дольше, зато ты будешь в безопасности, – закивала мать.

– Но дядя собирается проводить анализы, – недоумевала я. Неужели, они не будут с ним считаться?

– Это только для отвода глаз, ведь чтобы пройти все процедуры от начала до конца, нужно время. И мы его выиграем по максимуму, чтобы скрыть тебя и не дать добраться до тебя. Тебе же он не нравится, верно? – Азалин попыталась мягко улыбнуться, но её губы подрагивали, а глаза становились всё более красными и влажными.

– Он опасен, – уловила я главную мысль, и мама кивнула. – Что же будет с вами, когда всё вскроется?

– За нас не беспокойся, – усмехнулся отец Ривар. – Мы и сами не так просты, как кажется. Да, он выше статусом, сильнее праей и авторитетом, но мы не на его территории, тут у нас больше преимущества и защиты. Его опрометчивые действия в твою сторону тоже играют против него. К тому же, думаю, ты уже и сама думаешь, как избежать брака с ним, – и очень проницательно посмотрел мне в глаза, а я и не стала отрицать, вымолвив лишь:

– Наги.

– Верно, – кивнула главная женщина семьи, посмотрев на меня уже более серьёзным и пронзительным взглядом. Взглядом расчётливой и опасной женщины, знающей, осознающей свою силу и власть. – Как только мы сходим в кабинет твоего дяди, сдав первичные анализы, нас уже будет ждать шаттл, а на орбите один из лучших в скорости кораблей нашего рода. Один из новейших, он стоит своих денег. На нём ты отправишься по протекции и рекомендации к другу Вильдэ – главе другого научного отдела, живущего на территории нагов. Он примет тебя, а пока ты летишь, успеет подготовить самые подходящие пары для первой встречи. Помнишь же, как для нагов важна именно первая встреча?

– Им важно почувствовать запах и коснуться кожи в первые моменты, чтобы точно уловить подходит ли кандидатка для дальнейшего взаимодействия, – чётко проговорила, а про себя ещё вспомнила: если запах после прикосновения испортиться, значит яд будет смертельным при дальнейшем контакте, а если усилиться – в идеале станет слаще, – значит девушка подходит.

– Я уверена, что будет совпадение, и что тогда? – уточнила мама мои знания.

– Тогда я останусь на их территории, без возможности покидать её, пока не обзаведусь семьёй и эта семья не решит иначе, – да, именно такой план подходил сейчас больше всего.

А главная его особенность в том, что если девушка отравлена нагом, то возможность принять другого мужчину снижается в сотни раз, если только это не будет наг посильнее или, что очень редко, мужчина не начнёт ритуалы приспособления к яду – не все на это способны, что уж говорить о желании. Ну и, конечно же, незримая вражда чешуйчатых между собой, по какой-то там биологической проблеме, о которой в учебниках ни слова, только тезис «взаимосожжение», без расшифровки.

– Умничка, – мама обхватила мою голову ладонями и поцеловала в лоб, прижавшись к нему губами со всей силой. – Моя девочка. Наша доченька.

– Главное, не волнуйся о нас, просто действуй. У нас есть силы и связи, чтобы выдержать натиск этого дракона, – подмигнул мне отец, затем взял за плечи, поставил на ноги и обнял крепко, но нежно. – Вещи я подготовил. Их отправит на шаттл, пока ты будешь на проверке.

– Идём, я доведу до кабинета, – Азалин взяла меня за руку и повела за собой.

Глава 8.

Изменения

Амалия

В кабинет мы заходили после приглашения. Родители остались у дверей, когда как меня ждало кресло у маленького столика в центре. Напротив уже сидел дракон. Едва я появилась в его поле зрения, как он уже не моргал, следя как за добычей. Это однозначно ненормально и слишком пугает.

На негнущихся ногах подошла к своему месту и опустилась в него. Получилось медленно, но иначе я просто бы некрасиво плюхнулась, вызывая больше подозрений. Мужлан и так хмурился, видя мою скованность. Правда, чего он хотел? Напугал, облапал, нарычал. Пусть спасибо скажет, что вообще нашла в себе силы прийти на тестирование, а не рванула сразу в дальние просторы космоса.

– Положите ладони в соответствующие углубления, – начал дядя, ставя перед нами шкатулку с двумя овалами сверху. Благо между ними небольшая перегородка – зная уже хватательные рефлексы дракона, моя рука легко могла оказаться в его, и побег будет просто невозможен.

Мужчина без возражений выполнил действие, едва углубление загорелось разрешающим сигналом. Я тут же почувствовала, как в кабинете становится невыносимо жарко: «Аппарат для измерения совместимости праи», – догадаться теперь было не сложно, – и положила свою ладонь в измерительную чашу, так, кажется, называется это углубление.

Мою праю и её наличие проверяли на подобном инструменте на станции. К моему удивлению, она у меня всё же была, но в небольших количествах. Но учёные поспешили заверить, что для женщин это вполне себе средний показатель, что нам нет нужды в сильной прае. Мол, она у нас сама по себе мягкая, текучая, нежная, вот и приборы так реагируют, будто её мало.

Углубление сменило цвет, и начался анализ. Сердце у меня в этот момент билось где-то в горле. Я старалась смотреть куда угодно, но не на дракона. Сама же чувствовала направление его взгляда. Он был ощутим, кожу обжигало так, будто он сам касался того места. Лицо, глаза, губы, шея и плечи, грудь и руки, и опять губы, лицо. Хотелось отвернуться, спрятаться, но отнимать руки от измерителя нельзя во избежание сбоев.

– Теперь следующий анализатор, – Вильдэ поставил рядом ещё одну коробочку.

Небольшой квадрат с парой отверстий с двух сторон для пальца, из которого будет изыматься кровь, кусочек кожи и ногтя. Как мне объясняли на станции, это нужно скорее для генетической проверки, вдруг у нас есть общие предки. Это нужно для тех ребят, что оказались родственниками, но при этом им пришли анкеты друг друга, как потенциальным партнёрам.

Если же нет ни единого совпадения, то при определённых негативных результатах в последующих анализах, так же не будет дано разрешение на брак, ибо такие пары окажутся совсем бездетными, что в нынешних реалиях этого мира просто недопустимо.

Место для взятия второй пробы обезболилось, и почувствовала лишь что-то скребущее по пальцу, не более. Пока забирался данный материал, дядюшка поднёс ко мне третий анализатор в виде палочки. Её следовало засунуть в рот и наполнить кончик слюной. Это уже для определения степени ядовитости и возможного отравления слюной или другими жидкостями друг друга.

Стоило палочке оказаться в моём рту, как по кабинету промчалась ещё одна жгучая волна праи дракона, заставляя меня вздрогнуть и передёрнуть плечами от того количества мурашек, колкой волной пробежавшейся под кожей по всему телу. Кажется, у меня даже встали соски, показываясь за тонкой тканью платья, что стало особенно замечено драконом – грудь тут же обожгло его взглядом.

От прибора выдвинулась маленькая колбочка и вобрала в себя небольшое количество моей слюны, оставив как подарок небольшую конфетку. Мятную и бодрящую. Дядя мне подмигнул, давая понять, что это его рук дело, чтобы я не раскисала.

– Результаты будут в течение часа, – проговорил он, отходя от нас. – Прошу дать моей племяннице покинуть нас, пока вы не сломали праей приборы и не пришлось делать всё заново, – это он уже дракону, подорвавшегося с места, чтобы подать мне руку.

Принимать её не стала, во избежание. Даже смотреть на мужчину не решилась, мазнула взглядом по напряжённой ладони в нескольких сантиметрах от меня и поднялась с кресла с другой стороны, сразу направившись к родителям. Мама приобняла меня за плечи и под недовольный рык вывела за дверь.

В коридоре было так прохладно, что мы даже остановились на минутку, чтобы прийти в себя и отдышаться. А ещё могли осознать, как же сильно прожарил пространство этот чешуйчатый вояка. Бедный дядя! Он ведь с ним сейчас наедине! Но терять время нам было больше нельзя.

Мы двигались к крыше, поднимаясь всё быстрее и быстрее. В какой-то момент, отец подхватил маму на руки, а меня ждавший нас в одном из коридоров брат Дарис. На крыше нас ждала небольшая капсула, что, по словам отца, должна была дать мягкий старт, поднять меня на несколько километров, а затем залететь вместе со мной в левитирующий очень высоко шаттл – всё это проделано для меньшего шума и привлечения внимания. И уже шаттл доставит меня на орбиту к ожидающему судну.

– Разве не шаттл должен был меня забрать? – удивилась я несостыковке.

– Нам пришлось изменить часть плана, чтобы вычислить твоё местоположение было сложнее. У нас появился неожиданный союзник в этом деле, – погладил он меня по волосам, едва брат опустил меня в кресло и пристегнул. – Тебя примет неучтённый шаттл, пока этот летит к нашему кораблю, и доставит на другой. Там тебя встретят и помогут улизнуть.

– Он установил наблюдение за всеми суднами, прилетающими и покидающими планету, – добавил разъяснений брат, более ёмко. – Мой друг летит пролётом на судне, неприспособленном к перевозке пассажиров, тем более женщин. Это меньше привлечёт внимания. На отвлекающем будут твои вещи и наши братья, которые якобы везут их для показа потенциальной невесте, которую сыграет наша давняя подруга детства, которой неожиданно потребовалось наше внимание после разрыва с женихом, – и подмигнул мне, а потом резко подался вперёд и поцеловал в лоб. – Береги себя, сестрёнка, и помни, что ты наша семья, наша драгоценность, никто тебе не ровня.

Мама только быстренько расцеловала мне щёки, дала какую-то сферу в руки, и её оттащил отец, не давая расплакаться любимой жене. Координаты и путь были вложены в автопилот капсулы, что стартовала, едва двери были закрыты, а родные отошли на безопасное расстояние.

Пришлось закрыть глаза, потому что быстро удаляющихся видов за окном я не переношу, точнее момент отрывая от земли и удаления оной с большой скоростью. Что уж говорить, я даже на Земле летала в самолётах, сидя у прохода и боясь заглянуть в окна в момент взлёта. Странный страх, ведь виды сверху меня не пугали, как и скорость.

В любом случае, взлёт прошёл успешно, капсула поглотила негативное воздействие от резкой смены высоты, потом плавно перешла в вертикальное положение и стартанула вперёд. Её даже не трясло, как те же самолёты, но скорость ощущалась лёгким покалыванием в теле и головокружением. Что ж, малая плата за спасение.

На высоте больше двадцати тысяч метров я приметила впереди снижающийся в мою сторону шаттл, летящий скорее даже параболически. Капсуле предстояло замедлиться и просто быть перехваченной. Где-то далеко справа был точно такой же, ещё только достигающий нужной высоты. Видимо, там братья. И их шаттл двигался куда медленнее того, что ловил меня – вот что значит «с комфортом», а не в спешке.

Шаттл поймал капсулу с лёгкой тряской при стыковке и тут же рванул дальше, проделывая фигуру из высшего пилотажа. Я всё так же находилась внутри капсулы, чтобы избежать воздействия прохода через верхние слои атмосферы. Она вообще многое брала на себя, стабилизируя в кабине давление, положение пилота и другие влияния внешних сил, в которых я мало что понимала, если честно.

Что творилось за корпусом моего личного «лифта» я не знала. Лишь сидела и ждала момента, когда можно будет покинуть «убежище» и оказаться на приютившем меня корабле. И ждать пришлось долго. Почти час.

Почему? Скорее всего, приняв шаттл в себя, корабль продолжил своё движение, чтобы уйти подальше и вызвать меньше всего подозрений, да и в капсуле я куда в большей безопасности сейчас, чем была на корабле, набирающем скорость. Тут мне повреждения получить можно меньше всего. Да и я не привереда, подожду столько, сколько потребуется.

И вот ещё через полчаса дверь шаттла открылась, запуская больше света, льющегося из дока, а затем ко мне двинулась фигура, вся обтянутая мягкой космо-формой. Увидев меня, мужчина, судя по фигуре, остановился на мгновение, а потом, словно очнувшись, указал на сферу в моих руках и сделал движение руками, чтобы я нажала на неё и прижала к груди.

Повторила сразу же. Сфера разломилась на пять частей. Четыре бросились к конечностям, ложась тыльные стороны запястий и подъёмов, а пятая прижалась между грудей. Ещё секунда и из них стало выделяться вещество, начавшее окутывать моё тело в подобие той же космо-формы, что была на мужчине. Но если у него ещё был шлем, то меня укрыло только по подбородок, оставив голову открытой.

Встречающий кивнул, показал жестом, чтобы я открыла рот, и только после этого сам нажал что-то на капсуле снаружи, чтобы та отварила свои двери. И я ощутила зачем нужен был открытый рот – перепад давления прошёлся по телу, отозвавшись отдышкой в лёгких и свистом сосудов в ушах. Кажется, меня даже повело, но крепкая рука и ремни безопасности удержали на месте. Второй рукой мужчина отстегнул последние и, убрав первую, протянул мне обе, чтобы я приняла помощь.

Вот тут возражать не подумала даже. Самой выйти без последствий и травм сил я не нашла. Схватилась за ладони и дала себя вытянуть наружу. И вот так, держа меня за руки, мужчины повёл на выход из шаттла, а потом через единственный док к коридорам основной части корабля. Там я уже могла держаться за стены, но давала себя довести куда следует, тем более мужчина сам не отнимал рук.

«Ему приятно, мне не в тягость», – подумала в ту секунду, когда осознала это. – «Пусть пользуется моментом, пока можно», – и даже посмеялась про себя, чувствуя, как силы медленно, но верно возвращаются в тело, говоря, что адаптация проходит успешно.

Меня провели в одну из кают. Самую простенькую и явно идентичную другим: небольшая кровать, выдвигаемая из стены, капсула защиты под нет в виде длинного ящика, выдвижной столик над кроватью в ногах, узкая дверца встроенного шкафчика для минимума вещей и такая же – ведущая в личный санблок.

Внутри нас ждал ещё один мужчина, без шлема. Едва мы зашли, он кивнул моему провожатому, а затем жестом пригласил меня сесть на кровать, как единственное приспособленное для этого место. Отказываться не стала.

Провожатый помог мне усесться, но я успела заметить, как он задержал мои руки в своих чуть дольше, чем это требовалось. А потом вылетел из каюты, оставив нас с, наверное, капитаном.

– Добро пожаловать на «Араскор», альтэ Зэос, – кивнул он теперь и мне, подтверждая дальнейшим мои мысли строгим голосом: – Капитан этой грузовой посудины, витар Эльис. Весь полёт прошу вас не покидать свою каюту, ради вашей же безопасности. Нечего смущать свободные сердца, – это он уже сказал мягче с кривой ухмылкой. – Да, девочка, влипла ты в историю. Но не переживай, здесь ты в безопасности, нас не имеют права ни осматривать, ни досматривать, тем более, как срочный грузовой рейс, мы не останавливаемся даже под угрозой незаконного обстрела, находясь под протекцией его величества.

– Спасибо, что пришли на выручку, капитан, – улыбнулась я ему слегка напряжённо. Протекция короля – это не пустые слова, значит, это был его собственный приказ. Получается, его величество сам не в восторге от действий и присутствия дракона на его территории.

Эльфы зачастую занимают нейтральные позиции в конфликтах между другими расами, но это почти шаг к конфликту с драконами. И раз сам король мне помогает, значит, что-то в политическом мире сдвинулось в негативное отношение к чешуйчатым огнеплюя! Но я только рада принять любую помощь с удовольствием, а о цене, думаю сойдёмся – такая помощь не даётся просто так, и скоро с меня спросят ответ.

Глава 9.

Сбой

Амалия

– Умная, – довольно прищурился витар Эльис своим мыслям, словно меня тут не было. – Но запомни, девочка, любая внештатная ситуация, и ты прячешься в спасательную капсулу под кроватью, а не бежишь в туалет или в коридор, чтобы узнать, что случилось. Не храбрись и не трусь. Об остальном мы позаботимся сами. Ужин тебе принесут боты, развлечения в ипо по местной сети, без выхода в глобальную, поняла? А пока отдыхай, лететь нам пару-тройку дней… – и начал уходить, но вдруг остановился у дверей, развернулся ко мне и спросил: – Уровень переносимости?

Я даже растерялась сначала, а потом поняла – это он про переносимость быстрых переходов между системами. Есть обычный трафик, есть быстрый, а ускоренный. Первый рассчитан на пассажирские корабли, второй – на коммерческие и на военные, ну и третий – на грузовые. При нём использовалась какая-то особая технология перемещения, которую просто не переносили живые существа, расщепляясь едва ли не на атомы, когда как грузу ничего не будет.

Сейчас я нахожусь на частном коммерческом судне, переход будет быстрый, значит с возможными негативными последствиями для тела. И чем больше сопротивляемость и переносимость, тем легче переносятся такие рейсы. Неподготовленным сюда редко лезут, а уж женщин чаще всё же перевозят на обычной скорости. И если уровень у меня был бы не очень, рядом со мной посадили бы медика или сразу засунули в мед.капсулы.

Уровней переносимости всего пять: слабый, средний, удовлетворительный, высокий, полный. Я запоминала их как: обморок с нагрузкой на сердце и сосуды; головокружения с рвотой; утро после попойки, вроде жив, но плоховато как-то; вроде сносно, как слабая мигрень; огурец второй свежести. А вот совсем без последствий – это всё же к обычному трафику, и то многих женщин и там подташнивает.

«Слабые создания, что поделать? Вас только холить и лелеять надо, цветочки», – как немного саркастично выразился один из учёных, тестирующих меня на эту самую переносимость.

– Удовлетворительный, – ответила капитану, вызвав приятное удивление в виде поднятых бровей и скептического осмотра взглядом, мол «в тебе душа еле теплиться».

– Врач зайдёт через пятнадцать минут, – усмехнулся витар, будня себе под нос что-то про юношеский максимализм. И покинул мою каюту.

А я легла на кровать, повернулась на бок и свернулась калачиком. Почему-то в этой позе мне легче переносить нагрузки на тело. Видимо, срабатывает психосоматика с самовнушениями, и мне становится чуточку лучше.

Как и сказал капитан, медик заглянул ко мне ровно через пятнадцать минут после старта сверхдвигателей. Сначала бросился ко мне, испугавшись моей замкнутой позы, а когда понял, что это для удобства, то аж выдохнул. Потом началась уже знакомая процедура: мужчина набрал какой-то жидкости в безигольный шприц, прислонил к шее и вещество впрыснулось в кровь через специальные микродозаторы, не оставляющие на коже следов.

В растворе этого коктейля были витамины и что-то вроде допинга, чтобы тело могло выдержать нагрузку. На здоровье они не влияют, но здорово помогают в таких вот ситуациях. Раньше это была военная разработка для быстрых перелётов десантников и штурмовиков. Потом уже средство перешло на коммерческие рейсы.

– Ужин будет через пару часов. Вам лучше проспать это время, альтэ. Я приду вас проверить перед приёмом пищи, чтобы не возникло проблем. Но если жалобы появятся, вот тут есть кнопка вызова, – указал он мне на панель у головы на стене. – Прикладываете руку – и я уже бегу к вам. Хорошо?

– Да, – кивнула ему.

– Отдыхайте, – сказал напоследок док и поспешил уйти, видимо, чтобы дать этот чудо коктейль и другим членам экипажа.

Подвох я почувствовала почти сразу, когда по телу начала разливаться нездоровая сонливость. Кажется, в витаминный составчик было добавлено снотворное. В непозволительной для меня дозе. Я отключалась каждые несколько секунд всего на мгновение, но организм выдал столько адреналина, как реакцию на состав коктейля, что меня выдёргивало почти с болью.

Я успела выхватить момент, когда нужно нажать кнопку вызова. Отключилась. Потянулась к ней. Отключилась. Ударила по панели. Отключилась. Никто не пришёл. Отключилась. Подлетела с кровати на метр от чего-то, с глухим ударом врезавшимся в обшивку. Снова отключилась ещё до приземления. Очнулась на полу, подползла к капсуле, но корабль снова потерял искусственную гравитацию. Отключилась на подлёте к полу, благо удар отрезвил и в это раз боли хватило, чтобы убрать кровать и залезть в капсулу. Отключилась сразу после закрытия крышки.

В этот раз всё длилось дольше, капсула отправила меня в настоящий сон, убирая из тела лишнее и подлечивая. Так что проснулась я, когда обстановка на корабле была спокойной. Мой выход из капсулы встретил вошедший ко мне медик. Он был бледный, с рассечённой губой, на которой уже была заживляющая мазь.

На галопланшете мужчина эльф, чьи уши мелко подрагивали, быстро изучил файлы, полученные с капсулы. Через прозрачное стекло я видела графики и формулы, а ещё схематическую женскую фигуру, вокруг которой они бегали. Док молчал почти с минуту, а потом посмотрел на меня нечитаемым взглядом, прежде чем заговорить:

– Я пописал документ о неразглашении, присланный лично канцелярией его величества. Приношу свои извинения за непреднамеренный вред, – склонил он голову. – Сыворотка была рассчитана на эльфов с удовлетворительным уровнем сопротивления. Она на вас сработала неправильно, вызвав неблагоприятные последствия. Сейчас они устранены…

– Что случилось с кораблём? – меня же больше интересовал этот момент. – Капсула не сработала, пока я её не активировала сама.

Такие капсулы обычно захватывают тело автоматически, если происходит внештатная ситуация. Это мне рассказывал барт Роран, как отучившийся на военного техника. А раз не сработала, либо сломана, либо был сбой во всех системе корабля, что объясняет ещё и отключения гравитации.

– Мы попали под волну сверхновой, не редкость, но неприятно, – отмахнулся от этого медик, которого точно волновало сейчас то, что он видел на своём галопланшете. – Вы не полуэльф. Доза была рассчитана на параметры… для дальнейшего присмотра и лечения мне нужно знать ваши. Но для начала точную расу. Какие примеси крови в вас есть? Драконы? Пиросы? Ваша кровь начала выжигать часть состава сыворотки, что очень вредно для самой крови. Ответьте честно, альтэ. Я под неразглашением, – и показал мне приказ о молчании, как доказательство.

– Человек, – тихо выдохнула я. – Я – человек.

Глава 10.

Цена

Амалия

– Альтэ! Я не шутки шучу! – разозлился эльф.

– Запросите данные у научной станции или у её начальства, Вильдэ Лакшет. Он передаст вам все параметры. Я могу лично с ним связаться и дать вам порт-ключ к разговору, – спокойно ответила на его выпад, вызвав скорее оторопь, чем непонимание. Мне даже передали галоплан, чтобы я ввела код-вызов и дополнительный порт-ключ, простыми словами номер и пароль.

По ту сторону экрана тут же показалось суровое лицо дяди, сменившееся негодованием. Он осмотрел всё вокруг меня, что-то вводя в своих компьютерах, а когда экран стал подсвечен красным, говорящим о приватности канала, спросил:

– Что случилось, милая?

– Внештатная ситуация на корабле из-за взрыва сверхновой. Мне пришлось лечь в каспулу, но доза вакцины для переноса была неправильно рассчитана из-за расовой особенности. Судовому врачу нужна часть данный, чтобы не причинить мне вред, – кратко объяснила я.

– Конечно, милая, – вместе с этими словами на краю экрана появились быстро бегущие строчки с переносимыми данными. Дядюшка же понимающе разулыбался: – Я бы, конечно, хотел, чтобы ты провела всё время полёта в капсуле в стадии долгого сна. Но уверен, что тебе бы хотелось просто почувствовать сам полёт и его прелести. А о схлопнувшейся звезде я поговорю с капитаном, как и о «смене курса». Витар Вольго, – обратился он к тут же подобравшемуся медику, – вас назначили частью личной свиты моей дорогой племянницы. Временно, если хотите, но рот на замке вы будете держать посмертно. Данные у вас, порт-ключ к ним – ваша биометрика. Не скучай милая, – и сменил суровый рабочий тон на мягкий, подмигнув мне, а следом отключился.

Галаплан я вернула бледному врачу, чтобы тот начал осмотр вверенной ему информационной территории. Теперь у него были более точные данные по мне, моему оптимальному состоянию, лучшие составы и дозы веществ, дозволимых для меня. В общем, всё для его работы, но без фанатизма, чтобы не привязать бедолагу ко мне навсегда. А дядя точно бы либо ко мне приставил, либо забрал к себе в лаборатории. Другого по приказу его величества пока не дано.

Смена курса? Так сказал дядюшка Вильдэ. Значит, дракон рыщет и ему не нравится, что добыча ушла из-под носа. О семье я не волновалась, раз дядя был спокоен, значит и они в порядке. А это его разрешение быть вне каспульного сна! Кажется, он настаивает, чтобы я именно бодрствовала. Почему? Он говорить не стал при постороннем. Самой догадаться?

– Человек, – как-то поражённо выдохнул врач, отвлекая меня от мыслей. – Я никогда… вы просто… Но как? Не говорите! Простите. Сейчас я введу нужные дозы восстановителя, и вам подадут ужин, но после того, как я удостоверюсь, что он для вас безопасен. Многие продукты сублемированы, либо доведены до состояния полного растворения и подаются в виде желеобразных сфер, – пояснил он для меня, пока «вкалывал» нужные препараты. – Составом они уже выверены, но я усилю контроль и перепрограммирую пищевые аппараты под ваши порции.

– Спасибо, – кивнула ему, но меня, кажется, не слышали. Эльф был полностью в своём мирке, поглощённой новой информацией. Ушёл, не прощаясь и ни разу не оторвавшись от планшета.

Ужин пришёл через час. Ко мне через маленьких коридорчик, открывшийся в стене, выкатился бот, держащий мой поднос с контейнером, заполненным тремя шариками. Синий – основное блюдо, жёлтый – второе, зелёный – напиток. Что ж, минималистично, зато сытно. Таким я питалась в первое время на станции дяди, когда под меня настраивали пищевой аппарат, пытаясь выверить лучшие дозы, после которых не будет никаких последствий, кроме насыщения.

Едва бот увёз контейнер обратно, в каюту постучались. Не вошли, значит, это не капитан и не медик. Тогда кто-то из экипажа. У них есть на это разрешение?

Стук повторился. И, когда я не открыла и после третьего, каюту открыли силой. Это был тот проводник, что встретил меня в шаттле. В этот раз на нём не было шлема, и я видела волнение на молодом лице эльфа, что поразился, встретив меня, сидящей у всё ещё открытой капсулы. Даже бросился ко мне с взволнованным:

– Вам нехорошо? Позвать дока? – голос был приятным, низким, но не слишком, бархатным, почти ласкающим слух. А я всё равно смотрела на лицо и пыталась понять, где же я его видела – слишком уж знакомо выглядит.

И вспомнила – передо мной сидел племянник нашего короля, молодой аль-граф* Норан Артави собственный персоной. Один из тех, чьи анкеты я выбрала. Ну дядюшка, ну ваше величество, хитрецы старые. Решили устроить встречу в полевых условиях, раз выпал шанс? Умно.

Значит, такова цена помощи короля. Я оплачу её. А сложиться или нет, уже зависит не только от меня.

– Нет, он был здесь совсем недавно, – ответила я, наблюдая как молодой мужчина присаживается на одно колено и подаёт мне руки, чтобы помочь подняться. В этот раз его запястья были оголены, значит это прикосновение практически можно считать за прошение на рассмотрение себя и одобрение меня как возможной кандидатки.

Заметив, как я смотрю на его широкие ладони и длинные пальцы, эльф вдруг нахмурился. Кажется, даже хотел отдёрнуть руки назад и закрыть открытые участки кожи. Но вдруг передумал, осмотрел меня, заглянул в лицо и, поджав губы, оставил всё как есть. Мне это считать за согласие? Он так свою гордость переступал или сообразил об ошибке, но решил не исправлять, раз выпал шанс?

– Позвольте мне к вам прикоснуться, альтэ, – вдруг проговорил он спокойно, развеяв все мои вариации, сведя всё к одному – мы все пользуемся ситуацией по максимуму. Я в том числе, раз нахожусь здесь, и я не только про корабль, но и про капсулу, из которой давно могла бы встать сама. Не гордая. А может и гордячка, это как посмотреть.

– Даю своё разрешение, – проговорила ответную фразу, вкладывая свои ладони в его.

Меня подняли на ноги, помогли переступить стенки капсулы, потом подойти к кровати и сесть на неё. Руки при этом авитар не отпускал, да и на кровать садиться без приглашения верх неприличия, поэтому он опять опустился на одно колено. И молчал.

Мне тоже говорить было нечего. Хотя нет. Есть один нюанс ко всей этой ситуации: я лечу к нагам, чтобы спастись от дракона! Эльф сейчас может быть ни к месту. Разве что, он может согласиться начать ритуал привыкания к яду, когда я пройду отбор в первую встречу с кандидатами в мужья – в том, что их найдут быстро, я не сомневалась, наги очень упорны в этом деле. Не подошли одни, найдутся другие, и ещё, и ещё, пока семья не образуется.

Думаю, стоит это обсудить. Я даже открыла рот, чтоб начать, но была перебита самим парнем:

– Мне известна ваша ситуация, альтэ, – смотрел при этом прямо и решительно. – Будь я не согласен, меня бы здесь не было, как и, – он приподнял наши руки чуть выше, как бы указывая на их сплетение. – Я лишь хочу спросить у вас: примете ли вы меня в качестве своего жениха, а не только как кандидата?

Ого, какой решительный и серьёзный. От чистокровного эльфа такие предложения в отношении полуэльфийки звучат очень редко, от того и не просто так. Подвох можно не искать, только узнавать лично:

– Я соглашусь, если ответите – почему согласились? Я полуэльф, едва ли высокого положения, ещё с весомой проблемой на хвосте.

– Меня не волнует ни статус, ни богатства, у меня всё это есть. Лишь личные качества и сама девушка, которую я собираюсь выбрать. Вы подходите под все критерии. Как я и сказал ранее, я ознакомлен с вашей ситуацией, и готов стать вам опорой, – и склонил голову, а потом прижал мои пальцы к своему лбу, в знак молчаливого обещания – какой-то древний ритуал у эльфов, что всё сказанное можно считать едва ли не клятвой: – Прошу лишь об одном, не считайте это приказом сверху. Это моё личное решение.

Мои руки в его руках покоились мирно, не было ни больно, ни дискомфортно, значит, наша прая подходит друг другу. Первый этап встречи-знакомства пройден. Остальные параметры можно будет проверить по прибытии, но я уверена, что там будут максимальные совпадения, не зря мы получили анкеты друг друга.

– Тогда у меня нет причин вас останавливать. Я согласна принять вас в качестве жениха, но сразу после проверок, – это уже добавила, чтобы не расслаблялся.

– Как будет угодно моей альтэ, – он же в ответ мягко улыбнулся, подняв на меня удивительно красивые глаза цвета океана.

_________________________

* Аль-граф – в их мире, наследник герцогского рода, но ещё не герцог, и не факт, что станет им, зато уже имеет земли и титул, равные графским.

Глава 11.

Приказ

Норан

– Время пришло, – это первое, что сказал дядя, появившись на пороге моего дома. Наверняка вся улица уже под контролем, никто и шагу лишнего не сделает, как будет ликвидирован, и народ этого даже не поймёт, примет как данное, обычная мгновенная смерть.

– Ваше величество, – я встал и поклонился прежде всего властителю наших территорий.

– Ты достаточно сделал, построив хороший кадр в указанном мастерстве, мой мальчик, пора послужить новой цели, – мягко улыбнулся повелитель.

Взмах его руки – и на мой стол опускается досье. Не листок с заданием, ни папка с деталями, а досье на чужую жизнь. Я должен буду выполнить всё, что мне прикажут, как только оно будет изучено. И «всё», значит всё возможное и невозможное.

– Можешь взглянуть, – милостиво позволили мне, на самом деле приказав удовлетворить его собственное любопытство на мои действия и реакции.

Открыв папку, вытащил инфо-сферу и правильным прикосновением активировал её начинку. Над столом тут же появилось трёхмерное изображение юной девушки. Из текста рядом следовало, что это нежное создание – полуэльфийка из рода Зэос.

Зэос? Но разве у низ была дочь? Не помню такого. Один из моих «друзей по службе» как раз из их семьи и часто ныл в самом начале нашего общения, что всегда мечтал о сестрёнке, а не стольких братьях. А потом вдруг затих и светился счастьем, никому ничего не говоря.

Внимательно пробежался по общим тезисам. Указана как родная, но возраст не тот, чтобы быть таковой. С нытья «друга» прошло не больше нескольких лет, когда как девушка уже совершеннолетняя. Вернее почти. Осталось несколько дней… Причина появления дяди на пороге становится яснее некуда.

– Соблазнить? – спросил коротко, но ёмко, ведь это не малый объём работы. Тем более девушка, хоть и не была идеальна по меркам эльфов, всё же имела своё очарование.

– Низко берёшь, – король скривился, значит, я совершил ошибку в выводах. – Ты не просто проявишь к ней благосклонность, дорогой племянник, а сделаешь всё, чтобы стать её настоящим, любящим и главное – первым мужем. Сея драгоценность не должна оказаться в чужих лапах и под чужим влиянием. Этой мой главный приказ, он не будет подлежать никаким отклонениям. Охраняй, оберегай, и запомни – её жизнь ценнее твоей. В разы ценнее, – и меня вновь окатили взглядом полным презрения. – Отправляешься в день её совершеннолетия. Всё уже устроено. Только посмей подвести, – рыкнул совсем не по-эльфийски дядя и направился размеренной походкой к выходу.

««Драгоценность», «нечто настолько бесценное»? Это?» – не понимал я. – «Как какая-то полуэльфийка, взявшаяся просто из воздуха, не оставив следов о прошлой жизни, может быть ценнее наследника нашего с дядей общего в прошлом рода?». Бред какой-то.

Но едва обстановка вокруг пришла в обычное русло, а следы присутствия родственника исчезли, я опустился обратно в рабочее кресло, и принялся за изучение предоставленной информации. Прошлое такое задание сейчас мирно покоиться на океанском дне на одной из безымянных планет в нейтральных территориях. С разницей в том, что смерть заменили на охрану и женитьбу. Последнее понятно – так будет легче охранять столь «ценный» объект. А вот причину этой самой ценности мне предстояло ещё понять.

Только вот, как бы ни пытался, всё равно не мог. Видимо, мне не доступны какие-то крупицы знаний об этом объекте работы. Значит, нужно выяснить самому. Но позже, когда придёт время встречи.

Осматривая предоставленный файл который раз, вдруг заметил приписку о ценности, как будущей матери новой жизни: «высший уровень». Полуэльфийка? Нет, всем известно, что они более подходят для нескольких рас и более предрасположены к появлению разного, но крепкого и даже чистого потомства. Но у них никогда не бывает такого уровня! Максимум «вышесреднего», и чаще с теми расами, чью кровь в себе несут.

Ткнул пальцем на пометку об уровне, и мне открылся список потенциальных рас для смешения. Вот оно! Одна из причин такой заинтересованности дядюшки – она совместима со всеми из ныне известных, даже не вышедших ещё на просторы галактики.

«Что это за чудовище?» – с отвращением подумал, всматриваясь в миловидные черты на галафото, лишь внешне напоминающей полуэльфа. – «А полуэльф ли она вообще? Что за химера из пробирки?».

И тут в голове что-то щёлкнуло. Нытьё «друга» семьи, желающей и мечтающей о появлении дочери. Из потенциально хорошей и верной короне. Неожиданное появление в этой семье взрослого ребёнка, чьё прошлое отсутствует напрочь, а поиск невозможен, и всё это скрыто под чёрной печатью*, куда доступа нет ни у кого, кроме нашего правителя и кучке его, только им проверенных, подчинённых. И какое совпадение, в их число входит сын главы главной ветви рода семьи девушки, её дядя, брат матери, вдруг обретшей дитя.

Другой вопрос: почему в качестве партнёры дядя выбрал меня? Есть более выгодные партии для смешения с таким существом.

Открыл файл с заданием, надеясь там найти подсказку. Основная задача стать первым мужем, любыми средствами, кроме вредительных. Вторая задача… В ближайшие дни состоится её совершеннолетие, я получу приоритет при получении ей моей анкеты. Но это не главное событие того дня. Главным является назначение встречи главы семьи Зэос с одним из самых влиятельных и опасных драконов на счёт сделки века.

А вот и вторая зацепка! Дракон учует столь подходящую женщину, клюнет на крючок, сделает всё, отдаст многое, чтобы заполучить сие «творение». Но дяде не выгодна такая позиция, хотя он готов многое отобрать у ненавистных ему чешуйчатых. Ему, судя по плану, проще отдать девушку нагам, как более перспективным в дальнейшей связи представителям своей расы.

Девушку уведут из-под носа дракона, спрячут у нагов, которые не упустят шанса присвоить её себе, даже не будь у неё таких высоких показателей к рождаемости. Дядя же заключит несколько выгодных только ему сделок. И с этими змеюками, и с их праическим антиподом – драконами, с которых тоже можно многое поиметь, имея такой крючок.

Вот только всё это едва ли не прелюдия к войне между обеими расами. Король столько сдерживал их, принимая нейтральную сторону в этом конфликте, – как бы ни была сильна ненависть к драконам, – и вдруг изменил своё решение? Случилось что-то, чего я ещё не знаю?

Я поднял голову и вновь посмотрел в мягкие черты девичьего лица, чувствуя, как что-то внутри начинает зудеть с отвращением, наполняя голову тёмными красками всё сильнее. Срочно захотелось принять успокаивающую инъекцию, как раз пришло время. Но даже приняв её, я не почувствовал былого спокойствия. Нет, внутри всё, наоборот, стало ещё более нетерпимо даже к простому изображению девушки.

Но задание есть задание. Да и вопросы в голове накапливались с каждой минутой рассмотрения файла с описанием и приказом. Кажется, это будет труднее, чем раньше.

______________________________

* Чёрная печать – по-нашему гриф о высшей секретности или «совершенно секретно» высочайшего приоритета.

Глава 12.

Решение

Норан

Думаю, что большую часть тайны я выясню в любом случае, когда окажусь в змеином логове в качестве жениха девушки. А вот то, что мне предстоит пройти обряд принятия яда её избранников, чтобы не умереть от него, когда их союз окрепнет… это вызывает дополнительное беспокойство.

Дядя не настолько недолюбливает меня. Я – сын его возлюбленной, что предпочла не его, но его дальнего брата, что подошла ему больше, чем венценосному родичу. И всё же он всегда, куда бы не отправлял меня, делал всё только к лучшему. Это я понять способен. Но зачем ему сотворять из меня неубиваемого?

Сделал военным, чтобы имел силу. Помог сдружиться с нужными и важными для короны представителями нашей и не только расы, чтобы у меня была часть власти и нужные связи. Поставил меня в наследники умирающему, но очень сильного рода своих предков по бабушке, чтобы тот не угас и нашёл своё продолжение. Теперь подобрана партия для продолжения рода.

Партия, что способна сделать меня сильнее и физически, и во власти. Зачем ему это? Он своими, а точнее моими руками вот-вот сотворит войну! В то, что драконы не сядут на поводок, я уверен. Они скорее уничтожат причину, чем покорятся. Либо сделают всё, чтобы заполучить её и оставить влияние на себя. Наги просто так своего не отдадут. Значит, будет война. В любом из исходов.

Я посмотрел в лицо главной причине. Я должен подчиниться, но всё в душе было против. Столько шли к миру, чтобы вот так, с появлением этого алого зерца* всё полетело в чёрную дыру? Не проще было бы её сразу убрать, а не придумывать такие сложные схемы?

Всё оставшееся время до нашей «случайной» встречи я промучился, разрываемый противоречиями. С одной стороны, мир и спокойствие нескольких рас. С другой, приказ правителя, даровавшего мне всё, что я сейчас имею, родного по крови, но не по духу. Я даже припрятал в своём ипо иглу с ядом «мгновенной смерти», если всё же совесть перед миром осилит долг перед родиной и семьёй. И только потом направился в док, где сейчас находилась причина грядущего ужаса. Рука была наготове, одно движение – и всё будет спасено.

И вот люк шаттла открывается, но я даже не слышу это, оглушённый бешенным ритмом собственного сердца и криком совести, с голосом моей нежной матери. Рука сжата в кулак. Всё готово. Я готов. Нужно просто подойти и сделать выстрел, пока ещё не поздно.

В полутьме шаттла была видна капсула, подсвечивающая изнутри цель. Стекло прочное, но и игла не из простых, она справиться.

«Вот сейчас!» – прокричало в голове, я даже дёрнул вперед руку.

А уже в следующее мгновение был прикован к полу и обездвижен лишь одним взглядом испуганных серых глаз. Её взгляд пронизывал тело, как раскалённые прутья, наполняя сосуды лавой, связывающей и сжигающей сердце в пепел.

Рука с оружием дёрнулась назад быстрее, чем я успел себя остановить. Ноги направились к ней, не подчиняясь разуму. Тело действовало само, помогая этому чудовищу! «Она чудовище! Самый настоящий монстр», – верещало внутри головы, пытаясь вернуть контроль, а я уже вёл её в каюту, выделенную капитаном этого судна специально для «гостьи».

Оставив её там, сбежал, чтобы как можно быстрее избавиться от её воздействия на себя. Нет. Уже поздно. Её яд начал проникать всё глубже. Я чувствовал, как пропадает контроль не только над телом, но и над мыслями. Страх и ненависть ещё боролись вместе с совестью где-то на задворках, визжа противным, теперь точно не напоминающим материнский голосом: «Уничтожить! Уничтожить! Уничтожить! Убей её!». Но голос становился всё тише, а в голове всё яснее, ярче.

Я лишь моргнул, оказавшись один, вздохнул поглубже, а показалось, что с меня спали оковы, невидимые мной ранее, словно туман в голове рассеялся, забирая с собой все тёмные и светлые оттенки серого.

– Сильная девочка, – дядя улыбнулся с галаэкрана, вдруг появившийся самостоятельно на месте иллюминатора. Его голос казался мягче, а лицо более… более родным и заботливым. Словно передо мной больше не было тирана. Нет, не так. Это в моих глазах он больше не казался таким. – Твои инъекции я изъял ещё перед взлётом, – вдруг опередил он мою мысль о том, что пора принять препарат, прописанный ещё маминым врачом в детстве для поддержания витаминного баланса и спокойствия, что не мало важно для здоровья при обучении наследников. – В них был обнаружен посторонний компонент, который можно было только выжечь праей подходящей женщины.

Хотел сказать, что мог бы меня через своих подчинённых предупредить или помочь очиститься, но сам вдруг понял – не мог. Это была какая-то очень хитрая дрянь, рассчитанная на определённого индивида, его кровь, его праю.

– Я рад, чтобы оказался достаточно сильным, чтобы обуздать побочные действия, – хмыкнул король, начав перечислять дальнейшие события: – Жар пройдёт, и будет уходить быстрее в присутствии твоей альтэ, при прикосновениях нивелируется ещё быстрее. Мой тебе совет, прими мой дар тебе, Норан, как благословение, а не как очередной приказ. Девочка хорошая, умная, но опасная. В самый раз для тебя. Ты справишься, я в тебя верю. Такое дитя мы не можем отдать драконам… Пока что, – последние фразы он сказал тихо, но я услышал, поэтому он добавил прежде, чем отключиться: – Будь примерным мужем. И тайна сама откроется тебе, – и подмигнул в конце.

«Что это было?» – хотелось спросить, но в голове было пусто. Никто больше не отвечал, как раньше. «А когда это «раньше» наступило?» – мотнул головой и вновь посмотрел на место, где было до этого изображение дяди, пытаясь понять всё случившееся.

Меня чем-то опаивали! Настраивали против него и власти, но так, чтобы я был частью всего «противного», незаменимой частью, незаметной. На кого бы точно не подумали. Меня хотели использоваться для устранения дяди и обрушения его главного плана. Какого – я пока не могу осознать. Но он дал мне подсказку.

Взглянул на свои руки, что всё ещё чувствовали её нежное тепло, даже через плотную ткань формы. Сильная прая подходящей женщины?

Кажется, этой маленькой девушке неизвестного происхождения я обязан не только спасением дяди, но и своей жизни, а то и всего королевства. А что бы там не задумал мой король, я выполню.

«И, кажется, в этот раз с удовольствием», – подумал и прижал ладони к лицу, освободившееся из-под шлема ещё при дяде, чтобы впитать её так неосторожно рассеиваемую праю кожей. – «Подходящая женщина…».

Пока что только моя. Но я воспользуюсь этим временем сполна.

______________________________

* Алый зерц – аналог нашего «чёрного лебедя», события, которое невозможно предсказать, но которое имеет глобальные последствия.

Глава 13.

Фальш

Амалия

Долго нам пробыть вместе не дали. У взаимодействия друг на друга есть свои пределы. Мой браслет ипо пикнул, предупреждая об излишнем воздействии чужой праи. Видимо, дядя установил эту функцию, зная мой дальнейший путь и предугадывая «юношеские» замашки неженатых мужчин.

Отпустив мои руки, эльф встал с колена и сделал несколько шагов назад. Улыбка его была мягкой, глаза смотрели внимательно, словно разглядывая каждую делать, а кулаки он сжимал так, словно пытался удержать моё тепло на своих ладонях подольше. Да и весь он почти светился изнутри, словно подросток, скрывающий от родителя приятное событие.

Даже склонил голову на прощание, прежде чем уйти из моей каюты. Я проводила его взглядом и поворотом головы, не вставая и продолжая улыбаться и после того, как дверь закрылась. В какой-то момент скулы просто начало сводить. Пришлось даже щёки помассировать, пока в голове верещало: «Наконец-то ушёл!».

Хотелось побежать сломя голову в санблок и смыть с себя ощущение чужого прикосновения. Кожу прямо жгло, словно на рану солью посыпали! Но я мерно поднялась, прошагала выдерживая мягкие шаги. Практически считала каждый из них. Семь! Целых семь шагов от кровати до раковины.

Жаль, мыть их сейчас непозволительная роскошь. Поэтому намочила кончик полотенца и осторожно протёрла кожу, хотя так хотелось пройтись жёстко, прям до покраснения.

С зеркала на меня смотрела миловидная красавица с раскрасневшимися от смущения щёчками, вся такая счастливая и умилённая появлением жениха… если бы не глаза, полные ужаса. И боли. Как только они не выдали меня! Он что, ослеп? Или так уверен в себе, чтобы не заметить? Да это же почти провал! В каюте могут находиться камеры, меня могли увидеть, понять истину только по глазам! Эти монстры учёные-фанатики, король и его спец.служащие, да кто угодно бы заподозрил, что тут что-то не так.

Благо дядя постарался, чтобы меня не трогали и не навещали чаще. Дал мне больше свободы в столь ограниченном положении. И всё из-за дракона!

«А дракон ли виноват?» – свербело в голове.

Да, слишком складно всё происходит. Даже удар сверхновой теперь не кажется простым природным явлением, неожиданно встретившимся именно на нашем пути. Её сила и волны давно бы нас размазали будь всё случайностью. Здесь же, максимум, скрыть следы нашего двигателя, что очень удобно. Так удобно!

Мозг словно отрезвел от боли, причинённой чужой направленной праей. Картинка складывалась сама собой. Складная такая! Аж тошно.

Появление дракона без свиты именно в нашем доме, на нашей территории, ради какой-то важной для эльфов сделки, хотя весь его флот и сила были вокруг планеты. Они заполняли систему, и мы смогли сбежать при таком? Слабо верю. Ещё и на корабле, оказавшимся так выверенно у нашей планеты, с племянником короля, являющимся «ценой за спасение».

Да только дура или юные девы их мира поверят в эту сказку!

Дарис говорил о своём друге, но они с этим принцем не дружат. Это говорит о том, что братьев не поставили в известность. Они ничего не знают, либо только то, что им позволено знать. Тогда кто в курсе? Родители? Нет, они бы на такое не пошли, я хорошо успела изучить их за столько лет наблюдений. Максимум старший из отцов, Касьян, что-то и мог знать, но молчал ради безопасности остальной семьи.

Дядя Вильдэ? Этот эльф точно в курсе всего. Не всех шагов в плане своего короля, но многое. От чего внёс некоторые изменения в функции моего ипо. Вроде как это «важно для сохранности и безопасности», но это скорее «подушка безопасности» лично для меня. В открытую он ничего бы не сказал и не сделал, потому что тоже под наблюдением.

Итак. Что мы имеем? Во главе угла проблемы – слишком властный и преследующие свои цели правитель эльфов. Он даёт разрешение дракону, но с условиями. Тот их выполняет и «случайно» встречает меня, такую «максимально подходящую для любого вида по многим параметрам» – это я узнала ещё на станции, но делала вид, что не понимаю переглядок исследователей. Чем не идеальная пешка в высокой игре?

А на деле, обыкновенная медовая ловушка. Так называют это люди и спецслужбы на Земле, когда нужно что-то сделать, выяснить, устранить или достать у кого-то конкретного. Вот и мной воспользовались. Не думала, что это будет вот такой вариант. Думала, используют для выгодных связей внутри королевства.

Ну, раз племянник короля рядом, то это частично так. Но можно ещё воспринимать его как «присмотр», чтобы не сделала или не сказала лишнего. Вопрос: сколько важной информации ему дали на руки? Или тоже заставили играть роль без текста в спектакле его величества?

Не выдержав, я всё же включила воду и умыла горящее лицо. Пусть думают, что смутилась слишком сильно. На меня обратил свой взор сам племянник короля! Ах, попался в анкетах? Как удачно совпало!

«А финт с нагами?» – посмотрела я вновь на себя в зеркало. Улыбаться уже было физически больно, пришлось прикусить губу. Эх, не прокусить бы. – «Это более опасная игра. Насколько я свободна в выборе? Меня бы так просто не отпустили к ним, значит, они тоже играют свою роль в плане остроухого величества. Вопрос: какую именно и насколько вовлечённую?».

Стоит ли искать среди них поддержки или они тоже «в деле»? Противники и соперники драконов, всегда идущие на конфронтацию, всегда недовольная или предвзятая сторона в сделках с крылатыми. Их используют или им потакают?

Можно было выбрать тех же оборотней, но те скорее бы сдали меня огнеплюям, играя на две стороны, но с выгодой для себя. Пиросы? Нет, эти не приняли бы союз с риском для себя и своей автономии. Остальных даже рассматривать не стоит, я просто не смогу находиться долго рядом с теми, кто меньше всего похож на человека! Ни физически, ни психологически.

А когда я вообще заметила, что что-то не так? Когда он взял меня за руки и прожёг нутро праей? Или когда осознала силу своей беспомощности в сравнении с власть имущими в этом мире, где ты либо получаешь хоть сколько-то признания, либо остаёшься игрушкой в лабораториях? Или где-то в промежутке между, когда дядя возвращался из лабораторий и беседовал со мной об устройстве в семье, в жизни и вообще «по мелочи»?

«Я – человек! Для них это я монстр! Монстр в логове полном чудовищ», – повторила я про себя ту самую фразу, что звучала в голове ещё в исследовательских палатах. Она успокаивала, помогала настроиться на нужный лад, давала сил. С волками жить по-волчьи выть – так мы, люди, говорим. И вот теперь мне снова нужно держать это в мыслях, расслабилась и хватит.

Наблюдай! Изучай! Анализируй! Подстраивайся! Но так, чтобы не заметили. Будь идеальной, как лучшая из фальшивок – сияющий гранями бриллиант Сваровски среди неогранённых алмазов.

Я ещё раз ополоснула лицо, вытерлась полотенцем, дав себе всего пару секунд, чтобы покусать его до боли, а не прокусывать губу – нельзя себя ранить, пока это не требуется, пока это нельзя использовать. И вновь посмотрела на нежное личико без изъянов, даже глаза теперь довольно щурились. Да, идеальная маска. Поплачу, когда буду «скучать по дому» или буду ранена физически. Здесь девушкам это позволено – быть слабыми и невинными, храбрящимися и строить из себя важных и сильных.

Я выживу и возьму от новой жизни всё, что могу, в свою пользу. Слишком ограничивала себя на Земле из-за болезней. Теперь я здорова, жива и полна энергии.

«Наслаждайся! Раскисать некогда!» – расхохотался мой внутренний монстр, придуманный в капсулах для изучения. Так психика спасала себя. Пора продолжать, хватить отдыхать.

Вышла из санблока, прошагала обратно к кровати, достала из специального блока в стене галапланшет и принялась искать всё, что связанно с «моим принцем», ну и будущими мужьями.

«Пора жить эту жизнь!» – усмехнулась про себя и пролистнула страницу с военными заслугами жениха с незаметной пометкой о связи со спецслужбами.

– Какой же он… м-м-м, – только и выдохнула, наслаждаясь тем, что догадалась раньше, чем нашла доказательства. Пусть думают, что довольна «отхваченной добычей». – Ещё и не замечен в скандалах с другими альтэ. Вы слишком идеальны, мой принц… Он же принц? Или лучше называть его аль-граф? Не хотелось бы случайно создать какой-нибудь скандал, – да, было бы невыгодно. Пока что. И проглатываем наживку: – Нужно будет спросить его при следующей встрече.

Идеально.

Глава 14.

Наги

Амалия

Боль в ладонях утихала с каждым часом всё быстрее. Хорошо, что больше меня никто не навещал. Я же спокойно искала доступную информацию под видом изучения и подготовке к грядущему.

Итак, планета Мараш – вторая главная родина нагов. Их империя называлась Асфадэс и включала в себя двадцать семь различных систем, тринадцать – населённых жизнью, из которых пять курортных, остальные – это восемь отданных под добычу ресурсов, четыре аграрные и две закрытого типа.

Одна из них – это планета-столица, на которую попасть без высшего разрешения невозможно никакими путями. А вторая принадлежит императорской семье, как личный дом. Говорят, что это их первородная планета, на которой зародилась их раса. Туда совсем нет хода.

По важности после этих двоих и идёт Мараш. Там живут наги высших сословий со своими семьями и обслуживающих их персонал. Если я подойду одному из них, то меня ждёт жизнь в огромном особняке посреди почти девственной природы. Но это вряд ли.