Рина Нова
Ритуал. Живые и мёртвые

Пролог

Доброго пожаловать в Этерум, плоский мир на окраине сущего. В мир, где солнце встаёт на западе и садится на востоке, а луна никогда не покидает небосвода. В мир, где день равен ночи, и сутки длятся тридцать часов, где в году всего десять месяцев и двести дней – и время считается иначе. Где знакомые вещи обретают иные смыслы и норовят запутать гостей из иных миров.

От магов и ведьм до ангелов и демонов, от акулоподобных хакларов до обитателей пустынь, от магии до изобретений – в Этеруме найдётся всё.

А эта история проведёт вас по чарующему Даймару, где эльфы растут на деревьях, а некромаги бродят по чужим снам, где русалки охотятся на людей совсем не для еды, а ангелы позабыли свою кровожадную природу.

Добро пожаловать! Только не потеряйте голову…

1. Пора перемен

Отец демонического семейства заметил противника заранее: выбранное им убежище находилось на возвышении, обеспечивая обзор. Пещера, сокрытая высокими деревьями, была прекрасным местом, чтобы отдохнуть и набраться сил, но, увы, не могла оберегать вечно. Мужчина вернулся «домой», к семье. Оставалось всё меньше времени, чтобы принять решение и начать действовать. – Плохие новости. У нас гости. На него обернулись сразу все, мужчина видел страх в глазах своих близких. Его отец, – старый демон, переживший обе войны с людьми и магами, порядком измотанный и уставший от подобной жизни, молча поднялся, поправив меч. Его жена, худощавая женщина со следами болезни на лице – постоянные переходы и отсутствие нормальной пищи заметно подорвали её здоровье, принялась собирать скудные пожитки, почти взрослые дочери и сын-подросток сразу взялись помогать матери. Так выглядели враги, которых требовалось взять в плен или же попросту уничтожить. И не имело особого значения, как именно поступят с демоническим семейством. Старик подошёл, его иссохшая рука лежала на эфесе меча. – Сколько времени? – Мало. Четыре группы. По трое. Некромаги. И один на пути к тракту. – Всего один? Герой или идиот. – Или ловушка. Но пройти можем только через него. У нас не хватит сил, чтобы одолеть даже троих магов. – Я тоже могу сражаться! – мальчик подошёл, сжимая в руке отцовский кинжал. – Нет, Арс. Я уже говорил: не можешь, – тот положил руку на плечо Арсара, чуть склонившись к мальчику. – Ты мужчина. И если со мной и дедушкой что случится, ты должен будешь позаботиться о маме и сёстрах, понял меня? – Понял. Я не подведу!

Старик проводил внука грустным взглядом и негромко сказал:

– Ты в его возрасте уже присутствовал на Конклаве.

– Ему всего девятнадцать * и время другое. Пусть ещё хоть немного побудет ребёнком.

Семейство двинулось в сторону тракта. Они шли тихо и осторожно, не теряя надежды избежать встречи с противником: это был бы наилучший вариант. Но судьба не сделала им подобного подарка. Маг поджидал их на поляне. Он покачивался, насвистывая какую-то мелодию. Невозмутимо разглядывал новенький меч из чёрной стали. Безошибочно указал витиеватым взмахом оружия на заросли, под укрытием которых семейство старалось его обойти. – Хватит прятаться. Покажитесь. Иначе снесу весь этот сектор, вряд ли хоть один выживет. Мужчины переглянулись. Отвлечь мага схваткой вполне возможно, но выстоять один на один в таком бою… маловероятно. Времени будет немного, но это шанс увести остальных. Правда, тот, кто рискнёт, вряд ли уйдёт с поляны живым. Они оба понимали ситуацию. Старик положил руку на плечо сыну и кивнул. – Пусть это будет не зря, Азаль. Мне пора платить по счетам. Демоны выступили на поляну, представ перед магом. Тот оглядел их и вдруг засмеялся. – Это же надо… шестеро! И как вас до сих пор ещё не поймали… Старик не сказал ни слова. Выхватил костяной меч из ножен и бросился на врага. Он обрушивал на мага быстрые резкие удары, пользовался весом собственного тела. Азил был хорошим бойцом, но он уставал. И уставал быстро. Дыхание сбивалось и волосы взмокли от пота, но он не сдавался и раз за разом продолжал наносить удары. Даже смог заставить мага развернуться спиной к остальным демонам: они должны были успеть скрыться. Маг уже не смеялся, но весёлая улыбка не сходила с его лица. Он играл. Как лжемил со своей жертвой. Он парировал удары, почти не нанося ответных. Не использовал магии. Даже убрал левую руку за спину, давая понять, что не воспринимает противника, как равного себе. И для Азила это было серьёзным оскорблением. Некромагу стало интересно, как долго продержится старый демон в бою, который он изначально проиграл. Тем временем Азаль потащил всех дальше по тропе, в сторону тракта. Это был их шанс! Но юный Арсар остался на месте, не сводя взгляда с дерущихся и с каждым мгновением в нём всё сильнее разгорался гнев. Почему они, хранители и Дети Пламени, должны бежать, прятаться, бояться? Почему должны проигрывать? И терпеть все подобные унижения каждый день… Арсар не мог этого понять. И сейчас, когда он смотрел на заносчивого мага, довольного собственной силой, ему до безумия хотелось изменить хоть что-то. Азаль недовольно цыкнул и быстро подбежал к Арсару, чтобы увести и его, но тот резко обернулся к отцу, выхватил из его ножен короткий меч и помчался на помощь деду. Азаль замер. Если побежит за Арсаром – потеряет драгоценное время, а если нет – сына. Азил заметил приближающегося внука и на лице его отразился не просто страх, настоящий ужас. Арсар мог не только испортить весь план, но и погибнуть. – Нет! Назад! – громкий крик, полный отчаяния. Маг понимал, что слова старого демона предназначались не ему, а тому, кто отправился на подмогу. Ухмыльнулся. – А я уж было в трусы тебя записал. За твою храбрость подарю тебе… быструю смерть. Некромаг сделал широкий круговой жест, пустив тёмную волну огромной силы. Старика, первым попавшего под удар, разрубило надвое. Он, кажется, даже не успел этого понять. Та же участь постигла ближайшие деревья, да и вообще всё, чего коснулся пущенный магический заряд. Отец семейства успел повалить дочерей на землю, спасая их от ужасной участи, но вот жену… Жену не уберёг. И она замертво упала на траву, пачкая её собственной кровью. Если бы на мага нападал мужчина, то его наверняка убило бы этой энергией, но Арсар оказался значительно ниже отца, и волна прошла поверху, даже не задев его. Маг был очень удивлён, когда, обернувшись, увидел перед собой не Азаля, а его сына, при том живого. Но ещё больше он удивился, когда этот мальчишка с яростным криком пронзил его грудь отцовским клинком. Улыбка совсем сошла с лица некромага. Он упал на колени, поражённо смотря на Арсара. Тот вырвал меч из облачённого в классическую некромажью форму тела и смотрел с наслаждением на мучения мага. Из раны в груди лилась кровь вперемешку с мутно-серой жидкостью. Он открывал и закрывал рот, не в силах что-либо сказать, упал на траву и с пальцев его сорвался вверх, почти к небесам, сноп чёрных искр – сигнал для остальных. Некромаг лежал на траве, от дыхания кровь булькала и пузырилась. Прикрыл рану рукой, будто это могло ему помочь. Он смотрел на небо, алеющее закатное небо, и взгляд его постепенно трезвел, будто прояснялся, избавляясь от мутной пелены. Азаль наконец пришёл в себя. Сигнал об их местоположении заставил его побледнеть: сейчас сюда сбегутся остальные двенадцать и, учитывая последние события, демоны вряд ли покинут поляну живыми, если останутся. – Бегите! Живо, бегите! – и дети бросились врассыпную: так было больше шансов спастись – одиночкам проще затаиться.

Не прошло и трёх минут, как двенадцать магов оказались на поляне. Первым делом к лежащему подлетела единственная девушка, упала на колени возле мужчины. – Реймар!.. Нет-нет-нет, нет! Мы сейчас что-то придумаем, Кмар Тан… * Обязательно придумаем! Нарраи попыталась зажать рану Реймара, но он перехватил её запястье, пачкая кровью нежную платиновую кожу. Взгляд его чернильных глаз, острый, смотрел прямо в душу, словно пронзая. Хриплый голос отдавал кровавым бульканьем, говорить было тяжело, но он отдал приказ: – Четыре. Демона. Взять, – Нарраи тут же кивнула и хотела было подняться на ноги, но он удержал. – Живыми. Некромаги переглянулись, но оспаривать приказ никто не стал, даже Нарраи – слишком хорошо знала, что Реймар не терпит непослушания… Маги умчались на поиски беглецов, временно оставив своего предводителя. Реймар дождался, пока останется один. Расстегнул плотный шерстяной жилет, рубаху, оголил грудь. Это давалось с трудом: от боли, кровопотери и слабости руки тряслись, дрожали, как у заправского пьяницы. Но маг не отступал. Глубокий вдох, плотно сжал зубы. Реймар хорошо понимал, что сейчас будет очень и очень больно, но такова необходимость. Он запустил пальцы в рану, стараясь подцепить осколки стекла, древнего кулона. Острая боль пронзала тело, прожигала его изнутри, хотелось кричать, вопить, но он терпел. Наконец удалось добиться желаемого, вытащить чёртов разбитый кулон, из которого вытекала мутно-серая жидкость. Реймар убрал осколки в потайной карман и лишь после позволил себе отключиться, потерять сознание, погрузиться в абсолютную тьму.

***

Невзрачная комнатка. Узкая кровать с продавленной периной да маленький письменный стол с покосившимся стулом. Даже окон здесь не было, запах затхлости и пыли не исчезал. Реймар стоял у входа, опершись плечом о косяк двери. Потирал кулаком грудь – эта привычка была с ним уже год, с тех пор, как он снова смог ходить после ранения. Словно каждый раз он снова и снова проверял собственную целостность. Реймар ещё раз окинул комнату взглядом и поморщился. Он жил здесь долго, слишком долго. С тех самых пор, как стал служить королевской семье, а было это очень и очень давно – он сам уже не помнил, насколько. В мрачном безмолвии этого места любой звук казался слишком громким, слишком чужим. Тихий ровный мерный шаг, почти беззвучная поступь была едва слышна за звонким перестуком каблуков по каменному полу. Реймар слышал обоих, знал, что они придут – в конце концов, он сам их вызвал. Реймар поправил обшлаг, выпрямился и повернулся к подошедшим. Некромаги, его ближайшие соратники и помощники, те, кому он доверял… Чуть больше, чем всем прочим. Даррак чуть склонил голову в знак приветствия, Нарраи ограничилась улыбкой. – Всё готово, Кмар Тан, гвардейцев мы убрали, остались только свои. Люди ничего не заметили, всё пируют в большом зале. – Улыбка девушки превратилась в предвкушающую веселье ухмылку. – Значит, пора немного разбавить их праздник, согласны? О, уверен, они будут очень рады нашему появлению. Реймар разделял настроение своей спутницы. Люди годами, десятилуниями, сотнями лун унижали некромагов! Самая грязная работа, самая низкая оплата, самые худшие условия и ужасное отношение – всё приходилось на их долю. И с этим пора было заканчивать. Весь год шла подготовка. Реймар вообще сильно переменился после перенесённого ранения, словно стал совсем другим. Он спорил, издевался, разыгрывал, шутил, он защищал некромагов от нападок со всех сторон, но всё ещё подчинялся королю. До этого дня. На пятнадцатилуние * маленького принца собрался весь высший свет. Король устроил грандиозный пир во дворце, а за его пределами город утопал в цветах и флагах. Всё вокруг было окрашено в белые оттенки до такой степени, что казалось, будто кто-то лишил мир цвета. Аристократия, обрядившись в перламутровые одежды, расшитые золотом, общалась у заставленных кушаньями и напитками столов или танцевала, только о самом принце мало кто вспоминал. Мальчик сидел на дальнем конце стола и, опустив взгляд, ковырял одно из блюд ложкой. Льняная чёлка, как всегда, закрывала почти половину миловидного детского лица. Все замерли и притихли, когда двери распахнулись, впуская незваных гостей. Король Рандел поднялся с места и выступил вперёд, встречая некромагов. На фоне выбеленного зала и таких же гостей Дети Смерти казались воплощениями мрака. Рандел зло прошипел: – А вы что здесь забыли? – Мы? Да вот, решили посетить вашу чудесную вечеринку. – Вас не приглашали! – он цедил каждое слово сквозь зубы. – О, вы тоже заметили эту странность, да? А я думал, мне одному показалось, – Реймар усмехнулся. Огляделся, состроив удивлённую мину. – А что все так притихли? Где танцы и песни? У вас же праздник! Или я не прав? Нарраи, кажется, гостям нужно напомнить, как следует веселиться. Даррак подхватил её за талию и лёгким движением подсадил прямо на стол. С верхнего этажа вдруг полилась музыка. Поначалу плавная и тягучая, она звучала всё быстрее, вызывая необъяснимую тревогу. Нарраи, засмеявшись, начала танцевать. Она веселилась и кружилась, позволяя трепетать широким рукавам и полупрозрачным шароварам, дорогая посуда жалобно звенела под ногами, не имея ни малейшего шанса на спасение. Девушка, подцепив носком блюдо с жареными крольцами, отправила его в полёт до ближайшей компании гостей. Жирные пятна расплылись по белоснежным одеждам. Даррак пустил по полу сумрачный туман, что заполнял всё пространство, мешал движению и затягивал, словно болото. Поверху же маг устроил фейерверк из чёрных искр – они взрывались так близко, что, казалось, вот-вот зацепят гостей. Началась паника, кто-то упал прямо в сумрачную дымку. И не поднялся. Один из аристократов кинулся на Нарраи в попытке столкнуть девушку со стола, но из её рукава выполз чёрный хедер, шипение змея заставило мужчину отступить. Второй питомец показался с другой стороны, они обвивали руки девушки и скалили клыки на потенциальных обидчиков. Реймар, сцепив пальцы в замок за спиной, с огромным удовольствием наблюдал за происходящим и всё нарастающей паникой. Он был доволен. Маг глянул на стоящего совсем рядом короля. – Ну что, Ваше Величество, неплохо, а? Мне лично нравится. – Убирайтесь прочь! – Рандел рявкнул, что было сил, но голос предательски дрогнул. Реймар засмеялся. – Хорошо. Буду считать это последним вашим приказом. – Наносные эмоции резко схлынули, оставив лишь колючую холодность. – И, поверьте, я исполню его с удовольствием. Нарраи, заканчивай! Девушка тем временем оказалась уже на противоположном краю стола. Она склонилась в изящном поклоне и протянула бледному, как сами некромаги, принцу чёрную лилию – символ Детей Смерти. Элион сжал цветок непослушными пальцами. Нарраи подмигнула Элиону и спрыгнула со стола прямо в заботливо подставленные руки Даррака – он незаметной тенью следовал за Нарраи по полу. Реймар молча кивнул им на дверь. Маги не стали больше ничего говорить, это было и не нужно. Реймар давно хотел уйти красиво. И он это сделал. Аристократы ещё даже не знали, что настоящие проблемы начнутся позже.

Всего через несколько дней после праздника ситуация обострилась до невозможности. У людей сдавали нервы – некромаги, уходя, устроили немало проблем.

Первые люди государства, призванные во дворец для решения срочных вопросов, срывались на крики в панике, король, отложив корону на стол, замер недвижимой статуей, сложив руки на груди и глядя, почти не моргая, в одну точку. Слушал вопли своих приближённых, несущиеся со всех сторон. – Это невыносимо! Просто невыносимо! Мало того, что они посмели оставить тюрьму без охраны, так ещё и заключённых выпустили! Камеры пусты, и мы понятия не имеем, где преступники! – Завтра должна начаться неделя очистных работ! Кто, кроме чёрных отбросов, вообще согласится этим заниматься?! Или что нам теперь, платить за это? Такой удар по экономике… А будет и не только по ней, если не найдём золотарей! – Нет больше ночных патрулей и нищие распоясались! Нападают на состоятельных горожан! Как такое вообще можно допускать?! А наши дети? Они не должны заниматься такими опасностями, королевскую гвардию к этому не готовили! – Военные рубежи пусты, а мы ведь почти дожали демонов! Если они поймут, что от нас ушла военная сила, то ведь снова начнут нападать! Они же упрямые идиоты без чувства самосохранения! – Некромаги совсем потеряли стыд! Ими забиты все таверны и все трактиры! Вообще все питейные заведения! И даже в борделях ни одной свободной женщины! Да что женщины, даже мужчины! – Они отказываются слушаться и совершенно не подчиняются! Вы должны это исправить, Ваше Величество! – Хватит! – Крик короля был громким и до того неожиданным, что все умолкли, и стало вдруг очень и очень тихо, только листва белариса шелестела за окном. Рандел с шумом отодвинул тяжёлое кресло, поднялся, упёрся костяшками в стол и, тяжело вздохнув, поднял голову и оглядел собравшихся. – Нужно вернуть Реймара. Если кто и сможет унять некромагов, то только он. Где его видели в последний раз? – Кхм… Да его-то как раз и не видели с тех пор. Ни его самого, ни той парочки, что с ним была… Кажется… – Кажется? В каком смысле «кажется»?! – Простите, Ваше Величество, но они же все на одно лицо! Чёрные и бледные, как тут отличить-то? Так что и как искать его мы, боюсь, не знаем. – Создатель, за что мне это. – Рандел сделал глубокий вдох и медленный выдох, попытался успокоиться, привести мысли в порядок. – Значит, так. Велите развесить объявления: Реймара Чёрного доставить ко дворцу, живым. За поимку или любые сведения последует вознаграждение. – Кхм, Ваше Величество, а как быть с тем, что не все способны читать?.. Грамоте низы не обучают. – Ну так пусть вести трубят на каждом углу! Рандел от злости ударил кулаком по столу, да так, что корона его упала и покатилась по полу к двери. Всеобщее внимание было приковано к символу власти и некоторые даже вздрогнули, когда дверь внезапно распахнулась. Король смерил взглядом несколько запыхавшегося гонца. – Ну что ещё? – Ваше Величество, ваш сын! Лодка перевернулась, он упал в воду! – Жив? – коротко уточнил Рандел, поджав губы. – Да, ваш раб спас принца, мальчик в порядке. Раб учит его плавать. – Учит плавать?.. – Он удивлённо нахмурился. Похоже, эта новость поразила его больше, чем опасность смерти единственного чада. – Доставьте раба в мой кабинет. – Д-да, будет сделано… Рандел поднял корону и холодно оглядел остальных присутствующих. – А вы почему ещё здесь? Прочь! Вы знаете, что делать.

А тем временем не так далеко от дворца, в одном из особняков богатейшего городского квартала, Реймар Чёрный, не имея почти сложностей из-за своего ухода, занимался делами.

Лезвие ножа расчертило чёрную кожуру, негромкий хруст яблока да задумчивый перестук пальцев – всё, что разбавляло тишину в кабинете некромага, тёмном и мрачном, как и сами Дети Смерти. Реймар сидел за столом, перебирая старые записи и вчитываясь в мелкие, поблекшие от времени строки. Даррак расположился на кожаном диванчике у стены, подцепив кончиком ножа яблочную дольку, мужчина отправил её в рот. Отрезал себе ещё одну. Дверь распахнулась, пропуская в кабинет Нарраи, она вошла без стука. Что Реймар, что Даррак и с места не сдвинулись, только подняли на девушку взгляды. – Как дела в городе? Проблем не появилось? – Реймар перестал отстукивать навязчивую мелодию кончиками пальцев и опёрся рукой о подлокотник. – Всё идёт по плану, Кмар Тан, – она весело поклонилась главе магов, блеснув улыбкой. Уголки губ Реймара едва заметно дрогнули в ответной улыбке. Удовлетворённый новостями, он откинулся на спинку кресла. Нарраи подошла к столику, рядом с которым сидел Даррак, подобрала одного из своих хедеров – питомец обвил её руку и частично заполз под одежду. Нарраи нежно погладила змея по голове. – Люди в по-о-олной панике, светочи пока не лезут, тоже понять ничего не могут, хах! Наши развлекаются. – Что с заключёнными? – М-м-м, те, что были опасными, уже никому не навредят… А остальных просто выпустили. – Следы? – Ни-ка-ких, Кмар Тан, всё чисто. Они нашли уже опустевшую тюрьму. – Бедняки? – Слегка подсказали им, куда стоит бить. Они покла-а-адистые. Особенно, когда направляешь их против знати. – Весь этот беспорядок нам только на руку. – Реймар сделал пару заметок на чистом листе, довольно кивнул – ему нравилась та суматоха, что сейчас царила в Даймаре. – Нужно разобраться с первой целью пока всё не улеглось. Ты принесла, что я просил? Нарраи отстегнула от пояса увесистую сумку, достала явно старую, но хорошо сохранившуюся книгу, украшенную гербом с изображением пня. – Хах! Это было несложно: от охраны у Эльтеров одно только слово. – Вероятнее всего, нам нужны именно они. Я ещё проверяю старые записи и документы, но именно Абер Эльтер был главнокомандующим от людей во времена Зелёной войны. * Это должен быть нужный род. – Правда думаешь, что получится достать эльфа спустя столько лун? – поинтересовался Даррак, казалось, более увлечённый остатком яблока, чем разговором. – Точно сказать не могу, но мне нужен этот Сын Леса. Реймар придвинулся к столу и вновь занялся документами. Работы было ещё много, а вот время пусть медленно, но утекало.

2. Два в одном и снова один

Нарраи, устроившись на широком подлокотнике кресла, рассматривала портрет молодого парня, которого, вероятно, едва перестали называть мальчишкой. В этом человеке было мало примечательного: чистая кожа без отметин, модная сейчас среди аристократов короткая стрижка – и без того светлые волосы дополнительно выбелены, глаза ярко-синие, как лепестки поднебесника. По меркам людей его можно было назвать красавцем, впрочем, некромаги ценили во внешности совсем другие черты. Даррак, расположившийся в самом кресле, внимательно изучал собранную о цели информацию, уперевшись языком в щёку. Внешность его интересовала в куда меньшей степени. Нарраи вернула портрет в папку, и маг лишь мазнул по изображению взглядом, тут же вернувшись к тексту. Алинар – старший ребёнок и единственный сын от рода Эльтер, наследник и типичный молодой аристократ. Совсем недавно парнишка был принят в королевскую гвардию и всё чаще, увиваясь за сослуживцами, посещал злачные места. Некромагам это было на руку. Закончив, Даррак отложил листы, и посмотрел на сидящего за столом Реймара. – Доставить живым? – И без сильных повреждений. – К ночи будет твой. – Отлично, не хочу с этим тянуть. Я подготовлю всё к процедуре, ваша задача доставить парня. Делайте всё, что посчитаете нужным, только тело не повредите. Или хотя бы не сильно. – Мы не подведём, Кмар Тан, – подала голос Нарраи, поднимаясь. Глянула на напарника и кивнула на дверь. – Идём. Я хочу на него посмотреть. Найти Алинара оказалось несложно: королевский гвардеец на своём посту маялся от скуки и играючи перепинывался с товарищем камнем. Как Даррак и просчитал, вечером «очень уставшие за день» гвардейцы решили отдохнуть в трактире. Некромаги, следуя за весёлой компанией, скользили по теням, оставаясь незаметными. На Детей Смерти вообще мало обращали внимание, если не пытались их использовать.

Они остановились неподалёку от трактира «Крылатый белогрив». Вывеска в форме парящего копытного покачивалась на ветру. – У-у-у! Поркарины ленивые, – брезгливо поморщилась Нарраи. – Ничего же не сделали за сегодня! – Будто у нас любителей выпить меньше, – Даррак усмехнулся, глянув на напарницу и снова вернул внимание на трактир. Порылся в карманах, но яблоки, как назло, закончились. – Ты не понимаешь, это другое! – Она отмахнулась от его слов, как от назойливой феи. – Нам нра-а-авится пить, а они строят из себя мучеников, заслуживших награду. – Люди. Другого ждала? Давай к делу: нам надо вытащить Эльтера. Предложения будут? – М-м-м… Проще всего дождаться, пока захочет отлить. – Долго, скучно и сложно просчитать. Он может не захотеть или выйти с кем-то. И светил я потом тащить мистера промокшие штанишки к нашему чистюле. – М-м-м, может тогда тумана напустить и утащить под шумок? – Ага, и дать светочам повод обвинить некромагов в нападении на трактир? Реймар будет в восторге. – Мрак! Отвергаешь – предлагай! – не сдержалась девушка, бросив на напарника гневный взгляд, чем вызвала у него усмешку.

Даррак задумался, пытаясь просчитать возможные варианты, и снова упёрся языком в щёку. Хмурился, размышляя, но, когда, наконец, появилась идея, заметно повеселел, щёлкнув пальцами. Как можно мягче, чтобы не спугнуть, уточнил: – Ты на актёрку ходила? – Бы-ыло де-е-ело. Что ты задумал? – Идём-ка, подкрасим тебя чуток и устроим маленькое шоу… «Крылатый белогрив» был заведением весьма характерным для Даймара. Религиозный трактирщик напрочь отказывался обслуживать любые расы кроме людей и светочей. Вторые, правда, злачные места не посещали вовсе и вообще предпочитали аскетизм. Расположенный недалеко от центра трактир был увит плющом с золотыми побегами – явный признак большого одобрения: это растение нельзя было купить, лишь получить в награду. «Крылатый белогрив» имел своеобразную славу, здесь собирались гвардейцы и аристократы, любители повеселиться, часто захаживали музыканты и ублажающие мужчин русалины, а за азартом игры нередко мог укрыться шулер. И при всём этом трактир продолжал считаться эталонным, ведь захаживали туда только люди. Дверь распахнулась с таким грохотом, что на этот звук обернулись вообще все, кто-то выронил кружки, проливая дорогие напитки, и те глухо ударились о дощатый пол – с эффектом Даррак слегка переборщил. На пороге оказалась девушка, будто отлитая из лунного света: идеально выбеленная чистая кожа, лишь лёгким розоватым оттенком отдавали губы и гневно алели щёки, точёная фигура и светлый наряд, настолько открытый, что притягивал беспрестанно мужские взгляды, и всё же достаточно скромный, чтобы не счесть нежданную гостью русалиной. Волосы полностью скрывал капюшон, и тень его падала на пылающие гневом глаза – яд бальдрана позволил высветлить радужку до серебристого оттенка, отчего в уголках собирались слёзы. Облизнув кончиком языка непривычно сухие без чернильной помады губы, Нарраи начала представление: – Эльтер! Я вижу тебя! Ты – грязное похотливое животное! Хедер в бальдрановой коже! Она направилась к совершенно растерянному и уже подвыпившему парню, который лишь поражённо смотрел на незнакомку и беспомощно хлопал круглыми, как золотые души * , глазами. От резких быстрых шагов удлинённая лишь сзади юбка взметнулась, сильнее обнажая стройные ноги. Перестук каблуков бил по нервам. Оказавшись возле Эльтера, она с размаху отвесила ему звонкую пощёчину, да такую, что голова гвардейца безвольно мотнулась на тонкой шее. – Как ты мог так поступить с моей маленькой сестрёнкой?! В трактире повисла мрачная удручающая тишина. Одно дело русалины и карты, выпивка, но совсем другое… Такие поступки строго порицались. В Эльтера упёрлось множество осуждающих взглядов, сам он смог разве что икнуть в оправдание, прижать руку к горящей пламенем щеке. Нарраи схватила Эльтера за грудки, заставила подняться – совсем уж растерявшийся, он практически не сопротивлялся, да и окружающие не вмешивались частично из-за ступора, а частично из-за того, что были на стороне девушки. Нарраи буквально вытолкала Эльтера на улицу, и лишь прохладный воздух его немного отрезвил. Язык заплетался, но он всё же выдал: – Да ты кто вообще?! Я тебя не знаю даже! И ни с какой сестрой ничего не делал! Нарраи только фыркнула, сбросив капюшон и обнажив собранные в тугую косу и заколотые на макушке смолисто-чёрные локоны. Возмущённый возглас Эльтера никто так и не услышал – появившийся позади Даррак вырубил молодого аристократа одним точным ударом, и закинул бесчувственное тело на плечо. – У-а-а, какая мерзость эти их белёсые наряды, – Нарраи поморщилась, повела плечиками и потёрла глаза. – Дело сделано и ладно. Переоденешься в особняке. Товарищи Эльтера, опомнившись лишь через пару минут, выскочили на улицу, но его, как и некромагов, уже и след простыл.

Тощее тело в слишком яркой и хорошо узнаваемой форме сильно замедляло некромагов, приходилось идти безлюдными улочками, которых в центре города было не так и много. И всё же особняк Реймара располагался, на их счастье, недалеко.

Высокий квартал, где располагались дома богатеев города, всегда выглядел слишком пёстрым, здесь многие хотели выделиться. Готический особняк на окраине мало кого удивлял. Старый песчаник потемнел от времени, зато витражи в окнах будто стали от этого ярче. Люди считали, что много лун назад его построил какой-то сумасшедший аристократ и что особняк давно заброшен… Никто и не подозревал, с кем водит соседство.

Нарраи открыла дверь Дарраку, пропуская напарника внутрь – руки его были слишком заняты обмякшим телом, что так и норовило свалиться на землю. Нарраи обернулась на ночное небо прежде, чем закрыть дверь.

– Ха, всего два часа от заката, неплохая скорость.

Услышав её голос, Реймар вышел из столовой и, чуть склонив голову, оценил бессознательное тело и вид Нарраи.

– Вижу, справились. Прекрасно. Продолжаете меня радовать.

– Всегда готовы тебе послужить, Кмар Тан, – Нарраи ответила лёгким поклоном.

– Доставьте нашего дорого гостя в мой кабинет и всё проверьте. Зафиксируйте. Мы скоро подойдём. – Он бросил ещё один взгляд на девушку. – Нарраи, твоя помощь может ещё пригодиться, если тяжело – возьми что-нибудь у меня в шкафу.

Даррак беззвучно закатил глаза и двинулся на второй этаж, в кабинет. Нарраи ответила Реймару благодарной улыбкой и, кивнув, поспешила за напарником. Глава же некромагов посмотрел им вслед несколько мгновений и вернулся в столовую, чтобы закончить переговоры.

Кабинет изменился: диван и столик были вынесены, кресла и стол сдвинуты к стенам. В центре комнаты появился старый внушительный стул из камня: на подлокотниках висели стальные кандалы, частично вбитые в камень, для ног была приготовлена верёвка. Напротив же кресла расположилось внушительное тройное зеркало.

Даррак щёлкнул языком, оглядевшись, прошёл к дальней стене и сгрузил тщедушное тело в кресло для начала. Нарраи даже присвистнула, но шкаф её сейчас интересовал больше всего – единственное, что так и осталось на своём месте.

Реймар всегда хранил в кабинете пару запасных комплектов одежды, об этом знали практически все жители особняка. Нарраи выудила чистую мужскую рубашку и, едва не сорвав с себя надоевшее белое платье, переоделась. Даррак предпочёл отвернуться, чтобы не получить потом по шее. Он присел перед Эльтером, лежащим в кресле, рассматривал его какое-то время, а после хмыкнул.

– Кого только не берут в эту королевскую гвардию… Кукарёныш, не иначе.

– Ха! Сам знаешь, кого. Просто пригретое местечко для аристократов, они даже не делают ничего-о-о.

– А им оно надо? Жалованье платят, народ восхищается, и всё, живи себе да радуйся.

Нарраи подошла, подворачивая слишком длинные рукава. Мужская рубаха доходила ей до середины бедра. Туфли были сброшены вместе с платьем, и она стояла босой на ковре. Любимый хедер Карра – «Темныш» – обвился вокруг её шеи на манер своеобразного ожерелья, как часто делал.

– Рей велел его осмотреть.

– Мне сапоги, тебе мундир?

– М-м-м, договорились.

Ботфорты из выбеленной кожи легко улетели в дальний угол комнаты, к сброшенному девушкой платью. Золотые подошвы, пусть и покрытые слоем уличной пыли, всё же блеснули в свете зажжённых свечей. Нарраи не стала заморачиваться с застёжками и просто срезала молочного оттенка мундир с золотой окантовкой. Следом улетела и светлая нижняя рубаха.

– При нём что-о-о, вообще оружия нет?.. Мрак! И это они называют гвардейцем?

– Я ж сказал, кукарёныш, – он прицокнул языком. – Ряженный. Штаны?

– А надо? Они короткие и такие то-о-онкие, что там не то что оружия не спрячешь, но и хозяйство не прикроешь.

Даррак кивнул и перенёс теперь уже полуголого парня на каменный стул. Связал ему ноги, пока Нарраи закрепляла руки в кандалах. Оставалось дождаться Реймара – он вскоре появился в компании ещё одного гостя. К огромному удивлению некромагов, это оказался светоч.

Об этом говорило всё: кожа, цвета шоколадного мусса, серебряные глаза и отдающие не то инеем, не то сединой, волосы, заплетённые во множество доходящих до плеч косичек. Наряд его казался непривычным – таким же белоснежным, как принято у светочей, но вместо хорошо знакомой любому храмовой рясы, этот был облачён в свободные брюки и широкую рубаху, не стеснявшую движений, и постоянно касался короткой шерстяной накидки, будто боялся замёрзнуть без неё. Взгляд Даррака зацепился за пальцы, буквально увешенные множеством колец из энергокристаллов, и что-то подсказывало, что они далеко не пусты – а это делало гостя очень и очень опасным.

Игнорируя этикет, Реймар сразу указал светочу на бессознательное тело.

– Вот твой фронт работ. Одно тело на две души. Нам нужна та, что спит. Дело как раз для Ювелира, Демид.

Демид подошёл к Эльтеру, взял за подбородок, покрутил. Затем приложил тёплую сухую ладонь к его лбу и прикрыл глаза.

– Сильная душа в нём прячется. Но очень уж глубоко… Я не уверен.

– Не уверен, что справишься?

– Не уверен, что выживу, – отозвался маг, убирая руку и поворачиваясь к Реймару. Тот остался невозмутим.

– Мы договорились о цене.

– Цена меня устраивает. Я не отказываюсь, – Демид усмехнулся. – Я предупреждаю. А парня нужно привести в сознание.

Пробуждение Алинара Эльтера вскриком наполнило кабинет, когда на него опрокинули ушат колодезной воды. Он дёрнулся было, но кандалы держали крепко и Эльтер только лишний раз приложился о каменный стул. Он тяжело дышал и подрагивал после душа, постоянно моргал и оглядывался, пытаясь понять, где он и что происходит. Не понимал.

Даррак отошёл и опустил ушат на пол, отряхнул руки. Нарраи успела устроиться в одном из кресел у стены и теперь поглаживала голову питомца, примостившегося на колене. Демид проверял кольца, глядя на Эльтера в отражение зеркала. И только Реймар стоял почти у самого стула, чуть склонив голову. Наблюдал за Эльтером. Капли воды попали на рубаху, сделав её ещё темнее.

Некромаг пытался разглядеть в этом напуганном мальчишке, тощем и слабом, хоть какие-то черты его предка, военачальника времён Зелёной войны, Абера Эльтера. Не находил. Впрочем… Это было не удивительно – многое изменилось за столько-то лун.

– В-в-вы к-кто? В-вы за-ачем? – промямлил прикованный Эльтер.

– Ничего личного, молодой человек. – Реймар, подумав, присел, чтобы парню не приходилось задирать голову. – К слову, если в посмертии повстречается твой далёкий предок, первый из рода Эльтеров и спросит о жизни… Можешь смело ответить, что тебе выпала участь платить по его счетам.

– Абер Эльтер жил тысячу лун назад!..

– И, к сожалению для тебя, это означает, что по его долгам скопились большие проценты. А долги всегда приходится отдавать.

Эльтер побледнел до того, что мог бы обойти и самого Реймара в белизне кожи. Шумно сглотнул и зрачки расширились от страха. Демид подошёл, прерывая разговор:

– Будьте добры не пугать мальчика.

– Тебе это помешает? – Реймар выпрямился.

– Во всяком случае не поможет.

Глава некромагов лишь пожал плечами и отошёл к стене, уступая дорогу Ювелиру. Демид зашёл за спинку стула, Эльтер видел его отчётливо в отражении, снова дёрнулся, и вновь кандалы его сдержали. Демид обхватил голову парня кончиками пальцев, поднял, заставляя смотреть в зеркало, прямо перед собой. Его движения были мягкими, почти успокаивающими, равно как и голос. Едва различимая берцающая серебряными искорками дымка заскользила от его губ, туманя разум молодого аристократа.

– Тише, молодой человек, тише. Не надо так нервничать. Мы вас немного напугали, но всё хорошо. Сейчас кое-что проверим, и вы будете свободны. Постарайтесь немного расслабиться, так и вам, и мне будет легче. Хорошо? Лучше прикройте глаза.

Алинар послушался, пытаясь ухватиться за этот маленький островок спокойствия, отчаянно желая верить каждому услышанному слову. Некромаги лишь скептически покосились на Демида, но никто не стал вмешиваться.

Тот отвёл руки, остановив в нескольких сантиметрах от висков парня, прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Молнии заискрили в его ладонях, перешли дальше, становясь грозой на кончиках пальцев. Демид сдерживал напор лишь несколько мгновений, а потом заряд буквально вгрызся в голову Эльтера – в разум, прямо через уши.

Душераздирающий вопль боли заполнил кабинет, да и весь особняк следом. Нарраи прикрыла уши, а Даррак поморщился, у Реймара же на лице не дрогнул ни единый мускул. Демид сделал глубокий шумный вдох и открыл глаза – два луча, наполненных серебряными искрами, упали в зеркало, проецируя… Пока лишь дрожащую белёсую пелену.

– И зачем было ему врать? – только спросил Реймар.

– Не люблю, когда они начинают орать раньше времени, – невозмутимо отозвался Ювелир. – Начинаю погружение.

За три часа воплей, стонов и слёз устали всё. Руки Демида дрожали от напряжения, а на лбу выступила испарина. Нарраи умудрилась задремать в кресле, свернувшись калачиком, Даррак укрыл девушку собственным плащом. Сам ходил по комнате, периодически косясь на мучения Эльтера, тихо цокая языком и замирая лишь когда в туманной поверхности зеркала начинало отражаться очередное воспоминание. Крики всё больше действовали ему на нервы.

– Может, кляп? А то мы оглохнем раньше, чем он охрипнет…

– Практика показывает, что им в такие моменты часто давятся, а нам тело нужно живым, – невозмутимо отозвался Реймар. Он так и стоял у стены всё это время, словно кем-то позабытая статуя. – Демид?

– У него низкий болевой порог и высокая сопротивляемость. Жить хочет.

– Уверен, что второй этого жаждет не меньше. Думаю, даже больше.

– Но он спит. Глубоко спит.

Четвёртое кольцо на руке Демида лопнуло и осыпалось трухой к его ногам – энергетические наполнители имели свойство заканчиваться.

– Кажется… Кажется ухватил, да!

Эльтера выгнуло дугой, раздался судорожный всхлип, и белёсая пелена в отражении начала расползаться, открывая взглядам новое воспоминание. Казалось бы, очередное… Но оно было другим.

Лес шумел. Шуршали крыльями феи и подавали свои голоса ночные птицы. Двое сидели на траве под занавесью ветвей лавандовой ивы, окутанные цветочным ароматом. Молодой мужчина и мальчик лун пятнадцати на вид. Они были похожи: горящие изумруды глаз, льняные волосы, которые у мужчины доходили до поясницы, а у мальчика лишь до плеч, чуть заострённые кверху уши, одинаковые светлые плащи, не скрывающие тонких фигур. Впрочем, все Сыновья Леса похожи друг на друга. Эльфы. Сами они, конечно, предпочитали называть себя друидами, но никто, кроме самих эльфов, их так не называл.

Старший закончил доить очередной цветок и полил собранным розовым и лавандовым мёдом нарезанные сердца Леса в двух смоляных чашах, одну из которых придвинул эльфёнку. Ужин проходил в полном молчании, но мальчик то и дело бросал на мужчину беспокойный взгляд, и старший наконец отреагировал:

– Терпение, Элодриэль. Терпение – добродетель. Способный выжидать получает больше и успевает обдумать свои решения. Не торопись.

Эльфёнок сделал глубокий вдох и медленный выдох, как учил наставник. Резко кивнул, опустив взгляд в тарелку, на поблёскивающий в лунном свете ужин. До конца трапезы никто не произнёс ни звука. Когда же та закончилась, положил руки на колени и замер, сверля наставника внимательным взглядом. Ждал.

– Молодец, – старший отставил чашку. – Теперь можешь задать свой вопрос.

– Откуда мы? Я знаю, друиды рождаются из цветов Дариад, но ведь и они не могли появиться из ничего, правда? Ты обещал рассказать!

– Любознательность – это хорошо. Слушай, если готов. Я расскажу тебе древнюю легенду о сотворении нашего мира. Ту, что многие другие народы давно уже позабыли.

Эльфёнок сел удобнее и приготовился слушать. Здесь не было никого кроме них и лесных зверушек, сумерки давно сгустились, а шелест цветочных лепестков словно намеренно убаюкивал. Наставник начал свой рассказ:

– Когда-то очень-очень давно могущественное существо, которое мы называем Создателем, породило наш мир. Сначала всё вокруг казалось безжизненной серой пустошью, и Ему было тяжело видеть своё творение таким. И Создатель решил сделать его лучше, он породил Первых, обитателей и хранителей этого мира.

– Он создал друидов, да?!

– Нет. Мы не были первыми из Первых. Наш Создатель чрезвычайно мудр, Он знал, что во всём необходим баланс. Ему хотелось подарить нашему миру чудо, подарить свет, а вместе с ним и жизнь. Но ни одна жизнь не длится бесконечно, и день рано или поздно сменяется ночью. В противовес жизни пришлось создать и смерть, а с ней – саму тьму. Так появились они, Дочь Жизни и Сын Смерти, белая и чёрный маги. По сей день их потомки враждуют меж собой, не понимая, что одним не жить без других.

– Ух… Но потом-то были мы, правда?

– Да, Элодриэль, потом были мы. Свет и тьма долго просили Создателя о пристанище: тогда Он подарил им землю. Из первых семян, что Он посадил, выросли прекраснейшие из деревьев. От них как сейчас, так и тогда, было трудно отвести взгляд. Как ты знаешь, их назвали Дариадами. Очень редко из бутонов Дариад рождались прекраснейшие из созданий – друиды, хранители земли и её даров, Сыновья Леса.

– А почему нас рождается так мало, учитель?

– Создатель наделил нас огромной силой, которую не посчитал нужным ограничивать. Он уверен, что мы будем использовать её лишь на благо. Но чем больше рождается детей, тем меньше возможность правильно их воспитать. Наша мощь и власть может помутить рассудок, а это опасно, её необходимо вовремя направлять. Потому друидов очень и очень мало.

– А что было дальше, после нас? – мальчик едва не подпрыгивал от нетерпения, но под взглядом наставника всё же утих.

– Как я и говорил, во всём нужен баланс. И Создателю пришлось создать небеса в противовес земле. Их хранителями стали ангелы – сумасбродный и безответственный народ, наша полная противоположность, – эльф брезгливо поморщился от одного лишь упоминания Детей Небес.

Элодриэль снова хотел высказаться, но на сей раз наставник взмахнул рукой, не позволяя себя прервать, и продолжил рассказ:

– Создатель хотел сотворить чудо из чудес, самый прекрасный из всех возможных миров. Но этот мир начал гибнуть. Земля серела и трескалась, увядали деревья, ветер был настолько сухим, что обжигал не хуже пламени. Создателю стало одновременно радостно от того, сколько всего прекрасного он уже создал, и горько, ведь всё это умирало. По лицу его потекли слёзы. Слёзы горечи были солёными и, коснувшись земли, стали Глубоким морем. Слёзы радости были иными, из них появились Сладкое озеро, реки и подземные воды. С того момента воды в мире стало достаточно для хорошей жизни.

– А кто стал хранителями воды?

– Дочери Океана. Их зовут русалками. Прекрасные создания, чистые и светлые.

– Хотел бы я такую увидеть…

– Может, удача тебе ещё улыбнётся, как знать.

– А что стало их противовесом?

– Дети Пламени, которых мы зовём демонами. И если русалки – самые миролюбивые из всех рас, то демоны – воины. С ними нужно быть очень осторожным.

– Но ведь огонь опасен, он всё уничтожает! Зачем его создавать?

– Вода может быть столь же опасна, как и пламя. Но они способны и созидать. Даже сама тьма не так плоха, и у неё есть достоинства. Наш Создатель слишком мудр, чтобы намеренно сотворить что-то ужасное. Но, увы, такое всё же существует.

– Что?!

– Люди, мой мальчик. Те, кого не должно было быть на этом свете. Они – отрава, что уничтожает наш мир, бесполезный сорняк, они – порождение Его кошмара, они размножаются, словно звери, и занимают все территории, до каких способны добраться. Запомни, Элодриэль: никогда не жалей людей, они лишь порча для нашего мира и истребление их – благое дело.

– Что стало противоположностью таких существ?..

– Ничего. Люди слишком беспорядочны, они противоречат сами себе. Это слабые существа, что несут опасность своим количеством и неуёмной жаждой. Мы обязательно ещё о них поговорим, но уже не сегодня. С тебя достаточно для одного дня. Пора спать. – Мальчик кивнул и покорно улёгся прямо на траву, и мужчина укрыл его тёплой шкурой, чтобы тот не замёрз.

Реймар подошёл ближе, но воспоминание уже затухло, потонув в тумане. Даррак замер по другую сторону от зеркала и поднял взгляд на Реймара.

– И который?..

– Это было детское воспоминание. Нам нужен Элодриэль из Костяного леса, самый известный из эльфов.

– Значит, не совпадение… – он цокнул языком, нахмурившись. – Самый кровожадный из всех Сыновей Леса, так ведь о нём говорят?

– Слухи часто преувеличивают.

– И в этот раз?

Реймар не ответил, подошёл, отмечая отблески зелени в голубых глазах Эльтера. Они были уже близко.

– Демид, глубже. Ты его задел, нужно подцепить воспоминание, которое заставит проснуться, что-то важное.

– Что, например? Дай наводку. – Ещё два кольца лопнули разом, отлетевший осколок оцарапал Реймару щёку, но тот этого словно и не заметил. Он смотрел на выгибающееся тело, наконец переставшее вопить.

– Ищи… Ищи день его смерти.

Реймар, резко развернувшись, вернулся обратно к стене, опёрся о неё спиной и прикрыл глаза. Маг выглядел уставшим и измотанным, но ничего не собирался с этим делать – во всяком случае, пока не добьётся своего.

– Разбуди Нарраи. Я не уверен, как эльф на нас отреагирует, мне может понадобиться ваша помощь.

Запрошенное Реймаром воспоминание удалось найти далеко не сразу, Демиду потребовался ещё почти час. К этому моменту на руке его осталось всего одно энергетическое кольцо.

– Кажется, оно. Сильное воспоминание, эмоциональное. Думаю, то, что нужно.

– Ты как, держишься? – уточнил Реймар, впервые открыв глаза за прошедший час.

– Вопрос времени. Осталось немного. Если нарушишь уговор… Я тебя и в следующей жизни достану, – отозвался Демид. Напряжение в голосе звучало отчётливо.

Лучи, так и бьющие из глаз Демида окрепли, вновь заклубился в отражении туман, выпуская наружу ещё одно воспоминание. Эльтера трясло, словно в бедолагу попала молния и тот до сих пор отходил, впрочем, здесь не от кого было ждать сочувствия.

Реймар знал, что он увидит. Знал хорошо, но всё же подошёл к зеркалу, вглядываясь в закоулки чужой памяти. Чувствовал, что не имеет права отвернуться.

Костяной лес. Лес мертвецов. Проклятые земли. У этого места было много названий и дурная слава. И в былые времена мало кому удавалось выйти, а уж с воцарением нового хранителя… За все годы ни один вошедший не покинул леса ни живым, ни почившим.

Много тайн хранили мёртвые деревья, много душ было скрыто под седой травой в хитросплетениях корней. Костяной лес был жесток к своим врагам, но хорошо заботился о немногих обитателях.

Эльф и эльфёнок, мужчина и ребёнок, картина в зеркале схожая. За тем лишь исключением, что учеником был уже совсем другой мальчик, а вот место наставника занимал повзрослевший Элодриэль.

Они сидели на поляне в самом сердце Костяного леса. Это было необычное место. Трава цвета белой лилии, словно поседевшая, стволы деревьев, торчащие из земли, как огромные кости, обрамлённые кровавой листвой. Многих бы напугало такое окружение, но для этих эльфов не было места роднее и привычнее. – Спокойнее, Реиналь. Не спеши. Помни: терпение – добродетель. – У меня ничего не выходит, учитель! Возможно, я не способен к такому?.. – Не глупи. Ты просто слишком переживаешь за результат. Представь, что меня здесь нет. Только ты и лес. Лес говорит с тобой. Тебе нужно всего лишь прислушаться, и ты поймёшь его.

Эльфёнок послушно выполнял указания наставника. Сам Элодриэль молча сидел рядом, наблюдая за стараниями своего подопечного и не вмешиваясь в процесс. – Да… – наконец сказал Реиналь после нескольких долгих минут тишины. – Я слышу! Лес говорит. Зовёт. Предупреждает: у нас незваные гости, чужаки. Они идут с недобрыми намерениями.

Элодриэль нахмурился и зарылся пальцами в седую траву, прислушался к голосу леса. Эльфёнок был прав. А он слишком отвлёкся. – Сядь к тем валунам, Реиналь. Сейчас я покажу, как встречают незваных гостей в Костяном лесу.

Элодриэль мягко погладил эльфёнка по волосам, подбадривая. Подобное поведение у эльфов было не принято, но он слишком привязался к этому мальчику. Реиналь без вопросов и препирательств занял место под защитой больших тёмных камней. Элодриэль поднялся, оправив своё белоснежное одеяние и замер. Он чувствовал приближение чужаков. Их было много. Трое шли открыто, а остальные старались окружить поляну и остаться незамеченными – им не удалось.

Элодриэль был совершенно спокоен и не боялся – он на своей территории. К тому же и не перечесть, сколько людей он успел убить к этому моменту. Из леса вышли трое: тёмный маг, белый, и человек. Эльф сложил руки за спиной привычным жестом и поприветствовал гостей в своей манере: – Вы нарушили покой этого места. На колени. Молите лес о прощении. – Много на себя берёшь, ушастый, – нагло отозвался человек, самодовольно ухмыляясь.

Элодриэль не изменился в лице, лишь резко разжал кулак за спиной. И в тот же момент из земли вырвались несколько мощных древесных корней, направляясь к троице с далеко не добрыми намерениями.

Маги среагировали мгновенно, выставив руки в стороны корней. В их ладонях белым и чёрным светом зажглись амулеты. Корни со стороны Сына Смерти потемнели и обратились в прах, со стороны Сына Жизни – замерли, не в силах сдвинуться с места.

Человек же лёгким движением руки метнул нож в сторону эльфа. Промахнулся. Но всё же заточенная кость задела кожу, оставив за собой кровоточащий порез, и срезала прядь волос.

Элодриэль впервые столкнулся не просто с людьми, но с магами. Впервые его ранили представители другой расы. Эльф медленно поднял руку к лицу, коснулся щеки и с искренним удивлением отметил кровь на своих пальцах. Никто не двинулся с места, ничего не сказал. И поразительно громко прозвучали слова Элодриэля в этой тишине: – Реиналь… Беги.

Мальчик в мгновение ока сорвался с места, Эльф взмахнул руками, и из леса послышались вопли: людей, некромагов, светочей – всех, кто скрывался за стволами, утягивало корнями вниз. Взбугрилась земля и пришли в движение деревья, змеями ползли их корни. Лес наполнился криками и шумом боя. Один против всех – Элодриэль старался отвлечь на себя напавших, чтобы хоть один из Сыновей Леса смог уйти. Это было тяжело. Слишком – даже для взрослого эльфа в родном лесу. Он получал раны, серьёзные и не очень, он терял силы.

Настал момент, когда Элодриэль понял: если не отступит – погибнет. И он побежал. Его одежды пропитались кровью, дыхание потяжелело, раны причиняли боль, какой прежде он не испытывал. Но он бежал – он хотел жить.

Теперь уже лес старался уберечь своего защитника, и деревья двигались за его спиной, скрывая тропу, по которой тот мчался и пытаясь замедлить преследователей. Впрочем, всё это было бессмысленно: раны слишком серьёзные, такие уже не залечить. Элодриэль остановился у высокого старого жертвенника и прижался к стволу спиной.

Его нагнали. Человек. Тот самый, что нанёс первую рану. Он был абсолютно доволен итогом и стоял в шаге от эльфа, наблюдая за результатом общих трудов. Он не собирался добивать врага, а с наслаждением смотрел, как тот погибает от ран. Эльф кашлянул кровью и хрипло произнёс через боль: – Не конец…

Элодриэль из последних сил оттолкнулся от дерева и вцепился в голову своего преследователя. На мгновение глаза его зажглись ярким зелёным светом, а после то же самое случилось с глазами человека. И оба они повалились на землю.

Мёртвый эльф, чьё тело обратилось кровавой листвой и развеялось по ветру, как и не было, и человек, в котором теперь было две сущности, вместо одной. Человек, чей род пронесёт «пассажира» через множество поколений – Абер Эльтер, «герой» Зелёной войны.

Воспоминание не успело развеяться – зеркало покрылось сетью трещин и взорвалось мириадами осколков. Некромаги едва успели прикрыть лица. Реймар тут же обернулся. Парень сидел прямо на стуле, глаза его были закрыты, а лицо совершенно спокойно. Слишком тихий…

Он распахнул глаза, в которых пылало неистовое зелёное пламя. Это не были глаза человека, то были глаза Сына Леса. Он замер на мгновение, будто прислушиваясь к ощущениям, и сощурился, словно разглядел что-то. В следующий миг Демид, вскрикнув, упал на пол. Даррак оказался рядом в два шага, проверил пульс. Глянул на Реймара и покачал головой, закрыл светочу глаза и снял последнее потрескавшееся кольцо с его пальца.

Взгляд же эльфа прошёлся по незнакомой комнате и некромагам, по собственному телу, которое он не мог толком рассмотреть, и кандалам, удерживавшим его на месте. Он наклонился вперёд так, что цепи натянулись до предела, и глянул на стянутые путами ноги:

– Не самый надёжный способ остановить друида.

– Для тебя тут цепи, – отозвался Реймар, не двигаясь с места.

– Да, пожалуй, они надёжнее.

Путы, ещё мгновение назад крепко стягивавшие ноги парня, распустились сами собой. В миг постаревшие волокна рассыпались в труху, словно под гнётом времени. Элодриэль поднял голову и вновь посмотрел на Реймара. Тот молчал.

– Я умер, – коротко заметил эльф.

– Мы оба знаем, что это не совсем так. Ты оставил чудесный подарочек одному из своих убийц, и я тебя вернул.

– Зачем?

– Зачем? Разве тебе не хотелось жить?

– Разве ты руководствовался одной лишь добротой душевной?

– Нужна твоя помощь в одном очень важном деле.

– Я не помогаю людям.

– А я и не человек.

– И не Сын Леса.

Нарраи и Даррак наблюдали за диалогом, как за напряжённой схваткой. Каждая фраза, как атака, пыталась найти слабое место в обороне соперника. Элодриэль ещё раз обвёл взглядом комнату, отмечая мрачные тона, чёрную одежду и бледные лица собравшихся.

– Ты – тёмный маг. Сын Смерти.

– Именно так.

– И человеческий прихвостень.

– Так было раньше. Мы больше не подчиняемся людям.

– Твои собратья помогали меня убивать. Ты ждёшь моей помощи?

– Враг моего врага – мой друг. Слышал прежде? Ты последний из Сыновей Леса, вашу братию много веков как истребили, Дариады вырублены, и природа гибнет. Ты можешь это исправить. А заодно поквитаться с первопричиной всех бед – с людьми. Как тебе такое предложение?

Нарраи и Даррак находились рядом, следили за прикованным эльфом, но то и дело переглядывались, они были готовы в любой момент прийти на выручку, но пока этого не требовалось. Эльф молчал долго, размышляя о чём-то, а после спросил:

– Что значит истребили?.. Как?!

– Бесчестно. Как и тебя. Толпой. Уничтожили вас, а следом и Дариады, чтобы вы больше не появлялись на свет.

– Калиарис диорис… – выругался эльф.

– Здесь девушка.

– Мне должно быть до этого дело?

Мгновенная пауза не дала ответа на повисший в воздухе вопрос. Реймар сделал шаг, довольно осторожный, словно пробовал почву на болотистых землях.

– Мне есть, что предложить тебе за помощь. Я сохранил семена Дариад, но лишь эльф может вырастить их и снова вернуть к жизни Сыновей Леса, только ты. Для этого потребуется немного… Объединиться на время и помочь мне поквитаться с теми, кто убил тебя и весь твой род, кто повинен в гибели природы. Хорошее предложение, не правда ли?

Эльф молчал, сверлил Реймара пристальным взглядом, словно силился понять, чего больше в его словах – правды или лжи. Но если то, что говорил этот Сын Смерти – истина хотя бы на половину… Элодриэль принял решение.

– Сними с меня оковы.

Во взгляде некромага мелькнули сомнения. Лишь на миг, а потом он протянул руку к Дарраку и, забрав ключи, сам подошёл и освободил пленника. Элодриэль поднялся, заметно покачнувшись, но помогать себе не дал. Двумя пальцами провёл по ушной раковине, несомненно, отметив для себя непривычную, слишком округлую форму, но ничего на этот счёт не сказав, – этим жестом эльфы часто заключали соглашения.

– Лес не любит прощать людям грехи. И он не простит убийства своих детей. Ты можешь рассчитывать на меня и мою помощь, Сын Смерти.

– Приятно слышать. Но сейчас твоему новому телу нужен отдых, а тебе – время, чтобы обжиться. Идём, я покажу, где ты можешь расположиться.

3. Игра в честность

Предплечье сдавило девичью шею, воздуха отчаянно не хватало, но разве это повод сдаваться? Вцепившись в руку душителя, Нарраи резко подалась телом вперёд, вынуждая Элодриэля перевалиться через неё и растянуться на полу. Нарраи выпрямилась, потирая шею и тяжело дыша. Даже привычка напевать или просто растягивать слова от этого исчезла из её речи.

– Чтоб ваш камень, – простонал эльф, с трудом поднимаясь с гранитного пола.

– Сам виноват, зелёный. Сказала, чтоб не лез.

– А я, что не собираюсь подчиняться вам двоим.

Эльф выпрямился, потирая копчик, бросил ещё один взгляд на дверь. Даррак, сама невозмутимость, стоял в проходе и отрезал себе ещё одну дольку чёрного яблока – Реймар перед отъездом строго наказал присматривать за Элодриэлем, и некромаги не собирались выпускать упрямого эльфа из особняка. Во всяком случае, пока тот расхаживает в одних лишь трусах.

С тех пор, как удалось пробудить Элодриэля, прошла уже неделя. * Первые три дня он проспал – телу нужно было привыкнуть к новому носителю и отдохнуть после тяжёлой процедуры. Ещё два потратил на восстановление – пришлось учиться пользоваться новым телом, впрочем, он освоился довольно быстро. Удостоверившись, что Элодриэль в порядке, Реймар смог наконец уехать по делам, оставив присмотр на своих помощников. И именно в этот день эльфу приспичило погулять.

Нарраи по взгляду поняла, что эльф не успокоился. Сделала выпад, но попалась на его уловку и едва не врезалась в стену. Сын Леса не стал ждать, рванул на Даррака, но тот, недовольно цокнув, перехватил нож в боевое положение.

– Ну, попробуй. Не в этом теле, зелёный.

– Калиарис диорис…

– И не ругайся при девушках.

– С каких пор Дети Смерти такие правильные?

– Ты в человеческом теле. Старайся не привлекать внимания.

– Сомневаюсь, что получится: эльфы не носят обувь.

– Вообще?..

– Вообще.

Подошедшая Нарраи ударила эльфа по плечу. Не сильно, так, для справедливости. За последние часы Элодриэль начал её сильно бесить. Возможно, ещё немного, и эти двое устроили бы новую стычку, но возвращение Реймара привлекло всеобщее внимание.

– И почему вы столпились в дверях? – Глава некромагов стоял у порога собственного особняка, чуть склонив голову, как часто делал, размышляя. Обычный для даймарийцев зелёный плащ красноречиво говорил о том, что у него были дела в городе.

– Я хочу гулять! – тут же объявил эльф, скрестив руки на груди.

– Та-ак… И чем не угодил сад для этого? – уточнил Реймар, а Даррак и Нарраи удивлённо переглянулись:

– У тебя есть сад?..

Реймар кивнул собственным мыслям и зашёл в дом, пристроил плащ на вешалку и махнул рукой, призывая следовать за собой, повёл троицу в другой конец дома, нырнул под хорошо знакомую всем лестницу на второй этаж, где располагались кабинет некромага и личные комнаты, толкнул почти незаметную дверь. Она поддалась не с первого раза – очевидно, этим проходом давно не пользовались.

Сад был окружён старым каменным забором, резьба, некогда отображавшая сюжеты каких-то историй, сильно пострадала от времени и не читалась. Иссохшие, но всё ещё живые деревья лишились листвы. Цветам повезло меньше – поникшие, заметно омертвевшие оркарии едва виднелись в высокой пожухлой траве. Даже проросшие то тут, то там сорняки выглядели болезненно. Расположенный дальше по одной из тропинок пруд давно высох, оставив на дне несколько рыбьих скелетов.

Пока Элодриэль приник к одному из деревьев и нежно поглаживал ствол несчастного растения, Реймар задумчиво огляделся.

– М-да, давненько я сюда не захаживал. Возможно, это место стоило расчистить…

– Не смей! – возмутился эльф, Реймар бросил на него растерянный взгляд, словно мыслями он был сейчас где-то очень далеко.

– Если хочешь, могу отдать в твоё владение, пока мы здесь.

– Естественно хочу! Этому месту нужны любовь и забота!

– Вот и по рукам, будет чем заняться, пока идут приготовления.

Даррак наклонился к самому уху Нарраи и очень тихо, на грани слышимости, спросил:

– Ты знала?

Девушка в ответ лишь покачала головой. Они переглянулись, но обсуждать ничего не стали. Нарраи поджала губы и, развернувшись, вышла. В отличии от напарника, она прожила в этом доме много лун, почти всю жизнь, но ей Реймар этого сада прежде не показывал. Да и на уход девушки он внимания не обратил.

Оставив эльфа в саду под присмотром Даррака, Реймар вскоре удалился в собственный кабинет – принёс новые записи и ему не терпелось их изучить. В следующий раз Реймара увидели только через несколько часов, на обеде. Он был так задумчив, что едва не полил соусом собственную руку вместо мяса – Даррак в последний момент перехватил его запястье. Реймар замер на миг, после чего отставил соусник и кивнул Дарраку в знак благодарности.

– Ты в поря-ядке, Кмар Тан? – Нарраи, поднявшись, приложила ладонь ко лбу Реймара. – Выглядишь, словно не спал лун де-есять…

– Не стоит переживать, – он убрал её руку, мягко погладив большим пальцем по тыльной стороне ладони. – Для вас с Дарраком нашлось новое задание, зайдёте ко мне после обеда. Зелёный, нам с тобой тоже есть чем заняться.

– Не раньше, чем я получу одежду, – отозвался эльф, забрасывая в рот кусочек чёрного мяса в того же оттенка соусе. – Кстати, у вас вся еда с мебелью сливается?

– Одежда завтра будет готова, непривычная техника изготовления – времени потребовалось больше. – Реймар покосился на расставленную на столе еду, такую привычную некромагам, но заметно удивлявшую Элодриэля. – Если хочешь, попрошу приготовить что-нибудь другого цвета.

Элодриэль только отмахнулся, переключив внимание на рисовые булочки, которых он, будучи лесным обитателем, прежде не пробовал. Больше до конца обеда никто ничего не говорил: Реймар вновь утонул в собственных мыслях, Нарраи всё ещё была не в духе и Даррак не хотел попадать ей под руку, а эльфа еда интересовала куда больше бесед с малознакомыми чужаками.

За прошедшую неделю кабинет вернулся в привычное состояние. Не было уже ни зеркала, ни его осколков – слугам пришлось два дня вычищать их из всех углов, – ни каменного стула. Вернулся к стене длинный кожаный диван вместе с низким столиком, два кресла замерли напротив рабочего стола некромага. Реймар стоял у окна, когда подчинённые пришли, как им и было сказано.

Даррак, как обычно, устроился в одном из кресел, Нарраи по привычке разместилась на подлокотнике соседнего, подложив под себя одну ногу. Чёрное кружево тонких брючек приподнялось, обнажив белоснежную кожу. Обернувшись к своим помощникам, Реймар смерил их взглядом, словно в очередной раз размышляя о чём-то, а после придвинул к ним лежащую на столе папку.

Нарраи, как и все прежние разы, выудила себе портрет новой цели и передала напарнику все записи. И в этот раз ей действительно было на что посмотреть – объект обладал весьма примечательной внешностью: молодой парень, которому сложно было дать больше лун двадцати * , даже не сошла ещё юношеская округлость черт. Коротко стриженные волосы словно рассечены поровну – справа платиновые и мглисто-чёрные слева, глаза выглядят схоже, с тем лишь отличием, что правый будто поглощён зрачком, а левый выделяется серебристой радужкой. Смуглая кожа, нахмуренные брови и росчерк будто бы старого шрама на левой щеке, протянувшийся от уголка губ до самого уха, – Нарраи отметила всё. Подняв взгляд на Реймара, она скорее утвердительно произнесла, чем уточнила:

– Полукровка.

– Орк, – поправил Даррак, внимательно изучая записи. – И его зовут Орктан…

– Орктан и при этом орк?..

Полукровок на Даймаре было мало, смешение рас здесь не очень жаловали, но это не мешало разделять их на признанных, стихийников и орков. Признанные – полукровки, официально принятые родителем или иными представителями расы, что принимались обществом и, в целом, мало отличались от своих собратьев. Во всяком случае, от тех, что их приняли в свои ряды. Стихийники – полукровки от союза любого из хранителей и человека, самые сильные и сбалансированные из смешанных детей. Им не требовалось признания для полноценного использования собственных сил. Стихийников часто хорошо обучали и с удовольствием принимали практически на любую работу, впрочем, платить старались немного, как за половину работника.

Из всех полукровок тяжелее всего приходилась оркам – непризнанным, брошенным собственными родителями, порицаемым обществом. Плохо обученные и нестабильные – ни эмоционально, ни магически, они пугали. Орков старательно гнали куда подальше, таким бедолагам можно было лишь посочувствовать.

Нарраи пересела на подлокотник кресла Даррака, заглядывая в пергамент. От удивления её брови так и замерли в приподнятом положении. Орктан – «смешанное сердце» – слишком ласковое имя для непризнанного полукровки.

– А кто родители? Может, умерли?..

– Наше наречие. Признанного бы не оставили без помощи. Тем более… Ты же видишь, помесь со светочем, – Даррак поморщился, словно не было в мире ничего омерзительней.

– Тоже верно. Странно как-то…

– Ваша задача не имя его разгадывать, – оборвал разговор Реймар довольно резко, поморщившись, как от зубной боли. – Мне нужно больше информации о мальчике. Куда он ходит, с кем водится, чем занимается, где живёт… Всё, что получится выяснить, не привлекая внимания. Наблюдайте, следите, подмечайте.

– Сначала протухший за давностью лун эльф, теперь непризнанный полуродок. В чём дело, Кмар Тан? – Нарраи скривилась, незнание её раздражало. Даррак забрал у девушки портрет, также окинув изображение внимательным взглядом.

Реймар помолчал немного, после чего достал из ящика стола фигурку и бросил подчинённому – Даррак едва успел её поймать. Раскрыв ладонь, маг увидел резную ладью. Поднял взгляд на Реймара.

– Выставляю для важной партии. И ему отведено место, вопрос только в том, какого цвета будет эта фигура.

– Надо понять, на чьей он стороне. – Цокнув языком, Даррак отложил папку на стол. – Сколько дашь?

– Я заберу эльфа в поход на днях и, думаю, это займёт несколько месяцев. К возвращению хочу получить всё, что удастся собрать за это время. Достаточный срок. Но чем раньше начнёте – тем лучше.

– Ни родословной, ни возраста, только несколько мест, где он бывает, и внешность…

– Оставь. Я знаю, кем были его родители. Это всё значения не имеет, – Реймар покачал головой. Он хотел добавить ещё что-то, но в кабинет без стука ворвался эльф.

Невозмутимо пройдя к столу, Элодриэль водрузил на гладкую чистую поверхность витую чернильную люльку, комки свежей земли рассыпались, ложась вокруг неопрятными бурыми пятнами. Реймара, привыкшего к чистоте и порядку, передёрнуло и, кажется, лишь Элодриэль этого и не заметил.

– Я нашёл, что отравляло сад! Какой-то сорняк прикопал под деревом.

– Кхм… Тебя не учили стучаться? – у Реймара даже дёрнулась щека, он сцепил руки в замок за спиной, чтобы ничего не сделать ненароком.

– А зачем? – Элодриэль его совершенно искренне не понял.

– Ну… Чтобы я знал, что ты пришёл.

– Для этого я и вошёл. В чём проблема?

– Марроппиррум, – Реймар выругался шёпотом, прикрыл глаза на пару мгновений, выдохнул, лишь после подошёл, окинув взглядом люльку.

На лице некромага не отразилось ни единой эмоции, холодная пустота, словно он прежде и не видел этого предмета, хотя когда-то лично и прикопал его в том самом саду. Впрочем, это было давно.

Нарраи подошла ближе, рассматривая люльку, провела по боку, отчищая стенку от земли. Осторожно постучала ноготком, заглянула внутрь.

– Это похоже на колыбе-ельку, но материал… М-м-м, будто застывшая энергия.

– Тёмная энергия. И очень тонкая работа… – Даррак тоже не сдержал любопытства. – Эта штука, похоже, долго пролежала в земле. Много лун, если судить по состоянию сада.

Реймар вздохнул так, словно его окружали неразумные дети, что пытаются понять, отчего же небо голубое.

– Это просто старый хлам, вот и всё. Передайте прислуге, чтобы это потрудились вынести на свалку, мусору там самое место. А заодно пусть приберутся… Нечего разводить грязь в доме. Я вам двоим говорю, – Реймар бросил недовольный взгляд на некромагов. – Вам всё уже сказано. А ты, зелёный, задержись, нам надо обсудить ближайшую вылазку. Мне понадобится твоя помощь.

Даррак подхватил люльку и вынес, стараясь просыпать как можно меньше земли. Нарраи последовала за напарником, закрыв дверь.

– И куда её?

– М-м-м, дава-ай к выходу.

Даррак вынес люльку к дверям и оставил у порога, хотел поправить растрепавшиеся чёрные пряди, но покосился на испачканные землёй руки и трогать волосы не стал. Нарраи сделала это за него, заправив локоны за уши чистыми пальцами. Даррак ей коротко кивнул в благодарность и присел возле находки.

– Реймар сказал с ней не возиться, – неуверенно отметила девушка.

– Да, он много чего сказал, – Даррак закатил глаза, тихо фыркнув. – Странно себя ведёт в последнее время, не находишь?

– М-м-м, он вообще сильно поменялся, – она лишь пожала плечами, – раньше был более м-м-м, отрешённым.

– Ты с ним давно знакома?

Нарраи устроилась на ступеньках, подперев голову рукой и наблюдая, как Даррак возится с люлькой, осматривая и ощупывая ту со всех сторон.

– Я росла в этом доме.

– Оу… То есть как? – Слова Нарраи заставили Даррака отвлечься, он буквально замер, ожидая продолжения. Она усмехнулась и только пожала плечами.

– М-м-м… Родители сгинули в демонических войнах, меня отправили в Корпус. * Встретились случайно. Он помог мне, а потом взял под опеку. Я знала, что он постоянно занят и даже не живёт в особняке, но я приходила сюда на выходные из Корпуса и он всегда проводил со мной хотя бы день в неделю.

– Не знал. Ты была единственным ребёнком? Люлька ведь явно делалась под младенца. Хотя я и не слышал, чтобы у Реймара были дети.

– Их и не-е было. Я не видела и слуги никогда ни о каких детях не говорили. Да и вообще, у него и женщины-то не было… М-м-м, давненько кстати.

– Ну нет, это я обсуждать отказываюсь, – он закатил глаза, поднимаясь. – Идём, надо помыть руки и передать поручения Реймара. Его удар хватит, если никто не приберётся.

Предупреждённые слуги тут же умчались наводить чистоту – злить хозяина особняка никому совершенно не хотелось. Впрочем, он в этот день так и не вышел из своего кабинета – Нарраи пришлось отнести Реймару еду туда. А уже через день Реймар в компании эльфа отправился в путь.

Некромаги не смогли долго сидеть без дела и, позволив себе пару дней пьянки в компании старых знакомых, взялись за дело полукровки.

Информация о цели была куда скуднее, чем Реймар обычно предоставлял, но всё же имелось главное, во всяком случае, по мнению Даррака – место, где парень чаще всего бывал. Оттуда и следовало начать поиски.

«Дом у дороги» прятался в глубине Серых кварталов – мест, где жили бедняки и отбросы общества, где околачивались преступники и люди боялись ходить безоружными. Трактир хорошо вписывался – покосившееся деревянное здание со следами драк на стенах и пустыми проёмами окон, узкий проход между трактиром и соседним домом давно заменил посетителям туалет – Нарраи прикрыла нос рукой, отворачиваясь.

– Уа-а-а… Какие же люди ме-е-ерзкие!

– Не обобщай, – он недовольно цокнул. – Среди наших тоже есть не самые чистоплотные.

– Мы не гадим там, где пьём!

– Ну, да. И у нас девушек больше. Там вообще ни одной не вижу.

– Ни одна женщина не полезет в эту клоа-аку. Даже человеческая.

Даррак, прижимаясь к стене дома напротив и скрываясь в ночной тени, вглядывался в пустые окна, рассматривал посетителей, пока Нарраи отошла подышать относительно свежим воздухом.

Посетители заведению соответствовали в полной мере: разбойники и мародёры, грязные и оборванные здоровяки и тощие воры, изгои и голодранцы. Двухцветная макушка попалась на глаза не сразу – орк сидел один, за дальним столиком, довольно тихо. Его сложно было разглядеть за шумной и буйной толпой.

– Он здесь.

– М-м-м, наблюдаем?

– Зачем? Сейчас это бесполезно.

– М-м-м, сможем отследить, где живёт, – Нарраи пожала плечами, всё стараясь держаться подальше от заведения. – И Реймар просил не привлекать внимания.

– Он много о чём просил, – Даррак в который раз закатил глаза. – Пойду внутрь. И не смотри на меня так. Реймару же нужен результат, ну?

– М-м-м… Ты для них слишком чи-истенький.

Нарраи затянула напарника поглубже в проулок и толкнула к стене. Сняла с Даррака такой привычный большинству некромагов плащ, затем шерстяной жилет и, достав нож, оставила рваные порезы на рубахе, затем оборвала рукава, стараясь сделать их особенно кривыми. Досталось и брюкам, потом одному из сапог. Нарраи заставила убрать слишком дорогое оружие под одежду. Подумав, она распустила волосы, которые Даррак каждый раз стягивал в тугой хвост перед вылазками, словно копировал Реймара этой чертой. Растрепав смолистые волосы Даррака до состояния «я только проснулся», она сделала шаг назад, окинув его придирчивым взглядом.

– Признайся, это месть за прошлый раз, – Даррак весело прицокнул языком. – Попортила хорошую одежду.

– Заткни-и-ись. Ты моё платье вообще выбросил и заставил глаза отбеливать!

– Цель оправдывает средства, ты же знаешь.

– Ну разумеется.

Даррак отвлёкся на очередной грохот в трактире, и Нарраи, взяв размах, врезала ему по лицу, разбив при этом губу. Сама же зашипела и отступила, встряхивая руку.

– Чтоб тебя-я…

– А это ещё зачем? – он коснулся пальцами губы, чуть размазывая кровь.

– Чтобы слишком красивым не был. Деньги есть?

– Несколько золотых душ. Не думаю, что там что-то стоит дороже.

– Тогда вперёд. Я прикрою.

– Если что случится – встречаемся в особняке. Не явишься до рассвета – пойду искать.

– Пф, защитничек. Взаимно, чтоб ты знал. Вали давай, а то выродок заждалс

Скрип старых проржавевших петель походил на громкий стон, но на шум никто не обратил внимания – просто очередной выпивоха, вот и всё. Несколько взглядов прокатилось по Дарраку, но он их обладателей не слишком заинтересовал. Маг прошёл к стойке и облокотился – та заскрипела не хуже двери под неодобрительный взгляд трактирщика.

Старик из людей, лицо изрезано морщинами, спутанная седая борода, местами пожелтевшая, драная одежда, как и у посетителей его трактира. Сплюнув, куда-то в сторону, он подошёл, и даже явная хромота не могла скрыть походку опытного моряка.

– Чой надо?

– Дай чего покрепче, старик. Ежели в этой дыре сыщется стоящее пойло.

– Сыскать то сыщу, – протянул Сэл, – коль деньжат хватит.

– А сколько стребуешь? – Даррак старался держаться на отдалении, чтобы старик не заметил, что зубы у него для такого местечка слишком уж чистые и слишком уж все.

– А серебряную душу, коль осилишь, – ухмылка скользнула по лицу старика.

– Сколько?! Ты с эста рухнул? Или я на богатея похож? Да пять золотых местной жиже цена! И то потому, что я сдохнуть какой добрый.

– Тц. А то и не богатей? А то ж откудова тада рабашонка-то така хорошая?

– А тому, с кого я её снял, она уже ни к чему.

Старик Сэл ощерился не хуже люпарина и выставил на прилавок увесистую кружку с пенящимся напитком, название которому Даррак так и не придумал, но, судя по запаху, смесь и впрямь была убойной.

– Ну, мож, ты и убедил меня, сухопутная крыса, но гляди: задумаешь чой и моргнуть не успеешь, голову свернут, як кукарёнку. У нас тут с крысами разговор короткий.

– Не стращай меня, старик. Пуганный уж.

Развернувшись, Даррак окинул заведение взглядом, словно выбирая, куда бы приземлиться. Пара больших столов, практически забитых шумными компаниями и один маленький, занятый единственным в трактире полукровкой. Даже среди изгоев мальчишка выглядел чужеродно.

Орктан, закинув ноги на стол, невозмутимо чистил ногти длинным узким стальным ножом, гвалт вокруг его, похоже, совершенно не беспокоил. Даррак поражался Орктану: непризнанный полукровка не только не пытался сгладить собственные черты, чтобы не выделяться, но и наоборот, акцентировал внимание даже в одежде. Белые ботфорты на манер гвардейских резко контрастировали с чёрными кожаными кюлотами, а графитная куртка с коротким молочным плащом-накидкой, сдвинутым на одну сторону. Орктан намеренно выставлял собственную сущность, а не стыдился её, как ему подобные… Это вызывало уважение.

Даррак двинулся прямо к столику полукровки, стул напротив Орктана как раз пустовал – всё складывалось отлично. Поняв его намерение, некоторые завсегдатаи даже притихли. Никто и не подумал его остановить, нет, они предпочли чуть развернуться, чтобы увидеть скорое шоу.

Некромаг шумно опустил кружку на столик, часть напитка при этом перекочевала на засаленную деревянную поверхность, задев по пути золотую подошву белоснежного сапога. Даррак приземлился на стул, напротив орка. Орктан замер на миг, будто превратился в статую, а после очень медленно поднял тяжёлый взгляд на наглого незнакомца.

– Жить надоело?

– Свободное место, имею право. – Даррак откинулся на спинку стула, нагло ухмыльнувшись, хотя и переживал, что чахлая сидушка такого не позволит.

– Дядь, сгинь, а? Сам, по-хорошему. Я сегодня такой добрый, даже «пожалуйста» скажу.

– А ты заставь меня, сопляк, – Даррак, ухмыльнувшись, отпил из кружки. Сохранить лицо оказалось не так и просто – местное пойло и впрямь было весьма крепким, настолько, что и у опытного Даррака на миг перехватило дыхание.

Некромаг, несмотря на обращение, старым не был. Всего лишь сорок восемь лун * , не появились ещё ни морщины, ни седина, а уж с косметикой Даррак выглядел и ещё моложе. Впрочем, сегодня он её благоразумно не использовал.

Орктан чуть склонил голову, внимательно разглядывая неожиданного соседа. Даррак не мог не отметить, что парень ему кого-то смутно напоминает, особенно этим жестом, но вот кого именно? Орктан тем временем тоже отмечал детали – пусть порванную, но слишком свежую и дорогую одежду, запах… точнее, его отсутствие и мелькнувшие белые зубы, чистую кожу. Слишком много всего не сходилось.

Орктан крутил в пальцах нож, совсем не боясь порезов. Это вызывало у некромага усмешку, ещё больше раздражавшую полукровку.

– И откуда ж ты такой выплыл, – протянул Орктан, не меняя позы.

– Да такой уж уродился.

– Ну-ну, болтай больше.

– Неймётся чтоль? Сам не пьёшь, засел один в углу, люпарином рычишь. Что, поговорить не с кем, одиночка?

– А ты в душу мне не лезь, – отозвался Орктан, резко опустив ноги и опершись о стол. Нож вернулся к нему в ладонь и замер, готовый к атаке. Даррак вместо ответа засмеялся и с половину завсегдатаев посмотрели на него, как на умалишённого.

– Да брось! Я один, кому смелости хватило к тебе подсесть! – он взмахнул рукой с кружкой на остальных собравшихся, пролив приличную часть содержимого на грязный пол.

– Я бы сказал, тупости.

Орктан окинул взглядом завсегдатаев – никто не двинулся с места, хотя многим хотелось оторвать голову наглецу, вздумавшему назвать их трусами. Но онипонимали, чья это добыча и отводили хмурые взгляды. Полукровка снова посмотрел на своего собеседника.

– Мне есть с кем общаться. Только не твоё это дело.

Даррака удивляла и несколько напрягала реакция местных амбалов, будто тот не с орком разговаривает, а цепного бешенного люпарина дразнит. И цепь у зверя слабая. Впрочем, Даррак эти мысли отбросил: разве ж он, тренированный воин, не справится с мальчишкой, вдвое младше себя?

– Ну-ну, всем ж так не терпится иметь в друзьях полуродка.

Даррак не успел и моргнуть, как Орктан оказался почти вплотную и лезвие ножа вжалось в шею некромага, рассекая кожу – пока не сильно. Послышался грохот – упал стул, на котором сидел Орктан мгновение назад. Казалось, весь трактир замер, умолк в один миг. Старик Сэл не выпустил изо рта дым, несколько здоровяков не донесли кружки до ртов, кто-то умолк на полуслове и предпочёл его не договаривать. И, если бы взглядом можно было убивать, от Даррака не осталось бы и пепла. Орктан прошипел не хуже морского змея:

– Давай, скажи это. Назови меня так ещё раз, и я с буду рад вскрыть тебе глотку… – Он надавил сильнее, заставив горячую кровь заструиться по белой коже.

– Я не знаю твоего имени, – хрипло заметил Даррак, что, конечно, было далеко от правды.

Орктан помедлил, сверля его озлобленным взглядом, после чего всё же убрал нож, оставив порез на память.

– Орктан. Меня зовут Орктан. Запомни, если дорога жизнь.

Полукровка поднял стул и вернулся на своё место. Завсегдатаи поражённо переглядывались – чтобы Орктан и не убил?.. Но у него были на то причины. Подождал немного, наблюдая за Дарраком, орк усмехнулся.

– Надо же, не сбежал. Уважаю.

– Если бы хотел убить – убил бы, – ответил Даррак, потирая шею и лишь сильней размазывая кровь.

– Я всегда могу передумать.

– Я это понимаю…

«Он не так прост, как кажется… Надо осторожнее», – пронеслось в голове Даррака, после чего он выпрямился и облокотился о столик.

– Как на счёт забыть обиду за парой кружек? Я плачу. Но не привыкай к такой щедрости.

– Заманчиво. Допустим, я за, – он обернулся к стойке. – Эй, Сэл! Подай своё самое крепкое пойло! И жаркое давай, я чёт проголодался под такую щедрость.

Сэл только фыркнул, выставил заказ на стойку и скрестил руки на груди.

– Сам тащи, капитан! У кого ног больше, тот и таскает.

Орктан, не сдвинувшись места, перевёл взгляд н Даррака. Он ничего не говорил, выжидал и, наконец, Даррак поднялся и пошёл к стойке. Полукровка обернулся, внимательно за ним наблюдая и увидел то, что и ожидал, подтвердив собственные размышления. Орктан быстро прикинул, как стоит поступить. Идея вырисовалась почти сразу.

Даррак вернулся уже с кружками и порцией жаркого, народ постепенно отвлёкся от странной парочки – шоу, к всеобщему удивлению, не состоялось, но это же ещё не повод тратить хорошую пьянку впустую. Вернулись былой гвалт, смех и шумные разговоры. Орктан тем временем отхлебнул глоток из кружки и придвинул к себе жаркое. Даррак тоже сделал глоток, прикрыл глаза. Смесь сильно давала в голову, с ней стоило быть осторожнее…

– Как на счёт сыграть? – Голос Орктана заставил открыть глаза.

– Картишки? Можно, чё бы и да.

– Не-е. Есть вариант поинтереснее. «Игра в честность» называется. Задаём друг другу любые вопросы и отвечаем только правду.

– И как понять, кто проиграл?

– Тот, кто попытается солгать. Правила простые. Ну? – Орктан поставил левую руку на стол и протянул ладонь некромагу.

Даррак колебался недолго: отказ бы смотрелся подозрительно. К тому же, это отличный способ получить больше информации, а ложь… Кто её различит? Даррак демонстративно ухмыльнулся и протянул руку в ответ, но Орктан его опередил и вместо рукопожатия вдруг схватился за предплечье, Даррак ответил тем же, почти машинально. Энергетические потоки чёрной и белой магии оплели их руки причудливой вязью. По юношескому лицу полукровки скользнул злорадный оскал:

– Исключительно ради честной игры. – Он прекрасно чувствовал, как напряглась рука некромага, это его забавляло. – И хорошенько подумай над своим вопросом.

Орктан невозмутимо взялся за жаркое – не зря же он завязал чары на левой руке: ей было бы неудобно есть. Даррак взял паузу, в задумчивости натянул щёку языком, чего, конечно, в подобных заведениях делать не стоило. Наконец, определился.

– Почему старик назвал тебя капитаном?

– Ты мог задать любой вопрос, а спрашиваешь об этом? – Орктан даже перестал есть, а его брови от удивления поднялись. Даррак только пожал плечами.

– Мне интересно.

– Ну, твоя воля, – он лишь усмехнулся. – Было время, я взял Сэла юнгой на свой корабль.

– Юнгой? Но он же…

– Да-а-а. О, не переживай, моя внешность всех сбивает с толку, ты не первый.

– Это ж сколько тебе…

– А-а-а. Это уже другой вопрос. Щас моя очередь. Итак, – он намеренно добавил паузу, – кто послал тебя за мной шпионить? И не пытайся лгать, а то руку снесёт.

– Как ты понял? – ответил некромаг после долгой мрачной паузы, Орктан лишь фыркнул.

– Много всего. Например, осанка. Да, она тя прям спалила. Разбойники не держат спину ровно.

– Вот же ж… Чтоб её.

– О да, военную выправку убрать непросто. Так чё там с ответом, м? Вопрос я задал.

– Кто послал, значит?.. Мой босс, – отозвался некромаг не сразу, но всё же довольно резво.

– Туше. Ты ж шаришь, что я получу ответ следующим же вопросом?

– Но это будет следующий вопрос. А сейчас моя очередь.

– Да как скажешь. Валяй, дядь, не стесняйся.

– Никакой интриги. Сколько тебе лун?

– Ещё один дрянной вопрос. Скучно. Тысяча семь лун. И можешь не спрашивать, как так, я не знаю.

– Это ты, получается… Аж эльфов застал…

– Мелкий тогда совсем был, но видал, да. И русалок видал. И даже с несколькими переспать успел. Но мы отвлеклись. Моя очередь. Так как, говоришь, зовут твоего босса?

– Реймар Чёрный.

– Ну да, так я и думал. Это в духе старика.

– Старика? И это ты говоришь?!.. Постой… Если ты знал, то зачем?

– Хотел проверить. А ты, смотрю, плохо знаешь начальство. Уж кто-кто, а Рей меня постарше будет.

– А тебе это откуда знать?

– Поверь, есть причинки.

Орктан сделал ещё один смачный глоток, Даррак же сидел как на иголках, от новой информации кружилась голова… Или дело было в крепком пойле старика Сэла?

– Теперь мой вопрос. – Даррак отметил, как начал ещё не сильно, но ощутимо заплетаться язык.

– Валяй, пока можешь. А то ты, гляжу, хиленький, – Орктан усмехнулся, хорошо зная, что с непривычки пойло Сэла выдержать невозможно, некромаг ещё на удивление долго держался. Дольше, чем Орктан рассчитывал.

– На чьей ты… Ты с кем? Да, – возмутившись такому оскорблению своих питейных способностей, Даррак демонстративно отпил ещё и отпил немало, вызвав у Орктана лишь довольную улыбку.

– А, ты про кровь мою, видать, – он тянул время. – Я ни с кем и сторону не выбирал. Не с вами и не с ними, где-то по середине и меня это полностью устраивает. Ну что, снова я? А расскажи-ка мне, дядь, чем сейчас Рей занимается и чего ему от меня вдруг понадобилось?

По расчётам полукровки у незадачливого шпиона как раз должен был достаточно развязаться язык, чтобы он выдал всё без утайки, но вместо этого Даррак съехал со стула и грохнулся на пол. Он был ещё в сознании, но ощущение, будто весь мир оседлал безумные качели, не отпускало даже лёжа. Орктан сразу разорвал чары, присел рядом и похлопал некромага по щекам – у того закатились глаза.

– М-да… Чёт я перестарался… Сэ-э-эл!..

– Ну уж нет, капитан! Мне тут это тело не сдалось. Сам игрался, сам и забирай.

– Мрак… – простонал Даррак.

Опьянение накатывало волнами и это был ещё далеко не предел. Орктан вздохнул – сам себе проблему обеспечил, теперь придётся разбираться с захмелевшим некромагом.

Впрочем, не только на долю Даррака в эту ночь выпали приключения, Нарраи тоже не осталась в стороне. Она бродила неподалёку, готовая прийти товарищу на помощь, если это будет нужно, но в трактире, судя по звукам, всё было нормально, а подходить слишком близко Нарраи не хотела во имя сохранности собственного обоняния. И кто бы мог подумать, что её угораздит буквально столкнуться с вышедшим из-за угла ночным патрулём.

Прежде эту роль выполняли некромаги, ночь за ночью обходя улицы и следя за порядком. Но время шло, и Дети Смерти на службу не возвращались, а изнеженных гвардейцев слишком часто избивали, особенно в Серых кварталах. В итоге патрулированием пришлось заняться светочам – Детям Жизни и местным храмовникам. Их, религиозные в большинстве своём даймарийцы, бить не решались, да и белые маги куда опаснее молодых аристократов.

Хуже того, Нарраи прекрасно знала патрульных – близнецы Леддеры были на хорошем счету среди Детей Жизни, первые помощники главы светочей, что последние несколько лун вела переговоры в Квенте.

– Какая интересная встреча… Бра-ат, а не кажется ли тебе это лицо знакомым? – протянул один из близнецов, глядя на девушку.

– А кажется?.. – О, это был Динар Леддер. Многие отмечали, что он заметно уступает брату в уме, но зато ему досталась недюжинная сила.

– О да, кажется. Нарраи Хёд, если не ошибаюсь? Объявленная в розыск за дебош и угрозу Его Высочеству.

– Пф, поду-умаешь, потанцевала на столе, да подарила мальчику цвето-очек, – по лицу девушки скользнула ухмылка.

Братья переглянулись. Динар потянулся к мечу, но Дард остановил его жестом, покачал головой.

– Нет. Помощницу Реймара брать будем без тяжёлых ран, посмотрим, насколько Чёрному нужны его соратники.

– Ну, попробуй, – Нарраи оскалилась, метнув в Дарда костяной нож.

Светоч едва успел уклониться, обернулся на брата лишь на миг, а девушка уже сорвалась с места, уносясь в проулок. Братья помчались следом, разошлись, пытаясь зажать девушку с двух сторон. Они бежали быстрее, но Нарраи лучше знала лабиринты Серых кварталов, к тому же она, в отличии от белых магов, носила брюки, куда более удобные и в беге, и в драке.

И всё же её нагнали, Динар схватил девушку за волосы и рванул на себя. Коротко вскрикнув, она повалилась на землю, Динар протащил её несколько метров по грязи прежде, чем она всё же вцепилась ногтями в крепкую руку с такой силой, что он не выдержал и выпустил волосы Нарраи. На предплечье остались кровавые следы. Дард пришёл брату на помощь, удар рукоятью кинжала в ножнах должен был прийтись в живот, но Нарраи вовремя увернулась, ударила обитым медью каблуком по ноге, оставив тёмный след на белоснежных одеждах. Дард, коротко взвыв, схватился за пострадавшую конечность.

Оправившийся немного Динар кинулся в атаку, но юркая Нарраи поднырнула под его руку, и тот едва не врезался в хилую стену очередного чахлого домишки, только Нарраи не рассчитала, что второй брат был совсем рядом, и он вновь включился в драку. Дард впечатал девушку в стену, выбив из неё болезненный выдох.

Ему пришлось практически вдавить Нарраи в деревянную поверхность собственным телом, чтобы не оставить ей места для манёвра.

– Динар, найди, чем нам зафиксировать нашу гостью. Отведём её в Белый Храм.

Нарраи пристально посмотрела на светоча. Они были ровесниками, но так разительно отличались, так контрастировали, что возраст не бросался в глаза. Помедлив лишь миг, она приблизилась к Дарду и… Поцеловала его, оставляя на губах белого мага отчётливые следы чёрной помады.

Дард отступил почти испуганно, прикрыл рот рукой. У светочей подобное было не просто не принято, а недопустимо! Тем более с какой-то Дочерью Смерти. Нарраи же, ухмыльнувшись, метнула ещё один нож в руку Динара. Не серьёзная, но весьма болезненная рана должна была задержать и второго Леддера.

Нарраи взяла короткий разбег и, оттолкнувшись от старой бочки, перемахнула через кривой забор. Теперь нужно было уносить ноги, причём быстро, так, чтобы не привести ненароком врага к особняку.

4. Новый наряд для старого эльфа

Реймар бросил недовольный взгляд на некромагов.

– Вам всё уже сказано. А ты, зелёный, задержись, нам надо обсудить ближайшую вылазку. Мне понадобится твоя помощь.

Лишь дождавшись, пока Даррак и Нарраи покинут кабинет, Реймар брезгливым движением смахнул комочки земли со стола и достал очень-очень бережно из ящика карту. Чернила практически выцвели, да и вся она заметно истрепалась и, казалось, готова развалиться от малейшего движения.

Эльф подошёл ближе, пристально вглядываясь, нахмуренные брови выдавали сосредоточенность.

– Что за материал?

– Это? Просто пергамент, – Реймар немного растеряно пожал плечами.

– Написано чем?

– Яд хедера скорее всего или чернила пупырки, я не помню.

Элодриэль встряхнул руку и коротко махнул ей в сторону карты. Древний лист словно подтянулся, собрался, можно даже сказать обновился, и куда ярче стали надписи. Теперь карта уже не выглядела такой старой, как прежде, и казалось, была сделан совсем недавно. Сказать, что Реймар удивился – ничего не сказать.

– Ты меня поразил. Не видел такого прежде.

– Какие твои годы, Сын Смерти, – он усмехнулся, но учитывая, что сам эльф так и ходил теперь в теле тщедушного гвардейца, смотрелось это комично. Реймар ничего не стал говорить и только навис над картой.

– Узнаёшь?

– Глубокое море? Его сложно не узнать. Это, я так понимаю, Жемчужный дворец, а вот Впадина близ Изумрудного леса. Подробная карта, даже кораллы отмечены и подводные хозяйства.

– Да, она и впрямь очень детальная, правда, сильно устарела.

– Не думаю, что переезд водраслеводчиц сильно помешает… Да в чём угодно.

– Я всё забываю, что ты ничего не знаешь… Глубокое море обмелело несколько веков как. Теперь эти места зовутся Песчаным морем. Воды там больше нет.

– Подожди… А русалки? Что с Дочерьми Океана, эй?!

– Их судьба не лучше эльфийской.

– Друидской.

– Это неважно. Нам нужна русалка.

– Но ты же сказал…

– Да. Но тебя же я вытащить смог, думаешь, русалка меня остановит?

– О, я бы на это посмотрел.

– Как раз тебе, мой зелёный друг, я и хочу предоставить эту возможность.

Внимательно разглядывавший карту Элодриэль наконец поднял голову и встретился с некромагом взглядом.

– Ещё раз. Чего ты хочешь?

– Глубокое море пересохло, но Жемчужный дворец стоит всё на том же месте и русалки внутри. Но если собранная информация верна, то защита дворца не позволит вскрыть усыпальницу мне в одиночку, нужен напарник.

– Почему ты решил взять меня, а не кого-то из тех двоих?

– Эльф мне будет полезнее, есть такие подозрения.

– Друид.

– Ну, пусть друид. Сын Леса, в общем. Ты готов?

Элодриэль помолчал, отбивая ногтями замысловатый ритм, поле чего отошёл и сел в кресло, скрестил руки на обнажённой груди, сверля Реймара внимательным взглядом.

– А зачем тебе вообще русалка? Дочери Океана – не воины. Они прекрасны, конечно, но совершенно бесполезны в бою. Она не поможет мстить людям. Может, ангел или демон лучше подойдут.

Реймар внезапно расплылся в улыбке и уголки губ подрагивали, он прикрыл рот рукой и отвернулся. Эльф не мог не заметить и дрожащих от смеха плеч Реймара.

– Эй! Я разве сказал что-то смешное?

– Нет, просто… Ты напомнил мне одного очень старого знакомого. Я не ожидал… Не важно. Я понимаю твоё беспокойство, но я обещаю – ни одна русалка не пострадает, мы не навредим.

– Ты не объяснил зачем вообще. Демоны точно полезнее в бою.

– Я не собираюсь драться с людьми. Есть варианты куда интереснее, поверь.

– Некромагу-то? Да я верю. Вот уж где было бы странно сомневаться в Детях Смерти.

– Я так понимаю, нам удалось прийти к соглашению?

– Да. Но вопрос об одежде всё ещё не снят.

– Завтра ты всё получишь.

– Отлично. Это всё, что от меня было нужно?

– В целом… Да, можешь идти. Я ещё поизучаю материалы.

Элодриэль поднялся с места и двинулся к выходу, притормозил у самой двери. Обернулся и взглянул на Реймара.

– Я хочу узнать обо всём, что произошло, пока меня не было.

– За последнюю тысячу лун? Это будет долгий разговор.

– Дорога ко дворцу тоже не будет короткой.

– Хорошо. Я тебя услышал. Мы обязательно обо всём поговорим.

Элодриэль вышел из кабинета, Реймар подождал ещё несколько минут и опустился в кресло, вытащил из ящика тонкую книгу, больше похожую на тетрадь в чёрной кожаной обложке, испещрённой серебрящимися письменами. Книга выглядела куда лучше карты, хоть и была древнее, но чары, что хранили её, оберегали содержимое весьма тщательно. Реймар нашёл нужную страницу и принялся перечитывать уже почти заученные строки.

Захлопнув книгу, он откинулся на спинку кресла, рассматривая её с блаженной улыбкой.

– А ты, оказывается, куда подробнее, чем я рассчитывал… Это прекрасно.

Ворон-вестник от портного прилетел утром, настолько рано, что даже Реймар только успел проснуться и одеться. Маг спустился вниз, в кухню, и подозвал к себе первого попавшегося ребёнка – дети слуг часто таскали еду, в том числе и перед завтраком, Реймар никогда этого не запрещал, да и в целом хорошо заботился о собственной прислуге и их семьях.

Договорившись с шустрым пареньком, маг отправил его в город за вещами – более неприметного посыльного было и не придумать. Мальчик справился с несложной задачей меньше чем за час и получил в награду пару жемчужных душ – щедрая оплата, тем более для ребёнка. Реймар об этом, очевидно, и не задумывался. Взяв свёрток, он отправился в выделенную эльфу комнату.

Впрочем, к удивлению Реймара, Элодриэль спальню уже покинул. Прислуга подсказала, что эльф с самого утра засел в саду и даже от предложенного завтрака отмахнулся. Реймар лишь коротко вздохнул и направился в новые владения эльфа – сам виноват, что подарил слишком интересную «игрушку».

Элодриэль, что так и расхаживал в одних трусах, пропалывал сад, убирая погибшие растения в большой ящик, очевидно, пожертвованный слугами. Эльф успел проделать огромную работу со вчерашнего утра, и не отметить этого было нельзя – чахлый садик даже начал понемногу зеленеть, деревья уж точно выглядели значительно лучше, чем прежде. Реймар притормозил у входа, окинув изменения взглядом, усмехнулся.

– Зелёный! – Реймар, окликнув эльфа, бросил ему увесистый свёрток с одеждой.

Элодриэль отвлёкся в одно мгновение и, легко подпрыгнув с колен, поймал подарок и приземлился уже на ноги. Он с интересом покрутил свёрток и даже принюхался.

– Это что?

– Одежда. Всё как просил: конопляная рубаха и брюки из кожи оленцов.

Элодриэль тут же заметно воодушевился и занялся распаковкой, вытащил свободную зелёную рубаху и светлые штаны, повертел в руках, рассматривая со всех сторон и ощупал, снова взглянул на Реймара.

– Что с животными?

– Умерли не напрасно. – Реймар даже глаза закатил от раздражения, эльф порой ему безумно надоедал. – Велел, чтобы мясо отдали детям, кто недоедает.

– Это хорошо… О! Плащ? – Элодриэль выудил из свёртка ещё один зелёный предмет.

– Крапива. Чистой конопли столько не нашли. – Реймар подошёл ближе, наблюдая за удовольствием Элодриэля.

– И так сойдёт. Не нити фей, конечно, но носить можно.

Элодриэль разложил вещи на бортике дорожки аккуратно и, совершенно не стесняясь, стянул с себя порядком надоевшие ему трусы. У не ожидавшего такого поворота Реймара несколько округлились глаза и приподнялись брови.

– Ты, может, хоть в комнату пойдёшь?

– Зачем? – Эльф бросил на Реймара недоумённый взгляд.

– Чтобы голым не стоять посреди сада!

Пожав плечами, Элодриэль сел на дорожку и притянул к себе штаны. У Реймара дёрнулся глаз.

– Я говорил не об этом.

– Если я тебе мешаю – можешь выйти. Мой сад, ты сам подарил. И да, если тебе хочется, как людишкам, прятаться в домах из мёртвых камней и закрываться слоями одежды от стыда за собственное тело, это ещё не значит, что я буду за тобой повторять.

– Ты тоже носишь одежду.

– Так теплее, не от стыда.

– Какой же ты всё-таки… эльф.

– Друид. Но рад, что ты заметил.

– А что тут происходит?.. – растерянный голос раздался от двери, и Реймар с Элодриэлем повернулись на звук.

Заспанный и растрёпанный поутру Даррак стоял в проходе, ещё в домашнем. И во все глаза рассматривал представшую взгляду картину: сидящий на земле голый эльф едва начал натягивать левую штанину, Реймар стоял рядом, в полушаге от Элодриэля, совершенно невозмутимый, как и всегда.

– А что, не видно?

– Да видно, только надеюсь, что глаза мне врут.

Вскоре подоспела и Нарраи, поджав вычерненные помадой губки, девушка направилась в сторону сада – опять все собрались без неё! Нарраи приблизилась к компании, толкнула Даррака в спину, чтобы пройти, но тот намеренно замер в проходе недвижимой скалой.

– Что у вас там опять происхо-одит?

– Нарраи, марш в столовую, – отозвался Реймар приказом. И тон его не терпел возражений.

– Что?.. Но это не справедли-иво.

– Нарраи, ра-аз.

Девушка обмерла на миг и удалилась быстрее, чем Реймар продолжил счёт – он никогда не позволял ей капризничать дольше «трёх», и наказания бывали суровы, Нарраи запомнила это с детства.

Некромаги дождались, пока эльф наконец оденется и поднимется с земли. Штаны облегали тощие ноги и доходили лишь до середины икр, в то время как свободная рубаха прикрывала до середины бедра, Элодриэль сразу закатал слишком длинные рукава до локтей, закрепил плащ и огляделся. Попрыгал, будто проверяя что-то.

– Неплохо. Мне нравится.

– Слава Тьме! А теперь идёмте завтракать.

– Я ещё не закончил, – Элодриэль покосился на оставленную работу.

– Потом. Сад не убежит, а вот еда может остыть.

Реймар буквально затащил эльфа в дом, а затем и в столовую. Даррак следовал за ними, а вот Нарраи уже ожидала за столом. Как и всегда, чёрная еда была разложена на обсидиановом сервизе, не столе из тёмного дерева. Эльф лишь тихо фыркнул при взгляде на стол, но говорить ничего не стал.

Не заметить пристальный гневный взгляд Нарраи на эльфа было невозможно. Впрочем, у самого Элодриэля это получалось прекрасно. Реймар с Дарраком переглянулись, но за столом решили тему не поднимать, уже после завтрака некромаги отошли в сторону переговорить.

– Даррак, ты мне можешь объяснить, что с ней происходит?

– А я почём знаю? Я к ней в голову не лезу.

– Так, понятно. Завтра я зелёного заберу, так что уведи её пока. Отдохните, выпейте. У вас есть это время. И присмотри за ней.

– Перевести внимание? Понял. Сделаем.

– Тогда иди.

Вероятнее всего, именно благодаря Дарраку день прошёл спокойно. Эльф продолжал реанимацию сада, а Реймар снова засел в кабинете, пока Даррак усиленно отвлекал Нарраи бурной пьянкой в одной из городских таверн, они даже не вернулись в особняк.

Реймар успел подготовить всё к отбытию, запасы были собраны, но всё же вмешалась непредвиденная заминка – Элодриэль ещё почти час объяснял прислуге, как заботиться о саде. И вот, наконец, Реймар и Элодриэль отправились в путь.

5. Жемчужный дворец

Ночь разлеглась на барханах бескрайней пустыни. В ярком лунном свете песок казался пылью перемолотых костей, притом обжигающе горячей, не успевшей совсем остыть после долгого палящего солнца.

Эльфу приходилось тяжелее: как и прежде, он отказывался носить обувь или вообще как-либо прикрывать босые ноги, так что за долгие месяцы пути успел наработать серьёзные ожоги и кровавые мозоли. Песчаное море было безжалостно к своим гостям.

Разумеется, шли только ночью, о дневных переходах не было и речи. Порой приходилось по несколько дней, а то и недель оставаться в редких скальных выступах и пещерках, чтобы поохотиться на некогда морских, а ныне ещё более кровожадных песчаных змеев или раздобыть такую редкую и ценную в этих землях воду. Не удивительно, что их путешествие затягивалось, порядком изматывая обоих.

За последнюю неделю им не попалось ни одной пещерки, воду приходилось нещадно экономить и это сказывалось. Оба устали, а эльф так и вовсе походил на сухофрукт. Реймар то и дело вглядывался в свою драгоценную карту, в сущности бесполезную, с учётом таких резких перемен ландшафта.

– Рей, у нас гости, – подал голос Элодриэль, говорить было тяжело и язык его словно не слушался.

– Не тяни интригу.

– Змей по правую руку.

– Вот ведь… Не обойдём А ты на ногах едва стоишь.

– Мгм, а ты у нас свеж и бодр.

– Заткнись и не спорь. И отойди подальше.

– Твоя заносчивость тебя погубит.

Эльф поморщился, но спорить не стал, отошёл. За прошедшие месяцы он хорошо научился различать интонации мага и теперь всегда понимал, когда с Реймаром можно спорить, а когда лучше молча подчиниться. В целом, они заметно сблизились за время пути – сложно сторониться напарника, когда на многие километры нет больше никого, за исключением одичавших и обезумевших от голода песчаных змеев.

Реймар намеренно топтался на месте, то делая шаг вперёд, то отступая, чем ещё больше привлекал хищника. Аквамариновый гребень взрыл песок, словно воду. Сумрачно-синяя спина змея то появлялась, то вновь погружалась вглубь – он не оставил своих привычек. Реймар внимательно следил за его приближением, начав формировать в руке пульсирующий чёрный сгусток энергии.

Змей вынырнул и взвился ввысь на несколько метров, грозно зашипел, обнажая клыки. Правда, смотрел он на эльфа, стоявшего чуть поодаль, а вот некромага игнорировал, словно его здесь и не было.

Реймар, не задумавшись ни на мгновение, метнул сгусток прямо в рот змея. Тот исчез в пасти хищника, а затем животное разорвало на части и куски его разлетелись на несколько десятков метров вокруг. Некромаг едва успел прикрыться энергетическим щитом, чтобы не оказаться с ног до головы покрытым змеиной кровью.

Элодриэль был недоволен, губы его искривились, и он подошёл, стараясь не наступать на перепачканный кровью песок.

– У нас ещё достаточно мяса. Мог бы просто оглушить бедное животное, а не убивать. Ещё и так жестоко!

– Я Сын Смерти, а не твоя подружка, мне плевать на всякое зверьё. Идём. Созвездие Дракона прямо над нами, значит, Жемчужный дворец должен быть где-то рядом.

– Реймар.

– Я всё сказал, не хочу это обсуждать, как всех прочих твоих «бедолаг».

– Реймар.

– Убил и убил. Если бы и захотел, исправлять не стал бы. Ты идёшь или нет? – спросил, не оборачиваясь.

Элодриэль сложил руки на груди и молча смотрел на некромага, мысленно ведя отсчёт: три… два… один.

Реймар запнулся о практически незаметный и, казалось бы, маленький булыжник и полетел лицом прямо в раскалённые пески. Эльф же подошёл и присел на корточки рядом с Реймаром.

– В следующий раз сначала узнай, что хочу сказать, а потом уже отмахивайся.

– В следующий раз предупреждай сразу! – отозвался Реймар, отплёвываясь от песка.

Реймар сел и потёр неслабо ушибленную ногу, покосился на обнажённый теперь булыжник и замер, вглядываясь.

– А тебе не кажется этот камень каким-то странным?..

Элодриэль перевёл взгляд, подобрался ближе и опустился на колени. Осмотрев со всех сторон, он начал отчищать булыжник от песка, затем очень осторожно ощупал, буквально касаясь лишь кончиками пальцев. Блекло-розовый, шершавый и даже пористый, но словно бы совершенно иссушенный. Глаза эльфа округлились от удивления:

– Да это вообще не булыжник… Это коралл! Окаменевший коралл.

– Подожди. Кораллы должны быть на дне, а уровень песка поднялся, иначе бы мы уже обнаружили уйму подобных.

– Я плохо знаю морскую флору, но это определённо должен быть очень большой коралл. Мы видим лишь только часть, малую часть, остальное ещё под песком.

– Погоди… О, Тьма! – Реймар вдруг припечатал себя ладонью по лбу.

– И что это с тобой? – Эльф наблюдал за ним, продолжая поглаживать рукой шершавую поверхность коралла.

– Я сглупил. Знал, что уровень песка поднялся с тех пор, как здесь образовалась пустыня, но не думал, что Жемчужный дворец окажется полностью завален. Эл, мы находимся прямо над ним!

– Я неправильно понимаю слово «жемчужный»? – только и спросил он, после короткого молчания.

– Сам дворец всегда состоял из кораллов, а название получил за внутреннюю отделку.

– Знаешь, тебе стоило прояснять такие моменты заранее. И как нам попасть в то, что полностью скрыто под песком? Мы помрём здесь, пока будем искать и откапывать хоть какой-то проход.

– Если входа нет, то его стоит сделать.

– Даже не говори мне, что ты собрался уничтожать несчастный коралл!

– Уничтожать не буду, только немного продырявлю. И не смотри на меня, как на великое зло, он давно мёртвый. Ты сам сказал: окаменел.

– Хотя бы постарайся быть осторожным.

– Ничего не могу обещать. Но будет лучше если ты подскажешь мне, где ломать.

Эльф тяжело вздохнул и, прикрыв глаза, постоял несколько мгновений, и сделал пару плавных шагов, скользя босыми ногами по песку, затем остановился и уверенно кивнул.

– Здесь будет нормально.

– Хорошо. Теперь отойди, чтобы я тебя не зацепил.

– Делай уже что задумал.

– Я собираюсь устроить взрыв у нас под ногами. Ты уверен, что не хочешь поберечь свои конечности?

– Рей, ты только что убил змея, у тебя нет никаких накопителей: ты не устроишь взрыв, способный мне навредить. Надеюсь, хоть сможешь проделать проход.

Некромаг покосился на эльфа, но говорить ничего не стал, опустился на колено, положил руки на песок и прикрыл глаза. Нечто тёмное, пульсирующее и мощное начало распространяться от его ладоней. Элодриэль попятился назад, косясь на происходящее – такого он не ожидал.

В какой-то момент всё это тёмное нечто рвануло, пески взмыли ввысь, а Реймар и Элодриэль – вниз, в мрачный зияющий провал.

Практически полая башня. Идущая вдоль стен лестница – всё, за что мог зацепиться взгляд. Эльф взвыл, стараясь ухватиться за коралловые ступени, раня руки в процессе. Правда, затормозить себя он всё же смог, повис в районе третьего этажа. Реймар же даже не пытался замедлить падения и свалился на пол вместе с грудой песка, что едва его не похоронила.

Элодриэль кое-как вскарабкался на лестницу, перевёл дыхание и помчался вниз. Замер на последней ступени, наблюдая как Реймар поднимается из песчаного кургана, потирая бока, спину и копчик.

– Знаешь, нам надо кое-что обсудить…

– Не думал, что ты так скоро заметишь.

– Скоро? Да любой бы помер от такого удара! – Элодриэль поднял голову, глядя на такой далёкий теперь провал.

– На меня смотришь, а собственных ран не видишь: у тебя все руки в крови.

– Содранная кожа не смертельна, в отличии от такого падения.

– Ты правда хочешь обсуждать это сейчас? Может, сначала разберёмся с делом?

– Ладно. Отложим. Но потом даже не вздумай юлить.

– Хорошо. Вернёмся и поговорим откровенно, а пока что всё внимание на дело.

Реймар не сводил пристального взгляда с ног эльфа, так и стоявшего на последней ступени лестницы. Ещё один шаг и, стоило только босой ступне коснуться пола, как весь дворец содрогнулся, прокатилась по коридорам волна затхлого воздуха, и раздался громкий гортанный рёв откуда-то снизу.

Было видно, как эльф замер, словно статуя, побледнел даже, а после бросил взгляд на Реймара, который, весьма очевидно, был совершенно не удивлён произошедшим.

– Я ведь говорил, что тебе надо будет отвлечь на себя местного стража, да?

– Реймар, я тебя когда-нибудь убью.

– Можешь постараться, но у тебя вряд ли выйдет.

– Куда уводить?

– Неважно. Просто избавься, а потом спускайся в катакомбы, русалки должны быть там.

Эльф вышел из закутка башни, попружинил немного, словно разминая ноги, а после припустил в ближайший коридор и куда-то вверх. Вскоре следом за Элодриэлем промчался водяной дракон – ещё не взрослый, но уже достаточно опасный.

Реймар пронаблюдал за ними, стоя в проходе. Сам он зверя-стража явно не интересовал в отличие от эльфа. Элодриэлю на руку играло то, что весь дворец был по сути своей гигантским растением, он буквально ощущал всё здание частью себя. Впрочем, дракон дворец попросту знал, и было сложно говорить о чьём-либо преимуществе.

Недолго продолжалась эта гонка по запутанным ветвистым коридорам. Коралл плохо слушался эльфа, был ему незнаком в отличие от привычных лесов Даймара. Но обнаруженный на одном из этажей водорослевый сад оказался именно тем выходом, которого Элодриэлю и не хватало, – он вдохнул немного собственной жизни в давно иссохшие растения и замер у стены, поджидая преследователя.

Дракон не заставил себя долго ждать и вскоре влетел в сад, угодив точнёхонько в самые водоросли. По приказу эльфа те пришли в движение и, словно верёвками, спеленали стража. Зверь растерялся поначалу, но вскоре завозился, пытаясь выбраться из пут. Эльф не стал дожидаться, пока у него это получится, и поспешил убраться вниз, ему ещё надо было найти катакомбы, о которых говорил некромаг.

На сей раз Элодриэль не мог не обратить внимания на испещрённые жемчугом стены и чудные фрески, изображавшие события прошлого из истории Дочерей Океана. Хотелось задержаться и рассмотреть каждую, коснуться этих давно запечатлённых кем-то воспоминаний, но Элодриэль понимал, что надо идти: водоросли не задержат дракона надолго.

Найти вход в катакомбы оказалось несложно. На нижнем этаже, близ тронного зала, и именно оттуда тянуло знакомой затхлостью. На этом месте заканчивался коралл, нижние коридоры были выстроены из холодного мёртвого камня и не позволили бы эльфу ориентироваться, как в основной части дворца.

Элодриэль оживил ближайшие фосфоресцирующие водоросли и, сняв их со стены, намотал себе на руку, создавая этакий импровизированный светильник. Лишь после он позволил себе нырнуть в промозглый сумрак катакомб.

После неожиданно короткой лестницы эльф вышел в достаточно светлый, к его удивлению, зал. Он казался до того огромным, что Элодриэль был не уверен, видит ли он противоположную стену…

Каменный пол оказался буквально изрыт одинаковыми прямоугольными углублениями, напоминавшими обнажённые могилы. Впрочем, это было не так и далеко от правды. В каждой такой ячейке, в окружении жемчуга и некогда живых цветов, покоилась песчаная женская фигура. Дочери Океана буквально высохли, как и само Глубокое море. Весь зал представлял собой огромную гробницу.

Сложно было даже представить, что должно было случиться, чтобы все эти Дочери Океана разом пошли на такой способ… консервации. Русалки никогда не устраивали похорон и, умирая, обращались морской пеной. То же, что предстало глазам Элодриэля, поистине пугало, эльфу буквально стало дурно. Он не сразу заметил и мрачную фигуру некромага, передвигающуюся по узким бровкам ячеек, что-то выискивая в могилах.

Эльф тихо сглотнул и направился к Реймару. Он старался передвигаться как можно осторожнее, не желая никаким образом навредить хоть одной из морских дев.

– Во имя Создателя, Рей, русалки… – голос Элодриэля буквально звенел от ужаса, но говорил он всё же шёпотом, будто боялся нарушить многолуннюю тишину этого места.

– Да, я вижу. Что ты сделал со стражем?

Реймар, присевший было возле одной из песчаных фигур и осторожно доставший высохший цветок, поднял голову и посмотрел на эльфа. Тот опустился на колени, смотря лишь на застывшую девушку. Он не сдержался, коснулся её едва-едва, лишь кончиками пальцев, но этого оказалось достаточно, чтобы песчаная скульптура рассыпалась в ничто.

Эльф резко отстранился, едва не упав в соседнюю могилу. Он вцепился рукой в воротник рубахи и жадно хватал ртом затхлый воздух, но это не помогало. Реймар не мог не заметить, как Элодриэля начинало буквально потряхивать – эльфы и русалки всегда были тесно связаны.

Некромаг тут же оказался рядом, присел, положил руку на тощее плечо, а второй влепил такую сильную пощёчину, что голова Элодриэля безвольно мотнулась на тонкой шее, он закашлялся.

– Отставить панику! Не время сейчас. Мы это исправим, слышишь меня?

– Как такое можно исправить?! – эльф сорвался на крик, эхом отразившийся от стен, ужас в его взгляде всё больше походил на гнев, на лютую ненависть к людям, посмевшим устроить подобное.

– Если я говорю, что исправим, значит, исправим. Это возможно, но способ непростой.

– Объясни! Мне надоели твои вечные недомолвки!

– Потом. Вернёмся в особняк, и я расскажу тебе всё. Сейчас у нас есть дело. Так что ты сделал со стражем?

– Водорослями связал.

– Ты серьёзно? Да он же их съест!

– Понадобится время. А ты хотел, чтобы я навредил бедному животному?

– Я слышал, тебя называли жестоким и безжалостным. Видимо, мне солгали.

– Ну так люди называли, не звери. И поверь, их я жалеть не стану. Тоже мне, сорняки.

– Ладно, неважно… Нужно найти русалку, что лежит на чёрном жемчуге в окружении лилий.

– Разве не сгодится любая?

– Нет. Ищи давай.

Они поднялись и принялись ходить меж могилами, выискивая подходящее сочетание. На первый взгляд девушки казались одинаковыми, но стоило приглядеться, как явными становились особенности: курносые носики и длина волос. Они были разными и все как одна живыми когда-то. Обилие жемчуга и высохших теперь цветов создавало мрачные картины. Наконец Реймар остановился у одной из могил.

– Кажется, нашёл.

Некромаг присел на бровке и снял с шеи кулон, заполненный мутной белёсой жидкостью. Её было ничтожно мало, всего несколько капель, но живую воду вообще достать непросто. Появившийся рядом эльф перехватил запястье Реймара неожиданно крепко и отвёл руку в сторону.

– Это не лилии, Рей!

– Разве? Да вроде похожи…

– Вообще нет. Ты со мной о цветах собрался спорить?

Реймар тяжело вздохнул, и они продолжили поиски. На сей раз могилу указал эльф, и оба замерли на какое-то время, рассматривая девушку, что лежала на чёрном жемчуге в окружении высохших лилий.

– Ну что, сгодится?

– Должна, – отозвался Реймар.

Маг покрутил кулон и склонился над девушкой. Пальцы медленно отворили клапан, позволив каплям упасть на песчаную фигуру. Казалось, и сами Реймар и Элодриэль в этот миг обратились статуями, замерли без движений в тягостном ожидании, но ничего не происходило.

– Ну… Я ожидал чего-то более эффектного что ли, – эльф покосился на мага. Реймар был напряжён.

– Терпение. Должно сработать. Должно…

Тихий звук, не то скрип, не то хруст нарушил повисшую тишину. Тёмные прожилки-трещинки расчертили песчаную фигуру, а затем, словно мелкими крапинками, одна за одной начал проступать цвет, на глазах безжизненная скульптура обращалась русалкой.

Эльф подошёл ближе, во все глаза рассматривая её. Элодриэлю не доводилось прежде видеть русалок, а выглядели они весьма эффектно. Во всяком случае, конкретно эта. Будто сапфировые и непривычно короткие для девушки волосы лишь едва доходили до перламутровых плеч. Обнажённая кожа, то тут, то там можно было отметить маленькие радужные чешуйки, что поблёскивали в тусклом фосфорном свете.

Резкий вдох, и она распахнула глаза, два бездонных омута уставились на нависших над ней мужчин. Она открыла рот, словно хотела что-то сказать, но не произнесла ни звука, и лишь шевелила губами, напоминая выброшенную на берег рыбу. Реймар понял не сразу, а затем выхватил последнюю флягу и, приподняв русалку за плечи, позволил ей приникнуть к горлышку. Она обхватила сосуд тонкими пальцами, делая жадные глотки. Воды было немного, но некромаг без раздумий отдал ей последнее.

Утолить жажду полностью девушка так и не смогла, но всё же ей стало значительно лучше. Она оторвалась от фляги, тяжело дыша, облизнула непривычно сухие губы. Всё это время Реймар продолжал придерживать девушку в полусидячем положении.

– Эл, помоги.

– А? Чего?..

– Хватит пялиться, говорю, помоги.

Реймар осторожно вытянул девушку из могилы и усадил на бровку. Эльф же, недолго думая, стянул собственную рубаху и надел на русалку, позволив ей буквально утонуть в слишком широкой для них обоих одежде. Она и не думала сопротивляться ничему, что с ней делали, лишь моргала и переводила взгляд с одного незнакомца на другого и обратно.

Реймар принялся ощупывать девушку под неодобрительным взглядом зелёных глаз: хотел удостовериться, что она восстановилась полностью, и ничего не отвалится в неподходящий момент.

– Так, вроде цела, конечности точно в норме. – Реймар щёлкнул пальцами перед лицом девушки, привлекая внимание. – Ты как? Как себя чувствуешь? Может, болит что-то? Говорить можешь?

– Рей, ты её так пугаешь, – прошипел Элодриэль, впрочем, напуганной она не выглядела, скорее растерянной. Маг бросил на эльфа недовольный взгляд.

– А вы кто?.. – наконец спросила она.

Успевшие отвлечься друг на друга, мужчины снова обратили внимание на русалку, а вот сама она уже скользила взглядом по огромной высохшей гробнице и своим сёстрам, обращённым в песчаные статуи.

– Нет… Как же это? Так не должно быть… Он говорил о паре месяцев, вода не могла отбыть столь скоро…

– Кто «он»? – Брови эльфа от удивления поползли вверх, он осторожно взял девушку за руку.

Реймар отвёл взгляд в сторону, сжал руки в кулаки и поджал губы. У русалки тем временем начиналась откровенная паника, она тяжело дышала и даже начала всхлипывать, а взгляд беспорядочно метался по гробнице. Маг не выдержал, резко подхватил русалку на руки, поднимаясь и прижимая к груди её голову, не позволяя ей смотреть вокруг. Ничего не говоря, он быстро понёс её прочь из катакомб. Эльфу ничего не оставалось, как последовать за ним.

– Рей, куда?

– Куда-нибудь подальше. Сам видишь, ей плохо.

Элодриэль не стал спорить. Молча следовал за магом, который, поднявшись, петлял по запутанным коридорам Жемчужного дворца. Наконец, выдохшись, он дошёл до лестницы и усадил девушку на широкие коралловые перила. Её буквально трясло и губы дрожали, это можно было понять – как страшно проснуться и вдруг осознать, что все твои родные и близкие практически мертвы, что ничего больше не осталось.

Реймар замахнулся, чтобы отвесить девушке отрезвляющую пощёчину, какая не так давно помогла эльфу, но Элодриэль перехватил его руку и оттолкнул Реймара. Не сильно, но тот поддался, уступая на сей раз Элодриэлю.

Элодриэль перехватил руки девушки и осторожно положил себе на плечи, мягко обхватил ладонями её лицо и повернул, заставляя смотреть на себя. Сделал глубокий вдох и медленный выдох, словно показывая, как надо – на его счастье, девушка повторила.

– Чш-ш-ш… Молодец. Дыши. Надо дышать. Это важно, понимаешь, да? Во-о-от. Хорошо, так держать. Я – Сын Леса. Друид, понимаешь, да? Меня зовут Элодриэль, – эльф говорил очень медленно, размеренно, стараясь успокоить. Постепенно у него это получалось, и русалка переставала дёргаться, только тонкие перламутровые пальчики сжимались на его обнажённых плечах. – Как тебя зовут?

– Амалия, – она запнулась, стушевалась, но Элодриэль улыбнулся, поддерживая.

– Амалия. Это очень красивое имя, оно тебе подходит.

Реймар отошёл, отвернулся, прижался лбом к холодной стене из омертвевшего коралла. Не вмешивался, позволяя эльфу взять дело в свои руки. Элодриэль не подвёл и ему хватило всего десяти минут, чтобы привести девушку в относительно нормальное, насколько оно вообще могло быть таковым, учитывая обстоятельства, состояние.

– А с кем ты прибыл? – Амалия бросила взгляд на так и стоявшего всё это время у стены мага.

– Это Реймар. Он – Сын Смерти. Но хороший.

Некромаг отстранился от стены и скептически покосился на эльфа, но тот только сделал большие глаза, мол, не время спорить. Реймар лишь хмыкнул едва слышно и подошёл.

– Рад знакомству, получается.

– И я, получается…

Элодриэль осторожно спустил девушку на пол с прохладных перил, но продолжал придерживать, практически приобнимать её.

– Рей, нам что-то ещё нужно?

– Нам бы запастись водой и едой хорошенько, сам знаешь, какой путь назад предстоит. Амалия, здесь где-нибудь можно достать воду, как думаешь?

– Королева держит два колодца в тронном зале. Даже если они уснули, я смогу пробудить источники.

– А в пищу можем использовать местные растения. Я с ними поработаю, еда у нас будет надолго.

Реймар кивнул, хмурясь каким-то своим мыслям, после чего повёл парочку в сторону тронного зала. В очередной раз эльф скользил взглядом по жемчужным картинам, но не успевал их рассмотреть.

Тронный зал был похож на весь дворец. Внушительный, изукрашенный мириадами жемчужин и иссохшими теперь растениями. Витые колонны уходили вверх, к высоким сводчатым потолкам. Элодриэль даже охнул, любуясь. Зал казался совершенно пустым. Колодцы обнаружить было не сложно: они расположились прямо в центре, друг напротив друга. Высокие борта, как и всё вокруг, были обложены жемчугом. А дальше, ближе к противоположной от входа стене, стоял шикарный высокий трон, сложенный из костей морских змеев и с иссохшей водорослевой обивкой. И на этом троне так и сидел по сей день скелет, очевидно, женский. Не истлело ещё до конца чудесное полупрозрачное платье и корона по-прежнему покоилась на поредевших и поседевших волосах.

– Нет… Нет! – Амалия рванулась к трону, и Элодриэль едва успел удержать её, обвился руками вокруг талии, но девушка не собиралась успокаиваться. – Королева!.. Это… Это была моя мать! Моя мать!..

Реймар замер впереди и будто даже неестественно прямой казалось его спина, но на мага сейчас никто не смотрел. Эльф развернул Амалию к себе и крепко обнял, позволяя ей повиснуть на собственной шее и опалить обнажённую грудь горячими горькими слезами. Новый удар пришёл слишком рано.

Некромаг же, ничего не говоря, подошёл к колодцам и стал доставать фляги, пока эльф пытался успокоить русалку. На сей раз это заняло больше времени, а мелкая дрожь и покусывание губ так никуда и не исчезли, но, во всяком случае, она уже была в состоянии сделать то, что от неё требовалось.

Реймар помог спуститься и страховал, готов был подавать фляги по мере необходимости. Эльф же тем временем ходил рядом.

– Знаешь же, что ты чёрствый, как тысячелунная булочка?

– Обнимашки пусть будут на тебе, одного хватит. А я, пожалуй, побуду рациональным.

– Некромаг, – эльф буркнул слово под нос так, словно это было серьёзным оскорблением, и отошёл.

Он провёл рукой по ближайшей к трону колонне, ощущая гладкие жемчужины, и позволяя себе наконец рассмотреть хоть одно изображение. Уже через мгновение он не мог отвести взгляда от этой чудесной мозаики, где Сын Леса и Дочь Океана обменивались своими сердцами. Было в этом что-то завораживающее, словно знакомое, но давно забытое. На лице эльфа отразилась печальная улыбка.

Элодриэль перевёл взгляд на застывший на троне скелет и, подумав, решил подойти ближе. Что-то в этом всём было не так. Почему Королева не лежала вместе с остальными русалками? Почему осталась здесь, совсем одна? И почему её постигла иная участь? Эльф и не слышал, чтобы русалки когда-либо прежде умирали таким образом.

Лишь подойдя почти вплотную, Элодриэль заметил неестественную, слегка перекошенную позу, чуть откинутую назад голову и тонкую узкую щель, почти разделившую надвое один из шейных позвонков – такая могла остаться, если Королеве русалок разрубили шею, но кто вообще мог покуситься на самую мирную из всех рас Даймара? Вопросов становилось всё больше, а ответов на них не было.

Впрочем, внимание эльфа отвлёк внезапно сверкнувший ярким и таким знакомым зелёным светом камень, вставленный в один из шипов спинки трона. Элодриэль буквально ощутил исходящую от него силу и мощь, причём не водную, а вполне себе лесную. Осторожно обойдя трон, он обнаружил, к своему удивлению, створки прямо в спинке. Бросил взгляд на Реймара, но тот всё ещё был занят с Амалией наполнением фляг. Эльф не стал их отвлекать.

Собравшись с духом и резко выдохнув, он рванул створки, открывая тайник, очевидно, самой Королевы. Не знал, что может там найти, но, пожалуй, меньше всего ожидал увидеть перед собой идеально круглое зеркало.

Из отражения на него смотрел не тот тощий кукароподобный аристократишка, чьё тело он вынужден был носить, нет. Перед ним было его собственное отражение – статный мужчина с длинными льняными волосами, спускавшимися ниже пояса, острыми ушами, слегка торчащими меж прядей и резкими чертами. Лишь зелёные глаза так и пылали на этом почти позабытом лице.

У Элодриэля перехватило дыхание, рука нервно коснулась волос… Не тех, всё ещё слишком коротких и чужих. Увы, на его облик отражение повлиять не могло. Он сглотнул, отвёл взгляд на мгновение, а потом вытащил зеркало из тайника. Высокий витой посох, что скрывался за ним, пошатнулся и упал, эхо грохота разнеслось по залу.

Реймар и Амалия едва успели закончить, и русалка как раз вернулась на поверхность, они одновременно обернулись на грохот и замершего с зеркалом эльфа. Глаза Реймара округлились от удивления, и он поспешил к Элодриэлю.

– Быть не может, я был уверен, что они уничтожены… – Он поднял с пола высокий витой посох из тёмного дерева, что оканчивался навершием с вставленным в резной кокон зелёным камнем, что и привлёк изначально внимание Элодриэля. Реймар коснулся его кончиками пальцев и посмотрел на эльфа. – Ты знаешь, что это?

– Нет, но ты мне сейчас это объяснишь. И на сей раз я ждать не буду.

– Это посох Леса и зеркало душ, отданное первой Дочери Океана. Древние артефакты. И я был уверен, что их уничтожили ещё во времена Первых…

– Посох самого Леса?! – Взгляд эльфа буквально прикипел к предмету, и желание обладать им невозможно было скрыть.

Реймар задумчиво кивнул, рассматривая артефакт, а после перевёл взгляд на эльфа:

– Он твой, если хочешь. И зеркало заберём, нечего это всё тут оставлять. Только закрыть надо чем-то. Для сохранности, мало ли что.

– Естественно хочу! О зеркале тоже позаботимся. – На лице эльфа отразилась улыбка, которая, впрочем, вскоре исчезла. – Ой-ёй… Кажется, страж освободился…

Тихое недоброе рычание наполнило зал, и в дверях объявился дракон. Невысокий зверь едва доходил в холке до пояса той же Амалии, острые коготки стучали по твёрдому кораллу при каждом шаге, а чешуя буквально светилась в местном флуоресцентном освещении.

Реймар выставил руку, начав формировать сумрачный сполох, и явно намеревался поступить с драконом так же, как ещё недавно повёл себя с песчаным змеем.

– Амикус! – вскрикнула Амалия и бросилась к стражу. Повалив зверя на пол, она принялась тискать его и чесать покрытый чешуёй живот под довольное виляние драконьего хвоста.

Реймар с трудом загасил атакующие чары, переглянулся с Элодриэлем. И неуверенно двинулся к русалке, но остановился, стоило дракону зарычать.

– Кхм… Амалия?

– Это Амикус. Мой друг. Мы с ним вместе переселились во дворец… незадолго до произошедшего.

– Амалия, мы хотим забрать тебя с собой, в мой дом, чтобы ты помогла восстановить справедливость и вернуть твоих сестёр. Но мой дом далеко, и дорога до него будет долгой и тяжёлой, а прокормить дракона…

– Я его не оставлю!

Амалия прижала зверя к себе, обняв за шею. Разве же она могла бросить единственную родную душу в этих опустевших и омертвевших коридорах иссушенного временем дворца? Ответ был очевиден. Элодриэль отложил зеркало и подошёл, толкнув некромага в плечо.

– Конечно мы возьмём Амикуса с собой. Можно будет поселить его у меня в саду! Создадим все условия, – он улыбнулся девушке, и дракон довольно заурчал от такого предложения. Реймар бросил на эльфа недовольный взгляд. – Нам ведь нужна будет помощь Амалии, правда, Рей?

– Амалии, а не этого чешуйчатого…

– Рей!

– Ладно! Но этот хвостатый на вашей совести, я к нему отношения не имею. Сами о нём и заботьтесь, парочка природнутая.

– Ну, вот и договорились.

– Чудесно! Не забудь заготовить нам еду в дорогу. На закате мы должны быть готовы: здесь нечем дышать и чем раньше отправимся в путь, тем лучше.

Реймар вернулся к оставленным возле трона артефактам и, подумав, снял плащ, набросил его на зеркало, позволив лишь костяной руке мелькнуть на мгновение в отражении.

6. Дайдария Белая

Палящее полуденное солнце прогревало, казалось, до самых костей. Морской бриз развевал распущенные платиновые локоны, но их обладательница много лун как перестала сплетать мягкие пряди в причёски и отступать от этой привычки не собиралась. Витая серебряная тиара покоилась на голове, не позволяя волосам лезть в глаза, да и вообще как-либо мешать.

Длинные рукава с разрезом почти полностью прятали стройные руки с тем же успехом, с каким высокие кожаные сапоги до середины бедра – ноги. Узкая юбка с двумя боковыми разрезами, доходящими до самой талии, с этим явно не справлялась. Одежда, естественно, белоснежная, заметно контрастировала с кожей оттенка шоколадного мусса.

Подняв взгляд платиновых глаз прямо на яркий солнечный диск, она улыбнулась. Детей Жизни светом, хоть сколь угодно ярким, было не напугать, а уж главу светочей, так и подавно. Она спокойно прогуливалась по краю верхней палубы, скользя рукой по перилам фальшборта. Тихо заскрипели доски под тяжёлой поступью.

– Леди Дайдария, мне сказали, вы покинули каюту. Солнце порой коварно, вам бы поберечься.

– Не беспокойтесь, капитан. Если мне что-то и угрожает на вашем корабле, то уж точно не тепловой удар. И не солнечный.

– Простите?

– Я ведь единственная девушка на «Водяном», не так ли?

– Ни один квентариец не посмеет обидеть женщину.

– О чём и речь, капитан, о чём речь. – Она наконец повернулась к собеседнику, улыбаясь. Будучи ниже почти на голову, Дайдария смотрела на мужчину свысока.

Его же медовая радужка контрастировала с подводкой, подчёркивая безразличный взгляд. Сложенные за спиной руки сдерживали привычную горячим квентарийцам бурную жестикуляцию, и лишь вежливое беспокойство отражалось на лице. Военная выправка позволяла мужчине сохранять невозмутимость в общении с Дайдарией, впрочем, будь это иначе, его бы не отправили возвращать главу светочей на земли Даймара.

– Как желаете. Не мне указывать Белой Пантере Даймара, как себя вести.

– Вы мне льстите, капитан. Это приятно, но всё же бессмысленно. Я бы предпочла узнать, как долго ещё продлится наше совместное путешествие.

– Мы обошли песчаное море и вскоре прибудем к землям Даймара близ Морозного леса. Надеюсь, вы помните, что мы не сможем причалить к берегу на «Водяном», но могу уверить, что вас сопроводят на шлюпке.

– Полагаю, мне стоит благодарить императора за такую заботу. Обязательно напишу ему письмо, как доберусь домой.

– Надеюсь, путь не будет вам слишком сложен и о вас позаботятся, – капитан предпочёл перевести тему разговора и отвернулся к борту, созерцая, казалось бы, бескрайнюю морскую гладь.

– Можете об этом не беспокоиться. На всём Даймаре нет места, где я осталась бы без поддержки.

Уже следующим утром, в пять часов от рассвета, Дайдария Белая сошла на берег Даймара. По давнему квентарийскому обычаю сопровождающий одарил её долгим взглядом на прощание и, не сказав ни слова, отплыл обратно, к кораблю.

Проводив его, Дайдария сцепила руки в замок за спиной и двинулась вдоль побережья в сторону Золотого леса. Взгляд скользил по опустевшей равнине, где ещё двадцать лун назад обитал Угольный клан демонов. Ныне же от поселения осталось разве что пепелище, выжженная земля. Это напоминало чью-то жестокую шутку, причём весьма неудачную.

На губах же Дайдарии замерла совершенно умиротворённая улыбка, какая бывает у человека, насладившегося десертом и теперь созерцающего опустевшую тарелку.

Близ Морозного леса всегда ходили пронизывающие ветра, и Дайдария с удовольствием вдыхала отдающий прохладой утренний воздух, наслаждаясь свежестью родных земель после двадцати лун жизни в извечно засушливом и жарком Квенте. Прогулка её продолжалась не столь долго, всего порядка получаса прежде, чем она услышала топот и ржание белогривов, замедлилась, оборачиваясь.

Мчащиеся по равнине два удивительно мощных для белогривов, но изящных, как все они, бестара. Золотая сбруя сверкала в ярких лучах утреннего солнца. Впрочем, внимание девушки больше привлёк всадник, нежели сами животные.

Дард Леддер остановил бестар и легко спрыгнул на землю. Широкие брюки для езды верхом в мгновение оказались скрыты под привычной большинству светочей рясой. Молодой маг, что выглядел лишь немногим старше самой Дайдарии, в два шага оказался рядом и припал на колено, склонив голову перед своей госпожой.

– Госпожа! Создатель милостиво позволил мне приветствовать вас этим прекрасным утром!

– Ты решил встретить меня лично, мой милый? Мне приятно, – она подошла почти вплотную и ласково погладила Дарда по щеке, подняла его голову, обратив на себя безмерно преданный взгляд. – А где же твой брат?

– Оставил его присматривать за Белым храмом.

– Умница. Впрочем, как и всегда, мой милый. А теперь давай отправимся домой – двадцати лун отсутствия предостаточно, мне пора бы вернуться к делам.

Тут же выпрямившись, Дард подвёл Дайдарии белогрива и, сцепив руки в замок, послужил приступком, помогая ей взобраться на высокое животное. После этого легко оседлал второго. Погарцевав немного на месте, маги переглянулись и почти одновременно двинулись в путь. Спокойный шаг вскоре перешёл на рысцу, а затем и галоп. Путь впереди был неблизкий и задерживаться в таких далёких от столицы землях никто не хотел.

Мимо Морозного и Золотого лесов скакали без перерывов, загоняя белогривов. Говорили мало, да и в целом светочи редко трепали языками.

Дорога их заняла немногим большим двух недель, ночевали в небольших поселениях, расположенных по пути. Жители с радостью принимали гостей – Дайдария Белая почиталась, как госпожа храмовников, глава светочей и первая советница короля, об этом знали все.

Ранним утром, в два часа от рассвета, путники въехали в Даймар. Городские гвардейцы и работяги, спешившие в это время на работу, а то и вовсе успевшие приняться за дело, с почтением приветствовали светочей. В особенности, конечно, Дайдарию. Она отвечала горожанам, идеально ровная белоснежная улыбка едва ли не сверкала, западая в людские души.

Наконец, Дайдария позволила замедлить ход очередному уставшему белогриву, успевая переговариваться с проходящими мимо: уточнила, вышла ли замуж дочь пекаря и узнала, как дела с учёбой у сына одного из местных цветоводов. Люди буквально лучились счастьем от одних лишь мыслей, что сама Дайдария о них знает. Дард же продолжал вспоминать исповеди горожан, едва слышно подсказывая своей госпоже что и у кого стоит спрашивать. Благо, он часто дежурил в храме, слушая людские причитания.

Свернув на узкие тихие улочки, светочи ушли от чрезмерного внимания, Дайдария выдохнула и потянулась, глянула на своего спутника.

– Ты хорошо развил память, это служит благому делу.

– Я готов учиться и больше во имя Создателя.

– Твоё стремление впечатляет, но не забывай и отдыхать. Ты не имеешь права лишать Создателя такого полезного служителя из-за усталости. По приезде обязательно поешь, омойся и поспи.

– Как прикажешь, госпожа, всё исполню.

Белый храм – внушительное мраморное здание, едва ли не превышавшее своими размерами сам королевский дворец и расположившееся всего в трёх кварталах от оного. Мало кто из людей Даймара не бывал здесь. Во всяком случае в открытой части храма.

Появление Дайдарии в Белом храме вызвало всеобщую радость. Все до одного, и прихожане, и сами светочи, поклонились, приветствуя Дайдарию. Она же ответила им своей мягкой улыбкой.

– Мне отрадно видеть вас, мои братья и сёстры. Да хранит Создатель в чистоте ваши души. Прошу простить эту спешку, но я удалюсь, дабы привести себя в порядок после долгого пути.

Одарив присутствующих ещё одной своей чарующей белоснежной улыбкой, глава светочей свернула в закрытые коридоры в компании всё того же Дарда. Покои Дайдарии располагались на последнем этаже, и маг явно намеревался проводить свою госпожу до самой двери её кельи.

– Мне нужен большой совет, чтобы быстрее вернуться к делам. Думаю, к десяти часам от рассвета все успеют собраться. Оповести Даромею, Дантона, Андара и Даяна. Буду ждать вас пятерых в моём кабинете.

– Будет исполнено, госпожа.

– И я очень советую Ранделу посетить завтра утреннюю службу. И лучше бы с сыном.

– Я отправлю королю послание. Уверен, он прислушается.

– Ну разумеется. Спасибо за помощь, мой милый, она неоценима.

– Для тебя, госпожа, я пойду и на большее. – Его слова вновь вызвали у неё улыбку.

Наконец, казавшаяся бесконечной винтовая лестница закончилась, выпустив магов на последний этаж, в третью по величине библиотеку Даймара. Солнечные лучи проникали через стеклянный купол, освещая мраморные полы и стены, украшенные росписями из жидкого золота, выделяя костяные книжные шкафы, заполненные обитыми кожей фолиантами, два широких стола и кресла, в которых можно было провести многие часы, утоляя жажду знаний.

За всей этой монументальностью маленькая узкая дверь, и без того почти спрятанная меж шкафов у дальней стены, совершенно терялась. Буквально единицы знали, что именно здесь и располагается скромный вход в келью Дайдарии Белой.

Лишь коснувшись пальцами ручки двери, она остановилась и оглянулась на Дарда, замершего верным люпарином в нескольких шагах позади.

– Не забудь хорошенько выспаться. Ты нужен мне с работающей головой.

Маг лишь ещё раз кивнул, глядя как стройная фигурка скрывается за дверью кельи, где не доводилось бывать даже Леддерам.

Мало кто вообще знал, что там, за этой маленькой тонкой узкой преградой, скрывается лестница, что ведёт на этаж ниже, под библиотеку, ведёт в огромные, шикарные покои. Карта звёздного неба украшала потолок и добавляла синевы в обстановку. Стены же были выстланы жемчугом, а пол обит плитами белоснежного агата, под которыми располагались специальные жаровни для нагревания камня. Несколько ковров из шкур лунных люпаринов заставили бы любого демона взвыть от ужаса. Слишком большой для миниатюрной магини казалась и внушительная постель – шикарная кровать из чистого серебра стоила больше целого состояния!

Дайдария прошла в покои, раздеваясь на ходу, и сбросила вещи в кресло, обитое бальдрановой кожей. Обнажённая, она потянулась, совершенно не стеснённая собственной наготой. Дети Жизни никогда бы не поняли ни такой роскоши, ни такого бесстыдства, впрочем, всё это было не для их глаз.

Дайдария распахнула дверцы шкафа и вытащила оттуда тонкое нежное полотенце – работу фей сейчас достать было почти невозможно, но Дайдария всегда имела чуть больше, чем все.

Пройдя в соседнюю комнату, не менее роскошную, она присела на широкий край серебряной ванны и крутанула краны, вода начала наполнять объёмную чашу, а пар –комнату.

Этот квентарийский подарок Дайдария приняла ещё до своего посольства. Даже в королевском дворце не слыхивали о подобном, когда она уже готовилась принимать горячую ванну. Ароматы масел наполнили комнату, Дайдария забросила лепестки лилий в воду прежде, чем погрузилась сама, чтобы отдохнуть после долгой тяжёлой дороги.

Дард же тем временем спускался вниз, но до первого этажа так и не дошёл – Динар поджидал его на третьем. Их взгляды встретились. Дард заговорил, отвечая на неозвученный вопрос брата:

– Ничего не заметила. Она в хорошем расположении духа, но долго это не продлится, если узнает о выходках Реймара.

– Не расскажем?

– Легко сказать, Динар, а сделать? Она хочет совет, просила вызвать короля.

– Договоримся.

– Можно попробовать. С советом проблем не будет, во всяком случае, не должно, а вот король… Ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления.

– Помочь?

– Буду благодарен, если возьмёшь на себя письмо королю. Госпожа просила пригласить его и сына на утреннюю службу. Ты же помнишь, где в птичнике голубы?

– Сделаю.

– Спасибо, брат.

Леддеры быстро разошлись в разные стороны. Уже на ходу Дард прикидывал, где сейчас могут находиться нужные светочи. По его расчётам, Дантон и Андар должны были сидеть в кабинете совета – они оба занимались экономикой, и это всегда требовало постоянной работы с документацией.

К своей радости, Дард обнаружил в кабинете всех четверых: Дантон и Андар обсуждали объёмы закупок квентарийского вина при учёте возможностей Золотого леса, а Даромея и Даян планировали грядущие Лунные сутки. Члены совета практически синхронно подняли головы на хлопнувшую дверь. Дард обвёл всех взглядом и не стал затягивать повисшую паузу:

– Госпожа вернулась.

Все тут же отложили дела, потерявшие прежнюю значимость, собрались. Каждый метал взгляды в товарищей и никто не знал, как реагировать.

– Насколько всё плохо? – наконец высказала Даромея витавший в воздухе вопрос.

– Не спеши. Всё по порядку, – Дантон коротко взмахнул рукой, словно тормозя единственную помимо самой Дайдарии магиню совета. Перевёл взгляд на Дарда. – Она знает?

– Ещё нет. Мы только прибыли, чернильники * отсыпаются после своих пьянок, на улицах их нет. Но она хочет собрать совет и получить вводную, вернуться к делам.

Многоголосый стон отразился от каменных стен, Андар прикрыл глаза рукой, а Даян стал массировать пальцами переносицу, хотя очков никогда не носил – эта привычка, скопированная с наставника, осталась с ним с ещё такого недавнего детства. Впрочем, все члены совета были весьма молоды – светочи вообще рано начинали свою активную деятельность и рано же уходили на покой.

– Эти новости ей точно не понравятся.

– Как будто у нас есть варианты. Реймара Чёрного мы так и не нашли, как, впрочем, и люди. Его уже много месяцев никто не видел, а скрывать выходки некромагов бесконечно мы не сможем. Она заметит, что они ушли со служб.

– Вечно не сможем, но потянуть время – вполне, – задумчиво отозвался Дард. – Если госпожа лично ближайшие праздники отведёт, народ хоть немного утихомирится.

– Есть разумное зерно, но что ты предлагаешь? Хочешь лгать Дайдарии?! – Во взгляде Даромеи сквозило возмущение.

– Не лгать. Немного недоговаривать. Исключительно ради блага горожан. И, конечно, временно.

Члены совета молчали, бросая друг на друга взгляды и ни один не решался высказаться первым. Дард негромко вздохнул и прикрыл глаза:

– Без вас ничего не получится. Решайтесь.

– Хорошо. Я с тобой. Но мы действительно введём Дайдарию в курс дела сразу после Лунных суток. Пусть этот год закончится для неё спокойно…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.