Роман Изумрудный
По ту сторону магии

По ту сторону магии.

Глава 1. Принц

Пролог.

Ночь. Тишина. Он лежит уже несколько часов на земле. Боль разбегается по всему телу, словно трещины по разбитому стеклу. Нога сильно болит и ноет. Он еле сдерживает себя. Зажатая зубами палка, подобранная тут же на земле, после падения с высоты, скрипит и хрустит в его белоснежных зубах. Он закрыл глаза и стонет. Его отделяют какие-то двести метров, всего-то чуть-чуть осталось, сделать несколько десятков шагов, и он на другой стороне, за невидимой чертой, но теперь это невозможно. Нога вывернута и сломана. Из разорванной штанины торчит кость, а вокруг натекает лужица крови. Похоже это конец.

Он падал со скалы, цепляясь за все торчащие камни и корни кустарников, растущих на этой каменной поверхности. Но это мало помогло. Падение было жёстким, и он сильно разбился. Раздался хруст, и он, так и остался лежать на поверхности земли, с вывернутой в бок ногой, из разорванной штанины торчала кость и капала кровь. Ну вот и всё.

Похоже, на этом всё и закончилось. Погоня была недалеко и они, точно не потеряют его следы, ещё немного и будут здесь.

То, что он уже не жилец, его не сколько ни волновало, наступило просто какое-то ледяное спокойствие. Все чувства притупились, и даже боль стала меньше. Его сжигало изнутри только одно, и это било и било по мозгам. Он не сможет отомстить. Всё бы отдал, чтобы была одна возможность, хоть и призрачная, отомстить. Вернуть, всё бумерангом тем, кто это начал. Нарезать лоскутами ножа их кожу или покромсать кусочками мяса их поганые тела, любым оружием. Он готов был сделать всё и даже больше, рвать убийц зубами, за всех, свою семью и своих близких. Но даже сквозь эту невыносимую жажду мести и крови, он понимал, что проиграл, и через несколько часов или даже минут наступит конец, и они до него доберутся. Он, просто в бессилии лежал, с закрытыми глазами, и ждал.

Императорский дворец.

Утро. Потянувшись и поёрзав на большой кровати, принц Александр, откинув одеяло, свесил ноги вниз и спрыгнул на холодный пол. Встал, и подняв руки к верху, сделал пару упражнений, размахивая ими в разные стороны. Затем, присел пару раз, разгоняя кровь по телу и зевая, пошёл в угол спальни к позолоченному умывальнику.

Умывальник был простой обычный, но позолоченный. В спальне у принца не должно было быть другого. Нужно было надавить, на торчащий из него болт, и вода начинала бежать. Убирая руку от болта, который вставал на место, пользующийся умывальником, прерывал подачу.

Александр наклонился и надавил пальцами на эту торчащую палочку. Вода побежала журча. Он подставил руки под воду, подождал, когда наполняться до краёв ладошки и обрызнул лицо, палка вернулась на место и журчание прекратилось. Эту процедуру принц проделал несколько раз. Затем фыркнул и прошлёпал босыми ногами к кровати. Рядом с которой стоял стул, где висело большое полотенце. Вытерев лицо, Александр повертел головой, прикидывая, куда же он забросил вчера одежду. Голова болела, и горло сушило. Нужен был просто глоток воды.

– Вот зачем было столько вчера пить? – шептал Александр. Похоже хорошо он вчера погулял. Сколько было выпито он не помнил, но то, что вечер, как всегда, закончился скандалом, он предполагал. Принц не мог без этого. Он любил подебоширить. Любил оскорблять и унижать. Вёл себя, как всегда погано и неучтиво. Чувствовал своё превосходство и обожал дуэли, как на оружии, так и в магии. Выбор был за противником. Но в последнее время с ним не хотели связываться. Он был отличным дуэлянтом и пока, не проиграл ни одной схватки. Александр владел в совершенстве саблей, благо учил его самый одарённый мастер и учитель фехтования во всей империи. Риччи Гальтор, был самым лучшим мастером и бойцом по владению холодным оружием. Даже Александру было не под силу его победить. Хотя, если проводить тренировочные бои, то принц из десяти боев, два мог выиграть точно. Но если бы их ждал бой на смерть, то у Александра шансов не было никаких, да и похоже в империи таких бойцов просто не существовало. Риччи просто невозможно было победить.

– М-да, – пробурчал Александр, разглядывая спальню.

– Черт, куда я вчера закинул одежду и оружие.

– Гарри, – громко крикнул принц. Давай сюда, тащи свой тощий зад.

Дверь со скрипом отворилась, и в щель просунулась ушастая голова слуги. Зелёные глаза внимательно рассматривали принца. Улыбка, даже больше похожая на скорченную ухмылку, говорила, что он весь во внимании.

– Да ваше величество, я тут.

– Ты что там стоишь в дверях? Застрял что ли? Так я могу подойти и дать под зад, сразу и за летишь сюда.

– Да нет я не застрял, – очень робко пролепетал слуга. Просто вы вчера грозились мне уши отрезать. Слуга схватил руками за оттопыренные красноватые лопухи и прикрыл их, словно боясь, что Александр сейчас возьмёт нож и выполнит обещание.

– Да хватит чушь пороть, не помню я ничего, выпил много, ничего я тебе не отрежу. В центре спальни стоял голый Александр и почёсывал рукой голый зад.

– Тащи сюда свою тощую жопу, поможешь мне одежду и оружие отыскать.

Дверь, скрипнув, распахнулась и в спальню ввалился небольшого роста толстячок. Волосы его были взлохмачены, уши, словно лопухи оттопырены и красно багрового цвета. Наверное, от испуга быть отрезанными. Шмыгнув носом картошкой, он, прошлёпал кривыми ножками, обутыми в низенькие калоши из мягкой материи, к кровати принца и встал, переминаясь с ноги на ногу, потупил взгляд вниз. Видимо, разглядывал что-то в полу.

– Ну, что стоишь, как красна девица. Мне девок и без тебя хватает, рассказывай, что вчера случилось?

– Хозяин, вы вчера пришли ночью поздно. Похоже, опять в каком-то заведении в столице гудели. Еле на ногах держались и ругались страшными словами. Я таких и слов то, не знаю.

– Ладно, ни прибедняйся, не знает он слов нецензурных, так я и поверил, – фыркнул принц. Ну и что дальше было, говори?

– Вы, ваше величество, вчера ругались и кричали сначала, потом выбежали в коридор дворца, там стали махать саблей, пытались кого-то прирезать. Наверное, минут двадцать размахивали по воздуху. Потом остриём воткнули в картину графа Ральдора, вашего дяди, висящую в ряду картин ваших родственников. Обозвали его шакалом и уродцем. Располосовали гобелен и крикнули, что повесите его за уши и затем, снова воткнули оружие в стену. Так сабля там и торчит в стене до сих пор.

– Хм, да? Не помню. А с одеждой что? Тоже что-то случилось?

– Да, хозяин, вы её сожгли. Сдёрнули сначала куртку и портупею сабли и швырнули в стену. Потом направили руку и фаербол запустили, так там до сих пор стена в коридоре обуглена, и кучка пепла осталась. В общем, применили магию огня. Затем, остальное с себя поснимали и также раскидали по всему коридору. И стали бегать голышом, вот как сейчас, стоите в чём мать родила. Только заклинания уже были другие. Сначала ледяную стрелу запустили. Заморозили сапоги свои, затем в них стулом кинули и всё рассыпалось. Ещё применяли магию воды и земли, устроили потоп, вся вода вниз на этаж убежала. А коридор весь в земле и цветочках испачкали. В общем, сейчас коридор больше похож на тренировочную арену магов, после разминки и тренировки.

– А не знаешь, что я так осерчал вчера?

– Ну, вы кричали, что вам дуэль помешали провести, двоюродный дядя ваш герцог, обозвал вас щенком и мелким пакостником. Сегодня вся столица на ушах стоит, вы вчера ему при всех залепили пощёчину и обещали сегодня на дуэль вызвать и кишки на саблю намотать.

– Да? Не помню. Ладно значит достал меня гадёныш. Строит из себя чуть ли не императора, а кто он такой, всего лишь родственничек. Двоюродный брат матери, даже не родной ей. А ведёт себя словно он тут в империи главное лицо. Да и с отцом тоже с высока разговаривает. Как это вот так получается, а Гарри? Зря отец сделал его генералом в армии и ещё и главой службы охраны императора назначил. Вот и ходит жирный боров и корчит из себя пуп земли. А только щелчок императора, и он всё, будет на галерах с рабами вёслами грести, – зло, ругаясь, размахивал руками принц.

– Ну, я тут просто маленький слуга, я в политических раскладах ничего не понимаю, – сдвинул брови к носу коротышка.

– Пойду я вам лучше одежду принесу хозяин, и выскочил из двери в коридор. За дверью слышно было, как удалялись шаги слуги.

– Ладно, подождём немного, – подходил к зеркалу Александр и заглянув уставился в него с удивлением.

– Ну, не фига себе!!! Хорошо же он вчера гульнул, – таращил глаза на своё отражение в зеркале принц.

– На Александра, смотрело опухшее лицо, со слипшимися длинными волосами. Синие глаза провалились в глазницы и под ними были тёмные круги.

– Да, похоже последствия недельного буханий, – пробормотал сквозь стиснутые зубы принц.

На лбу был порез, с запёкшейся кровью, а на щеке под глазом небольшой синяк. Похоже кто-то вчера дал ему в лицо.

– Вот только кто? – Александр совершенно не помнил.

Зашуршали шаги за дверью. Скрип и в спальню ввалился слуга, таща на руке одежду принца, а в другой чёрные большие сапоги.

– Давай сюда, выхватил из рук коротышки одежду Александр, не глядя бросил на постель. Потом схватил сапоги и кинул их на пол, рядом с кроватью.

– Ну, что стоишь, помогай, – грозно скорчив лицо стал подгонять толстячка Принц. Слуга засуетился и стал помогать натягивать одежду на Александра. Нацепив на себя костюм, состоящий из белой рубашки, со стоячим воротничком, мягких вельветовых брюк чёрного цвета и такой же курточки со множественными карманами, принц бухнулся, присев на постель. Вытянул ноги и махнул рукой.

– Давай Гарри тащи сапоги.

Слуга наклонился и подал чёрные высокие сапоги принцу. Александр натянул их на свои длинные ноги и вскочив с постели, попрыгал и потопал каждой ногой.

-Все, нормально сидят, как и надо, – пробурчал довольно принц.

– Ну что Гарри, пора на выход в свет, – и засмеялся звонким громким смехом.

– Давай, где моя портупея и ножны?

– Так вы вчера их тоже э … короче, уничтожили. Скинули с себя вместе с одеждой и что-то там кричали про магию и колдовство. А потом так же, как и одеждой поступили. Сначала магией огня раскалили, а потом магией льда заморозили и своей саблей все раскрошили на мелкие кусочки.

– Вот черт! Не помню ничего совсем, – выругался принц.

– Ладно Гарри, тащи запасную портупею и ножны. Возьми только деревянные, оббитые бархатом, железные оставь. Они клинок сабли портят. Гарри выскочил за дверь, словно ошпаренный и было слышно, как он побежал по коридору и крикнул.

– Сейчас хозяин принесу.

Не прошло и нескольких минут, как запыхавшийся слуга снова ввалился в спальню и передал принцу его портупею, которую тот накинул на себя. Причём ножны, принц повесил с левой стороны.

– Ну вот похоже и всё, – засмеялся Александр, осталось только саблю вытащить из стены.

Принц вышел из спальни в коридор и подошёл, к воткнутому в стену холодному оружию. Схватил за рукоять, просунув пальцы под гарду, обхватил пальцами и резко выдернул из стены.

Александр постоял и кистью крутанул саблю.

– Да, хороша чертовка! – погладил пальцами второй руки по клинку, сделанному из стали, по особому заказу, и всунул её в ножны.

Гарри стоял сзади возле открытой двери спальни и смотрел, как хозяин медленно удалялся по коридору, растворяясь словно в тумане.

Александр прошёл медленным и строевым шагом по коридору дворца, вышел на лестницу, и перепрыгивая через ступени, спустился на этаж ниже. Он решил зайти в тронный зал. Сегодня, как он помнил, намечались мероприятия, посвящённые юбилею правления его отца государством. Александр решил зайти и поздравить с двадцатилетием нахождения на троне Империи Карогар, своего отца Арнольда третьего и мать Антуэнету Гивейскую. Принц пробежал последние ступеньки лестницы и выскочил в коридор, ведущий прямо в тронный зал. И зашагал по нему чеканя шаг.

– Хм, странно, вроде бы у лестницы должен стоять караул, и подходя к дверям зала, отметил несоответствие обстановки. Два стражника, всегда стоявшие караулом у большой деревянное резной двери, отсутствовали.

– Непорядок, – прошептал принц. Что это за бардак тут развели? Александр подошёл к двери в тронный зал, толкнул её, навалившись обеими руками. Двери, скрипя, стали раздвигаться в разные стороны. Только забрезжил просвет и в обзор принца попало следующее.

В тронном зале стоял звон оружия, в самом разгаре был бой. Пара человек охраны защищали его отца и мать, на которых нападали люди герцога Ральдора Орлеонского, двоюродного брата его матери.

– Что тут происходит? – крикнул на весь зал принц, и стал вытаскивать из ножен саблю. В это время из коридора показались несколько человек. Александр скользнул взглядом по ним. Люди графа. Они бежали с вытащенными саблями и размахивали ими, что-то крича.

Александр перекинул взгляд к трону и увидел, как последние защитники императора пали, а сам император и императрица были зверски убиты. Точнее их зарубили и закололи саблями. В центре толпы стоял граф Орлеонский, смотрел на Александра прямым, прожигающим насквозь взглядом и кричал, разбрызгивая слюни в разные стороны.

– Убейте мелкого гадёныша, зарубите, и голову его мне, голову, – размахивал саблей, показывая на стоящего в дверях принца.

Глава 2. Побег.

Замок.

Александр быстро выскочил в коридор, навстречу отряду бойцов графа. Дверь, ведущая в тронный зал захлопнулась, притупив крики графа, что бы принесли ему голову принца.

– Нет, не дождётесь, – прорычал принц, и двинулся бегом в толпу бойцов

Не даром его тренировал лучший боец империи. Александр прошёл сквозь отряд, словно нож сквозь масло, он орудовал так виртуозно саблей, и она так быстро мелькала, что никто не смог оказать ему сопротивления. Хотя последний боец пытался ткнуть в него острием холодного оружия, но принц не стал заморачиваться, а просто снёс того волшебным заклинанием огня. И под крики, издаваемые вспыхнувшим огнем, принц умчался дальше по коридору. А горящий боец, прыгая и крича, подпалил в коридоре шторы, и еще минуту дёргался, лежа на полу, шевелил ногами и шипел, не в силах уже кричать. Граф и его люди выбежав, в распахнувшиеся двери тронного зала, остановились и смотрели, как принц убегал дальше по коридору, прикрывшись от них стеной огня, созданной, горящими шторами.

Граф завизжал, разбрызгивая ртом слюну.

– Поймать маленького ублюдка, и голову мне его, на стол на тарелке. Махал оружием и топал ногами.

– Что встали? Ловите его, обходите с другой стороны.

И толпа бойцов, повернув в обход умчалась сначала по коридору, а потом вниз по лестнице, что-то крича и ругаясь.

Граф, так и стоял и смотрел налитыми кровью глазами, как Александр, скрывается за углом длинного коридора Замка.

Выбежав во двор замка принц столкнулся с парочкой бойцов графа. Те не ожидали тут встретить беглеца и прозевали его нападение. Когда принц скрылся за ближайшим углом здания, то эти двое олухов валялись на улице, проткнутые его острой саблей, уткнувшись лбами в землю. Оба были мертвы.

Принцу еще пару раз приходилось вступать в драки и бои, но противник попадался слабый, и быстро с ним расправившись Александр продолжал бежать дальше. По всему городу слышались крики и звон мечей и сабель. Похоже, уничтожались остатки бойцов, верных королю. Новый хозяин империи просто с мясом, а точнее просто вырезал, последних защитников старой империи.

Алекс стоял на перекрёстке дорог и быстро соображал.

Все дороги вели его к смерти. Он оглянулся назад и решился. Была только одна дорога, дорога в неизвестность, она вела в никуда и было непонятно, что лучше. Умереть или как те, кто ушёл и больше не вернулся, преступив черту и перейдя на другую сторону. На другую сторону планеты, поделённой на две части. И та, тёмная и закрытая туманом часть, за чертой которой никто не знал, что находится. Оттуда ещё никто и никогда не возвращался. Да, охотники удачи находились и очень часто, черту переходили, растворявшись в тумане другой стороны. Но вот откуда ещё никто и никогда не возвращался. Похоже, оттуда не было дороги обратно, и шагнувший туда, наглухо запечатывал дверь обратно.

И Александр решился. Он пойдёт и переступит за эту черту. Тут ему уже делать нечего, его искали все, чтобы убить. И ему некуда было скрыться. У него не было ни друзей, ни товарищей, родню убили, а кто жив, тот перешёл на сторону дяди. Армия тоже в руках нового императора. Он один, совершенно один остался в этом мире. И тут его точно ждала смерть, а там за чертой, у него был мизерный шанс. Но он был, и он решил им воспользоваться. И он побежал. Он побежал от погони, которую за ним послал дядя, побежал что бы использовать этот последний шанс в его жизни.

И вот теперь, когда всё так близко, всего несколько десятков метров отделяет его от черты, поделившую эту планету на две части. Он понял, что он проиграл. Он лежал и стонал, сжимая палку во рту от боли. Из штанины торчала кость, сломанной ноги. И к нему радостно улыбаясь, точнее просто озверело скалясь, медленно подходили бойцы графа.

– Ну что, мелкий засранец, не удалось убежать, – потирая руки и улыбаясь беззубым ртом, смеялся толстяк. Мы тебя будем убивать медленно, – он захихикал, противным свинячим смехом. Сзади раздались смешки и похрюкивания остальных. Видимо, хотели угодить своему толстому боссу.

Александр, пытался отталкиваться здоровой ногой и по несколько сантиметров отодвигался, пятясь, пытаясь приблизиться к черте.

– Смотрите, а мелкий вонючка ещё пытается убежать от нас. Ты это что задумал гадёныш? Неужели думаешь сбежать на ту сторону, – тыкал толстым пальцем толстяк, в сторону, где клубился чёрный непроницаемый туман.

– А ты знаешь, что там? Нет? Вот-вот. Никто не знает. Туда, на ту сторону планеты уходили многие, ныряли в этот чёртовый туман и всё. И где они теперь. А нет их и никто не знает, что с ними случилось.

– Давай, лучше мы тут тебя быстренько ножичком прирежем, – и толстяк захохотал. И всё, и ты быстро отмучаешься. Хотя нет, лучше мы тебе больно сделаем, отрежем ножки, ручки … Жирдяй замолк, обдумывая, что же дальше, ну и выбросим туда в туман, – тыкал пальцем Александру за спину.

– А остальное, в мешок засунем и графу унесём.

Всё заражали.

– Ну вот и решено, так и поступим,– жирный оглядел всех присутствующих, те ему кивали головой, соглашаясь с ним во всем.

– Каган, тащи тесак, будем ножки и ручки рубить, толстый стоял и вытянул руку, разжав пальцы. Он стоял и ждал, когда ему в раскрытую ладонь, вложат это страшное оружие. Одноглазый Каган, подбежав, всунул в руку жирному, здоровенный и остро наточенный тесак. Ладонь поудобнее обхватила ручку тесака и пальцы сомкнулись, крепко обняв острое оружие.

Жирный поднёс лезвие к губам и вытащив длинный, как у змеи язык, поводил им из стороны в сторону. Затем, раздвинул в оскале губы и, провёл этим шевелящимся, как змея мясистым языком, по наточенной кромке острия. Кровь сочно брызнула из этого шевелящегося куска мяса и обагрила кусок остро наточенной стали, часть прокатилась по лезвию и стала медленно падать на землю, образовывая, ну очень, маленькую лужицу. Жирдяй облизал красный, метал, и смачно сплюнул себе под ноги красной слюной, которая упав на землю, брызнула и разлетелась в разные стороны, пачкая всё вокруг красным цветом. Затем, скорчив гримасу толстяк повертел головой. Шея затрещала. Жирный потянулся, привстав на носочки, повертел тесаком в руке, прикидывая вес и разминая кисть руки. Прищурился, и уставившись на принца, подмигнул, оскалившись в страшной красной улыбке. Зубы были запачканы кровью, и оскал получился как у вампира.

– Ну, что маленький вонючка, начнём? Похоже, время пришло и нам пора, поднимая над головой тесак Жирдяй закрыв глаз, примерялся, как ему сподручнее ударить.

Свист опускающегося к низу наточенного тесака и крик, бьющий по ушам. Лежащий на земле закричал, а жирный ковырялся и пытался вытащить, из воткнутого в сломанную ногу, оружие. Кровь хлестала из ноги, но удар был хоть и сильный, но недостаточно. Тесак вошел в ногу, выше колена и застрял в кости. Отрубить с первого раза не получилось.

Боль. Принц закрыл глаза и закричал, боль разбегалась по всему телу. Потом снова боль, Александр прикусил губы и …красная пелена опустилась на него, потом полная темнота. Он провалился в беспамятство.

– Эй, смотрите, отключился. Ему сейчас пофиг и на боль, и на всё остальное. Ладно мелкий говнюк, пока ты отдыхаешь мы быстренько с тобой закончим. И толстяк замахал, здоровенным оружием, кромсая и отрубая плоть. Ноги и руки были в крови и отрублены. Сам жирдяй, упивался и дрожал в экстазе. Ему очень нравилось причинять другим боль. Хотя он сам просто падал в обморок, даже от маленького пореза своего пальчика. Жирный стоял над поверженным принцем, запыхавшись, похрюкивал от удовольствия. Большой рукой он смахнул со лба пот, затем выдохнул и пнул в бок Александра.

– Давай обрубок просыпайся. Всё, операция прошла успешно. Мы тебя немножко укоротили. И заржал дебильным, свинячьим смехом. Остальная толпа гопников его поддержала, улыбаясь, похихикивали и что-то комментировали, глядя на отрубленные части принца. Сам жирдяй пинал отрубленные руки и ноги Александра, словно играл в футбол.

– Каган тащи мешок, запихни всё это добро туда, – указывая на все части тела принца, валявшиеся под ногами. Надо всё будет графу отнести и показать.

Александр лежал словно обрубок, без обеих рук и ног. Кровь вытекала из него. Каган приволок мешок и быстро скидал всё мясо туда. Затем, глянул на босса и кивнул на принца.

– А с этим что, тут и оставим?

– А ты что, на себе его тащить хочешь? Жирдяй засмеялся тупым дебильным смехом. Закидывай себе на спину и тащи, а мы посмотрим. Дружный смех отморозков прокатился в ответ.

– Ну уж нет, на хрен он мне сдался, – Каган подбежал и с размаху начал пинать валявшийся обрубок тела. Все смотрели на это действие и смеялись. После нескольких сильных ударов, принц откатился к самой черте двух миров и перевалился, скрывшись в чёрном тумане. Был только что тут, лежал на самом краю разделения миров. И вот его уже нет, только полоска на земле и осталась от прокатившегося обрубка тела.

– Ты что дебил сделал? – Жирдяй метал и рвал на себе волосы. Он прыгал, рвал на себе волосы и махал руками.

– Мне графу надо было ещё голову доставить. И что теперь. Я твою глупую башку что ли в мешок, придурок, должен запихнуть.

Каган шарахнулся от злобного толстяка в сторону и запричитал.

– Я не хотел, так получилось. Да, всё рано он уже сдох.

– Да? Вот ты это сам и графу, мудак и скажешь. Я посмотрю, что он тебе в ответ на это отрежет, дебил.

Весь отряд притих, смех прекратился и наступила немая пауза и тишина. Затем все развернулись и стали собираться, нужно было идти обратно.

– А тебе мудак, вон бери и тащи мешок с мясом,– указывал длинным пальцем на красноватый мешок, Жирдяй.

– И сам отдашь и отчитаешься перед герцогом. Куда и зачем дел принца. А я в сторонке постою и понаблюдаю.

Каган схватил мешок и, закинув на спину, двинулся за всеми, идя самым последним в цепочке. Жирдяй шёл рядом и оглядывался назад. Наверное, думал, вдруг принц обратно выскочит из тумана.

Граф стоял в тронном зале и глядел в большое огромное окно, рассматривал, как в небе летали чёрные птицы. Точнее, это были вороны. Город потонул в копоти дыма и запахе крови. Было много убитых, тех кто остался предан старому королю. Верные графу воины, просто вырезали под корень, всех, кто оказывал им сопротивление. И все, кто не хотел с ними иметь и прейти на их сторону, тоже уничтожались. Убивали всех, и воинов, и их семьи, тоже вырезали под чистую. Графу не нужны были оплоты сопротивления и потому он, уничтожал на будущее, всех кто мог кинуть ему перчатку. И не задумываясь просто убить, в будущем, в ответ на убийство своих родных и близких, которых сейчас его личные наемники вырезали поголовно.

Вороны кружились высоко в небе.

– Ничего, скоро и на вашей улице будет праздник,– процедил сквозь зубы Ральдор Орлеонский. Сейчас прикончат оставшихся, и всё за город вывезем. Там и попируете.

Граф отвернулся от окна, прошёл по красному от крови полу и поднявшись на несколько ступеней к верху, плюхнулся толстым задом на трон. Поёрзал на нём, не очень уютно сидеть на твёрдом. Повертел головой, окинув взглядом, чёрных сощуренных глаз, тронный зал.

В зале находилось несколько личных телохранителей его охраны.

Поискал по всем закоулкам какую-нибудь мягкую подушку. Надо было закинуть под зад, а то сидеть было холодно и жёстко.

– Гарольд, давай сюда, – махнул рукой лениво Ральдор. Высокий долговязый детина, лет 30. В больших сапогах, натянутых по колено, в чёрных штанах, и чёрной куртке, быстро подскочил, пробежав несколько метров к трону.

– Что изволит ваша милость,– поклонился немного долговязый и уставился, не моргающим взглядом синих глаз в наполненные кровью глаза герцога.

– Слушай, Гарольд, мне бы подушку по зад, а то сидеть как-то холодно и жёстко. Вот, помню, что была где-то. Этот вонючка император постоянно на ней сидел и ёрзал. А сейчас, вот всё просмотрел, куда её покойничек засунул интересно?

– Сейчас принесут ваше величество. Гарольд развернулся и свистнул. На его свист, все в зале оглянулись.

– Нашему новому императору нужна подушка под его императорский зад,– выкрикнул на весь зал. И чем быстрее, тем лучше.

– Сейчас найдем,– пронеслось в разнобой в ответ и часть охраны исчезла за дверьми.

– Сейчас будет ваше величество, – улыбнулся долговязый и показал рот с чистыми и ровными белыми зубами.

– Ладно, что там у нас в городе твориться. Есть информация?

– Сейчас узнаем. Длинноногий встал прямо, закрыл глаза и вытянув руку, что-то пробормотал, затем второй рукой достал из-за за пазухи шар, дунул на него, вытянул вперёд руку, раскрыв ладонь. На ней, лежавший шар засветился и загорелся синим светом. Внутри шара возникло лицо, усатого толстяка, одетого в защитную кольчугу и державшего в руках пику.

– Вагнер, ты меня слышишь, шипя, словно змея прошипел длинный маг.

– Да, господин Гарольд, слышимость отличная и видимость тоже.

– Как у нас продвигаются дела ? Как обстановка в городе? Много осталось очагов сопротивления?

– Господин маг, почти всё подавлено осталось только два очага. Один через полчаса, максимум час, будет подавлен. Там защитников не осталось. Со вторым сложнее. Там образовалась группа дворян, приверженцев старого владыки. С ними три сильных мага. Они уходят в сопровождении большого отряда. Мы не смогли всех перекупить. Эти самые верные императору, забрали семьи и всех, кто к ним примкнул и уходят из города, на конях и повозках. Наши силы пока раскиданы по всему городу, ловят остатки сопротивляющихся и их пособников. А мой отряд тут застрял. В общем, пока у нас не хватает сил. Но, когда все соберутся вместе, я думаю мы их догоним и уничтожим.

– Оставьте их, они нам не помеха. Да и чем они нам помешают. Жалкая кучка оборванцев,– встрял в разговор герцог.

– Приветствую ваше высочество и поздравляю моего владыку с победой, – преклонил руку в кулаке к груди, усатый толстяк.

– Ладно, давай уничтожь сопротивление. А дальше займись зачисткой города от всяких вражеских элементов. Ты меня понял Вагнер, кого и где надо зачистить? И семьи и детишек этих изменников не жалей, всех кончайте. Нам в будущем, тут сопротивление не нужно.

– Всё будет сделано мой повелитель, – отчеканил Вагнер.

Длинный дунул и шар погас, он быстро запихнул его к себе за пазуху. Дверь в тронный зал распахнулась и в тронный зал ввалились трое телохранителей. Каждый из них тащил по большой мягкой подушке.

– Ну вот и подушки под зад вашему величеству,– улыбаясь прошипел Длинный маг.

Бойня в городе продолжалась до конца дня и всю ночь. Только утром, всё было кончено. И наёмники и бойцы герцога начали вытаскивать и складывать на телеги трупы убитых. Владыка отдал приказ.

– Всех мертвецов вывезти на пустырь недалеко от города и сжечь.

С самого утра Ральдор сидел в тронном зале на двух мягких подушках, слушал отчёты, принимал посетителей и просителей. Ему ужасно хотелось спать. Но приходилось заниматься неотложными делами. Он почти всю ночь не сомкнул глаз. Его тревожила ситуация в городе, и он с нетерпением ждал, когда будут подавлены последние очаги сопротивления. Но всех больше ему нужна была информация, что там с принцем. Он прямо сидел и с нетерпением ёрзал на мягких подушках, и не мог успокоиться и расслабиться. Ему нужна была информация. А её как раз и не было. В зал вбежал наемник Джона Жирного помощника графа, который с отрядом ушёл в погоню за мальцом принцем. Пробежав по залу боец остановился перед Ральдором.

– Ваша милость.

– Ты что тупой? – какая он тебе милость, он уже не милость, а его высочество император.

Боец что-то замямлил и сбился, стоял открывая и закрывая рот, хлопал глазами.

– Ладно, – махнул рукой граф. Говори, давай, как можешь.

Наемник сглотнул пару раз и продолжил.

– Примерно, через час Жирный Джон будет здесь, с отрядом меня послали вперёд предупредить.

– Что с принцем, с мальчишкой, – граф вцепился пальцами в подлокотники трона и пальцы аж побелели.

– Ну, не тяни, – говори, выдохнул новый император.

– Ну, Джон везет мешок с ногами и руками, сам у принца рубил тесаком, – немного замялся и заикаясь произнёс боец.

– Фу, ну вот и всё,– выдохнул и заулыбался новый император. Вот теперь точно всё. Победа! Полная причём победа, – выкрикнул, размахивая руками он.

– Гарольд, пошли кого-нибудь за вином, а бойца отправь на кухню, пусть накормят.

– Хорошо ваше величество, всё сейчас будет сделано и маг, что-то буркнул паре бойцов. Один увел наёмника на кухню, а другой убежал за вином.

Глава 3. Планета Аргора.

– Эй ты! Мелкий засранец, а ну стой! – кричал вдогонку маленькому Микки, рыжий волосатый Драг, потрясывая огромным кулачищем. Микки нырнул под прилавок и проскочил между ног толстой торговки мясом, обогнул торговца рыбой и помчался, сверкая пятками по рядам. Да, он уже давно не был на этом приморском базаре, где торговали местные торговки и торговцы, всякой всячиной, начиная от мяса и рыбы, и всякими деликатесами, заканчивая разными снастями и оружием. Сегодня ему повезло, и он спёр у нерасторопного волосатого усача пару дренго, мелкую серебряную монету, маленькому Микки этого хватит на неделю.

Как хорошо, что его на базар вот так ненароком занесло.

Синий Драг остался далеко позади и Микки затерялся среди толпы базара. Быстро присел рядом с открытыми дверьми магазинчика оружия, Микки переводил дух. Тут, где он облюбовал место, стояли контейнеры, куда выкидывали всякий мусор, стаскивали со всего базара. Тут воняло не только гнилыми фруктами и овощами, но и испорченной рыбой и мясом. Так же были контейнеры под одежду, точнее выкидывали старое тряпье, когда покупатель одевался в новое. Он обычно оставлял у продавца затасканную и рваную одежду. Уходил довольный и радостный от обновки. А старьё обычно оставалось на прилавке и продавцу приходилось выкидывать в контейнер всю эту рвань.

И к концу дня, уже под самый вечер, тут у этих мусорных куч, собиралась определенная категория жителей, которые выискивали себе, более или менее лучшую одежду, чем одетая на них, ну и конечно же, выкинутое гнилье, испорченная и протухшая еда, представлялись им словно деликатесы из богатого ресторана. Часто этот пяточек с мусором становился полем боя и драк, за каждый кусок еды и одежды. И обычно, самые сочные куски доставались самым сильным. А таких было пятеро. Они тут были боссами, среди бомжей базара. Им никогда никто не перечил, а то можно было остаться и без зубов, это в лучшем случае, или в худшем со сломанными костями уползти куда -нибудь в угол и подыхать. Бомжи никому нужны не были, но и среди них существовали свои касты. Те, кто забирал всё самое вкусное и лучшее из отбросов, и те, кому доставалось только то, что уже никому совсем не нужно было.

Микки, частенько крутился на базаре, иногда подворовывал, иногда зарабатывал на жизнь тем, что как грузчик подносил в сумках из купленного покупателем. И тот мелкой монетой расплачивался с пацаном, за небольшую его помощь. Иногда правда попадались скупердяи и те, потом жалели, даже медного пятака, для шустрого пацана, разворачивались, словно он не оказывал им помощь и просто уходили не отблагодарив.

Микки ругался и называл таких, огрызками жизни, и плевал в спину этим жадным жлобам и крохоборам.

Планета, на которой рос маленький пацан называлась Аргора. Она принадлежала к Звёздной империи Кальдарагос, и входила в звёздную конфедерацию, состоящую из империй, республик, монархий, королевств и содружеств. Звёздный союз сокращённо имел название ОКГЗС. Объединённая Конфедерация Галактических Звёздных Систем. Ну, так как выговаривать было сложно все Жители просто звали её, сократив лишнее, Звёздная Конфедерация. Центром её была республика Фарга. И столицей Конфедерации была планета Фаргос.

Вся планета – это был один большой город, остальное были курорты, моря, океаны, горы. Всё было подчинено отдыху и основной деятельностью планеты столицы, был туризм. Сам город был поделен на две части. Жилая зона и зона отдыха, ну и зона Конфедерации, где были все правительственные здания и учреждения. И всё было хорошо защищено. Везде были войска и охрана.

После республики по влиянию в конфедерации были два содружества. Одно содружество Рабатрол, состоящее из нескольких сотен планет, и Содружество Адолок, бывшее на окраине союза и примыкавшее к неизведанным звёздным системам. Оно постоянно отбивалось от набегов пиратов и рас, которые не желали вступать в союз. Ну, а дальше шли несколько монархий, которые имели по одной или две звёздные системы, с несколькими заселёнными планетами. Но с развитой цивилизацией и технологиями. Было одно королевство, с тремя планетами в одной системе. И на последнем месте в Звездной Конфедерации находилась империя Кальдарагос.

В неё входило множество планет, но они были на таком низком уровне развития, что кроме, как выращивания еды и добычи полезных ископаемых, они не могли ничем похвастаться.

А планета Аргора, была просто на просто обыкновенной тюрьмой. Всех преступников и все отбросы империи, отправляли на эту планету. На Аргору доставлялись каждый месяц осуждённые и отбросы общества, а взамен забирали выращенные консервированные ягоды Тари, растущие высоко в горах. Их действие было продление жизни, а потому они пользовались огромным спросом. Причём продавали их не только в империи, но и по всей Звездной

Конфедерации, и они уходили за огромные деньги. И самое главное, на них была громадная очередь. Что бы купить эти ягоды, нужно было записываться на пару лет вперед. Все было расписано на годы. Эффект от ягод Тари был не только в омоложении и продлении жизни. Они также служили лекарством, от многих болезней, точнее сам эффект, в продления жизни, был заключен в их излечивающих свойствах, а потому они были просто бесценны. Многие власть имущие хотели их заполучит. Так же приходили танкеры, которые перевозили руду Алмате, которая использовалась в изготовлении всего электронного оборудования кораблей ОКГЗС. Тут её было много и шахты ждали новых заключенных. Точнее на планету свозились заключённые поселенцы. Они могли свободно передвигаться и жить там, где хотели, но должны были вырабатывать нормы добычи руды, но если у них были деньги, то они могли заплатить ими, за отказ работать. Вот и посчастливилось родиться маленькому Микки на такой вот планете – тюрьме.

Своих родителей Микки не помнил, они погибли, когда ему было четыре года. В тот год заключённые подняли восстание, и попытались скинуть администрацию планеты и захватить власть. Но, после пары месяцев бесчинств и погромов, убийства охраны и администрации, на планету высадился десант. Его послал император, и в течение трех месяцев, бунт был подавлен, а население планеты сократилось в два раза.

Императору помогла в этом Звёздная конфедерация. Своих войск у монарха было мало, но вот то, что произошли перебои с поставками руды и ягод Тари, это очень взволновало богатеев союза. И по тому совет Конфедерации миров, принял решение и послал войска, для подавления восстания и установления контроля за планетой. Восстание подавили, а на планете с тех пор стоит большая группировка войск, для предотвращения повторения мятежа.

Был назначен Губернатор и в его ведении было обеспечение шахт и поддержание порядка. Армейская группировка отвечает за добычу и переправку руды в конфедерацию и имеет от этого свой процент.

В данный момент Микки жил с дедом. Точнее дед жил высоко в горах, а Микки болтался в городе, в столице планеты. Ну название конечно столица это уж через чур. Тут дома всё были максимум двухэтажные, была одна школа, для богатеньких детишек, рынок-базар, резиденция губернатора, и несколько зданий администрации. Отделение банка Империи, а также контора по найму и обслуживанию шахт. Ну и в центре были казармы, и все здания, банк и резиденция губернатора охранялись бравыми бойцами. Ну, а Микки видел, какое воинство тут обитало. Постоянно пьяные и бухие, не выползающие из баров столицы. Кстати баров было около десятка. От такой вот жизни многие проводили все вечера, сидя в забегаловках и лакая местную бормотуху, настоянную из ягод и фруктов местного разлива. Очень часто, после таких попоек случались драки и поножовщина, после которых на местном кладбище появлялись новые кресты и захоронения. В общем народ жил скучно, но иногда ярко, дрались по ночам, словно петухи и иногда бои заканчивались смертью.

Оружие гражданскому населению разрешалось носить только холодное. Это были ножи, сабли, шпаги и мечи. Кому какое по душе. Для Огнестрельного, на основе пороха, нужно было покупать лицензию. И стоила она немало. Лучевое и плазменное для гражданских было под запретом. При поимке с таким оружием провинившегося ждала сразу виселица. И таких вот счастливчиков, болтающихся на площади, попадалось с начало много, но по прошествии нескольких лет после мятежа, желающих, вот так повисеть, сразу поубавилось. И если честно, то их в данный момент по всей планете висело всего двое. Их, не убирали и они уже целый год болтались высушенными тушками мумий, раскачиваясь в такт завывающим и шепчющим ветрам планеты.

В столице и на шахтах стояли бойцы охраны. Всё, что принадлежало АФКИК, в переводе Аргорский Филиал Корпорации Империи Кальдарагос. Это была военная структура и она обслуживала все принадлежащие ей шахты. Да, что тут говорить, если уж, на то пошло, вся планета Аргора с потрохами принадлежала этой самой корпорации. Само руководство которой сидело в столице союза, на планете Фаргос. И уж если честно, то директора компании были подставные лица, а сама корпорация принадлежала правящим кругам Конфедерации. И после восстания корпорации в помощь оставили и армейские войска. И не понятно было, кто кому подчинялся.

Микки выглянул из-за контейнеров. Синего Драга не было видно. Драг это была раса, жившая на планет Драган. Планета представляла собой Большой океан и небольшой участок суши. Основная масса животных жили в океане, а вот эти синие здоровенные увальни, чем-то похожие на неповоротливых слонов, такие же толстые ноги один в один со слоновьими, складки кожи, толстые руки и жирные пальцы, в количестве 6 штук на каждой ладони руки. Заплывший жир на лице, словно морж, ну прямо один в один. Вот такой мощный разумный обитал на суше планеты и питался в основном рыбой. Когда открыли их планету, то назвали её Драган, а разумных слонов, местных жителей, прозвали Драгами. Так и прижилось. Всё это было несколько тысяч лет назад и в данный момент по всей империи и Конфедерации Драгов было несколько миллионов. И все они были полноправными жителями союза. В основном они занимались торговлей, и основа её была рыба и морепродукты.

Микки выполз из-за контейнеров и двинулся в сторону выхода с рынка. Сегодняшний улов в несколько серебряных дренго грел душу, расползаясь радостью по всему телу. И Микки решил, сегодня надо навестить деда, они давно не виделись, наверное, месяц будет,– прикинул пацан.

– Да, пора навести старика, как он там один поживает? – задумчиво прошептал пацан. Хотя, Микки и знал, что дед любит ходить в горы на охоту и ему некогда было скучать. В окрестностях жили только птицы, бегали горные козлы, а самое главное росла ягода. Дед её собирал, для продажи, хотя и сам ел, чтобы жизнь продлить. Микки улыбнулся вспомнив, как дед тихо и незаметно, оглядываясь запихивал горстями эту чёрную ягоду и глотал, чтоб никто не увидел. А ему, Микки говорил, вон ягоду богатеи покупают, все хотят подольше пожить, видно думают она продлевает жизнь, а сам вот тоже ел её потихоньку. Но пацан был не в обиде на деда. Пусть ест, лишь бы на пользу и продлила старику ещё годы.

А иногда дед ходил к туману, точнее к черте. Планета была поделена на двое, одна часть её была обычной, а вот другая была покрыта чёрным маревом тумана и попасть туда в черноту было нельзя, ты начинал заходить и увязал, а потом тебя просто выкидывало назад, и что было в том тумане никто не знал. Просто он был и всё. Никто не мог туда войти, а вот из него частенько выкидывало что-нибудь интересное. Вещи, оружие, инструменты и обычно людей или мёртвых, или без памяти, ну в основном просто безумных. Видимо это была цена перехода.

Да, и самое интересное попадались предметы, прозванные Микки амулетами магии. Да они и в правду были магическими, могли лечить, могли убивать, каждый предмет был для чего-то и дед, уже нашедший не один десяток этих артефактов, занимался их разгадкой и открывал в них магические умения, и самое главное он знал, как этим всем пользоваться. В общем, Микки был на все сто уверен, что его дед, был на планете самым могущественным магом, ну или колдуном, как на это посмотреть со стороны.

Выскочив с рынка в город, Микки быстрым шагом, пробежав по центральным улицам, выбрал направление на восток, вышел через полчаса из города по широкой дороге, убегающей змейкой в сторону видневшихся далеко гор.

– Придётся целый день добираться, – пробурчал недовольно пацан. Эх, сейчас бы сюда самодвижущуюся телегу, он бы к вечеру уже был у деда, – мечтательно задумался Микки, бодро шагая вперед. Но, как всегда в ту сторону, куда ему надо было шагать, желающих прогуляться или проехать не было. Ну, не то направление было задано. Кому придет в голову тащиться в дикие земли и горы, а также в дремучие дебри леса и кустарника, тем более, там ничего интересного и приносящего большой денежный доход не было. Ну, разве только если найдешь артефакты или будешь ползать, выискивая ягоды Тари, но, вот чтобы это найти нужно было знать, где всё это богатство искать. А вот это знали только единицы. Хотя, ягоды искали на соседних горах, были там картели по поиску ягод Тари, и работали на них заключенные, а вот на их горе видимо было мало этого добра, потому и никто тут не бродил, кроме них с дедом. В общем, дорога вела в край, где была дикая природа, заселённая просто зверьём и страшными хищниками. Да к тому же в той стороне проходила черта, та самая, за которой виднелся чёрный туман. Вот и не было желающих ходить просто так тут и искать себе неприятностей на свою шею. Лишь иногда попадались искатели артефактов. Ну, и иногда охотники за зверьем. Да на соседних горах за ягодами ползали по горам сосланные на планету арестанты.

Микки, весело напевая и насвистывая, услышанную недавно мелодию уличной песенки, которую уже, наверное, с неделю горланили всё на столичном рынке, продолжал свое путешествие, поднимаясь по широкой дороге, которая витала словно лента и уходила далеко за горизонт, прячась в тумане и кучерявых облаках гор. Да, дед жил в небольшом домике, далеко от цивилизации, который находился в горной долине, почти у самой вершины, небольшой горы. Хотя, эту местность разрезала длинная череда гор, каждая из которых уходила прямо в небо, шпилями ввысь, и прячась в белоснежных облаках, на самых верхушках этой красоты постоянно висели шапки белого снега.

Но, вот конкретно их с дедом любимая гора, на которой было их место постоянного проживания, а также и место отдыха, и раскопок интересных артефактов, была лишена всей этой красоты. И за всё время сколько Микки себя помнил, белая шапка никогда не покрывала верхушку сияющим и искрящимся снегом, что очень расстраивало маленького пацана, которому так хотелось иногда просто скатиться вниз по этому хрустящему снежному ковру.

Да, он в живую лично видел и знал, что это такое, холодное белое покрывало, что накрывало верхушки деревьев и поверхность, и ему не раз удавалось прокатиться вниз по этому хрустящему снегу. Он держал снег на ладони, и тот обжигая таял, скатываясь крупными каплями между пальцев и падал на землю. А Микки завороженно наблюдал превращения этого белого холодного и колючего хрусталя, на ладони, в обыкновенную чистую воду.

Частенько дед, забираясь далеко и высоко в эти дикие края, не мог его одного оставить дома и ему приходилось брать с собой Микки, в далёкие путешествия и на поиски артефактов. И тут, на фоне этой дикой природы и проходило все обучение пацана. А дед умел очень многое, кроме охоты и выживания, он владел магией артефактов. А потому шустрый пацан, был не просто маленьким ребенком, а еще и опытным охотником и умел не только разжечь костер, но и прожить один, в этих необжитых краях, совершенно не беспокоясь о еде и ночлеге. В общем, эта вся дикая природа была ему, просто дом родной, и он чувствовал себя в ней, как хищная рыба чувствует себя в большой реке, когда выходит на охоту за маленькой рыбешкой. Хоть он и был по возрасту ребенком, ему на данный момент исполнилось всего четырнадцать, но он был настоящим хищником этого дикого края. И самый опасный хищник в этом безлюдном и диком краю был человек, по имени Микки. Да, конечно и дед его, тоже был непросто живущим тут старичком, он тоже был очень опасен, но опасен, как старый тигр, который защищает свою территорию, а не как молодой самец, ищущий новые земли.

Размышляя, сколько ему еще идти, пацан уже прикидывал где и когда остановиться на ночлег. Ему не было нужды идти ночью, его никто не гнал, а он не спешил, потому он и выбрал свою любимую площадку, точнее полянку, где он всегда останавливался для отдыха. Там давно уже все было приготовлено. Было место для костра, построен шалаш, в котором можно было и в дождь, и в холод отсидеться. А так же всегда лежали сухие дрова для костра, набранные заранее, еще в прошлые остановки, чтобы не бегать, например, сейчас, когда он придет и искать во тьме, ползая по лесам и кустарникам. Наконец, Микки вышел на поляну и окинул ее цепким и внимательным взглядом.

Дед всегда любил приговаривать.

– Микки ты живешь не один, а в обществе и если ты даже не в городе, а один в лесу, то следи за всем внимательно, замечай каждую мелочь. Однажды это может тебе спасти жизнь. И никогда не веди себя беспечно. Самый главный твой враг, это не хищник и зверь. И это даже не человек, а ты сам. Ты сам будешь виноват во всем, не перекладывай это на других. Ты должен просчитывать все ходы наперед и замечать все мелочи.

Так что, пришлось Микки внимательно рассматривать все что было на поляне. Изменилось ли что с момента, когда он тут был в прошлый раз?

– Вроде все так же, – хмуро разглядывал он, сломанную ветку.

Хотя, в прошлый раз она была цела, потом взгляд уперся на воткнутую палку рядом с шалашом, а дальше были притоптаны цветы и под кустами лежали сорванные листья и ягоды. Кто-то похоже лакомился ими.

– М-да, вот и думай, толи зверь тут рыскал, то ли… .

– Какой нафиг зверь? О чем это я? Он что и палку сам воткнул в землю у шалаша? М-да, что -то я расслабился. А ведь дед предупреждал. Нужно всегда быть на чеку, от этого зависит твоя жизнь.

Микки еще раз прислушался, присел на одно колено, показывая, что поправляет сапог на ноге. А сам в это время вытаскивал из него нож. Точнее артефакт, найденный его дедом и подаренный ему. Он представлял собой, пустую рукоятку, но с секретом. Нажимая сверху на кнопку, ты мог включить луч, как объяснил дед ему, это даже не луч, а специальная структура светящейся материи, она раскрывалась при нажатии на рукоять, и становилась лезвием ножа. Да это было оружие, на основе магии и технологий. И дед еще тогда испробовал его, на остроту и прочность. Этот светящийся структурный клинок, мог разрезать абсолютно все, начиная с камня и заканчивая любыми сплавами стали и железа. Если коротко, то им можно было резать все.

Микки незаметно вытащил рукоять и зажал её в руке. Пусть он и перестраховывается, но лучше быть напуганным зайцем, чем висеть на стене шкурой убитого хищника.

Поднявшись с колена, пацан двинулся к шалашу. Когда оставалась пара метров, то сзади раздался треск ломаемых веток. Микки обернулся и развернувшись встал в боевую стойку, напрягся и замер. Сзади непонятно откуда вышла троица здоровяков. На первый взгляд определил пацан вылитые арестанты. Стояли в одинаковой серой одежде. Одинаковая обувь, чёрные сапоги. На головах кепки. В руках зажаты палки, похожие на дубинки, вырезанные из дерева. Лица, заросшие щетиной и довольно глупые, все трое словно братья.

– Хотя, все может быть, – прикидывал пацан.

Снова шорох и треск ломаемого сучка ветки. Микки развернулся и встал боком. Теперь уже на его смотрело пятеро, двое вышли из шалаша.

– Здорова пацан. Мы вот тут думали чей это схрон? Похоже, что твой, не так ли?

– Да, – коротко ответил Микки.

– Куда идешь, малыш, с нами не поделишься?

– К деду, – снова короткий ответ.

– У, смотрю ты не многословен совсем, – улыбнулся один, вышедший из шалаша. Этот был маленького роста и тощим, по сравнению с остальными. Видимо в детстве каши мало ел, – подумал, усмехнувшись Микки. Но вот глаза у него злые и колючие. Наверное, главный, а то остальные бугаи, Микки снова глянул на присутствующих, особыми проблесками ума не блещут. Сразу видно пушечное мясо.

– Мы тут у тебя немножко похозяйничали дружок, надеюсь ты не против? – и тощий засмеялся скрипучим смехом. Его голос скрипел при разговоре тоже, – похоже простудился заморыш. Микки кивнул, и произнес.

– Ну вообще то, тут сделано все для нуждающихся путников. Мы с дедом для этого и готовили поляну.

– О, а я смотрю вы заботитесь о путниках? Нам вот тоже помощь не помещает? – рот главаря разъехался в ширь, обнажив гнилые зубы.

– Да господа? – повернулся к одному, а затем к другим своим сопровождавшим, и снова раздался смех.

– Нам вот и кров, и еда нужна, а то на нас похоже объявлена охота. И по горам рыскают и ищут нас. Вот ты малец и проводишь нас к своему деду, мы там перекантуемся и поживем пока.

– Как тебе такой вариант? – тощий кивнул стоящему рядом бугаю.

– Взять его, – и толкнул здоровяка на Микки. Бугай, с дебильной на лице улыбкой, подтолкнутый боссом, сделал пару шагов и схватил Микки за плечи и шею, развернул к себе спиной, и обхватив шею рукой зажал локтем и придавил.

– Ну, вот и все дружок, – засмеялся снова босс, больно не будет, сейчас свяжем тебя и утром ты поведешь нас к своему больному дедушке.

Тройка вышедших сзади из леса уже приблизилась и стояла почти рядом, дебильно улыбаясь и хохоча.

– А если нет? – голоса звучал тихо, но было слышно все равно. Микки старался напрячь шею, которую сдавил здоровяк.

– Что, что, я слышу тут кто-то пищит? – босс наклонил голову, и смотрел, прищурив глаза, на произнесшего слова Микки.

– Я смотри пацан, не люблю шутить долго, – взгляд тощего стал серьёзным и он, скорчив лицо, кивнул, стоящему за Микки здоровяку. Тот еще сильнее сжал шею мальца. У Микки в глазах потемнело и стало невозможно дышать.

Тощий махнул рукой, и стоящий сзади, ослабил хватку.

– Слушай меня пацанчик. Я с тобой миндальничать не буду, махну вот этой рукой, и он показал Микки, тощую с кривыми пальцами и обкусанными ногтями, волосатую руку.

–И он, – показал пальцем на стоящего за пацаном дебила, – просто свернет тебе шею.

–Ты меня понял говнюк?

Микки кивнул, и пытаясь что-то сказать только прохрипел.

– Вот так бы сразу малыш, а то хочу, не хочу… Дальше босс договорить не успел, а просто застыл, внимательно вглядываясь в происходящие перед его глазами действия. Слова, просто застряли в горле, и он стоял икая.

Откуда-то из лесной чащи, прямо на поляну выскочил образина пес. Это было нечто. Очень большое и лохматое, высокий в холке, наверное, метр. Страшные, большие клыки и зубы, очень сильно выделялись, и были видны, когда он низким голосом рычал. С его огромных челюстей стекали слюни. Зверь или был голодным, или чем-то болел, – в голове босса крутились мысли.

– Черт, похоже не убежать. Откуда вылезла эта образина? – одна мысль тупо била по голове и не давала покоя тощему.

Тройка вышедших из леса, обернулись на рык и низкий бас монстра.

И так и встали, неподвижно застыв, словно гранитные памятники. Видимо, прикидывали свои шансы на успех или бегство. Пока все были в ступоре Микки начал действовать. Подняв высоко ногу, он ударил пяткой со всего размаха по пальцам на ноге

державшего его сзади противника. Тот от неожиданности аж присел, ослабив хватку и отпустив шею Микки. Сам пацан в это время немного развернулся и ударил прямо в живот бугаю своим магическим ножом.

Плоть толстого живота треснула и стала разъезжаться в разные стороны. Микки просто начиная снизу, начал потрошить бугая, поднимая лезвие вверх. Послышался треск кожи и мяса, потом пошли сломанные и разрезанные ребра. Здоровяк совсем отпустил пацана и пытался обхватить вываливающиеся из него самого внутренности. Но те, скользили сквозь пальцы рук, и кишки прямо падали на землю, наматываясь на руки и пальцы здоровяка. Тот стоял в полном недоумении, и вытаращив глаза, буравил стеклянным взглядом мелкого мальчишку, просто не понимал, что тот с ним делает. Рот бугая был открыт, и из его гортани вырвался крик, а потом его вырвало огромным количеством крови. Микки уже успел отскочить в сторону, и развернувшись к боссу, полоснул того ножом по ноге, просто резанул по коленной чашечке. Босс стоял, и моргал. Боль, видно была очень сильной, и он находился в болевом шоке, не проронил ни слова, а пытался поймать руками ускользающую нижнюю часть ноги, отрезанную по колено. Но руки махали по воздуху, а сам тощий стал заваливаться назад, и упал в темноту шалаша. Нога, отпиленная ножом артефактом, так и стояла на земле, словно она и должна была стоять, и было ощущение, что она сама по себе и не относиться, к упавшему в шалаш боссу.

Рядом послышался звук упавшего тела бугая, он уткнулся в землю головой, и так и застыл, с поднятым к верху задом. Из-под самого развалившегося тела на землю вытекали внутренности и кишки, а также разливалось много крови.

– Эти не бойцы, всё, готовы, – Микки щёлкнул пальцами левой руки.

Один, из повернувшихся к псу монстру, развернулся к Микки, и указательным пальцем того поманил к себе. В это время раздался рык, и пес прыгнул. Клубок двух тел друзей, повернувшихся к пацану, потонули в криках боли и ужаса. Шансов у бандитов просто не было. Микки краем глаза заметил, как его любимец пес перегрызал уже второму горло, а первый дергал ногами, в предсмертной агонии. У него, из перегрызенной гортани, хлестал фонтан красной крови.

– Ну что дружок, вот нас с тобой и осталось двое. И пацан улыбнулся, подманивая пальчиком преступника. Тот сделал шаг, вдруг остановился, потом скосил глаза на ужинавшего рядом с ним пса монстра, поднял руки вверх и закричал.

– Пощадите, – затем присел на корточки и закрыл голову руками, стал что-то бормотать и материться.

Парень подошел поближе и сильным ударом в ухо отправил нытика в забытие. Потом, сходил в шалаш, и вытащив веревку, связал сдавшегося, и бросил на землю, недалеко от выжженного участка, оставленного от костра.

– Полежишь тут пока. Думаю, тебе полезно будет…, – пнул в бок бандита, и тот застонал, скорее от страха, чем от боли.

– Ну что Малыш, – повернулся Микки к сидящему невдалеке псу.

– Вовремя ты тут появился. Сиди пока, карауль эту гниду, – и Микки повторил удар по телу.

Микки, когда собирался идти к деду горы, то уже почти был уверен, что на поляне у шалаша он встретится со своим лучшим другом огромным псом, носившим имя Малыш. Тот, словно чувствовал, когда появиться его друг Микки. Они именно были друзьями, а сам пес никогда не считал пацана хозяином, но был очень благодарен ему за помощь, оказанную, когда он был маленьким щенком. И возвращал Микки все своей безграничной любовью и нежностью к пацану. Сама кличка Малыш была придумана Микки года три назад. Он нашел запуганного, покусанного каким-то хищным зверем щенка. Ухо у него было откусано, бок разорван, а лапа сломана. Несколько месяцев Микки выхаживал его. Так как песик был маленький, потому они с дедом, прозвал его Малышом. Но, толи Малыш был помесью собаки и какого-то монстра, то ли еще какая-то магия, но вот вымахал он очень большим и грозным. Одни зубы и челюсти чего только стоили. Были очень громадными и могли легко перекусить человеческую ногу, не говоря у других частях тела. Ну, а своей огромнейшей лапой этот пес монстр, мог легко убить одним ударом, небольшого зверя или даже человека.

–Так, похоже эти недоумки сбежали, либо с шахты, либо с плантаций ягод.

Микки задумчиво оглядел их. На всех была одежда новая, видно взяли у кого-то. Присмотревшись, заметил армейские сапоги на двоих, ножны с ножами, подвешенные на ноге. А у самого главного нашелся и пистолет.

– Так, видимо у армейских одолжили. Наверное, охрану положили, забрали все у них или сняли с трупов, а потом сбежали.

– Надо ждать гостей. Корпорация не простит такого. Эти будут искать до конца. Они такого не прощают. Им восстания хватило. Так что скорее всего в течении ночи, сюда выйдет погоня, посланная на поимку этих бандитов.

Микки посмотрел на разбросанные трупы, решая, толи сложить их в кучу или так все оставить. Не, пусть сами разбираются и разгребают это дерьмо, мне еще этих говнюков таскать, нет уж увольте.

Мики привязал сдавшегося. С сожалением выдохнул, вытер пот со лба. Посмотрел Малышу в его глаза и улыбнувшись щелкнул того по носу.

– Ну что друг, не будем ждать тут людей корпорации, пусть сам разбираются в этом бардаке. А мы с тобой пойдем к деду, он тебе там, наверное, лакомство приготовил. Не хочу я тут оставаться, лучше ночь в лесу и горах, чем лежать и спать рядом с трупами. Микки погладил Малыша по голове, оглядел поле бой и что-то посвистывая себе под нос бодро зашагал по тропинке, ведущей в верх. За ним засеменил медленно большой пес монстр, радостно виляя хвостом.

Глава 4. Найдёныш.

.

Планета Аргора. Дом в горах.

Темнота. Сквозь темноту, где-то вдалеке появился кусочек света. И приближаясь разрастался солнечными зайчиками и бил прямо в глаза.

Хотя какие глаза. Я же чувствую они закрыты. Попытался приподнять веки. Не получилось. Но свет разрастался и приносил с собой, в то же время какие-то звуки. Потом полыхнуло и боль.... Скрутило так, что заорал…но …из горла только послышался тихий скрежет, точнее даже не звук, шипение губ и всё … На большее, видимо я не способен. Похоже, нет сил даже на это.

Вздох, выдох…

–Хорошо, ещё дышать могу, вот интересно, а если бы и на это сил не было?

–Кстати, а кто я такой? – Мысль пронзила сознание и стала уходить куда-то вдаль, оставляя только след, прочерченный озарением.

– Кто я такой? – уже безмолвно я кричал, но не в окружающее пространство перед собой, а внутри себя и не мог вспомнить.

Появилось чувство холода, и я задрожал, не понимая, где я и кто. Стал медленно осознавать, что-то случилось такое, что я оказался тут, не понятно, где и, не могу вспомнить, кто же я на самом деле?

Внезапно, вселенная распахнула свои объятья, и я словно вывалился во внешний мир, полный звуков. Попытался открыть глаза, сквозь тоненькие щёлки между век и ресниц, стал просачиваться мелкий лучик света. Сразу на душе потеплело. Видимо всё-таки я ещё что-то вижу. Но вот дальше приоткрыть глаза, и распахнуть объятья мира мне помешал страх. И боль, она снова вернулась и скрутила так, что я закричал, точнее, я думал, что кричу, но … вот только тихий стон раздался, вырываясь сквозь губы.

– Деда, – услышал я мальчишеский голос.

– Похоже, он очнулся. Я слышал, как он застонал и пошевелился.

– Сейчас малыш, глянем. Ты, Микки, сходи, принеси пока дров, надо, печку разжечь, а то смотри, что за окном делается. Погода совсем с ума сошла. Давно я что-то не видел такого. Дальше было слышно, как незнакомец, наклонился, и что-то делал, вот только я не мог открыть глаза и увидеть, что там твориться.

Напрягаясь, я вновь попытался разлепить свои склеившиеся веки и ресницы. Получилось. Понемногу темнота отступала, отдавая свои объятья раскрывающейся панораме света. Глаза понемногу разлеплялись, разрывая склеенные связи век и вносили меня в открывающийся мир, такой светлый и тёплый, выкидывая из полной темноты неизвестности. Только вот мир света и тепла был не полный совсем. Да, вроде бы вспыхнуло всё вокруг, озарив этот мир светом, и темнота отошла, но вот только на половину. Правый глаз почему-то ничего не видел. В нем по-прежнему было темно и пусто. Непонятно.

Да, я вижу. Но только левым глазом. Надо мной склонился и правда дед, точнее мужик лет пятидесяти. Большой нос картошкой выделялся на лице, толстые мохнатые брови, резали взгляд, из-под них выглядывали чёрные цепкие глаза, бурящие насквозь, словно пронизывали до самой печёнки.

Усы и седая борода, придавали лицу странное выражение. Похож на какого-то лесничего, – подумал я. Хм, вот только откуда я это знаю?

– Смотрю очнулся, мил человек, – скрипучий голос деда, разнёсся словно гром над ухом.

– Можно по тише, – прошептал я, хотя мне показалось, что крикнул.

–А то, прямо в голове гремит.

– Можно, от чего же нет, – уже тише и намного спокойнее, произнёс незнакомец.

– Где я?

– Хм, это то я могу сказать, но вот, что это даст тебе? Я так думаю, откуда ты пришёл, там о нашем мире не знают, – усмехнулся одними глазами дедок.

– А откуда я пришёл? И вообще кто я? Всё смешалось в голове. И.... Опять скрутила боль, жгучая и, словно буравит насквозь, не переставая. Я опять застонал и прикусил губу, похоже до крови. Во рту ощутил солёный привкус.

Руки и ноги зажгло, стало всё колоть и жечь, словно кто-то большой и злобный скакал по ним и бил, острым и тяжёлым предметом. Потом полыхнуло в мозгу и пронзило насквозь.

– Чёрт, как больно. Эта боль шла из темноты правого глаза и было такое ощущение, словно кто-то залил его кипящим железом. Почему-то вдруг моё осязание, а точнее нос уловил запах горящей плоти, и откуда-то издалека пахнуло жареным шашлыком. А дальше, боль разлилась, словно вода по всему телу и разбежалась маленькими ручейками по каждому из кусочков моей многострадальной плоти.

– Ты это …полежи пока, отдохни, тебе сейчас нельзя волноваться. В это время в комнату ввалился пацан с охапкой дров и, подбежав к печке, вывалил их перед ней. Развернулся и хмыкнув сопливым носом, вытер рукавом, вспотевший лоб.

– Уф, всё принёс деда, как наш найдёныш? Не сказал, кто он?

– Он не помнит, а может и забыл, наверное, память отшибло, – дед развернулся к пацану.

– За тобой печь, растопи, а я пока незнакомцем займусь, а то видишь он в каком состоянии, сам-то не может ничего.

Пацан стал ковыряться в печи, открыв топку и закидывая дрова, короче что-то химичил там, а я перевёл взгляд на деда.

– Хочешь пить? – старик смотрел и улыбался.

Я закрыл глаза и открыл, показывая, что хочу и очень.

– Ну, вот и хорошо, и он, приподняв мою голову, стал двигать ко мне кружку.

–Пей, это лекарство, тебе надо его пить, если хочешь выжить и поправиться. Я сделал несколько больших глотков. Отвар был горячим, он провалился сквозь гортань и обжёг пищевод, устремился в желудок. Тепло расплывалось по всему телу, расходясь от желудка, а потом, словно волной, покатило к ногам и рукам. Боль притупилась. Я скосил взгляд с кружки на свои ноги, но там только торчали какие-то перебинтованные обрубки. Меня словно ударило током и затрясло. Дальше я повернул голову влево, а затем в право и … увидел … Точнее, не увидел ничего, просто рук не было. Одна -по локоть обрубок, перемотанный материей, а вторая тоже обрубок, но ещё короче.

– Да что это такое, – из меня вырвалось шипение, даже не крик, а стон.

– Извини малой, – проговорил мягко дед, мы тебя таким нашли. Раны я обработал, но ты потерял много крови. А пока, тебе нужно поспать и сон – это лучший доктор, я дал тебе отвар со снотворным. Засыпай. Набирайся сил, они тебе понадобятся, – голос, медленно уплывал, удаляясь словно в туман.

Мысли мои стали набирать ход, пытаясь осознать, что случилось. Но в то же время на меня навалилась такая усталость, что веки сами закрылись, и я провалился опять в темноту, спасительную для меня темноту. Мой рассудок мог и не выдержать этой новой действительности. Темнота. Опять навалилась эта чёртова темнота.

Сколько прошло времени я не знаю. Я приходил в себя несколько раз, надо мной склонялись или седой дед, похожий на лесничего или шустрый малец, а точнее пацан. Они постоянно поили меня каким-то лекарством. От которого моя ноющая и жгучая боль притуплялась. И я снова засыпал, убаюкиваемый гудящим ветром за окном. В доме было тепло и вдалеке, где находилась печь, весело трещали сухие дрова, разнося горячий воздух по всему дому.

Дед иногда что-то говорил, пацан тоже что-то спрашивал, но я словно пьяный и как в тумане, плохо их понимал. Слова сливались, превращались в гул падающего водопада и уносились вдаль. Веки мои закрывались и я, снова попадал в объятья тащившей меня за собой темноты. И провалившись в небытие ждал, когда меня снова из неё вытащат, вырвав из цепких её объятий.

Сегодня я снова очнулся и мой взгляд упёрся в нависшее надо мной и улыбающееся лицо пацана.

– Привет! – весёлый голос прозвучал прямо над ухом.

– Очнулся? Сегодня ты выглядишь намного лучше. Даже лицо порозовело, вся серость сошла на нет, – парень улыбался и белые зубы блестели на проветренном и смуглом лице.

– Как тебя зовут, – прошептал я губами, хотя мне показалось, что я кричал очень громко.

– Микки я, – послышался ответ пацана.

– Где это я, не подскажешь?

– У нас дома, мы тут в лесу на горе с дедушкой живём.

– И как я к вам попал? – я, задыхался и сил больше не оставалось на вопросы.

Я прикрыл глаза и выдохнув, задумался.

Сквозь темноту слышался голос Микки.

– Мы с дедом вытащили тебя из-за черты. Он замолчал, а когда понял, что до меня не дошло, продолжил.

– У нас на планете есть черта, поделившая её на две части. Одна часть, это мы где живём, нормальная солнце светит, животные, жизнь бьёт короче ключом. Вторая, как объяснили ведуны, мёртвая совсем.

– Да, ведуны это типа касты колдунов и магов, хотя, какие они маги, так болтовня. Вот мой дед, это маг, и я думаю самый сильный на планете, а те так, больше болтают, и ничего не могут, – засмеялся малец.

Парень вздохнул, набирая новую порцию слов, видимо собирался с мыслями.

– Короче, та мёртвая часть, постоянно находится в чёрном тумане и туда нельзя не зайти, ни залететь, не живому, ни мёртвому. Хотя, вроде бы камни кидали туда за черту, и они там оставались, а вот живых выкидывало назад. Да и оттуда постоянно выбрасывает людей или артефакты. Артефакты причём, в основном магические. А вот люди, появлялись из-за черты, обычно мёртвыми или с сожжёнными мозгами. Полные идиоты. У нас в старых книгах описание и рассказы есть, вот про такие выбросы, так вот пока, кроме тебя никто не выходил оттуда в сознании и живым.

Я хотел что-то сказать, но только открыл рот и силы кончились. В это время появился дед и спросил.

– Как он Микки?

– Уже получше, но только очень слаб.

Старик подошёл и взял в руки кружку с горячим настоем и снова стал меня поить, и приговаривать.

– Ты пей, пей, время лечит, ещё немного и силы будут к тебе возвращаться. Ты уже и так идёшь на поправку. Давай, не спеши всему своё время. Время придёт, и ты будешь опять полон сил. Дед, посмотрел на меня и улыбнулся, а по мне опять растеклось тепло от лекарства, и я снова провалился в объятья темноты.

Сквозь сон послышался какой-то шум, и я снова вынырнул из жгучего тумана темноты и сна. Открыл глаза, точнее один только видел, второй всё так же показывал темноту. Надо мной склонился в этот раз дед.

– Ну вот, проснулся, как самочувствие?

– Нормально, вроде лучше, -уже шустрее отвечал я.

– Слушай дед, подскажи, что-то правый глаз не видит, что там с ним?

– Ты это …короче нет его, вытек видно. Только пустая глазница. Я тебя лечил лекарством, а сейчас надел на тебя повязку. Так что он закрыт. А что сильно беспокоит?

– Да, есть немного, жжёт.

– А что с ногами и руками, в голову ворвалось воспоминание, об обрубках конечностей, но я не хотел смотреть вниз, и уставился не моргающим взглядом на деда.

– Там тоже всё порублено и порезано. Кто-то очень видно старался, отсекая конечности. Но мы с Микки тебе подлечили, только жаль, пришить обратно ничего. Просто, мы нашли вот такого тебя, а где конечности мы не знаем, не было их рядом с тобой. Мы нашли тебя у черты, точнее, мы видели, как ты вывалился из тумана. Но выпал ты уже без ног и рук, и без глаза. А лицо было просто одна кровавая лепёшка, хорошо видно там тебя отделали. Да, и вот этот медальон, – дед куда-то отошёл, в другую часть комнаты, там по шуршал и снова подошёл. Наклонился.

–У тебя на шее висел, не знаю, как и зацепился. А выпал по дороге, вот этот медальон и, вот эта порванная цепочка. Извини, она вся залита кровью. Мы не стали трогать её с Микки, просто подобрали и оставили. Подумали, ты очнёшься, мы тебе отдадим. Так, что останется отмыть, подлатать цепочку, и мы снова наденем тебе на шею этот медальон.

– Только ещё немного подлечим тебя, договорились?

– Да. И спасибо за всё.

– Да, не за что милок, – дед улыбнулся. Нужно людям в беде помогать. Как без этого-то, – и развернувшись, потопал снова за кружкой настойки.

– Сейчас мы тебя напоим, и ты снова будешь спать, – хриплый голос старика действовал на меня успокаивающе.

Дед принёс мне горячую настойку и, запрокинув мою голову, снова влил этот эликсир в меня. Тепло опять стало разбегаться по всему телу и я, закрыв веки снова провалился в темноту, отключив сознание до следующего утра.

Темнота уходила, оставляя свету вход, через прищурившиеся веки. Я снова почувствовал теплоту этого мира, и вздыхал аромат нового утра и свежего чистого горного воздуха.

– О, наш найдёныш проснулся, – раздался откуда-то из дали, простуженный и с хрипотцой, голос моего целителя.

Дед мальчишки, хотя, какой он дед, одно название. Этот дед выглядел и был похож на мощного и многожильного мужика, ну тот, который может гнуть подковы лошадям. Этот точно сможет, – прикинул я и не только подковы. Такому попадёшься на дороге, то лучше уж быть вежливым и внимательным с ним. Грубить точно не стоит, потом не оценишь сам, как этот незнакомец, просто размажет тебя, при этом не затратив и маленькой доли сил, на твоё воспитание. Получишь по полной и точно проваляешься не один месяц где-нибудь, с переломанными костями и рёбрами. Ну, а зубов однозначно не до считаешься. Остальные, рассыплются где-нибудь по дороге, словно зёрна пшена, вывалившиеся из прохудившегося мешка.

– Доброе утро, счастливчик! Дед наклонился надо мной, во весь рот широко улыбаясь.

– Ну, кому доброе, а кому, как всегда, – пробурчал я, сверля его своим глазом.

– Ты, больно-то на меня не зыркай так, а то ненароком проткнёшь. Во как брови сдвинул, и губы сжал. Дед вдруг засмеялся, приятным и весёлым смехом.

– Ты радуйся! Что жив остался, а остальное – не важно. Главное, что ты можешь дышать, этим горным воздухом, – вдохнул глубоко и выдохнул дед, показывал руками, какой чистый и звонкий этот горный воздух, что окружает вокруг.

– Улыбайся, тебе светит солнце, и ты это видишь, пусть даже и одним глазом.

– Главное, ты жив, пусть и не можешь ходить, пока, а только ползать. Но я думаю, всё ещё впереди. Главное цель и желание.

– Я, надув щеки, выпустил с силой из себя этот чистейший горный воздух и задумался. Значит цель и желание. Это конечно хорошо, но сначала надо вспомнить – кто я такой?

– Слушай, целитель души и тела, – я, уставился не моргающим взглядом, в глаза старика. Переводил взгляд своего сверлящего насквозь глаза, с одного глаза старика, на другой.

Ну вот как тут не подумать о магии. В одной его глазнице, был яркий зелёный изумруд, переливался и искрил, словно солнце. Во второй плескалось огромное, синее море, в котором отражался я, и тонул в его огромных волнах.

– Мне бы … , – прошептал я, пересохшими губами. Узнать, как вас зовут, и я бы не отказался от стакана воды.

– Пить очень хочется.

– Конечно, сейчас дам напиться, и дед улизнул куда-то в глубину комнаты, где заурчала, набираемая в кружку вода.

– Сейчас напою чистой горной водой, – услышал я комментарии.

Потом послышались шаги и дед, приложив к потрескавшимся губам кружку, влил мне эту живительную влагу в рот.

– Фу, хорошо-то как. Спасибо, – пробормотал я довольный, чувствуя, как по губам в разные стороны разбегались ручейки, пролившейся воды, и стекали на подушку.

– Всегда готов помочь, а зовут меня Григорий, можешь звать и просто Григ.

Сегодня мы с тобой попробуем выйти на природу, погулять. Хватит тут валяться в духоте, – Григ улыбнулся и крикнул.

– Микки! Дуй сюда, хватит бездельничать, помощь нужна.

Откуда-то с наружи дома, раздался звонкий вопль мальчишки.

– Бегу деда уже, подожди. И послышался топот торопливых шагов пацана.

В комнату забежал, запыхавшись парень.

– Давай, я слева беру, а ты Микки с права хватай, и выносим на улицу, пусть полежит найдёныш на солнышке позагорает, – дед повернулся ко мне и весело подмигнул.

– Загоришь так, и будешь словно негр, такой же чёрный.

Я только усмехнулся, ладно пусть веселятся, мне то, что, мне от их веселия не горячо, ни холодно. И я всецело отдался им в руки и, быстро меня подхватив, они с огромной быстротой, вытащили меня и посадили в какое-то кресло-качалку, прямо на поляну перед домом.

– Сиди и отдыхай, любуйся природой. Если будет жарко, дед мне на голову накинул какую-то шляпу, это от солнца пояснил он, тыкая на головной убор, ты только крикни, и мы тебя вон под тем дубом посадим, ветки хорошо прикроют от палящего света солнца. Дед показал пальцем на стоящий в тридцати метрах толстый и ветвистый ствол громадного дерева.

Я сидел и вращая глазом, крутил шеей рассматривал местность, где я нахожусь. Всё было чужим и незнакомым. Хотя, я же не помню каким было все раньше, память то я потерял.

– Фу, – выдохнул из себя спёртый воздух, застоявшийся от лежания в хижине. Затем, расправил грудь и наполнил свои лёгкие свежим и ароматным воздухом леса, что окружал эту поляну и меня. Да, и похоже, он был ещё горным, вспомнился мне рассказ пацана, что они живут в горах. Чистый воздух заполнил лёгкие и вытолкнул остатки старого, спёртого воздуха сухости и затхлости. Лёгкие прочистились и наполнились свежестью и чистотой горного леса. Дышать стало намного легче.

От притока горного воздуха закружилась голова и я закрыл глаза, точнее один, а веко второго закрыло пустоту глазницы. Я словно полетел, качаясь и падая. Даже с закрытыми глазами голова кружилась, и я медленно скользил и падал. Послышались торопливые шаги по траве и рядом со мной ощущалось дыхание вставшего рядом человека.

Я открыл веки и увидел, что рядом стоит Микки и держит в руках горячий лечебный напиток своего деда.

– Слушай найдёныш, меня дед послал, сказал напоить, а то у тебя говорит, от свежего воздуха, голову кружить будет. Вот на, выпей и сразу полегчает.

Он прислонил к моим губам кружку и жидкость потекла в рот, правда часть её стекала по краям губ и устремлялась вниз, падая на траву. Но основная масса попадала мне в желудок и тепло разливалось от него по всему телу, принося спокойствие и притупляя боль, всё ещё присутствующую в моём израненном теле. Навалилась усталость и веки стали опускаться, принося меня опять в пустующую темноту. Я провалился в неё и уснул. Где-то вдали, в моем воспалённом от боли мозге, слышались крики, удары сабель, шум, имена … Да имена, и я расслышал, как меня зовут. Александр … Алекс … и я проснулся.

Я начал вспоминать, хоть немного, хоть одно слово. Но я вспомнил, как меня зовут, а это, пусть и немного, но это начало, а значит мой мозг начинал восстанавливаться и картины того прошлого мира, в котором я кем-то был, начинали врываться в эту жестокую реальность.

– Александр, – прошептали мои губы. И я улыбнулся. Я вспомнил как меня зовут.

Глава 5. Колдуны корпорации.

Я сидел в плетённом кресле качалке, которое мне сделал дед. Точнее, оно было уже давно изготовлено, наверное, дед когда-то давно делал его для себя и скорее всего любил вот так вечерком, рассматривая звездное небо раскачиваться в нем, покуривая длинную сигару и пуская в небо дым. Я вспомнил, что как только очнулся, меня преследовал дурнящий запах, жжённой сухой травы, а может и листьев какого-нибудь дерева, но когда я увидел во рту Лесника длинную большую сигару, которую он жевал, раздувая на кончике её огонёк, а затем выдыхал большими кольцами дым, который обволакивал всё вокруг, разнося стойкий и терпкий запах тлеющего растения, скрученного в толстую сигару, то всё сразу встало на свои места. Не знаю, что тут использовали в качестве табака, скорее какие-нибудь травы или растения, но запах от них был очень стойкий и терпкий, но в то же время приятный. Так вот старик наблюдая за моими мучениями, когда я валялся без чувств на тахте, решил видимо моё положение несколько разнообразить и потому, через несколько дней, поставил меня перед свершившимся фактом проделанной работы. Он просто решил, что мне будет намного полезнее и приятнее, а также и для поправки моего здоровья, смастерить качалку кресло лично под меня. А так как эта плетенная конструкция была уже изготовлена, точнее была в наличии, то деду просто оставалось провести с ней небольшие манипуляции и вот оно, раз и всё готово. Кресло-качалка для инвалида калеки. И вот теперь я занял любимую игрушку Лесника, раскачивался и загорал, под нежными лучами солнца, на свежем воздухе. Одним словом, Лесник мне прописал горячие и воздушные ванны на поляне, на природе. Я криво усмехнулся. Настоящий санаторий получился.

Так вот, сидел я и раскачивался. На моей перемотанной голове была натянута шляпа, с большими полями, такое местное подобие сомбреро, и она закрывало мое израненное лицо от жгучего солнца, которое невыносимо припекало и обжигало кожу лица. Хотя и было только утро, но вот видимо на этой планете это было обычным делом, жара в такую рань. Хорошо еще небольшой ветерок пробегал по моим волосам, пытаясь сбить с них пылающие лучи солнца. Но это мало помогало, хотя если бы не было этих потуг маленького ветерка, то я думаю я бы уже упал в обморок от наступившего солнечного удара. Я почувствовал, как по моей щеке прокатилась капля пота. Она неприятно защекотала, пробираясь и скользя по коже, создалось ощущение, словно кто-то очень вредный специально проводил чем-то по лицу, едва его касаясь. Моё лицо передернулось, и его перекосило так, что я фыркнул, получая порцию неприятной щекотки и затряс головой. Капля пота зависла на подбородке, но под моим напором вдруг резко сорвалась вниз, упав на кресло и ударившись о него, разлетелась миллионом солёных брызг, заиграв разными красками радуги на солнце. Сбоку послышался смех и голос Микки.

– Похоже тебе жарко Найденыш?

– Смотрю рожицы корчишь и кривляешься, словно уж на сковородке.

– Да нет, – ответил я.

– Это пот льёт ручьем и имеет наглость щекотать меня, а я вот почесаться не могу, как ты сам понимаешь. Не легко такому калеке, как я. Так что остается только корчить рожицы и пытаться, хоть так унять этот чёртов зуд.

– Погоди, сейчас помогу, – запыхавшись подскочил малёк, и вытащил откуда-то тряпку, быстро скинул с меня этот головной убор с большими полями, называемый шляпой, и провёл платком по голове, вытирая капли пота.

Мне сразу полегчало.

– Ну вот, сейчас тебе будет совсем хорошо, – заканчивая протирать мои щеки и шею, пацан весело крикнул мне в ухо.

– Ты это полегче, я ведь не глухой, уши то мне никто не отрезал, – фыркнул я, и замотал головой.

– Или хочешь еще из меня и глухого калеку сделать, а не только полуслепого?

– Извини не хотел, – буркнул малец, скривив личико.

– Ладно, не принимай всё так близко к сердцу, – я улыбнулся и высунул язык, показывая его Микки.

– Ну.... А я уже и правда поверил, что ты на меня обиделся Найденыш, – весело засмеялся пацан.

– Ты это…, – я немного замялся, почесал носом об плечо и продолжил.

– Зови меня Алекс. Не знаю почему, но я решил сократить имя Александр на четыре буквы.

– Я это, короче похоже вспомнил, как меня зовут.

У мальца на лице появилась улыбка до ушей.

– Так это же замечательно Найд…тьфу, Алекс.

Надо деду сказать, он обрадуется. Раз имя вспомнил значит память начинает возвращаться. Со временем и остальное в голове проясниться и всплывет. Память она штука такая. Сегодня не помнишь, а потом, там в голове что-то переключится и переклинит снова, и ура, ты всё вспомнил, словно и не забывал, – парень стал прыгать, показывая свою радость и строил мне рожицы.

Я усмехнулся, глядя на его папуасские танцы.

Ну, только раздеть до гола, натянуть повязку и в руки копьё дать, натуральный папуас будет, – в голове пронеслась мысль. Хотя, вот кто такой папуас и почему голышом? Вот хоть убей не помню.

В это время на другом конце поляны послышался треск ломаемых веток кустов.

Я скосил глаз в ту сторону, переведя взгляд с танцующего малыша Микки. Стрельнул на тот край поляны рядом с лесом. Там из-за деревьев, продираясь сквозь кусты, вышло несколько фигур, одетых во всё черное. Они что-то крикнули на незнакомом мне языке и стояли, рассматривая нас с пацаном.

Микки остановился. Перестав прыгать, лицо его скривилось в кислой ухмылке. Он что-то пробурчал себе под нос, но я не расслышал.

– Кто это, и что хотят? Я повернул голову и уставился на пацана. Микки стоял в позе ощетинившегося зверька, сощурив глаза, и буравя ими всю ту компанию в чёрном. И было ощущение, что он сейчас заскрипит зубами, от злости.

– Что происходит Малыш? – мой голос немного сорвался на фальцет от волнения.

– Ничего хорошего, – буркнул недовольно Микки, сжимая в руке тряпку и пальцами теребя её.

– Чертова корпорация, это видимо за мной, – закончил он.

– В смысле, за тобой? – прошептал я.

– С чего ты это взял?

– Ну, до того, как мы тебя нашли я шёл из города к деду, ну и на полянке, где у меня заныкана заначка и шалаш, короче моё личное место отдыха, мне пришлось столкнуться с беглыми. Вот и похоже настает расплата. Только, как они вычислили меня? – тихо добавил парень.

– И времени вроде бы уже прошло немало, а нет как-то нашли гады.

– Что вам надо здесь? – раздался сбоку голос Лесовика, как я прозвал хозяина дома, деда пацана.

– Старик, это тебя не касается, нам нужен только пацан.

– Он уничтожил нашу собственность, беглецов. А это, как ты знаешь карается очень сурово, – усмехнувшись, вышел вперед тощий на вид господин. Он стоял, широко расставив ноги в чёрных сапогах. На его тело был накинут чёрный плащ, как и на остальных его товарищах. На голове была надета чёрная шляпа, с большими полями. Одним словом, униформа.

– Чертовы колдуны, – прошипел Микки.

– Ты что, кого-то убил? – я с интересом уже поглядывал на незнакомцев.

– Да, пришлось защищаться, – над ухом прогремел голос Микки.

Я скривил лицо, вот ведь опять крикнул в самое ухо.

– В общем, в бою я убил пятерых, хорошо Малыш помог, а то могли и прикончить.

– Что за Малыш? – уже с интересом разглядывал я, как эти из корпорации о чём-то оживленно перекидывались с дедом.

– Ну, пес есть тут один, он как бы и друг, но сам по себе. И в обиду не дает меня никому, но в тоже время и не подпускает, – закончил Микки, выдохнув воздух из груди.

– И что собака большая значит? – я перевел взгляд на Микки.

– Да, кстати, вон он стоит на другой стороне, тоже видимо почувствовал неприятности, -кивнул Микки на другую сторону поляны.

– Хм, он как-то всегда узнает, что у меня или у деда неприятности. Дед говорил, что он не из мира сего, он похоже, как и ты, пришел оттуда, из чёртова тумана.

Я перевел взгляд на другую сторону поляны и замер.

В груди разбегалось ощущение чего-то непонятного и трепещущего, одним словом, восхищение.

– Ну, не фига себе! – только и слетело с моих губ.

– Вот это собачка! Да это же настоящий монстр, – тихо закончил я.

– Ну, да. Зато наш, монстр, – уже как-то веселее добавил Микки. И защищает только нас с дедом. Так что, может и отобьемся от этих, – кивнул головой пацан в сторону колдунов.

– Эх, я то помочь, ничем не могу, – я скривил лицо и сплюнул на землю.

– Чертов калека, – закончил зло.

Микки посмотрел на меня и махнул рукой.

– Ты не переживай, я собака и дед, мы с этими .... Справимся.

– Они же не в курсе что на всей планете мой дед самый крутой маг и колдун. Им до него так далеко, как до звезд на небе.

– А ты точно уверен, что твой дед так хорош? – я посмотрел на перепалку Лесовика с этими колдунами в чёрном.

– Конечно, он самый крутой маг, – пацан стоял высоко подняв голову и выпячивал грудь колесом.

В это время шум и бранные возгласы всё нарастали сильнее.

– Ты старый пень, вали давай отсюда, пока кости все не переломали, – уже кричал тощий длинный незнакомец. Трое его товарищей, стали обходить старика с двух сторон, зажимая в клещи. Последний пятый, так и остался стоять на опушке, словно прикрывал остальных от неприятностей.

Видимо тёртые калачи, – прикинул я. Чуют что-то или опыт большой в делах, не расслабляются, одним словом.

В это время тощий что-то сделал руками и в старика полетел огромный огненный шар. Еще немного и его пламя поглотит деда полностью, и старик сгорит в бушующем пламени огня. Рот незнакомца расплылся в противной улыбке, обнажив несколько обломанных зубов, очень похожих на клыки. Хотя у меня создалось впечатление, что это и были клыки, только искусственные. Похоже, сам длинный видимо их заточил. Лицо его скривилось, предвкушая наслаждение от созерцания смерти. Он уже чувствовал, как его огненный шар вот-вот коснется старика и обожжёт того, превратив в чёрный кусок угля. Но....

Всё почему-то пошло не по плану. Огненный шар раскололся на две части, которые разлетелись в стороны, словно наскочив на острое препятствие. И оба смертельных вихря, смели и растворили в воздухе двоих из трех колдунов. Горевшие незнакомцы извивались, словно змеи, что-то кричали или пытались, рты были открыты, но видимо крик застрял внутри, и они не могли выдавить из себя звук. Огонь быстро сожрал эту пару, и на землю посыпались чёрные угли, раздуваемые небольшим ветром, который играл с ними в какую-то свою, только ему одному известную игру.

Третий успел отскочить в сторону и встал в боевую стойку мага, присев и что-то начал делать руками, какие-то пасы или как там это называется у магов.

Я видел, как лицо длинного, главного из пятерки, резко изменилось. Только что довольная улыбка, стала сползать, превращаясь в оскал монстра, причём такой твари я еще в своей жизни не видел.

– Какого чёрта! Это кто? – прошипел я, обращаясь в никуда.

– А это и есть истинное лицо этих тварей, колдунов корпорации, – услышал я ответ на мой вопрос.

Микки повернул ко мне голову, на его лице зубы были стиснуты, а челюсти выставились вперед, заострив и так худой нос. Я видел, как его желваки перекатывались, а обе руки были сжаты в кулачки, которые то сжимались, то разжимались.

Последний колдун, тот, что стоял на подхвате, вдруг заверещал так, что у меня пробежали по спине мурашки. Я перевел взгляд туда, где он находился и увидел, как в горло незнакомца вцепился огромный лохматый пёс.

– Натуральный монстр, – усмехнулся я, представляя ужас, который тот наводил на своего противника.

Колдун вдруг стал заваливаться назад и упав забился в конвульсиях.

– Хм, вот интересно, он от страха так, или от того, что пёс перегрыз ему горло? Но вот крови не было. Это точно, я бы заметил, так что скорее всего, у трусишки сердце не сдюжило, и он, получив инфаркт, стал сдыхать прямо на месте событий.

Главный еще что-то пытался провернуть, но Лесовик ему это не дал сделать. В тощую морду колдуна прилетело непонятная субстанция. Я даже не могу предположить, что это было такое. Оно напоминало чем-то медузу, такую же прозрачную и с большими мощными щупальцами. Оно, это чудо магии, вцепилось в лицо колдуна и просто сжало его голову. Послышался звук трещащих костей и разрываемой плоти, затем голова с хрустом раскололась и на землю упало только тело, а в стороны разлетелись кусками ошметки и кровь, недавно представляющие собой целую человеческую, хоть и худую голову.

– М-да. Зрелище было не из приятных. К горлу подступило, и мне захотелось вывернуть наизнанку мой желудок. Хорошо еще он был пуст, кроме кружки горячего чая, я не успел ничего ни выпить не съесть.

– Да, если бы позавтракал, то точно бы всю поляну за блевал, – прошептал я икая.

– Фу, вроде отошло, – я сгорбил спину немного наклонился и расслабился.

Последний оставшийся в живых, что-то химичил трясущимися руками, видимо пытался собрать какое-то заклинание, но от страха видимо всё путал, а потому у него ничего не получалось.

Он нервно махал, постоянно оглядывался, видимо ожидал чего-то худшего. По нему было видно, что он напуган и очень зол. Толи на себя, а скорее на своих друзей колдунов, так быстро бросивших его, и ушедших в мир иной. А ему вот приходиться стоять напротив врагов, в гордом одиночестве и пытаться ответить за все их прегрешения.

– Ну, че ты там ручками машешь, -послышался тихий и низкий голос Лесовика.

Затем раздался смешок и хлопок в ладоши.

Колдун вздрогнул и втянул голову в плечи.

– Эй сынок, ты меня слышишь? – снова раздался смешок Лесовика.

–Ты что хочешь повторить участь своих друзей? Сильно спешишь на встречу с ними? – старик показал рукой на остатки друзей товарищей последнего оставшегося в живых из пятёрки. Хочешь жить, так стой смирно и руками не шевели,– рявкнул дед Микки, словно полковник на плацу перед строем солдат.

Колдун сглотнул и заикаясь произнес.

– Хорошо, я сдаюсь, – выставляя руки вперед ладонями вверх.

С ладоней соскальзывали вниз к земле небольшие молнии и стелился чёрный туман.

– Надеюсь у тебя мозгов хватит, не пытаться заново применять магию, – уже более спокойным и тихим голосом проговорил Лесовик.

– Всё я уяснил, повторять не надо мне, – зло, сквозь зубы, пробормотал колдун.

– Но ты зря старик все тут устроил. Нас будут искать и найдут, кто всё это натворил, – кивнул чёрный плащ на поляну. Хотя от его плаща и остались ошметки, которые рваными обгоревшими кусками свисали с его плеч и тела.

Хм, вот ведь, когда нервничаешь сильно, то колдовать опасно, самого сжечь можешь, – прикинул я, разглядывая рваную, разодранную и обгоревшую одежду незнакомца.

Тот, заикаясь всё пытался надавить на старика. Думал видимо, что на того подействуют запугивания.

– Ты сынок, лучше помолчи, а то ненароком, как бы я не осерчал. Смотри вон угольки недалеко от тебя догорают. А вроде и колдунами себя считали? Только, видишь ли, вы когда еще под стол ходили, я магией в те времена занимался. Так что вы не мой уровень сосунки, – Лесовик повернул голову в нашу сторону и крикнул.

– Ну как вы там, все живы и здоровы? Раненых нет? А то мало ли, могло и случайно прилететь.

– Не деда, все живы и здоровы, – скалясь прокричал Микки.

– А с этим что делать будем? – продолжил пацан.

– Ну, для начала надо с ним побеседовать, кто, что, зачем их послали и что они знают.

– Деда ты спроси у этого, – и Микки кивнул в сторону оборвыша из тряпок,– откуда они смогли на меня выйти? А то кроме Малыша, и беглых, там никого не было. Беглые говорить уже не могли, а наш лохматый друг говорить не умеет, вот и поинтересуйся, кто им информацию слил, очень интересно даже.

Дед повернулся к колдуну корпорации и буравя того взглядом произнес.

– Давай колись, как на моего внука вышли, и не дай бог я почувствую, что ты мне лапшу на уши валишь, клянусь будешь молить, что б быстрее сдохнуть. Не пощажу.

Оборвашка, с под палёными тряпками, занервничал и заикаясь стал говорить.

– Мы это с начало получили информацию, что один благонадежный гражданин видел недалеко от той территории, где убили беглецов, огромного пса, ну и рядом пацаненка. Прямых улик у нас не было против него, – и под палённый колдун кивнул на Микки.

– Короче, только одни домыслы. Ну, мы бы всё узнали в любом случае, против допроса в казематах корпорации все языки развязывают. Так что, это только дело техники и времени.

– Так, значит хотели моего внука попытать?

– Я смотрю в последнее время корпорация много на себя берёт, – закончил дед.

Я недоуменно толкнул в бок, стоящего рядом с креслом Микки.

Тот вздрогнул от неожиданности и посмотрел на меня, и скривил лицо. Было видно, что он не ожидал, что я так бесцеремонно с ним поступлю, а потому приподнял вверх брови, всем своим видом показывая и говоря.

– Что ты хотел Алекс? Но это было мысленным вопросом, сам Микки не произнес и слова, но я его хорошо понял.

– Слушай, а что из себя представляет эта корпорация? – сощурив глаза, я смотрел прямо в лицо пацана.

– Фу, ну и вопросики у тебя. В общем, тут долго про это рассказывать, давай дед закончит с этим, – и Микки кивнул в сторону захваченного в плен,– я тебе всё и расскажу. Но учти, это будет долгая история.

– Хорошо, – кивнул я соглашаясь. Время у меня есть, спешить не куда, да и думается следующих незваных гостей ждать придется долго, если конечно мы ждать собираемся. Я посмотрел на все устроенное тут безобразие и пришёл к выводу, что скорее дед будет прятать следы произошедшего, а может и придется отсюда уходить, и залечь где-нибудь на дно.

Мой ум сканировал всю информацию. И я приходил к выводу, что следующую команду колдунов, точно и конкретно отправят по душу пацана. А там и недолго вычислить, и выяснить, кто был тут и куда пропали бойцы корпорации?

Глава 6. Бегство.

Целый день дед с парнишкой занимались тем, что уничтожали следы недавнего сражения с колдунами корпорации. Последнего выжившего из пятерки старик утащил куда-то в лес. Лесовика не было несколько часов, а потому я сделал вывод, что дед спрятал этого поджаренного и обгоревшего бойца, где-то недалеко от своего жилища. Хотя, мог и убить, но смысл мочить где-то в лесу эту особь? Тогда уж проще было прирезать прямо здесь его, не напрягаясь куда-то утаскивать далеко в чащобы леса. Всё равно четыре трупа на поляне надо было куда-то девать, так и пятый мертвец большой роли бы не сыграл. А потому я сделал вывод, что последний из пятерки, все-таки остался жив, и дед хочет видимо от него получить какую-то секретную информацию. Про меня пока все забыли, а так как я не дееспособен, в том смысле, что калека и инвалид, раз для передвижения мне нужна помощь, то мне и оставалось только одно, сидеть молча и раскачиваться в этом кресле качалке, прижав к нему свою уставшую от сидения попу. Мышцы моей спины, и не только её, уже затекли. А мне самому уже очень хотелось сменить место моего нахождения на поляне, в мечтах я уже прикидывал, как растянусь на топчане, вытянув ноги, точнее то, что от них осталось. Все-таки лежать, было бы намного приятнее, чем вот так, согнувшись в три погибели, закрываясь большой шляпой сомбреро, пытаться спрятаться от палящего солнца планеты. К тому же, очень хотелось пить. Горло пересохло и внутри него ощущения были такие, что кто-то словно пытался провести крупнозернистой наждачной бумагой. А на зубах уже ощущался привкус соли и почему-то скрип песка. Хотя, тут в ближайшей окрестности, на поляне и в лесу, не видно было не одной песчинки этой желтоватой россыпи золота.

Скорее это были глюки разума, что у меня во рту песок, наверное, мои воспоминания на ложились на желание пить, и солнечную жару и зной.

Несколько часов я так и сидел, скрипя зубами, и думая, когда это всё закончится. Наконец, Микки, заметающий следы от боя, смог на время остановиться посреди поляны и вспомнить обо мне.

– Ну что Алекс, как дела? Есть какие-то пожелания или просьбы? – крикнул он громко.

– А я уж подумал, что зажарюсь тут на солнышке, – проблеял я в ответ, пытаясь говорить, опухшими и сухими губами.

– Мне бы водички, если можно, – последнее слово я прошептал, еле открывая рот. Но, пацан услышал, и стукнув себя по лбу, произнес.

– Вот ведь олух я, ты же не можешь сходить и набрать воды, а я тут всё занят, забегался и о тебе забыл.

– Извини дружище, сейчас принесу, одна нога здесь, другая уже там. И Микки умчался, пробежал рядом со мной, и скрылся в доме деда.

Я выдохнул, представляя, что через пару минут мои обветренные и сухие губы, будут ощущать вкус холодной воды, которая польется мне в рот. А я буду жадно глотать то, что попадет в мое горло и наслаждаться каждым мгновением блаженства, растягивая это всё удовольствие.

Я зажмурился и уже облизывал сухие губы, когда почувствовал шаги и к моим губам припал холодный сосуд, наполненный водой. По губам и подбородку потекли ручейки, это часть воды, которая не попала с основным потоком в мой открытый рот. Я начал жадно глотать холодную жидкость, и пытался не захлебнувшись, загнать всю её внутрь себя. А то, что не успевал проглатывать скатывалась по моим губам и щекам, падая затем на землю.

– Хорошо то как, – произнес я, вытирая обрубком руки рот.

Микки стоял и улыбался, глядя на меня.

– Хочешь повторить? – скосил глаза он на стакан и подмигнул.

Вот ведь стервец, точно знает, что я хочу. Неужели нельзя просто сходить и принести еще, так надо покуролесить и поиздеваться над инвалидом.

– А сам то, как думаешь? – облизав губы и высунув язык из рта, я показал его пацану.

– Думаю надо тебе еще принести стаканчик, вижу, что не напился.

– Ну, и что стоишь, чего ждешь? – подмигнул я пацану.

– Тащи давай. А то меня жажда уже замучила.

– Сейчас, уже бегу, – вновь крикнул пацан и скрылся в тёмный проём двери дома.

Пока мы с ним тут болтали, я не заметил, как на горизонте вновь нарисовался старик, выйдя из леса и направляясь в мою сторону.

– Микки где? – послышался тихий скрипучий голос.

– За водой убежал в дом, сейчас будет. Я пить хочу, не напился первый раз, так он за второй порцией и убежал. А ты что такой хмурый? – я прищурил глаз, разглядывая деда.

– Есть маленько, на душе не спокойно что-то.

– Надо всё тут подчистить и уходить. Эти, – дед мотнул головой в сторону, где ещё недавно валялись трупы, – этих начнут искать их друзья колдуны рано или поздно, так что нам придется уходить в любом случае отсюда, и чем быстрее, тем лучше. Плохо, что ты у нас недееспособный, одним словом, калека. Как не кстати они тут появились, а то был шанс быстро тебя на ноги поднять. А теперь.... Не получилось, – выдохнул дед и махнул рукой.

– Это как? – кивнул я на покалеченные свои ноги.

– Ну, у нас тут не только магия есть, но и технологии всякие разные найдутся. В общем, имеется возможность прицепить тебе ноги киборгов, точнее, то, что от них осталось. У меня парочка в загашнике точно найдется.

– А вот с руками…тут дружище намного сложнее, хотя, есть у меня кое-что … ммм, – дед замолчал, видимо что-то обдумывая. В общем, есть одна рука монстра и другая рука, чья она не знаю, но с помощью магии могу тебе их пришить, точнее даже не пришить, а приварить, так правильнее будет. Магия приваривает, а врачеватели пришивают. Но вот гарантии не дам никакой, – дед развел руки в стороны. Магия она такая, сложная штука. Тут уж как карты лягут, но шанс большой все-таки есть, что прокатит, и руки будут работоспособны. Так что, на твоём месте дружище, я бы рискнул. Всё равно выбора большого нет, или ты калека и ходишь под себя, или ты человек, ну даже если и на половину, – добавил дед, ухмыльнувшись.

– Ха, даже не получеловек, а скорее киборг. Это больше тебе подойдет, – засмеялся снова дед и подмигнул.

– А что, уж лучше быть полу монстром или полу человеком, чем вот таким калекой.

– Или думаешь, я не прав? – старик смотрел на меня, словно оценивал, рискну я выбрать, то, что он мне предложил.

Я сглотнул, глубоко прогоняя по горлу слюну, и вытянув шею, повертел ей в разные стороны.

Мои мышцы затекли, и я пытался в них разогнать застоявшуюся кровь.

– А с глазом можно тоже что-то решить или придумать? – с надеждой прошептал я.

– Тут тебе повезло красавчик, – дед потер руки и улыбнулся. Есть у меня тут один экземплярчик. Короче, если всё получится, то ты видеть будешь не только то, что раньше видел, как человек, но и многое из того, что не один смертный не увидит.

Мои брови взметнулись вверх, и я удивленно посмотрел на старика. Мое сердце нервно забилось и появилась надежда, что скоро у меня будут ноги и руки, хоть и чужие, ну и глаз, который вернет мне полноценное зрение.

В голове закрутились, словно вихри мысли, я уже раздумывал, что да как. Я просто не мог еще до конца осознать, что вот скоро, через короткое время, моё положение калеки исчезнет, и я стану снова человеком. Но вот как это отразиться конкретно на мне, я еще не понимал и пытался осознать, раздумывая. Что за ноги, какие они? Как я буду ходить или бегать? Ясно, что искусственными имплантатами я не смогу ощущать все прелести живых ног, но ходить то я снова начну. А это уже не так и плохо. А вот с руками монстров, тут как-то пострашнее будет, и внутри груди появлялся холодок. Вот интересно, а что будет если они не приживутся? Магия магией, но и там не так всё просто. Какой-то шанс есть на то, что не получится. И что тогда дальше? Откину копытца или превращусь в монстра? Эх мысли, мои мысли, так и с ума сойти недолго, так рассуждая. Но риск – это дело благородное, тем более терять мне нечего, и мой взор упал на мои обрубки ног и рук. Я усмехнулся, смотря на все это убожество. Кстати, насчет рук, руки монстров скорее будут для меня, словно весла для гребца лодки, но это все же лучше, чем грести обрубкам по воде. Так что решено, я соглашусь на всё, что будет предложено.

Вот и насчет глаза, думать тоже нечего, пусть лучше непонятно что, чем полная темнота.

Тем более старик обещает какие-то плюшки к этому.

–А тебе дед, что от этого? Ну, приставишь ты мне ноги, прилепишь руки монстров, вставишь глаз. Какая твоя выгода, старик? Я уже давно не верю в бесплатный сыр. Что-то ты темнишь, наверное, хочешь от меня что-то, так может расставим все точки над и? Что я буду должен тебе взамен?

Старик наклонил голову, прищурил глаз и внимательно разглядывал меня.

–Я ж говорил Микки, что он далеко не дурак. Все видит и понимает, а главное выводы правильные делает.

Микки усмехнулся и буркнул.

–А я и не говорил тебе деда, что Алекс тупой или дурак, он просто калека телом, а мозги, по его взгляду видно, что у него варят.

Хм. Похоже они меня обсуждали и видно давно решили, что мне нужна их помощь, и что я должен заплатить за это.

–Тут такое дело Алекс. Я, точнее Микки, нужно было уехать отсюда и когда мы тебя нашли, то у нас созрел план, как и ему помочь и тебя выручить, дав тебе новые руки и ноги. Но вот взамен, ты должен просто стать на время, скажем так, телохранителем моего внука. Эти, из корпорации не остановятся, и будут его везде искать. Точнее, они будут искать старика и мальца, то есть меня, – и дед ткнул себя в грудь, а потом показал пальцем на внука.

– И его. Так что у нас с ним временно дорожки расходятся. Я себя смогу защитить от охотников за скальпами. А вот внук мой, пока слабоват. Мал он ещё для таких вот разборок, да и шастать по планете одному опасно. Тем более такому несмышленышу.

– Но, но деда, – фыркнул малец, но под хмурым взглядом старика примолк. Видно было, дед не любил, когда его перебивали, да и не гоже молодым встревать в разговоры взрослых. Не доросли они еще.

– В общем, когда ты у нас появился, – продолжил старик.

– То и выбор у нас был один, вылечить тебя и наделить силой киборгов и монстров. Но видишь, время поджимает нас, не знаю, как, но что-то корпорация быстро вычислила внука, и вышли на нас. Так что времени нет совсем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.