Маир Арлатов
Мудодей. Держи ноги крепче!

Глава 1

Нравилось мне в обеденный перерыв приходить в парк. Благо он расположен в ста метрах от офиса. Здесь всегда что-нибудь интересное происходит. Несмотря на толпы людей, праздно шатающихся из одного конца парка в другой, это не раздражало меня. Я словно отключалась на время от скучной работы среднестатистического офисного планктона. Да, мне не стыдно признаться, что моё существование − жизнью это назвать трудно − похоже на существование таких же, как я, «инфузорных туфелек», которые топчут своими острыми каблучками остатки надежды обрести личное счастье или хотя бы что-то на него похожее.

Ещё издали я заметила толпу людей, что-то увлечённо снимающих на смартфоны.

«Наверно фокусник», − предположила я.

Не судьба была мне в этот злополучный день пройти мимо. Любопытство − куда же без него! Многих таких фокусников повидала я в этом парке. Некоторые из них даже знаменитостями стали. И у меня есть пара автографов, которые подумываю загнать кому-нибудь за приличную сумму. Какие только чудеса они не показывали, впечатляя и шокируя капризную публику. Но я как-то уже привыкла к мысли, что всё это хорошо инсценированные иллюзии. И иногда даже понимала, как очередной фокусник изображает какой-нибудь потрясающий воображение трюк.

Фокусником оказался молодой, лет двадцати пяти, темноволосый, коротко стриженный человек с приятной внешностью. Он таинственно улыбался, не произнося ни слова. Все свои действия объяснял исключительно жестами. Отсутствием таланта привлекать к себе всеобщее внимание он определённо не страдал.

Площадь для представления он выбрал ничем особо не примечательную. Тротуар с двумя скамейками, окрашенными в тёмно− зелёный цвет, располагающиеся напротив друг друга. Вообще-то, это моё любимое место в парке. Обычно в обеденное время я сидела тут, размышляя о своей жизни или читала розовосопельные любовные романы. Да, в курсе в наше время читать книги − это нонсенс! Но я прятала книги от посторонних глаз, вкладывая их в кожаную обложку, маскируя под планшет. Должны же у меня быть хотя бы самые малюсенькие радости в жизни. Помню, однажды даже заснула на такой скамейке, за что схлопотала серьёзный выговор от начальства и крупный штраф.

Но я отвлеклась…

Итак, молодой человек, махая руками на зрителей, добился того, что они отошли за пределы импровизированной сцены. Территория вокруг скамеек в радиусе метров десяти оказалась свободной. Всё так же загадочно улыбаясь, фокусник окинул публику пристальным изучающим взглядом. Зрители напряжённо умолкли, продолжая снимать каждое его движение. Я наверно тоже бы последовала их примеру − было бы что подружкам по офису показать и хоть немного скрасить унылый рабочий день. Но увы, я напрочь забыла о своём смартфоне, лежащем где-то в бездонных недрах сумочки.

Вдруг заметила, как глаза фокусника хищно сверкнули − он нашёл свою жертву! И немедля ни секунды, он направился к одному из зрителей. Его внимание цепко ухватилось за парнишку лет восемнадцати-двадцати, какого-то слишком невзрачного, тощего, с бледным осунувшимся лицом. Да и одет «герой» дня был безвкусно: выцветшая бледно-зелёная футболка, зелёные до колен шорты и серые в полоску кроссовки с торчащими над ними чёрными носками. Не то чтобы я осуждаю его прикид, но по всему было видно, он не слишком преуспел в этой жизни. В глазах парня застыло недоумение и растерянность, кажется, они там давно прописались на постоянное место жительства, а тут ещё он увидел, как тип, возомнивший себя фокусником, тянет к нему руки и стремительно приближается… У будущей жертвы уличного шоу появилось одно сильное желание − бежать прочь со всех ног! Да… лучше было бы если бы кто-то из нас двоих это сделал. Но что уж там…

Парнишка пробовал возразить неуверенным голосом, но публика жаждала зрелищ и была не на его стороне. Многие стали его подталкивать и подбадривать. Взяли на слабо.

− Не-ет, нет, выберите другого… − в отчаянии чуть ли не молил несчастный.

Фокусник отрицательно помотал головой и, продолжая улыбаться, жестом пригласил принять участие в его фокусе. Парень шумно, недовольно выдохнув, опустил руки, которыми пытался отбиться от приглашения и, словно ягненок на заклание, поплёлся к ближайшей скамейке. Он весь сжался, ссутулился, явно жалея, что вообще родился на этот свет. По молчаливой просьбе фокусника парень лёг на скамейку, но не целиком, а, так что его ноги оказались за её пределами, упираясь в землю. Испытывая высшую степень дискомфорта и смущения от многочисленных глаз, пялившихся на него, он, краснея, закрыл глаза. Мне, правда, отчего-то стало его очень, очень жаль. Больше всего на свете я не хотела оказаться на его месте. Но как говорится, бойтесь и вам воздастся!

Я даже не заметила, что этот мастер уличных иллюзий выбрал свою очередную жертву. То есть… меня! И как отыскал-то в пёстрой толпе? Я же всегда такая незаметная и ростом не ахти, и внешностью так себе (а какой женщине, скажите, нравится своя внешность?). А он уже распихивает стоящих передо мной людей, хватает меня за руку, ведёт за собой. Я пыталась сопротивляться, глупо улыбаюсь, чувствуя, как сердце замирает от дурных предчувствий. Но как же я могу вырвать руку из его цепкого захвата и удрать? А он так галантно сопроводил меня до места «казни» и непринужденно избавил от сумочки, висевшей на плече, запихивая её под скамейку. Нежно прикасаясь, уложил меня на скамейку. Я ещё порадовалась, что блузку непрозрачную надела и юбку почти до пят. Любимую юбку с рисунком из павлиньих перьев. Кажется, любимую последние десять лет…

Толпа замерла в предвкушении невиданного зрелища. Я с беспокойством переглянулась с первой жертвой. Парень, показалось мне, даже не дышал. Я на миг решила, что он умер, не желая быть высмеянным или чего хуже опозоренным в этом представлении. А нечто подобное определённо ожидалось, на меньшее публика была не согласна.

Фокусник знаками рук обратился к зрителям и для каждого из жертв выбрал по два помощника. Одному предстояло держать нас за руки, которые пришлось поднять над головой, а другому за ноги. Нет, мне совсем не смешно было, честно. Я ждала лишь, скорее бы это действо закончилось, и лишь бы не получить психологическую травму. Я мысленно готовилась ко всему, но оказалась не была готова к тому, что меня ждало.

Начать этот тип решил с меня. Ну, конечно, дамы вперёд!

Вроде бы ничего особо фокусник не сделал. Положил мне на живот ладонь. Даже через ткань я чувствовала, исходящий от неё жар. Другой рукой постучал по ладони раза три, изображая магический пасс или, как он там у них называется. И тут же рванул к лежащему парню. Я, не выдержав нервного напряжения, глупо хихикнула. Проведя с ним такую же манипуляцию, он вдруг схватил его за предплечья и… оторвал от второй половины тела! Помощники, участвующие в представлении, заорали от ужаса и, забыв о своих обязанностях, рванули бежать прочь. Заорали так же зрители, бросаясь в рассыпную, но любопытство, заставило их остановиться и продолжить съёмки умопомрачительного процесса. Прежде чем я поняла, что происходит, фокусник бросился ко мне, схватил и потащил на газон. Я чувствовала, что мне чего-то не хватает и, только оказавшись на траве, поняла, чего. У меня не было… НОГ!!! Шок накрыл с головой. Хотелось кричать, вопить от ужаса, но я смогла только открыть рот. Не соображая, что случилось и как такое возможно, не чувствуя боли от расставания с привычной частью тела, но испытывая жуткую панику, я что есть силы принялась работать руками. Фокусник в это время убежал к парню, а я спешила убежать прочь, судорожно хватаясь за траву. Люди, вопя от ужаса и кое-где падая в обморок, а то и просто спотыкаясь, бежали впереди меня, словно от зомби, который собирается их сожрать.

Вот не помню, чтобы я когда-либо так быстро бегала. И это-то при сидячем образе жизни! Хотя, если вдуматься, бегом это сложно назвать, скорее ползла с широко открытым ртом и безумно вытаращенными глазами. Метров десять успела проползти, прежде чем меня подхватили и опять куда-то потащили. Далее плохо помню, что было. Опять положили на скамейку, зачем-то сильно тряхнули, после чего посадили, затем заставили… встать.

Руки фокусника пробежали по моему телу, по щекам похлопали и… он вновь бросился к парню. Я увидела его стоящим передо мной. Бледный, с вытаращенными в шоке глазами, явно на грани обморока. Фокусник вынул из своего кармана солнцезащитные очки и всё с той же улыбкой нацепил ему, видимо, чтобы парень зрителей не пугал. И пока мы оба и зрители пребывали в шоке от этого представления, этого чудака и хвост простыл. А я смотрела на свою юбку, которая была на парне, туфли, выглядывающие из-под неё и не могла понять, что всё это значит. В юбке и туфлях он выглядел несуразно. А если моя одежда на нём, где тогда его? Зря меня посетила эта мысль… Тут-то и прорезался мой голос, да такой, что распугал оставшихся зрителей.

− Аа-а! − душераздирающе вопила я, затрясясь от невообразимого ужаса. На мне были чужие НОГИ! ЧУЖИЕ ВОЛОСАТЫЕ НОГИ!!!

Парень тоже истерично завопил и… упал в обморок. Эх, мне бы тоже лишиться сознания. Но я продолжаю вопить во всё горло не в силах остановиться, что определённо не способствовало отключению сознания.

Сколько так вопила, не знаю. И не одно создание двуногое, мнящее себя человеком, не подошло, чтобы утешить или что там полагается делать в подобном случае. Хотя, какой там подобный случай? Кто и чем мне мог помочь? В инстаграм видео и фото опубликовать?

Вот и сижу я после такого фокуса на скамейке и с места двинуться не могу. Пялюсь перед собой на парня, которому не повезло родиться на белый свет. Бедняга, к несчастью, пришёл в сознание и кое-как пристроился на своей скамейке, но вот собрать воедино внутренний мир похоже был не в состоянии. Он, не моргая, таращился на меня, сжимая в руке очки. Нет, не совсем на меня, скорее, на его нижнюю часть тела, которая сейчас стала моей.

Да вот это попадалово…

День совершенно непонятным образом сменился на вечер. Голодные комары положили глаз на обнажённые волосатые ноги… Хочется сказать мои, но не могу.

− Ты… кто? − произнёс неожиданно товарищ по несчастью.

− А? − не сообразила я.

Народу в парке почти нет. Только мы точно два идиота что-то тут забыли.

− Ну не хочешь, не надо… − пробубнил парень.

«Чего я не хочу и чего не надо?» − совершенно не понимала я.

− Чего?

− Ну это… − он растерянно пожал плечами и опустил взгляд.

− Это… что? − похоже, я начинаю привыкать к ощущению полного идиотизма.

− Меня зовут Ларни.

− А… − вздохнула с облегчением и представилась: − Шаэль.

Я даже обрадовалась, что имя своё вспомнила.

− Амаргашаэль, − зачем-то решила я назвать своё полное имя.

− А… − протянул он, кивая.

Через минуту размышлений, он предложил:

− Может… переоденемся?

И как такое мне раньше в голову не пришло? Весь день в таком виде просидела. Наверно мои фотки заполнили интернет, и сотрудники офиса весело провели этот рабочий день, рассматривая их в разных ракурсах.

Трудно было заставить себя пошевелиться и тем более встать на чужие ноги. Чувствовала я их как свои, но ведь вижу, что они не мои. Такое противоречие не желало укладываться в голове. Парень тоже поднялся.

− Я отвернусь. Ты кинь мне мою одежду, а я тебе свою.

− Да, сейчас.

Мне захотелось побыстрее избавиться от чужой одежды, и даже появилась мысль после переодевания вернуться домой и с головой забраться под одеяло. Для начала я задрала блузку и осмотрела живот. С ним всё было в порядке. Облегчённо выдохнув начала расстегивать ширинку шорт. То, что я там обнаружила… захотелось просто исчезнуть! Нет слов! До слуха донёсся отчаянный стон Ларни. Сюрприз оказался что надо! Нет, конечно, я же не зря просидела на скамейке так долго, оценивая произошедшие события. Я догадывалась, что вместе с чужими ногами мне перешла и другая часть тела, но только сейчас осознала в каком жутком положении оказалась. Домой мне теперь точно нельзя. Там ждёт доведённый до крайней степени ревности нелюбимый муж и мечта о трёх нерождённых детях. Да… Крутое попадалово!

Дрожащими руками я стянула шорты вместе с нижним бельём, кинув их наугад позади себя, затем спешно начала снимать кроссовки, запихивая в них носки. Услышала шмякнувшуюся рядом юбку с туфлями. Наскоро переодевшись, я осмотрелась по сторонам. Даже мелькнула робкая надежда, что в парке не на каждом дереве висят камеры наблюдений и достаточно темно вокруг, чтобы любопытные глаза увидели интересные детали. Ещё какие детали! Главную можно рассмотреть невооруженным глазом. Ступни сорок третьего размера явно не желали влезать в дамские туфельки. Проблема!

− Там твоя сумочка, − подсказал парнишка.

Я осторожно оглянулась. Теперь мы выглядели как люди. Только я босыми ногами на холодном асфальте.

− И я… пойду уже.

− Ага… − кивнула я, отыскивая взглядом сумочку.

− Там, − парень успел сделать пару шагов, но остановился, указывая в сторону скамейки. − Там звонили, забыл сказать.

− А… как мы будем теперь? − задала я вопрос, почему-то ожидая, что этот парень знает ответ на него.

− Никак, − вдруг чётко ответил он. − Это всё сон. Но если нет, я всё равно давно хотел это сделать.

− Что сделать?

Меня охватили смутные подозрения.

− Не знаю, что лучше: с моста или вены перерезать.

Смутные подозрения внезапно приобрели пугающие контуры.

− Что? Но ты же… это и я тоже. Ты собираешься лишить меня моей части тела? Ты…

У меня не нашлось слов выразить глубокую степень своего возмущения и страха.

− А что? У тебя другие планы?

Парню было неловко смотреть на меня. Очки не удержались в его руке и звонко упали на асфальт. Он вдруг яростно наступил на них, издав гневный крик. Я даже вздрогнула. Переведя дух, Ларни осмелился поднять на меня глаза.

− Давай вместе. Можем просто уснуть…

Несмотря на скучную, серую жизнь склонности к самоубийству я никогда не испытывала. Всегда считала желание таким кардинальным способом избавить себя от проблем человеческой слабостью. Но наша ситуация на этот момент и мне показалась безвыходной.

Я медленно опустилась на скамейку, в отчаянии закрыла лицо руками и горько расплакалась. Боже, так я не плакала даже на похоронах своих родителей. Вся моя жизнь рассыпалась в прах. А впереди НИЧЕГО!

Парень передумал уходить и, присев рядом, положил мне на колени сумочку.

− Это не страшно, правда, − решил он утешить. − Раз и всё, и не заметишь.

− Уу… − белугой ревела я в голос.

− Можем прямо здесь. Я вдруг понял, что мне домой в таком виде нельзя. Подожди, я в аптеку за снотворным сбегаю.

Мне было всё равно. Великое горе не просто распахнуло передо мной свой бездонный зев, оно уже сомкнуло на моей никчёмной жизни острые зубы. Осталось разжевать.

Парня долго не было. Я успела успокоиться, решив, что он просто меня бросил, даже почувствовала облегчение. Не терплю, когда меня жалеют и дают ложную надежду. Отыскав в сумочке салфетки, вытерла лицо. Потом под руку попалось зеркальце. Я глянула и даже не расстроилась, увидев размазанную по лицу тушь. Слюнявя салфетку, постаралась убрать чёрные круги под глазами. Да, выглядела я не очень… Совсем не очень. Неудивительно, что Ларни сделал отсюда МОИ ноги. И молодец между прочим! У него хоть план есть по отношению к своей жизни. А у меня… Опять слёзы накатили. Подавив, образовавшийся в горле ком обиды, я постаралась взять себя в руки. Неожиданно мне очень сильно захотелось найти того молчаливого фокусника и совершить с ним что-нибудь противозаконное − кроваво− зверское.

Помнится, он часто здесь чудеса показывает… Чудеса, мать его! Чудодей проклятый, нет, лучше буду звать его… Мудодей! От слова не очень цензурного, зато самого подходящего!

Вздохнув, я снова начала шарить в сумочке. Нащупала смартфон. Десять пропущенных звонков. Восемь от начальства и сотрудников, два от сильно и давно нелюбимого мужа. Домой нельзя на все сто. Муж точно выбьет из меня душу. Обещания свои он выполняет − ох уж эта его принципиальность! Мне ведь много не надо − пара ударов вполсилы, и я в нокауте. Потом, как водится, извинения, прощения и так до следующего столкновения интересов. Сегодня и так не мой день, зачем усугублять? Переночую здесь.

Поставив телефон на беззвучный режим − ни с кем общаться не хочу категорически! − я убрала его в сумочку. Тут, кстати, вспомнила о шоколадке, купленной перед входом в парк. В животе услужливо заурчало. Шикарный ужин на природе − нечего сказать!

Распечатав упаковку, я отломила кусочек сладости и положила её в рот, разжевав, опять задумалась о сегодняшнем дне. Может, правда, это сон и завтра я буду в полном порядке?

Так задумалась, погружённая в бессознательный процесс поедания шоколада, что не заметила, как пришёл Ларни.

− Вот купил, − присаживаясь, сообщил он.

В руке парень держал упаковку с таблетками.

− Сказали самые мощные.

В его руках кроме упаковки были ещё кроссовки.

− Вот это тебе… − он положил обувь мне на колени. − А то так нехорошо.

− Спасибо, − хмыкнула я и надела их. − Как раз.

Потом с тоской посмотрела на туфли и запихнула их подальше под скамейку.

− Хочешь? − я протянула ему шоколад.

Он смущённо отломил кусочек.

− Я думала, ты домой ушёл.

− Нельзя мне туда. Я теперь не я. Отец в фокус не поверит и прогонит. Слушай, я это… в туалет хочу. Объяснишь, как это у вас делается?

Вот и объясняй теперь ему что и как. Неудобно совсем. И мне ведь тоже хочется. Значит расспросить придётся. Конечно, представление я имею, но с непривычки могу сделать что-нибудь не так. А ему наверно нужно и другие вещи объяснить…

Видя моё замешательство, он начал нервно смеяться.

− Ладно, сам разберусь. Но ты это… вдруг чего непонятно… Я, правда, объясню. Всё же мы в такой ситуации оказались странной…

Он стал озираться и приметил симпатичный куст.

− Ничего, если я там…

Не договорив, парень поспешил скрыться с моих глаз.

И я тоже решила, что неплохо бы и самой сделать это дело. Не затягивать же до бесконечности. Почесав покусанные крылатой братией волосатые ноги, я приметила другой кустик и, запихнув остатки шоколада в сумочку, а её повесив на плечо, поспешила на зов природы. Даже описывать не буду что пережила, пока пыталась добросовестно исполнить естественный процесс непривычным для меня способом. Это слишком личное…

Минут через десять мы опять сидели на скамейке.

− Ну как ты? − после долгого утомительного молчания поинтересовался парень.

− Справилась процентов на восемьдесят − требуется опыт.

− Я тоже как-то так…

Ситуация нам обоим показалась смешной.

− Я хочу убить этого фокусника, − сказала я, переставая глупо смеяться.

− Ты же понимаешь, что это не фокус?

− Скажи ещё чудо! − возмутилась я.

− А что по-твоему?

− Да где ты в наше время видел чудеса? Они что… такие? − я жестом указала на свои ноги.

− Давай убьём его, − решительно произнёс Ларни. − Вдвоём мы с ним справимся.

− Давай убьём, но прежде заставим вернуть всё как было.

− Ага, − усмехнулся парень, − что-то сомневаюсь, что мы сможем его убедить это сделать. Уверена, что он ещё что-нибудь в нас не поменяет? Откуда только взялся этот урод?

− Его ещё найти надо, − вздохнула я. − Видел, как он всё быстро сделал и ушёл? Не уверена, что мы с ним справимся.

− У тебя есть те, кому ты можешь доверять?

Я глубоко задумалась, перебирая в голове многочисленных претендентов на статус с громким названием «ДРУГ» и вскоре погрузилась в состояние горького разочарования. Ни одного!

Вместо ответа всхлипнула, смахивая набежавшую слезу.

− И у меня… Я редкий неудачник.

− Не такой уж редкий, − не согласилась я, намекая на себя.

− У тебя шоколад ещё остался?

− Угу.

Я отдала ему остатки своего позднего ужина.

− Спасибо.

Некоторое время мы просто тупо молчали. Да и о чём говорить?

Незаметно пришла ночь. В парке горели фонари, робко касаясь нас бледно-жёлтым светом. Стало прохладно, а комары стали ещё злее. Откуда только они взялись!

Ларни доел шоколад и, смяв фольгу в шарик, задумчиво вертел его в пальцах.

− Если это наш последний день может сходим куда-нибудь? − предложила я.

− И куда? У меня больше нет с собой денег.

− У меня есть немного. Тут кафе круглосуточное недалеко. Можем пуститься во всё тяжкое.

− Я, когда выпью совсем дурной становлюсь. Вдруг забуду, что я − не я?

− Будем пить только сок. Нам не надо расслабляться. И так неприятностей хватает.

И мы отправились в кафе. Не помню, когда я последний раз так поздно проводила время в компании с молодым человеком. Я и сама ещё не старая − лет на десять старше Ларни, но приятно. Да и внимательно рассматривая его лицо, вскоре призналась себе, что парень не такой уж не симпатичный. Вполне привлекательный, если бы не его болезненная бледность. Причёска аккуратная, глаза серо− голубые − выразительные, но слишком беспокойные, на лице никаких родинок, веснушек или лишней растительности.

Мы пили сок, временами чокаясь, произнося тосты за своё второе рождение и посылая проклятья в адрес нашего «благодетеля». В качестве закуски сначала были салаты, потом горячие мясные блюда и… как следствие − счёт, превзошедший мою финансовую удачу. Потом мы оба сытые и довольные, глупо хихикающие, поддавшись на убедительные уговоры управляющего этим заведением, мыли посуду, отрабатывая недостающую сумму. Было весело! У меня даже мелькнуло подозрение, что мы пили сок не совсем качественный. Похоже, содержание спирта в нём всё же было. Ну да ладно, нет худа без добра! По крайней мере, до утра мы как-то дожили и даже были решительно настроены изловить Мудодея и заставить его пожалеть о содеянном. Подкрепившись в этом же кафе тем, что незаметно умыкнули ночью с кухни, мы вернулись в парк и заняли удобную позицию на одной из детских горок. Оттуда мы легко могли заметить любое столпотворение и принять в нём активное, но непредсказуемое участие. Ларни где-то отыскал фанерку с надписью: «Покрашено» с веревочками по бокам и преградил ею вход на горку. Этим он отвадил от нас много любопытных лиц.

− Ты пока сиди тут, − попросил Ларни. − А я пробегусь по торговым точкам и постараюсь выкрасть липкую ленту, чтобы его связать или верёвку какую.

− Ты когда-нибудь это делал?

− Нет, но надо когда-то начинать.

− Не попадись только. Я буду ждать.

− Я скоро.

И он, не теряя времени, оставил меня одну. Я внимательно наблюдала за людьми, прогуливающимися по парку, завидуя им и завидуя своей прошлой серой, унылой жизни. Потом неожиданно захотелось спать…

− Эй, Шаэль, проснись, − взволнованный голос Ларни разбудил меня.

− Пришёл?

− И принёс, спрячь в сумочку.

Парень протянул мне рулон липкой ленты.

− Всё прошло гладко?

− Не очень, − Ларни осторожно выглянул за металлическую стенку, скрывающую нас от любопытных пешеходов.

− Заметили?

− Да, едва ушёл. Вот он… амбал глазастый!

Я проследила за его взглядом и заметила среди прохожих человека явно кого-то высматривающего.

− Не убьёт же он из-за рулона ленты?

− Этот убьёт и глазом не моргнёт.

− Наверно мне надо было к себе в офис зайти, там не заметили бы пропажу.

− Что уж теперь. Главное, получилось. А как тут дела?

− Пока не заснула было тихо.

− А у меня от беготни весь сон развеялся.

Потом мы продолжили наблюдение за парком. Чем дольше сидели в засаде, тем я яснее понимала, что Мудодей сегодня вообще может не появиться. Он ведь не первый раз наверно такое чудо проворачивает. Не мог остаться незамеченным. Да и врагов, кроме нас, у него должно быть немало.

Храп, раздавшийся неожиданно, прервал мои размышления. Ларни заснул, привалившись к металлической перегородке. И мне тоже так захотелось спать… Я приняла удобное полусидячее положение, подумав, что нас могут обнаружить любопытные дети и ещё неизвестно, чем это любопытство для нас обернётся. Но вскоре мне стало фиолетово на весь этот мир.

Так мы и проспали до вечера. Тень деревьев спасла наши тела от палящих лучей солнца. Разбудила нас орущая полицейская сирена.

− А… что? − вскочил Ларни.

Я с трудом открыла глаза.

− Где что?

− У… слава богу, уехали. Не за нами…

Я, сообразив, что звук сирены удаляется, тоже вздохнула с облегчением.

− Мы что… спали? − искренне удивился Ларни. − Сколько уже времени?

Отыскав сумочку, я извлекла смартфон.

− Шесть вечера.

На дисплее обнаружила шесть неотвеченных вызовов: четыре от мужа и два от шефа. Муж, похоже, больше озабочен моим отсутствием. Наверно кулаки чешутся, хочется сорваться на ком-нибудь. Пусть бесится − не жалко!

− Класс! Лучше не бывает! Отличный денёк! − всё больше негодовал Ларни. Но вскоре взял себя в руки и спокойно произнёс: − Пойду отолью.

Ну а я что? Осталась ждать его возвращения.

Я сидела и в отчаянии судорожно сжимала сумочку. Боже, как же хочется просто помыться, поесть по-человечески и в постель!

Я привстала, осторожно выглянув наружу. Было подозрительно тихо. Моё внимание привлекли редкие прохожие, прогуливающиеся с крупными собаками на поводках. Удивило, что собаки слишком крупные − доберманы-пинчеры. Да и место это непригодно для их выгула. Странно как-то показалось.

− Шаэль, валим отсюда, скорее! − Ларни выглядел сильно встревоженным.

− Что случилось?

− У меня чувство, что в парке облава.

− Да, ладно…

− Некогда объяснять, беги за мной!

Глава 2

Парень легко бегал, в отличие от меня, я едва поспевала. Едва мы спрятались за кустами цветущего шиповника, притаившись, как увидели человека с собакой, подошедшего к горке, служившей нам убежищем. Пёс обнюхал землю и начал озираться.

Я и Ларни удивлённо переглянулись. Он схватил меня за рукав блузки и, пригибаясь, повёл вдоль кустов к чугунному кованному заборчику, огораживающему парк по периметру. К счастью, преграда была невысокой, и я смогла без сложностей её преодолеть. После побега из парка, мы поспешили вклиниться в толпу, ожидающую зелёного сигнала светофора. Оказавшись на другой стороне улицы, перевели дух.

− Неужели это нас ищут? − сильно сомневалась я.

− Очень похоже, но вряд ли из-за ленты. Что-то более серьёзное.

− Наверно фанаты, − насмешливо хмыкнула я. − Боюсь даже в интернет глянуть, вдруг там что-то пострашнее, чем рисует моё воображение.

− И не смотри. Чего себе настроение портить?

− Куда мы идём?

− Мне всё равно лишь бы подальше.

− Ты есть хочешь?

− Хочу…

− Если бы мы могли прийти ко мне домой… − сказала я мечтательным тоном.

− Можем рискнуть.

− Муж из нас отбивную сделает. Он бывший боксер. Хотя… − я критически глянула на напарника, − тебя он просто убьёт.

− Ты его любишь?

Я вздохнула.

− Любила когда-то, но он выбил эту дурь из моей головы. Живём по привычке. Мне просто идти некуда. Давай, не будем об этом говорить. У меня от воспоминаний челюсть болеть начинает.

− Он бил тебя?

Я кивнула.

− Он называл это воспитанием.

− Боишься его?

− Не очень. Жаль, что не могу сдачи дать. Он, вообще-то, хороший человек, вспыльчивый только и в последнее время ревнует меня к каждому столбу. Это из-за него я в длинные юбки наряжаюсь и закрытые блузки. Всё хватит о нём, − пора было остановиться, я чувствовала, как в душе рождается обида и злость.

− А отомстить не хочешь?

− Отомстить?

Нам пришлось остановиться. Слова Ларни звучали интригующе.

− Давай выманим его из квартиры. Ты пригласишь его в ресторан, затем сделаешь оттуда ноги, можешь даже сообщить, что всё кончено. Но до этого напоишь вином со снотворным. Если он не заснёт за столом и пойдёт за тобой, мы его обезвредим и свяжем. Можем сдать в полицию за домогательства. Зато спокойно переждём ночь в твоей квартире и решим, что делать дальше.

Если поначалу от такого плана я испытала возмущение, то к концу рассказа была полна надежд его осуществить.

− Я согласна! В конце концов, мы в затруднительном положении.

Нам понадобилось минут двадцать, чтобы тщательно проработать план, предусмотреть возможные сложности и выбрать подходящее заведение. Затем я отправила мужу сообщение о встрече.

− Думаю, он скоро примчится. Всё иду, − я передала Ларни свой смартфон.

− Удачи!

Парень поспешил скрыться. Вздохнув, я направилась к ресторану. Столик, который мы присмотрели для встречи, был свободен. Ларни будет приглядывать за нами, находясь снаружи, и, если что, вызовет полицию.

Прежде чем сесть за стол, я посетила дамскую комнату и привела себя в приличный вид. Мне вообще вредно смотреться в зеркало, сразу нахожу в себе кучу недостатков. Поморщившись на помятый видок, вынула из сумочки снотворные таблетки и, раздавив их, аккуратно сложила в бумажку, оставшуюся от шоколада и, зажав её в руке, отправилась в зал. Едва успела сесть за стол, заказав себе сок − я была уверена, что платить не придётся, ведь планировалось моё бегство от разгневанного мужа − как в ресторан вошла будущая жертва нашего коварного плана.

Глаза Николаса горели гневом, а кулаки были сжаты. Он мгновенно увидел меня и приблизился быстрым шагом. Даже жутко становилось мне смотреть на него. Он явно хотел схватить меня за шкирку и потащить домой. Я дёрнулась, жестом руки велев ему сесть. Удивительно, что он послушался. Но казалось, ещё немного и дым из его ушей пойдёт. Моё сердце прыгало от страха, готовое остановиться в любой момент.

Огромные кулаки Николаса, лежащие на столе, производили пугающее впечатление. Чтобы взять себя в руки и продолжить начатое, я представила, как раздеваюсь перед ним. Сюрприз, который его ожидает, заставил меня улыбнулся. Посмеиваясь, я помахала официантке. Девушка быстро подошла.

− Дорогая, проводи моего мужа освежиться, а то он так возбуждён, что опасаюсь, как бы тут всё не разнёс, и принеси самое дорогое вино, которое я заказала.

От такого заявления мой муж завис. В его голове ярко просигналило слово «вино», а значит, решил он, разговор будет серьёзный. Не устраивать же при всех скандал. Да, в стенах квартиры он был полновластным хозяином, а здесь вся его смелость сыпалась, как карточный домик. Пусть его утешает мысль, что он сможет поквитаться за своё унижение, когда мы якобы вернёмся домой.

Шумно выдохнув, Николас поднялся и, бросив на меня уничтожающий взгляд, последовал за официанткой. Девушка, указала ему направление в туалетные комнаты и вскоре принесла мне открытую бутылку с красным вином и два фужера. Свой я наполнила сразу, а в бутылку незаметно для персонала и присутствующих высыпала порошок из раздавленных снотворных таблеток. Зная своего мужа как облупленного, я была уверена, что эту бутылку он опустошит до последней капли. Не в его правилах оставлять такой дорогой напиток без присмотра. Хотелось бы верить, что в спешке он не успел прихватить с собой деньги. Да, смешно было бы увидеть его в фартуке за мойкой посуды. Я опять улыбнулась, отпив глоток вина. Воображение классная штука − так порой поднимает настроение! Хотя, я знала так же, что гордость не позволит ему опуститься до такого унижения.

Николас не заставил себя долго ждать. О… поразительно! Он присмирел. В глазах появилось… что? Сожаление? Понимание того, что он здесь не главный? Готовность выслушать меня? Я в лёгком трансе.

«Ларни − ты гений!»

Это ведь он объяснил мне, как я должна себя вести. И то, правда, сколько можно чувствовать себя виноватой и терпеть унижения? Но, как же сложно изменить своё поведение, пересилить себя, перестать, наконец, быть жертвой.

− Шаэль… − он, присаживаясь, произнёс моё имя.

Я одарила мужа улыбкой, наполняя его фужер.

− Николас…

Муж решительно взял фужер и осушил залпом. Его пронизывающий взгляд тёмно-карих глаз буквально пожирал меня. Видимо он, и правда, был возбуждён, даже умылся, чтобы снять напряжение. Как моё долгое отсутствие его завело! Вот, что ревность с людьми делает − эгоист хренов!

− Шаэль, какого чёрта ты тут делаешь? − прошипел он колюче.

− Я? − вместо ответа я налили ему ещё напиток. − Выпей, дорогой, вдруг тебя ждёт ужасный ответ. Тебе нужно держать себя в руках, не забывай, кругом люди. Тебе же не нужны свидетели. Будут проблемы…

Муж послушался, украдкой осмотревшись по сторонам, как и я, заметив, что посетителей стало больше. Опустошив второй фужер, глаза Николаса начали похотливо поблескивать.

− Ты сс…су… − договаривать оскорбление он не стал. − Я тебя…

− Ладно, так и быть скажу, зачем я тебя сюда позвала, − я налила ему ещё вина. − Мы расстаёмся, Николас. Да, ты прав, я давно тебе изменяла. Вот такая я тварь, стерва и прочее. Я ухожу от тебя!

− Ты… − он широко вытаращил глаза. Я незаметно пододвинула ему фужер. − Ты не можешь уйти от меня!

− Кто тебе такое сказал? − усмехнулась я, не сводя с него насмешливых глаз.

− Ты… ты… − он задохнулся от гнева, глаза так и засверкали от с трудом сдерживаемой злобы. Отпив, он прошипел: − Кто он?!

− Так я тебе и сказала.

− Ты ещё приползёшь ко мне!

− И не надейся! Будешь мешать мне, сдам в полицию. Помнится, я тебя предупреждала, что храню медицинское свидетельство о побоях. Тебе светит немаленький срок. Тронешь нас хоть пальцем, и ты… труп!!!

Может я перегнула насчёт трупа, по эффект получился нужный. Пока он переваривал своими, отбитыми на боксерских поединках мозгами, полученную информацию, я встала, сняла с пальца обручальное кольцо, положив его на стол, затем прихватила сумочку и, послав ему воздушный поцелуй, поспешила прочь. Николас рванулся было за мной, но остановился, натолкнувшись на пристальный взгляд охранника, стоявшего у входа. Кстати, я лично предупредила охранника, что счёт оплатит муж, и потому мне удалось без проблем покинуть заведение.

Снаружи, с трудом скрывая волнение, моего возвращения ожидал Ларни.

− Ты быстро. Как дела?

− Отлично! Осталось убедиться, что он заснёт. Боже, сколько я страха натерпелась, что смешно стало. Спасибо, если бы не ты, он меня там убил бы, − на радостях я поцеловала своего помощника в щёчку. Парень жутко смутился.

Потом мы смотрели в окно, желая знать, что Николас будет делать дальше. Хотелось, чтобы он начал беситься и громить всё вокруг и за это загремел бы в полицейский участок. Но он просто сидел, топя своё горе в вине. Минут через десять привалился к стене.

− Заснул, − констатировал Ларни.

− Дозы должно хватить часов на десять. Идём веселиться!

Как же я была рада оказаться в своём доме. Правда, если глянуть в официальные бумаги, окажется, что он не мой, но всё равно − на душе было приятно.

Открывая дверь, я пригласила Ларни.

− Не стесняйся, делай, что хочешь. Будь как дома.

− А тут уютно и светло, − произнёс парень, осматриваясь.

− Чур, я душ застолбила! Можешь на кухню глянуть.

Ларни, кивнув, улыбнулся.

Я наверно целый час предавалась очищающему общению с водой. Вид нижней половины собственного тела меня порядком напрягал. Но деваться некуда. Я старалась не слишком зацикливаться на том, что пониже живота. Незнакомые реакции организма тоже беспокоили. Чтобы отвлечься, я полчаса потратила на сбривание волос на ногах. Да, юбка с павлиньими перьями ещё долго будет моей любимой. А вот о туфлях придётся забыть. С такими ступнями только кроссовки.

Ларни тем временем колдовал на кухне: что-то повытаскивал из холодильника, что-то жарил, а что-то жевал на ходу.

− Что готовишь?

− Яичницу с колбасой. Я такой голодный, будто неделю не ел.

− Здорово! Для меня порция предусмотрена?

− Нам обоим хватит, − улыбнулся парень.

Вытерев волосы, я повесила полотенце на вешалку и решила ему помочь.

Это был чудесный вечер! Я даже почувствовала себя счастливой. Мы сидели за столом и смеялись, вспоминая свои приключения. Еда тоже была великолепной.

− Насколько помню, у моего благоверного есть заначка, − уведомила я, наслаждаясь чаепитием. − У нас вся ночь, чтобы её найти. Можем куда-нибудь уехать.

− Мне, честно, некуда. Я родился и вырос в этом городе.

− А мы наугад.

− Слушай, я у тебя ноутбук видел, можно глянуть?

− Да без проблем. Я тоже гляну.

В интернет я залезла сразу после ужина. Ларни в это время изучал строение своего нового тела в душе. Пробегая по страницам немногочисленных виртуальных друзей, я с недоумением обнаружила, что о произошедшем вчера фокусе с моим участием ни у кого из них нет ни строчки. Даже в «Городских событиях» ни слова! А чего тогда снимали зрители? Что совсем ни одного опубликованного видео? Это, конечно, хорошо, но как-то подозрительно. Если о нас ни слова, то кого искали люди с собаками в парке?

− Что нашла?

Ларни появился неожиданно, я даже вздрогнула. Мокрое полотенце было накинуто ему на плечи.

− Ничего не нашла. Представь, о нас ни слова. Глянь сам, может я не там искала?

Я уступила место парню. Минут двадцать он молча ползал по разным соцсетям, рылся на форумах. Его недоумение всё возрастало.

− Чудеса, − наконец, выдохнул он.

− Если нас действительно нет в интернете, я начинаю думать, что это тоже проделки Мудодея.

− Кого?

− Мудака-Чудодея.

− А… смешно, − оценил Ларни.

− Это я ещё ласково. Вот попадись он мне, я из него все чудеса повыбиваю. Мало мне было мужа-садиста, так ещё этот… нарисовался! Ну скажи, как не злиться? Ведь никакого оптимизма на такие чудеса не хватит!

Я сердито плюхнулась на диван.

− Согласен с тобой, − парень на несколько секунд опустил голову на руки. − Мы должны его найти!

− И убить гадёныша!

− Убить! − в голосе Ларни послышались металлические нотки. Оказывается, в нём есть стержень, который он так тщательно прячет. Во мне рождалось к нему всё больше уважения.

− Слушай, − нарушила я молчаливую паузу, − получается, люди с собаками искали не нас?

− Не уверен. Интуиция меня редко подводит, и настроена она исключительно на неприятности.

− Повезло тебе иметь такую интуицию. Моя вообще спит. Влюбилась же я когда-то в Николаса…

− Великое везение, − Ларни горько усмехнулся. − Где она была, когда я решил сократить путь через парк?

Воспоминание об этом событии было нам обоим неприятно. Я поспешила сменить тему.

− Пошли искать заначку.

Начать мы решили со спальни.

− Кстати, можешь подобрать себе одежду, если найдёшь подходящую.

Глядя на Ларни, я сильно сомневалась, что ему что-либо понравится из гардероба мужа. Носки − не в счёт.

Пока он осматривал одежду, я искала все возможные тайники. Обшарила кровать, принялась за коробки из-под обуви, которые мы почему-то до сих пор не выбросили. В одной из них меня ждал сюрприз.

− Ух, ты, нашла!

Я вынула верхнюю пачку денег, а под ней оказался пистолет и упаковка патронов.

− Живём, друг!

− И насколько нам хватит? − обрадовался Ларни.

− Пару месяцев проживания в гостинице со всеми удобствами.

− Круто! Можем и на полгода растянуть.

− Поэтому я предлагаю заказать билеты и утром свалить отсюда.

− Я не против.

− Сбежать придётся далеко. Мой благоверный может заподозрить в краже меня и объявит в розыск.

− Тогда тебе надо изменить внешность. Меня он не знает.

− Да, так и сделаем.

Настроение моё после обнаруженной находки было отличным. Хотелось прыгать и плясать от радости, кажется несколько глотков вина, сделанных в ресторане, не пропали даром.

Спать я решила в спальне, а своему сообщнику постелила в гостиной на диване. Он до полуночи рыскал в интернете, я же просто ушла спать. А счастливому человеку спится очень хорошо, даже сны порой не снятся, в этом я убедилась на собственном опыте.

Проснулись мы рано, но позже, чем я встаю обычно. Хорошо, что не надо идти на опостылевшую работу.

Ларни опять ушёл с головой в интернет.

− Как с билетами? Выбрал маршрут?

− Всегда мечтал слетать в Италию. Как тебе?

− Полетели.

Улыбнувшись, Ларни открыл страницу сайта авиаперелетов.

− Нам везёт. Заказываю?

− Да. Кстати, я кроме «моменте морэ» ничего по-итальянски не знаю.

− Я учил разговорный.

− О! Отлично!

− А что значит «моменте морэ»?

− «Помни о смерти».

− Слушай, − прежде чем заказать билеты, Ларни решил задать ещё один вопрос, − если мы улетим, то как отомстим Мудодею? Мы же не можем такими оставаться на всю жизнь. И я тут подумал, если в моём теле станут преобладать женские гормоны, а, скорее всего, так и будет, я стану похож на девушку и боюсь даже представить сколько появится желающих со мной… того…

− А я получается… − я вдруг осознала, как сильно может измениться моя внешность. Она и до этого не блистала красотой, но я рискую стать похожей на мужика. Появятся усы, борода… Ужас!!! Какая тут Италия?!

− Нет, не заказывай, − возразила я решительно. − Мы должны его найти!

− Это будет опасно. Нам ещё не пора делать отсюда ноги?

− Ещё пара часов у нас есть. Давай перекусим и соберём с собой что-нибудь.

− Я из одежды ничего не нашёл, − уведомил Ларни.

− Значит, будешь таскать продукты. Вдруг нам опять придётся на улице ночевать.

И вот спустя часа два с сумками за плечами мы покидали квартиру Николаса. Я была всё в той же длинной юбке, сменила лишь блузку. Так же не забыла прихватить сумочку с косметикой, деньгами и пистолетом мужа, о котором своего друга не предупредила. Чего зря парня нервировать? День начинался превосходно и радовало, что обещал быть солнечным.

Мы сняли дешёвый номер в загородном отеле. Оставив там вещи, налегке отправились в парк, чтобы выследить ненавистного фокусника. Подозрительных людей в поле зрения не наблюдалось. Мы засели в одном из многочисленных детских домиков. Ларни захотелось купить бинокли, что он и сделал. И вот мы, как два заправских шпиона, украдкой выглядывали из миниатюрных окошек, осматривая территорию. Дети, подбегающие к нашему убежищу, испуганно удирали прочь, но, похоже, их жалобы остались без внимания.

До обеда время прошло незаметно, а потом потянулось невыносимо мучительно долго. Мы то и дело огорчённо вздыхали. Надежда встретить Мудодея таяла, вселяя в нас ощущение бессилия и отчаяния.

− Ни одного фокусника − это невероятно! − сердился Ларни. − У них что выходной? А если он никогда больше здесь не появится? Я даже в интернете не нашёл о нём сведений. Залётный какой-то…

Я горько вздохнула.

− Ну тогда у нас нет выбора. Мы летим в Италию, а когда поменяется внешность, я женюсь на тебе. Станем полноправными членами общества.

Парень воззрился на меня такими глазами, словно я уже сейчас сделала ему предложение руки и сердца. Его ошеломлённый вид меня рассмешил.

− Обещаю, нашу тайну будем знать только мы.

− Ужас… − пролепетал он.

− Что? Я уже сейчас так плохо выгляжу? − собиралась обидеться я. − Поверь, дальше будет только хуже…

Он многозначительно хмыкнул и уставился в бинокль, вскоре сказав:

− Ты лети в Италию, а я буду караулить этого урода. Все мозги ему выбью!

− Боюсь, как бы он их тебе куда в другое место не переставил. Кстати, смотрю на тебя, и ты мне уже кажешься красавчиком. Если что, это говорят твои гормоны.

− Смешно, − буркнул он.

В этот день мы так и не дождались появления ожидаемого человека. Чем дольше сидели, тем всё коварнее и кровавее строили планы в отношении него и делились, чья версия наказания окажется наиболее бесчеловечной. Природа не обделила нас фантазией. Похоже, вместе с переменой нижних частей тела в нас ещё открылись скрытые садистские наклонности.

− Стоп, вижу людей с собаками… − вдруг тревожно сообщил Ларни.

− Где? − я передвинулась к нему и уставилась в бинокль.

− Похоже вчерашние. Уходим?

− Да, лучше уйти.

Не раздумывая ни минуты, мы покинули домик. Но до выхода из парка добраться не удалось. У чугунных, резных ворот стояли два амбала. Резко развернувшись, мы спешно направились в противоположную сторону.

− Там наверно тоже охрана, − Ларни словно прочёл мои мысли. − Рискнём через забор?

− Конечно! Совсем не хочется оказаться в их лапах. Всё ещё не верю, что они ищут именно нас.

− Представь, как они ощупывают тебя на предмет оружия, − хихикнул Ларни, потащив меня к ближайшим кустам.

− О… они очень удивятся, увидев моё оружие.

Подбежав к ограждению, он предупредил шутливо:

− Будешь перелезать, береги его…

− Если я к нему привыкну, мне будет жаль расставаться, − и подколола: − Красавчик!

Ларни позабавила наша перепалка. Благополучно преодолев препятствие, мы поспешили перейти дорогу.

− Заметила, они приходят по вечерам.

− Да, к шести. Это странно…

Следующие три дня мы терпеливо вели наблюдение за парком и уходили за час до появления людей с собаками. Мы не хотели сдаваться. Это был единственный парк, облюбованный горожанами и используемый уличными шоуменами для привлечения внимания к своему творчеству. Мы верили, что Мудодей снова появится здесь, когда решит, что шумиха вокруг его невероятного талантливого представления утихла. Если таковая вообще была. Не могло же оказаться так, что все разом забыли случившееся, а видео и фото у всех без исключения необратимо испортилось или удивительным образом исчезло.

По вечерам мы сидели у ноутбука, прихваченного по моей инициативе из квартиры мужа, и искали хоть какие-то сведения о фокуснике.

То, что мы ложились спать огорчённые отрицательными результатами слежки ничего не значило. Просыпались мы всегда воодушевлённые с огромной уверенностью, что повезёт именно сегодня.

Потом позавтракав, прихватив с собой необходимые вещи и еду, мы занимали очередной пост для наблюдения. Каждый раз это было другое место, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание.

− Тебе не кажется, что на улице стало много полицейских? − Ларни озадачил меня вопросом.

− Не заметила.

На мне сегодня был чёрный парик, скрывающий под собой светло-каштановые короткие волосы, и я была уверена, даже имея фотороботы, мою физиономию узнать трудно. К тому же я сильно накрасилась и вставила линзы, меняющие глаза на ярко-синий цвет. Ларни по поводу измененной внешности сказал, что мне не хватает клыков. Кстати, чтобы соответствовать мрачному образу, пришлось купить чёрную рубашку и пару того же цвета бус. Ничего так прикид получился, хотя, думала я, кроме гипнотизирующих глаз, вряд ли кто что запомнит. Имидж приходилось менять каждый день, и именно сегодня я была роковой леди-вамп.

− Не нравится мне что-то, − пожаловался Ларни.

Я вопросительно глянула на парня. На нём была надета симпатичная цветная рубашка, чёрные брюки и того же цвета кроссовки. Он стеснялся своих ног, ему чудилось, что все мужчины на них пялятся.

− Думаешь, не угадал с размером? − решила уточнить я. Мы до появления в парке посетили гипермаркет, чтобы найти ему подходящую одежду.

− Не в этом дело. Предчувствие нехорошее. Оно усиливается…

− Давай уйдём, мало ли что.

Я давно поняла, что, если прислушиваться к интуиции моего сообщника, нас ждёт счастье и успех.

Парень охотно согласился.

Мы вышли из конструкции, изображающей крепость, и, осматриваясь, направились к выходу.

− Плохо, плохо, всё плохо, − заламывая руки зашептал напарник.

− Ничего подозрительного не вижу.

− Нет, не пойдём туда, − он резко развернулся, поспешив в обратную сторону. Я, прижимая сумочку, поспешила за ним.

Но не доходя до выхода, Ларни опять завертелся на месте.

− Посмотри, там никого нет, − пыталась я его успокоить.

− Плохо, плохо… нельзя туда. Опасно!

И мы помчались к ближайшему ограждению. Но не добежали. Парня буквально затрясло от ужаса.

− Всё, мы в ловушке! − он заметался, как перепуганный до смерти зверь.

− Ларни, Ларни, успокойся. Никого нет. Ты чего? − я вынула из сумочки бутылку с водой. − Вот попей.

− Нет, не хочу! − он резко оттолкнул от себя мою руку.

Потом вплотную вжался в куст и со стоном обхватил голову, сползая на траву. Я стояла рядом совершенно не зная, как ему помочь.

Я сама отпила из бутылки, чтобы успокоиться и вернула её в сумочку. Поведение Ларни меня сильно встревожило.

− Не подходите… − жалобно взмолился напарник.

Я же никого не видела. Ну разве что несколько пешеходов обратили на нас внимание. Определённо что-то надо было делать, чтобы ситуация не привлекла к нам ещё больше внимания.

− Вставай, я выведу тебя, − я обхватила его, собираясь поднять на ноги.

− Нет, нет, оставь меня. Я бы хотел, чтобы ты ушла, но они нас не выпустят.

Он заплакал.

− Ларни, ну ты чего? Всё же нормально было. Вставай…

Он с трудом поднял голову, мокрыми глазами посмотрел сначала на меня, потом куда-то позади.

− Ну, смотри, никого нет, − я указала рукой и оглянулась. И тут же, теряя равновесие, упала на мягкое место с вытаращенными в ужасе глазами. В метрах пяти от нас образовав полукруг стояли амбалы в строгих чёрных костюмах. Просто стояли и смотрели на нас ледяными, безразличными взглядами. В этот момент меня охватила такая же безумная паника, какую испытывал Ларни.

− Я… я… говорил, − дрогнувшим голосом просипел перепуганный до смерти парень.

Я инстинктивно прижалась к другу и выставила перед собой руки, готовясь защищаться. Потом неожиданно вспомнила о сумочке и принялась в ней копаться. Помню, что прихватила его с собой…

«Точно!» − руки почти сразу наткнулась на нужный мне предмет.

Ларни даже приободрился, увидев, как я извлекаю… пистолет.

− Не возьмёте, гады! − прорычала я, медленно поднимаясь с земли.

− Стреляй! − с надеждой попросил Ларни.

− У меня тут шестнадцать пуль, а вас… − я осмотрелась, подсчитывая. − Всего восемь. Класс! Ещё останется прикончить вашего шефа тремя контрольными в голову!

Ларни схватил меня за руку и мы, не сговариваясь, решили прорываться через отцепление. Я прошла вперёд несколько шагов, целясь в особо мешающий мне объект человеческой наружности. Амбалы выглядели как под копирку, разве что ростом отличались, а то бы я решила, что они клоны.

− В сторону! − приказала я.

Тип и глазом не моргнул.

− Ларни, пошарь в сумочке, там должен быть электрошокер.

− Угу, − буркнул парень.

Шарил он долго − дамская сумочка та ещё бездонная кладовая самых полезных вещей в мире!

− Вот, вот, нашёл! − обрадовался друг.

− Мочи левого, − шепнула я.

− Не могу, я раньше не…

− Нажимай кнопку и тыкай, − неуверенность парня начала меня раздражать. Хотелось поскорее сбежать от этой неприятной компании.

− Я… я… − Ларни начал паниковать.

− Ты же хочешь жить, Ларни? Мочи его или я сама застрелю!

Ну, Ларни, конечно молодец! Вспомнил, что совсем не горит желанием оказаться в лапах этих амбалов, собрался с духом и, вытягивая руку, резко приблизился к ближайшему истукану. Затем ткнул в его толстую шею прибором. Кнопку нажать забыл… Бывает! Лучше бы и не вспоминал! Ибо, когда вспомнил, то нажал и задёргавшись… сам рухнул к моим ногам.

Истуканы заржали. А… значит с чувством чёрного юмора у них всё в порядке. Смешно гадам! Не надо было им меня злить… Не задумываясь, что будет потом, я нажала на курок и укокошила первого. Затем не целясь, стреляла куда успела посмотреть. Едва стих последний выстрел, с ужасом осознала, что совершила. Вокруг лежали окровавленные трупы. Я это сделала?! Меня едва не вывернуло от вида кровавого зрелища. Стон Ларни выдернул меня из состояния шока. Не выпуская из руки пистолета, я склонилась над ним. Парень зашевелился. Кое-как удалось помочь несчастному встать на ноги.

− О… − только и произнёс он, осматривая место побоища.

− Это всё твои гормоны! Уходим, скоро тут жарко будет.

Мы поспешили покинуть парк.

− Электрошокер остался там, − уже у выхода вспомнил Ларни. Он остановился и, отобрав у меня оружие, сунул его в сумку. Правильно − не надо пугать людей!

− Ну и пусть!

− Там мои отпечатки пальцев.

− Забудь.

− Шаэль, спасибо, что не бросила меня.

− Мы же друзья.

В обнимку мы вышли из парка и забежали в ближайший подъезд. Потом сидели на ступенях и хохотали, как безумные.

− Сколько за восемь трупов дают? − поинтересовался я.

− Пожизненно!

− Всю жизнь об этом мечтала!

И опять хохотали. Что стресс с людьми делает!

− А ты… клёвая! − с восхищением в глазах неожиданно сделал Ларни мне комплимент.

− Я-то? Да я чуть не умерла от ужаса. Вот интересно, чего они не сопротивлялись? Никто оружие не вытащил…

− Может, хотели нас живыми взять?

− На опыты наверно, − вздохнула я.

− Я бы выбрал опыты, чем… − Ларни резко замолчал.

− Чем что?

− Ну это… сексрабство.

− А… − по спине пробежал холодок. Такое прежде мне даже в голову не приходило.

Я украдкой посмотрела на напарника.

− А ты знаешь… на эльфа похож.

Ларни закашлялся.

− На кого?

− На эльфа. Если волосы отрастить до плеч − вылитый эльф!

Он смеялся некоторое время, потом успокоился и обратился ко мне:

− Не обижайся, но ты всё равно пользовалась бы большей популярностью, чем я. Хоть у мужчин, хоть у женщин.

− Ларни, прекращай делиться своими фантазиями. Заразишь ещё…

Парень насмешливо хмыкнул.

− Ты наверно презираешь меня?

− Презираю? За что?

− За то, что я трус и слабак. Впадаю в панику и падаю в обморок.

− Нисколько не презираю, вот выдумал. Я держусь за тебя, как за спасительную соломинку. Вот разошлись бы мы тогда, и, чтобы я делала? Да я бы уже наверно в психушке оказалась. Ты мне нравишься. А какой план придумал, чтобы мужа обмануть, и интуиция твоя − суперская. А ты… презираю.

− Я боюсь, что не смогу защитить тебя. Да и с электрошокером так опозорился.

− А… забудь. Если бы тебя током не шарахнуло, я могла бы и тебя укокошить вместе с амбалами. Давай держаться вместе, чтобы не случилось.

− Давай, − парень облегчённо улыбнулся.

Тут до меня донёсся вибрирующий сигнал смартфона. Я извлекла его из сумочки. Шесть пропущенных и все от мужа.

− Муж звонит, наверно рвёт и мечет, − посмеиваясь, пояснила я. Отвечать на звонок не стала. Вместо этого вошла в интернет. Я была в полной уверенности, что город гудит от событий в парке.

− Что о нас пишут?

− Пока не нашла.

Минут десять я лазила по городским сайтам, листая новостные ленты, даже в поисковик внесла запросы: «Расстрел в парке», «Убийство восьми человек», «Кровавая расправа» и всё в том же духе. И хоть бы что-то! Ни одного сообщения. Ларни, как и я, пребывал в недоумении.

− Может, нам всё показалось? − предположил он.

Я на всякий случай проверила пистолет, желая знать сколько патронов имелось в наличии.

− Осталось четыре. Куда я, по-твоему, дела остальные?

− Что-то совсем не хочется идти на место преступления.

− И мне. Ловко они следы заметают. Да… шансов найти Мудодея у нас почти нет. Уу-у…

У меня от злости даже руки затряслись.

− Успокойся, − Ларни осторожно коснулся моей руки. − Может вернёмся в отель? Есть хочется.

Я кивнула, спросив:

− А если нас там будут ждать?

− Я почувствую. Если мы случайно разделимся давай назначим этот подъезд местом встречи. Допустим каждый день с шести до восьми.

− Хорошая идея! И ещё надо придумать пароль на случай, если нас будут шантажировать друг другом, или кто-то вздумает прикинуться одним из нас.

− Согласен! Это должно быть что-то обычное, непривлекающее внимания. Например… − парень на несколько секунд задумался, − для ситуации обмана «Я люблю фокусы!».

− Нормально.

− Опасность, беги, спасайся «Держи ноги крепче!».

Ларни хихикнул, я тоже.

− Клёвая фразочка, но она не похожа на обычную.

− Зато введёт в ступор врагов.

− А если понадобится помощь? − спросила я.

− Как тебе такая: «Отдайте меня на опыты».

− А если и, правда, отдадут? Жуть…

− Тогда… «Ларни, я тебя убью!».

Я некоторое время переваривала информацию, потом выдала заключение:

− А что нормально. Под «Ларни, я тебя убью!» я буду подразумевать все неприятности, которые могут угрожать моей жизни.

− Я тоже, только буду использоваться твоё имя.

Вот умный этот парень, что сказать. Скромный, симпатичный и умный! А… кажется, опять гормоны расшалились.

Глава 3

К отелю мы шли неспешным, прогулочным шагом. Я внимательно присматривалась к напарнику, держа его под руку, а он не менее внимательно прислушивался к своим внутренним ощущениям. Подойдя ко входу, мы остановились, стараясь незаметно осмотреться.

− Спокойно пока, − сообщил Ларни.

После этого мы решительно вошли внутрь.

В номере ничего не изменилось. Оказавшись в нём, мы оба почувствовали огромное облегчение, словно избавились от тяжкого груза. Вскоре заказали ужин и, в его ожидании сидя на диване, смотрели по телевизору местный новостной канал.

− Тишина… − уже не удивлялся Ларни. − Шаэль, скажи, а где ты научилась стрелять?

− Муж научил, когда у нас был конфетно-букетный период нашего знакомства. Мы часто в тир ходили. Вот он себе пушку и приобрёл.

− Понятно… А то я заметил, что твои руки после расстрела даже не тряслись, и истерики не было.

− В тире были очень реалистичные манекены, особенно изображающие людей. Мозги так и разлетались в разные стороны. Эти типы мне их и напомнили. Вот не было ощущения, что они живые. Хохотали, правда, мерзко…

− Они хохотали?

− Когда ты сам себя…

− Ну да… − Ларни усмехнулся. − Смеялись, значит, надо мной…

− Они уже поплатились за это, расслабься, − в утешение я похлопала его дружески по плечу.

Раздался стук в дверь. Я поспешила забрать ужин.

В дальнейшем наш вечер прошёл без разговоров о случившемся. Мы не стали засиживаться. Видимо, сказались переживания этого дня, хотелось просто спать. Но перед сном договорились проснуться затемно и переселиться в другой отель, благо их вокруг города много. Что мы благополучно и сделали. Новый отель порадовал нас номером с двумя кроватями и обещанием сохранить наше инкогнито, а также предупредить, если кто-либо почему-либо будет интересоваться именно нами, особенно, если полиция. Нам даже запасной выход показали, что я разве зря дала на чай управляющему отелем?

Как только мы устроились на новом месте снова завалились спать. Продрыхли до обеда. Утоляя голод, заказанной из ресторана едой, пялились в телик, в который раз убеждаясь, что о расстреле в парке нет ни единого слова, даже намёка. В некоторой степени такое положение вещей даже огорчало. Я почти профессионально замочила тех парней, и никто об этом не знает. Моя страдающая гордость ныла всё жалобнее.

После обеда мы решили изменить свою внешность до неузнаваемости. Ларни тоже пришлось преобразиться. Глядя на его гладко выбритое лицо, я мысленно примеряла ему разные усы и даже бородки, но, честно, ему не шло. Да он и сам это отлично понимал.

− Может, мне девчонкой прикинуться? Буду твоей подружкой?

− Надеть парик, изобразить грудь… Думаю, должно получиться. Хорошая мысль! А твоё самолюбие не пострадает?

− Нет, я уговорю его заткнуться, − парень задорно улыбнулся. − К тому же под юбкой не заметно будет, какие у меня ноги. В джинсах бёдра сильно выделяются.

Я понимающе кивнула.

Благо одежды и париков было предостаточно, есть из чего выбирать.

− Слушай, а чего у тебя все юбки с перьями? − озадачил Ларни меня таким вопросом.

− Не знаю, просто нравятся.

И, правда, с чего у меня такой заскок на перья? Может, я была в прошлой жизни птицей? Перья жёлтые, зелёные, синие и хит многолетнего сезона − павлиньи!

− С павлиньими − моя! − предупредила я.

− Ты вчера в ней была.

− Я была в тёмно-синей, сегодня буду в голубой.

− А… − Ларни, посмеиваясь, переключил внимание на чёрную юбку с рисунком из белого, как снег, пуха.

− К ней вот эта блузка подойдёт, − помогла ему я ему решиться с выбором.

Часа через два мы были как две заправские подружки с отсутствием каких-то важных извилин в голове. Без умолку хихикали и сыпали глупостями. На голове Ларни находился парик с длинными прямыми платинового цвета волосами, который очень ему шёл. Ещё макияж подходящий, а также весьма пикантные подробности тела, превратили его в симпатичную девушку. Пришлось научить его ходить в туфлях − это было то ещё развлечение! Я подобрала ему туфли с плоской платформой, а то вдруг бегать придётся.

Сама я превратилась в шикарную блондинку. Всё было идеально, за исключением кроссовок. А что ещё мне было надеть на ступни сорок третьего размера? Вот то-то же…

Почему-то нас обоих тянуло в парк, мы даже высказали по этому поводу свои подозрения. Хотелось знать, что там происходит. Не верилось, что всё прошло спокойно. Да и Мудодей мог тоже там появиться или уже появился. Нервный зуд, что он там, а мы сидим в отеле, всё больше и больше нас раздражал. Я, словно чувствовала, как шанс вернуть свою жизнь в прежнее русло безвозвратно уходит. Мерзкое ощущение!

Неважно, что вчера мы были настроены избегать территорию парка, сегодня мы имели иное мнение.

Стоя недалеко от его входа, Ларни предложил:

− Давай войдём поодиночке. Ты первая, я в десяти метрах позади.

− Как твоя интуиция?

− Спит пока.

Я кивнула, на всякий случай ещё раз внимательно осмотрев «напарницу».

− За сумочкой следи, чтобы не сдёрнули.

Ларни поправил лямку, прижимая сумочку к себе. Она была не просто аксессуаром. В ней находились кое-какие дамские штучки для поддержания имиджа, смартфон для связи, а также электрошокер и газовый баллончик, которыми каждый из нас специально вооружился в одном из охотничьих магазинов. А как иначе? Вдруг кто-то приставать начнёт? Ларни подобная перспектива сильно напрягала.

Вклинившись в толпу праздношатающихся граждан, я вошла на территорию парка. Сердце тревожно колотилось. Незаметно осмотревшись по сторонам и не увидев ничего подозрительного, я вскоре успокоилась. Пройдя метров сто, присела на скамейку припудрить носик и поболтать по телефону. С кем? Разумеется, с Ларни! Вот и пригодились нам новые мобильники, с новыми симками, купленные на подставное лицо, благо добрых людей для этих целей найти несложно.

Парень, точнее симпатичная девушка, как раз прошествовала мимо, стараясь сохранять осанку и непринужденность.

− Милая, как твои дела? − прощебетала я.

− А… дорогая, рада тебя слышать. У меня всё отлично. Гуляю в парке.

Да… голос у «милой» оказался не слишком женственным. Ларни и сам сообразил, что ему нужно поменьше открывать рот.

− Я приболела не могу долго разговаривать.

− Выздоравливай, милая, увидишь, что интересное, звони.

Так, пока всё в порядке. Место, где вчера произошла встреча с амбалами, меня так и тянуло. Хотелось посмотреть на него. Не зря говорят, что преступник возвращается на место преступления. Похоже, это мой случай. Невольно я всё чаще поглядывала в ту сторону. Жаль из-за деревьев не могла ничего рассмотреть.

Звякнул смартфон. Я включила связь.

− Слушай, здесь ничего нет, − Ларни оказался на месте преступления раньше меня. − И электрошокера тоже нет, − парень говорил вполголоса, едва скрывая волнение.

− А крови на траве?

− Всё чисто. Дети бегают… Жутко даже…

− Уходи оттуда. Встретимся на качелях-лодочках.

Это были качели, как для детей, так и для взрослых. Наше появление не должно было вызвать чьих-либо подозрений. Мы удобно уселись на свободную качель, предназначенную для парочек.

− Бред какой-то, − недоумевал Ларни.

− Остаётся улететь в Италию…

Моя «подружка» засмеялась, добавив:

− Теперь я тоже уверен, что из нас получится отличная пара.

− Да… ещё один бесполезно прожитый день, − огорчённо вздохнула я.

− И завтра будет так же…

− Грустно.

И тут нас отвлёк мужской голос.

− Девушки, можно с вами познакомиться?

Оказалось, качели давно остановилась, но мы так увлеклись переживаниями по поводу неудачного дня, что забыли об этом. На нас с нескрываемым интересом смотрел… ладно бы молодой красавчик, но ведь нет − повезло! − страшный, волосатый пожилой мужик с явными похотливыми намерениями.

− Папаша, иди своей дорогой, − осмелилась я подать голос. − Ты же не хочешь, чтобы с тобой случился несчастный случай?

− Девочки, я же только познакомиться хотел.

Он вдруг вознамерился забраться к нам в лодку, где и так место было лишь для двоих.

− Тебе же сказали вали отсюда! − огрызнулся Ларни.

− О, вы любите грубость, я тоже.

Этот наглый тип решительно сократил расстояние и схватился за бортик нашей качели. Благо Ларни оказался сообразительнее, он, вскакивая, вынул из сумочки баллончик и ткнул наглецу в лицо. Мужик вытаращил глаза и отступил на шаг.

− Понял, понял, ухожу… Я же просто…

Пятясь, мужик сошёл на землю и счёл за лучшее с нами не связываться. Мы проводили его злобными взглядами и, когда он, наконец, скрылся в толпе, облегчённо вздохнули.

− Вот ведь, урод! − в сердцах вспылила я.

− Урод и есть. Ходят тут всякие…

Ларни убрал баллончик обратно в сумочку. Желание находится в парке пропало окончательно. Захотелось оказаться в уютном номере отеля и напиться с горя. Мне, по крайней мере.

И вот мы в удручённом состоянии духа молча покинули парк. Так же молча шли по улице, не обращая внимания на то, что творится вокруг.

− Чую приближение опасности, − внезапно остановившись, Ларни глянул в сторону автомобильной дороги. Затем шепнув: «Чёрный фургон…», схватил меня за руку и потащил к ближайшим зданиям, рассчитывая скрыться среди многочисленных переходов и подъездов.

Страх, который охватил напарника, вскоре передался мне.

− Не оглядывайся…

Да, лучше бы я не оглядывалась. Но ведь нет, дёрнуло! За нами шли очень быстрым шагом три знакомых амбала. В панике я споткнулась, теряя темп, но Ларни не дал мне упасть.

− Скорее туда!

Мы вбежали в ближайший подъезд и закрыли дверь.

− Найди что-нибудь, − попросил Ларни, держась за обе её ручки.

Под лестницей нашлась швабра с металлической ручкой, видимо оставленная уборщицей. Преследователи уже дёргали дверь. Силы Ларни была не равны, но он держал её как мог. Я успела вовремя сунуть между ручками металлической черенок. Переводя дух, мы отошли от двери, затем рванули вверх по лестнице.

− Это они, они… − в панике шептала я. − Чего они увязались за нами?

− А я знаю? Выскочили, как черти из табакерки! На пожарную лестницу нельзя, они уж точно о ней знают.

− Остаётся чердак.

Нам действительно ничего иного не оставалось, как рассчитывать найти убежище под крышей здания. Был отличный шанс перебраться в другое крыло и спуститься. Что мы и поспешили осуществить. Распугав голубей и перепачкавшись в грязи и их помёте, мы благополучно покинули обитель мрака и летающего пуха. На верхней лестничной площадке остановились отдохнуть.

− Чуешь что-нибудь?

− Да, меня колотит от ужаса, − Ларни со стоном обхватывая голову, присел на корточки.

− Может, напросимся к кому-нибудь в гости? Прикинемся работниками социальной службы?

− Не пустят. Они знают в лицо, кто их обслуживает. Ещё в полицию позвонят.

− А если самим позвонить в полицию? − ещё надеялась я на помощь со стороны.

− Звони, потреплем им нервы, и за нами будет гоняться вдвое больше народу.

− Да, не выход…

Я достала пистолет и сняла с предохранителя. Если преследователей трое, то четыре пули должно хватить. Ларни извлёк баллончик. Я видела, как он изменился в лице, став бледным, и всерьёз опасалась, как бы он не лишился сознания. Мы начали медленно спускаться по лестнице. Было тихо и оттого ещё страшнее. Не стоило недооценивать преследователей, они ведь тоже хорошо знали этот район и могли подготовить ловушку.

Нам удалось спокойно дойти до выхода. Ларни прислонился к стене, борясь с приступами паники. Наконец, решился:

− Открывай.

Я, кивнув, слегка приоткрыла тяжёлую металлическую дверь, высунула голову и осмотрелась. Ничего подозрительного не увидела.

− Идём.

Сошли с крыльца, опасливо оглядываясь, затем короткими перебежками добежали до угла здания.

И тут точно, как чёрт из-под земли, перед нами возник один из преследователей. Мы буквально ткнулись носами в его чёрный лакированный пиджак. Я не успела отреагировать. Пистолет был выбит из моей руки, почти одновременно с выбитым газовым баллончиком из руки Ларни. Амбал развернул меня к себе спиной и прекратил всякое сопротивление ударом ребра ладони по шее. Что он сделал с Ларни я увидеть уже не успела…

Очнулась на холодном жёстком полу. Сразу поняла, что меня куда-то везут. Кое-как разлепила ресницы. В салоне полумрак и пахнет полимерами. Микроавтобус, похоже, совсем новый. Я обратила внимание, что связана по рукам и ногам, да ещё кляп во рту. А рядом в бессознательном состоянии скрюченное тело юного напарника. Больше никого в салоне не было. Я подползла к Ларни и начала его толкать ногами. Вскоре тот зашевелился, мучительно постанывая. Окончательно очухавшись, сел, уставившись на меня глазами полными животного страха и отчаяния.

Некоторое время мы в шоке таращились друг на друга. Потом я сообразила, что неплохо бы освободить руки. Судя по тому, что ноги были связаны липкой лентой, (которая, как я подозревала была взята из моей сумочки) я предположила, что и руки связаны за спиной именно ею. Нужно было найти чем её разорвать. Пока ползала по салону в поисках режущего предмета, наш транспорт, проскрипев колесами, остановился. Пришлось прекратить бесполезные поиски.

Дверь резко открылась, и в салон ворвался яркий солнечный свет, заставивший нас зажмуриться. Должно быть мы представляли собой жалкое зрелище. Ларни потерял парик, а макияж размазался по лицу, под носом вовсе засохла кровь, похоже, его всё-таки побили. Да и я выглядела не лучше. Чувствовала, что парик съехал на бок и волосы торчали в разные стороны. Парочка амбалов недолго любовалась добычей. Один забрался в салон и, схватив меня, поставил на ноги. Затем дотащив до выхода, молча вручил напарнику. Мои жалкие попытки выразить возмущение были демонстративно проигнорированы. Ларни, не в пример мне, вёл себя очень тихо.

Как это было унизительно и страшно, что хотелось тупо завыть. Я ведь понимала, что это только начало и ничего хорошего нас не ждёт. С моих ног срезали ленту и, схватив за локоть, повели в неизвестном направлении. Я шла, спотыкаясь, но амбал не позволял мне упасть. Синяки от его пальцев уж точно останутся на память.

Я была так расстроена, что не запомнила, в какое здание нас притащили и по каким коридорам вели. В глазах появились предательские слёзы. Но обида вскоре сменилась злостью.

Нас привели в просторное светлое помещение, напоминающее кафе. Я обратила внимание на бар с напитками и на бармена что-то смешивающего, а также на то, что из пяти круглых столиков четыре были заняты. Люди по двое сидели за ними уставившись на нас равнодушными и даже скорее скучающими взглядами.

− О, наконец-то, к нам пожаловали долгожданные гости!

Наше внимание привлёк довольный мужской голос. Из-за барной стойки вышел… Кто бы вы думали? Он самый… Мудодей! Я чуть не задохнулась от гнева.

− Добро пожаловать! Ну и заставили вы нас поволноваться. Целую неделю вас ждём. Проходите, не стесняйтесь.

Мне освободили руки, сняли ленту со рта, что было весьма болезненно, и подтолкнули к свободному столику. Даже лёгкое удивление шевельнулось в груди, особенно, когда на стол передо мной положили мою сумочку. Вскоре и Ларни освободили от неудобств и усадили за стол, также вручив ему его сумочку.

Мы украдкой переглянулись. Первой родилась мысль напасть на Мудодея, но останавливали амбалы, занявшие пост при входе. Я посмотрела назад на присутствующих в зале. Вроде люди, как люди, разве что блеск жизни в глазах отсутствует, эмоций никаких на лицах не отражается. На миг даже предположила, что это манекены. Если бы не моргали и не дышали, так бы и решила. Особенно впечатлила парочка слева: оба были с причудливыми причёсками напоминающие индейский ирокезы. У девушки малиновый сантиметров по двадцать колючий «ежик», делящий голову на две части, у мужчины − ярко− синий. Остальная часть голов обоих была наголо сбрита. Какие только причёски в наше время не носят…

− Итак, наконец-то, мы имеем честь с вами познакомиться, − ненавистный фокусник подошёл к нам и упёршись руками в столешницу, пристально посмотрел на каждого из нас. Я почувствовала себя самой маленькой мухой под микроскопом. Этот противный, колючий взгляд…

Помню, как часто читала в любовных романах описание врага, на которого смотрит героиня и мысленно восхищается его статью, красотой, рельефной структурой мышц и ещё чем-то там… И даже восклицает также мысленно фразой примерно следующего содержания: «Красив чертяга!». В моём случае всё было совсем не так. Его экстерьер меня совсем не впечатлил. Мудодей был для меня воплощением вселенского ЗЛА, а со злом нужно бороться независимо от того в какую оболочку оно завёрнуто. Бороться и желательно победить! Можно и не бороться − куда мне со своими физическими данными с ним бороться. Но вариант «победить!» даже не обсуждается. Хотя бы довести до нервного срыва или болезни Паркинсона своим вредным, непредсказуемым поведением. А что? Как раз мой стиль, о существовании которого я подозревала всю свою сознательную жизнь.

− Представьтесь нам, пожалуйста, − вежливо, но требовательно попросил он.

− Сначала ты! − сказала я, словно выплюнула. Жутко хотелось его оскорбить за все страдания, что по его вине пришлось мне и Ларни пережить.

Мудодей перевёл взгляд на Ларни, ожидая от него реакции на свой вопрос.

− Пошёл ты! − огрызнулся парень, злобно сверля его потемневшими от гнева глазами.

− Ну в таком случае я сам представлю вас. Дамы и господа, прошу знакомиться − это Шаэль и Ларни. Они такие же гермо, как и все вы.

− Кто мы? − мгновенно вскипела я. − Дерьмо? Да ты сам такой!

В общем, зря он не отошёл от стола. Схватив резко свою сумочку, которая лежала на нём, я с силой толкнула стол на противника. И Мудодей вместе с этим элементом интерьера полетел на пол. Ларни не усидел на месте. Вместе мы, отпихнув мешающий стол в сторону, бросились на врага и начали его избивать ногами и руками, пока нас не стали оттаскивать охранники. Я и Ларни отбивались от них как могли, одновременно угрожая и желая дотянуться и лишний раз показать Вселенскому Злу, кто здесь главный. Я радовалась, что успела нанести как минимум пару хороших ударов в самые уязвимые места. И ещё, пока нас оттаскивали, к своему удовольствию заметила, что зрители не остались равнодушными. Они бросились нам на помощь и начали отбивать нас от амбалов, ну и корчившемуся на полу фокуснику досталось нехило. Если бы не подоспевшие ещё трое амбалов, мы вышли бы победителями из этой схватки. Мне ведь даже удалось освободиться от амбала, выкручивающего руки. Схватив свою сумочку, я попыталась отыскать в ней средство для самообороны. Ну да кто бы, кроме меня, сомневался, что их там не окажется! С приходом группы поддержки, мы стремительно сдали позиции. Нас скрутили и растащили по разным комнатам. К счастью, Ларни оказался со мной − вместе веселее! В общем, обращались с нами грубо и бесцеремонно. Швырнули на пол, окончательно помяв взъерошенный имидж и чувство достоинства.

Кряхтя и постанывая, мы поднялись с пола и добрались до единственного места, куда можно было сесть − кровати, накрытой тёмно-синим покрывалом. Некоторое время приходили в себя, потом Ларни начал нервно смеяться.

− Он назвал нас гермо?

− Гермо? − переспросила я. − А мне показалось дерьмо…

Я тоже засмеялась, сообразив, что стало причиной моего неадекватного поведения.

− Жаль, добить не получилось

− Мне кажется, кое-что мы ему всё же сломали…

− А я вроде удачно съездила ему по яйцам пару раз.

Ларни захохотал ещё заразительнее.

− Он запомнит надолго, как творить такие фокусы с людьми, конченный ублюдок!

Издав долгий выдох, я плюхнулась на спину, уставившись на скромную люстру под потолком. Скосив глаза левее, заметила камеру видео наблюдения, подмигивающую красным глазком.

− Следит за нами, урод…

Парень покосился на камеру, затем тоже лёг на спину.

− Отдохну и вырублю её.

− Согласна, этот день он точно надолго запомнит.

Окончательно придя в себя и догадываясь о невозможности покинуть комнату, мы решили вырубить камеру видео наблюдения. Ишь выдумал − шпионить за нами! Какая мерзость!

Я немного огорчилась, что любимой сумочки под руками нет. Могли бы липкой лентой залепить или ножницами как-нибудь повредить. Ларни попросил меня помочь передвинуть кровать, что мы и сделали. Тяжёлая работа оказалась! Потом свернули матрас с постельным бельём. Взобравшись на это сооружение, Ларни дотянулся до камеры. Немного покрутил и оторвал от потолка. Красный глазок потух.

− Скоро явятся гости, − излишне весело известил парень.

Но пока их не было, мы вернули кровать в исходное положение.

− А давай мы на них одеяло с покрывалом накинем и пока не очухались, лупить начнём, вдруг получится оружие забрать.

Ларни кивнул, улыбнувшись. Разобрав постель, мы устроили засаду у входа. Минут через десять в двери вежливо постучали. Потом ещё раз постучали…

Мы, недоумевая, переглянулись. С чего это к нам так вежливо стучат?

Дверная ручка начала двигаться из стороны в сторону, затем щёлкнул замок, и дверь медленно отворилась. Входили двое, о чём-то перешептываясь. В сумраке прихожей они не могли нас видеть, за что и поплатились. Я успела накинуть на первого вошедшего покрывало и сбила с ног, а вот Ларни не успел напасть на второго гостя. Тот шустро исчез за дверью.

− Стойте, стойте, это мы, − испуганно прокричал из-за двери женский голос.

Ларни включил свет. Сбитый с ног гость сорвал с себя покрывало, растерянно уставившись на нас.

− Вы кто? − спросила я.

− Марвел, − вставая, назвал своё имя молодой мужчина. − А там Касси.

Девушка снова постучала.

− Входи, Касси, − разрешил Ларни.

Девушка несмело открыла дверь и вошла.

− Мы это… тоже гермо.

− Тьфу! − воскликнула я. − Какое противное слово! С дерьмо рифмуется.

− Это он так нас называет, − пояснила Касси.

Это была красивая девушка с большими синими глазами, прибравшая длинные светло-русые волосы в хвост. На вид казалась лет шестнадцати. Стройная и пугливая. Даже сейчас она стояла, прижавшись к двери, готовая в любой момент сбежать.

− Вы проходите, − пригласила я. − Кстати, а как вы дверь открыли?

Мы прошли в комнату и расселись на кровати. Точнее на матрасе, поскольку одеяло и покрывало, застелить даже не подумали.

− Так не закрываются они, − ответил Марвел.

− Что?

Я и Ларни удивлённо уставились на гостей.

− Ну да, вход свободный, − ответила Касси. − Остальные не захотели к вам идти. Вот мы и рискнули.

− Значит, двери были открыты… − усмехнулась я. − А мы даже проверять не стали.

Ларни издал нервный смешок.

− Что вообще здесь происходит? − задала я давно беспокоящий нас вопрос.

− Мы сами не знаем. Уже неделю тут находимся. Охраняют нас хорошо, − ответил Марвел.

− Вот, когда вы появились, у нас появился шанс узнать, что от нас хотят. Но такая заварушка началась, − Касси весело хихикнула. − Ларни, ты так забавно выглядишь.

Ларни потрогал себя по лицу.

− А это… маскировка, чтобы амбалы не нашли.

− У тебя кровь под носом засохла.

− Урод один врезал.

Глаза Касси блестели с восхищением, когда она смотрела на парня. Мне даже неудобно стало.

− Хочешь, я покажу, где можно умыться или душ принять? – предложила Касси.

− А здесь такое возможно? − Ларни растерянно посмотрел на меня.

− Идём со мной, − девушка взяла его за руку. − Вы оба так классно смотритесь в юбках!

Засмеявшись, она потянула парня за собой. Ларни, сомневаясь, решил за ней последовать. Напоследок мы перекинулись беспокойными взглядами.

− Всё в порядке, − поспешил успокоить Марвел. − С ним ничего не случится.

Марвел казался мне ровесником. Симпатичный с приятным лицом и карими, излучающими тепло глазами.

− Вы тоже в фокусе участвовали? − прерывая неловкое молчание, спросила я.

− Да, случайно в парке оказался. Идиотская ситуация получилась. Словно под гипнозом был, − мне всё больше нравился его приятный, ласкающий слух баритон, чёрные аккуратные усики, слабые намёки на бакенбарды. − Касси вот тоже не повезло…

− А вы видели, что с этим уродом случилось, когда нас увели?

− Его в санитарную часть проводили.

− Жив, значит, гадёныш… Так хочется его уничтожить!

− Устроили вы встречу, − Марвел начал смеяться.

− Да, весело было, − согласилась я.

− Вы наверно есть хотите? Тут столовая есть. Лаванда прекрасно готовит. Приглашаю…

Улыбка Марвела, его голос, дружелюбный взгляд так и вызывали доверие. Жаль, Ларни рядом не было, он бы подсказал не опасно ли доверять этому человеку. Моя же интуиция спала вечным сном и не думала просыпаться.

− А это не подстава? − осторожничала я. − Касси куда-то Ларни увела…

− Понимаю. И мне на вашем месте везде бы подвох мерещился. Но успокойся, мы такие же пленники, как и вы. Просто мы тут подольше находимся и уже освоились.

− Марвел, а что тут вообще происходит?

− Это мы пока не поняли. Фокусник как раз собирался рассказать, когда вас привели. Но, думаю, раны залижет и явится.

− Хорошо, идём, − я встала.

Марвел привёл меня в помещение действительно напоминающее столовую. Прямоугольные столы со стульями, в центре каждого специи и тарелка с сухариками. Столовая была совмещена с кухней со всеми прилагающимися кухонными принадлежностями и посудой. В ней кто-то находился, занятый готовкой еды.

− И вам доверяют ножи? − удивилась я, понимая, что без такого инструмента приготовить что-либо невозможно.

− Перед сном проверяют, чтобы всё было на местах. Садись, сейчас я принесу.

− А остальные уже ели?

− Да, часа два назад.

Марвел ушёл на кухню, оставив меня осваиваться в новой обстановке. Я прикончила полтарелки сухарей, когда в столовую Касси привела Ларни. Парень выглядел нормально и даже улыбался.

Не раздумывая, они сели за мой столик.

− А тут отличная тюрьма, − пошутил он. − Везде слежка. Даже в туалете.

− Вот гады! − презрительно фыркнула я.

− Ещё есть бассейн и спортзал, − сообщила Касси.

− Я уже поняла, что вам тут нравится.

− Это лучше, чем шляться по городу, − лицо девушки приобрело обиженное выражение. − Меня там никто не ждёт такой, какая я стала.

Она неожиданно закрыла лицо руками и расплакалась. Я почувствовала себя неуютно, но утешать, почему-то не хотелось. Опять наверно гормоны влияют на моё отношение к происходящему.

Из кухни с подносами вышли Марвел и женщина лет сорока.

− Она очень чувствительная, плачет по каждому поводу, − сказала женщина, начав выставлять еду. − Я, Лаванда.

Это оказалась приятная женщина с аккуратно собранными на затылке чёрными с проседью волосами. Она напомнила мне учительницу. Голос её был мягкий, успокаивающий, но со строгими нотками. Казалось, она вот-вот начнёт читать интересную лекцию.

Я с подозрением стала осматривать содержимое находящихся передо мной тарелок.

− Чайник вскипит, можно будет кофе заварить, − уведомил Марвел.

Ларни тоже не спешил приступать к еде. Поскольку мы обедали не так уж давно, есть особо не хотелось, но суп и рис с мясным гарниром смотрелись привлекательно.

− Ешьте, не стесняйтесь, − с улыбкой произнесла Лаванда. − Но, если опасаетесь, можете сами что-нибудь приготовить.

Ларни рискнул первым распробовать угощение. Но меня больше интересовала информационная пища.

− А где остальные?

− Мы тут в основном спим, едим или спортом занимаемся, − ответил Марвел.

Касси к этому времени перестала плакать. Только покрасневшие глаза выдавали, что она продолжает находиться в расстроенных чувствах. Лаванда специально для неё принесла стакан оранжевого сока со сладкой булочкой.

− Давно вы тут? − поинтересовался Ларни.

Первым ответить решил наш новый знакомый:

− Я и Касси неделю как здесь. Остальные и того дольше.

Так за разговорами и едой, мы узнали много интересных подробностей об этом месте и его обитателях. Оказалось, Лаванда действительно вкусно готовит, о чём я не забыла заметить по окончании трапезы. По губам женщины скользнула смущённая улыбка. Касси окончательно успокоилась, доела булочку, запивая соком и предложила нам искупаться в бассейне. Я не очень-то хотела предаваться такому сомнительному в нашем положении развлечению. В одиночку это куда бы не шло, но толпой… Нет уж увольте! Но вот осмотреться было бы не лишним. По глазам Ларни я видела, что он на все сто поддерживал моё не озвученное вслух желание.

В бассейне мы встретили ещё троих заключённых этой странной тюрьмы. Артур − пара Лаванды. Молодой человек лет двадцати пяти, коротко стриженный блондин с приятным, улыбчивым лицом и сияющими серыми глазами. Похоже, произошедшее веселое избиение фокусника стёрло с лиц моих знакомых налёт скуки и разочарования. Артур был ярким тому подтверждением. Он следил за каждым моим движением, словно фотографируя на долгую память. Даже неуютно как-то становилось от такого пристального внимания, я старательно избегала повода играть с ним в глазелки. Лаванда не обращала на его поведение никакого внимания, видимо уже привыкла, да и чего ей собственно сильно переживать? У Артура нет ни единого шанса разлучить меня с Ларни. Этот человек показался мне слишком юным и ветреным − не в моём вкусе!

Следующей парой были: Рина и Рамзес.

− Рамзес, − здороваясь с Ларни за руку, представился парень, − но можете звать меня просто − Фараон.

− Фараон? − удивились я, в глубинах памяти слабо припоминая что-то из «фараоновской» династии.

− Это прихоть родителей − любителей истории Египта. Рамзес второй и прочие, может слышали?

Ларни, улыбнувшись, кивнул. Он парень умный, уж точно в курсе многотысячелетней таинственной египетской истории, в отличие от меня.

Рамзес, конечно, на фараона не походил даже на расстоянии в километр. Тем более копной густых русых волос, которые завязывал цветастой резинкой в хвост. Нос с горбинкой, мощный подбородок, ямочки на щеках и вообще его лицо было, как лицо самого распространенного представителя славянской расы. Иногда фантазиям родителей остаётся лишь удивляться! Но вот пирсинг в правой ноздре и длинная висячая серьга в левом ухе с зелёным камушком придавала парню совсем странный вид. Если он и мнил себя фараоном, то явно не из этого мира!

Рина − миловидная зеленоглазая красавица с очень грустным выражением лица. Аккуратная причёска явно крашенных ярко-рыжих волос, мелированные концы которых едва касаясь плеч, резко, словно испуганно, закруглялись вверх, придавая хозяйке нереально кукольный образ. Возможно, благодаря созданному образу, девушке удавалось пользоваться популярностью у мужчин. В этой компании она выделялась необычной серьёзностью. Шуточки ребят нисколько не имели успеха по выведению её из душевного равновесия. Она пропускала их мимо ушей, лишь ещё больше раззадоривая их.

Все трое сидели на краю бассейна, болтая в воде ногами. Появление нашей компании было воспринято настороженно. Но вскоре неловкость сошла на нет. Разговоры вели обычные, мало информативные. Я лишь пыталась хорошо запомнить имена и не перепутать. В процессе разговора было высказано много разных версий нашего нахождения здесь − одна страшнее другой.

В этой комфортной тюрьме не было ни телевизора, ни телефонов, ни тем более выхода в интернет − даже наши смартфоны отобрали. Мы были полностью изолированы от поступления внешней информации. В целом было скучно и уже к вечеру иссякли темы для разговоров. Ужин нам принесли специальные люди и велели идти в столовую.

− Меня раздражают эти амбалы, − полушёпотом призналась я Ларни.

− Меня тоже.

Ларни одарил их уничтожающим взглядом.

Уже в столовой мы познакомились с последней парой: Элис и Тео. Они показались мне очень погружёнными в себя. Их вообще ничто, кроме друг друга, не интересовало. Как нам сказали, они появились здесь раньше всех. Больше всего меня впечатлили их цветные «ирокезы». Они были яркими представителями ещё не изжившего себя направления молодежной субкультуры − панки. Ну что же у каждого свои причуды. У Элис стоявший дыбом ёжик волос на почти лысой голове был ярко-малинового цвета, у Тео − ярко-синий. Кроме того, с некоторым потрясением я узнала, что они на самом деле являются братом и сестрой. Вот уж кому не позавидуешь!

Ужин проходил в молчаливой, уныло-тягостной атмосфере. Мы почти не разговаривали. Да и пара амбалов при входе не способствовала раскрепощению. Чего они караулят, если кругом камеры? У меня даже аппетит пропал. Я только делала вид, что ем.

Потом нам велели заканчивать. Далее была неприятная процедура осмотра на предмет не упёрли ли мы из столовой колюще-режущих предметов. От отвращения я едва зубами не скрипела. Хотелось врезать по морде владельцу гигантских лапищ, шарящих по моему телу. Чтобы я ещё раз пережила такое унижение! Завтра же устрою незабываемое представление − им лучше этой ночью по-тихому скончаться от греха подальше.

В комнату я вернулась, пылая гневом. За нами на ключ закрылась дверь. Саданув по ней от злости, я начала мерять комнату нервными шагами. За время нашего отсутствия в ней был наведён порядок: застелена кровать и повешена новая камера слежения. Ларни без раздумий потянул кровать к стене. Я пришла ему на помощь. Затем он свернул матрас с постельным бельем и, взобравшись, привёл прибор в негодность.

− Надо бы и туалет проверить, − посоветовала я. − Не хочется оказаться звездой порносайта.

Камеру найти не составило труда. Только удалив её, не исчезло ощущение, что слежка за нами продолжает вестись. Уничтоженная нами камера, скорее всего, была лишь для отвлечения внимания, бдительность нашу притупить.

− Мы будем спать на одной кровати?

Ларни напрягала подобная перспектива, да и меня тоже.

− Я им это ещё припомню! − пообещала я вслух.

Так и пришлось нам устраиваться на одной кровати. Долго не получалось уснуть. А когда удалось, вдруг нас разбудил бесцеремонно вошедший в комнату охранник-амбал, приказным тоном велев просыпаться и идти завтракать.

− Уу… я точно сегодня кого-нибудь убью! − пробурчала я, когда ненавистная физиономия исчезла за дверью.

− Я сплю, − сонно заявил Ларни и натянул одеяло до подбородка.

Я последовала его примеру. Вскоре мы спали сном младенцев.

Глава 4

Мне снился счастливый сон. Я с азартом гонялась за Мудодеем, обещая его четвертовать, а если повезёт − посадить на кол. Последний вариант расправы мне особенно нравился. Да уж очень этот гад шустрым оказался. И когда удалось его ухватить за рукав чёрного плаща, началась непонятная тряска. Мудодей посыпался на части подобно разбившемуся зеркалу…

− Эй, Шаэль, просыпайся.

Женский голос разбудил меня. Это была Лаванда.

− Что?

− Фокусник зовёт нас, идёмте.

− Оклемался что ли? Что-то быстро он, − нехотя я оторвала голову от подушки.

Ларни тоже проснулся, сердито поглядывая на нарушительницу спокойствия.

− Одевайтесь, мы собрались у бара. Не задерживайтесь.

И женщина поспешила оставить нас.

− Как спалось? − спросила я друга.

− Нормально. Хотел Мудодея на кол посадить. Даже поймать успел, жаль не удалось…

− О… − удивилась я искренне. − Мне такое же снилось. Надо же мысли сходятся.

− Откуда только у нас такие средневековые замашки? − призадумался он, почёсывая в затылке.

− Я одно время увлекалась историческими фильмами.

Ларни, удовлетворённый ответом, хмыкнул.

Приводя себя в порядок, я огорчилась, что не могу даже причесаться, а о том, чтобы косметику нанести вообще речи не было. Пришлось просто умыться и пригладить волосы руками.

А Ларни огорчился, что опять придётся ходить в женской одежде и терпеть косые взгляды мужской части нашего необычного коллектива.

− Предлагаю напасть сразу и стянуть с него брюки, − сказала я.

− Буду ждать удобного момента.

Посмеиваясь, с затаёнными коварными помыслами, мы вышли из комнаты. Правда напасть сходу не решились. У входа стояли три амбала, а сам Мудодей с перевязанной правой рукой находился за барной стойкой вне досягаемости.

Мы с гордо поднятыми головами, ни с кем не здороваясь прошествовали до свободного столика и сели. Порадовало, что на нём лежали моя и Ларни сумочки. Игнорируя присутствие Мудодей, я взялась за проверку содержимого своей собственности. Для начала вынула расчёску и стала расчёсываться.

− Добрый день, дамы и господа, − после минуты молчаливого наблюдения за нами, начал Мудодей. − Вчерашнее недоразумение немного выбило меня из колеи. Но сегодня я намерен посвятить вас в свои планы…

Выходить к нам Мудодей не решился. И то, правда, пусть боится, гадёныш! Расчесав волосы, я заколола чёлку заколкой, достала тушь и стала красить ресницы. Потом планировала воспользоваться кремами, которых было больше чем один, использовать помаду и обязательно покрасить ногти. Моё пренебрежение к словам Мудодея не осталось незамеченным. Парочки за спиной начали шушукаться. Касси протянула руку, прося разрешения воспользоваться моей расчёской. В общем, моё присутствие разлагающе влияло на собравшихся. Мудодей всё больше хмурился, забыв, о чём хотел говорить. Он даже не подозревал, что опыт по доведению мужчин до желания меня убить у меня имелся немаленький.

Вздохнув, Мудодей отпил глоток напитка и решил не обращать внимания на демонстративное пренебрежение к своей персоне.

− Меня зовут Альхерд Луис де Дорф…

Ага, так я и развесила уши. Будто есть мне дело, как его зовут. В сумочке нашлись наушники, жаль смартфона не было, а то бы включила любимые песни, чем слушать этого негодяя. Единственное, что я хотела от него услышать − когда он нам вернёт наши тела. Но он, похоже, и не собирался решать эту проблему.

Когда он начал рассказывать откуда пришёл и втирать про какие-то порталы, я сунула наушники в уши и… запела:

− Ой, моро-оз, мо-ро-о-оз!!! Не моро-озь меня-а!..

Парочка с чудными причёсками, сидящая сбоку, согнулась от хохота. Ларни опустил голову на руки и пытался не смеяться в голос. Сзади тоже хихикали. Жаль из этой песни я помнила только четыре строчки. Но ведь это не проблема! Да и голос мой, если не других, то меня уж точно всегда радовал. И я, закрыв глаза, продолжила во всё горло новую песню:

− Эх, дороги-и, пыль да тума-а-ан! Холода тревоги-и! Да степно− ой бу-урья-ян!!!

Даже стуки стакана по барной стойке, издаваемые разгневанным Мудодеем, не остановили меня.

Примерно на строчке: «Выстрел грянет − во-орон кружи-ит. Твой дружо-ок в бурьяне неживой ле-е-ежит…», меня отвлёк подозрительный шумовой эффект. Нехотя открыв левый глаз, я уткнулась в сердитую физиономию амбала, который упёрся своими лапищами в наш столик. Особо моё внимание привлёк маленький прыщик на кончике его толстого носа. Я, испытывая лёгкое недоумение, открыла второй глаз, затем сняла один наушник, спросив:

− Чего тебе?

− Шаэль, не могла бы ты проявить терпение и перестать орать песни? − вместо жлоба сдержанно попросил Мудодей.

Я перевела на него презрительный взгляд, заявив:

− От тебя, гнида, я жду только одного ответа, когда ты исправишь свой чёртов фокус! Всё остальное засунь себе в зад! А тебя… − я пристально посмотрела на стоящего передо мной амбала, не глядя вынула из сумочки ножницы и яростно вонзила в стол. Правда, метила в руку, но этот гад, видимо, просчитал мои намерения и успел развести пальцы в стороны. В комнате образовалась электрическая тишина. И в этой тишине я произнесла свою незаконченную угрозу: − Тебя я убью этими ножницами − будешь моим девятым трупом! − далее заметила второго приближающегося к нам охранника и обратилась к нему, одновременно кидая в него наушники: − Тебя я задушу этими наушниками! − амбал растерянно замер на месте. − А тебя… − я бросила гневный взгляд на третьего. Тут мне вспомнился фильм «Риддик» с Вин Дизелем в главной роли, когда он угрожал убить кого-то при помощи кружки. Но поскольку кружки или чего подобного в наличие не имелось, я отвернула колпачок от помады и, дунув в него, перевернула вверх донышком и демонстративно с глухим стуком поставила на край стола, не сводя глаз с того, кого якобы собиралась убить таким странным способом.

Эффект на присутствующих был произведён впечатляющий. Если бы не грохот упавшего тела, даже не знаю, чем бы закончился мой блеф. Я глянула на напарника, который лежал без чувств около стола. Ларни, чего же ты такой чувствительный?!

И тут тип, поймавший мои наушники, резко оказался рядом со мной и, выкручивая руки, вытащил меня из-за стола. Как следовало ожидать, меня увели в нашу комнату и грубо втолкнули внутрь. Ладно, радует, что не побили. Не скажу, что слишком расстроилась, даже наоборот. Желание идти против существующего режима из меня так и пёрло. Немного походив по комнате, приведя чувства в порядок, вдруг поймала предчувствие, что сейчас меня осенит гениальная идея. Осталось только ухватить её за хвост.

Я оглядела комнату внимательным взглядом, затем зашла в туалет и душевую. Захотелось найти что-то крепкое, чтобы стучать по стенам, и ещё больше разозлить этого зануду-фокусника. Ничего подходящего не нашлось, но привлёк моё внимание пол в общей комнате, имитирующий паркет. Потом взгляд задержался на кровати. Я помнила, какая она тяжёлая. Мы с Ларни вдвоём её с трудом перетаскивали с места на место. Подходящая идея уже начала обретать более чёткие, заманчивые контуры. Я, на всякий случай, бросила взгляд на испорченную вчера камеру слежения. Хорошо, что её не успели починить. И вдруг я сообразила, что такого коварного могу сделать. Хорошее настроение аж подпрыгнуло до потолка!

Я подошла к спинке кровати и склонилась, приподнимая её. Тяжёлая! Удалось оторвать ножки кровать сантиметров на двадцать. Но это же только начало! Я резко отпустила кровать. Раздался громкий глухой стук. Прислушалась, затем подошла к двери и осторожно выглянула. За ней находился амбал стоя спиной ко мне. Ага, реакции никакой! Продолжим…

Я опять начала поднимать кровать. На этот раз удалось приподнять её в два раза выше. Да, руки уж точно разболятся от непривычных физических нагрузок, но так ведь это будет не сегодня. Если, что, всё валю на гормоны!

Возвращение кровати в естественное положение огласилось громким ударом об пол. Прежде чем охранник с вытаращенными глазами появился в моей комнате, я сидела на кровати и самозабвенно пела: «Пое-едем, кра-а-сотка− а, ката-аться− я, давно я тебя-а поджида− ал!..».

Выглядела я невинной овечкой, как охранник мог меня заподозрить, что это я тут сильно шумлю? Вот он и ушёл, сохраняя на не отягощённой интеллектом физиономии озадаченное выражение. Едва закрылась дверь, я вскочила с огромным воодушевлением снова подняла кровать. Руки тряслись от напряжения. Чем выше подниму, тем громче будет удар.

Опять вбегает охранник, а я пою, лежа на кровати:

«Вставай, проклятьем заклеймё-ённый! Весь ми-ир голодных и рабов…».

От сдерживаемого смеха у меня сводило челюсть. Зато, когда охранник ушёл, я хохотала, как безумная.

Мне благополучно удалось ещё два раза произвести громкий стук кроватью. Имитация паркета пошла трещинами, а мне-то что?

И вот в третий раз произведя с кроватью шумовой эффект, я в ожидании появления охранника гарланила:

− Давай пойдём с тобой туда,

Где тихо плещется вода.

Побудем вместе у реки-и…

Всё остально-ое…

На этой фразе в комнате нарисовалась огромная, мускулистая красотка. Именно огромная и мускулистая. Да я чуть ли не в пупок дышать буду, если встану с кровати. Я даже растерялась. Про красотку тоже не вру. Афродиту напомнила или Афину − а кто их там разберёт! Медно-рыжие волосы, зелёные глаза, правильные черты лица и самая, что ни есть… предобрейшая улыбка. Я даже обалдела, сбившись с рифмы. Но как же не закончить такую славную песню? И глядя на это Чудо затянула:

− Побудем вместе у реки-и-и,

Все остальные… дураки!

Нет, я не нарочно, само как-то вырвалось. Могла бы и по-другому срифмовать… Говорю же − гормоны!

А у этой гостьи гормоны явно достигли своего пика. От неё тестостероном за версту несло. Невольно я поискала глазами амбалов, в них я видела надежду на свою безопасность, но парни эти решили даже не появляться в комнате. Гостья, смотрела на меня своими большими очаровательными глазками, полными понимания и сочувствия.

− Милая, ну не надо так шуметь…

Женщина, произнося это, склонилась надо мной.

Я судорожно сглотнула, перевела дух и вовремя вспомнила, что главная тут я. А наглость − лучший способ довести данный факт до сведения кому угодно.

− Ты что припёрлась? А ну вали из моей комнаты!

Я медленно поднялась, уткнув руки в бока.

− Я понимаю твоё состояние…

Что?! Понимает? За идиотку меня держит? Неожиданно захотелось дать ей в глаз, чтобы избавить физиономию красотки от выражения жалости и сочувствия. Но тут не ко времени проснулась интуиция, подсказывая, что лицо красотки не самое уязвимое место. И я к её совету прислушалась… Меткий удар ногой в пах, и женщина согнулась, хрипя от боли. Уверенность, что она из этих… как их… гермо, оправдалась. А нечего соваться в чужие дела!

− Терпеть не могу психологов! − прошипела я ей в ухо. − Передай фокуснику, я превращу его жизнь в ад! Ему лучше не отягощать своё положение. А теперь убирайся из моей комнаты!

Женщина попыталась что-то сказать, но ей удалось лишь несколько раз безмолвно открыть рот. Чтобы подтолкнуть её к выполнению моего требования, я схватила её за волосы и потащила к выходу. Так что, все её гормоны не помогли ей взять ситуацию в свои руки.

Да, такой бесстрашной и наглой я не была ещё ни разу в жизни. От всплеска адреналина сердце так и прыгало. Его учащённый стук несколько минут после ухода гостьи стоял в ушах. Облегчённо вздохнув, я прошла к кровати и легла. Меня пробрал истерический смех. Но, как говорится, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Оказалось, это не мой случай…

Минут через десять в комнату вошли два амбала. Они бесцеремонно схватили меня, подняли и, удерживая руки за спиной куда-то повели. Я особо не сопротивлялась. Даже стало интересно, что будет дальше.

А привели меня к странной комнате. Странность состояла в том, что её две двери были распахнуты, а всё внутри от пола до потолка казалось заполненным голубоватой водой, которая чудесным образом не вытекала. Увиденное удивило. Только долго удивляться мне не дали. Передо мной возникла знакомая мне рыжая красотка. Она молча повесила мне на плечо мою сумочку, затем бинокль (аттракцион невиданной щедрости!) и, уже не улыбаясь − давно пора перестать изображать лицемерное дружелюбие! − сказала:

− Мне жаль, что ты не захотела выслушать нас. Придётся передать информацию другим способом…

И пока я пыталась понять, что она имеет ввиду, красотка приблизилась и… припала к моим губам. Она целовала меня! Не с языком, но в засос. Я так и вытаращилась на неё. Она меня?! Да я…

Волна гнева и отвращения накрыла меня с головой. Если это и был метод передачи какой-либо информации, то вспышка эмоций напрочь стёрла всё. Да и что это за метод такой?! В ярости я вырвала руки из захвата и оттолкнула её.

− Ты… − я готова была броситься на женщину и убить. Столько отвращения и ненависти родилось в моей душе, что в глазах потемнело.

И видимо, чтобы я не успела причинить непоправимый урон, охранники силой втолкнули меня в «водяную» комнату. Я сопротивлялась как могла, даже пыталась укусить. А дальше всё неожиданно прекратилось…

Я вдруг обнаружила себя лежащей на жёлтом песке, а над головой яркое, жаркое, слепящее солнце. Но ладно бы просто лежала на песке, так нет… лицом проползла по нему! Со стоном лютого негодования, я приподнялась, выплёвывая попавший в рот песок.

Кто-то подбежал, намереваясь помочь мне встать. Я поначалу воспротивилась, но поняв, что это Ларни, воспользовалась его помощью.

Потом осмотрелась. И как я тут оказалась?

Остальные счастливцы, в количестве восьми человек стояли тесной группой. Все выглядели растерянными. Они, как и я, озирались по сторонам. А кругом была пустыня и жара.

− Ух, − выдохнула я. − Это что за пейзаж?

− Мы в другом… мире, − многозначительным тоном объяснила Лаванда.

− Да, ладно… Я голодная, не выспавшаяся, злая до чёртиков, а теперь ещё это? Что происходит?

− Это мы у тебя хотим узнать, − сказал Тео, удивив меня своим ответом.

− У меня?

Все закивали. Вот так новость!

− Я не поняла… А с чего такая честь?

− Нам так сказали, − уведомил Ларни. − Я вообще ничего не знаю, в отключке был.

Касси отчего-то захныкала.

Я повертелась вокруг себя, втайне надеясь найти то место, откуда меня сюда выбросило. Но ни единого намёка! Куда не кинь взгляд одни лишь песчаные барханы.

Подумав немного, проговорила:

− А мне вообще никто ничего не сказал. Так что предлагаю выбрать Моисея, который будет нас водить по этой пустыне ближайшие сорок лет и кормить манной небесной. Кто желает сыграть эту роль?

Компания стала, недоумевая переглядываться. Время шло, а на роль вожака никто не находился.

− И что? − нарушила я молчание. − Без вожака нам никак нельзя. Кого ещё мы будем обвинять в своих бедах?

− Шаэль, мы решили, что им должна быть ты. Мы в тебя верим! − наконец сообщил Марвел.

Интересно, когда они успели это решить? Да, неожиданно! Ларни лишь растерянно пожимал плечами.

− Вы верите в меня?!

Мне захотелось засмеяться. Они серьёзно?! Товарищи по попаданию в неприятности оживлённо закивали.

− Что? Все верят?

− Да, да, − послышалось отовсюду.

Даже экстравагантная парочка смотрела на меня со странным восхищением, про остальных вообще молчу.

− Вас чем сегодня накормили? − усмехнулась я. − Или тоже каждого поцеловала в засос тестостероновая рыжая тётка?

Лица моих фанатов приобрели удивлённое выражение. Ларни вообще посмотрел так, словно внезапно узрел смысл своего существования, потерянный где-то до рождения. Мне даже стыдно стало за своё признание. Нет, такие вещи нельзя выставлять на обозрение. Касси от шока даже плакать перестала. В общем, неловкая получилась ситуация. Ещё поцелуй продолжал жечь губы, похоже, я не скоро избавлюсь от неприятного воспоминания. Вот вам и психологическая травма!

− Ну и чёрт с вами! − вспыхнула я, отворачиваясь от компании. Взглядом я выбрала самый высокий бархан. − Делайте, что хотите! А я сейчас поднимусь на эту Синайскую гору и возьму спрятанные в кустах скрижали. И сильно разозлюсь, если их там не окажется!

Затем бодрым шагом направилась в выбранном направлении. Компашка неудачников, не раздумывая пошла следом. Мало приятного ходить по песку, особенно поднимаясь по бархану. Песок проваливается, течёт под ногами, мешая ходьбе. Я даже не шла, а ползла на четвереньках, поглядывая вверх, оценивая расстояние. Юбка очень мешала, приходилось её приподнимать, ещё песок попал в кроссовки, удовольствия от такого путешествия не было никакого.

На вершину я вскарабкалась в измождённом состоянии и минут десять просто лежала, приводя дыхание в порядок. Рядом попадали тела доползших последователей.

− Скоро мы покроемся аппетитной корочкой, − произнесла я. − Максимум через три дня будем пировать на небесах.

− А я уже поджарилась, − отреагировала на мою иронию Лаванда. Я глянула на неё и заметила, что лицо женщины, и правда, выглядело слишком покрасневшим.

− Ну, значит, ты упорхнёшь на сутки раньше нас и приготовишь всем холодные коктейли, − высказался Марвел, устало засмеявшись.

− Очень смешно! − рассердилась женщина.

Полежав немного, я поднялась, отряхнулась и сделала небольшую зарядку, что-то спина разболелась и руки. Затем поднесла к глазам бинокль и вскоре присвистнула удивлённо. Рядом со мной встал Ларни. У него тоже оказался в руках бинокль, с ними шайка Мудодея взяла нас в плен. Интересно, с чего это они их нам вернули? Когда я поднималась на этот бархан, обратила внимание, что не только у меня и Ларни были свои вещи. Остальные тоже имели что-то своё: у Марвела был чёрный мужской зонт, у Рамзеса кожаная коричневая куртка, у женщин сумочки или клатчи, а у Рины дополнительно красивый шёлковый шарфик в настоящий момент завязанный на шее бантом. И самое главное, у всех без исключения удобная обувь − кроссовки. В дамских туфлях или шлёпках в пустыне вообще нечего делать!

− И что это? − Ларни заметил, как я долго изучаю непонятные сооружения впереди.

− Что там? − до нас добралась Касси.

− Похоже на город, − ответила я, настраивая бинокль на оптимальную четкость. − Уверена, нас там ждут с распростёртыми объятиями.

− Километра три будет.

− До ночи доползём.

− Можно и мне глянуть? − попросил Марвел.

Я передала ему бинокль. А Ларни передал бинокль Касси.

− Ну, что, идём или остаёмся тут ночевать? − поинтересовалась я. − Ночью выползут разные насекомые, можем насобирать их и утром приготовить калорийный завтрак.

«Ирокезная» парочка захихикала.

Лаванда, горько вздохнув, с грустью сказала:

− Я так устала, что вряд ли дойду. Не буду вас задерживать.

Артур взял её за руку.

− Я тебя одну не оставлю. Даже не мечтай от меня избавиться!

Лаванда одарила его робкой, смущённой улыбкой.

− У кого ещё будут предложения? − спросила я.

− Нам надо немного отдохнуть, − за себя и сестру ответил Тео.

− Полчаса хватит?

− Хватит, − подтвердила Элис. Она сидела на песке и, сняв обувь, растирала ноги.

И вот я сижу на вершине песчаного бархана, смотрю в сторону виднеющегося в бинокль города и думаю о том, как жутко хочу есть и пить. Даже во рту пересохло. Солнце палит нещадно. От зноя над пустыней парит марево, напоминающее сизый туман. Вокруг такая тишина, что уши закладывает. Друзья по несчастью лежат или сидят, погружённые в свои безрадостные размышления. Разговаривать совсем не хочется. А впереди нас ожидает неизвестность, до которой ещё нужно как-то дойти. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей я заглянула в сумочку и немало удивилась, обнаружив в ней газовый баллончик. А вот пистолета не оказалось − зажали, гады!

Наконец, время отдыха вышло, и мы отправились в долгую дорогу. С холма спустились довольно быстро, порой по колено проваливаясь в песок и помогая друг другу выбраться из песчаного плена. Тяготы путешествия мы преодолевали мужественно и не жаловались. Все без исключения старались держаться своей пары − это видимо из-за страха потерять свою часть тела, чем конкретного человека. Фраза: «найти свою половинку» в нашем случае имела свой особый философский смысл.

Город, огороженный высокими каменными стенами, постепенно выползал из сизого марева. Его неспешное появление перед нашими глазами рождало ощущение пугающей таинственности и трепетной надежды на чудо. А чудом в настоящий момент было бы по стакану воды на каждого. Хотя лучше по ведру.

Когда до города оставалось метров пятьсот, мы заметили человеческую фигуру, стоящую посреди каменной дороги, ведущей к городским воротам.

− О… я же говорила, нас встречают, − усмехнулась я, невольно замедляя шаги.

Вскоре мы из растянувшейся шеренги перестроились в организованную толпу.

Человек не остался равнодушным. Увидев нас, он двинулся навстречу. Внешне он походил на бедуина в белой длинной одежде, даже на голове что-то вроде чалмы. В руке держал деревянный посох.

− Я так волнуюсь, − пролепетала Рина. − Странный он… Кажется, вправду встречает нас.

− Главное, чтобы Мудодей там чудесным образом не материализовался, − сказала я.

− Кто это Мудодей?

− Я так фокусника называю.

− А… почему Мудодей? Непонятно как-то…

− Это мои заскоки. Но ты можешь звать его просто − мудак!

Рамзес, идущий рядом за нами весело рассмеялся.

− Теперь понятно… − сообразила Рина и улыбнулась. − Мне нравится!

Лаванда тоже решила принять участие в нашем разговоре.

− Шаэль, как ты его сегодня достала… Мы умирали от смеха.

− Ага, − подхватила Элис и запела: − Ой, моро-оз, моро-оз!

От воспоминаний мы начали смеяться.

− А потом этот грохот, − добавил Марвел. − Аж бокалы с сушилок посыпались. Потрясно было!

− Мудодей решил, что землетрясение началось, − обрисовал случившееся Ларни. − Чем ты это сделала, Шаэль?

Я, с улыбкой подмигнув ему, ответила:

− Это мой маленький секрет.

Расстояние до встречающего человека всё сокращалось. Он дошёл до конца каменной дороги и остановился. Теперь мы могли определить, что это пожилой белобородый мужчина, который отчего-то нервно подпрыгивал на месте.

− Кто у нас знает туземный язык? − загадочным тоном вкрадчиво поинтересовался Рамзес.

− Я только один из диалектов полинезийского, − ответил Артур.

Мы разом посмотрела на него с удивлением и надеждой − вот оно чудо! Есть на чьи плечи взвалить дипломатические полномочия.

− А может, он по-нашему разговаривает? − неуверенно предположил Ларни.

Я усомнилась:

− Что-то он нервничает слишком. И один… лишь бы оказался не из племени каннибалов, а мы ужином для всего города.

− Ой, не пугай, Шаэль, − возмутилась испуганно Касси.

Ларни, на всякий случай, полез в сумочку и проверил её содержимое. Я почему-то была уверена, что баллончик ему тоже вернули.

− Тсс, − шикнул Тео, проводя рукой по ярко-синему ёжику волос. − Кажется, он что-то говорит…

Мы прислушались и к собственному удивлению разобрали вполне понятные слова:

− Как я рад, что вы, наконец, пришли. Как мы вас ждали…

− Мне кажется, или он по-нашему лопочет? − недоверчиво спросила Касси.

− Ну слава, Богу, − несказанно обрадовался Артур. − А то мой полинезийский жутко хромает.

Бородатый незнакомец выглядел сильно взволнованным, что, не удержавшись на месте, побежал к нам. Когда мы остановились, настороженно рассматривая его, он на радостях даже попытался пообниматься с нами. На что мы резко шарахнулись от него. А Марвел вовсе схватил мужчину за руки и силой придержал на расстоянии от себя. Тот, наконец, унял эмоции и, светясь от счастья, как новогодняя ёлка, проговорил:

− Я так рад, так рад! Наконец-то! Уже семь дней ждём вас, а вы не идёте. Думал, что совсем не придёте.

− Папаша, − вежливо, но строго проговорил Марвел, − ты успокойся и толком объясни, зачем ждал нас, и где мы вообще?

− О, как же? − мужчина вопросительно улыбнулся. Кстати, очень он мне напоминал сказочного Деда Мороза − наверно я перегрелась на солнце. − Вы не знаете, где вы? Как вы можете не знать, где вы находитесь? − удивлению мужчины не было предела. − Вы должны знать, где вы…

Марвел закатил глаза, сердито выдохнув.

− Шаэль, теперь ты, а то мне хочется его задушить.

− Уважаемый, − я вышла вперёд, − хватит задавать бессмысленные вопросы, ответь на наши, пожалуйста.

Мужчина уставился на меня большими бледно-голубыми глазами и, понуро опуская плечи, ответил:

− Я не знаю… Думал, вы знаете. А оказывается, и вы не знаете… Это огорчает.

− А это тогда что? − я указала рукой на городские стены.

− А это… − бородач оглянулся и помахал нам рукой, прося следовать за собой.

Мы двинулись к воротам.

Мужчина, всё ещё волнующийся от встречи с нами, вприпрыжку бежал впереди. Достигнув закрытых ворот первым делом начал лихорадочно дёргать за верёвку, свисающую сверху. Раздался звон колокольчиков. Такой звук был отлично слышен на большое расстояние. Мы могли лишь догадываться, чем это нам грозит.

− Входите, входите, − переставая звонить, мужчина открыл перед нами ворота.

Едва шагнув за них, мы увидели бегущих к нам отовсюду людей. Намерения их были самые доброжелательные, счастье так и светилось на их лицах. Причём, я особо обратила внимание, что встречающие нас горожане были исключительно мужского пола. Примерно от пятнадцати лет и выше. Многие, как и наш сопровождающий, имели седые волосы.

− Если нас так встречают, − тихим голосом решил прокомментировать Ларни, − представляю, как будут провожать…

− А у них, что, женщин нет? Или им не принято показываться на публике? − поинтересовалась Касси, обращаясь к нам украдкой.

− Жутко… − прошептала Лаванда.

Место, где мы оказались действительно напоминало город. В основном на глаза попадались двухэтажные разноцветные здания, каких много в нашем мире. Улочки с клумбами и деревьями − настоящие оазисы среди пустыни.

Мы молча шли через толпу горожан, которые на радостях обсыпали дорогу перед нами и нас розовыми лепестками и какими-то белыми мелкими семенами, при этом хлопали в ладоши, беспрестанно провозглашая: «Добро пожаловать! Добро пожаловать!». А нашему проводнику другие бородатые представители городского сообщества жали руки и хлопали по плечу, дескать «Молодец! Ты хорошо выполнил свои обязанности».

Мы терпеливо относились к восторгу горожан, желая поскорее избавиться от такого внимания. К счастью, пытка «медными трубами» закончилась, когда перед нами возник двухэтажный белый домик. Ступени широкого крыльца были посыпаны лепестками цветов в знак величайшей радости или что у них там было в головах.

− Располагайтесь в этом доме, − произнёс сопровождающий. Он к этому времени уже был не один, а в компании пяти бородачей. − Мы всё подготовили для вашего удобства. Если что-то будет нужно звоните в колокольчик, помощник явится по первому зову. Завтра старейшины встретятся с вами и ответят на вопросы. Отдыхайте!

«Ну, слава Богу этот кошмар закончился», − обрадовалась я, поспешив побыстрее скрыться от любопытных глаз. У остальных тоже не было желания оставаться на виду. Мы были так измучены хождением по пустыне, что даже разговаривать не хотелось.

− Первая комната, которую найду − будет моя! − категорично заявила Элис.

− Нашей, − поправил Тео и, подхватив сестру под руку, вместе с ней отправился на поиски комнаты.

− Умру, если не найду душ, − прислоняясь к стене, устало проговорила Касси.

Ближайшие несколько часов мы потратили на изучение нашего нового места пребывания. Распределили между собой очередь в душ, разобрали комнаты, обшарили кухню и даже приготовили себе довольно плотный и вкусный ужин. Посторонних в доме не было, и потому мы могли расслабиться.

− Ничего так есть можно, − Ларни оценил сваренную Лавандой кашу из мелкого белого семени. Оказывается, из него готовят еду, а не только гостей посыпают.

− Это наверно и есть манна небесная, − посмеиваясь, предположила я.

− Вы как хотите, а мы решили после ужина отправиться спать, − за себя и подругу сообщил Рамзес.

− Да, − согласился с ним Артур, − всем нужно отдохнуть. Неизвестно, что завтра будет. А вы чем займётесь, Шаэль и Ларни?

Я пожала плечами. Особых планов у меня на этот счёт не было.

Ларни оторвал взгляд от своей тарелки с остатками белой каши и внимательно посмотрел на присутствующих, немного подумав, ответил:

− Я не чувствую здесь опасности так, что можем просто лечь спать.

− У Ларни потрясающая интуиция! − с восхищением сообщила я. − Благодаря ей, мы целую неделю от амбалов Мудодея бегали.

Парень от похвалы смущённо потупился.

Присутствующие одарили его многозначительными взглядами.

− А у кого-нибудь есть предположения, чего нас встречали с такими почестями? − скромно поинтересовалась Рина. − Я кое-как манку с волос смыла.

− У меня никаких, − ответил Марвел.

− И у меня, − сказала я.

− Странно всё это… − Лаванда грустно вздохнула.

− А мне здесь нравится, − заявила Касси. − Красиво кругом и люди с виду милые и доброжелательные.

− Вот завтра и узнаем, чего им от нас надо, − задумчиво молвил Рамзес.

Причёски Элис и Тео после водных процедур потеряли свою прямостоячесть и, украдкой поглядывая на эту парочку, я очень старалась не засмеяться. Но, как они забавно выглядели! Не у одной меня их вид вызывал весёлость. И парочка не могла этого не заметить.

− Ну хватит на нас пялиться! − сердито попросила Элис. − Нет у нас лака, чтобы волосы поднять и что теперь? Кто ржать будет встретится с кулаками Тео.

Тео демонстративно положил руки на стол и, сжав их в кулаки, сердито сверкнул глазами.

Артур, насмешливо хмыкнув, отвёл взгляд и показал ладони, дескать сдаюсь.

− Простите, − жалобно проговорила Касси. − Но вы такие забавные. Признаюсь, − она пристально посмотрела на Элис, − когда я вас первый раз увидела очень испугалась. В первую ночь даже снилось, как вы вламываетесь в нашу комнату и начинаете нас избивать.

Элис внимательно выслушала девушку и неожиданно губы её дрогнули в улыбке.

− Прощаю, − сказала она, − можешь спать спокойно.

Её реакция положительно повлияла на брата, и выражение его сурового лица смягчилось. Он вновь продолжил ужин. На этом возможный инцидент был исчерпан.

До постели я добралась, используя неизвестные мне силовые резервы. Думала, так и вырублюсь, едва коснувшись подушки. Но после часа бесполезного ворочанья по постели я так и не смогла заснуть. Даже голова разболелась. Поднявшись, решила проведать спящего в соседней комнате Ларни. Спальня Ларни была погружена в темноту наступившей ночи.

− Спишь? − тихо спросила я.

− Нет, − послышался ответ.

− И я нет. Не хочешь прогуляться?

Парень приподнялся, позёвывая.

− И пошпионить за местными жителями? − полюбопытствовал он.

− Проверим, что нас ждёт за своеволие.

Глава 5

Я включила свет. Под потолком зажглась красивая, позолоченная люстра. Самое интересное в этом мире было наличие электричества, но вот, как оно добывалось, выяснить мне так и не удалось. Технология под названием «Магия» мне абсолютно ни о чём не говорила.

Ларни зажмурился.

− Хорошая мысль! Может, бессонница пройдёт.

Одевшись, мы по-тихому покинули наше временное уютное гнёздышко. Снаружи царила ночь подсвеченная сверху невероятно яркими звёздами, а вдоль пешеходных дорожек уличными фонарями, похожими на оранжевые апельсины. Было прохладно. Я невольно поёжилась, сожалея об отсутствии тёплой одежды.

− Куда идём? − спросил Ларни.

Перед нами было три пути: налево, направо и к воротам, выводящим из города. Мы стояли на крыльце, осматриваясь. На нём всё так же лежали лепестки, успевшие подсохнуть, они хрустели под ногами, нарушая звенящую тишину.

− Даже не знаю… Тут, главное, не заблудиться.

− Давай вправо, − предложил друг.

Я не стала возражать.

На улице, по которой мы пошли не было ни единого прохожего. В редких окнах двухэтажных домов горел свет. Складывалось ощущение, что город вымер.

− Скучно, − высказалась я, мечтательно добавив: − Хоть бы какое-нибудь развлекательное учреждение найти.

− Похоже, у них принято рано ложиться спать. Зато смотри какие цветы!

Ларни склонился над клумбой и сорвал один, похожий на розу.

− Я буду жаловаться! − вдруг категорически заявил цветок, и парень его тут же выронил.

− Он что… разговаривает? − не поверила я.

− И колется…

Ларни подул на пострадавший палец.

Я с опаской подняла цветок.

− Верни где было! − чуть ли не вереща потребовал цветочек.

− Ну точно… говорящий. Эй, цветочек…

Я чувствовала себя странно − разговариваю с растением − это вообще нормально? Может, у меня глюки? И как он вообще может говорить? Где этот самый разговорный аппарат? Продолжая удивляться, я вертела цветок в разные стороны.

− Верни говорю! Не понимаешь что ли? У меня уже голова кружится. Что нравится нас мучить? Потом к себе принесёшь, в воду поставишь, а я всё равно больше суток не простою. Вот обижусь и нашлю на тебя проклятие!

− Какое проклятие? − не поняла я, искренне удивившись его угрозе.

− Такое, чтобы тебя унёс в своё логово дракон!

− Ага, так я и поверила!

− Да мне всё равно веришь ты или нет. Но хочу заметить в этом городе нет ни одной женщины или девочки. А вот не надо было нас обижать!

Цветок сердито съёжил лепестки, продолжая недовольно бурчать:

− Всем лишь бы сорвать, а сами: «как я вас люблю…». Обманщики! А мы ведь живые! Всё чувствуем и разговаривать умеем…

− У тебя наверно и имя есть? − поинтересовался Ларни.

− Конечно есть! Когда Творец создал наш мир он всем дал имена. Моё имя − Синея.

− О… Синея − красивое имя. Ты извини, что мы тебя сорвали, − произнесла я. − Но как же тебя вернуть на место?

− Просто приставь к сломанному стебельку, и я приросту. Скорее давай, а то засыхать начинаю.

Переглянувшись с Ларни, я выполнила просьбу цветочка. Тот был в восторге, лепестки сразу разгладились, он засиял ещё краше своей сказочной, волшебной красотой.

− Скажи, Синея, а тут все растения говорить умеют?

− Многие, но мы самые особенные. Правда, я удивлена, что вы можете меня слышать, остальные нас не слышат, − цветочек пошевелил лепестками, потом листочками и поклонился. − Благодарю вас за моё спасение. А кто вы? Я вас прежде не видела.

− Мы в гости пришли, − ответила я и решила сменить тему: − Скажи лучше, про какого дракона ты тут нам рассказывала.

− Вот странные − дракона не видели! − цветочек весело засмеялся.

− Правда не видели, − вмешался в разговор Ларни. − Мы издалека пришли.

− Ну… тогда понятно. Он очень огромный. Каждый день прилетал. Люди ему всех своих женщин отдали и, когда некого стало отдавать, он перестал прилетать.

− И получается это вы наслали на город дракона? − спросила я.

− Нет, конечно! Мы же слабые, даже красота нас не спасает.

− Но ты же нам угрожала.

− Я просто угрожала, мне простительно. Всякий старается нас обидеть и жизни лишить. Но, скажу честно, стало лучше без женщин. Никто теперь нас не рвёт.

− Интересные ты нам истории рассказываешь, Синея, − с улыбкой похвалил Ларни. − Но нам пора.

− Да, нам пора идти, − подтвердила я. − Ещё увидимся!

− Ну идите, если что я всегда здесь. Мне понравилось с вами разговаривать. Хоть с кем-то парой слов перекинуться…

Цветочек вздохнул и помахал нам напоследок листочком.

Мы отошли подальше. Беседа с растением произвела на нас большое впечатление.

− Ларни, ты что-нибудь понимаешь?

− Только то, что здесь разговаривают цветы и существуют драконы.

− Жуть… А если горожане решат нас тоже принести в жертву дракону?

− Да, у меня уже мелькнула такая мысль, − Ларни задумчиво почесал в затылке. − Не нравится мне всё это.

− Ну да, уж слишком нас радостно встречали.

− Не к добру это…

За разговорами о своих подозрениях, мы вышли к городской площади. В центре на каменном постаменте были установлены деревянные столбы с цепями.

− А вот кажется и место жертвоприношений, − озвучил вслух мою догадку Ларни.

Я огляделась. Моё внимание привлекли большие чёрные пятна хаотично расположенные по всей площади. Подойдя к ближайшему, я дотронулась до него пальцем. На нём осталась сажа.

− Если тут был дракон, то огнедышащий. Как твоя интуиция, Ларни?

− Она шепчет делать отсюда ноги.

− Давай поищем другой выход из города. Вдруг получится сбежать?

Миновав площадь, мы выбрались на улицу, расположенную непосредственно у каменной городской стены. И мы двинулись вдоль неё. По пути нам попалось несколько ворот, освещённых фонарями. Но при тщательном их осмотре на каждом обнаружился мощный навесной замок, вскрыть который без шума не получится даже при сильном желании.

− Прекрасно! − рассердилась я. − Не надо было нам вообще сюда заходить.

− Но нам бы всё равно пришлось войти в город. Хотя бы из-за воды.

Окинув очередные запертые ворота огорчённым взглядом, мы продолжили путь. Больше ничего интересного нам не попалось. Кругом лишь дома, цветочные клумбы и самые обычные на вид деревья. Даже начинало казаться, что встреча с цветочком нам обоим почудилась.

− Вижу наш домик, − сообщил Ларни. − А там ворота, через которые мы пришли.

− И какие будут наши планы?

− А разве они у нас есть?

− Никаких… Грустно! − я направилась к нашему домику.

− По крайней мере, мы знаем, что может быть на уме у местных жителей, и не позволим им вешать нам лапшу на уши.

− Уж я точно не позволю себя обмануть!

− Давай, раскроем наш секрет только в крайнем случае. И нашим пока не скажем.

− Согласна, а то они нервничать будут.

Договорившись об этом, мы вернулись в свои комнаты. Прогулка сказалась лучшим образом на нашем самочувствии, на этот раз бессонница нас не мучила.

Утром разбудить нас пришла Касси. Выглядела девушка встревоженной.

− Что случилось? − сдерживая зевоту, поинтересовалась я.

− Приходил этот… как его… Тот бородатый, который встречал нас. Он сказал, что через час снова придёт, но уже со старейшинами для важного разговора. Нам уже завтрак принесли.

− Хорошо. Я и Ларни скоро будем.

− А я Элис и Тео разбужу, − девушка направилась к выходу.

− Сама-то как спала?

− Не очень. Новое место и всё такое.

Я понимающе улыбнулась.

Завтрак проходил в общей комнате и состоял из нескольких блюд, приготовленных местными поварами. Всё было сытным, но холодным. Видимо горячая еда в условиях жаркой пустыни казалась для местных чем-то неправильным. Вместо чая сладкая цветная водичка, на закуску солёные лепёшки из белой муки. Нам выбирать не приходилось, и потому никто не возмущался и не роптал. Разговаривать особо было не о чём, лишь перебрасывались короткими фразами. Несмотря на яркое солнце за окном, наше настроение нельзя было назвать отличным. Так… средненьким.

С завтраком пришлось быстро закругляться, поскольку послышались голоса пришедших к нам гостей. Убрав посуду со стола, мы в ожидании уставились на старейшин. Шестеро разновозрастных седых бородачей предстали перед нами в белых одеждах с сияющими улыбками на лицах. Что-то в последнее время я не могла спокойно смотреть на эти улыбки. Внутри невольно рождалось раздражение.

Чтобы лучше видеть гостей, мы решили потесниться, а мужчины принесли из соседних комнат для гостей стулья. Те, поблагодарив, сели напротив нас.

− Мы рады, что вы пришли к нам, − начал один из них. − Моё имя Соулюс. Я в своем лице представляю весь город. А это мои помощники.

− Равлуш, − представился тот, на кого лёгким кивком головы указал глава города.

− Олавус, − представился другой.

− Люциан, − представился третий.

− Грифус.

− Борхак.

Я ответственно пыталась запомнить их имена. Но к сожалению, так увлеклась, что, запоминая последнего назвавшего себя по имени старца, забыла, как зовут первого. Да, бывает…

Глава старейшин продолжил:

− Наш город является частью огромного мира. Пустыня, которую вы видели, постепенно захватывает его. Нам пришлось возвести стены, чтобы остановить её, но это лишь временная мера. Пустыня уже поглотила несколько наших городов. Их жителям пришлось переселиться, бросить свои дома и сады. Это грустная история…

Глава огорчённо вздохнул, а остальные понуро опустили головы.

− Всё это очень интересно, − улучшив момент, сказала я. − Но мы-то здесь причём?

− Вы пришли, чтобы спасти нас! − сдержанно, но с восторгом ответил Борхак.

− А с чего вы так решили? − удивился Марвел.

− Сам Альхерд Луис де Дорф − Великий Маг обещал нам это, − уведомил глава города.

− Кто это? − я недоумевая, переглянулась с Ларни, потом с остальными.

Наше замешательство длилось недолго.

− Так это же… Мудодей! − первой сообразила Касси.

Её слова ударили меня словно обухом по голове. Этот слизняк и здесь успел наследить!

− А что он вам конкретно сказал? − поинтересовался у старейшин Тео.

Старцы уже давно с любопытством разглядывали его и Элис. Чудные причёски произвели на них неизгладимое впечатление. Парочка старалась делать вид, что не замечает их взглядов. Кроме них, их особого внимания добился Рамзес. Похоже, мужчины с серьгами в ухе и пирсингом в носу тоже немало впечатлили их тонкую душевную натуру.

− Что вы особенные, − ответил один из них.

− А что тут делал этот… Великий? − решила я поинтересоваться, с трудом скрывая своё презрение к этому типу.

− Он искал способ попасть в другой мир. Проводил ритуалы, вызывал духов…

− Ну понятно − обычные фокусы! А дракона случайно не вызывал? Для этого нужны особые таланты.

− Дракона?

− Да, такого страшного, пышущего огнём и требующего жертв? Старцы удивлённо переглянулись и начали загадочно заулыбаться.

− Даже не знаю, о чём вы говорите, леди. Но мы отвлеклись, − продолжил глава. − Маг оставил нам инструкцию, что вам нужно делать. Это не займёт много времени. Если вы готовы, то следуйте за нами.

Бородатые гости поспешили подняться с мест. Так и чувствовалось их сильное желание провести странный ритуал. А вот у нас даже капельки такого желания не было. Мы продолжали сидеть, растерянно переглядываясь.

− Не спешите, − попросил Рамзес. − Мы очень хотим знать, что за инструкция такая?

− Ничего особенного. Вам нужно на городской площади прочитать обращение к Богу Солнца с просьбой перестать иссушать наши земли.

− А потом? − поинтересовался Артур.

− Потом вы можете остаться жить в нашем городе или уйти, когда и куда пожелаете.

− Ух ты, какие радужные перспективы! − насмешливо воскликнула я. − И мы должны в это поверить? Мы благодарим за еду и крышу над головой, но вынуждены отказать в вашей просьбе.

− Как отказать? − зароптал глава, остальные вопросительно зашушукались. − Сегодня один из самых удачных дней, когда Солнце ближе всего находится к земле.

Старейшины выглядели расстроенными, что я в глубине души почувствовала себя виноватой. А в глазах своей разношёрстной компании заметила осуждение. Только Ларни был на моей стороне. Даже украдкой подмигнул.

− Шаэль, − шёпотом окликнула Лаванда. − Может поможем?

− Ага, прямо сейчас! У нас ведь других проблем мало, давайте теперь ещё на сладкие речи этих старейшин поведёмся. Мне и Ларни тут одна симпатичная птичка нашептала, что старцы врут. Спросите их, почему в их в городе нет женщин и детей? Они, что, делением размножаются?

Старейшины, не сговариваясь, решили не отвечать на провокационные вопросы, а быстро друг за другом засеменили к выходу.

− И куда же вы, уважаемые? − бросил вдогонку Ларни.

Но дверь за ними бесшумно затворилась.

− Всё, братцы, нам хана, − хихикнув, высказала догадку Элис.

− Это ещё начало, − молвила я. − Вот окажемся на городской площади, тогда и будет хана.

− И чую, мы скоро там окажемся, − «утешил» Ларни.

− Что, правда, всё так серьёзно? − сомневалась Лаванда.

− Для меня серьёзно всё, что отвлекает от цели вернуть себе нормальное тело, − заявила я. − Я с ним родилась и как-то уж очень привязалась. И вот что-то внезапно мне захотелось изловить кого-нибудь из старейшин и выпытать у него, как вызвать сюда того недоделанного мага-извращенца. Хотя… − я ненадолго призадумалась, − лучше самим узнать, как он такое чудо с нами провернул. Точно! Вызвать Мудодея и узнать его секрет!

− А вернуться обратно не хочешь? − с грустью спросила Касси.

− В таком виде нет. Да и нет там ничего, что меня тянуло бы вернуться.

− Я тоже за то, чтобы вернуть себе нормальное тело и готов на многое, − сообщил серьёзным тоном Марвел. − И мысль взять старейшину в плен мне очень по душе. Когда начнём?

Марвел посмотрел на меня заговорщическим взглядом.

− Днём нельзя, − встревожилась Лаванда. − Вдруг нас самих в плен возьмут и закроют где-нибудь до окончания времён?

− Да и такое может быть, − согласился с женщиной Тео.

− Что-то мне подсказывает, что за дверями нас уже ждут, − украдкой сообщил о своих подозрениях Ларни.

− Не что-то, а интуиция, − напомнила я.

Поскольку к возможным неприятностям я готовилась заранее, то предусмотрительно прихватила с собой сумочку. Особо в её содержимом пользы не было, за исключением газового баллончика. Его я положила на самый верх, чтобы в случае необходимости долго не пришлось искать. И, на всякий случай, решила предупредить друзей о наличии средства самообороны.

− У меня есть газовый баллончик на крайний случай, если вдруг прилетит дракон и захочет меня сожрать.

− Ты так серьёзно говоришь, что даже страшно становится, − Касси попыталась улыбнуться, но не получилось изобразить улыбку. Губы лишь нервно дрогнули.

− Может, я ошибаюсь, и он не прилетит, а приползёт…

− Шаэль, умоляю, не пугай, − жалобно попросила Рина. − Я и так в панике.

− Что же нам делать? − тревожно спросила за всех Лаванда.

− Главное, не позволить им себя связать, − уверенно сказала я. − А остальное, что вам подскажет инстинкт самосохранения.

Мои слова ребята восприняли правильно. Инстинкт самосохранения всем подсказал срочно вооружиться. Единственное место, где мы хоть что-то могли найти − кухня. И мы, разумеется, отправились туда. И нашли! В основном, это оказались ножи разных размеров. Удивительно, что кухня чужого мира мало чем отличалась от нашей. Найденное оружие прятали, кто куда сможет. Но всех переплюнул Тео. Гордо заявив: «Не бойся ножа − бойся вилки! Если ткнёшь − четыре дырки!», он выбрал одну из вилок и ловко пристроил её в своих волосах в виде своеобразной шпильки. Девушки посмеивались над его сообразительностью, но взяли на заметку. Рина поделилась своими резинками для волос, которых было не просто много, а очень много. Я раньше не обращала на это внимание, пока она не начала их снимать. К тому же все резинки были под цвет её ярко− рыжих с мелированными кончиками волос.

− И мне, и мне, − Касси протянула ей руку. − Хотя бы одну…

− Вот эту дам − она очень сильно растягивается.

Рина демонстративно растянула её сантиметров на двадцать.

− Здорово! Я под рукавом нож спрячу.

Глядя на всю эту воодушевлённую предстоящим неизвестным событием публику, я поймала себя на ощущении, что все мы будто знакомы друг с другом как минимум сто лет и один день. Возможно, общее малоприятное положение невольно способствовало этому. Все стремились друг другу помочь, а в отношении своей пары проявляли заботу и внимание. А я вообще чувствовала себя матерью по отношению к Ларни. Всегда хотела знать, что он делает и видеть его в поле зрения. В ином случае я начинала паниковать. И ещё мне стало казаться, что в условиях, в которых мы оказались, этот материнский инстинкт во мне постепенно обретает пугающие размеры. Я начинала даже ревновать, если видела, как Ларни с кем-нибудь слишком долго и мило разговаривает. Ох, уж эти гормоны! Будь неладен этот Мудодей! Уж я ему припомню!

− А теперь что? − спросил Артур.

− Если готовы, − я внимательно оглядела присутствующих, − предлагаю сообщить старейшинам, что мы принимаем их предложение и проследовать на городскую площадь. Не уверена, что мы сможем завалить дракона, но зато примем геройскую смерть.

− Отличный план! − усмехнулся Ларни. − А может, кто-нибудь предложит другой вариант?

− Я предлагаю выбраться через окно и сбежать!

Предложение Марвела всем показалось интереснее геройской смерти.

− Нужно глянуть на окна.

Тео подошёл к ближайшему, собираясь открыть, только в одиночку это оказалось сделать невозможно. Вскоре совместными усилиями мы вскрыли окно, хотя участие женской половины в этом процессе было исключительно мысленным, но очень переживательным. Жаркий воздух обдал наши встревоженные лица. Глянув наружу, мы увидели людей, шагающих в одном направлении.

− Похоже, все идут на площадь, − первым догадался Ларни.

− Вылезти не получится, засекут, − с грустью молвила Рина. − А если упадёшь − костей не соберёшь.

− Я бы смог спрыгнуть, − сообщил Рамзес, взбираясь на подоконник. − Всего-то второй этаж. Да и клумба смягчит падение.

− Я тебя одного не отпущу! − Рина не на шутку заволновалась, хватая его за рукав рубашки. В её больших зелёных глазах стоял неподдельный страх.

− Да, я и сам не особо хочу… − растерянно проговорил парень. Спрыгнув, он прижал испуганную девушку к себе, пообещав: − Успокойся, я не буду прыгать.

− Придётся через дверь, − Марвел озвучил вертящуюся в наших головах мысль.

А что нам собственно оставалось? Направляясь к выходу из кухни, я твёрдо решила, что никому не позволю ограничивать свою свободу. Перед дверями мы остановились, а Марвел решил толкнуть подбадривающую речь:

− Итак, держимся поближе друг к другу. Женщины прячутся за спинами мужчин, а мужчины настраиваются на защиту женщин. Падать в обмороки строго запрещено!

Девушки хихикнули, а Ларни одарил его сердитым взглядом.

− С каких пор у нас Марвел за главного? − поинтересовался Артур. − Шаэль, ты передала ему управление, а я не в курсе?

− Да пусть покомандует, тебе что жалко? − отмахнулась я. − Мне лично всё равно, кто первым падёт смертью храбрых. Так что вперёд, Марвел! А мне, как лидеру вообще полагается быть позади всех…

Я перестроилась в конец нашей сплочённой компании. Ларни тоже решил переместиться поближе ко мне.

− Ларни, ты как? − спросила я сочувственно.

− Нормально. Я их чувствую… − парень указал взглядом на двери. − Они ждут нас. Это пугает…

Выждав с полминуты, Марвел распахнул двери. Нашему взору предстали старейшины. Теперь их было вдвое больше, а за их спинами стояли вооружённые палками местные жители. Мы и так были на нервах, а от увиденного забеспокоились ещё больше.

− И что это значит? − суровым голосом спросил Марвел.

− Мы убедительно просим вас проследовать на городскую площадь, − ответил главный старейшина.

Ну и что нам оставалось делать? Итак, ясно чем закончится для нас желание воспротивиться их убедительной просьбе.

Марвел взял под руку Касси и повернулся к выходу. Остальные молча последовали за ним. Я даже слышала, как старцы облегчённо выдохнули.

Ларни выглядел слишком бледно, что я забеспокоилась о его самочувствии. Я крепко держала его за руку, ощущая, как несчастного парня трясёт от дурных предчувствий.

Найти путь к площади не составило труда. Едва мы вышли наружу, как нас окружила толпа граждан. Лица всех сияли от радости. Глядя на их улыбки, мне хотелось сорваться с места и расквасить эти счастливые физиономии. Чувство, что мы подобно жертвенными ягнятам идём к месту своей гибели, с каждым шагом становилось ощутимей.

Дорогу перед нами кто-то из особо ретивых граждан начали активно посыпать цветочными лепестками и куда же без неё − «манной небесной».

− Я сейчас кого-нибудь побью, − сдерживая гнев тихо проговорил Тео.

− Я тоже, − отозвалась его сестра.

− Пожалуйста, поберегите силы, − попросила я.

− Для дракона? − дрогнувшим голосом поинтересовалась Касси.

− Я надеюсь, он всего лишь плод моей богатой фантазии.

− А мне вот интересно, − вклинился Рамзес. − Мы же не первые «счастливцы» Мудодея, которые здесь оказались?

− Допустим и что? − спросил Артур.

− Их что тоже, как и нас публично казнили?

Рина дёрнула парня за рукав, сердито шикнув:

− Перестань, всем и так страшно.

− Да, не будут нас казнить, − возразила я. − Придём, постоим на площади и вернёмся обратно. Как раз до обеда управимся, − и посмеиваясь, запела:

Вместе весело шагать по просторам!

И, конечно, умирать лучше хором…

Друзья, похихикивая, охотно подхватили новую интерпретацию знакомой всем песенки. Вот так в довольно приподнятом настроении мы пришли на площадь. Бегло осмотревшись, я увидела, что обнаруженных ночью столбов с цепями нет, отсутствовали также пятна сажи, намекающие на частое посещение этого места кровожадным драконом. Хотя почему драконом? Может, их было больше чем один. Всё было засыпано жёлтыми лепестками цветов, оставалось лишь удивляться откуда у местных такой их неиссякаемый запас?

Глава старейшин возник перед нами, попросив выстроиться на центральном постаменте полукругом и раздал каждому по листку бумаги. На них были написаны слова молитвы.

− Мы, что, правда, будем молиться солнцу? − недоверчиво спросила нас Рина.

Ответа она не дождалась.

Тем временем вся остальная площадь, за исключением пятиметрового пяточка перед нами, оказалась занята горожанами. Многие вознесли руки к небу и, что-то шепча, ждали начала церемонии.

− Когда я подниму руки вверх, начинайте читать, − с улыбкой попросил старейшина, обращаясь к нам.

«Ну да, как же, − мысленно усмехнулась я. − Я что оказалась здесь, чтобы выполнять чужие ритуалы? Или местный Бог, которому они поклоняются, настолько не любит своих поклонников, что с радостью ответит на просьбу чужестранцев? Если это именно так, то Бог у них, похоже, того…»

Оглядываясь по сторонам, я с неудовольствием заметила, что друзья совсем не против помочь гостеприимным жителям города. Даже Ларни сосредоточенно уткнулся в бумажку с текстом молитвы. В глубине моей души возникло чувство вины. Эти милые люди нам помогли, напоили, накормили, ночлег предоставили, а я тут строю из себя… (мне сильно захотелось присвоить себе парочку нелицеприятных «титулов», но я о них умолчу, чтобы не вошло в привычку), и почему я хочу всё им испортить? Ещё драконом друзей пугаю. И куда делось скромное, пугливое создание, которым я была до превращения в неизвестно что? Пока меня потихоньку грызла совесть, я почти решила без неожиданных сюрпризов поучаствовать в безопасном ритуале. Совесть уговорила, что мне жалко, что ли? Но, кроме совести, точил меня червячок сомнений. Да, совсем малюсенький такой червячок… размером с ДРАКОНА!

Я искала в молитве подсказку на возможное появление этого кровожадного существа. Ничего не могла с собой поделать. Говорящему цветочку по имени Синея я верила больше, чем этим счастливо улыбающимся людям.

Наконец старейшина начал что-то говорить. Я особо не прислушивалась, обратила внимание на происходящее лишь, когда он начал петь в нашу честь дифирамбы и обещал скорое избавление от бед.

И вот старец вознёс руки к небу, давая нам сигнал. Друзья мои ответственно открыли рты и начали читать: «Солнце, да славится имя твоё… Да пребудет царствие твоё вечным и неизменным…». В общем, напомнил мне этот текст молитву «Отче наш» слегка, правда, подкорректированную. Многоголосый хор разлетался по площади. Ему вторили горожане. Причём их мольбы, по сравнению с нашими, были куда как усерднее. Я вообще лишь рот открывала и в ожидании возможных неприятностей незаметно извлекла из сумки баллончик, зажав его в правой руке. Ларни честно пытался выполнить то, что от него ждут, но сам инстинктивно рыскал глазами в поисках путей побега.

− Ты чего? − спросила я его тихим голосом.

− Что-то должно случиться. Кажется, я опять упаду в обморок.

− Сосредоточься на дыхании. Если будет паника, а ты упадёшь, тебя могут затоптать. Вспомни что-нибудь смешное, − посоветовала я. И вдруг меня осенило! − Давай вызывать Мудодея!

− Что?

− Тут написано: «Дай нам спасительный свет, защити посевы от гнева твоего…». Читаем так: «Притащи к нам Мудодея, где бы не носили черти его…».

Ларни нервно засмеялся.

И мы на свой лад и без зазрения совести переиначили текст молитвы.

«Да будет пред нами Мудодей аки неприкаянный грешник. Да будет нам вечная слава, а ему угрызения совести и геенна огненная…»

− Шаэль, что ты там читаешь? − растерянно спросила Касси, услышав текст новой молитвы. Она стояла ко мне ближе остальных. − У тебя другие слова? Геенна какая-то…

Такое занятие развеселило Ларни и помогло ему снять стресс.

Мы уже особо не таились, вызывая Мудодея. Совесть поскуливая, заползла туда откуда имела смелость выползти. Друзья, уловив во всеобщем многоголосье слова моей с Ларни молитвы, начали смеяться, чем разрушили необходимую для ритуала атмосферу торжественности. Старейшины одаривали нас недоумевающе сердитыми взглядами и уж было хотели приблизиться, чтобы выяснить причину нашего неповиновения, как случилось непредвиденное. Внезапно в небе сверкнула молния и врезалась в землю в трёх шагах от них. Один из бородачей не перенёс впечатляющего зрелища и хлопнулся в обморок. Братья по «вере» молча схватили его и понесли прочь с площади. Судя по их спешке, они даже понять не успели, что произошло. А произошло очень интересное событие. В месте вхождения молнии в землю нашему взору предстало лежащее скрюченное человеческое тело, накрытое чёрным плащом. Рядом с ним находился чёрный цилиндр и солнцезащитные очки. На площади установилась пронзительная тишина. В шоке были все, даже я. Про Ларни вообще молчу. Едва подарочек с небес шевельнулся, как толпа горожан ахнула и, отшатнувшись, начала отступать к границам площади. А мы растерянно переглянулись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.