Ольга Олие, Елизавета Соболянская
Счастье для дракона
Дракон влюбляется так же, как падает с лестницы. Это несчастный случай.

Обращаясь к Оракулу, надо быть готовым к тому, что ответ не совсем понравится. «Счастье – дело случая». И как это можно понять?

Но кто бы мог предположить, насколько сложно рассмотреть свое счастье за ворохом несчастливых случайностей?

Обращаясь к Оракулу, надо быть готовым к тому, что ответ тебе не понравится. «Счастье – дело случая». Как это можно понять?

Кто может предположить, насколько сложно увидеть свое счастье за ворохом несчастливых случайностей?

Серебряный дракон из рода Аль-Галаад увидел, но не понял, что счастье рядом!

Сивер Аргенит Цаган из рода Аль-Галаад.

Анариэль дие Троше – аристократка, вынужденная служить компаньонкой престарелой дамы.

Осария – хищница, пытающаяся женить на себе Сивера.

Оракул

Тальмаар – королевство людей, в котором живет Анариэль, и где служит посланником короля драконов Сивер. Столица Карн.

Фредрик ас Шильерон – король людей

Гидеон Ардан Аирдэ – король драконов

Астер – зеленый дракон, семейный, единственный, кто отправился обратно.

Вицек – алый дракон. Вечно недовольное создание.

Цертер – самый спокойный из драконов.

Геррихтен – глава посольства драконов

Герцогиня Алрине ас Эрвейс – работодательница Анариэль

Госпожа Эдна – экономка герцогини

Лэра Бирназ – тетушка Анариэль

Матушка Кейя – сова-фамильяр погибшего мага. Живет в зачарованной части парка, к ней попадают молодые люди, которых нужно «довести до брака»)

Фирус, самый старший из фениксов

Случайность не творит, не мыслит и не любит,
А мы – мы все рабы случайности слепой,
Она не видит нас и не жалея губит;
Но верит ей толпа и долго, долго будет
Ловить ее впотьмах и звать ее судьбой.

Полонский Яков Петрович (1819–1898)

русский поэт и писатель

Каждый дракон один раз в своей жизни может посетить Оракула, чтобы узнать, где ему искать счастье.

Обычно драконы не спешат воспользоваться этой привилегией. В юности все кажется счастьем – полет в облаках или в грозу, нежный рассвет или малиновый закат… А вот когда крылья наливаются силой, а желания вдруг утрачивают вкус, драконы идут в маленькую пещеру чтобы задать вопрос.

Раннее утро. В горах только начался восход солнца, окрашивая снежные шапки в разные оттенки. Они сверкали, словно россыпь серебра, приманивая к себе взгляд.

Сивер Аргенит Цаган из рода Аль-Галаад летел над горами к Оракулу, пытаясь представить, что же тот скажет ему. В душе царило предвкушение. Он много лет был счастлив, служа королю драконов. Он повидал много разных рас и стран и на данный момент был посланником короля в столице королевства людей – Карнароне.

А потом счастье оставило его. Куда-то ушло, испарилось. Перестали радовать рассветы и закаты, не веселили вечеринки с друзьями и податливые дамы с улицы удовольствий. Потеряла свою яркость охота, и даже дуэль, устроенная с одним из грифонов, не принесла радости.

Вот тогда Сивер и понял, что настал его черед явиться к Оракулу, чтобы узнать, где же прячется его счастье!

Приземлившись на небольшой уступ, серебряный дракон сменил ипостась на человеческую и решительно вошел в зев пещеры. Внутри его уже ждали. Высокий белобородый старец смотрел на гостя с теплой улыбкой. Сам он сидел в кресле, одну руку держа на переливающейся серебристым сфере, а вторая гладила какое-то лысое, крылатое и клыкастое чудовище, похожее на смесь виверны, выдрокошки и еще непонятно кого. Чудовище довольно урчало. Всего на миг оно приоткрыло свои желтые яркие глаза с вертикальным зрачком, изучило дракона и тут же потеряло интерес, наслаждаясь лаской.

– Оракул, я пришел за предсказанием, – легкий поклон, в глазах надежда.

Старец кивнул и взмахом руки предложил устраиваться в кресле.

– Положи руку на сферу, – голос хозяина пещеры оказался молодым и звонким, как весенний ручей. Дракон вздрогнул, но промолчал. Оракул – вестник Неба. Он может принять любой облик. Иногда драконы видели древнюю старуху, иногда юную деву или ребенка. Мудрый старец вызывал доверие, так что Сивер просто сделал, как было сказано.

Внутри сферы тут же заклубился туман. Сперва он был молочно-белым, постепенно меняя оттенки на серебро. Холод снега перетекал в оранжевый, алый, позже появились несколько темных перьев, и наконец шар потух. Дракон, с интересом наблюдавший за метаморфозами внутри магической вещицы, тут же перевел вопросительный взгляд на Оракула, ожидая, пока тот объяснит происходящее. Старец долго вглядывался внутрь сферы, хмурился, щелкал пальцами, потом выпрямился и улыбнулся, а в его глазах застыли смешинки. Дракон подобрался, не понимая, чего ожидать от такого поведения. И был весьма обескуражен, когда ему сообщили:

– Твое счастье – дело случая.

– И что это значит? – рыкнул Сивер, так как подобное предсказание ему совершенно не понравилось. Он ожидал услышать что-то величественное, грозное или даже героическое, а тут… Случай? Пустая надежда на что-то невидимое, неосязаемое? Несуществующее?

– То и значит, – пожал плечами старик. Но, видя растерянность грозного дракона, сжалился и пояснил: – Тебе предстоит понять, что случайности неслучайны, именно в них порой сокрыт глубокий смысл. А теперь иди, мне нечего тебе больше сказать, – отмахнулся Оракул.

Гость и хотел бы поспорить, а заодно вытрясти из старика побольше информации, но его просто вынесло на ту самую площадку, на которую он приземлился, а вход в пещеру затянуло мутной пленкой, словно огромный глаз. И как бы ни рычал и ни пытался пробиться Сивер, перед ним была только скала без малейших признаков пещеры.

Ничего не оставалось дракону, как снова принять крылатую ипостась и отправиться в полет. Куда именно, он еще сам толком не решил, но слова про какой-то случай надежно отпечатались в сознании. И хотя сам чешуйчатый понятия не имел, где искать тот самый случай и как он вообще узнает, что это значит и что это за счастье, которое ему предсказано.

Глава 1

Сивер

После Оракула я находился в смятении. Все пытался осознать его предсказание, но в голову совершенно ничего не шло. Так меня и застал вестник его величества, потребовавший меня к себе. Пришлось лететь. Даже интересно стало, что ему вдруг понадобилось?

Войны у нас давно ни с кем не было, твари тоже не торопились выползать из разломов, границы охраняли сигнальные артефакты, потому многих воинов, таких как я, определили на роль посланников в другие королевства. А их в нашем мире полно, как и рас. Правда, самые слабые все же люди. Пусть среди них и имеются маги, но даже их сила не сравнится ни с одним представителем нечеловеческой расы.

Около дворца сменил ипостась и проследовал в тронный зал. По пути несколько раз споткнулся на ровном месте. С досады чертыхнулся. Что за невезение? Может, проклял кто? Потом надо будет с этим разобраться.

Не успел дойти до тронного зала, как мне навстречу выплыла леди Осария. С трудом удержал лицо, чтобы не скривиться. Эта хищница вот уже полгода не дает мне прохода, норовя оказаться со мной в компрометирующей ситуации, чтобы женить на себе. До сих пор я успешно сопротивлялся, но учитывая долетевшие до меня слухи о беременности леди Осарии, надо бы проявить большую осторожность.

– Лорд Сивер, – пропела дамочка, приседая в книксене, при этом старалась сделать так, чтобы все ее прелести были доступны моему глазу. Фигура у нее была аппетитная, а грудь рвалась из платья на свободу, но…

– Леди Осария, – кивнул в ответ, сохраняя каменное лицо. – У вас ко мне дело? Если нет, я тороплюсь к его величеству, – быстро обойдя застывшую в досаде женщину, едва ли не бегом кинулся к тронному залу, двери которого уже маячили перед глазами.

Но и Осария сдаваться не собиралась. Она поспешила за мной, чтобы устроить маленькую пакость. В тот момент, когда двустворчатые двери только открывались, она словно споткнулась и собиралась повиснуть на мне. Ага, нашла наивного. Мне не тридцать лет, и она не первая, кто пытается таким образом создать неприятную ситуацию. Мне повезло, я опередил ее на доли секунды. И уже входя в зал, услышал за спиной грохот. Мои губы дрогнули, скрывая ехидную усмешку. Кажется, кто-то не рассчитал траекторию падения или был уверен в том, что ее поймают. Пусть это будет кто-то другой, но не я.

Уже через минуту я потерял интерес к опасной хищнице. Меня теперь занимало совершенно другое: восемь драконов, находящихся перед троном его величества. Я оказался девятым.

Стоило мне присоединиться к остальным, как король встал и зычным голосом озвучил причину нашего сбора:

– Как нам стало недавно известно, в Тальмааре – королевстве людей, совсем недавно открылся новый источник магии. Но проблема в том, что люди к нему даже подойти не могут, потому что их тела не предназначены для такой мощи, как источник первородного драконьего огня. Почему он вообще появился не у нас, а у слабых людей – еще предстоит выяснить. Пока же вам всем надлежит лететь в Тальмаар и провести там переговоры о пользовании источником. Кто-то из вас обязан остаться среди людей, чтобы наблюдать за источником и не дать им воспользоваться другим расам. Это понятно?

Наш поклон был ему ответом. Да и как тут не согласиться? Против воли нашего правителя идти – чревато. Он самый сильный дракон, обладающий самой мощной, практически убийственной магией. Мои товарищи по несчастью не выглядели довольными, а вот я оживился – может быть, там, у людей, я снова почувствую себя счастливым?

– На сборы вам три часа, – строго сказал король Гидеон. – Медлить нельзя, пока до источника не добрались слишком ушлые фениксы или альвы. Вы знаете, наша сила и им подходит, особенно драконье пламя. Стоит поторопиться. Свободны.

Дворец мы покидали все вместе, а уже там разлетелись в разные стороны. В своем замке я решил не задерживаться. Собрать вещи – много времени не понадобилось, все загрузил в пространственный карман. И уже через полтора часа снова стоял в тронном зале. Не я один оказался таким. Остальные тоже не стали медлить, наверняка проникнувшись угрозой, потому, получив последние инструкции, через два часа мы уже вылетали в Тальмаар.

Наш путь пролегал через горы – обитель альвов, мимо Вечных лесов эльфов, острова Ядь, где обитали оборотни семейства кошачьих, Подгорного княжества гномов. А уже за ним расположилось королевство людей. Несмотря на слабую расу, по численности они превышали многих, так как оказались слишком плодовитыми. Соответственно, тот же Тальмаар раскинулся на половину материка. А столица, еще лет сто назад находившаяся почти на границе с Серым кланом волков, сейчас оказалась в самом центре королевства. И как оборотни вообще уступили свои земли? Но по нашим данным они ушли вглубь материка, где как раз находились свободные земли, граничащие со степью и кланом кочевников.

Пролетая над полями, лесами, деревнями и городами, чувствовали внимание людей, неотрывно следящих за нашим полетом. Учитывая наш слух, мы могли отчетливо ощущать волны как страха, так и восторга, исходящие от человечков. Нас боялись всегда, но в то же время восхищались мудростью и величием. А еще остерегались нашей силы. Особенно этот страх укоренился у людей. Еще лет двести назад человеческий король потребовал договор, что ни один дракон не станет покушаться на человеческую власть.

Глупец. Нам она не нужна, мы свободные жители неба. И корона не предел мечтаний таких, как я.

Вон как наш правитель сокрушался, когда родовые артефакты из пятерых претендентов выбрали именно его, зато остальные четверо прямо там, никого не смущаясь, станцевали танец победителей, получив свободу минимум лет на сто, ведь именно столько времени отводилось на правление одного монарха.

Ипостась нам пришлось сменить недалеко от столицы Тальмаара – Карна. Внутри города было слишком тесно для приземления сразу девяти драконов. К тому же это считалось невежливым. Мы могли бы приземлиться на башню королевского замка, который назывался Карнарон, но над жилищем человеческого короля дрожал и опалесцировал прозрачный защитный купол из магии.

Мы с товарищами переглянулись. Я первый не удержался:

– Фредрик ас Шильерон кажется слишком осторожным и расточительным. Сколько магии он вбухал, чтобы поставить купол именно над Карнароном? Беспокоится за свою корону?

– Или до безумия боится нас, – меланхолично дернул плечом Астер, зеленый дракон, единственный, кого не привлекала роль посла, потому что у него дома осталась жена и только что рожденный сын. Но и отказать нашему повелителю он не имел права. Ему оставалось надеяться на то, что наша миссия завершится быстро, чтобы с чистой совестью вернуться домой.

Впрочем, Астер всегда был умен. Увидев дрожащий купол, пушки, направленные в небо, и панику, которая поднялась в крепости, когда мы заложили традиционный круг над столицей, сообщая о своем появлении, этот хитрец вдруг сказал:

– Если нас тут так не любят… может, побыстрее отправят обратно?

Я припомнил все, что слышал о характере людского короля, и кивнул:

– Все может быть!

Задумка товарища могла исполниться быстро. Самодур, временами тиран и весьма слабый политик Фредрик ас Шильерон изумлял иностранных дипломатов и собственных подданных. Многие недоумевали, как он вообще на троне до сих пор держится? Но, насколько мне известно, попыток переворота еще ни разу не предпринималось.

– Идем, скоро узнаем, что нас ждет у человечков, – недовольно обронил алый дракон Вицек. Этот по жизни всегда был чем-то недоволен. Мы давно привыкли к подобному.

Спорить никто не стал, мы вошли в ворота под многочисленными взглядами людей. Дорогу нам никто не преграждал, хотя я успел заметить, что остальных жаждущих попасть в столицу досматривали с особой тщательностью.

Уточнять, как пройти в королевский замок, не имело смысла, так как его шпили были видны издалека. Нам же оставалось правильно выбрать улицу. Но и тут никто из нас не видел проблемы – самая широкая улица человеческой столицы напрямую шла от городских ворот к воротам королевской крепости. Один раз произошла заминка уже у самого входа в замок. Бравые вояки не желали нас впускать, потому что им не поступало такого распоряжения. Мы могли бы долго препираться, что-то доказывать, но вместо этого самый спокойный из нас – Цертер – произвел частичную трансформацию: драконьи глаза, чешуя по телу, крылья. Стражи прониклись. Дружно расступились, позволяя нам войти.

Гордо шествуя по широкой аллее, я машинально осматривался вокруг. И увиденное мне не нравилось. Грязь, легкое запустение, неприятный запах.

И это королевский замок? Тут прислуги мало? Стоило подумать о ней, как заметил пузатого мужика в ливрее, он от души таскал за ухо мальчонку, показывая на лужу грязи под ногами. Малой скулил, пытался оправдаться, но его никто не слушал. Вокруг сновали местные аристократы, но никому и в голову не пришло заступиться.

Мое терпение дало сбой. Уже ступил на дорожку, чтобы вмешаться, так как насилие над ребенком у драконов – самый страшный проступок, как меня опередили. Щеголеватый франт перехватил руку ливрейного и что-то тихо, но яростно зашипел. Даже мне с моим драконьим слухом не удалось разобрать слов. Зато увидел, как мелко затрясло пузана, как отскочил от него мальчишка, показал язык и кинулся бежать. Из меня вырвался вздох облегчения, пришлось вспомнить, для чего я сюда прибыл, и поторопиться во дворец.

Без проблем не обошлось.

Видимо, я слишком глубоко ушел в себя, так как, обходя пожилую даму с компаньонкой, внезапно ступил в глубокую канаву. Ледяная вода затекла в сапог. Я очнулся, подпрыгнул, разбрызгивая вокруг себя эту гадость. Ругань сдержать не получилось. Дама шарахнулась от меня, ворча что-то себе под нос и потрясая зонтиком. Компаньонка кинулась ее успокаивать. Как мужчина и воспитанный дракон, я вынужден был остановиться и принести извинения, а потом еще пришлось применять очищающую магию, а это тоже заняло время.

В итоге я безнадежно опоздал на прием к его величеству. Друзья вошли в тронный зал без меня, но очень быстро вышли обратно. Двое из них аж лучились от счастья.

– Вы куда? Почему так быстро? – удивился я.

– Домой, друг мой, домой. Местный самодур нас всех прогнал. Тебе же можно только посочувствовать. Кажется, ты тут останешься в гордом одиночестве. Но что-то подсказывает, ты справишься.

– С чего вдруг? Если Фредрик всех прогнал, значит, и мне тут делать нечего, – заявил я категорично. Но глава нашего посольства Геррихтен сказал:

– Выгнал он только нас. Тебя не видел, значит, его приказ на тебя не распространяется. Удачи. Вот твои верительные грамоты!

С этими словами Геррихтен сунул мне тубус с бумагами и, насвистывая, направился к выходу.

– Да вы с ума сошли! – попытался остановить их я. – Источник магии! Я никогда с ними не работал! А еще фениксы!

Это заставило драконов остановиться.

– Ладно, – нехотя сказал Геррихтен, – Астер и Лейн летят домой. У одного молодая жена и сын, у другого сестра замуж выходит. А мы пока найдем в Карне дом для посольства и устроимся. А ты иди к королю. Думаю, он уже остыл и примет тебя как положено.

Я тяжело вздохнул и развернулся к двери в зал. Идти туда не хотелось. Но источник! Расправив плечи, я шагнул вперед и кивнул мажордому. Тот слегка откашлялся и громко прокричал в приоткрытые лакеями двери:

– Сивер Аргенит Цаган из рода Аль-Галаад! Посланник его величества короля драконов Гидеона Ардана Аирдэ!

Глава 2

Анариэль

Что делать девушке из хорошей семьи, если род ее обеднел, доходы упали, а за плечами лишь приличный пансион и никакого приданого? Можно найти себе мужа, можно прозябать в деревне, а можно… устроиться на работу!

Дело, конечно, непростое. Аристократкам работать не принято. Но есть две должности, на которых берут только благородных дев или вдов. Компаньонки и гувернантки.

Я, Анариэль дие Троше, решила испытать судьбу и в один прекрасный день уехала из родного дома в столицу.

Первый опыт был ужасным! Я запаслась рекомендациями от директрисы пансиона и отозвалась на объявление: «Требуется гувернантка в семью. Две девочки восьми и десяти лет». Потратила деньги на проезд, купила платье, приличное для гувернантки, черные башмаки, специальную мантилью и даже очки с простыми стеклами – чтобы выглядеть старше и серьезнее.

Девочки оказались очаровательными и любопытными созданиями. Мне предоставили комнатку рядом с их спальней, вероятно, когда-то это была гардеробная, и объяснили, что хотят видеть результат. Я воодушевилась, а потом…

Оказалось, что девочки младшие дети в семье. Старшим был сын. Здоровенный детина лет двадцати в малиновом жилете и вычурном галстуке. Он был чрезвычайно высокого мнения о своем внешнем виде и ежесекундно поправлял цепочку с брелоками и запонки.

Этот самый сынок начал приставать ко мне с первого же дня моего существования в доме. А когда я пожаловалась хозяйке, она сделала круглые глаза и заявила, что я, видимо, абсолютно безнравственная девица, раз невинные намеки «мальчика» воспринимаю как неприличные.

Что ж, я ушла без рекомендаций через два дня, когда поняла, что защищать меня от этого подсвинка никто не будет.

Второе место службы было немногим лучше – там сальные взгляды на меня бросал отец семейства. Я старательно избегала встреч с ним и продержалась целый месяц. Потом он зажал меня в темном коридоре, получил пощечину и начал плакаться жене, что это я к нему приставала. Та не стала меня слушать – выдала жалованье и выгнала. Мне ещё повезло, что деньги заплатили.

Зато эти два случая основательно пошатнули мою решительность. Нарваться и в третий раз на очередного ловеласа мне не хотелось, даже несмотря на деньги. Это сейчас мне повезло, но никто не даст гарантии, что везение окажется бесконечным.

Практически в отчаянии я начала думать о том, чтобы вернуться в наш Пирк-холл, в маленький домик, оставшийся от былого величия семьи. Но тут судьба повернулась ко мне лицом! Буквально на улице я встретила дальнюю родственницу семьи – лэру Бирназ. Сия почтенная дама приходилась тетушкой моей матушке и служила компаньонкой при герцогине Алрине ас Эрвейс.

Отслужив на этой должности почти десять лет, тетушка Бирназ собралась уйти на покой по состоянию здоровья, но никак не могла найти себе замену.

– Ее светлость в своем уме и добром здравии, – рассказывала мне родственница за чашкой чая, – но отличается весьма ехидным характером. Ей не нужна бледная тень за спиной, она любит видеть рядом женщин интересных, начитанных.

– Но, тетя, я же буквально полгода назад закончила пансион! Откуда во мне характер и начитанность?

– Я в тебя верю! – ласково улыбнулась тетушка. – Я дам тебе рекомендации. Приходи завтра к трем часам в особняк Эрвейсов на улицу Рыцарей. Ее светлость в это время дня находится в самом благодушном расположении духа.

Я пообещала прийти, но очень сомневалась в своих силах. Однако других объявлений в газетах я не нашла, поэтому освежила платье, пришила новый кружевной воротничок и отправилась на улицу Рыцарей.

Надо сказать, что улица эта отличалась совершенно особым видом. Дома на ней стояли старинные, больше всего похожие на рыцарские замки. И пусть времена рыцарей прошли, но жить на этой улице было очень почетно. Дома были обнесены высокими оградами, и на ночь вся улица запиралась дубовыми воротами, а войти можно было через калиточку, которую охраняла стража.

Шла я с волнением, но герцогиня приняла меня быстро. Они с тетушкой сидели в чайной гостиной и пили чай.

– Вот, ваша светлость, моя внучатая племянница Анариэль дие Троше, – представила меня лэра Бирназ.

– Анариэль… солнечная… Красивое имя для девушки. Должно быть, ваша матушка увлекалась эльфийскими любовными романами, милая. Они были весьма популярны в те времена, когда мои дочери собирались замуж.

– Они и сейчас часто встречаются на книжных прилавках, ваша светлость, – ответила я, – но, кажется, мода давать детям эльфийские имена ушла.

Герцогине понравился мой ответ, она еще немного побеседовала с тетушкой и приняла решение. Меня в этот же день поселили в комнате рядом с лэрой Бирназ, чтобы она выучила со мной расписание герцогини и правила дома.

– Даю тебе на это месяц, – сказала лэра ас Эрвейн, – если через месяц выдержишь прием без ошибок, останешься компаньонкой. Если нет – отдам тебя внучке в гувернантки. Ты девушка толковая, ей сгодишься.

В гувернантки я больше не хотела, так что взялась вместе с тетушкой изучать распорядок дня и все, что нужно было знать компаньонке. И если раньше я считала, что ничего сложного там нет – подумаешь, сопровождение и развлечение, то сейчас, изучая премудрую науку, не уставала поражаться, сколько, оказывается, всего должна знать та, кто всего лишь находится рядом с герцогиней.

Наблюдая ошеломление на моем лице, лэра Бирназ добродушно посмеивалась, но продолжала терпеливо объяснять, как и что делать, какие могут быть ситуации, варианты достойного выхода из положения. Я слушала и впитывала информацию, как губка.

Во время небольшого отдыха я заметила пробежавшую мимо нас служанку. Ее злой взгляд, обращенный на нас, вызвал недоумение. Тетушка покачала головой, вздохнула и сразу меня предупредила, что слуги компаньонок не любят.

– Мы – с одной стороны, аристократки, и нам положено подавать чайный поднос и прислуживать, а с другой – мы сами прислуживаем хозяйке дома. Компаньонке случается и платье госпоже поправить, и прическу сделать, и со шпильками в руках стоять или с лентами, как камеристка. Потому держись со слугами вежливо, но не болтай и ничем не делись.

В первую же ночь в доме я стучала зубами от холода. За окном была промозглая осень, а мою спальню не протопили и не оставили ни дров, ни угля, чтобы я сама могла развести огонь. Грелки в кровати тоже не было, да и занавеси на окнах мне пришлось задергивать самой, чтобы не так сильно слышать завывания ветра.

Утром тетушка зашла ко мне и всплеснула руками – я выглядела очень нездоровой. По счастью, она знала, что делать, и тут же вызвала слуг в свою комнату. Велела подать горячий чай с молоком, плотный завтрак, а пока недовольная горничная растапливала камин и прибирала постель, лэра Бирназ отвела меня вниз, в подвальный этаж.

Старый дом, похожий на замок, имел свои секреты. Внизу в кухне жарко горел огонь в огромной печи. На ней готовили еду, на ней за перегородкой булькали котлы с бельем, и там же кипел огромный котел для мытья, а сама печь обогревала купальню, сушильню и комнатки слуг, расположенные тут же.

Вот в купальню меня тетушка и повела, попутно рассказывая, что ее светлость в свое время много путешествовала со своим супругом и знала, что многие болезни начинаются от грязи. Потому сама она каждый день принимает ванну с травами, а слуги обязаны каждый день мыться в общей купальне. И каждый день менять белье и дважды в неделю – форму.

– Это, конечно, очень накладно, – рассказывала мне тетушка, запихивая в низкое темное помещение, окутанное влажным паром, – зато никто в доме не болеет заразными болезнями, все хорошо работают, и слуги соревнуются, чтобы попасть в дом на службу.

В общем, тетушка заставила меня дышать этим влажным паром, потом вымыла меня горьким травяным мылом, помогла высушить волосы и, закутав в собственный теплый капот, отвела в свою теплую комнату.

Завтрак нас уже ждал, но мне было велено сначала выпить кружку чая, сидя в одной сорочке и капоте у огня, и только потом поесть. От этого всего я сильно вспотела, и тетушка обтерла меня полотенцем, смоченным в травяном отваре, а потом помогла надеть мое платье и сделать прическу.

– Если ты понравишься ее светлости, тебе сошьют белье и платья для визитов и на каждый день. Пока же держись в шаге за моей спиной и учись.

Компаньонке мантилья не полагалась. Вдовы носили чепцы, но я была лэри, поэтому просто собрала косы в простой пучок на затылке и заколола шпильками.

– Все, уже десять часов! Пора идти к герцогине! – сказал тетя, и мы пошли.

Ее светлость к этому времени встала и в утреннем платье, надетом прямо на ночную сорочку, пила кофе за изящным столиком в маленьком будуаре. В спальне хлопотали горничные, в гардеробной готовили ванну, а лэри ас Эрвей просматривала толстую тетрадь с записями. Увидев нас, она слегка нахмурилась:

– Девочка выглядит бледной, что случилось?

Мне отчаянно хотелось пожаловаться на нерадивых слуг, но…

– Переволновалась, – сказала я.

Нас усадили за стол, налили кофе, предложили кусочки сыра и тосты с джемом. Потом тетушка и герцогиня начали обсуждать грядущий день.

Я думала, что немолодая и состоятельная дама ничего не делает целый день, но как же я ошибалась! Ее светлость занималась благотворительностью и участвовала в нескольких благотворительных комитетах столицы. Она посещала светские мероприятия от имени семьи, бывала при дворе, поскольку дружила с королевой-матерью, и еще присматривала за своими многочисленными внуками и внучками, желая быть для них любимой бабушкой. В общем, день был расписан по часам, и без ежедневника было трудно запомнить, что, когда и как назначено.

Пока ее светлость принимала ванну с травами и одевалась, тетушка быстро просматривала ее почту и отмечала приглашения. Как только лэри ас Эрвей усадили перед зеркалом, чтобы сделать прическу, лэри Бирназ принялась зачитывать:

– Лэра Скоуфорд приглашает вас на музыкальный вечер тринадцатого числа. Будет тринадцать гостей, черный зал и медиум.

– Ерунда! Синтия после смерти мужа сошла с ума, желая узнать, хорошо ли ему там. Напиши отказ!

Тетушка сделала пометку на конверте и взяла другой:

– Лэр Бристоль приглашает вас на игру в бридж. Послезавтра вечером.

– Дэдди? Хороший мальчик. Загляну. Напиши ему, пусть приготовит бутылочку моего любимого бренди!

Я сидела рядом с тетей, слушала и запоминала. Иногда она давала мне конверт, чтобы я отложила его в нужную стопку.

Приглашения были разобраны, личные письма переданы в руки герцогини, и престарелая леди отправилась осматривать свои владения.

– В хорошую погоду, – шепнула мне тетя, – лэра идет гулять в сад, так что держи плащ и шляпу у входной двери. Или договорись с горничной. Слуги иногда специально теряют твои вещи, чтобы лэра разгневалась за медлительность.

Я тихонько все записывала в блокнот.

Прогулка, ланч, короткий отдых – госпожа герцогиня отвечала на личные письма, а тетушка и я писали ответы на приглашения, которые лэра ас Эрвей только подписывала.

К чаю начали собираться гости. Лэра Бирназ называла мне каждого гостя и немного рассказывала о нем. Оказывается, на чай к ее светлости захаживали такие люди, о которых я читала в газетах! Мне было очень интересно и ужасно хотелось поговорить с кем-нибудь из этих важных людей, но… компаньонка – тень госпожи. Лэра Бирназ следила, чтобы в чайнике не заканчивался кипяток, а горничные вовремя подавали свежие пирожные и закуски. Делала записи в своем блокноте, когда герцогиня командовала «запиши», выслушивала нудного лэра, который вещал что-то о падении нравов, показывала уборную стеснительной даме… В общем, была полезной и удобной в гостиной, а я старалась всюду следовать за ней и повторять. К вечерней трапезе у меня отваливались ноги, а впереди еще был ужин с гостями и посиделки в гостиной после. Ложилась герцогиня не раньше полуночи, так что на сон нам с тетей оставалось часов пять-шесть, ведь к утреннему одеванию лэры ас Эрвей нужно было явиться собранной и готовой к длинному дню.

Придя в свою спальню, я вновь обнаружила холодный камин, пустую корзину для дров и отсутствие грелки. Злая, как осенняя муха, я помчалась вниз, в кухню, где слуги уютно устроились у огня, поедая остатки ужина. Встала перед столом, уперла руки в бока, как прачка или кухарка, и заявила:

– Если у меня сейчас же не будет огня в камине и грелки в постели, кто-то очень сильно пожалеет!

Здоровенный лакей с пудовыми кулаками смерил меня взглядом и заявил:

– Что такая фитюлька мне сделать может?

– Я – ничего, – честно ответила я, – но Светлые все видят!

Я любила обращаться к Светлым, и мне казалось порой, что Дивина – мать магии – слышит меня и поддерживает.

На меня хмыкнули, и никто со скамьи не встал.

Я ушла, набрала в купальне кипятка в грелку, закуталась в шаль, задернула шторы и кое-как уснула. Где взять дрова или уголь, я просто не знала.

А утром… утром ко мне прибежали горничные. Они принесли мне теплую воду для умывания, затопили камин, застелили постель и смотрели со страхом. Я удивилась такому энтузиазму и спросила, что случилось. Оказывается, лакей, который меня обхамил, лежал при смерти – ночью забилась труба камина в его комнате, и он отравился угарным газом! Две горничные, которые два дня подряд оставляли меня без грелки, замерзли чуть не насмерть, потому что из-за засора трубы в их комнату не шло тепло. Экономка, которая позволила такое вопиющее нарушение порядка и оставила меня без завтрака накануне, прикусила язык и теперь не могла есть.

В общем, перепуганные и суеверные слуги решили, что со мной лучше дружить, а я была этому рада.

Спустя месяц ее светлость взяла меня в компаньонки, тетя уехала в купленный ею коттедж, а слуги примирились с тем, что меня обижать нельзя. Стоило кому-то сказать про меня что-то грубое, как этот кто-то получал синяк на лице – абсолютно случайно, конечно. Или разбивал губы, а то и терял зуб! Однажды горничная специально сожгла утюгом подол моего нового платья. Я расстроилась, а у дурочки сгорел сундук с приданым, накопленным к свадьбе, и свадьба расстроилась.

Вокруг меня вообще частенько случались какие-то странные неприятности. Например, один лэр весьма щеголеватой наружности, любитель юных дев, как сказала мне по секрету герцогиня, однажды зачем-то вышел за мной из гостиной в коридор. Не знаю, что он собирался сказать или сделать, но со стены упал старинный тяжелый жирандоль – и прямо ему на голову! Было море крови, пришлось вызвать лекаря и обрить бедолаге голову. А он метался в бреду и шептал, что хотел только поговорить.

В другой раз одна почтенная лэра спросила обо мне у ее светлости и громко высказалась в том духе, что нынешние девицы все беспутны и глупы. Не желают сидеть подле маменек, а только и делают, что смотрят на мужчин. Мне было неприятно, но я промолчала. А потом муж этой лэры решил закурить трубку и подпалил этой даме шиньон! Она бегала по гостиной, как курица без головы, пока на нее не вылили огромную чашу крюшона!

Ее светлости такие ситуации ужасно нравились, и она иногда говорила, что меня оберегает сама Дивина, и обязательно напоминала сходить в храм Светлых, поблагодарить мою покровительницу. Я и ходила. Относила маленькие приношения из цветов, сладостей и красивых лент и просила исполнить мою мечту.

Мечта была, наверное, смешная. Я очень хотела учиться на акушерских курсах, устроенных королевой-матерью. Они были платными, и туда принимали не каждую девушку, а только образованных, умеющих читать и писать. Поэтому простолюдинкам поступить на них было сложно, но вот дочери купцов и гильдейских ремесленников охотно шли туда и становились повивальными бабками. Моя матушка потеряла нескольких детей в родах, да и сама едва не умерла, и я по-детски мечтала стать известной повитухой и не давать умирать женщинам и детям. Смешная мечта, но я крепко за нее держалась и хотела на службе у герцогини накопить денег для ее воплощения.

В тот день лэра ас Эрвейс отправилась ко двору навестить королеву-мать. Мы посидели в гостиной за беседой, выпили цветочного чаю и вышли во двор, чтобы подождать карету, и тут навстречу нам вышли драконы!

У меня аж дух захватило – целая толпа высоченных красивых лэров, одетых с неброской роскошью сильных магов. Я засмотрелась на них, неловко ступила, и одному из них пришлось нас обойти. Дракон с красивыми серебристыми волосами шагнул в грязь, выругался и чуть не получил зонтиком от герцогини! Потом извинился и ушел. А лэра ас Эрвейс еще долго ворчала на то, что молодежь пошла невоспитанная.

Я ей не возразила, но подумала, что лэр дракон извинился, а мог и нагрубить! Видела я тут при дворе молодцов, ни во что не ставящих слуг и компаньонок!

Впрочем, этот момент вскоре забылся – прибыла наша карета, и мы поехали домой. А вечером того же дня…

Глава 3

Сивер

Фредрик ас Шильерон – человеческий король – оказался худощавым типом с вислыми усами. В его глазах сквозила подозрительность, а руки нервно перебирали широкую орденскую цепь. В отличие от нашего Гидеона Ардана Аирдэ, мечтающего кому-нибудь спихнуть свой венец, этот тип держался за власть не только руками, но и ногами. И, судя по всему, в каждом видел угрозу своему правлению. Магия? Просканировав правителя, не нашел в нем чего-то значимого, а ведь я был уверен, что у власти должен стоять сильнейший. Наверное, у людей все по-другому.

– Зачем пожаловали? – нелюбезно буркнул он, игнорируя панику в глазах советников. – Я же сказал, что не хочу никого из вашей братии видеть в своем королевстве, – королевский гнев явно не успел остыть. На миг мне показалось, что он еще и ногами топать начнет. Но нет, обошлось.

– Ваше величество, вы забыли, что источник… – я старался говорить спокойно, но меня самым наглым образом перебили:

– Источник на моей земле, я сам буду с ним разбираться. А вам тут делать нечего.

Странно, разве не он связался с нашим монархом и сообщил об источнике? Почему же сейчас настолько категоричен? Спрашивать в лоб не имело смысла, а вот подвести к нужной теме стоило попытаться.

– Кажется, вы не совсем поняли суть источника. Кроме владеющих первородным огнем к нему никто не сможет приблизиться и уж тем более воспользоваться силой.

– Наши маги тоже имеют стихии огня, они справятся, – гнул свою линию король. Меня стала раздражать эта беседа. Пришлось выпустить наружу немного своей драконьей силы и желания прижать человечка к трону. О, как проняло Фредрика! Заткнулся. Поерзал. Еще бы ноги поджал.

– Каким бы ни был ваш огненный маг, источник его убьет. Только мы сможем воспользоваться его силой. Поэтому мы и находимся в вашем королевстве. Попади ваша находка в нечистоплотные лапы, крылья или прочие части тела, половине мира придет конец. Поэтому, как вы понимаете, на ваше решение мне плевать. Сейчас от вас зависит, в каком состоянии мы станем с вами дальше сотрудничать. Со всем уважением или в режиме холодной войны. Но в последнем случае, как вы понимаете, выигрыш будет не в вашу пользу.

Я говорил спокойно, почти равнодушно, наверное, это и подействовало на истеричного короля. Выпрямился, поправил корону, всего пару ударов сердца подумал и важно кивнул.

– Вот и прекрасно, я рад, что мы нашли общий язык. А сейчас мне пора, стоит проверить источник и поставить на него защиту. Ясного… – я едва не пожелал, как это принято у нас, неба, но быстро исправился: – …дня.

По коридорам дворца сновали придворные. Причем прогуливались они именно возле тронного зала. На меня смотрели с интересом, где-то искренним, а где с алчным. Несколько человек набрались наглости и подошли знакомиться. Мужчины, женщины, юные девушки. Они называли свои имена, должности, титулы, но я ни на кого не обратил внимания. Легонько кивал в ответ на приветствия и думал, как поскорее от всех избавиться.

– Лэр дракон, а у вас уже есть истинная пара? – вопрос был задан самым невинным тоном от симпатичной блондинки без грамма интеллекта на лице.

– Лэра, вы сказок перечитали? – уточнил добродушно и тут же поинтересовался: – Что вы считаете истинной парой?

– Это две половинки целого, любовь с первого взгляда, притяжение, – с каждым словом ее мечтательность взлетала все выше, а меня перекосило. Но я старался быть сдержанным.

– То есть, по вашему мнению, истинная пара – это любовь по щелчку пальцев? Пришел, влюбился, окольцован?

– Ну… Да, – решительно заявило глупое создание. И тут же с воодушевлением: – Я вот, например, чувствую к вам притяжение. Определенно, вы – мой истинный, – с придыханием.

– Не уверен, видимо, в нашем с вами восприятии произошел сбой. И нет, у нас нет понятия истинной пары, а чувства возникают не спонтанно и не под влиянием магии, они идут от сердца. Всего хорошего, я тороплюсь. И да, поищите вашего истинного в другом месте. Я на эту роль не подхожу.

– Почему? – лэя надула губы, в глазах непонимание. Судя по всему, отказа эта дамочка еще не знала. Пришлось проявить жесткость:

– Потому что моя дама сердца будет умна, образованна и не станет городить чушь о сказочной истинности. Всего хорошего.

Оставив стайку пустоголовых аристократок переваривать мои слова, я поторопился к выходу. Не хотелось нарваться еще на какую-нибудь любительницу сказок.

С каким удовольствием я покидал дворец! А за воротами уже ждали товарищи. Напряжение на лицах сменялось усмешками. Наверняка ощутили, в какой стадии тихого бешенства я нахожусь после общения с коронованным идиотом.

– Вижу, беседа прошла плодотворно? – хохотнул Вицек.

Отойдя подальше, коротко обрисовал нашу беседу, задумался над тем, кто же на самом деле сообщил об источнике, а потом мы решили своими глазами взглянуть на него. Но сперва стоило уточнить еще один момент:

– Вы жилье нашли?

– А как же, Геррихтен поспособствовал. В нашем распоряжении особняк на центральной улице, комнат на всех хватит, – обронил Цертер.

За беседой время прошло быстро, мы как раз оказались у городской стены. Обратиться смогли за ее пределами. А дальше нас вело чутье. Кажется, источник набирал силу, если мы его могли ощущать на таком расстоянии.

Приземлившись в долине, со всех сторон окруженной горами, увидели его – бьющий из земли родник, пока еще маленький, но уже невероятно мощный. Для любого немагического существа это выглядело как обычная вода, и только маги могли лицезреть его магическую составляющую: разноцветные переливы, в которых преобладал алый цвет.

– Если его хоть немного расширить и окружить камнями-концентраторами, он выйдет настолько мощным, что может разливать силу вокруг и на большие расстояния, – заметил Вицек.

Приблизившись, каждый из нас протянул руку и погрузил в воду, пока еще осторожно, словно знакомясь, чтобы ощутить силу источника. По ладоням пробежали искры, впитываясь под кожу. Меня слегка тряхнуло. Я ощутил, как кровь стала превращаться в жидкий огонь. Ненадолго, но и этого хватило, чтобы понять: такая мощь никому не должна принадлежать, только драконам.

Следующие пару часов мы устанавливали вокруг источника защиту, причем с таким уклоном, чтобы в случае приближения чужака каждый из нас мог ощутить вторжение. А Геррихтен и Цертер делали концентраторы – брали обычные плоские булыжники и драконьим огнем выжигали на них спирали, которые помогут силе источника сначала собираться в пучок, а потом аккуратно расходиться по заданным направлениям. Такая работа слегка измотала. И если магию мы восполнили тут же, то энергетический запас можно было пополнить только едой.

В город вернулись в сумерках. Товарищи предложили заказать что-нибудь в наш новый дом из ближайшего приличного ресторана, благо на центральной улице столицы их хватало. Но я отказался, мне захотелось осмотреть Карн, где предстоит провести много времени, заодно и понаблюдать за людьми. А сделать это можно только в непринужденной обстановке.

Я предложил наведаться в таверну, но драконы отказались: не все переносили людей и были настроены к ним лояльно. Спорить и убеждать никого не стал. На перекрестке мы разошлись в разные стороны. Мои спутники двинулись к посольству, а я туда, откуда пахло простой и сытной едой.

По пути то и дело приходилось обходить лавочников с тележками товара, смотреть под ноги, чтобы не вляпаться в конские лепешки, убирать которые тут никто и не думал; не ступить в грязь, ее на узких немощеных улочках в стороне от центральной оказалось особенно много.

Столица мне не понравилась. Пока шел, не уставал поражаться. Это же лицо королевства, почему никто не наведет здесь порядок? Для того количества магов, что здесь обитают, это не должно представлять сложности. Но тем не менее никого не волновала чистота. Еще и от запахов все время воротило. Драконий чувствительный нос слишком остро все ощущал. Надо будет на досуге придумать артефакт, чтобы для себя перебивать все эти запахи. Благо среди нас есть Вицек, у него отлично получается мастерить умные вещицы.

Потянуло едой. Я едва ли не с закрытыми глазами пошел на запах, чувствуя, что начинаю звереть. И если сейчас не съем кусок мяса, начну кидаться на людей.

Поворот. Показалось деревянное строение с вывеской, на которой болтался огромный жареный гусь на блюде, в нос ударил запах жареного мяса, вина и пряностей. Даже голова закружилась! Значит, мне туда. Даже шаг ускорил. И тут я в кого-то врезался.

– Ой, – послышалось смущенное. Моя злость свернулась на время, а дракон рассматривал юную лэри, что смущенно переминалась с ноги на ногу. На земле валялись какие-то свертки, а сама девушка хлопала глазами, не зная, как отреагировать и что делать.

Собрал все ее добро, очистил магией, вручил ей.

– Нельзя так торопиться, стоит иногда и под ноги смотреть, – произнес наставительно. А вспомнив аристократок из дворца, не удержался от насмешки: – Если только вы не мечтаете попасть в лапы дракона.

А сам наблюдал за ее реакцией. Она тут же вспыхнула. Рыжие всегда легко краснеют, вот и лэри не удержалась. Она фыркнула возмущенно, явно пытаясь подобрать слова, чтобы ужалить меня. Дожидаться ее реплики не стал, щелкнул по носу – очень захотелось это сделать – и, обойдя застывшую красавицу, все же добрался до еды.

В таверне народу оказалось много. Столик нашелся в углу. Я устроился так, чтобы видеть вход и других людей. Пока ожидал заказ, рассматривал присутствующих. В основном все люди. Из других рас никого не обнаружил, только в другом конце затесалась компания наемников из темных эльфов. На них никто не обращал внимания, а вот ушастые слишком настороженно осматривались, словно в любую минуту ожидая удара в спину.

Я, конечно, осведомлен об их мнительности, но сейчас они вели себя подозрительно. Решил понаблюдать не только за народом, но и за этой компанией. И не пожалел. Благо драконий слух не подвел. Темные обсуждали источник и возможность до него добраться в обход драконов.

– Как вы вообще это представляете? Мы не владеем первородным огнем, – зашипел самый старший из компании. – Да и драконы наверняка там уже побывали.

– И что? Думаешь, они успели поставить защиту? – насмешливо спросил эльф с темной прядью в белых волосах. Ответа дождаться не стал, презрительно отмахнулся: – Даже если и так, мы с любой защитой сможем справиться. А артефакт поможет перенастроить источник на нашу силу. Неужели вы не хотите обрести дополнительную мощь?

– Глупец, – выплюнул старший. – Ничему тебя жизнь не учит. Драконам не переходят дорогу. Фениксы еще могут побороться за источник, но и то маловероятно, если его уже активировали чешуйчатые.

– Да ты просто струсил, – не унимался задира. – Можешь оставаться тут, а мы пойдем и сами все сделаем.

Он глянул на троих товарищей, но те равнодушно взирали на слишком уж агрессивного собрата. Покачали головами.

– Эрхааль, Геминааль дело говорит. Мы не станем связываться с драконами, это опасно.

– Да вы все тут трусы, я и один справлюсь, – заявил эльф категорично, вскакивая. Никто не последовал его примеру, только скорбно склонили головы. А старший еще и напутствовал:

– Мы поставим памятник твоей глупости.

Больше от них ничего интересного я не добился. Они понизили голос и стали вплетать в речь незнакомые мне имена, обсуждая заказы. А я перевел взгляд на других посетителей. Многие ругали короля, жаловались на очередное увеличение налогов, мелькали имена лэров, которых простому люду хотелось убить, четвертовать, повесить и колесовать. Чем насолили аристократы – я так и не понял. А разбираться было лень. Мне главное – источник уберечь, а внутренняя политика пусть остается за монархом и его приближенными.

Принесли еду. Подавальщица – дама не первой свежести, так и норовила едва ли не лечь на стол. Я даже забеспокоился за свой обед, отодвинул тарелки и грозно глянул на женщину. Та тут же выпрямилась.

– Лэр желает еще чего-нибудь? – грубый голос, вульгарные манеры едва не отбили аппетит.

– Не беспокоить, не навязываться, дать спокойно поесть, – отчеканил, сверкнув глазами. Дамочку как ветром сдуло. А я взялся за еду.

Ничего интересного услышать больше не удалось. Каждый обсуждал свою тему: кто-то родных, некоторые делились планами на будущее, нашлись и такие, кто решил попытаться пробраться во дворец, надеясь отыскать там жениха для дочери на выданье. Естественно, глупца засмеяли, но он почему-то считал, что его принцесса достойна самого лучшего аристократа. И мужика совсем не волновало, что те не женятся на простолюдинках.

Быстро поев, бросил монету на стол и покинул таверну. Осталось отыскать посольство и свое новое жилье. Настроился на своих спутников, определил направление. И уже через несколько минут входил в дом. Встретили меня обеспокоенные лица товарищей.

– Защита источника потревожена.

И хотел бы сказать, что знаю, кто это сделал, но промолчал. А вдруг еще кому взбрело в голову проверить мощь и напитаться силой.

– Летим, – выдохнул, разворачиваясь к выходу.

Как бы мне ни хотелось отдохнуть, но дело превыше всего.

Глава 4

Анариэль

Вечером того же дня лэра ас Эрвей вдруг вспомнила, что забыла забрать журналы мод в книжной лавке на Бук-стрит. Я вызвалась за ними сходить. Все равно герцогиня после визита во дворец отдыхала и никого не принимала. Лэри сначала от меня отмахнулась:

– Сиди! Почитаешь мне вслух, а за свертком и горничная сбегает или лакей!

Но вскоре выяснилось, что у большей части слуг выходной, а те, что остались в доме, накрывают на стол и готовят ужин, так что с глубоким вздохом недовольства лэра меня отпустила.

Если честно – я была рада прогулке. В доме герцогини практически невозможно остаться в одиночестве – всюду ходят слуги, и даже в моей комнате часто бывает горничная. Поначалу я думала, что в парке возле особняка буду одна, но и там бродили садовники, помощники садовников, горничные и экономка наблюдали за мной из окна, а потом докладывали хозяйке и всем вокруг, чем я занималась на прогулке. Иногда возникало чувство, словно все так и ждут, пока я совершу ошибку, чтобы потом использовать ее в своих целях. Еще совсем недавно я и думать не могла, насколько люди могут быть злые, теперь убедилась на собственном опыте. Но никак не ожидала, что, работая в одном доме, стоит держаться настороже, чтобы не дать повод вездесущим слугам сказать о себе гадость. Порой это утомляет, хочется расслабиться, вдохнуть полной грудью, но не получается, так как даже этот вдох могут интерпретировать по-своему.

Так что вскоре я стала уходить на прогулку в общественный парк во время послеобеденного сна герцогини. Первое время даже оглядывалась: кто знает, вдруг и тут за мной следить станут. Но мне повезло.

Парк был старый и слегка запущенный. Даже скорее не парк, а слегка облагороженный кусок леса. Но менять в нем ничего не разрешалось – участок перешел городу по завещанию одного эксцентричного старого графа, и его условием было сохранить все в первозданном виде. Только на площадке у ворот размещались лотки с напитками и сладостями, а также цветочные клумбы и декоративные деревца, но уже через сотню шагов прямо в центре столицы вздымались вековые сосны, закрывающие кронами небо.

Я любила именно эту часть парка.

Однажды во время прогулки я забрела на маленькую полянку, споткнулась о корень и, попрыгав на одной ноге, села на пень и заговорила вслух:

– Вот, Анариэль дие Троше, все, чего ты добилась в жизни – прогулка в парке в свободный час дня. И то нельзя опаздывать, иначе слуги донесут хозяйке, да еще нажалуются!

– Слуг-ябед гнать надо поганой метлой! – раздался вдруг чей-то голос прямо над головой.

Я тогда вздрогнула, закрутила головой и… никого не увидела!

– Кто здесь? – спросила немного испуганно.

– Не туда смотришь! – голос был немного ворчливым. – На дерево посмотри!

Я подняла голову и удивилась – на толстом суку в густой тени сидела… сова! Конечно, солнце уже садилось, и тени стали гуще, но все же сова днем?

Кажется, я сказала это вслух!

– Сова днем! – буркнула птица. – Предлагаешь подлететь к тебе для беседы ночью?

Я вздрогнула, представив на минуту бесшумно планирующую птицу, которая светски осведомляется:

– Хорошо ли вы пообедали сегодня, лэри?

– Так вы хотели со мной побеседовать? – удивилась я. Знакомых сов у меня прежде не было.

– Я просто хотела с кем-нибудь побеседовать, а тут ты пришла! – так же ворчливо ответила сова. – Кстати, меня зовут Матушка Кейя.

– Матушка Кейя?

– Имя как имя, маг так назвал, который этот парк городу подарил.

– Красивое имя, – осторожно сказала я. – Не знала, что граф Ретур был магом.

– Был, был, жаль что науками чрезмерно увлекался, добрых советов не слушал и детей не оставил!

В голосе совы слышалась искренняя печаль.

– Вот парк городу завещал, чтобы мне было где жить. А то племянничек его сразу все из лаборатории выкинуть велел и слуг старых выгнал. Родовое гнездо перестроил, «немодно» ему!

Речь совы так напоминала мою любимую бабулю, что я широко улыбнулась.

– А вот нечего улыбаться! – фыркнула она. – Расскажи лучше, кто ты и откуда тут взялась? Полянка-то зачарованная! Сюда не каждая девица попасть может.

Я, конечно, удивилась, услышав про магическую защиту, а потом подумала, что скрывать мне нечего, и рассказала сове о своей семье и о том, почему я тут брожу.

– Значит, благородная девица, молодая, симпатичная, образованная, тратит свою жизнь подле богатой старухи за еду и кров? Понятно, почему ты ко мне попала! Потому что без моих советов пропадешь! А ну-ка рассказывай, где ты живешь!

Я так изумилась, что действительно рассказала сове, где живу. Потом услышала звон башенных часов, спохватилась, извинилась и убежала. А вечером в мое окно постучалась Матушка Кейя!

Сперва я безумно испугалась, ведь если кто из слуг прознает, не поздоровится ни мне, ни моей ночной гостье. Прислушалась. Кажется, дом уже спал, ни шорохов, ни разговоров. Облегченный вздох сдержать не получилось. Открыв окно, впустила гостью внутрь, предварительно проверив, нет ли кого во дворе.

Сова деловито изучила мое жилище и скудный гардероб, потом попросила оставить окно приоткрытым – на всякий случай – и улетела. В тот день я не смогла выбраться на прогулку, герцогиня была в плохом настроении, так что мы играли в карты, я читала ей вслух газеты. Ее светлость продержала меня рядом с собой до полуночи и только тогда вызвала камеристку, чтобы та помогла ей лечь спать. Я же, с трудом передвигая ноги, пошла к себе.

Открыла дверь, мечтая упасть на кровать и уснуть, но… на туалетном столике сидела недовольная сова!

Еще одну недовольную особу моя голова просто не выдержала – я отвернулась и принялась вынимать из волос шпильки и снимать платье. Нужно еще обтереться мокрым полотенцем – сил на купание не было совсем, и нанести на лицо отбеливающую мазь. Как у всех рыжих, пусть и очень светлых рыжих, у меня время от времени появлялись веснушки.

Сова молча за мной наблюдала, а когда я скрылась за ширмой, сказала:

– Я тут у тебя на подоконнике посплю. Утром еще кое-что проверю.

Мне было все равно – я переоделась в теплую ночную сорочку, забралась в постель с остывшей грелкой и уснула.

Утром Матушка Кейя дремала на подоконнике под моей парадной шляпкой.

– Солнце! – буркнула она, отворачиваясь. – Занимайся своими делами, вечером поговорим!

Я не стала спорить – сходила в купальню, позавтракала, отложив для гостьи полоску бекона, предупредила о слугах, которые не должны были увидеть ее, и спустилась к герцогине. На сей раз лэра ас Эрвейс была милосердна и отпустила меня к себе после ужина.

Сова ждала на подоконнике. Увидев меня, она втопорщила перья, а потом начала говорить. Оказывается, экономка зажала ткань на два новых теплых платья, которые распорядилась пошить мне герцогиня. Лакей украл мое зеркальце в фарфоровом футляре и подарил своей любовнице – прачке. Горничная регулярно пользуется моим кремом для рук, а вторая горничная примеряет мои шляпы и пальто.

Я пришла в ужас. Это все вызывало отвращение! Но что же делать? Я знаю, что они меня боятся после нескольких случайных происшествий. На кухне стали верить, что меня защищают Светлые, но вот такие мелкие пакости…

– О, я тебя научу! Слушай внимательно! Завтра утром, когда эта дурочка принесет тебе завтрак, скажешь ей, что в крем была добавлена вода из источника святой Каролины!

– И что? – нахмурилась я.

– А то, что эту воду без опаски могут использовать только невинные девы, – фыркнула сова. – Она прекрасно отбеливает кожу, удаляет веснушки и всякие дефекты. Но только юным, невинным девицам. А эта горничная уже месяц спит со своим женихом!

Я схватилась за голову:

– Но ведь никакой воды в креме нет!

– Она этого не знает, но крем трогать перестанет!

Я колебалась, но… За завтраком непринужденно сказала, что мне привезли пузырек воды святой Каролины, и я добавила ее во всю свою косметику.

– Представляешь, Тирна, у меня теперь совсем не будет веснушек! Эта вода творит чудеса! Жаль, что ей нельзя пользоваться после свадьбы!

– А… почему нельзя? – осторожно спросила горничная, заправляя кровать.

– Потому что она помогает только невинным девам, – сказала я, нанося крем на лицо, – а всем прочим добавляет чужие уродства. Надо же святой Каролине куда-то девать все эти пятна?

Девица побледнела и вскоре ушла.

– Отлично! – сказала сова с подоконника. – Теперь иди к экономке и угости ее чаем. А завтра скажешь, что это был чай из королевского леса. От него у вора, если он не вернет украденное, отсыхают руки!

В общем, с помощью матушки Кейи моя жизнь определенно стала лучше.

Увы, мудрая волшебная сова не могла все время у меня жить – ей нужно было обязательно возвращаться в свой волшебный лес, а еще она питалась мышами – человеческая еда не могла ей заменить привычный рацион. Так что, выбравшись на прогулку, я шла в парк, находила волшебную поляну и болтала с доброй совой, как со старым другом и советчицей.

Но в этот день все пошло не так. Я забрала журналы, аккуратно завернутые в плотную бумагу, и едва вышла из лавки, как в меня врезался дракон! Сверток упал в грязь, а этот наглый огромный мужлан еще и мораль мне прочитал – как будто это я на него налетела, а не он на меня! И по носу щелкнул, как ребенка!

Я так разозлилась, что добежала до леса за пять минут и еще долго, пыхтя, носилась по полянке, вытаптывая траву.

– Ну и кто довел мою девочку до такого бешенства? – спросила Матушка Кейя, когда я наконец успокоилась и присела на пень.

Пришлось взять себя в руки и все ей рассказать. Про утреннюю встречу с драконами во дворце, про то, как снежноволосый красавец угодил в грязь, и про новую встречу, когда он меня не узнал и отчитал, как ребенка!

Матушка Кейя утешающе ворковала, а когда я заявила, что в следующий раз стукну этого противного дракона зонтиком по голове, сова вдруг рассмеялась и сказала:

– Не переживай, Анариэль, получит твой дракон зонтиком! И даже по голове!

Я не поняла, над чем Матушка смеялась, но после рассказа мне стало легче, и я попрощалась с доброй совой, чтобы отнести журналы герцогине. А дракон… красивый, конечно, но что ему до меня? А значит, и мне до него дела нет!

Глава 5

Сивер

Уже на подлете к долине мы накинули отвод глаз, чтобы нас не заметили раньше времени. Так был шанс услышать, кто именно их нанял. Это действительно оказались темные эльфы, причем всей компанией. Я даже усмехнулся. Знали, насколько это опасно, и все равно полезли. Не подозревал дроу в такой наивности!

Человеческую форму мы приняли под отводом глаз, приблизились, наблюдая, что именно темные пытаются сделать. Я даже головой покачал. Двое были ранены, наша защита успела основательно их потрепать, но упорные наемники не сдавались. Неужели и правда думают, что им под силу пробить щиты вокруг источника?

– Глупость, оказывается, заразна, – вырвалось у меня.

– Ты о чем? – тут же повернулись ко мне товарищи. Я махнул рукой, показывая, что потом объясню, если в том останется нужда. Они кивнули. И разом сняли отвод, представ перед наемниками во всей своей красе.

– Заблудились? – участливо поинтересовался Вицек. Эльфы дернулись и повернулись к нам, готовые атаковать.

– Странно, а я думал, вы умнее. В таверне же отказались следовать за глупцом, а тут я наблюдаю всю компанию, – подключился и я. – Вижу, Эрхааль вас все же убедил, – я даже имя задиры запомнил.

– Я же говорил, что за нами наблюдают, – Геминааль с укором глянул на своих товарищей, злой и раздраженный взгляд достался задире, именно он сейчас валялся раненый, не в силах подняться на ноги.

Вероятно, ему больше всех хотелось первому проникнуть под наши щиты, за что и получил. Очень жаль, что нам не удалось узнать, кто же все-таки их нанял. Что-то подсказывало, правды они нам не скажут, но попытаться стоило.

– Чей заказ вы выполняете? – вместе с вопросом я пустил немного силы, чтобы они стали откровеннее. Но не рассчитал, что на них могут быть артефакты – и весьма мощные. Мой посыл ушел «в молоко».

– Ты правда думаешь, дракон, что мы тебе скажем правду? – глаза старшего сверкнули ехидством. Я равнодушно дернул плечом.

– Попытаться стоило.

– И что нам с ними делать? – в пустоту задал вопрос Цертер. И тут же предположил: – Сжечь их, что ли? Чтобы неповадно было.

– Не-а, надо что-то другое, а то ведь другие не поймут всей серьезности прегрешений, все равно полезут. А так будет показательная порка, она наглядно покажет, что нельзя нам переходить дорогу, – предложил Геррихтен.

Я пока молчал, наблюдая, как ушастые собирают силу, явно надеются нас атаковать. Мне даже стало интересно, что у них получится. Геминааль заметил мой хитрый прищур, опустил руки и едва уловимым жестом показал остальным, чтобы не напрягались. Он осознал, что их манипуляции не просто не остались незамеченными, так и вряд ли нанесут нам какой-то урон.

Мои товарищи замолчали, сделав вид, что раздумывают, как поступить с нарушителями. Пока наемники кучковались, заранее готовясь защищаться и дорого продать свою жизнь, Вицек накинул отвод глаз, достал кинжал, и спустя три удара сердца все наемники остались без своих кос. А мой товарищ, снова вставший рядом со мной, любовался на дело рук своих. А потом холодно отчеканил:

– Насколько я знаю, для эльфов коса – самый важный атрибут. И нет большего оскорбления и унижения, чем лишиться ее. Это и будет вашим наказанием.

Сколько ярости на нас обрушилось, но сделать ушастые ничего не смогли, мы в своем праве. Это они влезли туда, где их не ждали.

– Пошли прочь, – процедил Цертер. Ушастым не надо было повторять дважды. Зато Вицек покачал головой и щелкнул языком:

– Смотрю, ты сегодня в ударе. Отпустить наемников – благородный жест, но я не понимаю, зачем. Надо было их тут и оставить, подпитали бы своими трупами землю.

– Это на тебя напала кровожадность, – на этот раз усмехнулся я. И пояснил: – Нельзя около проснувшегося источника чинить насилие, иначе потом проблемы будут у нас. Забыл, что он пока не оформился с направлением. Одно убийство – и сила источника станет темной. Оно нам надо? Потом преобразовывай ее, очищай первородным огнем, восстанавливай истоки… Долго, муторно и нецелесообразно.

Товарищ вздохнул, понимая мою правоту. Махнул рукой.

– Ладно, смотрю, вы тут сегодня все какие-то добренькие. А вот я бы с удовольствием что-нибудь разрушил.

– За чем дело стало? Вокруг ни души, разрушай в свое удовольствие. Кто тебе мешает? – разрешил Геррихтен.

Мы остались около источника, а Вицек, обратившись драконом, взмыл в небеса и скрылся за одной из горных скал. Оттуда послышался грохот. Пожелав товарищу отлично развлечься, мы приблизились к источнику, с удовольствием наблюдая, как он разросся, стал шире, в нем увеличилась мощь огня, и смотреть на первородное пламя хотелось бесконечно. Еще немного, и мы получим отличный сформировавшийся поток, который можно будет перенаправить в наши земли. А то человеческое королевство стало утомлять. Люди на нас смотрят, как на чудовищ. Но вместо того, чтобы шарахаться, липнут, как мухи на мед.

– Отвел душу? – спросил у вернувшегося товарища, так и лучащегося благодушием.

– Ага, полегчало. Кстати, я там случайно жилы обнаружил, надо будет пообщаться с величеством и выкупить этот участок, благо он находится на границе с Драконьим Хребтом. Проблем возникнуть не должно, – Вицек задумался, еще раз глянул в ту сторону. – Только надо пока скрыть разгром и мою находку. А то этот нервный мелочный королек не согласится на продажу. Уверен, он сам пожелает узнать, зачем мне этот кусок скалы.

После завершения дел мы двинулись обратно. На этот раз я никуда заходить не стал, усталость давала о себе знать. Да и есть снова захотелось. Геррихтен сообщил, что в доме, купленном для посольства, нас уже ждет накрытый стол. Отличная новость подняла настроение.

Вечер мы провели в столовой, разложив на опустевшем столе карты человеческого королевства. Выходить никуда не хотелось, чтобы не видеть людишек. Жаль, скрыться от них нигде невозможно.

С утра к нам прилетел вестник от величества. Он требовал нашего присутствия во дворце. Тон письма был грубоватым, что не понравилось главе нашего посольства, а уж драконы помоложе вообще предложили спалить дурную бумажку драконьим огнем. Пришлось урезонить их немного и предупредить, что жить нам станет негде, если только на улице или на постоялом дворе, где мы имеем все шансы стать питомцами в местном зверинце. Друзья согласились. Но спускать королю такое отношение не собирались. И я их прекрасно понимал, у самого руки чесались как следует проучить зарвавшегося монарха.

Собирались не спеша. Время встречи нам назначили послеобеденное. Мы успели и позавтракать, и пообедать. Пытались строить теории: зачем мы вдруг понадобились Фредрику, но ни у кого из нас ни одной мысли подходящей не возникло. Пришлось ждать положенное время.

Не успели подойти к дворцу, как у меня появились нехорошие мысли. Слишком много народа, кареты, расфуфыренные придворные. Мы с друзьями переглянулись. Я нахмурился. Усилил драконий слух. И не я один, вон как товарищи напряглись. Недалеко от нас проходила дама с двумя дочерьми, она обстоятельно наставляла, как понравиться мужчине, в частности дракону. Девицы глупо хихикали, но внимательно слушали.

С другой стороны, важный отец семейства не разменивался по мелочам, он в приказном тоне требовал от дочери, чтобы она создала компрометирующую ситуацию, после которой один из драконов обязан будет на ней жениться.

И такие разговоры мы услышали от многих аристократов. Я немного отстал и едва не споткнулся, когда до меня дошло, для чего именно нас сюда пригласили. И надо же было такому случиться, что позади шествовала дама преклонного возраста, именно на нее я случайно налетел. Извиниться не успел, она обрушила на меня свой зонтик, что-то причитая о том, что молодежь совсем страх потеряла, и уже сносят с ног почтенную леди! При этом зонтиком старушка владела как мечом, истыкав мне спину и, наконец, сломав дурацкую безделушку о мою несчастную голову!

Я не мог сражаться с престарелой человечкой, поэтому поторопился сбежать и скрыться за стриженой изгородью в парке. Надо догонять своих, пока меня тут кто в оборот не взял, вон как хищно уставились, готовые, как те пираньи, накинуться скопом.

Догнав своих, вошел с ними в ярко освещенный зал. По-хорошему стоило бы отыскать правителя и узнать, что тут происходит. Но нас сразу взяли в оборот слуги и сопроводили именно туда, где сейчас находилось огромное скопление людей. От количества запахов сразу закружилась голова. И ладно бы только парфюм, но запах пота, несвежей одежды и тел заставил с трудом сдерживать тошноту. У драконов слишком тонкий нюх, но мало кто это понимает, особенно людишки.

– Что-то у меня нехорошие предчувствия, – едва слышно заметил Вицек.

– Не только у тебя, – отозвался я.

Правителя пока не было, народ неспешно шествовал по залу, изредка переговариваясь между собой. При этом некоторые, словно хищники, норовили приблизиться к нашей компании. Цертер принюхался, скривился и предупредил:

– Я бы не советовал что-то здесь есть или пить. Не нравится мне аура, подозрительная слишком.

– Не понимаю, к чему все это? – Геррихтен передернул плечами.

– Дай угадаю, нас наверняка решили женить, надеясь, что мы тут и останемся, – усмехнулся я, поражаясь людской глупости.

– Ага, и детишек заделаем на радость местному правителю, считающему, что за наш счет он может усилить собственное королевство, – процедил Вицек. И задал вопрос в пространство: – Он правда идиот или считает идиотами нас?

Естественно, отвечать никто из нас не стал, потому что ответа на данный вопрос у нас не было. А потом и вовсе стало не до разговоров, так как затрубили трубы, ударили огромные медные тарелки, и герольд объявил приход его величества. А помпы-то сколько!

Народ расступился, склонился в поклонах и реверансах. Одни мы так и остались стоять. Драконы не кланяются людям. Если только при приветствии можем слегка кивнуть, не более того. Естественно, наш демарш не остался незамеченным. Взгляд Фредрика резанул. Он реально собирался нас напугать? Хотелось расхохотаться, но пришлось сохранять лицо бесстрастным.

Устроившись на троне, величество подозвал нас к себе. Шли неспешно, сбоку раздавались ахи-вздохи. Обращать на них внимание и не подумали. Приблизившись, едва заметно склонили головы в знак приветствия и тут же выпрямились. И снова король остался недоволен. Вон как губы поджал. И тут фальшиво заулыбался.

– Дорогие гости, вы тут уже столько времени, а толком познакомиться и пообщаться нам так и не выпал шанс, – начал елейным голосом без грамма искренности.

Ага, сказал тот, который в первый же день разогнал всех. Свои мысли я оставил при себе, продолжая слушать речь правителя. Не терпелось узнать, что же ему все-таки понадобилось. И тот не разочаровал:

– Сегодня я решил устроить бал в вашу честь, чтобы мои подданные могли познакомиться с представителями драконьей расы. Может, кому-то сегодня повезет, – и хитро подмигнул, словно заговорщик. – Сегодня здесь собрались дебютантки. Не уделите девушкам внимание? Думаю, свой первый выход в свет они запомнят надолго.

– Угу, а потом будут внукам сказки рассказывать, как на своем дебюте лицезрели настоящих драконов, – не удержал скепсиса Вицек.

Кажется, Фредрик был уже на грани, его терпение подошло к концу. Улыбка стала натянутой, в глазах сверкнуло бешенство.

– В общем, развлекайтесь, сегодня ваш день.

Как я понял, аудиенция подошла к концу. Осознали это и мои товарищи. Мы поторопились отойти подальше, чтобы тут же оказаться атакованными местным бомондом. Девы тут не стеснительные, явно не обремененные моралью. Некоторые даже нагло повисли на Вицеке и Цертере, нам с Геррихтеном удалось избежать подобной участи. Ни танцевать, ни с кем-то знакомиться не хотелось. Я бы с удовольствием вообще покинул это место. Но и оставлять друзей на съедение гарпиям не собирался, придется терпеть.

Спрятаться не вышло. Мне пришлось несколько танцев станцевать с дебютантками. И если первые две являли собой образец скромности и благочестия, то третья оказалась особой наглой. Она собиралась танцевать со мной и дальше. Едва отвязался, подхватив еще какую-то куклу и закружив ее в танце. А потом и вовсе сбежал в сад, мне срочно нужен был свежий воздух. Судя по ярости в глазах друзей, не мне одному.

Чего только за вечер не происходило. Нас пытались куда-то пригласить, регулярно поступали предложения показать дворец, картинную галерею, оранжерею, одной барышне даже пришла в голову оригинальная мысль сводить меня на экскурсию в подвалы. Зачем? Это так и осталось для меня загадкой.

В какой момент я начал на всех рычать, сам не понял. Достало все. Переглянувшись с друзьями, глазами указал на выход. Пора отсюда бежать, пока мы не лишились рассудка. Мои спутники со мной согласились. Вот когда порадовался, что выходов из зала оказалось несколько. Пока товарищи штурмовали двери, я раздумывать не стал и вышел на балкон, уже с него сиганул в сад. Прислушался. Даже тут народу оказалось много.

Выбрал направление, где было тише всего. Мой путь проходил через зону отдыха. Под ноги попал камешек, я споткнулся. На голову мне прилетел садовый зонт. Чуть не взвыл. Да что ж такое? Сегодня явно не мой день, все зонты решили проверить мой череп на прочность.

Разгуливать на своих двоих желание отпало. Так как на город опустилась ночь, я плюнул на всякое уважение к местному монарху и решил обратиться, чтобы побыстрее оказаться дома. Устал.

Призывая магию для оборота, услышал вдруг ворчливое:

– Молодец. Умный. Да-да, дружок, лети отседова, пока не достали те, кто тебя столько ждал. У них длинные ножи и неприятные артефакты, а девочке нужен целый мужик!

– Кто здесь? – рыкнул я, но в ответ донеслась лишь насмешливая тишина.

Н-да, вероятно, удары зонтиками бесследно не проходят, уже голоса мерещиться начали. Пора домой и отдыхать, пока окончательно не тронулся.

Глава 6

Анариэль

Журналы ее светлость не стала даже смотреть – сразу пожелала выйти на прогулку в сад возле дома. Я спрятала тяжелый вздох, снова накинула плащ, и мы долго кружили по дорожкам под бесконечное ворчание герцогини о прежних временах и нравах. Кажется, драконы расстроили ее светлость сильнее, чем она хотела показать. В конце прогулки я узнала, что лэра ас Эрвейс в молодости была влюблена в дракона, но этот ветреник отправился искать свое счастье в другую страну.

– Глупый их обычай, детка! Совершенно идиотский, – сокрушалась герцогиня, таская меня под руку по саду. – Разве ему было плохо рядом со мной? Но нет, этот рыжий красавец полетел к своему Оракулу!

– Оракулу?

– О, это кто-то или что-то в драконьих горах, – вздохнула герцогиня. – Когда дракон теряет вкус к жизни или, напротив, готов к переменам, они отправляются в Оракулу, и тот им дает совет, где искать счастье. Я так надеялась, что Рэйдилю скажут: «Твое счастье рядом», но увы… Он улетел в другую страну и там, я слышала, стал придворным чародеем и женился…

– Женился на обычной женщине? – тут я была искренне удивлена.

В школе нам объясняли, что драконы, эльфы и даже тролли и гоблины живут существенно дольше людей. С некоторыми расами могут сравниться сильные маги, но все равно долголетие тех же эльфов вошло в легенды.

– О, это же просто, дорогая! – герцогине ужасно нравилось мне объяснять то, чего я не знала в светской жизни, это, кажется, прибавляло ей сил. – Драконы, эльфы и прочие долгоживущие редко сочетаются браком с людьми, но если такое все же происходит, у них есть специальный ритуал, который продлевает жизнь половинки. Правда, если, скажем, дракон женится на драконице и погибнет в бою, драконица возложит на его могилу памятную чешуйку и займется своими делами, а человеческая женщина умрет вместе с мужем. Но разделить пару тысяч лет согласны многие…

Я задумалась и спросила:

– Неужели не случалось браков по расчету – ради долголетия?

– О, случались! Один король Ардалии выдал дочь за эльфа, полагая, что обеспечил ей долголетие. Увы, оказывается, ритуал не работает, если нет настоящих чувств. Принцесса прославилась своим легкомыслием, говорят, мужа не любила и творила глупости, так что весь Лес в обмороке лежал. Наследника родить не сумела, а потом как-то быстро состарилась и умерла, несмотря на знаменитую эльфийскую медицину. Зато теперь таких глупостей никто не совершает. Либо честный политический брак, в котором человек старится и умирает сам, либо брак по любви, когда двое становятся едиными и делят век на двоих…

Лэра ас Эрвей тяжело вздохнула.

– Значит, Оракул предсказывает драконам, где искать жену? – нарочито наивно спросила я, стараясь вывести герцогиню из задумчивого молчания.

– Да что ты понимаешь, девчонка, – разворчалась она тут же, – «счастье» и «жена» не всегда синонимы! Рэйдиль рассказывал мне про двоюродного деда, который полетел туда, куда велел Оракул, и нашел какую-то редкую букашку. Изучил ее, дал свое имя и был абсолютно счастлив, потому что его никогда не забудут. Другой родственник в указанном месте отыскал шахту с редкими кристаллами. Ни людям, ни гномам они не нужны, а драконы с их помощью выдыхают разноцветный дым в праздничные дни. Потом он научился наполнять этими кристаллами трубки, и ты сама знаешь, цветной дым где только не используют!

Я задумалась.

Да, цветными дымами подавали сигналы, украшали праздники, отмечали финиш в соревнованиях и еще много чего. И все это придумал дракон, для которого это вот стало счастьем?

Ее светлость еще немного поворчала на драконов и Оракула, а потом честно сказала, что была довольна своей жизнью в браке с герцогом и уже не представляет своей жизни с драконом, но…

– Какие ж они красавцы, Риэль! Какие красавцы! Не влюбляйся в дракона, если не желаешь получить разбитое сердце. А то в какой-то момент будешь ждать предложения, а твой любимый отправится к своему Оракулу и узнает, что не ты его счастье, а где-то в мифических далях, – и столько сожаления было в ее голосе. Видимо, не так женщина и равнодушна к прошлому, как хотела показать. Но я сделала вид, что приняла ее слова на веру.

Тут поднялся холодный ветер, с деревьев полетела желтая листва, и мы вернулись в дом.

Однако ее светлость меня не отпустила – велела подать горячий шоколад и печенье, а к ним те самые модные журналы. Около часа мы обсуждали вошедшие в моду воротнички с острыми кончиками, двойные «венгерские» петли и шляпки «а-ля дракон», напоминающие драконий гребень.

Потом я сидела с лэрой, пока камеристка расчесывала ей волосы и делала вечернюю маску для лица – я то читала вслух журнал, то подавала флакончики с редкими маслами, то полотенце или гребень. Наконец герцогиня достаточно утомилась, чтобы пойти спать, и я с величайшим облегчением сбежала в свою комнатку.

Теперь тут было даже уютно – в камине полыхали куски угля, в постели лежала грелка, а на столике у окна меня ждал ужин под колпаком. Блюда остыли, но выглядели аппетитно. Я поела, но совсем чуть-чуть – от усталости слипались глаза. Однако в кровать лечь не успела – в окно тихонько стукнули.

Матушка Кейя явилась с полуночным визитом.

– Не спишь? Хорошо! – сказала она, усаживаясь на подоконник. – Завтра тебе нужно поехать за город на прогулку!

– Да как я поеду? – искренне изумилась я. – Ее светлость за город отправится только по снегу, чтобы провести праздники в поместье. А может, и в столице останется, чтобы повеселиться на балах.

– Ты как младенец! – покачала головой Матушка Кейя. – За завтраком восхитись солнечным днем, вспомни, какие прекрасные в эту пору яблоки, потом спроси лэру, любит ли она сладкие осенние яблоки и где их раньше собирали.

Я все еще хлопала глазами, а сова распушила перья и проскрипела, подражая голосу моей хозяйки:

– Эх, молодежь! Всему-то вас учить надо! На юге столицы расположены прекрасные яблоневые сады. Туда любит приезжать на прогулку столичная знать. Дети собирают яблоки в корзинки, родители просто шатаются среди деревьев, приветствуя знакомых. Вот туда тебе завтра и надо!

– Я попытаюсь! – честно ответила я и, чмокнув Матушку в перьевую макушку, легла в постель. Силы были на исходе.

Поутру я встала на удивление бодрой. Умылась, оделась и села за книгу в ожидании, пока меня позовут к завтраку.

Ее светлость с утра была не в духе и первая обратила внимание на ужасный яблочный джем, который нам подали к тостам. Вызванная экономка повинилась – мол, яблоки из поместья прислали мелкие да червивые, вот и джем получился такой невкусный, темный и горьковатый.

Разговор сам собой перешел на детские воспоминания и яблоневые сады. После завтрака ее светлость приободрилась, велела запрячь лошадей в удобную коляску, взять пару пустых корзин, лакеев и экономку, чтобы ехать в сады – гулять и собирать яблоки.

Экономка ее светлости была разумной женщиной, поэтому к пустым корзинкам добавилась еще одна – с провизией, горячим пряным вином и полотенцами для пикника.

Ехать пришлось долго – сначала по запруженным центральным улицам, потом по предместьям, и наконец фиакр вырвался за город, и я с восторгом вдохнула горьковатый осенний воздух, пахнущий дымом костров, осенними листьями и яблоками.

Матушка Кейя оказалась права – за городской стеной в некотором отдалении от чада печей, вони сточных канав и городского шума раскинулись старые яблоневые сады. Между высоких деревьев с искривленными стволами и крупными ветками прогуливались парочки, бегали ребятишки, важно шествовали хозяйки с корзинками – все собирали яблоки. Кто-то рвал с веток, кому-то хватало падалицы.

На входе любезная хозяйка предлагала купить пустые корзинки, корзинки с яблоками, яблочный джем, яблочные пироги и сушеные яблоки. Рядом с ней сидели две румяные девушки и быстро чистили яблоки для новых пирогов и джемов. Длинные «яблочные стружки» тоже не пропадали – их сушили и готовили дешевый яблочный чай.

На выходе из сада стоял пожилой хозяин. Он принимал плату за корзины с яблоками, наметанным взглядом вылавливая хитрецов, насыпающих поверх добротных яблок с ветки тонкий слой зеленоватой или переспевшей падалицы.

Ее светлость важно прошла мимо хозяйки, за ней шествовала я, потом экономка и лакеи с корзинками. Возле ворот все яблоки были собраны, так что герцогиня энергично углубилась в сплетение посыпанных песком дорожек.

– Эти уже переспели, – отмахивалась она от прозрачно-желтых яблок. – Эти еще деревянные, – указывала на зеленые. – А вот эти в самый раз!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.