Кирилл Кудряшов
Моно логи. Том 1

1. Купи, Кирилл, свинины!

"Купи, Кирилл, свинины!" – сказала мне Света по телефону. Ей легко говорить: она хоть знает, как свинина выглядит… Но я, логически рассудив, что на ней обязательно будет табличка "СВИНИНА", бодро двинулся на рынок…

Оказалось, зря.

Начать надо с того, что к рынку я подкатил около шести, когда все уважающие себя продавцы уже отторговались и уехали восвояси. Посередь рынка торчала только одна женщина, на прилавке вокруг которой было что угодно, кроме свинины… При ближайшем рассмотрении обнаружились "свиные рёбрышки", но я, взглянув на эту костлявую херню, подумал, что это не то…

В углу рынка прикорнул холодильник с быдловатого вида бабой. То, что лежало в этом самом холодильнике, повергло меня в шок! Я-то ожидал увидеть простые и понятные таблички: "свинина", "говядина", или, на худой конец, пресловутое "мясо говядины"… Но шоб так!

Глаза разбежались в разные стороны между свиным жиром, свиным рагу, свиными мозгами (!!!!!), свиными рёбрышками и свиной рулькой.

Слово "рагу" я всю жизнь считал ругательством. Или, может, это монстр такой в "Манчкине" был? Рагу? Рыгачу? Ну а рулька… Рулька – это вообще выше моего понимания.

Звоню жене. Описываю ситуацию. Она говорит, мол, купи рульку. Но сначала посмотри, ТОЧНО ЛИ НЕТ СВИНИНЫ???

Она меня просто хорошо знает – такое уже не раз бывало: решив, что на прилавке нет цыплят, я покупал старую, умершую своей смертью курицу, и только после этого видел развесёлую табличку "Молодой и вкусный бройлер"…

Решаю разведать обстановку. Обращаюсь к продавщице, стараясь по возможности не слишком сильно выглядеть идиотом.

– Меня жена на рынок отправила. Купи, говорит, свинины. А у вас на прилавке я свинины не вижу. Может, не по глазам?

– Ну, смотря какая свинина вам нужна. Вот рагу свиное возьмите.

– А что такое рагу? – спрашиваю я.

– Ну… это… Рагу в общем, – демонстрирует мне невнятный мешок с какой-то хренью…

Спасла меня продавщица из соседнего отдела:

– Рагу – это одни кости!

– Люська! Заткнись нах! – рыкнула на нее "моя" продавщица, и тут же снова улыбнулась мне во все свои 43 прокуренных зуба.

– Так, ладно, – говорю я, – Рагу отпадает. А что такое рулька?

– Рулька? Ну, рулька, это…

– Рулька – это рулька? – подсказываю я.

– Ага! – обрадованно говорит продавщица.

Понимаю, что пиздец наступает, но делаю еще одну попытку.

– Ну попробуйте объяснить мне, человеку, далекому от кухни… и от свиней, что такое рулька?

– Да хрен его знает! – рычит на меня явно теряющая терпение продавщица. – Будете брать?

– Давайте зайдем с другой стороны, – пробую я развить у нее логику, – Свиные мозги – это мозги. Свиные ребрышки – это ребрышки! А рулька – это какая часть свиньи???

В глазах продавщицы вспыхивает понимание вопроса!

– А, вот вы что имеете в виду! Рулька – это лытка!

Я чувствую, как плавится мой мозг.

– Ах, – говорю я, – Значит, лытка! Вот так вот всю жизнь живешь и думаешь, что лытка – это лытка, а она оказывается ни фига не лытка, а вообще рулька! Сейчас вы мне еще скажете, что Деда Мороза не существует, да? И что клубника орешками плодоносит?

Я отмщен! Мозг продавщицы тоже взорван…

– Вы брать будете? – тоскливо спрашивает она.

– Рульку-то? Ну, то есть лытку… Буду! Два кило мне, пожалуйста…

2. О ебалаях, психологии, сексе и Фрейде!

Друзья и товарищи, вы меня знаете. Моё раздолбайство и мою тягу к общению и к новым людям. Со многими из вас я так и познакомился. По принципу "А напишу-ка я ей/ему", просто потому что понравился мне человек.

Многое я видал в жизни, но таких ебалаев – впервые!

Сидел на работе. Выдалась свободная минутка. Полез в "Вконтакте" (и не надо упрекать меня в тунеядстве, я там уже двух клиентов выцепил! По работе я туда полез!), и в процессе поиска наткнулся на девушку с умным взглядом, милой улыбкой и интересной страничкой. Пара ёмких цитат, упоминание Шолохова в любимых книгах, а "Терминатор" (причём именно первый) в любимых фильмах убедили меня в том, что нужно познакомиться с этим человеком, ибо, скорее всего, человек интересен.

Постучался в Аську. Разговорились. Пока что только общими фразами, настороженно присматриваясь друг к другу.

– А чего ты мне написал?

– А почему бы и нет?

– Тоже верно.

Время от времени возникали паузы в разговоре, ибо оба на работе, у обоих дела. Постепенно завязалась беседа. О кино, о литературе (тут прозвенел первый тревожный звоночек, которого я не заметил: "Вот некоторые любят "Мастера и Маргариту", а я не понимаю этого произведения!"), о жизни… О самолетах (!!!!); она – бухгалтер в пожарной лесоохране…

Второй тревожный звоночек уже бросился мне в глаза. У меня стоял статус: "Трудно жить, ничего не делая. Но мы не боимся трудностей". "Я не поняла твоего статуса", – сказала она, – "Разве тем, кто что-то делает, жить легче?" Но ничего, думаю, бывает. Все мы с тараканами. Я, вон, вообще с гусями…

В самом начале беседы, в рамках разговора "а чего ты ко мне постучался" я четко и недвусмысленно дал понять, что стучусь познакомиться не в молодежном смысле этого слова. Что мне не нужна девушка. Что я женат. Просто люблю интересных людей… И вот прозвенел третий звоночек. Нет, не звоночек. Колокол! Набат нах!

Хистори осталась на работе, текст сей пишется дома, поэтому диалог воспроизведу не точно, но память у меня вроде бы хорошая.

Она: В Интернете столько психов и дебилов! Ужас просто.

Я: Да и в реальности их не меньше. Но нас с тобой-то это, слава Богу, не касается, верно?

Как оказалось, касается.

Небольшая пауза, а потом…

Она: Вот у тебя же есть жена… Вот и еби ее, а не лезь в чужую жизнь, и без того не устроенную!

Может быть, это был крик души… Израненной и исстрадавшейся… Хрен его знает. Я просто ответил, что "могу даже предположить, почему у тебя жизнь не устроенная", и удалился.

Думаете, на этом история закончилась? Не тут-то было. На следующий день она мне написала. Не извинилась за свое поведение. Не послала меня ещё дальше. Она просто объяснила свои действия.

– Дело не в тебе. Просто Фрейд утверждал, что ……

Дальше шла тирада на полунаучном наречии, которую я, пока литр пива не съем, воспроизвести не смогу, но суть её сводилась к тому, что у всех мужчин на первом месте секс и только секс…

– А ты сказал, что постучался ко мне просто познакомиться, пообщаться. Следовательно, ты врешь!

Мля… Кошка любит молоко. Сократ любит молоко. Сократ – кошка!

Я даже не нашел, что ответить….

Отныне общение с незнакомыми девушками, у которых на страничке "Вконтакте" хоть как-то присутствует Фрейд, буду начинать с "Привет. Я хочу тебя трахнуть! Но не буду! Теперь мы можем поговорить как нормальные люди?"

3. О людях, самолетах, широкой душе и страхе полетов.

Уверен, так или иначе, чувство страха перед полетом знакомо всем. Не фобии (фобии вообще иррациональны, и о них я даже речи вести не хочу), а просто страха. Когда самолет вдруг ухает в воздушную яму, срываясь с потока, или входит в зону турбулентности, и его начинает швырять из стороны в сторону.

Те, кто летал, знают это чувство. Вроде бы умом понимаешь, что самолет – самый безопасный вид транспорта, но когда ты на 11 000 метров, а самолет кидает из стороны в сторону, словно трамвай на рельсах, крамольная мысля всё же проскакивает: "А вдруг мне сегодня не повезёт?".

Уверен, все понимают природу этого страха. Те, кто не летал – не испытывали этого чувства, но, при наличии более-менее работоспособного воображения, легко могут его представить. И всё же, несмотря на то, что все понимают, откуда растут его корни, я хочу поднять эту тему в этих строках и поделиться своим способом его преодоления. Вдруг кому пригодится… Хотя, большинство, конечно, сочтут меня попросту сумасшедшим.

Чего мы боимся на высоте в 11 километров? Почему проехать на машине не пристегнувшись (шанс погибнуть тысячекратно выше, чем в авиакатастрофе) – это нормально, а вот посадка в самолет для большинства – это всё же что-то экстраординарное и немного пугающее? Ведь не разбиться мы боимся, ибо знаем, что шанс погибнуть в авиакатастрофе – 1 к 9 миллионам. В глубине души мы знаем, что совершеннее самолета – только космические корабли, что все системы в нём дублированы по нескольку раз, что у пилотов сотни часов налёта и молниеносная реакция на любое изменение полётных данных.

Мы боимся своей беспомощности. Потому что во время езды на машине у нас остается шанс что-то изменить самим. Начался адский ливень – прижмись к обочине, включи габариты и пережди его. Пошла убитая в хлам дорога – сбавь скорость до 10 километров и не торопясь ползи. Даже в случае аварии есть параметры, на которые мы можем повлиять. Куда крутануть руль – вправо или влево, если навстречу летит гружёный "КАМАЗ"? Быть может, выпрыгнуть из машины… Мы можем сделать хоть что-то или хотя бы имеем иллюзию того, что можем что-то сделать.

В самолете же, в тот момент, когда он выкатился на взлетную полосу, мы перестаем иметь значение. Мы – всего лишь пассажиры. Почти багаж. Отныне что бы ни происходило на борту или за бортом, мы не можем повлиять на это никак! Разве что молиться…

Это-то и пугает. Собственная беспомощность! Нет ничего страшнее этого чувства.

Знаете, как я борюсь с ним? Очень просто. Я вверяю себя самолету! Не просто экипажу, а именно самолёту.

Может, это глупо, может, это ребячество и играющее в заднице детство, но я верю в то, что неодушевлённые предметы на самом деле одушевлённые, только тщательно это скрывают. Неужто не случалось у вас, что долго урчащая машина заводилась после пары ласковых слов? "Ах ты маленькая моя, чего ж ты вырчишь, а? Поехали! Я ж на работу опаздываю!"

Слышал я легенду о компьютере, который завис на стадии "Приветствие". И вот к нему подходит сисадмин, несколько минут смотрит на заголовок "Приветствие", и, наконец, произносит: "Слушай, а тебе не кажется, что наше знакомство несколько затянулось?" И компьютер, моргнув, продолжил загрузку.

Я верю, что самолеты – добрые создания. Ведь чем меньше существо, тем оно озлобленнее. Сравните мелких терьерчиков, облаивающих всё, что движется, и огромных добродушных сенбернаров! Добрых толстяков и злобных карликов… Если душа пропорциональна размеру тела, то самолеты –самые добрые существа в этом мире! А раз они добрые, значит, падают и гробят люде не по злому умыслу. Скорее всего, они просто устают летать. Надоедает им всё! Безразличие людей, которые зачастую так их боятся, мат техников, выколупывающих мёртвых птиц у них из турбин… Бывает, и меня все достает так, что не хочется делать вообще ничего! Сложить крылья и убиться о землю, наплевав на всех сидящих на моей шее.

Но одно дело – человек, сидящий на твоей шее, и совсем другое – тот, кто любит тебя и тебе доверяет. Кто верит в то, что ты сможешь всего достичь, всё суметь! И тогда ты вдруг понимаешь: да, я смогу, просто потому, что нужен ему!

Я верю в то, что самолеты – они как люди.

И, садясь в самолет, я мысленно говорю ему: "Я доверяю тебе. Ты сможешь сегодня пролететь эти 4 000 километров, как пролетал их уже добрую тысячу раз! А если что-то случится в полёте – ты сможешь сесть. Ровно и спокойно, не угробив ни себя, ни меня". Теперь это крылатое создание с широченной душой знает, что в салоне есть как минимум один человек, который в него верит!

И ещё, я лечу не НА самолёте. Я лечу ВМЕСТЕ с самолётом! Я кожей чувствую мощь рокочущих турбин, несущих его по взлётной полосе, сердцем – его удовлетворение от того, что крылья легли на поток и обрели подъёмную силу…

Не бойтесь летать. Самолёты вас не обидят, они слишком добры для этого. Верьте в них. В их силу, в их несокрушимую выносливость, в их крепкий корпус, которому не страшны ни турбулентность, ни жёсткая посадка. И уважайте их даже не как равных, а как высших существ! Ведь они умеют летать, а вы, как ни крути, нет!

4. Этот колпак не доколпакован!

Уже давно одна подруга, выслушав эту историю, посоветовала мне перенести ее на бумагу, а впоследствии – вставить в мемуары, ежели я таковые когда-нибудь сяду писать. И вот только сейчас я сел за клавиатуру с явным намерением рассказать, как все было…

А было все так!

Я был ещё неопытным, но очень увлечённым кальянщиком, еще только-только изучавшим премудрости раскурки и обкурки, сорта табака и методики повышения дымности… И вот однажды на одном из кальянных форумов я прочёл совет о том, как повысить температуру угля, а, значит, и дымность кальяна…

Нужно просто не позволять теплу расходиться прочь от чашки с табаком! Просто-напросто поставить сверху металлический колпак!

Ранним утром следующего дня, по дороге на работу я уже был в кальянном магазине. И остаток дня, вертя в руках стальной колпак, обошедшийся мне в 350 рублей, я с нетерпением ждал вечера, чтобы пустить его в дело.

И вот, вечер пришел!

Смеркалось…

Я наложил в чашку отменного "Аль Факира". Любовно поглаживая чашку, накрыл ее фольгой и тонкими, изящными движениями проткнул в ней 21 дырку. Аккуратно уложил сверху уголек "Хабиби", и, наконец, накрыл всю эту конструкцию колпаком. Свершилось! Сейчас я покурю как следует…

Первая затяжка, как всегда, не принесла никаких ощущений. Кальян на "Аль Факире" раскуривается затяжки так с шестой… Да и то, с шестой затяжки дым только-только начинает просачиваться.

Я затянулся вторично, с наслаждением ощущая во рту первые маленькие облачка дыма.

Затянулся в третий раз, радостно констатируя, что дым-то пошёл!!! Пошёл дым, всего с третьей затяжки…

Четвертая была дымной, ароматной и потрясающе вкусной!!!!

Это была победа! Я торжествовал и наслаждался. Я выпустил воздух из легких, и затянулся в пятый раз…

Смеркалось! Млять! Все еще смеркалось!!!!

Легкие обожгло словно огнем. Ядрёный, горячий, омерзительный привкус железной окалины опалил во мне всё, кажется, до самого желудка. Да чего там, "до желудка"! До самой задницы!!! До самого копчика!

Я закашлялся, в перерывах между кашлем пытаясь удержать рвущуюся на волю печень и одновременно выговорить "Что это за херня-то?"

Запив выкуренную дрянь примерно поллитрой воды я осторожно, чуть-чуть, втянул в себя дым еще раз. Железная окалина, как она есть! Запах расплавленной стали, запах горящего железа…

Снял колпак – бесполезно, раскурка угроблена начисто. Кальянный табак – штука сволочная. Он, как младенец, впитывает в себя всё, что находит. Эта порция табака теперь прочно воняла окалиной, и ни о каком наслаждении тонким ароматом "Аль Факира" речи уже не шло.

Я кинулся на форум. Я описал всё происшедшее, опустив только нецензурные слова. Ответ пришёл незамедлительно: "Да у меня тоже такое было. Колпак не прокаленный. Его прокалить надо!"

"Как?" – с отчаянием вопросил я.

"Да на костре!" – был ответ.

Костер… Костер это хорошо. Вот только февраль. Да и смеркалось… Да и влом! Но мой острый ум тут же нашел решение! Прокалить колпак на угле. Благо, угля у меня, кальянщика, дома тонны, всех сортов.

Ох, не зря говорил мой экс-босс, Сергей Александрович Шойдин (чтоб ему ночами до гроба жизни икать через каждые 15 минут): "Кирилл, у тебя потрясающий мозг! Он у тебя работает на бешеных оборотах! Поэтому нужное, оптимальное решение он постоянно проскакивает!" Как прав был Сергей Александрович, воспетый мною в "Талых водах" под говорящей фамилией Гано… Как прав…

Я взял тарелку. Положил её вверх дном. Сложил на дне несколько кусков угля. Раскочегарил его. Поставил сверху колпак и стал терпеливо ждать…

Будучи человеком, свято блюдущим ТБ, я тут же предупредил жену: "Света, возле мойки ходи аккуратнее, пожалуйста, я там на угле колпак прокаливаю!"

Смеркалось…

Света сказала:

– Эээээээээ.

Подумала и добавила:

– Ыыыыыыыыыы….

Не нашла больше, что сказать, и закончила лаконичным: "Ну ты и ебалай…."

Уголь не спеша горел. Колпак не спеша прокаливался. На кухне постепенно становилось теплее… Я заподозрил, что уже хватит, в тот момент, когда стальной колпак стал постепенно принимать красный цвет, ибо температура горения угля – примерно градусов так дохренища… "Пожалуй, он прокалился", – справедливо решил я…

Но тут встал резонный вопрос: как же снять раскалённый докрасна колпак с горы угля под ним?

Первым, что мне пришло в голову, было просто спихнуть колпак в мойку, благо, мойка металлическая и ни фига ей от такого обращения не будет. Но при "спихивании" я мог потревожить горку раскалённого угля, который вполне мог посыпаться на не ожидающий такого подвоха линолеум или на давно привыкшие к подвохам с моей стороны ноги, которые, впрочем, жалко даже больше, чем линолеум.

На свою беду на стене висела варежка-прихватка, которая в тот момент показалась мне самым рациональным решением…

Нацепив варежку на руку, я аккуратно и осторожно взял ею колпак…

Создатели варежки явно не думали о том, что однажды какой-то идиот хватанёт ею что-то, что будет горячее двухсот градусов Цельсия… А раскалённая докрасна сталь всем своим видом символизировала, что она гораздо горячее ручки сковороды или крышки кастрюли…

Ткань выгорела мгновенно, намертво припаявшись к колпаку и наполнив всё вокруг чудесным ароматом горящих тряпок… Спустя секунду моей руке, которая едва лишь успела чуть-чуть поднять колпак над тарелкой, стало уже нестерпимо горячо…

Я не знаю, на что среагировала Света – на заполнивший квартиру аромат или на моё бодрое "Бля-я-я-я-я-ять!". Надо отдать ей должное. Она не хряпнула меня скалкой сразу, она только угрожающе выдавила из себя: "Покажи варежку!"

Уже не смеркалось… Я чувствовал, как надо мной нависла тьма.

Я показал… Про такое говорят: "Она прогорела до кости".

– Балбес! – вынесла вердикт Света, но бить почему-то не стала, – Хоть тарелку-то мне не угробь, а!

– Света, это же советские тарелки! Они из качественной керамики! – утешил я её, – В советские годы, когда их делали, наверняка учитывали, что однажды на них кто-то будет разжигать уголь! Я уверен!

– Хрусь! – сказала тарелка, треснув пополам. Скотина! Выбрала же время…

В Светиных глазах отчетливо читалось: "И вот на ЭТО я потратила лучшие годы своей жизни?"

– Я куплю тебе новую тарелку… – сказал я, пряча обгоревшую прихватку за спиной.

– Бряк, – сказал упавший в раковину колпак.

– Пшшшшшшш, – сказал упавший туда же кусок угля, скатившийся с покосившейся тарелки.

– 3,14здец, – вынесла вердикт Света и ушла…

Я не буду рассказывать о том, как я тушил уголь в кухонной раковине, и о том, как оттирал со стен чёрные брызги. Речь не о том…

Колпак был прокален, и я мог снова попытаться накуриться…

Но прежде, чем сделать это, я снова заглянул на форум. После последнего сообщения, советовавшего мне прокалить колпак на костре, шли еще три:

– А на фига ты колпак купил? Я свой сделал из фольги, очень удобно.

– Колпак из фольги тебя спасет, дешево и сердито!

– А чего ты паришься? Сделай сам. Фольга же у тебя, наверняка есть…

– Ебалай? – спросила заглянувшая мне через плечо Света, и моя вытянутая физиономия подсказала ей, что она права.

5. "Кабель жгли"

Однажды мы с братом пошли покурить на лестницу, оставив Свету в квартире. Вернулся я с черными, грязными до невозможности руками.

– Ты где так угваздался? – спросила меня Света, и её удивление можно было понять, ведь вроде как покурить вышли.

– Да об вентиль, – ответил я, – Мы вентиль заворачивали.

– Какой вентиль? – удивилась Света, – Где?

– Да на 14-м этаже.

Светино лицо наглядно выражало её озадаченность, близкую к крайней степени.

– А какого ж хрена вы делали на 14-м этаже?

– Кабель жгли… – ответил я, пожав плечами, и пошел мыть руки…

– Вы ж покурить вышли? – пробормотала Света, провожая меня взглядом…

6. Как мы жгли. Часть 1.

То был первый наш с Женькой опыт использования "Коктейлей Молотова". Хотя нет… Для меня – второй. Свой первый коктейль я шарахнул на лестничной клетке собственного дома (молодой был, глупый), в результате чего имел реальный шанс спалить на хрен весь дом. Но не суть… Суть дальше.

Взяли мы с собой литров так 9 бензина. Четыре полторашки и трёхлитровую банку (!!!!), ибо полторашки у Женьки кончились, а бензин во что-то наливать было надо. А помимо них – ещё с десяток бутылок-чебурашек, от лимонада "Буратино". Тогда, в 2001 или 2002-м он еще существовал. Лето, жара, тащить тяжело и впадлу… Но тащим, святое ведь!

Курс наш лежал на недостроенные (на данный момент уже вполне обитаемые) коттеджи за "Снегирями". Бетонные каркасы домов с дырами оконных проемов и дверей, зачастую – без крыш… Сколько мы в них покрышек пережгли – не счесть (простите нас, нынешние хозяева домов! Я знаю, как выглядит помещение, в котором сожгли покрышку от "Урала", так что искренне приношу извинения!)… И вот теперь собирались шарахнуть там пару "Коктейлей Молотова"…

Путь наш пролегал мимо озера "Спартак", вдоль которого тянется трубопровод. То самое оно, что снабжает "Снегири" и "Родники" горячей водой… Всякий, кто в тех краях бывал, знает, как это здорово – ходить по трубам. Они широкие, удобные, спонтанные помойки обходить не приходится… Одним словом, всегда мы ходили по трубам, и в тот день пошли…

А есть одно место, где трубы поднимаются высоко-высоко от дороги! Обычно-то они от земли максимум в метре – запросто не то что спрыгнуть, но и запрыгнуть можно. А там – метра четыре. Навернёшься – костей не соберёшь!

И именно на этом месте мы окончательно задолбались тащить нашу ношу и сели покурить.

Вы курили когда-нибудь, таща с собой 9 литров бензина? Нет? И правильно делали… Я потом вам еще историю расскажу. Как правильно курить, предварительно облившись бензином. Но не суть… Суть дальше.

Перекурили мы, и я предложил:

– А давай один "Коктейль" здесь шарахнем? Вон об ту бетонную херню на земле! Красиво будет!

– А давай! – согласился Женька, и мы приступили к делу.

Вы делали когда-нибудь "Коктейль Молотова"? Учу!

Берете пол-литровую СТЕКЛЯННУЮ бутылку. "Чебурашки" – оптимальны. Наливаете в неё бензина чуть-чуть не до горлышка. Можно спирта, если не жалко, он полыхает вообще офигенно. Можно ацетона… Но бензин – это оптимально дешёвый вариант. Керосину только не лейте, хреново будет.

Берёте тряпочку. Сойдет и туалетная бумага. Опускаете её в горлышко. Желательно ЗАТКНУТЬ ею горлышко, чтобы при броске бензин не проливался. Но тряпочка должна пропитаться бензином и ощутимо торчать из бутылки. Сделали? Отлично!

Теперь поджигаете тряпочку, размахиваетесь и швыряете бутылку обо что-то твердое. Если она не разобьется – эффекта не будет, бензин вытечет и не спеша сгорит, а это хреново, в этом кайфа нет.

Не нужно бросать бутылку тут же, как только подожгли фитилек. Это не петарда, которая рванёт у вас в руках секунд через пять. "Коктейль Молотова" не рванёт вообще, если вы его не разобьёте. Его использование БЕЗОПАСНО за исключением двух случаев: если сие устройство кидают в вас или если вы – ебалай.

А я – ебалай… Тот еще ебалай…

В общем, соорудил я прямо там, на трубах, "Коктейль". Кивнул Женьке: "Поджигай!" Он поджег, я занёс руку для броска и вдруг вижу, как у Женьки глаза округляться начинают… И смотрит он на мой "Коктейль". Круглыми такими глазами! Как у алкаша, при котором пол-литра разбили… Я как-то так неожиданно бросать передумал. Опускаю руку, и как-то так отстранённо замечаю, что она у меня полыхает во всю ярким таким пламенем…

Также отстранённо я понимаю, что когда наливал бензин в бутылку, я ненароком руку облил… Самое интересное, что не больно ни фига. Только чувствую – тепло руке как-то… Нехорошо так тепло, и всё теплее и теплее…

Я как-то так малость подохренел, что рука как-то сама собой разжалась и потянулась в ветровку заворачиваться, чтоб пламя сбить… Ну а горящая бутылка, согласно всем законам гравитации, полетела мне под ноги.

Слышали выражение "вся жизнь перед глазами промелькнула"? Вот мне оно знакомо, и даже очень. За секунду полета бутылки я успел подумать о том, что, по-хорошему, надо бы прыгать вниз, с труб, но высоко, и я поломаюсь на хрен. О том, что сейчас у меня под ногами рванёт "Коктейль Молотова", я вспыхну как факел, и один хрен навернусь с труб и не только переломаюсь, но еще и крепко обгорю. Также я подумал о том, кто понесёт мой гроб, осознал, что, в общем-то, таких людей и нет, а также осознал тот факт, что гроб, скорее всего, будет закрытым.

В общем, в тот момент, когда бутылка коснулась трубы, я решил для себя, что надо прыгать, но не успел отдать ногам команду… Бутылка шаркнула по боку трубы, отскочила, ударилась о вторую, провалилась между ними и полыхнула где-то внизу, обдав нас жаром…

– Твою мать, – сказал Женька, показывая пальцем куда-то мне на пузо.

Оказалось, что я машинально не завернул руку в ветровку, а просто вытер её об неё, в результате чего рука у меня уже потухла, а вот ветровка весело расцветала языками пламени…

– Ты чего не прыгнул? – спросил я его, усаживаясь обратно на трубу, потому как ноги почему-то ощутимо дрожали.

– Да я как-то это… – ответил он, садясь рядом и поднося дрожащее пламя зажигалки к немного дёргающейся сигарете, – Дурак я, в общем… Хорошо, что не прыгнул.

– Ага, – согласился я…

Под нами догорали остатки бензина. Огонь приятно припекал задницу, а солнышко – макушку…

– Пошли дальше? – спросил я.

– Ага, – согласился Женька, – Бензин-то ещё остался.

И мы пошли…

7. Как мы жгли. Часть 0. Преамбула. Мой первый коктейль Молотова.

Я поджигал что-нибудь с детства. Жёг свечи и просто любовался пламенем, покупал спичечные коробки и запускал "пауков" (когда из спичек выкладывается паук с шестью ногами, центр поджигается, и полыхающий "паук" встаёт, а порою даже делает несколько шагов). Пускал палы на окрестных полях… В юном возрасте с двумя друзьями мы даже организовали клуб поджигателей, специализировавшийся на палах по весне… И как и полагается новоиспеченному ордену джедаев-поджигателей, у нас был свой кодекс.

1) Никогда не жечь живое. Я полагаю, что многие насекомые всё же нашли свой конец в наших кострах, но намеренно мы никогда не предавали живое огню. Увидев муравейник – избегали пускать пал рядом с ним. А уж малолетних дебилов, которые мучают огнем кошек (а ведь есть такие) я бы облил бензином и поджёг самолично, сделав для них исключение из первого правила.

2) Никогда не терять контроля над огнём. Направление и сила ветра, площадь территории, которая должна выгореть – всё это нужно чувствовать. Чтобы пущенный тобой пал не сжёг дачный домик, или волна огня, бегущая по высокой сухой траве, не накрыла тебя самого. Поверьте, ощущение не приятное – мне доводилось прыгать через пелену огня. Это совсем не то, что прыгать через костёр…

Лишь два раза в своей жизни я потерял над зажжённым мною огнём контроль, не предугадал его поведения. Всё обошлось, но могло и не обойтись…

Итак, мне было 19 лет, и я решил сделать свой первый "Коктейль Молотова". В то время я работал голографистом, и было у нас там туева хуча спирта!!! Увы, не этилового, а то я спился бы уже тогда. Изопропилового. Смертельно ядовитого, не пригодного для употребления внутрь, но по воспламеняемости – не уступающего привычному нам питьевому.

Пол-литра этого дела я и увёл с работы. Дальше – всё просто. Бутылка-чебурашка, тряпочка, ключи в руке, мамин крик: "Ты куда", и мой ответ: "Взрывное устройство сделал. Пойду испытаю".

Это было в порядке вещей. Мама уже давно привыкла к тому, что я конструирую петарды и фейерверки и испытываю их на лестничной клетке, ибо зима, дубак, и на балкон не выйдешь. Первое время бухтела, конечно, что я себя подорву. Но увидев несколько моих фейерверков в деле – умолкла, ибо были они эффектны и, при разумном использовании, вполне безопасны.

Еще немного преамбулы. Жил я тогда в 14-этажном доме по улице Курчатова, на 12-м этаже. Особенность сего дома была в том, что лестничная клетка у него была отдельно от лифтов. Чтобы попасть на неё, нужно было миновать коридор, еще коридор, балкончик для курения и, наконец, выйти на лестницу… Не одного моего гостя эта конструкция ставила в тупик. Ну а поскольку лифт, как правило, работал – на лестничной клетке пили, курили, ссали, а порой даже и трахались, и никому это не мешало, ибо было далеко и не слышно.

К слову сказать, к моему пироманству давно привыкла уже не только моя мама, но и соседи. Когда в коридоре повисала плотная пелена дыма, они распахивали двери и звонили не в пожарную часть, а к нам в дверь, и спрашивали мою маму: "Нам пожарных вызвать, или это опять Кирилл?"

Даже самые любопытные соседи – довольно вредный и редко трезвый дедушка с довольно милой бабушкой – перестали выбегать в коридор на каждый взрыв, приняв их за выстрелы (железная логика, да? У тебя за дверью стреляют. Сходи, посмотри, кто и в кого! Может и тебе прилетит!), после того, как вышли в коридор в момент нашей с братом дуэли на петардах.

Суть дуэли. Кинуть петарду в противника, а лучше несколько, и заткнуть уши. Суть в том, что взрыв петарды в узком коридоре бьёт по ушам так, что глохнешь моментально (ещё мы любили петарды в лифт кидать, но это отдельная история). Задача – застать противника с открытыми ушами в момент взрыва и не получить по ушам самому… В общем, в момент канонады из трёх последовательных взрывов дедушка и вышел посмотреть, в чём дело… Бедняга аж зашатался, на секунду здорово меня напугав (ибо сердечник он был), и, закрыв уши руками, молча ушёл…

К чему это я всё? Да к тому. Что мне, 19-летнему ебалаю, казалось вполне нормальным шарахнуть "Коктейль Молотова" на лестничной клетке, ибо ругать меня за это все равно никто не будет.

Я спустился на середину лестничного пролёта, поджёг фитиль и метнул бутылку на площадку 11-го этажа…

Мать честная… Вы видели когда-нибудь буйство пламени, неожиданно вырвавшегося на волю? Слышали рёв огня, вдруг обнаружившего, что вокруг много пищи, причём пищи отменной, 96-процентного спирта… Я в жизни представить не мог, что пол-литра спирту может натворить таких дел!

Пламя меньше чем за секунду охватило всю площадку 11-го этажа. Спасибо тебе, Господи, что "коктейль" я метнул в угол, а не близко к деревянной двери, а то точно не миновать бы беды…

Было ли мне страшно? Не помню. Зато помню, что был трепет. Осознание того, насколько я мал и ничтожен, и что окажись я там, в углу, где бесновалось и ревело яркое пламя – оно поглотило бы меня за считанные секунды…И, скажу я вам, это было офигенно красиво… Вырвавшийся на волю огонь. Огонь, над которым хотя бы несколько секунд не властен никто в этом мире…

Когда пламя стало слабеть, когда утих его рев, я очнулся и помчался домой. Схватил ведро, налил в него воды, и, промчавшись мимо озадаченной мамы, поскакал на лестницу. Но, хвала Аллаху, я уже не требовался. Огонь потух сам собой, сожрав весь спирт и не найдя больше ничего достойного. Деревянная дверь была достаточно далеко, и на неё попали лишь несколько капель спирта, а краска на стенах оказалась не насколько хорошо горючей.

Спасибо тебе, спирт, что ты такой бездымный – над бушевавшим минуту назад костром не закоптился даже потолок… Так что ничто не напоминало о том, как я одним броском на несколько секунд превратил нашу лестничную клетку в филиал ада…

После этого я и решил повзрывать "Коктейли Молотова" в помещениях. Только не в обитаемых, и не в горючих…

Но, Боже мой, до чего это было красиво! Попробуйте! Уверен, вам тоже понравится!

8. Как мы жгли. Часть 2. Ебалаи против покрышки.

После первого нашего с братом "Коктейля Молотова" мы при ближайшем же удобном случае спустились с труб, ибо… Ибо как-то ссыкотно было идти по ним на немного подрагивающих ногах. Это и определило нашу дальнейшую судьбу на ещё два (!!!!) года вперед, ибо абсолютно случайно мы нашли ЕЁ! Покрышку от грузовика, которую какой-то идиот каким-то образом спихнул в канализационный колодец.

Как её вообще туда пропихнули – чёрт её знает.

На кой нужен канализационный колодец посередь поля – аналогично.

Но факт в том, что она лежала там и ждала нас.

Что это было? Это была бетонная дыра диаметром метра полтора и глубиной чуть больше метра. Сверху на ней лежала круглая бетонная дура с дыркой для канализационного люка, смещённой от центра. Вы наверняка видели такие херни в городе… Разница в том, что наша бетонная херня лежала не прямо на колодце, а была смещена относительно его центра немного назад, открывая этакую дыру внутрь в форме полумесяца.

В общем, см. картинку, а то задолбался уже описывать. Каждый раз, когда рассказываю это историю, приходится объяснять на пальцах устройство сего проклятого колодца.

В общем, на дне этого колодца (повторюсь, максимум полтора метра), лежала крупная, мощная покрышка от грузовика. Мы, ебалаи-поджигатели, просто не могли пройти мимо, ибо кто испытывал, тот знает – мало что горит настолько же хорошо, как покрышки!

Как поджечь? Ответ был найден моментально. Бензин же в руках, и много!

Недолго думая, Женька взял полторашку бензина и вылил вниз, на покрышку, примерно пол-литра, не более… Что бы было, вылей он побольше… Ой бля… В общем, хранил нас в тот день Господь. Он вообще нас хранил, иначе бы точно не выжили…

Старательно полив покрышку бензином, он, не закрывая бутылки, в спешке (ибо надо действовать быстро, чтоб бензин не испарился), кинул в колодец спичку…

Вы когда-нибудь поджигали бензин, разлитый по большой площади тонким слоем? Полейте стопку сухой травы бензином, дайте ему немного стечь вниз, и киньте спичку – сено эффектно подбросит вверх, потому что бензин не загорается. Он ВСПЫХИВАЕТ! Мгновенно! Стопку травы подбросит вверх на несколько сантиметров с эффектным хлопком, волной жара и яркой вспышкой.

Законы термодинамики не прошли мимо нас и в этот раз… И когда в колодце полыхнуло, волна пламени стремительно понеслась вверх, а, наткнувшись там на бетонную плиту, стала искать выход, и нашла. Как следует из всех законов физики, вспышка вышла из колодца по диагонали, т.е. как раз нам в морды!

Я стоял немного дальше Женьки, поэтому успел увидеть, как что-то несётся на меня, и отпрянуть назад. Мне полыхнуло в лицо, обдало жаром, но даже не опалило. Я просто отшатнулся, протёр глаза, и увидел… увидел картину, которую до сих пор вспоминаю со смехом.

В отличие от меня, Женька стоял ПРЯМО НАД КОЛОДЦЕМ, да ещё и держал в руке бутылку с бензином. Открытую бутылку с примерно литром бензина. Открытую пластиковую, млять, бутылку!!!!

В колодце мирно потрескивал огонь, пытаясь зацепиться язычками пламени за покрышку. Безрезультатно, ибо резина – это, конечно, хорошо, но созданная нами мощная вспышка моментально выжрала весь кислород, а без тяги горение, как известно, не идёт.

Но это так, лирика. Из раздела "смеркалось". В тот момент меня волновало другое.

У Женьки больше не было бровей. Ресниц у него тоже не было… Как и волос в носу, что он выяснил уже позже… А на голове у него весело пританцовывали язычки пламени, которым тут, в отличие от их собратьев в колодце, хватало и пищи и кислорода.

Левой рукой Женька отчаянно колотил себя по макушке, сбивая пламя, а в правой… В правой он держал бутылку бензина, горлышко которой полыхало ярким пламенем.

Хотя нет, не так. Он не просто держал бутылку. Он дул на нее, стараясь сбить пламя и там.

Вообразите себе полудурка, у которого горит голова, а в руке горит бутылка, который хлопает себе по башке одной рукой, одновременно дуя на зажатую в другой руке бутылку, издавая характерное "фу-х, фу-х".

– Ебанет! – крикнул я, бросаясь к брату, дабы его потушить, – Бросай бутылку!

– Не могу! Фу-х, фу-х! (шлеп, шлеп по башке), жалко! Фу-х, фу-х! Литр же ещё целый!!!!

Я, недолго думая, огрел брата по башке ветровкой, которую ради такого дела моментально с себя сорвал. Тот, выкатив глаза, издал громкий "ФУУУУУУУУУ-х!" и одним дуновением потушил бутылку…

Как думаете, что мы сделали опосля? Мы тут же пошли к колодцу, проверить, как там покрышка! Покрышка, сцуко, потухла…

Это был вызов…

Опущу подробности того дня, к ним я ещё вернусь. Рассказ сей посвящен ебалаям и покрышке – о них и поговорим.

Мы жгли её два года!!! Два года, проходя мимо, пытались спалить эту проклятую покрышку, изобретая все новые и новые методики поджога. Щас! Сидючи в темном и глухом колодце, покрышка совершенно не желала гореть!

В следующий раз мы пришли уже целенаправленно к ней. Женька – мстить за сожженные волосы (брови только-только начали отрастать), а я – с фотоаппаратом, тогда еще плёночным (ох как я жалею, что не было у меня тогда цифровика с режимом видео!) – снять вспышку.

Гореть мы больше не хотели, а потому взяли с собой петарды, которые, в отличие от спичек, удобно метать на большие расстояния, от чего они не тухнут. На сей раз Женька вылил туда целую бутылку. Полтора литра бензина! А я, чиркнув петардой, швыранул ее в колодец.

Потухла…

Я кинул вторую… После непродолжительной паузы в колодце громыхнуло, но бензин не воспламенился. Видать, неудачно попал.

С криком "Не умеешь ни хрена!" Женька отобрал у меня петарды, и следующую метнул сам. Чему я был только рад, ибо тут же достал фотоаппарат и приготовился снимать.

Снова "бу-бух", и ничего больше. Издав тоскливый крик смертельно раненого бегемота, осознавая, что бензин уже, скорее всего, испарился весь, Женька как оголтелый бросился к колодцу, поджёг коробок спичек и кинул его вниз.

Полыхнуло… Полыхнуло так, что меня, стоявшего метрах в двух от колодца, ощутимо обдало жаром. А Женьку… Женьку унесло. Вспышка хлестнула ему по лицу, моментально спалив едва только начавшие обрастать брови и ресницы… Нет, не просто унесло, его сдуло. Отшвырнуло от колодца!

Ощупав повреждения, проморгавшись и стерев копоть с хари, мой братец полез смотреть в колодец – горит ли покрышка. Надо ли говорить, что она не горела? Думаю, не надо…

Еще немного мы поплескали на умирающие языки пламени бензину, наблюдая, как из колодца высовываются языки пламени, силящиеся по струе бензина добраться до нас и, поняв тщетность своих попыток, собрались было идти дальше…

Но тут Женька задумчиво изрёк: "Слушай, а я в кепке был?"

Минут пять мы вспоминали, был ли он в кепке. Я считал, что нет. Он – что вроде бы он одевал её, уходя из дома. На всякий случай решили её поискать, и уже в процессе поисков Женька вспомнил, что даже поправлял её перед тем, как кинуть свой злополучный коробок в горнило колодца… Кепка точно была, но вот куда она делась?

Мы искали ее пол часа… И нашли! Уточняю, была ранняя весна, и кепка была шерстяной. Чёрной такой… Раньше! Взрывом её отбросило метров на 10 и зашвырнуло в какую-то канаву. Настолько далеко от колодца, что нам и в голову не могло прийти, что она так далеко… И, главное, из чёрной она превратилась в серую… Такой пепельный цвет… Красивый такой…

Покрышку мы возненавидели… Это был вызов, который настоящий ебалай не может не приять.

9. Как мы жгли. Часть 3. "Так я ещё не горел".

Это был вызов. Вызов нам, двоим, поджигателям и пироманам! Покрышка, мать её, упорно не желала гореть, что, в общем-то, было вполне логично, ибо лежала она в колодце, куда доступ воздуха был несколько затруднен…

Не меньше пяти раз мы пытались поджечь эту сволочь, но всё было без толку. Однако битва с покрышкой определённо пошла нам на пользу. Женька больше не горел, ибо запомнил золотое правило поджигателя: "Поджигай и беги". Я приноровился с первой спички попадать в разлитый бензин, вызывая эффектный "фффух" или "бабах", смотря сколько и куда было налито…

С момента нашей первой встречи с покрышкой минуло почти два года.

Да, два года мы, раздолбаи-поджигатели, каждое лето шарахались по окрестным полям, когда с бензином, а когда и без оного, поджигая всё, что могло гореть, свято блюдя два правила поджигателя.

Да, мне на тот момент стукнул уже 21 год, а Женьке – и вовсе 28, но детство в жопе играло по-прежнему, а потому поджоги продолжались, и в конце концов, как логично предположить, покрышка была повержена. Но перед этим, само собой, не обошлось без казусов. Казусом, естественно, был Женька!

В очередной раз мы пытались подпалить покрышку, по чуть-чуть подливая на неё бензину, отшатываясь от взмывавшего из колодца протуберанца, и снова подтягиваясь к колодцу, чтобы вновь убедиться: бензин горит, покрышка – нет… И тут мне пришла в голову идея!

– А давай положим бутылку на край колодца! Немного под углом! Совсем чуть-чуть, чтобы бензин понемногу вытекал из нее, поддерживая внизу горение! Рано или поздно должна заняться и покрышка, верно?

– Верно! – обрадованно гаркнул Женька, и тут же полез реализовывать мой план. Собственно, так у нас всегда и происходило. Я – изобретал, Женька – реализовывал и горел…

Напоминаю, колодец УЖЕ горел, т.е. внизу, на покрышке, догорали остатки бензина… Я не успел даже крикнуть своему недалекому братцу, что по струе бензина огонь очень легко взбирается наверх, настолько его увлекла моя задумка, и настолько быстро он помчался воплощать ее в жизнь. Бодро наклонившись над колодцем, он пристроил на его краю бутылку, как я и предлагал, чуток наклонив её, чтобы бензин сбегал тонкой струйкой… Устаканил её, и уже собрался было отходить, когда полторашка бензина вдруг начала опасно крениться вниз…

Под ней уже натекло небольшое озерцо бензина, но, поскольку огонь в колодце был немного поодаль, озерцо это ещё не вспыхнуло… Оно, как и полагается по законам жанра, ждало своего часа. Точнее, своей секунды. И дождалось!

Женька как раз поправлял бутылку, когда в колодце огонь обнаружил щедро разлитое для него угощение и кинулся его кушать. Полыхнуло. Точно Женьке в физиономию.

– Ой, бля! – сказал он, закрывая глаза и тряся вспыхнувшей вдруг головой, но бутылку не отпустил. Ну, вы помните: "Там же больше литра! Жалко же!" Дымясь и матерясь, он продолжал героически пытаться установить бутылку на краю колодца… Само собой, огонь не заставил себя долго ждать и допрыгнул-таки до бутылки.

Видимо, в этот момент Женька открыл-таки глаза, и, увидев у себя в руках горящую бутылку, от удивления выпустил её, сопроводив сие действие закономерным "Твою ж мать!", и бутылка, не спеша кренясь и выплескивая в колодец бензин, навернулась вниз, куда, собственно, и стремилась.

Полыхнуло вторично.

Стоящего раком над колодцем Женьку я просто выдернул обратно, потому как сам он из этого положения выйти, кажется, не мог.

– Твою ж мать! – повторил он, попытался ощупать правой рукой физиономию на предмет поиска бровей и ресниц, и, обнаружив, что у него от кисти до локтя тлеет рукав, озадаченно на него уставился. А после секундного замешательства и оценки ситуации, принялся его тушить, радостно заявив:

– О бля! Так я ещё не горел.

Пока мы тушили Женьку, а я, давясь от смеха, описывал ему, как он выглядит без бровей, ресниц, волос на висках и от лба практически до самой макушки, бензин догорел, а покрышка опять не соизволила заняться….

Мы уничтожили её в следующий свой поджигательский поход, когда совсем рядом с нашим колодцем кто-то вывалил гору ДЕРЕВЯННЫХ ящиков из-под фруктов!!! Можно не продолжать, верно? Сухое дерево занимается гораздо лучше резины…

Это была победа… Полная и безоговорочная. От покрышки не осталось даже традиционных медных ободков… Впрочем, может, они и остались, но под слоем пепла от огромного количества накиданных в огонь ящиков их было совершенно не заметно… Эпопея была завершена!

Ту покрышку мы вспоминаем до сих пор. Достойный был противник…

10. Как мы жгли. Часть 4. "Дух огня".

Дважды в своей жизни я видел то, что впоследствии называл духом огня. Страшная это херня, скажу я вам… Но красивая! Красивее духа огня – только самолёты, да и то не все.

Но обо всем по порядку.

Дело было в тот день, когда мы впервые пошли взрывать коктейли Молотова. Пожалуй, это был самый насыщенный поджигательский день в моей жизни. Сначала едва не сгорел я. Потом подгорел Женька, и, наконец, это…

В общем, как я уже писал, шли мы взрывать коктейли Молотова в недостроенные (на тот момент) коттеджи далеко за "Снегирями". Коттеджи были сугубо бетонные, их начали строить, но позабросили, поэтому гореть там было абсолютно нечему.

И вот пришли мы в один такой коттедж, выбрали место, куда будем швырять коктейли, а делать это предполагалось с небольшого возвышения, примерно метра полтора – там в будущем предполагалась лестница, ведущая из гаража в жилую часть дома – и принялись готовить коктейли. И наготовили 4 штуки…

Уже потом, когда оставшиеся три мы швыряли прямо в огонь, я задумался о том, на кой же хрен мы в каждый из них фитилек-то устаканивали… Но не суть.

В общем, подпалили мы первый коктейль, и мне, как едва не угробившему нас обоих около часа назад, было доверено рвануть и этот… И я, широко, от души размахнувшись, швырнул бутылку о стену преддверья гаража.

Пространство там небольшое, примерно два на два метра. Этакая прихожая, из которой ведут 4 двери. Три – в разные части дома, а четвертая – в гараж. Полыхнуло… Красиво полыхнуло, от души, прямо как тогда у меня на лестничной клетке, когда я свой первый в жизни коктейль испытывал…

Мы переглянулись, довольно ухмыльнулись, и теперь уже Женька швырнул в огонь вторую бутылку. Оставшиеся две мы кинули синхронно!

В прихожей словно разверзлись врата преисподней. Огонь гудел и бесновался, перепрыгивая с одной залитой бензином стены на другую. Нас, стоявших метрах в трех от него, стало вполне так себе ощутимо припекать…

Два литра бензина – это, скажу я вам, не пол-литра спирта. Этого вполне достаточно, чтобы от попавшего в такой ад человека остались только обгорелые кости… Да тут еще место такое, четыре двери, каждая из которых выходит либо на улицу, либо в помещение с окном, само собой ничем не застеклённым. В общем, пламени было чем питаться и чем дышать, поэтому ревело оно вовсю…

И вот тут-то и случилось ЭТО…

Задувавшие со всех четырех дверей ветра закрутили бушующее пламя в смерч!

Сказать, что я охренел, значило бы ничего не сказать. Это было невероятно красиво, завораживающе и притягательно! Огненный смерч! Воронка пламени, метра так 2,5-3 в высоту и около метра в диаметре. Воронка, жадно лижущая бетонные стены в поисках того, что бы еще сожрать, и своей широкой частью подпирающая потолок, будто бы пытающаяся раздвинуть его своды и устремиться ввысь!

Это продолжалось всего ничего, секунд двадцать, не больше, но для меня они растянулись в несколько минут. До сих пор легко вызываю в памяти этот смерч, танцующий столб пламени…

А затем всё закончилось… Но напоследок смерч шагнул к нам!

Когда на тебя движется трехметровая воронка гудящего пламени, мозг в панике прячется куда-то в задницу. Он отказывается признать, что такое бывает, поэтому логические доводы вдруг перестают действовать. Не думаешь о том, что между тобой и огнем – метра три. Что эти три метра – чистый бетон, не политый бензином, на котором нечему гореть… Просто видишь, что на тебя идёт воплощение мощи. Хищник, которому ты – на один зубок, против которого всё, что ты можешь и умеешь – словно комариный укус.

После того случая я лучше стал понимать людей, у которых есть какие-то фобии. Фобии иррациональны по определению, страх не слышит голоса разума… Больной аэрофобией никогда не прислушается к статистике, которая чётко доказывает, что самолет – самый безопасный вид транспорта, он просто не услышит её… Вот и мне, если бы за ту секунду, которая ушла у смерча на то, чтобы качнуться в мою сторону, кто-то успел рассказать, что огонь по бетону не ходит – я не услышал бы. Потому что я отчетливо видел, что ЭТО идёт ко мне…

Видел и успел сделать шаг назад, а в следующую секунду смерч исчез, снова превратившись в гудящую, но слабеющую с каждой секундой стену огня.

Дух огня ушёл…

Как же я жалел, что у меня тогда не было с собой фотоаппарата! Мы ещё не раз ходили на коттеджи, кидались коктейлями Молотова в то же самое место, каждый раз держа мыльницу наготове… Но повторить такое специально не смогли. Наверное, хитрожопый дух огня просто не хотел светиться на пленке.

Прошло года четыре, а, может, и все шесть, и вновь абсолютно случайно мы вызвали духа огня…

Традиционно по весне мы пускали палы. Сразу же за чертой города начинались поля, и мы, едва выйдя к ним, тут же поджигали траву. В тот день я был с фотоаппаратом, но… Толку-то…

Как всегда мы шли по трубам. Увидев место, где должно бы хорошо гореть, я спрыгнул с них, поджег в двух местах и снова забрался наверх, дабы лицезреть пожар во всей красе. Даже фотоаппарат достал – вдруг смогу увидеть что-то интересное?

Сначала ничего особо интересного и не происходило, хотя, конечно, было забавно наблюдать два сходящихся фронта огня… Но не сказать, чтобы это было прямо-таки пламя… И не такое поджигали! Затем я перевёл взгляд левее – там огонь добрался до высокой травы и заполыхал уже вовсю…

Два сходящихся фронта огня смотрелись вполне колоритно, но, опять же, и не такое видели…

И в этот момент налетел ветер! Там, где огонь секунду назад лениво лизал пришедшуюся не по вкусу траву, теперь бушевала стена пламени высотой этак в мой рост. Два фронта сошлись, и… И чёрт его знает, что могло вызвать такое явление, в чистом поле-то стен и сквозняков не было… Но, в общем, посреди поля вновь вырос уже знакомый мне смерч, только раза так в полтора больше встреченного мной в коттедже.

Словно сам Кулла, злой ветер из славянских мифов, огненный смерч постоял несколько секунд на одном месте, будто бы осматриваясь, а затем рассыпался! Именно рассыпался, как рассыпается на боевые единицы только что действовавшая как единое целое группа спецназовцев.

Рассыпался и пошёл на все четыре стороны, за секунду глотая по паре метров заросшей травой земли…

Матеря себя на все лады, проклиная тот день, когда я родился на свет, и все дни моей бездарной жизни, я выхватил фотоаппарат в тот момент, когда всё уже закончилось. Ветер стих, и огонь уже не полыхал, а вновь не спеша поглощал траву…

И только здоровенная выжженая проплешина косвенно свидетельствовала о происшедшем…

А спустя ещё минуту приехали, мать ихнюю, пожарные!!!

Точнее, нет, не ихнюю, пожарные-то молодцы, работу работают! А вот тому мудаку, который их вызывает на безобидные палы, я бы сказал, что я о нём думаю… И пожарным фигней страдать приходится, и нам весь кайф обломал…

С тех пор я с Духом Огня больше не встречался… Если вдруг увидитесь – передавайте от меня привет. Скажите, что Кудряшов из Новосибирска благодарит его за две дарованные ему встречи, и благодаря им до сих пор где-то в глубине души верит в чудеса. В то, что огненные смерчи – это не просто завихрения воздуха. Что это было кратковременное пришествие чего-то могущественного, чего-то не из этого мира…

Может быть, тогда он сжалится надо мной и ещё хотя бы раз явится мне? Впрочем, в гости я бы его не позвал… Это уж увольте!

P.S. Спустя три дня сын жены моего двоюродного брата, работавший в то время на стройке на "Снегирях", рассказывал нам с Женькой: "В субботу на полях такой офигенный пал кто-то пустил! Так горело охренитительно!" Мы, пироманы, приносим людям радость! Помните об этом!

11. О взаимопонимании. Порою – таком простом…

Шли мы как-то с Женькой на очередной поджог. Шли по трубам, таща с собой сумку бензина. Красота… По правую руку – озеро, по левую – рощица ив, густая такая, в ней часто на пикники народ заседал.

И вот идём мы мимо этой рощицы и слышим в ней треск – кто-то лезет через заросли. А потом оттуда, из ив, раздается громкий такой женский голос, который отчетливо затягивает:

– Ели мясо мужики….

– Пивом запивали! – гаркнул я в ответ.

– О чем конюх говорил, они не понимали! – проорали мы уже хором – я и девушка в ивах.

Женька покосился на меня характерным таким прищуром, которым обычно смотрят на сумасшедших… "Это что щас такое было?" – явственно читалось в его взгляде.

– Панки – хой! – донеслось из ивовой рощи!

– Хой! – крикнул я в ответ.

Ивовая рощица осталась позади, мы шли дальше…

– Ты что, знаешь эту бабу? – спросил, наконец, Женька.

– Ага, – чтоб не вдаваться в подробности, ибо порой проще переспать, чем объяснить, почему не хочется, ответил я, – Наш человек.

– А, ну тогда понятно…

Объяснять ему про родство душ как-то совершенно не хотелось…

12. "УАЗики" в моей жизни.

Было мне лет 15, и катался я по нашей родной области автостопом. Много катался. Зачастую – бесцельно, просто любил ездить, смотреть на мир. Иногда – завозил письмо подруге по переписке из далекой деревни. Иногда… Иногда за молоком парным ехал. Даже не иногда, а часто.

Наиболее часто я куковал на обочине так называемой "Пьяной дороги". Дорога с таким названием есть, наверняка, в любом городе. У нас их как минимум три… Одна даже на карту нанесена под таким названием. У остальных эти названия народные… Почему пьяная? Да потому что зигзагами! Узкая, без фонарей, с поворотами под 90, с парой невысоких, но всё же обрывов (с одного пьяные идиоты регулярно улетали в озеро), и на каждом повороте – мощные кусты, так что, что там за поворотом – хрен ты увидишь.

А в те годы, года этак 97-98, наша Пьяная дорога была не только пьяная, но и в дрова раздолбанная!

Почему меня чаще всего туда заносило? Она просто неподалеку от "Снегирей" моих родных начиналась. Я на неё выходил, машину ловил, ехал до Мочищенского шоссе, а там уж – все дороги открыты!

И вот однажды стою я, значит, на обочине пьяной дороги и ловлю машину. Дождь. Мерзкий. Моросящий. Осень. Слякоть. Улица. Фонарь. Аптека… Увлёкся…

И вот передо мной со скрипом и как-то очень уж резко останавливается УАЗик. Обычный такой, тентованный. "Патриоты" тогда ещё только-только делать начали… Давно это было! Эх, ностальгия! Ещё завод "Москвич" существовал, и "Святогоров" и "Князей Владимиров" выпускать пытался. Помните такие машины?

Опять увлекся… Ностальгировать я могу долго, только пива мне поставьте… А помните пиво "Ред Булл"? А портвейн "777"?

Ну вот опять…

В общем, останавливается передо мной УАЗик. Открывается у него задняя дверь, и прежде чем я успеваю спросить привычное: "Подбросите до города бесплатно, а?", слышу: "Садись!"

Странность ситуации в том, что на заднем сиденье УАЗика уже расположились трое. Переднее пассажирское тоже занято.

– Куда? – спрашиваю я.

– Да мы подвинемся! – хором рычат трое мужиков, обдавая меня тройным перегаром.

– Один хрен тормоза не работают! – гаркает водитель.

Трое двигаются. Дождь. Слякоть. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти, верно? Я втискиваюсь… В 97-98 годах жопа у меня была гораздо меньше, чем сейчас, хотя бы в силу того, что было мне тогда 14-15 лет.

– Поехали! – говорит водитель, и… отпускает ручник! Твою-то ж мать… Тормозов-то и в самом деле нет! Он тормозил ручником!

Мы проезжаем пару "пьяных" поворотов, на каждом сбрасывая скорость при помощи ручника. Водитель пьян, поэтому, хвала Аллаху, едет по принципу "Когда выпьешь – надо ехать ОСТОРОЖНО!" И тут за очередным поворотом показывается голосующий мужик, и мы резко (а как еще тормозить ручником) останавливаемся.

– Открой дверь! – кричит мне водитель, и, охреневший, я дёргаю ручку.

– Садись! – гаркают сидящие рядом со мной трое.

– Куда? – удивлённо вопрошаем мы с мужиком одновременно.

– Да мы подвинемся! – в один голос ревут трое моих соседей по сиденью.

– Один хрен тормоза не работают! – привычно орет водитель.

Раньше, чем меня запихнут ещё глубже в салон этого злополучного УАЗика, я выпрыгиваю из машины с воплем "Мне тут, недалеко", и, старательно отмахиваясь от "Да не ссы, садись, доедем! Место еще есть", с вежливыми извинениями всё же остаюсь на обочине. Голосовавший мужик занимает моё место. Машины трогается…

Спустя минут 10, летя по пьяной дороге на переднем сиденье уютного и теплого "Ниссана", я оглядывал дорогу и окрестные деревья в поисках разбитого в хлам УАЗика. Но нет, не соврал водитель, говоря "доедем". По крайней мере, Пьяную дорогу они миновали…

Другой порадовавший меня УАЗик был старше. Много старше. С таким, помните, округлым, а не прямоугольным капотом…

Стою я всё там же, на Пьяной дороге, ловлю машину. Мимо меня проносится красивая, навороченная "Тойота", и, показав мне "фак", улетает прочь. "Скотина", думаю я и стою, голосую дальше. Проходит примерно пять минут…

Запомните эти слова: "пять минут", и "пролетает мимо меня". Они ключевые в этой истории!

Проходит примерно пять минут, и меня подбирает вышеупомянутый, старый, но бойкий "УАЗик".

– В город?

– В город!

– Запрыгивай!

И он рванул! Бог ты мой, как мы неслись! Как самолёт по ВПП. С рёвом, рыком, скрипом тормозов, под 120 на старом "УАЗе" по жутким поворотам разбитой в дрибодан пьяной дороги!

И вот уже в самом конце дороги, примерно километров через пять после того, как меня подобрали, мы догоняем нахальную "Тойоту". Причём догоняем в очень интересном месте…

Дорога узкая, на две машины. Справа – озеро. Слева – уходящий вверх градусов под 45 склон. На правой стороне дороги – яма.

Нет, не просто яма. Их обычно называют "Ох%енная яма". А у этой конкретной ямы было даже свое имя. Часто проезжающие по пьяной дороге водители так ее и звали: "ХУЯМА"! Полетишь по ней на скорости – мост отвалится, к гадалке не ходи.

Так вот, "Тойота" на приличной скорости объезжает хуяму по левой полосе. Мой водитель бодрым возгласом: "О бля! Хуясе! Хуяма!" объезжает "Тойоту", объезжающую хуяму по встречке, по заросшему травой склону!

Вы видели "Особо опасен"? Помните сцену, в которой главный герой убивает едущего на бронированной машине мужика, выстрелив ему в люк, перекувыркнув машину через его машину? Объясняю ломано, но кто видел – поймут.

Увидев эту сцену, я сразу вспомнил ту сумасшедшую поездку… В боковое стекло я видел люк "Тойоты" и абсолютно охреневшие глаза ее водителя, смотревшего на меня снизу вверх, в люк!

Я уж молчу о том, что впереди был очередной 90-градусный поворот, заросший кустарником, который мы проходили по встречке, понятия не имея, едет нам что-нибудь навстречу или нет…

Но, как вы понимаете, раз вы читаете эти строчки, значит, в той поездке я выжил…

А было интересно…

13. Как мы жгли. Часть 5. "Не жгите лужи".

Впрочем, не воспринимайте настолько всерьез мое категоричное утверждение в заголовке. Лужи жечь можно, но делать это нужно аккуратно, а не так, как мы, два ебалая…

Дело было все в том же коттедже, где мы довольно успешно вызывали Духа Огня. Позже, а вот намного ли – не помню, да и не суть важно.

Напоминаю декорации. Бетонный каркас двухэтажного коттеджа. Гореть нечему. Рам и стёкол нет, только проемы окон и дверей. Крыши нет, так что второй этаж, куда мы в этот раз и залезли, неслабо залит водой. Смачная лужа на весь этаж. Не глубокая, нет – от силы пара сантиметров, даже ног не промочишь. Просто тонкий слой воды, зато на весь этаж…

В очередной раз мы кидались коктейлями Молотова вниз, на первый этаж, безуспешно пытаясь вызвать Духа Огня. И тут я предложил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.