Татьяна Фирсова
Крушение

                              Нашими руками будущее творится.

                              От нас зависит, станут-ли потомки им гордиться.

                              "На Бога надейся, да сам не плошай"-

                              Так мудрость вековая нам гласит.

                              Добро творить на Земле успевай,

                              Хоть космос зовет нас и манит.

Глава 1. Остров

                                    Этот берег, незнакомый и чужой,

                                    Приютил двоих, связав одной судьбой.

                                    Как быть? От куда помощь ждать?

                                    Держитесь за руки, нельзя вам умирать!

Тихая бухта на берегу океана. Влажный желтый песок и она на этом песке. Вся мокрая от головы до кроссовок. Рядом валяется большой кусок пенопласта. Она попыталась приподнять голову и осмотреться. Голова, конечно же, закружилась, но попытка все-таки была успешной. Она заметила, что на ней нет следов крови и это было более чем… На мокром песке отчетливо видны следы человеческих ног. И они были по размеру значительно больше ее собственных. Скорее всего это следы мужчины. Из воды на берег так же тянулся след от куска пенопластовой плиты. Было очевидно, что именно на нем ее и вытащили из воды.

Что все-таки случилось? Где она находится и, главное, почему? Куда делся ее спаситель или спасительница? Голова дико шумела, видимо был сильный удар по голове. Следы ее спасителя уходили в сторону скал, которые окружали небольшой песчаный пляжик, послуживший ей причалом. Скалы вокруг казались не очень высокими, даже с обзора лежащего человека. Следы назад не возвращались. Видимо, этот некто поднялся на скалы, чтобы оглядеться и найти помощь.

Все ее попытки хоть что-то вспомнить, пока ничем не увенчались. Попытаться встать снова, она не решалась. Расслабила все мышцы тела и просто лежала. Даже умудрилась задремать.

Проснулась она от того, что ее будил молодой мужчина, тряс за плечи и хлопал по щекам:

– Проснись, Маша. Ну же, давай, очнись. Не зря же я тебя тащил столько миль по волнам океана.

Она открыла глаза и увидела молодого мужчину. На вид от тридцати до сорока, заросшего черной щетиной, в синих джинсах, светлой футболке и кроссовках. Он пытался напоить ее из блестящей фляжки. "Я Маша". – подумала она и отхлебнула из фляги воду.

–Воду я нашел в меленьком озере в скалах. Сам тоже пил. Как видишь, живой. – он приподнял Маша голову и помог снова отхлебнуть воды из фляжки.

Маша поняла, что ей стало по легче, не то что в первый раз. Она даже села на песке. Все говорило о том, что переломов у нее нет. Голова у все еще шумела, но это ей не помешало закидать мужчину вопросами:

–Ты кто такой? Что случилось? Как мы сюда попали? Кроме нас еще кто-то есть?

– Я Саша. Мы с исследовательского судна "Шкипер". Ты научный сотрудник Мария Дашкова из Великобритании. Я и сам толком не знаю, что случилось. Скорее всего мы наскочили на подводные рифы. Корабль наш разломило, как щепку. И, так как это было ночью, вряд ли кто-нибудь еще спасся.

– Если была ночь, то почему мы в одежде? Почему я говорю и даже думаю по-русски?

– Ну, у тебя русское имя, да и фамилия похоже тоже. Может кто-то из родителей русский? Перед крушением, я, зачарованный волшебством этой тропической ночи, гулял по палубе. Там стояло несколько кресел для отдыха. Видимо в одном из них ты устроилась для наблюдения за ночным небом. Об этом я спросить не успел. Я, только лишь, успел познакомиться. Вдруг, по днищу корабля что-то ударило. Он весь содрогнулся и моментально развалился на двое. Кругом все рушилось, раскалывалось и падало. Тебя сразу же что-то ударило по голове, и ты безжизненно обмякла в кресле. Я схватил вот эту самую плиту из пенопласта. Сбросил сначала ее, а затем и тебя за борт. Ты сразу пошла ко дну, но я вовремя тебя нашел. В тот момент еще не все фонари погасли на корабле и один из них выхватил тебя под водой. Это было просто невероятно. Просто чудо, что ни тебя, ни меня не затянуло вниз под тонущий корабль; что под руки попал этот кусок пенопласта, что течение вынесло нас на этот неизвестный берег.

Маша спросила:

– Если я на корабле была научным сотрудником, то кем был ты, если мы не были даже знакомы?

– Я был матросом, членом команды Шкипера и, на тот момент, свободным от вахты. Мы встретились и познакомились просто случайно. Все случилось в Тихом океане. Именно там вы проводили свою научно-исследовательскую работу. После крушения мы с тобой дрейфовали примерно двое, двое с половиной суток. Иногда я засыпал и просыпался лишь тогда, когда начинал тонуть. Хорошо, что нас не обнаружили акулы.

Маша постепенно приходила в себя, видимо помогла выпитая из фляги водичка. Только сейчас она заметила за плечами у Александра рюкзак. Это ее очень удивило. Она тут же хотела его расспросить: "Как случилось, что он гулял на палубе ночью и с рюкзаком?" Но что-то заставило ее воздержаться и вместо этого она спросила:

– Как, Саша, ты думаешь, где мы находимся? Что ты увидел там на верху?

– Я предполагаю, что мы попали на остров. Один из Маршалловых островов в Тихом океане. Возможно, на один из островов архипелага Ратак. С лева от нас есть большая высокая гора, видимо это жерло потухшего вулкана.

– Почему ты думаешь, что он потух?

– Потому что гора вся, до самого верха, поросла лесом. Так вот, в предгорьях этого потухшего вулкана, я случайно обнаружил пещеру. Попасть в нее можно только с верхушки отвесной скалы. Со стороны океана в нее не попасть. Во – первых очень высоко, во – вторых стена отвесная и о нее бьются волны океана.

– Как же ты ее обнаружил?

– Я говорю тебе совершенно случайно. Я вышел на плоскую часть скалы, чтобы посмотреть с верху в открытый океан. Вдруг, я увижу какое-нибудь судно. Горизонт, во все видимые стороны был пуст. И, вдруг, я наступил на что-то и это что-то звякнуло. Железо? Откуда ему взяться? – подумал я. Нагнувшись, я увидел довольно увесистую цепь, которая была одета на огромный железный крюк, а сам крюк вбит глубоко в скалу. Край же этой цепи спускался по отвесной скале в низ. Я потянул за цепь. Она чуть-чуть поддалась, примерно на метр и застопорила. Тогда я подумал, что эта цепь там не зря и она куда-нибудь обязательно ведет. Цепь и ее крепление выглядели надежно, и я стал спускаться в низ по цепи. Метров через пять или шесть я увидел в скале проем – это был вход в пещеру. Цепь вела именно туда. Внутри пещеры она была вбита на такой же железный крюк, как и на верху. У входа пещера довольно широкая, хотя сам вход совсем небольшой. А дальше, в глубь скалы, идут узкие проходы. Их, по крайней мере, два или больше. Я их пока не успел обследовать. В пещере много всяких штучек. В ней явно кто-то жил.

– Почему жил, может живет и сейчас?

– Потому что цепь, на которую я наступил у обрыва, была засыпана землей и поросла травой. Да так, что, когда я начал ее тащить к верху, трава стала вырываться с корнями. Цепь давно никем не использовалась.

– Какой ты догадливый. Теперь мне понятно откуда у тебя мог появиться рюкзак. Что у тебя там?

– Ты не поверишь, я взял с собой вот эту фляжку, бинты, йод, антибиотики, фонарик и даже тушенку. Это все на случай, если ты не сможешь идти.

– Идти куда?

– В пещеру конечно же.

– Зачем нам залезать в пещеру? Надо быть на самом виду, может, даже, пытаться разжечь костер. Кстати, спички ты нашел?

– Погоди делать скоропалительные выводы. Мы не знаем где мы находимся. Не спроста кто-то надежно укрывался в найденной мною пещере. На острове могут прятаться пираты или беглые бандиты. Надо с начала осмотреться, обследовать остров. Одно я знаю точно, что эти острова принадлежат иностранному государству и то, что ты не мужчина, а значит, будешь представлять особый интерес для здешних обитателей.

– Ты сума сошел? Мы упустим время. Наше судно потерпело крушение. Возможно вахтенный успел передать сигнал SOS. Сейчас корабли и самолеты уже ищут выживших. Пока мы гуляем по острову, нас перестанут искать.

–Во-первых, прошло уже около трех суток с момента аварии. Если бы нас искали, то уже бы нашли еще в воде. Во-вторых, здесь на острове что – то не так. Я много чего нашел в пещере. Все это надо как следует изучить. Ну, и на конец, чтобы разжечь костер, большой костер, нужны бревна. В лесу костер разжигать опасно, может загореться лес, а маленький костерок не будет заметен с океана. Бревна для костра придется таскать на уступы скал или вот на этот чудесный пляж, опять-таки через скалы. Так что давай, поднимайся и будем добираться до пещеры, пока не стемнело.

Александр подал Маше свою руку и помог ей подняться с песка. Одежда на ней уже почти совсем высохла и песок посыпался с нее, как горный оползень. Саша все еще держал Машу за руку, готовый в любую секунду удержать ее от падения. Но она устояла и, даже, шатаясь побрела к морю.

– Ты куда? Нам в другую сторону.

– Я умою лицо. Солнце высушило мне кожу аж до боли.

Маша зачерпнула в ладони океанской воды и с удовольствием умыла свое лицо. Ей стало реально легче и тогда, она обратила внимание на свои руки. На пальцах были давние следы от химических ожогов. Создавалось впечатление, что кто-то, когда-то пытался скрыть возможность установить ее личность по отпечаткам пальцев. Не отрывая взгляда от своих рук, она наклонилась над водой. Солнце было у нее за спиной. Маша посмотрела на свое отражение в воде и четь не упала от неожиданности. Из воды на нее смотрела испуганная молодая женщина лет тридцати, тридцати пяти.

– Вот это меня бабахнуло по голове! Я совсем не узнаю себя. Руки, лицо, все не мое, -

Она в истерике шлепнулась прямо в воду и начала изо всех сил бить кулаком в свое собственное отражение. – Кто я? Как я теперь?

– Вот только твоей истерики нам и не хватает. Ты обязательно все вспомнишь. У тебя посттравматическая амнезия. Такое, к сожалению, бывает. Сначала у тебя был стресс от крушения и, в тот же миг, удар по голове. Сотрясение мозга и амнезия – это результат. Вставай, нам надо идти. Только в пещере ты сможешь отлежаться в безопасности, восстановить силы и память.

– Да с чего ты взял, что нам надо кого-то бояться? Что нам надо прятаться? Нас явно надо спасать и лечить. Особенно меня, – рыдая выкрикивала Маша.

– Перестань истерить и пойдем, пока еще не начало темнеть. Доверься мне и моей чуйке. Один раз я тебя уже спас, – и Саша опять протянул ей свою руку.

Она совсем опустошенная, как робот, повинуясь чьему-то приказу, поднялась и нехотя побрела за Сашей в сторону скал.

– Ну и как я, по-твоему, сюда заберусь?

– Придется постараться. Здесь есть более или менее безопасный подъем. Я к нему нас и веду.

И действительно, в почти отвесных, но невысоких скалах, был узкий и сравнительно пологий проход на верх. Этот проход был усыпан камнями, через которые приходилось переползать на животе. Иногда этот проход резко сворачивал, и они шли практически в обратную сторону. Но все же, им удалось подняться на верх.

Взору Марии открылось довольно большое плато, которое, на сколько хватало глаз, чередовали холмы, скалы, поляны и леса. С лева от них возвышалась огромная гора, которая вся бала покрыта зеленью; в свою очередь, это подтверждало то, что это давно потухший вулкан. Левый край горы доходил до океана и там, похоже, чернели только мокрые скалы. Сказать с уверенностью, что это остров, с данной точки обозрения, конечно, было невозможно. "Надо будет взобраться на эту гору и оглядеться," – подумала Маша.

Они шли уже более двух часов. Маша чувствовала себя сравнительно неплохо, если не считать головокружения, мокрых кроссовок и ужасного голода. Маша периодически клянчила у Александра тушенку, но он был непреклонен. Сказал, что у них нет времени на остановку, скоро стемнеет.

Маше показалось, что Саша заблудился и кружит каким-то неисповедимым маршрутом. Но на ее вопрос заблудился он или нет, Саша сказал, что абсолютно уверен в правильности их пути. А петляют они, потому что прячутся за холмиками, горушками и лесочками от предполагаемого врага.

– Похоже, дружочек, ударилась головой не только я. Тебя тоже чем-то накрыло, – съязвила Маша.

Саша даже не подумал обижаться. Уверенно шагая вперед, он сказал:

– Потерпи еще чуть-чуть. Нам осталось совсем немного.

Минут через пятнадцать или двадцать они подошли к самому краю скалистого берега. В низ спускалась высокая, отвесная стена, совершенно без выступов, а в низу бились волны океана. Маша было страшно подойти к самому краю. Саша же, напротив, уверенно, как хозяин, подошел к самой кромке, нагнулся и потянул рукой металлическую цепь. Маша даже ахнула от удивления. Этот, обрывающийся к океану, скалистый берег был довольно продолжительным и однообразным. Как можно было так точно и безошибочно подойти к обрыву именно в том месте, где прикована цепь? Саша не ошибся даже не на дюйм. Причем, случайно наступить на цепь, Маше показалось просто невозможным. Цепь была прибита в самый край скалы. Гулять по самому краю никто бы не стал. Что это, феноменальная зрительная память или удачливость, которыми от природы обладал этот морячек? Или здесь скрыто что-то еще?

Из противоречивых мыслей, нахлынувших на Машу просто сплошным шквалом, ее вывел удар грома, раскатившийся как удар артиллерии. Резко, как это и бывает в тропиках, пошел сильный дождь. Саша, моментально промокший, как говорится, до нитки, с сожалением тяжело вздохнул:

– Совсем немного не успели. А в пещере сейчас сухо и тепло. Одно хорошо, все наши следы на берегу уже смыло. Я все равно полезу в пещеру сейчас. Как только я буду на месте, я пущу волну по цепи, и она звякнет о камни. Значит цепь свободна и можно спускаться тебе. Ты попытайся спуститься за мной. У ухода в пещеру я тебя встречу и помогу войти внутрь. По цепи лазать легче, чем по веревке. У цепи есть звенья. За них легче ухватиться пальцами. В низ спускаться тоже легче, чем подниматься на верх. Если не сможешь, побоишься, то стой здесь, никуда не уходи. Я буду ждать тебя у входа в пещеру тридцать минут. А затем, если не спустишься, поднимусь к тебе и мы что-нибудь придумаем.

Лил сильный дождь, сверкали молнии и гремел гром. Мария стояла как вкопанная. Она не могла понять, что происходит. Ей казалось, что вот-вот на нее обрушатся небеса. За что? Почему? Зачем? Лучше бы она утонула там, в Тихом океане, во время крушения корабля. "Сашка меня спас. Притянул к этому пустынному берегу. Он и сейчас старается что-то делать. Я просто зануда. Мне во всем кажется подвох. Это потому что у меня амнезия", – размышляла Маша.

Цепь звякнула о камни и Маше надо было решаться. за серой пеленой ливня океан не был виден совсем и казалось, что там, под обрывом нет совсем ничего. Существуют на всем белом свете только они трое: отвесная скала, цепь и Маша. Она ухватилась за цепь Ее пальцы легко проходили в кольцо каждого звена и это помогало удержаться на мокром скользком металле. Обвив ногами цепь, Маша начала медленно передвигать руками. То правую, то левую… На удивление, ей не было очень трудно. "Видать я тренированная дамочка", – подумала Маша. Примерно метров через пять ее ног коснулись Сашины руки. Он велел ей продолжать спуск руками, а ее ноги он уже поставил на уступе при входе в пещеру.

ГЛАВА 2. ПЕЩЕРА

                                    "В пещере этой сухо и тепло.

                                    Здесь нет чужих и на душе светло.

                                    Вот только бы вспомнить, кто она

                                    И чашу сомнений выпить до дна."

В пещере горела не то какая-то тусклая лампа, не то лучина. Но глаза потихоньку освоились. В полумраке уже можно было кое-что увидеть. Здесь было действительно просторно, а главное сухо. На каком-то "примусе" что-то булькало в котелке. Запах от варева был просто божественным. У стены напротив что-то валялось на полу. "Похоже это какая-то лежанка", – подумала Маша.

– Сними с себя мокрые вещи и развешай их вон на ту палку, – он указал на два камня по одаль, на которых с верху лежала палка – На себя накинь вот это одеяло. Я его уже выхлопал.

Маша с удовольствием стащила с себя мокрые джинсы и кофточку. "Хорошо, что после океанской воды, одежду прополоскал дождик", – подумала Маша, завернувшись в одеяло. Она уселась на один из камней.

– Какой огромный зал. Давай назовем его "зал проживания".

Саша хлопотал возле котелка и, казалось, совсем не обращал внимания на Машу. Ждать долго не пришлось Сашка, как фокусник, извлек от куда-то пластиковой чашки.

– Половника я пока не нашел. Может его и нет совсем. Но вот чашки две и это радует. Нам можно есть вместе и не ждать друг друга.

Он зачерпнул суп миской прямо из котелка и подал Маше.

« Пей», – сказал Сашка – ложки я пока тоже не нашел.

Маша осторожно хлебала из миски горячий бульон, сваренный из тушенки. Она уже перестала трястись от холода и голода. Маша понимала, что Саша был прав приведя ее сюда. Что бы с ними было сейчас на открытом пространстве? Костер им бы врят-ли удалось даже разжечь. Гроза продолжалась, а тут сухо и тепло, как и обещал Саша.

После горячего сытного ужина Машу как-то сразу сильно разморило. Саша помог ей встать и под руки повел на лежанку в глубь пещеры. Маша даже не успела осознать, что находится под ней и чем ее укрывает Сашка. Сон ею просто овладел, поглотил все ее сознание. Она не могла не только пошевелиться, она даже не могла думать.

Утро следующего, после прибытия на этот берег, дня был солнечным. На небе не найти даже намека на маленькое облачко и уж никакого намека на бушевавшую вечером грозу. Маша осмотрела свое ложе. Оно было устлано сухой травой и большими листьями. А под этой подстилкой были плотно уложены ветки. Весь этот тапчанчик был накрыт толстым, скорее всего, синтепоновым одеялом, которое служило, в данном случае, матрасом.

Маша чувствовала себя очень даже неплохо. Она хорошо выспалась, у нее ничего не болело. Ей ничего не мешало сосредоточиться и все обдумать. Для начала Маша решила обследовать их новое укрытие от новых, пока неизвестных, врагов. Сейчас при обилии солнца, тепла и света, все эти Сашкины домыслы казались ей безосновательными и, даже, смешными.

Пещера действительно была когда-то обитаемой. В ней было все приспособлено для довольно сносного выживания в чрезвычайной ситуации. Здесь было все необходимое для сна, приготовления пищи. Да и запас еды, в виде различных консервных банок и галет в пачках тоже был. Вот только этикетки на банках и галетах, все без исключения, были на немецком языке. Машу это насторожило и, даже, напугало. Особенно ее удивило, что она легко читала и понимала все надписи до единой. Еще она обратила внимание, что в этой пещере никогда не разжигался огонь, а вся пища готовилась на аккумуляторных приборах, снабженных зарядными батареями. И светильники были устроены по такому же принципу. Сами батареи, скорее всего, заряжались от солнца.

Видимо, тот, кто обустраивал эту пещеру, прежде всего, заботился о том, чтобы из нее не шел дым. То есть этот некто соблюдал полную конспирацию. И этот кто-то точно был мужчиной, т.к. на одном из камней было установлено маленькое зеркальце, а рядом лежала бритва и стоял крем для бритья. Маша сразу же взяла зеркальце в руки и, снова, как и вчера, ее охватил ужас. Она себя не узнавала. Из зеркала смотрело на нее чужое лицо. Для уверенности она даже потрогала его руками, но прохладная гладь стекла не изменилась. Тогда Маша ощупала свое лицо, не отрывая взгляд от зеркала. Да, без сомнения, это было ее собственное отражение, но почему оно было настолько чужим? Приглядевшись, Маша обратила внимание, что ее огромные серые глаза ей все-таки очень знакомы. Только глаза и все, странно… В одном Сашка был абсолютно прав, ей надо восстановить силы, а вместе с выздоровлением вернется и память.

В котелке Маша обнаружила уже остывший чай. Видимо Саша ушел уже давно. Раз солнце в зените, сейчас что-то около или чуть за полдень. В другом котелке Маша увидела перловую кашу с мясом. Ложки тоже лежали рядом. Видимо Сашка их нашел утром. Маша по-хозяйски подогрела чай и кашу. И только посте завтрака – обеда увидела надпись на песке возле топчана. Послание было, конечно же, от Саши. "Я обследую остров. Ты отлежись, у тебя сотрясение мозга. Вода в ванной у входа в пещеру. Жди меня. Саша". Маша подошла к выходу и только тогда увидела, что с улицы в пещеру была вырублена узкая канавка, которая вела на право от входа и, только теперь, в полумраке она увидела емкость с водой. Скорее всего, емкость тоже вырубили в скале для того, чтобы туда набиралась пресная дождевая водичка.

"Все как бы и не плохо. Происходят, ну скажем, почти чудеса. – думала Маша – Чудесное спасение, чудесное попадание на этот, пригодный для выживания, остров. А еще и эта пещера, кем-то оборудованная и обустроенная практически идеально. "Расслабься, Маша, отдыхай, – приказала она сама себе – Так ведь нет. Все здесь как-то не так. Уж больно все складно, течение вынесло нас именно на этот остров. Сашка сразу нашел для укрытия пещеру, которую невозможно отыскать, даже прожив на острове всю жизнь. Вводит в изумление само тайное местонахождение пещеры и, конечно же, ее такое правильное и скрупулёзное обустройство. А самое главное, все здесь: светильники, электронагревательные приборы и даже еда, высочайшего немецкого качества. Немецкого… Почему? Может быть у меня глюки на фоне травмы головы или я еще сплю?"

И только теперь Маша обратила внимание, что она расхаживает по пещере в том самом одеяле, которое дал ей Саша, что бы она смогла высушить свою мокрую одежду. Ее джинсы и кофточка с спринтом так и висели на перекладине между камнями. Маша потрогала белье. "Кофта сухая, а вот джинсы еще влажные. Ничего, на мне быстрее высохнут". – она оделась и снова улеглась на топчан.

Сашка вернулся в пещеру лишь под вечер. Он знал, что Маша проспит почти до обеда, но вот станет-ли ждать его и не полезет-ли на вех? Он не знал. Но надо было действовать, центр ждал новостей. Сказать о том, что он уже пожалел о спасении Маши, он не мог. Но и хлопот и переживаний она ему доставила немало. Лишь бы не сорвала ему всю операцию. Тогда их ждет смерть. Неминуемая смерть. Капсулы со смертельным, мгновенно действующим ядом, были вшиты у него в одежду и, даже, не в единственном экземпляре. Сдаваться врагу живым никак нельзя. Сегодня пытки человека, выбивание из него информации, ушли в прошлое. Сейчас достаточно уколоть один укол и допрашиваемый, хоть и нехотя, выложит все "на блюдечке с голубой каемочкой".

Саша очень устал и страшно хотел есть. Воду он брал с собой во фляжке.

Весь день он колесил по острову. Прятался за каждой кочкой. Боялся, что кое-где могут быть установлены камеры или датчики движения. Поход увенчался успехом. Он нашел-таки вход внутрь огромной горы. Проход был маленький, неприметный и замаскированный под небольшую кочку. Он не был предназначен для проезда техники. Самое большое, что здесь могло въехать или выехать – это человек на мотоцикле. Да и дорог на острове Саша тоже не увидел, он даже не обнаружил ни единой тропинки. Остров выглядел необитаемым. Из этого следовало, что есть еще один вход в гору и он, скорее всего, идет со стороны океана. Именно со стороны океана, гора резко, почти отвесной скалой, уходит в воду. "Если там такой же лаз, как в нашу пещеру? – размышлял Саша – Нет, этот вариант надо отметать. В горе работает очень много людей, а значит нужны поставки еды, оборудования и т.д. Нужен большой вход и он, скорее всего, идет под водой. Все необходимое поставляется подводными лодками и, через систему шлюзов, прямо куда надо. На этих лодках установлены секретные системы антислежения. Все шито крыто и со спутников ничего не видно".

Саша вошел в пещеру. Маша лежала на топчане. Она оделась в джинсы и кофточку, не надела лишь кроссовки. О том, что Маша не спит, Саша понял сразу же, потому что, как только он появился в проеме входа, она отвернула голову в сторону. А до этого, понятное дело, пристально глядела на проем. Она его ждала.

– Маша, как ты себя чувствуешь? Что лежишь – это хорошо, – он заглянул в котелки – и то, что поела, это тоже отлично. Еще день, другой и ты будешь, как новенькая.

– Где ты был так долго? – обиженно спросила Мария, поднимаясь с подстилки – Мне в голову лезло разное. Вдруг, ты свалился со скалы или заблудился. Как я тогда? Что будет со мной? Мои научные познания тут вряд-ли пригодятся.

– Как твоя память? Что-нибудь начинает сплывать?

– В том-то и дело, что ни-че-го… Правда мне кажется, я узнала свои глаза. Вернее, я их точно помню и ВСЕ, ВСЕ. Понимаешь?

– Главное не истери. Мы выжили и это уже не плохо. Мы нашли укрытие и это тоже отлично. Пока я обследую остров, ты восстанавливайся.

– А как она должна вернуться и когда?

– У всех по-разному. У кого-то она появляется отдельными кусочками, а у кого-то вспыхивает в один миг, как одна большая вспышка. И время у всех проходит разное. Кто-то приходит в себя очень быстро, а кто-то восстанавливается годами. Тебе бы сейчас помогли специальные лекарственные препараты, но у меня их нет.

– Господи, Саша, от куда ты все это знаешь? Как будто сам бывал с амнезией.

Но Саша не ответил. Он ушел в себя и что-то напряженно обдумывал. Будь-то принимал очень важное решение. А Мария не умолкала:

– Я надеюсь, ты поднялся на гору и осмотрелся вокруг? Что там? Мы все-таки на острове? Что? Говори. Почему ты молчишь, Саша?

Маша растерянно хлопала своими огромными серыми глазами, как заблудившийся ребенок. Сашка отчетливо понимал, что в данный момент, он единственная для нее точка опоры. Он решал сейчас большую дилемму, рассказать ей всю правду или продолжать придерживаться выдуманной легенды. Если выбрать первый вариант, то как она на него отреагирует? Как поведет себя? Надо учесть то, что она англичанка, у них совершенно иной менталитет. Не пойдет-ли она добровольно в гору? Ведь она научный сотрудник и продолжать научную работу ей куда важнее всех стереотипов и принципов. Если оставить все, как есть, придерживаться прежней легенды, я залезу в очередные дебри. Тогда уж вряд ли удержу ее от попытки взобраться на гору и увидеть остров своими глазами. Не посажу же я ее на цепь прямо в пещере…

Маша понимала, что с Сашей что-то происходит. Его явно что-то тревожит. Он ушел в себя. Тогда Мария решила сменить тактику. Она подошла к Саше, обняла его за плечи и ласково, но убедительно предложила поужинать. Ужин она сварила отменный. Только сейчас Саша обратил внимание на то, что вся пещера источает вкуснейший аромат. Он вспомнил, что сильно устал и проголодался. С собой в дорогу он брал только воду и галеты.

Стало уже довольно поздно и можно было ложиться спать. Но Александр сидел неподвижно на плоском камешке, приспособленном под табурет. "Почему он не ложится спать? Ведь очевидно, что он очень устал, – подумала Маша и, только сейчас, обратила внимание, что другой лежанки в пещере нет – Где же спал Саша? – Видимо и сейчас он ждет, когда я усну и потом, без скандала и возражений с моей стороны, уляжется под мой бочок. Как я могла не почувствовать его присутствие на топчане прошлой ночью? Меня вчера просто вырубило, да и сегодня я жутко хочу спать…"

Но дойти до топчана она не успела. Сон резко ею овладел и до лежанки ее дотащил Сашка. Он наклонился над этой хрупкой русоволосой женщиной. Погладил ее волосы и сказал:

– Надо же, правду говорят: "Маленькая собачка до смерти щенок". Ты уж прости меня, "Дружок", мне опять пришлось тебя усыпить. Но я обещаю обязательно на что-то решиться. Вот только поговорю о тебе с центром.

Спутниковой связи с центром надо было ждать еще более двух часов. Но именно тогда наш спутник не будет прослушиваться другими спутниками – шпионами. Спутниковый радиотелефон был спрятан Гельмутом в пещере. Да и вообще, оборудование всей пещеры в целом, это заслуга Гельмута. "Где он сейчас? Что с ним? И вообще, жив-ли он? – Саша не знал.

Глава 3. Далекое, родное и близкое

                                    "Друзья в одном доме, рядом жили.

                                    Вместе учились и крепко дружили.

                                    В сердцах патриотизм храня,

                                    Служению народу посвятили себя."

Они были неразлучны со школьных лет. Учились, хоть и в параллельных классах, но в одной школе и, даже на переменах, иногда находили друг друга, чтобы, конечно же по секрету, рассказать неотложные новости или поговорить о планах на вечер. Ну а уж вечером Саша Миронов и Глеб Матвеев были всегда вместе. Они даже уроки, почти всегда, делали вместе. Жили они в Свердловске, в одном пятиэтажном доме. Их квартиры были прямо друг над другом. Сашка жил с родителями на четвертом этаже, а Глеб этажом ниже, но его семья была чуть-чуть больше. У Глеба была младшая сестра Наташка. Она была младше Глеба на целых пять лет. И друзьям водиться с малышней было не по статусу. Наташка была белокурой сероглазой бестией. Она всегда лезла во все дела ребят и, практически всегда, все о них знала. Как она умудрялась все "разнюхать", друзьям было просто не понятно.

Но годы шли и Сашка с Глебом привыкли к тому, что от Наташки ничего не скрыть. Они даже придумали ей кличку "агент Шнырь". Наташка на это не обижалась, а может, делала только вид. Сашку и Глеба все ребята кругом звали "Мироном" и "Матвеем" соответственно их фамилиям. Так их звала и Наташка.

Саша и Глеб неплохо учились, а еще занимались спортом. Благо спортивных секций в Свердловске было хоть пруд пруди. Пробовали они себя и на лыжах, и на беговых коньках, даже на фигурных коньках танцевали. Но остановились, все-таки, на хоккее: и коньки, и меткость, и сила, и скорость, а главное, работа в команде. Особых высот в спорте ребята не достигли, но именно спорт им помог при поступлении в высшую разведывательную школу в их любимом Екатеринбурге, так теперь был переименован Свердловск.

Но не только был переименован их родной город. Появились и новые клички и у ребят. За Сашкой закрепилось прозвище "Защитник", потому что он лучше всех мог прикрывать тылы. Умел отвести удар от союзников, кстати, в хоккее он всегда стоял в защите. И это не только во время имитации военных действий, но и при работе с документацией и фактами. Глеба все начали звать "Гельмутом". Это случилось с легкой руки их учительницы по немецкому языку. На уроках они очень часто отрабатывали разговорную немецкую речь, что бы напрочь искоренить акцент и отработать скорость постановки вопросов и ответов. Фрау Штольц, так звали их немку, устраивала целые спектакли на уроке и в них, почти всегда, участвовал Глеб. Немка просто его обожала за феноменальную память, прилежание в учебе и чистейшее произношение. В ее импровизированных сценках она, почему-то, всегда давала ему имя Гельмут. И в конце каждого своего урока она говорила: "Всем спасибо. Берите пример с Гельмута". Вот так с легкой руки фрау Штольц, Глеб превратился в Гельмута.

После окончания высшей школы, ребят расформировали в разные разведывательные управления. В какие именно, ребята не знали сами. Им всем было приказано прибыть на военную базу. Там их каждого усадили, кого на вертолеты, кого в самолеты. Так для каждого из них началась новая жизнь. Они были оторваны от своего прошлого. Каждый, как веточка, отрубленная топором от живого и родного дерева, упал куда пришлось… Сами выбрали путь служить Родине. На кого теперь пенять?

Саша много работал. Вернее, они работали целой группой. Одни поставляли информацию. Другие ее обрабатывали. Третьи составляли планы и писали для своего агента легенду. А он, Сашка – "Защитник", проникал куда надо и делал то, что требовалось. С домашними он общался очень редко. Бывало даже, один раз в два года. Мундир надевать было нельзя, что-либо рассказывать о работе тоже. А Сашке было чем похвастаться. Он уже дважды получал внеочередные звания и награды за выдающиеся заслуги.

Глеба Саша так ни разу больше не видел. Но, каждый раз, приезжая домой, он обязательно навещал родителей друга. Ведь они были для него такими же родными и близкими, как и его собственные. Бывая у них, он ни разу не встретил ни Глеба, ни его сестру Наташу. Родители друга принимали Сашку, как родного сына. Мама Глеба даже плакала от счастья. О своих детях они говорили с радостью, но всегда одно и тоже: "Глеб, ты же знаешь, очень занят, но весточки шлет регулярно. У него все хорошо. Обещает, что скоро увидимся. У Наташи тоже все хорошо. Окончила филологический факультет с отличием. Сейчас работает дипломатом в каком-то зарубежном посольстве. Больше мы ничего на знаем. Да и то говорим мы это только тебе, а для соседей и друзей у нас совсем другая версия. Мы, как будто разругались, поссорились с детьми, совсем из-за пустяка, но они все еще обижаются. С нами общаются лишь изредка, да и то в основном по телефону.

Жалко, конечно же, было родителей Глеба. Но и мои собственные старики были практически в таком же положении. Во время Сашкиных "длительных командировок", с ними связывалось его руководство и сообщало, что с ним все в полном порядке. Про Глеба, в общем-то, тоже было все понятно. Но вот почему из жизни родителей исчезла Наталья? В последний раз Саша видел ее на их совместном праздновании окончания высшей школы. Отмечали они в квартире Глеба. Приглашены были только трое: Саша и его родители. Обе семьи были очень интеллигентными людьми. С ними было приятно и интересно общаться. Поэтому вечер проходил в оживленной обстановке.

Сестра Глеба пришла не к началу торжества. Она извинилась и сказала, что задержалась на занятиях в институте. Саша знал, что она где-то учится на филологическом факультете, но он ее очень давно не видел и просто поверить не мог, что этот крохотный "агент Шнырь", превратился в поистине прекрасный цветок. Русые волнистые волосы, огромные серые глаза, умный, проникающий в душу, взгляд. Саше и Глебу было уже по 23 года. Значит, Наташе уже исполнилось восемнадцать.      "Боже мой, как она похорошела, – думал Сашка – вот только, так и осталась маленького роста". Но это ее не портило, а наоборот привносило к ее облику какую-то изюминку даже шарм. Наташка все также стрекотала без умолку. Она забрасывала вопросами и Глеба и Сашку. Они, конечно же, что-то ей "мыкали", "дакали" и "некали". Весь ее внешний вид говорил о ее жизнерадостности и беспечности. Вот только глаза… Они, как будто, не принадлежали ее облику. В них читалось понимание всего, что в данный момент происходит. Какая-то взрослая тоска и ожидание долгой разлуки, а может, даже, на всегда. Саша увидел в ней взрослую, умную женщину, играющую роль совсем юного "агента Шнырь".

Как только он думал о доме, он сразу видел эти огромные серые глаза и эту маленькую стройную девушку. Но сейчас он старался не думать о доме. Он собирал мысли, как говорится, в кулак. Готовился, за короткие семь минут эфира, выдать как можно больше информации центру. Почему же именно сейчас, перед ним так ясно встали эти огромные серые глаза Наташи? "Видимо потому, что, Маша чем-то очень напоминает Наташу. Эти огромные серые глаза, русые волнистые волосы; невысокая, стройная фигурка; а еще эта привычка засыпать его вопросами, – размышлял Саша – Но этой Маше уже за тридцать, может, даже за тридцать пять и у нее совсем другое лицо. Наташу я бы не спутал ни с кем. Даже, если бы ей надели черный парик и приклеили черные усы. Но вот глаза… Я им точно верю."

Глава 4. ОТКРОВЕНИЕ

                                    "Рассказывать правду, порой, не легко.

                                    Открыться чужому, совсем тяжело.

                                    Но с верху получен приказ "Говорить!"

                                    И правду пришлось на двоих поделить."

Центр одобрил спасение Маши. Разрешил Саше ей раскрыться и, даже, рассказать ей о Гельмуте и то, что он – это Глеб. Кураторы даже посоветовали Александру, не раскрывая себя на острове, поддержать Машу, если она будет предпринимать какие-нибудь действия. И, даже, если, попросит, помочь ей. Решением центра Сашка был просто ошарашен. "Кто же она такая? Не вляпаюсь я с ней в историю?" – думал он. Усталость была не только в мышцах, ведь он был на ногах вест день, путаница была и в его голове. На острове была уже ночь. "Надо ложиться спать, – сказал он сам себе, – Утро вечера мудренее. Маша проспит до обеда. А значит, у меня будет время подготовиться к разговору с ней. Завтра я никуда не пойду. По крайней мере утром". Саша пошел к топчану. Он смотрел на Машу, на ее совершенно незнакомое лицо. Вчера он улегся к ней под бочок, чувствуя себя спасителем, понимая, что она целиком зависит от него. А сегодня он понимал, что с ней не все так просто как он предполагал. Возможно, ему предстоит в чем-то ей помочь. В чем это будет выражаться? Сейчас Саша уже с осторожностью и, даже, с опаской лег с краю лежанки. Усталость, после прожитого на острове дня, взяла верх, и Саша быстро уснул.

Утром Саша проснулся отдохнувшим и уверенным в себе. Он понимал, что центру виднее и поэтому для него наступил день откровений и признаний. Саша подошел к зеркалу и, со знанием дела, легко и быстро сбрил всю щетину со своего лица, которую щетиной-то назвать было трудно. Это были, уродливо отросшие, борода и усы. Теперь Сашка из геолога, находящегося в геологической партии, превратился в помолодевшего, лет на десять, не то офисного клерка, не то студента последнего курса обучения. Который косит под Битлс своей гривой на голове и не подходит под облик интеллектуала по одежде. За входом в пещеру опять гремела гроза и лил проливной дождь. Сашка этому был несказанно рад. Если бы не разговор с Машей, который, кстати, порекомендовал ему центр, он бы сейчас мок, лежа на холме, и, наблюдая за замаскированным входом в гору.

В полдень Саша был абсолютно готов к разговору с Машей. Он сделал для нее завтрак – обед, поел сам и ждал ее пробуждения. Она проснулась и сразу уставилась на Сашку.

– Бог мой! Ты-ли это, Саша? Ты помолодел лет, так это, на десять. Тебе так лучше, ты даже кого-то мне очень, очень напоминаешь. Может быть я тебя все-таки знаю?

– Да нет, конечно, потому что я тебя точно не знаю. Амнезии у меня нет. Умойся и садись обедать. У меня к тебе важный разговор.

– Уже обед? Почему я вторую ночь так долго сплю? Вчера я почти весь день отдыхала. От куда берется этот богатырский сон?

– Я особист. Работаю на спецслужбу России. А сейчас я на спец задании. Но я тебе ничего не врал. Мы действительно находились в Тихом океане на научно – исследовательском судне Шкипер. На этом судне было двадцать четыре специалиста по океанологии, и ты среди них. Кто-то изучал ветра, проносящиеся над океаном. Кто-то воду и обитающих в ней организмов. Ты изучала течения, господствующие и сезонные. Время и причины их появления. Тебя действительно зовут Мария Дашкова и ты доцент из Великобритании. Видимо твое русское происхождение дает тебе возможность свободно общаться на русском языке. Наше судно действительно что-то раскололо пополам, и ты действительно тонула, а я тебя спасал.

– Давай о самом главном. Кто все-таки ты? Где мы? Кого боимся? Как будем спасаться?

– Ты ужасно мне напоминаешь одну мою давнюю знакомую. Она такая же торопыжка. Видишь, за дверью льет дождь. Я совершенно никуда не тороплюсь. Сейчас я все расскажу тебе по порядку. На Шкипере я оказался не случайно. Мне нужно было добраться именно на этот остров. Он находится в цепи островов Ратак, в пределах островного государства Маршалловы острова. И, если тебе интересно, Ратак означает "Восход солнца".

Капитан Шкипера знал, что я, так сказать, засланный казачок. Уйти с корабля в открытый океан я должен был следующей ночью. Для этого я и гулял по палубе в тот самый вечер. Я подбирал место, где лучше спрятать костюм и акваланги. На тот момент все мое снаряжение находилось у меня в каюте. И тут на палубе я увидел тебя. Ты сидела, откинувшись в кресле – качалке; но было очевидно, что ты была очень сосредоточена. Мое появление тебя точно удивило, словно перед тобой явилось привидение. Когда я представился, ты тоже мне представилась, но как – то очень холодно, давая понять, что мне лучше удалиться. Но тут все случилось именно так, как я тебе рассказывал раньше. Все пошло не по плану.

Центр подготавливался к моей миссии очень тщательно. На случай, если пойдет что – то не так, были изучены направления сезонных ветров и течений, известных на этот момент. И вот оно, трах бабах и все пошло кувырком. Но я все – таки вырулил на нужное нам течение и оно, вуа-ля, вынесло нас на тот самый берег.

А вот теперь самое главное. Остров этот, еще как обитаем. В этой самой горе, под землей есть заводы и фабрики, лаборатории и жилые отсеки. Даже есть доки для подводных лодок. Конечно же всего мы не знаем, поэтому я здесь. У центра есть данные, что весь этот остров оккупировал Четвертый рейх. Другими словами, неофашисты. Они по всему миру крадут ученых и переправляют их сюда. Основная масса ученых работает здесь под давлением. Нацисты угрожают жизни их родных и близких. В доказательство своих намерений они снимают видео и показывают их пленным ученым. В центре об этом точно знают, потому что мы тоже аккуратно наблюдаем за семьями ученых, числящихся без вести пропавшими, либо, якобы погибших при загадочных обстоятельствах.

– Ты, наверное, уже не раз бывал здесь раньше? Я сразу поняла это, потому что ты с легкостью обнаружил подъем с пляжа. Точно, вплоть до сантиметра, знал, где находится цепь для спуска в пещеру. Ну и, конечно же, сама пещера. Она ведь оборудована и обеспечена всем необходимым.

– Ну, и что ты еще поняла? – с явным раздражением спросил Саша.

– Лучше спроси, чего я не поняла совсем, – вздыхая с сожалением, сказала Мария – Почему здесь везде, по всей пещере, вещи немецкого производства, простите, даже туалетные принадлежности и еда? Привезти их открыто с континента не мог даже ты. Значит, скорее всего, эти вещи доставлены сюда прямо из горы. Из этого следует, что из горы в пещеру ведет подземный, естественный, природный проход. Видимо, хозяева горы о нем пока ничего не знают.

– Маша, а ты неплохо соображаешь. Прямо не ученый океанолог, а готовый разведчик. Но все, конечно же, не совсем так. На острове я в первый раз, как и ты. О проходе в скалах при подъеме с пляжа и, даже, о наличии и месте нахождения этого пляжа; о пещере и способе в нее спуститься, я знал заранее от предыдущего агента, который работал на острове до меня. Но, в отличие от меня, он был внедрен в штат сотрудников Четвертого рейха в качестве инженера по коммуникационному оборудованию. Видимо, проникая беспрепятственно ко всем коммуникациям в горе Гельмут, так звали нашего агента, и обнаружил этот самый подземный проход в эту пещеру. Это он ее оборудовал за два с небольшим года. Установил специальные датчики и нашел, где эта пещера находится, если стоять над входом, на скале. Железные колья и цепь – это его рук дело. Он же установил на железный кол микроскопический маячок, который подает особый сигнал. Уловить этот сигнал можно лишь за 100 метров от маячка, да и то при наличии специально настроенного на него приемника. Этот приемник у меня в пуговице на заднем кармане брюк. А самое главное, Глеб снабжал центр очень важной и ценной информацией о разработках фашистов, осуществляемых в горе.

Пока меня готовили для заброски на остров, Глеб перестал выходить на связь. Причин может быть много. Либо его каким-то образом раскрыли. Либо в подземном проходе случился обвал, а выход Гельмуту из пещеры запрещен. По крайней мере, со спутников, остров выглядит необитаемым. Населяют поверхность острова только растения и многочисленные животные. Именно по этой причине по острову нет датчиков движения. Их нет даже рядом с входом в гору. Иначе все датчики движения реагировали бы постоянно, круглые сутки. Животных здесь очень много.

Сашка так увлекся своим рассказом, что не сразу заметил то, что Маша, как-то приутихла. Сидя на камушке, она даже перестала есть. Просто держала тарелку в руках и смотрела в одну точку. Даже не в точку, она смотрела в себя. И Саша снова увидел глубокий и все понимающий взгляд Наташи. Это было точь-в-точь. Он мог дать руку на отсечение. Саша спокойно подошел к Марии, положил руки ей на плечи и спросил:

– Маша, ты меня слышишь?

Маша резко встрепенулась, как будто только что проснулась. Тарелка выпала у нее из рук. Она подняла свои большие глаза на Сашу. Бог мой, в них уже буйствовал ураган. Порой Саше казалось, что она вот-вот заплачет. Он подал ей стакан теплого чаю. Она стала пить чай и снова ушла в себя. Через какое-то время Маша спросила:

– Почему ты вашего агента называешь то Гельмутом, то Глебом?

– Глеб – это его настоящее имя. Мы с Глебом друзья с детства, одноклассники и однокашники. А Гельмут – это его кличка. Под этим именем он и работает в горе у фашистов.

Маша лишь мотнула головой в знак понимания сказанного, и надолго снова замолчала. На вопросы и рассуждения Сашки она совсем не реагировала. Когда он ее касался, что бы вывести ее из этого ступора, Маша лишь спокойно отстраняла его руку и продолжала сидеть неподвижно. Только спустя часа два, а может и больше, она встала и начала готовиться ко сну. Саша сказал ей, что спать еще рано.

– Мне так надо. – резко ответила Маша – По крайней мере, сегодня я буду спать без снотворного.

– Про снотворное я тебе ничего не говорил.

– Я что, дурочка по-твоему?

Маша все-таки улеглась. Спит она или нет Сашке не было видно. Маша отвернулась лицом к стене пещеры.

Сидеть без дела Сашка не мог. Он решил обследовать ходы, которые вели из главного зала пещеры куда-то в глубь острова. Будь у него веревка, было бы легче, но, как раз, веревки – то и не было. "Не все Глеб предусмотрел, а, может, просто не нашел." – подумал Саша. Но путь надо обязательно чем-то метить. Едой нельзя, тут найдется кому ею поживиться. Саша решил проблему быстро. Он взял с собой полный рюкзак консервных банок и фонарик. Первую банку он поставил только тогда, когда вход в пещеру уже начал теряться из виду. И так далее. "Что бы каждая банка была в поле зрения другой банки", – говорил себе Саша. Мела, чтобы ставить стрелочки на стенах, у него не было и он, как ребенок, радовался своей задумке с банками. Проход, который выбрал Саша, был довольно просторным, но часто вилял то в право, то в лево, поэтому приходилось чаще ставить банки. Но радовало то, что этот проход не раздваивался, не уходил в разные стороны, а был пока единым. При этом, было очевидно, что этот проход природного, естественного происхождения. Саша решил, что, когда пойдет назад, будет обратно собирать все установленные банки. Оставит лишь одну на том месте, где закончится его сегодняшний маршрут.

Все продвигалось успешно, но к сожалению, рюкзак с банками быстро пустел. А еще Саша все время думал о Маше. Если честно, то такой реакции на свой рассказ он от нее не ожидал. Она все-таки англичанка. У них совсем другой менталитет. Одно для него казалось очевидным – она, либо, начинает что-то вспоминать о себе, либо, уже вспомнила все. И в том и в другом случае реакция не могла бы быть такой. Здесь что-то на так. Но ведь открыться Марии ему приказал центр. Почему центр принял такое решение, объяснить ему они, конечно же, не успели. Крушение судна и появление Маши в ходе операции было для центра неожиданностью. "Я раскрыл ей все свои карты, даже Глеба сдал с потрохами. Все, как велели… – рассуждал Саша – В следующий раз связаться с центром можно будет только через двенадцать дней, да и то только на семь минут. Надо будет заранее приготовить краткий, но всеобъемлющий обзор происходящего на острове."

Глава 5. НЕОБЪЯСНИМЫЕ СОБЫТИЯ

                                    "Вот, теплая пещера не кажется уютной,

                                    А спасенная подруга не кажется доступной.

                                          Кого теперь бояться и куда бежать?

                                    Как задание Центра ему исполнять?"

Когда рюкзак окончательно опустел, Саша пошел в обратный путь. Он еще раз похвалил себя за придумку с банками и за то, как правильно и рационально он их устанавливал. Одно было как бы не очень, рюкзак снова тяжелел. "Не надо выкидывать пустые банки", – подумал Саша. На душе у него было хорошо. Сегодня он выполнил нелегкое задание центра, причем, целиком и полностью. А сверх нормы, начал обследовать пещерный тоннель, которым пользовался Глеб. Понятное дело, что он, скорее всего, многокилометровый и в нем могут быть разного рода ответвления. Видимо, давным-давно, по нему текла подземная река. А из входа в пещеру падал красивый водопад.

С этими геологическими размышлениями Саша вышел в "зал проживания". Маши на топчане не было. Саша просто не верил своим глазам и совсем не понимал, что происходит. Уйти в незнакомые ей тоннели, она не могла – это было равноценно самоубийству. Значит, она ушла по цепи на верх. Но зачем и куда? Саша подбежал к цепи и убедился, что ее конец не уложен на входе в пещеру, а безвольно свисает со скалы. Теперь стало очевидным, что Мария ушла на верх. Сашка моментально кинулся в погоню. Поднявшись на верх, он огляделся и увидел Машу уже очень далеко в долине. Видимо, она покинула пещеру сразу, как только Саша ушел обследовать тоннель. Двигалась она в сторону входа в гору, того самого входа, который обнаружил Саша и, за которым он собирался вести наблюдение. Мария шла быстрым, уверенным шагом и не от кого не пряталась. Догонять ее, либо звать было бесполезно. Мария была уже в нескольких километрах от Саши, но он все равно побежал, пытаясь сократить это расстояние.

Подойдя к замаскированному входу в гору, Мария активизировала какой-то, известный ей сигнал. Саша все это время просто летел со страшной скоростью, сокращая расстояние. Но, вдруг, он увидел, что замаскированный вход весь завибрировал и начал издавать механические звуки. В горе явно включился какой-то механизм. Сашка инстинктивно припал к земле и весь превратился в слух. Минут через пятнадцать вход открылся. Из него вышел мужчина в серой спец форме и что-то сказал по-немецки. Мария тоже ответила ему по-немецки и он… отдал ей честь, как высшему по рангу военному. Мария вошла внутрь, а мужчина оглядел все вокруг и вошел вслед за ней. Вновь заработали какие-то механизмы и вход снова закрылся.

Сашка воткнулся лицом в траву и не в силах был пошевелиться. Теперь он впал в полный ступор. С ним никогда в жизни не было такого момента, что бы он ровным счетом ничего не понимал. Он лежал в траве, а его сердце стучало, как у загнанной лошади. Лошади, которая еще хотела мчаться вперед, но не могла понять, куда делась ее удаль и сила. Что теперь ему делать, куда бежать и где здесь можно укрыться? Предвидеть такой исход своего признания, Саша просто не мог. Он встал и снова побежал, теперь обратно, к спуску в пещеру. Он понимал, что у него совсем мало времени. Надо срочно вернуться в пещеру. Забрать хотя бы спутниковый телефон и немного тушенки на первое время. Пока Сашка бежал, он лихорадочно обдумывал план своего спасения и, главное, место эвакуации. Понятное дело, что его будут искать и, скорее всего, с собаками. Уходить надо по воде или, даже, под воду, в какие-то гроты. Иначе не спастись. Глеб ведь нашел эту пещеру, значит и я должен что-нибудь найти. Но, в отличие от Глеба, у меня совсем нет времени.

В пещере Сашка, первым делом, схватил спутниковый телефон. Консервы кидать в рюкзак не надо было, они там все еще лежали после похода в тоннель. На секунду Сашка тормознул, чтобы еще раз бросить взгляд на дело рук Глеба – его близкого друга, почти брата. И тут, Саша увидел на песке, у самой стены, запись "Никуда не уходи. Верь мне." Он сам раньше оставлял там записку для Маши. А теперь, вот, нашел послание для себя. В мозгах стучало, да и сердце лихорадочно билось в груди. Центр тоже приказал довериться Маше. Почему и Саша хотел ей доверять? Но после сегодняшнего ЧП, все встало с ног на голову. Если действовать, то прямо сейчас. Но Саша, повинуясь какой-то необъяснимой чуйке, тупо сидел на камушке, опустив на пол свой, наполненный до самого верху, рюкзак.

Немного отдышавшись, он начал обдумывать ход своих дальнейших действий на случай массированного вторжения. "Если захватчики пойдут с верху, то я собью цепь с прикола и сброшу незваных гостей в океан. А если, они пойдут через тоннель…? Хотя это, конечно же, маловероятно. Проход, видимо, все-таки, где-то обвалился и его надежно засыпало камнями. Второй проход, возможно, совсем не ведет в гору. Но этот вариант упускать нельзя. Вот так меня и схватят тепленьким, – размышлял Сашка – А я даже не пытаюсь, что-либо предпринять". Растяжки в тоннелях ставить нельзя. От взрыва может рухнуть вся пещера целиком. Да и задеть растяжку может обыкновенная крыса. Оставалось только ждать и быть готовым в любой момент проглотить капсулу с ядом.

Саша сидел в таком напряжении, словно спринтер в ожидании старта. Он вслушивался в каждый шорох, в каждый всплеск океана о скалистый берег. Время уходило впустую. Сашку это раздражало и даже злило. Что угодно, только не бездействие. От бездействия просто плавятся мозги. Только сейчас, выходя из оцепенения, Саша посмотрел на вход в пещеру. Видимо уже давно стемнело и снова бушевала гроза. "надо прикинуться спящим». – подумал Саша. Он лег на топчан и отвернулся к стене. Всю ночь он не сомкнул глаз. Мысли роем кружились в голове. Он вспомнил каждую деталь ушедшего дня. Саша понимал, чувствовал, что каждая мелочь из вчерашних событий, даст ему, хоть какую-то, возможность понять происходящее. Когда он начал рассказывать Маше о себе, об острове, о своей миссии, все было, как всегда. Маша очень внимательно слушала и периодически забрасывала его вопросами. И, вдруг, резкое изменение. Особенно это стало заметно по глазам и по выражению лица. В этот момент Маша перестала напоминать ему юную Наташу, сестру Глеба. Она сразу стала намного старше по возрасту, сосредоточилась и отстранилась от всего, происходящего вокруг и от Саши в том числе. "Да, это произошло именно в тот момент, когда я рассказал ей, что Гельмут – это Глеб, мой друг, – вспомнил Саша – и центр настаивал на раскрытии информации о Глебе. Почему?"

Поднявшись утром с топчана, Саша понимал, что надо хоть что-то делать, иначе он сойдет сума. После перипетий вчерашнего дня и бессонной ночи, его голова шумела, как пчелиный рой. Он понимал, что спать сейчас никак нельзя. Для начала он поел. Горячий кофе освежил и встряхнул его полудрему. "Я пойду дальше в тоннель. В нем у меня больше возможностей защититься от нападающих, – решил Саша – В тоннеле тихо и слышно каждый шорох. Поэтому, предполагаемую группу захвата, я услышу еще из далека и у меня будет время бежать вперед или назад по тоннелю. Либо, в крайнем случае, сунуть в рот смертельную пилюлю. Сидеть в зале проживания – это значит, утонуть в безделии, а так хоть какое-то занятие. А главное, я не буду открытой мишенью, как со стороны тоннелей, так и со стороны входа в пещеру." Больше всего он боялся дронов с оптическим прицелом, которые могли запустить над океаном и, как только, Саша попадет в зону видимости, дрону прикажут выстрелить в него какой-нибудь парализующей или усыпляющей капсулой.

Глава 6. ПУТЬ В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

                              "Не понимать, что происходит – страшное из зол.

                              Жить всегда в тревоге, хоть имея кров и стол.

                              Такого не пожелаешь и врагу.

                              Надо что-то делать! Сдаваться не хочу!"

Рюкзак валялся на полу и всем своим видом говорил о своей готовности идти в очередной поход по тоннелю. Теперь в нем лежал даже спутниковый телефон. И Александр двинулся в путь. Сегодня он шел по тоннелю гораздо быстрее, чем вчера. Эта часть тоннеля была уже обследована и позволяла идти свободно без особой сосредоточенности и осторожности. Банки Саша тоже не ставил. Он ждал, когда начнется новая, еще не обследованная часть тоннеля.

Вот, наконец, Саша дошел до вчерашнего рубежа своего похода. "Теперь, рюкзак, я начну тебя опустошать." Он мысленно побеседовал со своей ношей и пошел дальше. Тоннель начал кое-где очень сужаться. Саша снимал рюкзак с плеч и проталкивал его в проход, а затем уже протискивался сам. "Глеб, скорее всего, для оборудования пещеры всем необходимым, использовал именно этот тоннель, – размышлял Саша – Эти узкие проходы преодолевать ему было крайне нелегко, принимая во внимание огромное количество вещей, которые он притащил в пещеру. Но второй тоннель мне кажется еще уже."

Не забывая ставить консервные банки, Саша шел вперед. Когда его рюкзак был уже почти пуст, он уперся в непреступную гору камней. Здесь явно произошел обвал, наглухо перекрывший путь вперед. "Как это случилось? Где в этот момент был Глеб? Может быть он лежит прямо здесь, под завалом? Или он в горе и у него нет возможности связаться с центром. Выход на поверхность острова для всех закрыт," – с досадой размышлял Саша – Гадай не гадай, но придется возвращаться в зал проживания." Раскапывать завал было очень опасно, учитывая то, что Саша совсем не имел представления о его протяженности. Даже, если, длина обвала метров пять, то расчистить его не реально. Огромные камни не куда было перекладывать. Тоннель, на протяжении более километра, был еле-еле проходим для человека. Даже, если, под завалом окажется Глеб, спасать его было бы поздно. На связь с центром он не выходил уже более трех месяцев.

С досадой Сашка толкнул камни вперед от себя. Стена даже не шелохнулась, только кое где посыпались мелкие камешки и песок. Саша еще несколько секунд стоял, как вкопанный. Понимая, что с этим завалом ему не справиться, он, совсем опустошенный, побрел обратно в зал проживания.

Из тоннеля Саша выходил крайне осторожно. Крался практически на носочках и прижимался к стене тоннеля. Подойдя к проходу, он аккуратно выглянул одним глазком. Зал проживания был пуст. Опасаясь дронов, Саша, вдоль стен пещеры, подошел к выходу. Цепь никто не трогал. Она все так же была аккуратно уложена на краю обрыва. А за "бортом" пещеры опять лил тропический ливень, но грозы не было. Зато перед входом в пещеру была густая серая мгла. Что-либо разглядеть через нее было не реально. Еще был день, и Саша решил сделать вылазку на поверхность. Под прикрытием серой мглы будет легче добраться до входа в гору и обследовать его на наличие видеокамер и каких-либо устройств, и механизмов. Цепь была жутко мокрая, да и с неба лило, как из ведра; но для тренированного тела это был сущий пустяк. Саша, совсем как кошка, поднялся на верх и перебежками начал свой путь к горе.

Скрываясь за серой пеленой дождя, Саша подобрался к самому входу в гору. Вход был снова укрыт дерном и ветками. Значит, некто выходил на поверхность и снова замаскировал вход. А это означало, что на поверхности острова, скорее всего, есть и другие места вылазки из горы. Для того, чтобы обнаружить механизмы, управляющие работой данного прохода, Саше пришлось бы разрывать всю маскировку. Тем самым он мог бы себя обнаружить, так как воссоздать маскировку под приливным дождем ему вряд-ли бы удалось. Делать этого он не стал и решил вернуться в пещеру. Перед тем, как спускаться, Саша проверил состояние цепи. Все его метки были без повреждений.

В самой пещере было сухо и без изменений. Машина надпись все еще красовалась на песке. Саша снял свое мокрое белье. Развесил его все на ту же перекладину, где когда-то сушились вещи Марии. Затем поужинал и установил на полу зала проживания, в хаотичном порядке, пустые консервные банки. Если кто-то проникнет в пещеру ночью, не зажигая свет, он обязательно наткнется на пустую консервную банку. Та, естественно, стукнется о камни и этот стук непременно услышит Саша. Ну а пока, можно было смело лечь спать. Он страшно устал от недосыпа и от непонимания того, что происходит с этой дамочкой Машей… "Утро вечера мудренее, – подумал Саша – Завтра у меня будет время еще раз все обдумать на свежую голову, а сейчас, спать".

Утром Саша встал бодрым. Ночью отдохнули его мышцы и голова. А самое главное, этой ночью ничего не произошло, кроме сумасшедшей грозы, которая умудрилась греметь всю ночь, до самого утра. Если бы, этой ночью, к Сашке прибыли «гости», вряд ли бы он их услышал. Раскаты грома просто разрывали все пространство. По сравнению с ними, падение пустой банки, было бы равноценно падению листочка на воду.

Шел третий день, как Маша ушла из пещеры в гору. "Если бы она меня сдала, то за это время, меня бы уже точно обнаружили и, возможно, даже, изловили, – думал Саша – Раз никто не пытается меня захватить или убить, значит, Маше надо дать время". Идти к входу в гору не было смысла. Саша решил заняться обследованием второго тоннеля, используя все ту же стратегию разметки пути.

Второй тоннель оказался не столь просторным, как первый. Здесь сразу приходилось протискиваться, а кое-где, даже, полсти на коленках. Но Саша не сдавался и, хоть очень медленно, но продвигался вперед. "Буду идти дальше пока есть возможность, – решил он. В одном месте этот проход даже раздваивался, но только один из них был проходим для человека, поэтому не надо было выбирать. Но банку, в непроходимый проход, Саша все же поставил, как можно глубже, на расстоянии вытянутой руки. Просто так, на всякий случай.

Спустя несколько часов, продвижения по узкому тоннелю, банки в рюкзаке у Саши закончились, и он этому был даже рад. Он очень устал, наверное, потому, что здесь было очень трудно дышать. "Надо возвращаться в зал проживания, отдышаться и пообедать. Устроить себе любимому тихий час, – размышлял Саша – Заодно проверю, как там. Все ли в порядке?" Обратный путь доконал Сашу совсем. Из тоннеля он выполз ползком. В зале проживания все было без изменений и Саша просто от рубился прямо на голом, каменном полу. Дышать здесь было легко. "Дверь" в пещеру никогда не закрывалась. Саше стало легче, и он решил заняться делами. "Сначала плотно поем, затем постираю джинсы и футболку. Я их жутко вымазал, а еще они пропитались потом", – решил Саша.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.