Петр Савченко
Модуль. Дитя

Глава 1

Модуль. Дитя.

      Глава. Санкт-Петербург 2048 год.

Купольный зал открылся перед Вячеславом огромной полусферой серого цвета. Осветительных приборов видно не было, но свечение шло как будто изнутри стен, а точнее из рисунков, покрывающих их поверхности. Свет казался серым, как и сами стены, из-за чего весь круглый зал находился в полутьме.

Пол зала был выложен мозаичными мелкими квадратами. У стены лежали камни темного цвета, до центра светло-серые, в центре, кругом в метр диаметром, были уложены белые смальты. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел, что в центре зала стоит плазменная панель, задней стороной к нему. Она была включена, это он понял по отражению света от пола и стены. Подойдя ближе, он поразился ее размерам, метра два с половиной в диагонали не меньше.

Изображение на экране было статично, Слава не видел характерных при смене кадров бликов на стенах. Обойдя ее, он взглянул на экран. Снег. Безмятежный, чистый телевизионный снег. И больше ничего, не было даже зигзагов помех.

Ребенка, сидевшего на полу перед панелью, Слава заметил не сразу. Малыш, находился на небольшом расстоянии от экрана. Кроме подгузника на нем ничего не было. Умные, не по возврату, подумал Слава, глазки, не отрываясь смотрели на экран. Даже когда он встал между младенцем и панелью, заслонив собой рябь, малыш лишь склонился в сторону, и продолжил сосредоточено пялиться на заснеженный экран. Всё это не сильно удивило Славу, телевизоры во все времена оказывали на детей гипнотическое действие, но поразило то, что ребенок даже ни на миг не взглянул на него, как на угрозу его любимому занятию. Мысли о телевизоре, как о гипнозе, в какой-то степени успокоили его, он уже легче воспринял тот факт, что ребенок смотрит на пустой экран, пусть даже полного эфирного снега. Но то, что он увидел в следующий момент, чуть не лишило его рассудка. Тень. Тень от малыша, падающая на пол от света, исходящего с экрана панели. Но она была не тенью от маленького ребенка, а была от человекоподобного существа с мощными крыльями, как у летучей мыши, и когтями на изгибах суставов. Тень расширялась от ребенка до стены, поднимаясь по ней, практически до центра купола. При этом она была не еле различимым черным пятном, что было бы естественно при таком освещении, а наоборот, имела четко выраженные края, будто от мощного источника света.

– Возьми его на руки! Освободи! – прозвучало многоголосое требование в голове Славы.

Вячеслав проснулся. Открыл глаза.

– Опять этот купол? Почему опять? – пробежала мысль. В последнее время он все чаще и чаше видел один и тот же сон, что его удивляло, ведь раньше он никогда не видел столь яркие сновидения. – Только сейчас он изменился.

Слава закрыл глаза. Выдохнул, перевернулся на другой бок. Сон сном, а надо спать дальше, завтра на службу идти. Он постарался избавиться от мыслей, расслабиться, но сон не уходил из головы. Ребенок этот. Хоть он и не успел рассмотреть его, но всё его нутро требовало в тот момент: «Возьми на руки, освободи. Тьфу, ты. Кого освобождать? От чего?!» Постепенно мысли переключились на воспоминая, как он едет на машине по набережной, как держит на руках Стального. Мысли затуманились. Покрутившись в постели, Славе удалось стереть образ купола, огромной панели, ребенка, набережной.… Он уснул, но сон был тревожным, и не принес ему на утро сил.

***

На службе Вячеславу уже вторую неделю не могли найти применение. О событиях на месте раскопок в Ниеншанц он никому не рассказал. Из-за смертей сотрудников ФСБ, перестрелки в центре города с использованием автоматического оружия, стоял переполох во всех силовых структурах. В добавок ко всему без вести пропал Стальнов, что стало удивлением для подразделения и тем более для Вячеслава. Возможно, его вывез тот человек, но это выяснить просто невозможно. Все записи с камер видеонаблюдения, внутри и вокруг крепости, были уничтожены вместе с серверной как ни кстати возникшим пожаром в административном здании раскопок. Ограниченный доступ к информации не позволял узнать ход расследования, что напрягало и не давало покоя Вячеславу. Если подразделение собственной безопасности ФСБ каким-то образом выяснит, чем занимался Рогов младший, то они сразу выйдут на Вячеслава, и тогда ему придётся многое объяснять, отвечая на вопросы, на которые он не знает ответы.

Обвинять всю структуру было бессмысленно, здесь однозначно было замешано несколько высоких должностных фигур, которые действовали от имени государства, но в интересах известных только им людей. А вот как выявить этих людей, Вячеслав не знал. Нервозность добавляли слова человека, произнесенные около крепости: «Это не твоя война. Пока не твоя. Ты должен проделать путь, чтобы победить!» Они не выходили у него из головы. Если у него есть свой путь, то где у него начало? Когда он должен начать двигаться по нему? А главное, что он, Вячеслав, должен сделать, для этого? Но была и другая сторона медали. То, что его до сих пор не связали с этим скандалом, говорит о том, что кто-то не хочет привлекать дополнительное внимание к расследованию не менее скандальных убийств, к которым постепенно угасал интерес, по крайней мере в прессе.

Это все действовало на Славу удручающе, что не осталось не замеченным новым структурным руководителем. Отправить в отпуск его не могли, из-за того, что он был одним из свидетелей, кто видел Стального в живых. Плюс к этому, он остался единственным пилотом способным к перемещению во времени. И хотя заданий не было, он все рано оставался ценен, как специалист. А так как без применения его оставить не могли, то его подрядили на мелкие офисные задачи.

Всю неделю Вячеслав был вынужден выполнять бумажную работу, собирая данные и заполняя многочисленные отчеты. Это отвлекало его от тяжелых мыслей, но и отнимало много сил. После работы он старался никуда не ходить, забегая только в магазин, чтобы пополнить запас продуктов.

Квартира у Вячеслава была просторной студией, обставленной не с шиком, но со вкусом. Он провел ни один час в мебельных магазинах и салонах, чтобы вся мебель была подобрана в одном стиле. Два небольших платяных шкафа до потолка, кровать, кресло, используемое больше в качестве склада для одежды. Старенький «Филипс», учитывая быстро развивающийся рынок бытовой техники, молодым его назвать, было уже трудно лет двадцать как, стоял на подставке у стены. Не смотря на возраст, он показывал отменно, и самое главное, цветопередача радовала глаз. Это одно перевешивало десятки недостатков, в число которых входили размеры экрана, габариты корпуса, и неудобный, кнопочный пульт. В углу расположился, кочующий по квартире, книжный столик на роликах. На полу лежал ковер с длинным ворсом. Кухня, или вернее кухонная зона, была огорожена барной стойкой. Застолья Вячеслав не проводил, а вот посидеть с парой-тройкой приятелей или поужинать с прелестной особой, вполне было удобно.

Приходя вечером домой, Вячеслав первым делом включал телевизор, больше для фона. Вот тоже непонятная привычка современного человека. На работе шум да гам, постоянные звонки, разговоры, а приходит домой, нет бы, в тишине побыть, а нет, включает телевизор, музыку, чтобы вокруг был посторонний шум.       Из-за размеров квартиры, телевизор было хорошо слышно отовсюду. Канал, появившейся на экране, зарябил. Опять снег. В голове Вячеслава сразу нарисовалась сцена из ночного сновидения. Он нажал на кнопку переключения каналов, включив следующий, но ничего не изменилось, на этом тоже были одни помехи. Что за чертовщина?! Нажал на кнопку переключения еще раз, экран зацвел красками музыкального канала. Щелкнув на предыдущий канал, Вячеслав увидел выпуск новостей. Еще раз нажав на кнопку, он попал на самый первый канал, на котором шла научная передача.

– Бред какой-то, – Вячеслав пощелкал кнопками еще несколько раз. Телевизор послушно показывал различные каналы. В итоге, он оставил его в покое. – Хватит мудрить, старичок, а то сменю! Хрень какая-то.

Кинув пульт на кровать, Вячеслав оставил телевизор включенным, и отправился в душ.

После, уплетая незатейливый ужин, он смотрел новостной канал. Вячеслав не любил пользоваться сотовым телефоном, или ноутбуком. После рабочего дня проведенным за компьютером, глаза уставали и требовали своеобразного отдыха, поэтому он смотрел именно телевизор. Вдруг, по экрану пробежала рябь, и вместо молодого диктора, в костюме и галстуке, появилась девушка. Она была красива, но, что сразу бросилось в глаза, так это татуировка, представляющая собой штрих-код, сползающий от середины скулы вниз по шее. Штрих-код не был спрятан волосами или воротом пестрой блузки, а наоборот, был нарочито открыт на обозрение зрителей.

Увидев ее на экране, Вячеслав не донес вилку до рта.

– Что за розыгрыш? Как это возможно прервать новости на государственном канале? И как девушка с такой татуировкой очутилась на центральном телевидении? – забегали мысли в голове. – Может кто-то взломал провайдера?

Вернув вилку с наколотым куском курицы на тарелку, он взял пульт и уже хотел переключить, но остановился, услышав голос девушки.

– В третьем секторе, – вещала она. – Возобновились столкновения Противников и Легиона. Волнения начались из-за очередного отказа одной из гражданок отдать своего ребенка Отделу Карантина. Легион разгоняет Противников стандартными средствами – пулями минимизации ущерба и нагнетателями воды. Со стороны сил правопорядка жертв и пострадавших нет. Далее в эфире…

Славу поразила не только внешность этой ведущей, но и её голос, который, по его разумению, не мог принадлежать диктору канала новостей. Низкий, томный, тягучий, он завораживал и был чрезвычайно приятен уху Вячеслава. Таким голосом секс по телефону разговаривать, а не новости вещать. Точно розыгрыш, не иначе. Он поднял пульт, чтобы сделать громче, но не успел нажать кнопку, как на экране опять появился молодой человек, привычный, и уже в какой-то степени родной, без штрих-кода на шее, в пиджаке и галстуке.

– Надо будет на выходных залезть в распределительный щит проверить всё ли там в порядке, – вновь подумал Вячеслав, откладывая пульт в сторону.

Под звуки телевизора он помыл посуду, протер столешницу стойки, и расправил кровать. Он готов был уже лечь, как неожиданно раздался звонок смартфона. Взглянув на телефон, чтобы посмотреть, кого нелегкая дернула звонить ему в половину одиннадцатого, он обнаружил что его беспокоит Михаил, оператор перемещения. Вячеслав напрягся. Что это могло означать?

– Алло! Миш, ты чего в такую рань звонишь? – ответил он на звонок.

– Слава, привет… – тон Михаила был извиняющийся.

Слава не думал о себе как о параноике, но, если это была попытка вытянуть его из дома, ради покушения, то задумка была на слабую двойку. В отделе знали адрес его проживания, значит в ФСБ его знают тем более. И никому не стоило бы труда, заявиться к нему на квартиру и совершить что-либо с ним, или подловить по пути. На первый взгляд этот звонок, выглядит естественным, но все может измениться в любой момент.

– Ага, я тебя два-три раза в день вижу, а ты мне приветы раздаешь, на ночь глядя, – Вячеслав не стал разжимать хватку.

– Да ладно тебе к словам цепляться. Помощь твоя нужна.

– Что случилось? – заинтересовался Вячеслав.

– Да, мы с Людкой домой ехали, в нас Веста въехала. Отвези Людку домой, а то она уже вся извелась. Дэпээсники три часа до нас доехать не могут.

– Миш, ты такси быстрее закажешь. Пока я до вас доберусь…

– Да я бы рад, но она не хочет. Ты же знаешь, в каком она положении. Капризная жуть. Давно бы уехал, но машина не заводится, а сегодня еще дождь, как на зло пошел, будь он не ладен.

Слава знал, что жена у Михаила беременна. Здесь все сходится. Прислушавшись, он услышал шум дождя за окном. Какой же он стал подозрительный, в последнее время.

– Раз такое дело, то не вопрос. Сейчас выезжаю. Вы где? – согласился Вячеслав.

Михаил начал говорить названия улиц, а Слава мысленно рисовал карту проезда, как до них быстрее доехать.

– А понял, это напротив спортивного супермаркета? – в ответ услышал утвердительный слова друга. – Всё, лады. Скоро буду. До встречи.

– Спасибо. Ждем, – поблагодарил Михаил.

Окончив разговор, Вячеслав подошел к окну, взглянул на непогоду. Дождь лил как из ведра, да и внешний термометр не радовал, плюс семь, и это в июле месяце. «Погода, как и всё вокруг сходит с ума, – подумал он. – Но, теплее одеться всё же надо».

Надев темные джинсы, футболку с длинным рукавом, кожаную куртку под пояс, он обулся, проверил телефон и ключи с документами. Но, стоп. Телевизор работает, надо выключить. Снимать обувь не стал, вернулся в комнату обутым. Если в прихожей он слышал звуки телевизора, то войдя в комнату, он обнаружил на экране «снег». «Неужели конец старичку, – промелькнула мысль». Взяв пульт с барной стойки, он направил его на телевизор и нажал на кнопку «питание». Она не сработала. Нажав раза три, и повертев пульт по отношению к телевизору, он понял, что это не поможет. «Блин, что за вечер? Надо выключить кнопкой, за одно постоит, одумается». Оставив пульт на стойке, он пошел к телевизору, но запнулся о край ковра и начал заваливаться вперед. Успев ухватиться за стойку телевизора, он чудом не рухнул на пол. «Фу, пронесло! – Слава с облегчением выдохнул». Машинально посмотрев, что ему помешало, он увидел завернутый угол ковра. Ковер! Он ни разу не спотыкался об него, а тут на тебе.

Теперь пришла очередь посмотреть на руку. Что за черт! Он опирался не на стойку, а на телевизор, а точнее на то месте, где нижний край экрана соприкасался с передней панелью, как, если бы он опирался на стенку ящика сверху. Часть его пальцев находились в экране, а по костяшкам пальцев пробегали крохотные белые искорки.

Отдёрнув руку, Слава внимательно осмотрел кисть. Целая, всё в порядке. Прислушался к себе. Боли нет, искр он точно не чувствовал. Может переутомление? В последнее время столько навалилось, что не удивительно, если это просто привиделось. Чтобы удостовериться, всё ли в порядке с головой, он решил ощупать экран. Но, в тот миг, когда его пальцы коснулись экрана, невероятная сила втянула Вячеслава в телевизор.

Сотовый телефон выпал из его руки. Пролежав в одиночестве несколько секунд, он разразился звонком.

Глава. Санкт-Петербург. 2029 год.

Молодая женщина, держа за руку девятилетнего Славу, поднималась по ступеням, ведущим из-под земли от станции метро Спортивная. Оказавшись на поверхности, она сверилась с картой на смартфоне и осмотрелась.

– Мы практически добрались, – проговорила она, обратившись к сыну. – Сейчас по Добролюбова триста метров, и мы на Судебном городке.

– Мам, может что-нибудь перекусим? – посмотрел на молодую женщину мальчик. – Сколько там еще пробудем?

– Не думаю, что долго, но перекусить не помешает, – она согласилась с сыном, и свернула к ларьку с вывеской «Горячие блины, только у нас». – Полчасика у нас есть в запасе.

Женщина с сыном, приехали в Санкт-Петербург по приглашению научного фонда «Наше будущее». Основанный в 2026 году, фонд показал себя перспективнейшим проектом для российской науки. Основной его деятельностью были поиски потенциальных сотрудников, для участия в научных, экономических проектах для развития страны. Одарённых людей со всех регионов, приглашали пройти собеседование на профпригодность. Прошедших обеспечивали всем необходимым, чтобы светлые умы не портились, не утекали за приоткрывшуюся границу. А чтобы воспитать новое поколение ученых, было принято решение начать поиск способных детей в школах. Детям помогали раскрыть свой потенциал, найти их сильные стороны и привлечь именно в той отрасли науки, в которых они будут полезны. Так получил вызов и ее сын. Видя его успехи в школе, и понимая, что у нее одной навряд ли получится дать ему хорошее образование, она не стала игнорировать такую возможность, отозвавшись на приглашение.

Покончив с блинами, они дошли до Дворца танцев имени Эйфмана, и за десять минут до указанного времени вошли в приемную комиссии фонда, арендующем в просторном здании часть помещений.

Светлое помещении приемной, стены которого были отделаны белым мрамором, было наполнено людьми. Взволнованные посетители перебирали в руках бумаги и постоянно посматривали на часы, висевшие над входной дверью, в ожидании собеседования. Высокие окна занавешены лёгкими французскими шторами. Над стойкой ресепшена висел портрет улыбающегося человека в сером строгом костюме и ярком полосатом галстуке. Место у стойки было свободным, чем молодая женщина не упустила воспользоваться, подталкивая перед собой сына.

– Доброго утра, – поздоровалась она с девушкой за стойкой. – Мы по приглашению. Назначено на одиннадцать. Вот, – она выложила перед собой лист бумаги с текстом приглашения.

– Доброго дня, – сухо ответила девушка, не посмотрев на бумагу. – Назовите себя, пожалуйста.

– Екатерина Ивановна Самарова, – представилась женщина.

– Нет, назовите имя приглашенного, – девушка за стойкой оторвала взгляд от монитора.

– Ой, извините, – улыбнулась Екатерина. – Слава Самаров. Вячеслав Самаров.

– Да, в списках он есть. Ожидайте, вас вызовут, – девушка указала на кресла вдоль стены.

– Хорошо, – сконфужено ответила Екатерина, и взяв сына за плечи, отвела его от стойки.

Ожидаемые были разных возрастов. Слава заметил девочку младше себя, но были и вполне взрослые люди. Все то и дело переводили взгляд с часов на боковую дверь. Внезапно, она открылась, заставив всех подняться на ноги в предвкушении. В приемную вошел невысокий мужчина.

– Самаров Вячеслав, – произнес он.

– Это мы! – радостно произнесла Екатерина. Слава поднял руку.

– Пройдите за мной, – проговорил мужчина, делая шаг в сторону, освобождая проход.

Под возмущенные взгляд остальных в зале, Екатерина и Слава прошли в дверь. Мужчина провел их по коридору, и пригласив войти в один из кабинетов, остался за дверью. В кабинете, за столом сидел лысый, усатый, человек в круглых очках.

– Присаживайтесь, – произнес он, посмотрев на вошедших.

– Здравствуйте, – Екатерина заняла место в кресле.

– Здравствуйте, – повторил за мамой Слава.

– Доброго утра, – мужчина снял очки и отложив их в сторону, сложил руки в замок на столе. – Меня зовут Святов Патрик Сергеевич. Я заместитель председателя фонда Фицджеральда Скотта, являющемся его основателем. Его портрет вы могли видеть в приемной. Мы узнали о успехах Славы в учебе, и хотим предложить вам пройти обследование, которое позволит нам точно определить его способности. Оно пройдет в два этапа.

– Обследование? – изумилась Екатерина.

– Не волнуйтесь, к медицине это не имеет никакого отношения. Обследование будет проходить в рамках математических тестов. Это будет первый этап. И снятие показателей излучения мозга, с помощью энцефалограммы. Это этап номер два. Все это займет четыре-пять часов.

– А вы не могли бы подробнее рассказать о перспективах? – подалась вперед Екатерина.

– Все банально просто. Если показатели будут удовлетворять нашим требованиям, ему будет предложено место в школе фонда, с выделением гранта на обучение, с оплатой всех текущих расходов. Для примера: последний был выписан на сумму три с половиной миллиона рублей в год.

– Что дают тесты? – Екатерина удивилась услышанной информации.

– Они позволяют определить, в чем именно силен абитуриент, и в каких направлениях науки он сможет развиться наиболее полезно для общества. В дальнейшем, будет сделан упор на дисциплины, которые он будет изучать, и в далее же развивать, но уже как полноправный специалист. Понимаете, в нашей стране, обучение продолжает основываться на принципах советской высшей школы, что в нынешних реалиях давно устарело. Мы же предлагаем новый путь развития.

– Понятно, – смущенно ответила Екатерина.

– Но для начала, мы бы хотели узнать о вас больше информации, – Патрик Сергеевич перевел взгляд с мальчика на Екатерину. – Расскажите о Славе, где вы живете, какие достижения он имеет помимо учебы.

– Хм, – Екатерина прочистила горло. Она ждала этого вопроса, и была к нему готова. – Слава родился в Москве, девятого августа двадцатого года. Я, мама, Екатерина Ивановна Самарова, по профессии проектировщик. Отец Самаров Степан Евгеньевич, научный сотрудник РАН. На данный момент мы находимся в разводе, – женщина почему-то растерялась. Думать об этом одно, а произносить в слух для нее оказалось совершенно другое. Заминка не осталась не замеченной, и Патрик Сергеевич сделал пометку в ежедневнике. Она продолжила. – Развитие сына шло быстро, уже в восемь месяцев он самостоятельно пошел. К двум с половиной знал алфавит, цифры и мог решать простейшие арифметические задания. Когда пришло время идти в школу, то опережал деток на два года. Поэтому, первый год в школе в какой-то степени был сложным. Из-за нехватки средств, мы не смогли перевести его в спецшколу, что послужило непродолжительному снижению его активности. Но, мы нашли выход, – Екатерина поерзала на стуле. – За второй класса Слава принял участие в десятках всевозможных математических конкурсах и олимпиадах, выступая за школу. Ему хорошо дается анализ данных, решение задач со множественными переменными. Он с легкостью сводит данные в таблицы, выявляя важные параметры информации. На данный момент, у Славы пять побед в Олимпиадах по математике, проводимых правительством Москвы, первое место в России по матанализу среди школьников, и второе место в России по математике среди учащихся 8-х классов.

– Да, ваши результаты впечатляют, – кивнул головой, в знак признания, Патрик Сергеевич. – Но, как я уже сказал, мы сделаем собственную проверку.

– Ну, я готов, так-то, – оживился Слава, сидевший до этого молча.

– Хм, – Патрик Сергеевич скривил улыбку. Посмотрев сначала на мальчика, потом на Екатерину, он принялся проверять записи в ежедневнике. – В классе сейчас есть время. Буквально через двадцать минут он освободится. Или можете пройти тестирование завтра.

– Сейчас, – опередил маму Слава.

– Сегодня, – согласилась с сыном Екатерина, опустив руки на колени, сцепив пальцы. – Не стоит откладывать.

– Замечательно, – Патрик Сергеевич хлопнул ежедневником, закрывая его. – Тогда возвращайтесь в приемную. Вас вызовут.

Славу вновь вызвали, под удивленные взгляды ожидающих очередь. Его провели в зал с единственным столом, на котором лежали листы с тестами. Екатерину в зал не пустили, сославшись на то, что это нарушает внутренний регламент прохождения тестов.

– Сто двадцать вопросов, по десять на каждом листе, – пояснила молодая женщина его сопровождающая. – Время не ограничено. Главное ответить на все. Для черновиков листы отложены отдельно. Отвечать так, как требует задание. Как закончишь, нажми на кнопку на углу стола. Все понятно?

– Да, – спокойно ответил мальчик. Он уже два дня ничем не занимался, отчего его мозг требовал активности.

– Захочешь пить или перекусить, все на столе, – она указала на стол, стоящий в дальнем углу.

– Можно приступать? – Слава удивил женщину своим вопросом.

– Да, – ответила она.

Женщина вышла, и пройдя по коридору вошла в соседний кабинет. Четыре монитора на стене показывали место, где сидел мальчик: общий вид зала, стол сверху, изображение лица Славы и приближенное изображение мальчика за столом. Напротив, мониторов стоял диван, на котором сидел Патрик Сергеевич и седовласый мужчина лет шестидесяти.

– Как он? – спросил седовласый мужчина.

– Достаточно спокоен, – ответила женщина. – Сразу приступил к работе.

– То, что спокоен это видно, – проговорил седовласый мужчина, не сводя взгляд с мониторов.

На экранах Слава сосредоточено выполнял задание за заданием. Камера, направленная сверху на стол, четко показывала все, что тот записывал на листах. Через пятнадцать минут в сторону лег первый решенный лист.

– Там ошибка, – отметил Патрик Сергеевич. – Никто не выполняет шестое задание.

Слава как будто услышал слова наблюдателя. Внимательно посмотрев на отложенный лист, затем перечеркнул свой ответ и изменил запись.

– Уже нет, – удовлетворенно хмыкнул седовласый мужчина.

Ответ расписать. Выбрать букву, соответствующую правильному решению. Записать порядок вычислений. Описать процесс вычислений. Слава не сбавлял темп, откладывая лист за листом. На пятом он почесал лоб. Обернулся на стол с едой. Встал. Набрал печенья и бутерброды, налил высокий стакан сока, и со всеми перекусами вернулся за тест.

– Хм, – седовласый мужчина подался вперед.

– Сказать, чтобы убрал еду? – поднялась с дивана девушка.

– Зачем же? – ответил мужчина. – Это никто не запрещал. Посмотрим на результат.

Уплетая печенье, Слава отложил в сторону еще три листа. Посмотрел на наручные часы. Прошло два часа. Впереди было еще четыре листа. «Надо уложиться в час-полтора, – подумал он». Но прежде, чем продолжить, он отнес тарелку со стаканом обратно на стол с едой.

На часть следующих вопросов требовалось давать развернутый ответ, показывая, как он пришел к результату. Это немного его затормозило. И вообще, он не любил расписывать решения. Для него было главным дать ответ, правильный ответ. И в какой-то момент он остановился, что не осталось не замеченным наблюдателями.

– Он не знает ответ? – теперь подался вперед Патрик Сергеевич, скрипнув кожей дивана. Он с нетерпением ждал, и внутренне радовался, когда испытуемые допускали ошибки в тестах. Этим можно было упрекнуть детей и их родителей в некомпетентности.

– Не думаю, – седовласый мужчина всматривался в лицо мальчика. – Он думает. И скорее всего, о том, как записать решение.

И мужчина оказался прав. Поразмыслив, Слава начал записывать формулы, выводя промежуточные результаты, не стараясь расписывать каждый свой шаг в решении. Мужчины на диване переглянулись, один был удивлен и раздражен, а второй удовлетворен действиями тестируемого. Дальше, дело у мальчика пошло быстрее, не задерживаясь на доскональных вычислениях, он отложил в сторону очередной лист.

Последние задания Слава закончил через полтора часа, с неким блаженством откинувшись на спинку кресла. Пробежавшись глазами по своим ответам, он сложил листы в стопку на краю стола, и нажал на кнопку, на краю стола.

– Ты быстро, – в зал вошла женщина. – Почему ты взял еду за стол?

– Ну, вы не обозначили, что этого делать нельзя, – пояснил свои действия Слава, заставив своим ответом улыбнуться седовласого мужчину перед монитором в соседней комнате.

– Ты не стал расписывать действия, указанные в заданиях со сто пятой по сто десятой. Почему? – женщина взяла листы с ответами и сделала вид, что видит ответы впервые.

– Я могу расписать, – ответил Слава, немного напрягшись, подумав, что из-за этого он может завалить тест. – Но ответ от этого не изменится.

– Не надо. Спасибо, – она стукнула листами о стол, выравнивая края. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, спасибо, – Слава поднялся со стула.

– Ты довольно быстро закончил, поэтому я хочу предложить тебе пройти вторую часть. Что скажешь?

– Да, так-то, я согласен. Маме надо только сказать.

– Ей сообщат, – женщина улыбнулась, положив руку на плечо мальчику. – Следуй за мной.

Они перешли в небольшой кабинет с креслом, напомнившее Славе стоматологическое.

Мужчина в белом халате пригласил Славу в кресло.

– Скажу сразу, – произнес он. – Ничего не бойся. Никаких болевых или иных ощущений не будет. Главное не усни. Можно разговаривать, играть в телефон, но не спать. Справишься?

– Да, – кивнул Слава в ответ.

– Вот и славно. Сейчас я надену тебе на голову вот эту сетку с датчиками, и сразу начнем, – ученый засуетился, расправляя в руках сетку. – Кстати, есть мультики. Ты любишь мультики?

– Мне больше нравятся старые фильмы. У вас есть «Один дома»?

– Отличный выбор, – улыбнулся мужчина. – Найдем. Садись в кресло.

Спустя три часа на столе седовласого мужчины лежали распечатки с результатами мозговой активности Славы. Просматривая диаграммы, графики, таблицы, он был удовлетворен цифрами. Все показатели находились в тех зонах, в которых он хотел их видеть, а некоторые даже выбивались за их пределы в большую сторону. С улыбкой, он отложил бумаги и придвинул клавиатуру, ведь поиском людей именно с такими данными он и занимается последние годы, открыв нужный файл, он принялся заносить данные:

– Номер дела «Двадцать шесть тысяч пятьдесят девять». Вячеслав Самаров. Пол мужской. Девять лет. Полное соответствие. Взять в разработку.

Глава. Модуль.

      Вячеслава вертело и крутило в пространстве. Ему почему-то вспомнился старый американский сериал «Скользящие», в котором главных героев постоянно кидало из одной вселенной в другую, при этом появлялись они из временных переходов всегда кубарем. Тут же, возникло опасение, что его выбросит куда-нибудь, да еще он может крепко приложиться головой, после чего он даже не узнает, что произошло. Но всё, обошлось. Он просто очутился, стоя на ногах, посредине улицы какого-то города.

– Чёрт! Что это вообще такое? Где я? И самое главное – как такое возможно? Через телевизор и в другое место! Что я буду делать и как вернуться? Домой?! Чёрт! – у Славы в голове зарождалась истерика.

Глубоко вдохнул. Чтобы не поддаваться паническому настроению, Вячеслав решил собрать информацию об этом месте. Осмотрелся. Вроде тепло. Хорошо, что одет, а если бы из душа к телевизору подошел, он что с полотенцем на бедрах сюда попал бы? И видимо, ему повезло, что он успел поужинать.

Посмотрев вверх, он увидел не живое, не родное небо. Словно оно было нереальным, а больше походящим на большой экран, с изображением облаков, на фоне чего-то голубого. Солнца Вячеслав не смог увидеть из домов, но света, который исходил от этого искусственного неба, было достаточно, чтобы свободно осмотреться. Улица, на которой он очутился, уходила в обе стороны и имела мало перекрестков. Дома, высотой максимум в девять этажей, стояли стена к стене, и были похожи друг на друга, как будто их проектировал один архитектор. Окна были чистыми, но все были темными, ни в одном не горел свет, как и уличного освещения. Славу удивило, что в пределах видимости он не увидел зеленых насаждений и даже газонов. Это было странно, но не нарушало общей гармонии этого городского пейзажа. Постояв на месте, озираясь по сторонам в поисках каких-либо прохожих, у него возникло ощущение некоего уюта. Вспомнились улицы вечернего Питера, летом, часов в семь вечера, когда он выходил из дома на дежурный вызов. Воздух чистый, свежий, а солнце выкрашивает верхние этажи многоэтажек в оранжевый цвет.

Он вспомнил, что в руках был сотовый телефон. Прощупав карманы и не обнаружив его, он сделал вывод, что скорее всего, тот остался в квартире перед телевизором, когда его затащило в телевизор. Посмотрел на часы, половина двенадцатого, но судя по ощущениям здесь вечер только начинался. Покрутив головой, он медленно поплелся по пустынной улице.

Пройдя пару кварталов, он, не встретив ни одного человека.

– А может, здесь людей вообще нет? Может только какие-нибудь жмурики, да зомби?

Только он так подумал, как заметил плакат, висевший на стене одного из домов. «Труппа нестандартной музыки. Только одно выступление в первом секторе. Добро пожаловать!» – гласила надпись.

То, что Слава смог прочитать слова на плакате, его порадовало. Следовательно, здесь разговаривают на русском языке. Это было хорошим знаком, как и то, что существа на плакате были людьми. Люди, как люди, одеты как обыкновенные музыканты, тем более нестандартной музыки, в черных одеждах, и с волосами, торчащими во все стороны. Правда, у них не было привычных татуировок, для такого направления, за исключением того, что у каждого на правой скуле были набиты полоски различной толщины. Штрих-код, возникла догадка у Вячеслава, как у той девушки из программы новостей, и стоп, как на страницах одного ежедневника. Эта мысль заставила подойти ближе к плакату. У кого-то штрих-код был только на скуле, а у кого и спускалась вниз по шее. Только у одного человека, стоящего посередине, татуировки не было. «Почему так? Интересно, – хмыкнул Слава». Он двинулся дальше, рассматривая улицу. Всё вроде такое же, к чему он привык. Украшения фасадов зданий пилястрами, кронштейнами и карнизами, напоминало о Питере, но они все были чистыми, без налета пыли и грязи. Были и различия, но они были незначительны, и практически не заметны. Поражало то, что вся улица мало того, чтобы была без света, так все магазины на ней были закрыты.

Слава остановился у тату-салона, с необычным названием «Ваша жизнь». Странное название для такого заведения, заставили его вспомнить слова из ежедневника, о том, что штрих-код, нанесенный на открытый участок кожи, необходим для возможности в любой момент произвести идентификацию носителя. Вспомнив записи, он по-другому посмотрел на вывеску, как вдруг из-за угла показался человек. Тот шел, озираясь, то и делая, что, оборачиваясь. Вячеслава он заметил не сразу, а когда увидел, то остановился. И хотя он постарался не показать виду, что эта встреча ему не комфортна, но Слава сразу определил, что человек насторожился, что заставило напрячься и его самого. Это был парень лет двадцати. Среднего роста. Одет в тунику серого цвета, обычные ботинки и потертые джинсы. Шея закрыта водолазкой, черного цвета. Стрижка, ну ее толком не было, потому что он обладал густой неоформленной шевелюрой. И что опять заставило Славу обратить внимание, так это татуировка, которой была небольшой, только на скуле. На шею она не спускалась. Парень со своей стороны, также осмотрел Славу с ног до головы, и приняв для себя решение, продолжил свой путь. Вячеслав продолжал стоять на месте, а когда парень поравнялся с ним, то все же решил заговорить с ним.

– Простите, – произнес Слава.

Парень сбавил шаг. Еще раз осмотрев на Вячеслава, он пристально всмотрелся в правую часть его лица.

– Да, лорин, – ответил он, с напускной вежливостью в голосе.

– Лорин? Кто это? – удивился Слава, он невольно оглянулся. Улица за ним была пуста, так же, как и за парнем. – Нет, я, не лорин. Вы, наверно, меня с кем-то путаете. Я, просто, хотел узнать у вас, где я нахожусь? Как называется это место?

– Это третий сектор, но название улицы я не помню. Это можно уточнить через два квартала, лорин. Там патруль стоит, – ответил парень, опять же с неким наигранным почтением.

– Стойте, – произнес Вячеслав, заставив парня напрячься. – Третий сектор?! Здесь же идут волнения.

В голове у Вячеславы, всплыли новости, которые он услышал до того, как он появился в этом месте. Новости со странной ведущей.

– Да, Лорин. Но я, ни в чем не участвую. Иду к матери. Она живет ближе к Центру, в этом секторе.

– Мне, на самом деле, нет никакого дела до того, что у вас здесь происходит. Единственное, что меня волнует, где я нахожусь, и как выбраться отсюда? – высказался Вячеслав.

– Лорин может вызвать помощь из Лорината… – посоветовал парень.

– Да что ты заладил… лорин… лорин. Я вообще, не отсюда, – быстро вскипел Вячеслав, при этом быстро перешел на «ты», хотя всегда считал себя спокойным человеком. – Меня телевизор сюда закинул, как бы это не звучало.

Сказав это, Вячеслав поторопился улыбнуться, осознав, как это может глупо звучать. Но, парня его слова не показались смешными, он продолжал внимательно смотреть на него, а его взгляд говорил только о том, что тот принимает для себя какое-то решение.

– Я, Ларк, – быстро представился парень. Он посмотрел по сторонам и быстро пошел по улице. – Пошли за мной, – кивнул он головой, приглашая Славу идти за ним.

– Я Вячеслав, можно просто Слава, – представился Слава.

Парень остановился. Вновь посмотрел на Вячеслава. Его взгляд стал увереннее.

– Пошли быстрее, а то здесь может стать небезопасно, – поторопил Ларк.

Они пошли в обратную сторону движению, куда направлялся Вячеслав. Быстро прошли то место, где он появился, и свернули в проход между домами. Слава попытался заговорить со своим новым знакомым, но тот постоянно отмахивался от разговора.

– Потом, – повторял он. – Нас могут услышать. Все потом.

Он вёл Славу по улицам, переулкам, дворам. Они входили в дома, проходили сквозь них через широкие проходы, и снова выходили на улицы. Каждая улица, по которым они шли, отличались от той, на которой появился Слава, архитектурой, цветами покраски фасадов, чистотой, количеством людей на них. Но, все они были похожи друг на друга этажностью, освещением.

Чем дальше они удалялись от места появления Славы, тем больше людей становилось, и у большинства из них были татуировка на правых скулах. Единицы попадались без этих странных символов, очень здесь популярных. Они почему-то кивали Славе, в знак приветствия, заставляя чувствовать его неуютно. Большинство людей были в одинаковых одеждах: туниках на подобие китайским платьям, отличающимися друг от друга лишь незначительными элементами, и обилием цветов. Смотря на них, Слава вспомнил ателье деятеля. Эти платья были схожи с теми, что была на его зарисовках. В его сознании, начала созревать догадка ко всему происходящему, но до конца она не могла никак сформироваться.

Выйдя на одну широкую улицу, Слава увидел, что здесь освещения было больше, горели вывески на зданиях, на первых этажах блестели витрины. На асфальте, где в обычных городах, в понимании Славы, были уложены поребрики, или бордюрные камни, здесь же были установлены диодные ленты, которые подсвечивали улицу снизу. Дома, как и везде были не высоки, но убранства фасадов крали внимание, заставляя Славу невольно засматриваться то на статуи, то на фрески, то на затейливые узоры и розетки.

      Ларк сбросил шаг только после того, как они оказались на улице, где людей было еще больше. Это произошло минут через сорок их пути. Вышли они на нее как-то неожиданно, внезапно, вывернув из-за очередного поворота. Только здесь Ларк чуть расслабился, поправил воротник и заговорил.

– Это центр четвертого сектора. Здесь будет поспокойнее, – он протянул Славе руку. Слава ответил на рукопожатие, поразившись насколько крепким оно было. За секунды, пока их руки были сцеплены, у Ларка в глазах загорался огонек счастья. – Очень приятно, Слава! Ты не поверишь, но мы тебя ждем уже очень давно.

– Меня? – удивился Слава.

– Да! – Ларк не отпускал его руку. – Ты человек Провидения. Ты должен нам помочь.

– Я? В чем? Ты можешь объяснить, что вообще происходит?

– Я все объясню, – Ларку отпустил руку Славы, поняв, что он увлекся. – Вернее, не я, есть умнее меня. Но, не сейчас и не здесь. Здесь безопасно, конечно, но все же, от греха подальше. Сейчас дойдем до дома, чуток осталось. И ты это, прикрой скулу. Хотя, не надо, больше шансов, что нас не тронут. Если что, скажешь, что живешь в одном из домов Лорината. Проверять, однозначно, не будут.

Они шли еще какое-то время. «Если это не близко, то, что у них далеко, – думал всю дорогу Слава». Выйдя на очередную улицу, они наткнулись на колонну полиции. Легкобронированные машины, чем-то напомнившие Славе «Тигра», двигались в третий сектор. Сверкая проблесковыми огнями и скрепя черными шинами, проехало пять машин, на корпусе каждой из них сидело по несколько бойцов, облаченных в полную боевую экипировку. Замыкал колону огромный фургон с надписью на борту «Легион». В какой-то момент, Слава почувствовал, что из-под опущенных зеркальных стекол шлемов, на толпу смотрели цепкие глаза полицейских, чьи руки в перчатках, лежали на помповых ружьях.

– Это «наших» разгонять, – пояснил Ларк, кивнув на машины.

– Наших? Я правильно понимаю, что «противники» – это и есть наши? – уточнил Слава, смотря в след колоне.

– Узнаешь, против чего противимся, – криво улыбнулся Ларк. – Встанешь в первые ряды сопротивления. Уже пришли.

Слава проследил за кивком Ларка в сторону дома. Это было четырёхэтажное здание, с фасадом отделанным плиткой коричневого цвета до третьего этажа, четвертый был выложен мозаикой парусника на водных просторах. Единственный вход возвышался над тротуаром небольшим крыльцом, к которому вели четыре ступенями. Дверь была выкрашена в красный цвет, под стать двум карнизам первого этажа. Свет горел не во всех окнах. Осмотревшись по сторонам, Ларк поднялся по ступеням, и постучал в дверь. Выждав, он стукнул еще два раза. После чего, в двери что-то заскрежетало, скрипнуло, и она открылась.

– Пошли, – произнес спутник Славы.

Слава замешкался, посмотрел по сторонам и шагнул за парнем. И стоило ему переступить порог, как в тишине щелкнул предохранитель, и в его грудь тут же уперся красный луч лазерного прицела. Слава остановился, замерев.

– Что это? – произнес Слава, скосив взгляд на Ларка.

– Кто это? – одновременно с ним прозвучал женский голос.

– Ирика, он со мной, – произнес Ларк в темноту. – Опусти ствол.

Красная точка на груди Славы повисела еще некоторое время, человек державший его на прицеле, видимо принимал решение, и, наконец, погасла.

– Заходи, заходи. Все нормально, – сказал успокаивающе Ларк, подгоняя Славу круговым движением кисти. – И опусти руки!

Судя по всему, парня здесь знали и доверяли ему, подумал Слава, и неуверенно сделал пару шагов вперед. Дверь за ними бесшумно закрылась, тут же вспыхнул свет, заставив его прикрыть глаза рукой. Привыкнув, он обнаружил себя в комнате с высоким потолком, напомнившую ему прихожую особняка, чьи стены были расписаны незатейливым рисунком в рамках из молдингов. Напротив двери стоял высокий стол, справа и слева от которого размещались две двери. За столом находилась девушка. Она опустила пистолет за фартук стола, и следом сняла очки, видимо с помощью их она могла видеть в темноте.

– Ты не ответил, – проговорила девушка, посмотрев на Ларка.

– Ирика, передай, со мной «человек Извне», – гордо произнес тот, подходя к столу. Девушка в ответ только хмыкнула.

Слава, молча наблюдал за происходящим, не зная, как себя вести. Он переводил взгляд с Ларка на девушку, которая начала что-то набивать на клавиатуре. Закончив, она вышла из-за стола, и подошла к Славе. Она была, невысокой, чуть ниже Славы, в плотно сидящей тунике темно-зеленого цвета, подчеркивающим ее стройную фигуру. Волосы были убраны назад в причудливою косичку. Лицо приятное. Слава не заметил ни грамма косметики. На талии прижился широкий ремень. Ноги были в ботинках с высоким голенищем, на подобие военных ботинок, но сшиты явно для женщины. К чуть полным губам тянулся микрофон от ушного переговорного устройства. На скуле девушки, уже ставший привычным для взора Славы, был различим штрих-код в несколько полосок.

– Я должна вас обыскать, – произнесла она.

– Ирика, ты чего? – Ларк с удивлением посмотрел на девушку.

– Инструкция, – ответила она и жестом попросила Славу поднять руки вверх.

Слава подчинился. Девушка быстрыми, но уверенными движениями, провела руками по его телу. Удовлетворившись, что на нем оружия, он отошла от него, и посмотрела на камеру в углу помещения. Затем приложила руку к уху, явно выслушивая указания в наушниках.

– Ирика, – произнесла девушка.

– Я Вячеслав, можно Слава, – представился Слава.

Девушка внимательно посмотрела на новичка так же, как Ларк в момент их знакомства. Затем перевела взгляд на Ларка, тот захотел, что-то сказать, но раскрылась одна из дверей и в приемную вошли три человека. Двое мужчин, вооруженные автоматами причудливой формы, Слава не припомнил, чтобы такое оружие стояло на вооружении России или стран Европы, и девушка, в точно такой же одежде, как Ирика.

– Вас ждут, – резко сказала вновь прибывавшая.

      У Славы возникла догадка, что их должны будут сопроводить. Но он немного ошибся, девушка внимательно осмотрела его с ног до головы, и ничего не произнеся зашла за стол.

– Следуйте за мной, – произнесла Ирика Ларку и Славе.

Слава посмотрел на девушку, перевел взгляд на вооруженных людей, и послушно пошел за ней. Проходя мимо стола, он беглым взглядом, увидел на столе систему слежения, позволяющую просматривать все, что творится перед домом, и внутри помещения. Он понял, что им можно было даже не стучать в дверь, когда они подошли к дому, видимо, это был некий ритуал. Мужчины с оружием проследовали за Славой.

Оказались в просторном коридоре, Ирика подошла к незаметной на первый взгляд двери. Совершив какие-то манипуляции с экраном-считывателем, он дождалась, щелчок в ней, и толкнув ее, раскрыла. Слава увидел лестницу, ведущую вниз.

– Нам вниз, – только произнесла девушка и больше ничего не разъясняя, начала спуск.

Слава захотел опротестовать, но его подтолкнули вооруженные люди, и ему пришлось вновь послушно пойти за девушкой. Спустившись на четыре лестничных пролета, они уперлись в еще одну дверь, в небольшом помещении, с одинокой камерой в углу. Ирика посмотрела на сферу видеокамеры на потолке. Дверь медленно поползла в сторону, уходя в стену.

Процессия вошла в просторный зал с невысоким потолком. Когда, глаза привыкли к полумраку в зале, Слава заметил бронеколпак, стоявший в центре помещения. Из него в сторону вошедших было направлено два оружейных ствола. Не обращая на оружие внимания, Ирика прошла мимо и проследовала в открытую дверь, поражающую своей толщиной, которая могла посоревноваться со створками банковских хранилищ.

Славу вновь подтолкнули в спину, чтобы он шел за девушкой. Он почему-то не чувствовал волнения, хотя, казалось бы, что должен чувствовать человек, которого ведут в подвал, вооруженные люди, а наоборот, он принялся разглядывать помещение. Справа от входа на стене висел монитор, на котором отображалась сетка видеокамер, видимо здесь собирались изображения если не всех, то многих камер, установленных в доме и вокруг него. На одном изображении Слава узнал пространство перед дверью. Вдоль стен стояло несколько шкафов. А во втором помещении, ничего кроме овального, внушительного стола и стульев с высокими спинками ничего не было. Над столом висело несколько плафонов, они висели настолько низко, что освещали только столешницу. Из-за высоких спинок Слава не сразу разглядел людей, сидевших за столом. Их было человек двенадцать. Все они сидели, откинувшись на спинки кресел, отчего их лица были скрыты полумраком, но, видимо, никого это не смущало. С того момента как Слава вошел в этот зал, он почувствовал, что кто-то на него смотрит, а когда он разглядел людей, то понял, что его ощущения возникли не просто так. Все, кто сидел за столом, рассматривали его, как только что он рассматривал комнаты.

– Приветствую, вас, – сказал Ларк, выйдя вперед. Он чуть склонил голову, в знак уважения к присутствующим.

Ирика молчала, видимо, она была здесь частым гостем.

– И я вас приветствую, – Слава решил не отставать от Ларка.

Женщина лет пятидесяти, подалась вперед, так, что ее лицо осветилось светом из плафонов. Ворот ее туники, вновь напомнил Славе наброски в кабинете деятеля Разумовского.

– Подойдите ближе. Не бойтесь, – произнесла она.

Славу насторожили слова «не бойся», но он все же сделал несколько шагов ближе к столу. Скорее всего, подумал он, для многих это место является большой тайной, а те, кто сюда попадали, могли больше не увидеть белого света, чтобы эта тайна не стала противоположностью. Обведя всех сидевших взглядом, сработали профессиональные навыки, он определил, что соотношение мужчин и женщин было практически равным, люди имели разный возраст, и были одинаково одеты. В глубине души, этот факт немного рассмешил Славу, сработала фантазия, он вспомнил, что во многих просмотренных разнообразных фильмах и сериалах, подпольщики часто носили однообразную одежду, и он расслабился.

– Здравствуй. Меня зовут Иссия, – женщина поднялась из-за стола. – Многие, кто приходил сюда, говорили, что они «извне». Но, так ли это на самом деле? Чем ты можешь подтвердить свои слова? Нам нужны подтверждения. Факты!

– Для начала, замечу, что я не говорил, и не утверждал, что я «человек извне», как вы говорите. Это утверждение исходит от вас, – Слава развел руками. – Я не понимаю, где я нахожусь. И в данный момент, у меня есть одно лишь желание, чтобы вернуться к себе домой.

– Скажи, как тебя зовут, – шепнул за спиной Ларк.

– Ты Лорин? – Славу опередил мужчина. – Ты проник сюда, что выведать информацию?

– Я никакой не лорин, – оправдался он.

– Так, где твой код жизни?! – потребовал ответа мужчина.

– Я не лорин, и кто, или что это обозначает, я даже не знаю, – это начинало уже подбешивать Славу. – А код жизни, это, как я понимаю, то, что набито у вас на скулах, – он пальцем указал себе на скулу. – Так у меня его нет, потому что в моем мире это не принято. Никто не набивает такое, разве только, если какой идиот…

– Как ты смеешь?! – подскочила с места женщина тучного сложения. Люди с оружием придвинулись к Славе. – Код жизни создан основателями!

– Постойте, уважаемые, – Слава поднял руку, в знак примирения. – Я не хотел никого обидеть или оскорбить. Просто не было времени, чтобы Ларк ввел меня в курс всех ваших укладов.

– Да, – вступился Ларк, скосив взгляд на оружие. – Я не успел Вячеславу…

– Как ты его назвал?! – жестко перебил его седовласый мужчина.

– Вячеслав, это мое имя, – спокойно ответил Слава. – Извините, что сразу не представился.

Воцарилось молчание. Сидящие за столом переглядывались. Иссия медленно опустилась в кресло с высокой спинкой.

– Что-то нитак? – уточнил Слава.

– Расскажи о себе и месте, откуда ты прибыл к нам, – потребовала женщина.

Слава задумался. Терять ему в принципе было нечего. В конце концов, он поведает им о своем мире, а они взамен, помогут ему вернуться назад. Возможно помогут.

– Хорошо. Меня зовут Вячеслав. Фамилия Самаров. Мне двадцать восемь лет. Рост сто семьдесят пять сантиметров. Работаю в спецотделе АМС, техническим следователем. Холост. Проживаю один. Попал к вам через телевизор, как бы это тупо не звучало.

– Визорный проход, – шепнул кто-то, после чего люди за столом переглянулись.

Только сейчас в глаза Славе бросились штрих-кода на скулах людей, у кого-то длинные, спускающиеся на шею, а у кого-то короткие, в несколько полосок. Только у троих человек информационных кодов не было, в том числе у женщины, которая первая заговорила с ним.

– Почему я здесь, зачем, и тем более, что мне надо сделать, чтобы вернуться назад, я ума не приложу, – продолжил Слава. – Последнее, что помню в своем мире, так это то, что на моем телевизоре транслировались новости про какой-то третий сектор. Потом я оказался здесь. Про экономику и политические устои страны, рассказывать?

– Нет, на данном этапе нам это не важно, – ответили женщина, которая назвала себя Иссией. Слава подумал, что она здесь за главного. Да и штрих-кода, хм, кода жизни, у нее не было. – Скажи, а что предшествовало появлению новостей из нашего мира в твоем, как ты высказался, теле-визоре?

Она явно к чему-то подводила Славу. И скорее всего, это не могло быть чем-то обыденным, в виде плотного ужина или кошки перебегающей дорогу на пути. От этой мысли, в его голове сразу сложилась цепочка событий.

– Это был сон, – ответил он.

– Наконец, – произнесла женщина с явным облегчением.

– Что, наконец? – Слава сделал шаг вперед. Вооруженные люди сделали шаг за ним, но Иссия остановила их поднятой вверх ладонью.

– Вы свободны, Торк, – она обратилась к людям с оружием. —Выслушай меня и всё поймешь. Присядь, Вячеслав. И вы садитесь. – она обратилась к Ларку и Ирике. Выждав пока все рассядутся, она начала повествование. – Много лет назад произошел мировой катаклизм, заставивший людей спрятаться в города-модули, такие же как наш. Наш город называется – Грубрет. Модули находятся далеко друг от друга, и практически не взаимодействуют между собой. Нет даже элементарной телефонной связи. Спустя период, в котором человечество привыкало жить по-новому, воцарился мир. Люди научились жить в согласии, обеспечивая себя всем необходимым, но этот длилось относительно недолго. Много лет назад произошло Пришествие. Дьявол попытался проникнуть в наш город через ребенка, рожденного в этих стенах. А предшествовало этому, появление «Человека извне». «Извне», потому что город наглухо закрыт, он, по сути, герметичен, так как снаружи бушуют отравленные бури и ураганы. Есть шлюзы, но проникнуть снаружи невозможно, пока их не откроют изнутри. Но «Человек извне» все же проник сюда, и нашел ребенка, в котором зародилось зло. И этот человек очистил дитя. После этого возникло предание, что, это повторится вновь. Что родится ребенок, в чьем теле поселится дьявол, готовый ворваться в наш мир и разрушить все то, что осталось от него. И только «Человек извне» может найти вновь ребенка, и очистив его, запечатать зло в недрах земных.

– А… – Слава захотел задать вопрос.

– Не перебивай, Вячеслав, – произнесла Иссия. – Мы Противники, – она обвела руками присутствующих за столом людей. – Противники Лорината. Они замалчивают время Пришествия Дьявола. Они забирают всех детей, всех новорожденных в Отдел Карантина, где дети пребывают до десяти лет. Долгих десять лет, не зная кто они, и кто их родители. Мы против этого. Мы хотим сами воспитывать своих детей. И мы считаем, что дьявол не может пройти в наш мир, если ребенок любим и окружен заботой. Сам Лоринат своих детей в Отдел не отдает. И они не носят коды жизни, потому что их жизнь записываются в Летописи. Все их заслуги и проступки. Наша же жизнь отображается на наших телах. Поэтому, нас удивили твои слова, что в твоём мире не носят коды жизни.

– А как попал сюда, тот, первый «извне»? – успел вставить вопрос Слава.

– Хм. Он, возможно, был не первым, а ты, возможно, будешь не последним. Мы пытались узнать, но нам не разрешил Лоринат. Мы так же не знаем, из твоего он мира или из другого, – женщина внимательно посмотрела на Славу, пытаясь понять его реакцию на эти слова. Но тот сидел и пялился на нее, судорожно переваривая всю информацию, которая свалилась на него как гром среди ясного неба. – Мы сделали вывод, что каждый, кто попадает в наш мир, несет свою Миссию. И у тебя она тоже есть. Ты должен найти ребенка в ком живет зло и очистить его. И если всё закончится благополучно, ты, возможно, вернешься домой. Так же, как ушел твой предшественник.

– Возможно?! – удивился Слава.

– Да. Возможно, потому что этого никто не знает. Мы сильно ограничены в средствах, но наши ученые нашли способ отправить сигнал о помощи. Его отправляют в эфир, без какого-либо точного адресата. Вселенная сама его преобразовывает и определяет, если можно так сказать, кому он может быть направлен. И она отправляет его тому, кого посчитает достойным, кого посчитает способным. Так ты его и получил. Процесс передачи сигнала мы освоили, и у нас даже получилось вызвать тебя в наш мир, как ты успел заметить, – она указала на Славу рукой, чуть улыбнувшись. – Но процесс возврата нам не известен. Мы можем только надеяться, что тот, кто выполнит свое предназначении, сам станет катализатором для возвращения назад. Так что для начала, ты должен помочь нам. А там мы приложим все усилия, чтобы вернуть тебя.

– Как я понял, вы не управляете этим Модулем? Вы не главные в нем? – Слава задал прямой вопрос. – И те средства и ресурсы, которыми вы обладаете, по сути, являются не чем иным, как подпольной организацией.

– К сожалению, ты прав. Модулем правят Лорины. Они устанавливают правила и поддерживают законы, созданные основателями. Мы же вынуждены скрывать свою деятельность, – Ответила Иссия, но от Славы не ускользнуло, что ей было не удобно говорить на эту тему в присутствии такого количества людей.

– Какова реальная причина того, что у вас забирают детей? Они ищут этого ребенка? И по каким-то соображениям, до десяти лет проявляется это зло, – очередной вопрос Славы, заставил людей за столом переглянуться.

– Каждый, кто не носит код, является обладателем определенных способностей. Мы их называем Даром. У каждого он свой. У кого-то сильный, у кого незначительный. Кстати, ты ничего не чувствуешь в себе?

– Нет, – ответил он. – Да что я могу чувствовать, ведь я здесь часа три не больше. Меня интересует вот что: зачем вы протестуете против Лорината. Они защищают город, ищут зло, в конце концов, чтобы покончить с ним. Дети в безопасности, в десять лет уже вроде полноценные люди.

– Ты сам имеешь детей, своих детей? – в разговор вступила тучная женщина.

– Нет, не имею. Даже младших братьев или сестер не было и не будет в ближайшее время, – спокойно ответил Слава.

– Поэтому ты такие вопросы и задаешь. Уже полвека наши дети, а потом и мы сами, не знают своих корней. Все молодые здесь, – она указала на Ларки и Ирику. – Это те, кого удалось спрятать, скрыть. Все их коды не легальны.

– А что происходит с теми, кто выходит из этого Отдела Карантина? – Слава заметил, что на часть его вопросов не поступило ответа, но решил не делать ан этом акцент.

– Детей раздают в сектора, кто занимается их обучением и воспитанием, таким образом готовя к работе в производственных секторах. Жителей в модуле пять миллионов, рабочих мест множество. Грубрет – самый большой из ныне существующих. Так гласят паладины, – ответила Иссия.

Слава выдохнул. Что-то всё здесь, как-то сверх его понимания. Лоринат, паладины, дьявол, Дар, да все это место вместе взятое! Это же всё надо осознать, осмыслить. У него заболела голова. Но он все же, произнес:

– А кто они такие, паладины?

– Ты умеешь слушать, Вячеслав. Но часто перебиваешь своими вопросами, – Слава потупился, но так оно и было, замечал за собой такое, в последнее время, и не раз. – Никто не знает, откуда появились паладины, но они для нас недосягаемы. Они сильны, и делают все на свое усмотрение, но, никогда во вред жителям Грубрета. У нас нет кладбищ, мертвых забирают паладины. Ты спрашивал, почему мы против Лорината. Есть данные, что в Лоринате есть сторонники дьявола. И ты прав, они-то и создали под различными предлогами Отдел Карантина. Но не для того, чтобы остановить зло, а наоборот, заставить его служить им. Мы выступаем против них. И мы обладаем информацией, что Лоринат, хочет взять над паладинами контроль. В истории были моменты, когда Лоринат давил на них, но все закончилось большими трагедиями для Модулей. Эти данные не проверены, но есть версия, что паладины – это единственное, что связывает между собой города-модули. Но, сейчас, все это не главное. Главное, что ты появился у нас. И ты поможешь нам. Ты должен нам помочь!

– Ну, вообще-то ни чего, никому я не должен, – сорвалось с губ Славы. – Что я должен и хочу, так это вернуться домой. В свой мир.

Весь Совет, как Слава прозвал всех сидящих за столом, вцепился в него взглядами. Если он не сменит свою позицию, то возможно, живым он отсюда может и выйти, промелькнула у него мысль.

– Но, я помогу вам, хоть и не знаю, как, – тут, же поправился он. – Только дайте гарантии, что вы вернете меня обратно.

– Возможно, это произойдет без нашего вмешательства, – Иссия не сводила взгляд со Славы. – Железные гарантии мы дать тебе не сможем, Вячеслав.

Слава почесал затылок. Заболела голова от обилия информации. Ему не нравилась ситуация, но что-то делать, лучше, чем ничего не делать. Тем более, что заниматься видимо здесь всё равно нечем.

– Я согласен. Я помогу спасти ваш Грубрет, – Слава постарался улыбнуться. – Но опять же, я не знаю, каким образом.

– Для начала, тебе надо обжиться в нашем мире, – определила Иссия. – Ларк и Ирика помогут тебе в этом. Они смогут рассказать многое о наших порядках и о нашей истории. Ирика умная девушка и много знает. Ты должен почувствовать наш мир, а он должен пропитать тебя. И возможно, ты поймешь, что надо делать без постороннего вмешательства. А сейчас идите.

– Постойте, – возразил Слава. – Вы меня раздразнили, а сейчас вот так, на полуслове, прерываете разговор?!

– Нет. Всё, что тебя интересует, ты сможешь узнать от них. Идите. Мы должны придумать, как защитить тебя, и как нам вести себя дальше. Курт, – Иссия обратилась к мужчине, сидевшему справа от нее. – Передай в третий, пусть расходятся. Нам надо поутихнуть. Всё идите. Мы не прощаемся, Вячеслав.

Глава 2

Глава. Санкт-Петербург. 2042 год.

Слава закрыл за собой дверь аудитории, выдохнув с облегчением. Наконец он сдал междисциплинарный экзамен по юриспруденции, что означает только одно – закончилось обучение в академии ФСО.

– Ну, как все прошло? – подбежал Денис Стальнов, и ударил друга по плечу.

– Блин, сначала нервничал, подумал, что забуду все на хрен, – Слава улыбнулся Денису. – А потом все прошло, и выпалил все без запинки.

– Но проблема?! – протянул Денис, дежурную дружескую фразу, коверкая испанский язык. Они с Денисом были знакомы с первого курса и с тех пор всегда были вместе, постоянно придумывая смешные для них одних словечки и выражения.

– Но проблема! – в тон другу ответил Слава.

После прохождения вступительного испытания у мамы Вячеслава были сомнения, что изначально все данное мероприятие принесет положительного результата. Они с сыном уже неделю ожидали звонка, но так ничего и не происходило. Радовало то, что отель на Невском проспекте был оплачен и ей ничего не оставалось делать, как наслаждаться видами Северной столицы, совершая прогулки по музеям и совершая поездки по пригородам. Но взятый ею отпуск заканчивался, и мысли о возвращении на работу заставляли ее нервничать.

Звонок поступил в пятницу вечером, после которого все опасения мамы Вячеслава улетучились. Девушка, представившись секретарем центра Фицджеральда Скотта, сообщила, что Вячеслав прошел входное испытание и ему выделено место. Не успела она отложить телефон в сторону, как на него пришло два сообщения.

– «Адрес квартиры, куда вы должен прибыть после отеля. Улица Бассейная, дом 14», – прочитала женщина содержание первого сообщения. – «Деньги на первичные расходы, поступят на ваш расчетный счет в течении двенадцати часов». Деньги?! – удивилась она, но тут же прозвучал сигнал о новом сообщении. Прочитав его, у нее округлились глаза. – На ваш счет поступило пятьсот тысяч рублей.

Не поверив своим глазам, она вновь перечитала сообщение. У нее опустились руки.

– Что там, мам? – к ней подошел сын.

– Все хорошо, – ответила она. Смахнула навернувшиеся слезы, и обняла его.

Этот момент возникал у Вячеслава в голове каждый раз, когда выходил после сдачи экзамена или зачета. Вот и сейчас, сжимая плечо друга, он вспомнил этот эпизод, но тут же отогнал его в сторону.

– Господа курсанты! – они услышали властный голос сзади.

– Мы! – ответил Денис, останавливаясь.

Они вытянулись по стойке «смирно» у стены, и дождались, когда к ним подойдет человек в форме ФСО, с погонами майора.

– Здравия желаю, – произнес Вячеслав.

– Здравствуй, отец, – улыбнулся Денис.

– Ну, что сдали? – задал вопрос майор Стальнов.

– Так точно, – вместе ответили Денис и Вячеслав.

– Поздравляю, – майор пожал руки молодым людям. – Что дальше?

– Выпуск через неделю, – Денис не сводил с отца взгляд. – Далее отпуск.

– Я не про это. Это все близко и понятно. Что дальше по службе? И давайте без этой солдафонщины, уже не дети.

– Вроде согласовали место в Новых регионах, – ответил Вячеслав. – Сгоняю к маме в Москву, а оттуда уже рвану.

– Она вроде здесь жила?

– Да нет. Уехала два года назад, – пожал плечами Вячеслав. – Так и не смогла привыкнуть к климату.

– Такое часто бываете, – Стальнов положил руку на плечо молодому человеку. – А в Питере не хотел бы остаться?

– Кто меня оставит? – Вячеслав переглянулся с Денисом.

– Я, – улыбнулся майор. – Формируется новый отдел, а у тебя отличные показатели в аналитике.

– А Денис? – Вячеслав вновь посмотрел на друга.

– Что Денис? – Стальнов хлопнул сына по животу обратной стороны ладони. – Денис автоматом идет, при условии, что пройдет тест. А точнее вы его оба должны пройти?

– И все?

– Вам с лихвой хватит, – майор посмотрел на часы. – Через два часа жду вас на Большом Петроградки, 58.

– А что будет? – попытался выпытать Денис.

– Если не хочешь получить глупый ответ, не задавай умные вопросы. Знаю только, что будет слишком научно. Все. Время пошло. До встречи.

Денис посмотрел на Вячеслава, и перевел взгляд на уходящего отца. Друзья одновременно произнесли «но проблема» и отправились отпрашиваться у командира группы. Не найдя капитана, они оставили данные у дежурного по подразделению, и переодевшись, пошли к метро, мечтая, как они быстро наведут порядок в городе.

***

– Меня зовут Иван Владимирович, я являюсь помощником руководителя проекта и лицом, проводящим тест, – представился грузный мужчина с чуть расслабленным галстуком.

– Здравствуйте, – ответили Денис и Вячеслав. Они прибыли в недавно отреставрированное здание на Большом проспекте Петроградской стороны. Майор Стальнов встретил их на улице и провел в гаражное помещение, где сейчас они и стояли.

– Тест достаточно прост, – продолжил грузный мужчина. – Права на управление транспортом есть?

– Так точно, – хором ответили молодые люди.

– Мы не в армии. Будьте добры обходиться при мне без этих ваших… – скривился мужчина. – Вам надо будет проехать в экспериментальной машине по заданному маршруту. Вернуться в это же здание.

– Мы будем в одной машине? – задал вопрос Денис.

– Нет. Машина будет у каждого своя. По большому счету, вам ничего делать не придется. Только находится в машине, и выполнять указания компьютера.

– Странный тест, – хмыкнул Вячеслав.

– На первый взгляд, – улыбнулся в ответ Иван Владимирович.

– Когда начнем? – поинтересовался Денис.

– Александр Иванович предупредил, что вы ограничены во времени, поэтому откладывать не будем. Сейчас и начнем.

– А машины – эти? – Вячеслав кивнул в сторону накрытых чехлами автомобилей.

– Совершенно верно, – мужчина сделал жест, приглашая молодых людей пройти к машинам. – Вы можете снять чехлы.

Денис и Вячеслав переглянулись и с нотками озорства в глазах ухватились за края материи. Не сговариваясь, с громким возгласом, они стащили ткань с автомобилей. Стащили и замерили. Две машины, как две капли похожие друг на друга, сверкали хромированными вставками на кузове и дисками с тонкими полосками резины. Черная наполированная краска бликовала металликом, стекла окон-бойниц блестели чистотой. Машины имели минимум внешних элементов, отчего казались подобием космических кораблей.

– Вот это аппараты! – Вячеслав прошел вокруг, касаясь кончиками пальцев по кузову. – Они, вообще, ездить умеют?! Больше похожи на экспонаты в музее.

– Вот это вы нам и скажете, – ответил грузный мужчина. – Они в вашем распоряжении. Начнем через пятнадцать минут.

Раздались звуковые сигналы, машины моргнули световыми приборами, расправив зеркала.

– Круто! – взвизгнули молодые люди и как дети залезли каждый в свою машину.

– Твою мать! – протянул Вячеслав, когда он увидел множество датчиков, панель от стойки до стойки, и умопомрачительного вида руль. – Это космос какой-то! Даже у китайцев такого нет!

Денис так же, как и Вячеслав, с глазами полными восторга рассматривал убранство салона. У обоих, в этом момент, мысли были одинаковы: «Когда же можно будет запустить двигатель и скорее выехать на тест». В момент, когда Денис дотронулся до экрана, он включился, и на нем появилась надпись: «Запуск двигателя». Что-то щелкнуло со стороны моторного отсека, и машина чуть слышно зашумела электродвигателем.

Двигатель запустился и в машине Вячеслава, при этом на экране загорелось сообщение: «Дублирование отклонено. Прямое подключение». На панели ожили датчики, замигали электронные стрелки на циферблатах. Нажав на педаль газа, Вячеслав почувствовал, как машины вздрогнула от переизбытка мощности в двигателе, пусть даже электрическом.

– Отпад, – улыбнулся он, сжимая рулевое колесо.

– Выйдете на пару слов, – махнул им грузный мужчина. Дождавшись, когда молодые люди встанут перед ним, он произнес требования. – Вам надо будет выполнять указания на мониторе и следовать строго по маршруту, проложенному навигатором. За вами будут наблюдать машины сопровождения, для контроля чистоты теста. Все ясно?

– Да, – молодые люди кивнули.

– Тогда, прошу вас оставить мобильники на столе, и по машинам, – еле сдерживая улыбку, произнес мужчина, смотря на Вячеслава.

Рассевшись по машинам, каждый получил сообщение на экран. Карта на мониторе указывала направление движение, а голосовой помощник оповещал о необходимых действиях. Молодые люди тронули машины с места и один за другим выехали на проспект.

– Это безопасно? – Стальнов посмотрел на грузного мужчину.

– Я волнуюсь не меньше вашего, – ответил тот. – Мы Вячеслава, признаюсь, ведем уже больше десяти лет. Он мне как сын. И эта поездка для меня такая же волнительная, как и для вас. Но не волнуйтесь, все проверено тысячу раз. Аппараты исправны, безопасность на высшем уровне.

Улыбнувшись, Иван Владимирович удалился к контрольному пункту, где в молчании стоял седовласый мужчина. Он не выходил к молодым людям и даже не обменялся кивком со Стальновым, увлечённый своими мыслями и переживаниями предстоящего теста. Он лично провел сотни часов настраивая аппараты для перехода во времени, и это были первые пилоты в этом трудном испытание. Машины совершат переход и вернутся, в них вложена программа. Чего нельзя сказать о людях, которые на вес золота, тем более с такими данными как у Вячеслава Самарова. Ведь все было не так гладко, как на словах. И оставалось надеяться, что все пройдет в заданном режиме.

– Все готово! – произнес Иван Владимирович.

– Начинайте, – отдал команду седовласый мужчина, еле скрывая волнение.

Тем временем, сосредоточенный на управлении Вячеслав деловито смотрел в зеркала, чувствуя себя королем дороги. Внешний вид двух черных машин, двигающихся в сопровождении трех тонированных микроавтобусов, распугивал остальных участников дорожного движения. Маршрут для тестов был не затейливым – выехать на Троицкий мост, сделать круг через мост Бетанкура и вернуться в точку выезда. Ничего сложно! Как два пальца об асфальт!

Выполняя указания голосового помощника, он прибавил скорость, выехал на Тучков мост, занял необходимую полосу движения. И почувствовал дурноту. Все его возбуждение, вся его эйфория, была перечеркнута жуткой головной болью и подступающей тошнотой. Он сжал рулевое колесо. На мониторе сменялось одно сообщение за другим, но он уже не мог разобрать буквы. Его мутило. Диафрагму свело, не давая вздохнуть.

– Не сбавляйте скорость! – Вячеслав еле различил электронный голос помощника.

Сделав над собой усилие, он надавил на педаль. Машина ускорилась. Выйдя из опеки машин сопровождения, он обогнал голубую машину с блондинкой за рулем, стараясь изо всех сил не выпустить рулевое колесо из рук. Проехал центр моста, стукнув колесами об стык створок, и на мгновение потерял сознание.

Придя в себя, он осознал, что руки вращают рулевое колесо вправо, уводя машину на набережную Макарова. Перед глазами стоял туман.

– Двигайтесь прямо! – электронный помощник отдал указание. – Останавливаться запрещено!

Отъезжая от моста, он чувствовал, что головная боль отступала, он смог с облегчением сделать глубокий вдох. Ведя машину по зеленой линии навигатора, он не обнаружил второй машины Дениса и машин сопровождения. Это его озадачило, но он решил продолжить прохождение теста.

Хотя это было в духе Питера, но ему показалось немного странным, что погода резко изменилась. Вместо солнца, небо было закрыто облаками, накрапывал мелкий дождь. Заработали стеклоочистители.

– Как вчера, – пробежала мысль в голове Вячеслава. Готовясь к экзамену, он не выходил на улицу почти весь день, но провел его у окна, часто отвлекаясь на капли на стеклах.

Тем временем, он проскочил мост Бетанкура, проехал по набережной Ждановки и встал перед светофором на Троицкий. Оглядевшись, он так и не увидел Дениса. Вывернув на мост, он занял указанную компьютером полосу. И только пожелав, чтобы не началось головокружение, как оно тут же подступило. Виски сжало, перед глазами все поплыло.

– Не сбавляйте скорость, – снова произнес электронный голос.

Собрав волю в кулак, он выполнил требования машины. Костяшки пальцев побелели от того, как он сжимал рулевое колесо.

Как только машина пересекла первый пролет моста, она исчезла с полотна дороги.

***

– Одна машина не совершила переход, – доложил Иван Владимирович.

– Кто перешел? – резко спросил седовласый мужчина.

– Самаров.

– Отлично, – произнес мужчина, радуясь результату.

– Машина вышла из перехода, но пилот без сознания. Взял управление на себя, – грузный мужчина проворно, несмотря на крупные пальцы, набил команду на клавиатуре.

Седовласый мужчина посмотрел на экран. Внутренняя камера в салоне показывала Вячеслава, удерживаемого в кресле водителя ремнем безопасности. Его голова безвольно свисала на подбородок.

– Останови машину. Пусть его осмотрит сопровождение.

– Что делаем со Стальновым? – Иван Владимирович, управляя машиной Вячеслава, как в компьютерной игре, припарковал ее и нажав на кнопку, разблокировал двери.

– К сожалению, он не прошел тест, – седовласый мужчина посмотрел на майора Стального, наблюдавшего за всем со стороны.

– То, что Самаров потерял сознание, не скажется на чистоте эксперимента?

– Буду надеяться, что он привыкнет, – тихо произнес седовласый мужчина.

***

Вячеслав открыл глаза. Прислушался к себе. Голова не болела, желудок не крутило. Он лежал в светлой комнате с высокими потолками. Медленно поднявшись с дивана, он подошел к окну. Внизу шумел Большой Проспект Петроградской стороны. Два человека разговаривали на повышенных тонах. Он сразу узнал голоса Дениса и его отца. Найдя выход из здания, он вышел на улицу, и направился в сторону Стальновых.

– Вот он, твой герой, – язвительно произнес Денис, увидев Вячеслава и резко отвернувшись от отца, пошел прочь в сторону проспекта.

– Денис! – позвал сына майор, но тот не отреагировал.

– Что произошло?! – Вячеслав подошел к Стальнову старшему.

– Он провалил тест, – расстроенно произнес майор.

– Может что-то можно сделать? Я могу с ним поговорить.

– Сейчас без толку, – Стальнов смотрел как сын исчезает за углом дома. – Отойдет, поговорим.

Из здания вышел Иван Владимирович, озираясь по сторонам. Увидев Вячеслава и майора он быстрым шагом направился к ним.

– Как ты себя чувствуешь, Вячеслав? – спросил он подходя.

– Отлично, – ответил тот.

– Ничего не болит? Голова не кружится?

– Все хорошо, – Слава и впрямь чувствовал себя превосходно.

– Что у вас здесь происходит? – Иван Владимирович не нашел взглядом Дениса.

– Да нормально все. Сын брыкнул, но все обойдется. Решится, – отмахнулся Стальнов.

– Понимаю. Но передайте ему, чтобы он не расстраивался. Думаю, что через год можно будет пройти тест вновь. – попытался успокоить Стального Иван Владимирович. – А вы через неделю уже можете начать программу.

– У меня выпуск через неделю, – спохватился Вячеслав, но еще не понимая, о чем идет речь.

– Тогда через две, – поправил планы мужчина. – Устраивает?

– А чем заниматься? – поинтересовался Вячеслав, переводя взгляд с Ивана Владимировича на майора. – Тестировать машины? – пошутил он, уже и забыв, что потерял сознание за рулем.

– Все расскажем и покажем. Александр Иванович, документы в управление будут готовы через полчаса. Мы их отправим по электронному обмену.

– У меня как раз будет время доехать, – Стальнов посмотрел на часы, и стукнул Вячеслава по плечу. – Денису слова о пересдаче передай. На связи, Слава

– Я вас не задерживаю, – мужчина протянул руку Стальнову. Майор подобрался, и от его расстройства за результаты сына, не осталось и следа. Он пожал руку ученому и пошел к машине. – Ты точно себя хорошо чувствуешь? – обратился он к Вячеславу.

– Да, – Вячеслав ответил на рукопожатие и со смешанными чувствами пошел к метро.

Из окон второго этажа за ними наблюдал седовласый мужчина. Дождавшись, когда они распрощаются, он проследил за Вячеславом, пока тот не свернул за угол дома. Достав телефон, он выбрал контакт «ФС» и отправил ему сообщение:

– Первый есть.

– Поздравляю. Продолжайте набор, – тут же поступил ответ.

Посмотрев в окно, он выбрал еще один контакт, и напечатав «прошел», нажал на иконку отправить.

Глава. Модуль.

Они вышли из зала с низким потолком. В след за ними проследовал человек, которого Иссия назвала – Куртом. Дверь плавно закрылась, щелкнув замком.

– Я Курт, – протянул руку мужчина Славе. Было ему, на вид, лет тридцать пять, но седина и несколько шрамов на лице и шее, старили его. – Третий сектор под моим началом. Он самый активный и тревожный.

– Почему так?

– В третьем секторе находится Отдел Карантина, – вставил слово Ларк.

– Понятно, – Слава почесал висок. Голову не отпускало. – А почему город поделен на сектора?

– Говорят, что раньше, все города без куполов, были поделены на районы, – ответил Курт, начиная подъем по лестнице. – А когда построили города-модули, то районы заменили на сектора. Почему так повелось, я точно не помню, возможно из-за их принадлежностей. В каждом секторе своя администрация, которая беспрекословно подчиняется Лоринату. В некоторых секторах находятся паладины, почему-то больше в промышленных. Но ладно, все потом. До встречи, лорин Вячеслав, – улыбнувшись, Курт вошел в одну из дверей в коридоре.

– Ларк, послушай, – задал вопрос Слава, когда Курт закрыл за собой дверь. – И что, на этом все? Не будет никаких проверок и все в этом духе?

– А что тебя не устраивает? – Ларк с удивлением посмотрел на новичка.

– Ну, не знаю. Я сказал всего пару слов, и мне тут же поверили. Спаситель пришел! – произнес с сарказмом Слава.

– В последний раз, когда по Модулю прошла молва что, ищут «человека извне», и у нас, и в Лоринате, стояли очереди из таких вот человеков, – за Ларка ответила Ирика. – И чего мы только не наслушались. Люди, чтобы хоть как-то получить положение в обществе, рассказывали такие сказки, что уши заворачивались. И никого не смущали ни коды жизни до пояса, ни отвратительные знания истории древности.

– А тебе хватило именно двух слов, чтобы дать понять, что ты точно не отсюда, – вмешался Ларк. – Да и одежда на тебе… Такую у нас не носят.

– Это я заметил, – Слава умолчал, что их наряды, он уже видел.

За разговором они подошли к дверям приемной, но возвращаться в нее не стали, а прошли мимо, войдя в другую дверь. Оказавшись в еще одном коридоре, оканчивающимся двумя лестницами с обеих сторон, Ирика свернула на правую лестницу. Убранство дома напомнило Славе особняки Петербурга XIX века, чьи стены были отделаны деревом, у стен стояли полуколонны, подпирающие потолки с бортиками, розетками и различными декоративными элементами. Но чем выше они поднимались, тем скуднее становилось украшение лестницы и коридоров, отходящих от нее. Третий этаж, которые оказался их пунктом назначения, оказался вообще с голыми стенами и напоминал гостиницу, а не дом подпольщиков. Ирика подвела их двери, и толкнув ее, пригласила Славу и Ларка в квартиру. Слава, насмотревшись фантастики, ожидал увидеть запылённую комнатушку с единственным матрасом на полу, с грязным кофейником, и горами использованных упаковок от фастфудов, но, все оказалось не так. Просторная прихожая, светлая кухня, две комнатки и, что удивило Славу, два санузла. Обстановка была как в пансионатах, при этом не было и намека на грязь, всё довольно скромно и чисто. В комнатах по две кровати, рядом с которым стояли каминные кресла, в углах по платяному шкафу, и между кроватями небольшие столику. Здесь наверно отдыхают работники сопротивления, подумалось Славе. Светлая кухня, опять же на удивление Славы, была укомплектована по последнему слову техники, от тостера до холодильника. Овальный обеденный стол под абажурной лампой, и стульями с изящными ножками, гарнитур цвета морской волны, никак не вязались с информацией о дьяволах, мирах и каких-то паладинах. Рассматривая технику, Слава не увидел ни одного названия фирм изготовителей.

– Вячеслав, есть будешь? – произнесла Ирика, снимая с пояса ремень. Только сейчас Слава отметить приятный голос девушки, которые соответствовал ее внешности.

– Нет спасибо, я дома ел, – машинально ответил Слава.

– Хм. Как хочешь. Мне не сложно, – спокойно ответила Ирика.

– А вообще-то, буду, – ее слова заставили его вспомнить, что его «ел дома» были довольно-таки давно.

– Хорошо, – девушка открыла холодильник, и принялась выкладывать продукты. Ларк выудил из шкафа пластиковую бутылку, видимо с соком.

Это опять удивило Славу, ведь все было как «дома». Все что его окружало не вызывало у него какого-то технологического удивления. Здания, техника, мебель, все это было привычным для него. Удивляло только наличие все этого в этом месте. Ведь со слов Иссии, город в автономном режиме существовал в течении двух столетий, если не больше.

– А откуда у вас пища, продукты? Город ведь закрыт, – поинтересовался Слава.

– У нас два сектора пищевые, – ответил Ларк, разливая сок по стаканам. – Мы их так называем. Один растительный, второй животный. Это самые большие сектора по территории. Там работает много народу. Вообще, продуктовым секторам уделяется невероятное количество сил и средств. Это первоочередная задача, так сказать, а потом уже промышленность – химическая, да легкая.

– А люди тогда, где живут, там же?

– Нет. Смотри сюда, – Ирика оживилась, взяла электронный планшет из держателя на стене, положила его на обеденный стол. В руке у девушки появился стилус, и она начала рисовать. Уловив удивленный взгляд Славы, пояснила: – бумага очень дорога. Так вот. Начну с начала. Город – это большой автономный модуль. В принципе, он таким и был задуман основателями. У нас есть мемо-доска, на защитном экране, так вот на ней указана дата «19 апреля 2088 год», а сейчас 2296 идет.

– Это двести восемь лет, – быстро провел вычисления Слава. Его догадка, о возрасте этого города, оказалась верной.

– Умеешь считать, – усмехнулась Ирика. Слава по обыкновению, пропустил подкол мимо ушей. – Модуль выполнен в виде… – она нарисовала жирную букву «п», раздутую и вытянутую по сторонам.

– Похоже на след коровы, знаешь, таких? – Слава решил подколоть Ирику в ответ.

–Ух ты, точно, – удивилась Ирика. – Я с такого угла никогда на него не смотрела. В длинных его частях, вот здесь: восьмой сектор – он сельскохозяйственный, он же растительный, пятый и шестой сектора – это животный и химический. Жилые – это первый, второй, третий, четвертый, седьмой. Кстати, первый и второй сделали элитными, там этажность ниже. Но, за то, седьмой максимально увеличили. Десятый и одиннадцатый – промышленные, в них сконцентрированы все производства. Девятый – научный. Оттуда посылают экспедиции за пределы Модуля, науку двигают, стараются сохранить то, что есть. Сигал, о котором, говорила Иссия, оттуда отправляли. Постой, – она задумалась. – А! Двенадцатый – он образовательный. Там школы, кафедры. Понятно?

– А что в центре?

– А по центру Лоринат. Он не имеет номера. Просто Лоринат. Там стоит Зал Лорината, в нем решаются судьбы всех и Модуля в целом. Там же, спецподразделение «Легион», отвечающий за порядок. И еще Зал Решений и Лишений.

– Суд, что ли? – спросил Слава, заставив девушку задуматься.

– Ну, да, суд, – медленно ответила она.

– А сектора, как-то разграничены?

– Видимых границ у секторов нет, за исключением растительного и животного. Но при необходимости, каждый сектор может быть закрыт наглухо. Это же модуль для выживания. Правда этим еще ни разу не воспользовались, и никто не знает, как это делается, – девушка криво улыбнулась.

– А что там, за стенами Модуля? И Модуль – это только же стены, купола вроде вообще не видно, – Слава отпил из стакана. Жидкость напомнила ему яблочный сок, только жутко разбавленный.

– Ты же слышал Иссию, – девушка впервые посмотрела на Славу. – Там бушуют ураганы и жуткие ветра. А на счет Модуля, уверяю тебя, мы точно живем под куполом. Высокотехнологичный, с автоматической фильтрацией воздушной смеси, если по-научному. С наружи ни одной трубы. Все в себе. Все выхлопы и отходы в круговой переработке. Внешние наружные шлюзы, открываются при условии, что снаружи стабильная ситуация, без песчаных бурь, сильных порывов ветра, и кислотных дождей. Но, это случается крайне редко. Последний раз, лет пятнадцать назад открывали. А небо – это изображение на большом экране.

Слава подошел к окну, взглянул вверх. Светило солнце, летали птицы, в дали проплывали облака. Но присмотревшись он увидел, что небо было не четким, а в мелкую цифровую клетку. Ощущения, которые возникли в первые минуты его пребывания здесь, оказались верными. То, что в начале показалось ему не натуральным, таковым оказалось на самом деле.

– А осадки то бывают? – съязвил он.

– Бывают, зря смеешься. Но только в Лоринате. Это в первом и втором секторах. Во всех остальных, только во время празднования Праздника Погоды. Мы его празднуем раз в год. Кстати, он скоро будет, – она замолчала и загадочно улыбнулась.

– Что за праздник такой?

– Сам и увидишь. Надеюсь. На него выходят все жители Модуля. Очень красиво и всегда волнительно.

– Если купол такой высокотехнологичный, то из чего он сделан?

– Купол выполнен из углепластика, в один метр толщиной, со свинцовой стружкой и металлическими волокнами, – услышав слова девушки, Слава вновь подумал, насколько здешние понятия ему знакомы. – Потом система защиты. Далее система информирования и система оповещения. Всё это в десять метров укладывается.

– Как же это все держится?

– Раньше умели строить, – ответила Ирика. – Были выдающиеся ученые. И, представляешь, с минимальным количеством поддерживающих конструкций. В крайних секторах, в промке, да сельхоз, на расстоянии пятисот метров стоят, а в центральных секторах их вообще всего шесть. Представь конструкцию.

– Ни чего себе?! Как люди умещаются здесь. Пять миллионов – это приличное количество людей. Дома вроде не высокие, – поразился Слава.

– Самое высокое задние в Лоринате. Конгресс Лорината. Тридцать пять этажей. Представляешь?! Умели ли же раньше строить, – повторила Ирика.

– Это же какая масса висит над головами? – Слава вновь вернулся к окну.

– Есть точные данные, но сейчас не вспомню. Раньше по экрану экскурсии водили, но потом прекратили. Всё ветшает. Опасаются новых поломок. Над химсектором есть участок, где «небо» не работает. Его постепенно на запчасти разбирают, а над промышленным его отключили вовсе. Там люди работают в помещениях, им не до неба.

– Почему отключили?

– Если что-то выходит из строя, то починить уже не всегда получается, – вмешался Ларк. – Технологии развиваются, но со старой техникой поделать ничего не могут. Как говорят, забытые технологии.

– А всё же, что за куполом?

– Согласно Архива – была мировая война, и длилась она очень долго. Есть старые документальные фильмы, где показывают, как обмениваются ядерными зарядами мировые державы. Как такое допустили, и почему так вышло, сейчас не понимают, одни догадки, да версии. Мертво там все. По данным, которые предоставляют паладины, сейчас в мире всего модулей двадцать и осталось. А было пятьдесят шесть.

– А что с остальными случилось?

– У кого что, кто с голоду, кто войной внутренней закончил, – Ларк снова взял слово. – В одном, кучка Молителей, так они себя называли, взорвала одну соту купола. И весь Модуль за неделю погиб. Снаружи, пыль, радиация, грязные дожди. Люди не смоги укрыться от все этого. Лоринат, старается выявить изменения во внешнем климате, периодически отправляет экспедиции, так возвращаются далеко не все. Говорят, на сто километров от модуля ни чего нет, пепел под ногами. Дальше боятся идти. В последний раз, ушло двадцать человек, вернулась половина, и то потом долго страдали расстройствами. Говорят, там психика в раз сходит на нет.

– Да уж. Весело у вас здесь.

– А как у вас? Расскажи о своем мире? – девушка выпила сок.

– У нас… Планета более восьми миллиардов человек. Небо, открытое везде. Очень красивое небо. Моря, океаны, поля, пустыни, горы. Красивые леса. Дикие животные.

– Дикие? Я слышала о таких, – девушка подалась вперед.

– Да, – Слава улыбнулся. – Они живут сами по себе. По законам Природы, так сказать. Они свободны от воли человека. Живут в местах, где человек редкость. Хоть и немного уже осталось такой свободы. Кстати, а как ваша планета называется? – поинтересовался он.

– Наша – Земля, – не без гордости ответила Ирика.

У Славы отвисла челюсть. Он, не контролируя себя, сел на стул, чуть не разлив содержимое стакана. В голове вихрем пронеслась информация последних недель: убийства ученых, зарисовки деятеля, чертежи в бюро Упрямова, штрих-код в записной книжке, психологические тесты для ограниченных групп, слова Богатова про дьявола, Ниеншанц, сон, ребенок, слова Иссии. Вот почему здесь все так ему знакомо и все даже обыденно! В голове вспыхнула вспышка боли, заставившая Славу сжать виски ладонями.

– Слава, с тобой все хорошо?! – забеспокоилась Ирика. – Ларк принеси аптечку!

– У меня тоже Земля, – тихо произнес Слава. Боль в голове уходила, ему становилось лучше. – Только у меня идет 2048 год, – он замолчал, мысли медленно набирали скорость в голове. – Получается, что вы мое будущее?

Ирика была удивлена не меньше, чем Слава. Она переводила взгляд с Ларка, стоявшего с чашкой в руках, на сидевшего на стуле Славу с бледным лицом.

– Я не знаю, что сказать. Очень даже может быть, – произнесла она.

– А у вашей Земли нет случайно номера? – Слава подумал о мультивселенных, о которых любили снимать сериалы американские киношники. – Может я все же из параллельного мира?

– Насколько я знаю, номера у планеты нет, – мотнул головой Ларк.

– Но, у нас есть Архив. Это библиотека, в которой собрана вся информация о Модуле. Возможно, там можно что-то найти, – Ирика приходила в себя от услышанного. – Он в двенадцатом секторе. И открыт для свободного посещения. Если ты хочешь, завтра можно будет его посетить.

– Я думаю, это будет не лишним, – заинтересовался Слава. – Далеко до него идти?

– Ну, зачем идти. У нас есть подземный транспорт. Действует под всеми жилыми секторами, – похвастался Ларк.

– Даже так? – удивился Слава.

– Да, – улыбнулся Ларк. – Подземка расположена неглубоко под поверхностью. Потому что корпус Модуля обеспечивает герметичность не только над нами, но под землей. Минут за пятнадцать до двенадцатого доберемся.

– У нас подземку называют – метро. И она расположена достаточно глубоко, – высказался Слава.

– Забавное название – метро, – протянула Ирика. – А у нас еще ее называют СПД – Средство Подземного Движения.

– Ну да, если вы мое будущее, то что-то могло и измениться. Это и понятно. А пешком долго до Архива?

– Ну, наверно часа два, если через центр Лорината, по прямой. Кстати, тебе по его территории можно спокойно передвигаться, ведь кода жизни нет, – Ирика указала на его скулу.

– Почему так?

– Кодов нет у Лоринов, – пояснил Ларк. – Я поэтому напрягся, увидев тебя в первый раз. Если нет кода жизни, значит тебе открыты все дороги.

– Почему так?

– Так принято…

– Это конечно заманчиво, посмотреть, что да как, – после паузы произнес Слава. – Но, надо обвыкнуться для начала, – он ухмыльнулся, вспомнив слова полной женщины за столом внизу. – А наземный транспорт у вас есть?

– Есть и наземный, но его мало. У нас же все на электричестве. Раньше машин было больше, сейчас же большинство на консервации или вышли из строя. В основном их использует Лоринат, полиция, Легион, курьерская служба и естественно охрана.

– Легион, это те, кого мы видели с тобой, пока шли сюда? – Слава обратился к Ларку.

– Ага. Это наша так называемая армия, – с призрением высказалась Ирика.

– Я тебе о них говорил, – вставил слово Ларк.

– Они служат для поддержания правопорядка в модуле, – продолжила Ирика. – Бывает, что выходят на подавление крупных возмущений населения. По приказу Лорината выходят за пределы модуля с экспедициями. Как уже говорили. Такие бывают, но редко.

– Понятно. Спецподразделение короче, – Слава допил сок.

– Да, точно. Раньше они и до ближайшего Модуля ходили, пока тот не вымер. Это было уже очень давно. Но, да ладно. Давай ужинать. А завтра уже решим, как будем добираться до Архива. И мне надо еще связаться с Иссией.

– Ужин? А который час? – Слава посмотрел на часы, но понял, что его время здесь бесполезно.

– Уже десять вечера, – присвистнул Ларк, посмотрев на часы.

– А по мне, уже ближе к утру. Я, когда к вам попал, у меня уже было ближе к полуночи, – Слава растер лицо руками.

– Я в душ схожу, – спохватился Ларк. – На вас ужин!

– Иди, иди, – Ирика посмотрела в след парню.

Пока Ларк был в душе, Слава с Ирикой продолжали беседу, за время которой девушка приготовила легкий ужин. И когда на столе стояли три тарелки, лежали приборы, нервы сделали свое дело и Славе захотелось не просто перекусить из вежливости, а он хотел жрать. За еду принялись молча, но постепенно ужин перерос в оживлённое общение, из-за чего и затянулся. Ирика с Ларком наперебой рассказывали о Грубрете, поведали об атомном реакторе, питающим весь Модуль, ответили Славе о водяных скважинах, уходящих на полкилометра в землю. А он, в свою очередь рассказывал о своем времени, о морях, океанах, лесах, о городах без куполов. Когда часы показали три часа ночи, Слава осознал, что он на ногах уже больше суток.

Его уложили спать в одной из комнат, вместе с Ларком. Пока его голова опускалась к подушке, он успел поразмышлять о реальности происходящего. Как он смог через телевизор попасть на двести пятьдесят лет вперед? Может это, вообще, нелепый розыгрыш? Но, не успела его голова опуститься на подушку, как он отрубился.

Славу разбудило солнце, бьющее в окно. Не открывая глаза, он вспомнил вчерашний день. «И присниться же сон, – подумал он». Потянулся, и замер, когда его рука наткнулась на что-то железное. Он тут же открыл глаза, повернул голову, и увидел оружие. На столике, рядом с кроватью, лежал автомат непривычного вида. У Славы сложилось ощущение, что это было не оружие, а сборная солянка из автомата Калашникова, американской винтовки М-16, и израильского TAR-21. Но, если не обращать внимание на коллаборацию, то всё в нем было гармонично и ладно. Слава сел на кровати, взял оружие в руки, приложил короткий приклад к плечу, прицелился. Электронный прицел ожил, забегав в окуляре.

– Тук, тук, – без стука вошла Ирика. – Уже встал?

– Только проснулся, – Слава поправил одеяло.

– Удобный? – она кивнула взгляд на оружие в его руках.

– Как родной, – Слава продолжал рассматривать автомат. – И очень легкий. Он вообще, боевой?

– Еще какой, – девушка улыбнулась. – И он полностью твой. Подобран и настроен под твои индивидуальные параметры.

– Это как это подобран? Я что-то проспал? – удивился Слава. Он точно помнил, что вчера никакой замер его параметров, не производили.

– Есть программа, называется «Клириктон». Она позволяет подбирать оптимальное оружие под любого индивидуума, опираясь только на видео файлы. Еще ни разу не ошибалась, – пояснила девушка.

Слава покрутил оружие в руках. Снял, поставил предохранитель. Вернул его на столик, громко стукнув об столешницу.       На соседней кушетке зашевелился Ларк, что-то буркнув себе под нос.

– Всё! Вставайте лежебоки. Экскурсия ждет, – девушка наполовину стащила одеяло с Ларка, и вышла из комнаты.

Когда Слава вышел к столу в своей одежде, то словил неодобрительный взгляд Ирики, которая даже наклонилась из-за стола, чтобы оценить его внешний вид.

– Что-то не так? – поинтересовался он.

– Тебе в этом нельзя в Архив, – ответила девушка, закинув в рот наколотый на вилку омлет.

– Ты будешь выделяться из толпы, – мимо прошаркал заспанный Ларк. – Вчера пронесло, а сегодня лучше не играть с огнем.

– Я же этот, как его, лорин, – Слава упер руки в бока. – Кто мне что скажет?

– Лорины и скажут, – улыбнулась Ирика. – Ларк, найдешь ему переодеться?

– Только после завтрака, – пробурчал тот.

– Садитесь, остыло уже все, – Ирика пригласила парней за стол.

Закончив с завтраком, Славу переодели в тунику темно-синего цвета. Джинсы и кроссовки менять не стали, так же оставили наручные часы. Этот аксессуар придавал ему сходство с местными лоринами, как сказал Ларк, после пятиминутного изучения прибора, который в это время, был признаком достатка и привилегий. Слава нехотя расстался с любимой кожаной курткой, взяв с Ирики слово, что с ней ничего не случится.

Удостоверившись, что Слава не будет выделяться среди людей Модуля, они выдвинулись в Архив. Утро выдалось солнечное. Несмотря на ранний час, экран-небо ярко светил, имитируя утреннее солнце. Где-то по небу продолжали плыть облака, и кружили птицы.

Ирика вывела Славу из дома со стороны двора, и повела его с Ларком по проулкам, чистыми настолько, что казалось можно есть с земли. Чистота была и возле мусорных баков, которые стояли в каждом дворе. Слава подумал, что если бы у него был белый платок, то он обязательно бы им провел по асфальту, проверив чистоту. Выйдя на оживленную улицу, Ирика мотнула головой, чтобы Слава не отставал.

Девушка и Ларк шли довольно бодро, отчего Славе приходилось прибавлять шаг, чтобы идти с ними вровень. Когда же он поймал темп, то осознал, что лицо обдувает поток воздуха. Ветер? В герметичном Модуле?

– А ветер откуда? – Слава не упустил шанс задать вопрос.

– Специальная установка, создает циркуляцию воздуха, – буднично ответил Ларк. – Это один из канонов Вентиляции. Без этого никак. Пытались без неё, установка жрет много энергии, но Модуль начинает задыхаться. Ее периодически включают, чтобы продуть все сектора.

– Я помню, вы говорили, что у вас есть реактор. Но неужели он вырабатывает прям столько энергии? – Слава посмотрел на Ирику, с желанием, чтобы она ответила на его вопрос. – Ты же говорила, что солнце не натуральное? Но оно даже припекает.

– Слава, не обижайся, но ты как маленький, – засмеялась Ирика. – От тебя столько вопросов!

– Да у вас здесь кладезь технологий. Я поверить не могу, что это реально существует и продолжает работать, – ответил он, ничуть не смутившись тому, что его только что назвали маленьким.

– Это всё наше «небо». Система замещения. Всё, как натуральное. Энергия вырабатывается солнечными батареями, которые установленные на сфере Модуля, снаружи. Да, вчера я этого не говорила, чтобы тебе мозг не взорвать. Пыли снаружи сейчас намного меньше, чем сто лет назад. С каждым годом энергии с панелей только прибавляется. Внутренний атомный реактор практически не задействуется для обеспечения освещения, – объяснила Ирика. – В добавок она же, поддерживает температура в Модуле на постоянных двадцати градусах по Цельсию.

– Поэтому у нас нет плотной верхней одежды, и твоя куртка сильно выделялась бы из общей массы, – вставил Ларк.

– А бывало, что реактор выходил из строя? – Слава чуть обогнал девушку.

– Еще бы. В одной стране, кажется ее называние начинается на «я».

– Япония? – предположил Слава.

– Кажется – да. Там рвануло так, что никому из Модуля не удалось выбраться. А когда стены сложились, их еще внешней радиацией накрыло.

– И откуда ты это все знаешь? Справочник ходячий.

– Я работаю в Лоринате, – прямо ответила Ирика. – В одном из прокрусов. А именно «Безопасности в области энергетики».

– Серьезно?!

– А чего ты удивляешься? Противникам свои люди везде нужны, – сказав, Ирика улыбнулась.

– Все интереснее и интереснее, – Слава замолчал. Мимо проехал электрокар, внешним видом способный посоревноваться с его машиной перемещения. Он проводил ее взглядом, и словил взгляд Ларка, смотрящего на него с долей гордости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.