Александр Гедеон, Евгения Гедеон
Антимаг. Владыка. Том 1

Глава 1

Лёгкое светящееся марево в воздухе обозначило скорое возвращение участников ритуала. Разумная предохранительная система, встроенная в сложное заклинание. Проверять что будет, если перенос из другого мира произойдёт в уже занятое кем-то место, Лёха не собирался, но предполагал, что последствия окажутся печальными.

Расступившись, пустотники жадно всматривались в размытые силуэты, ожидая возвращения друзей. Секунда, другая и те появились в яркой вспышке.

Сердце пропустило удар прежде чем Стриж убедился, что все живы и целы. Конечно, не считая соперника Райны, труп которого появился на том же месте, откуда исчез.

Но главная перемена состояла в другом: посреди комнаты возвышалась причудливого вида золотая сфера, покрытая вязью магического плетения. Около метра в диаметре, она выглядела скорее украшением в стиле «цыганского барокко», а не могущественным артефактом.

– Были проблемы? – спросила Миа, с беспокойством оглядывая испачканных в грязи товарищей.

Её взгляд остановился на измазанных кровью руках Харона.

Тот весело оскалился.

– Не у нас.

Поймав брошенную Аресом флягу, он открутил крышку и с наслаждением сделал большой глоток.

– Дану предупреждала, что «глаз дракона» обычно укрыт в техническом помещении неглубоко под землёй, – продолжил репликант, напившись. – Чаще всего в подвале здания, в корнях дерева, или в подобных местах. В отличие от вас с Лаурой, нас забросило на летающий остров, поросший не слишком густым лесом.

Логичный компромисс между разнообразием локаций для поединков и сохранением достаточно хорошего обзора сверху для зрителей кровавого шоу.

– Мы быстро отловили нашего бегуна, – кивнул на труп Явар, – и беспрепятственно двинулись к центру. Там Райна, следуя указаниям Дану, отыскала небольшой холм, под которым обнаружила нужный тип излучения.

О том, что мощный артефакт должен едва ощутимо «фонить» в восприятии магов Древняя предупредила заранее, облегчив отряду поиски.

– Наши друзья из далёкого прошлого устроили на этом самом холме настоящее представление, – сообщила Райна и польщённые примитивы гордо заулыбались. – С помощью верёвок и колышков они зафиксировали пленника на вершине, а затем устроили вокруг ритуальные пляски с кровопусканием. Под их крики я, скрытая кроной дерева, пробила вход в подземелье и нанесла плетение на артефакт.

Лёха перевёл озадаченный взгляд на Харона. Если представление с пленником устроили примитивы, то почему руки в крови у репликанта?

– Оказалось, что там скрыт целый комплекс систем управления, состоящий из нескольких помещений, – правильно истолковал его взгляд Харон. – С дежурной сменой технического персонала.

После короткой паузы он уточнил:

– Был с дежурной сменой технического персонала. Я счёл правильным избавиться от свидетелей.

Стриж одобрительно кивнул. Чем меньше эльфы из Златого Града узнают об этой диверсии, тем лучше для пустотников.

– Похоже, за века они успели привыкнуть, что всё проходит спокойно, и особо не напрягались, – высказал мнение Погорелов. – Судя по реакции, то были не бойцы. И увидеть чужаков они не ожидали.

– Но второй раз так чисто и просто уже не сработать, – с сожалением констатировал Харон. – Теперь они предпримут меры по устранению угрозы такого типа.

– Будем надеяться, второй раз соваться туда нам не потребуется, – выразил надежду Лёха и бросил короткий взгляд на покойника. – Что делать с телом?

Взгляды скрестились на Райне, как на единственной представительнице клана Кречетов здесь. Решать, что делать с трупом родича предстояло ей.

– Вынеси через любой портал и брось в лесу на поживу зверью и демонам, – сообщила та, плюнув на мертвеца. – Большего мой папаша не заслужил.

Повисла мёртвая тишина.

Тех, кто в прошлом были людьми, поразило услышанное. А вот репликанты молчали скорее озадаченно, не вполне понимая тонкости человеческих семейных отношений.

– Ты хочешь сказать, что мы только что убили твоего отца?.. – первой заговорила Миа.

То, что она лично не принимала в этом участия, особого значения не имело. План был общий, как и ответственность за его последствия.

– Да, – во взгляде Райны не было ни единого намёка на сожаление. – Выдайся ему такая возможность – он сделал бы тоже самое со мной. Разве что я вряд ли умерла бы так легко и быстро.

Лёха от комментариев воздержался. Как покойный отец поступил с обеими дочерьми он помнил и, говоря по правде, о его смерти не сожалел. Но то, как спокойно Райна отправила родителя на смерть, не обмолвившись даже словом…

Может Дарану всё же повезло, что она отказалась от его предложения? Там целой армии психотерапевтов работы до конца жизни.

– Сбросим тело в горной крепости, – внёс рациональное предложение Арес, не склонный к излишней рефлексии. – В глуши среди скал его никто не обнаружит.

– Может стоит доставить его поближе к месту похищения для инсценировки нападения демонов или грабителей? – не согласился Харон, которого практическая сторона вопроса тоже занимала куда больше моральной.

– Слишком много хлопот и риска, – возразил Арес. – Незаметно доставить покойника, создать правдоподобное место преступления, соответствующее полученным ранениям. Даже если частично сжечь труп, кто-то может найти несоответствие. Пропажа без вести куда проще и надёжней. Есть немало желающих похитить и допросить значимого члена клана Кречетов.

– Мне плевать, – обозначила свою нехитрую позицию Райна и вернулась к осмотру добытого эльфийского артефакта.

На труп отца она даже не взглянула.

– Командир? – Арес выжидательно уставился на Стрижа.

Тот колебался, не зная что ответить. С одной стороны, это было как-то не по-человечески – просто выбросить тело, без похорон и надгробия. Тем более, это был отец Райны. А с другой… Мало ли покойников он уже оставил без погребения? Да и папаша белокурой воительницы был тем ещё скотом, не заслужившим даже слезинки собственной дочери.

Поделом ублюдку.

– Сбрасывай на скалы, – решил Стриж.

Показалось, что где-то на краю сознания прозвучал заливистый и восторженный смех Белочки.

– Харон, отправляйся к Дану, сообщи что всё получилось, – обратился Стриж к репликанту.

Глаза у того радостно сверкнули, но искусственный солдат больше ничем не выдал эмоций от предстоящей встречи с Ниэль.

– У нас осталась какая-нибудь тачка чтобы погрузить туда «глаз»? – задумчиво спросил Лёха обойдя кругом артефакт. – Не катать же его по коридорам.

Весь хозяйственный инструмент, кухонную утварь и прочий скарб, оставшийся от прежних обитателей лаборатории, отдали Кречетам. Весь сплав Древних, что удавалось отыскать, уходил на протезы для новых бойцов Дарана. Взамен пустотники получили обычную посуду из меди и латуни, железные лопаты, грабли и прочую бытовую мелочёвку.

– Найдётся, – уверенно кивнул Максимилиано.

– И Генерала захвати, – попросил Арес, не любивший надолго расставаться с питомцем.

К прибытию Дану артефакт был готов к транспортировке. При виде золотой сферы эльфийка восторженно сверкнула глазами.

– Вы сумели!.. – словно не до конца веря в успех выдохнула она.

– Да, отлично сработали, – согласился Лёха, действительно довольный действиями команды. – Но что дальше?

На лице Дану расцвела хищная предвкушающая улыбка.

– Пора оживить крепость и пробудить дракона.

Пустотники и Райна нетерпеливо переглянулись. Не верилось, что она станут первым из тех, кто в эпоху упадка и деградации сможет увидеть возрождение одной из эльфийских крепостей.

И настоящего дракона!

– Лаура и Даран определённо хотели бы увидеть это собственными глазами. Дайте мне время оповестить их, – попросила Райна.

– Поторопись, – махнула рукой Дану и задумчиво обошла «глаз дракона» кругом. – Мы пока подготовим всё необходимое.

С транспортировкой и установкой артефакта-аккумулятора особых сложностей не возникло. Инструктаж Древней был исчерпывающим, так что ещё до появления глав Кречетов и Грифонов всё было готово. Сферу доставили в штабную комнату и там уложили в неприметное углубление в полу.

Повинуясь прикосновениям Древней, плетение вокруг «глаза» налилось силой и сиянием, гладкие с виду плиты пола разошлись и сфера погрузилась в образовавшуюся нишу. Камень над ней снова пришёл в движение и артефакт бесследно исчез в недрах оживающей крепости.

А крепость определённо оживала.

Плетения на стенах и столе мягко замерцали приятным золотистым светом. Где-то внутри стен пришли в движение невидимые механизмы, порождая непривычные, а временами и пугающие звуки.

За окнами панически заорали бакланы. Из некогда повреждённого ангара вылетал белый ураган потревоженных птиц. Свечение плетений на стенах и странные звуки прервали блаженное существование, заставив сомневаться в безопасности места, где поколениями жили их предки.

Снаружи отчётливо раздался гул. Выглянув из окна, Лёха увидел как из-под воды поднялась сверкающая решётка, перекрыв вход в атолл. На металле, пролежавшем под водой столетия, не было ни следа коррозии. Венчающий решётку кречет расправил крылья и грозно уставился на морскую гладь.

– Охранная система активирована, – озвучила и без того очевидное Дану. – Мне нужно немного времени чтобы отметить филактерии, обладатели которых могут свободно перемещаться по крепости.

– Если Лаура, Даран и Райна прямо сейчас пройдут через зеркало, их не убьют? – с тревогой вскинула голову Миа.

– Нет, я дала команду пропускать всех эльфов, а остальных сдерживать, но не убивать, – успокоила её Дану. – Потребуется время чтобы дать более точные указания.

Лёха насторожился. Сейчас ничто не мешало Дану настроить систему безопасности таким образом, что пустотников попросту истребят проснувшиеся боевые големы.

– Покажешь как это делать? – очевидно пришла к тем же выводам Миа. – И как решается кто командует крепостью?

Что делать, если Древняя загребёт приоритетный доступ себе, непонятно. Жить в месте, система безопасности которого управляется кем-то другим, то ещё «удовольствие». Требовать «главную кнопку» – значит прямо выказать недоверие. Тоже не лучший вариант для укрепления командного духа.

Но все эти проблемы потеряют значение если прямо сейчас Дану даст команду охранным големам вырезать всех, кроме неё и Ниэль. Хреновый вариант даже если Стриж сумеет совершить чудо и убить могущественную Древнюю с ученицей. Дракона, а с ним и магического прогресса, они лишатся.

– Поскольку никто из прежних управляющих крепости не посещал её более трёхсот лет и не дал никаких указаний на такой случай, – с улыбкой сытой кошки сообщила Дану, – владельцем может стать любой, первым заявивший своё право на этот пост.

Её взгляд переместился на Лёху.

– Я полагаю, правителем этого места должен стать Алекс. Мне же для работы необходим статус одного из управляющих.

– Но госпожа, – подалась вперёд Ниэль. – Это крепость нашего народа, а не пустотников.

Миа недобро посмотрела на непрошенную советчицу.

– Без них у нас вовсе не было доступа к этому месту, – напомнила Дану ученице. – А я без их помощи по сей день спала бы под руинами.

Ниэль не выглядела убеждённой, так что Древняя продолжила.

– Мы дошли до столь плачевного состояния как раз из-за грызни и нежелания делиться, дитя. В этом мире подобных мест осталось куда больше, чем тех, кто может там поселиться. Пустотники заняли эту крепость первыми, сумели добыть «глаз дракона» и не отказывают нам в доступе в лабораторию. Как только мы пробудим и вырастим дракона, сумеем с помощью его чешуи оживить десятки подобных мест. Прояви терпение и научись заглядывать чуть дальше дня сегодняшнего.

– Ваша мудрость внушает веру в лучшее будущее, – искренне признался Лёха, испытывая неописуемое облегчение. – Как мне вступить во владение крепостью?

Пальцы Дану скользнули по плетению, после чего из гладкого на вид каменного стола выдвинулось нечто вроде панели с джойстиком. Приглядевшись, Стриж понял, что ошибся. Из стола торчала рукоять крупного кинжала, а может даже небольшого меча.

– Вытащи клинок и напои его своей кровью, – велела Древняя.

Что за фиксация у эльфов на кровопускании Лёха спрашивать не стал. Если уж их порталы и артефакты способны реагировать на присутствие или касание, то определённо есть технология удалённого считывания ДНК. Может тут, как в случае с филактериями, требовался физический образец крови для хранения и сличения, а может это попросту дань какой-нибудь древней и особо почитаемой традиции, вроде посвящения в рыцари касанием меча.

Стриж взялся за рукоять и потянул, высвобождая лезвие.

Меч. Это определённо был меч. Золотая вязь на клинке удивительно напоминала дорожки на электронных платах, какие использовали во всех земных гаджетах.

Чувствуя себя нелепо, Лёха провёл лезвием по ладони, позволяя крови растечься по клинку. Алая струйка впиталась в металл, словно в сухой песок. Плетение на миг вспыхнуло и снова угасло.

– Теперь дух крепости примет лишь твою кровь, – торжественно объявила Дану. – Прикажешь – он будет откликаться и на кровь твоих потомков. Если ты сгинешь, кто-то из них сможет вернуться сюда и принять командование крепостью.

В памяти засвербило узнавание. Было в этом что-то знакомое…

– Меч в камне! – наконец вспомнил старую сказку Стриж.

– Ты о чём? – не поняла Миа.

– Была в моём мире легенда: кто сумеет вытащить меч из камня – станет королём, – пояснил Лёха, с интересом разглядывая клинок.

– Возможно тот, кто первым её рассказал, был свидетелем чего-то подобного, – безразлично пожала плечами Дану, которую мало занимал земной фольклор.

– Но что за дух крепости? – задала вопрос Миа.

– Он похож на те, что живут в эгидах.

Видя непонимание на лицах пустотников, Дану удивлённо спросила:

– Вы не знаете каким образом эгиды откликаются на ваши мысли и намерения?

– Мы полагали, что в них встроен искусственный интеллект, – ответила Миа и лишь спустя пару секунд поняла, что для эльфов это звучит совершенно непонятно. – Мы создали нечто вроде…

Она щёлкнула пальцами, подбирая понятный «дикарям» образ.

– … голема, который умеет думать. Не так, как люди, но способен выполнять подсчёты, хранит в себе множество книг и может найти в них ответ на заданный человеком вопрос. Если научить его определённым образом реагировать в заданных ситуациях, то он будет использовать уже готовые решения или создавать на их основе новые. К примеру, он способен подстраховать бойца в эгиде и, если тот потеряет сознание, и плавно приземлить его в безопасном месте, уклоняясь при этом от вражеских атак.

– Но при этом он никогда не был живым? – недоверчиво уточнила Дану.

– Нет. Это очень сложный, но всё же механизм.

– Поразительно! – в голосе Древней слышалось искреннее восхищение. – Я хочу узнать об этом как можно больше едва нам представится возможность спокойно поговорить!

– Но если у вас нет искусственного интеллекта, как вы добились такого уровня взаимодействия эгид и их пилотов? – изумился Лёха, возвращая меч на место.

– Очень просто, – развела руками Дану. – Мы вселяем туда души эльфов, которые помогают управлять эгидами, некоторыми другими артефактами, и крепостями вроде этой. Они становятся незримыми хранителями и помощниками.

– Вы убиваете сородичей чтобы сделать из них разумные артефакты? – в голосе Мии не было ожидаемых ноток осуждения и Лёха запоздало вспомнил что она рассказывала о «принудительной социализации».

Если в будущем из преступников делают киборгов, служащих на благо общества, то мысль о переделке приговорённых в разумные артефакты уже не кажется революционной и даже шокирующей.

– Не совсем так, – покачала головой Дану. – Переход должен быть добровольным, иначе душа будет не охранять, а вредить. Вряд ли вы захотите, чтобы управлять эгидой помогал погибший в ненависти и страхе мерзавец, жаждущий мести.

Пустотники отрицательно покачали головами, представив подобное.

– И у вас было много желающих закончить жизнь вот так? – удивился Стриж.

– Не особенно, – призналась Древняя. – Чаще всего вызывались те, что прожили очень долго и уже утратили вкус к жизни. Желая помочь потомкам, они становились духами-хранителями.

Она коснулась ещё нескольких плетений и меч вновь погрузился в каменную поверхность стола, вероятно скрывшись в толстой центральной опоре.

– Я закончила с настройками и приказала охранным големам пропускать всех, чьи филактерии уже помещены в хранилище «Зеркальных путей». Можем отправиться в арсенал, – в голосе Дану отчётлво слышалось нетерпение. – Об управлении крепостью я расскажу позже.

Пустотники, всё ещё осмысляя услышанное, последовали за ней.

– И они осознают себя всё это время? – с содроганием представил такое посмертие Лёха. – Ну, хранители.

– Конечно же нет, – удивлённо оглянулась через плечо Древняя. – Они вовсе перестают осознавать себя, также, как и демоны, ставшие частью голема. Но если сущность демонов подчинена приказам, без всякого намёка на инициативу, то эльфийские души откликаются не только на прямые команды, но и принимают некоторые решения самостоятельно.

– К примеру, такой дух-хранитель может выжечь огнём демонов, окруживших эгиду и угрожающих жизни пилота? – догадался Стриж.

– Именно.

Пустотники понимающе переглянулись. Это объясняло многие странности, что они заметили в эгидах.

– А с ними можно как-то общаться? – восторженно сверкнула глазами Миа. – К примеру, отдать команду спалить всё вокруг до того, как появится критическая угроза жизни?

– Да, – спустившись по лестнице Дану вошла в дверь арсенала, – просто назовите его по имени и отдайте команду.

– И как узнать имя? – без особой надежды спросил Лёха.

Сейчас окажется, что имена передавались из уст в уста, как святыня, или были записаны на драгоценных скрижалях где-нибудь в Златом Граде и достать их нет совершенно никакой возможности…

– Имена выгравированы на внутренних частях эгид, обычно где-то в районе спины, – удивила его Дану, остановившись перед внушительной дверью в особое хранилище.

Райна, Даран и Лаура уже ждали их, поднявшись с портального уровня.

– Рады приветствовать вас, Древняя, – вежливо поклонилась Лаура. – Мы благодарны за возможность стать свидетелями столь поразительного события.

Даран лишь молча склонил голову в знак почтения.

– Обойдёмся без церемониальных обменов любезностями, – нетерпеливо бросила Древняя, не замедляя шаг.

Это можно было бы счесть грубостью, но все видели взволнованный вид эльфийки, едва не бежавшей к тесной комнатушке с магическим кувезом, что уже много веков сохранял жизнь крохотной рептилии.

Понимающе переглянувшись, люди и пустотники поспешили за Дану.

В мутной жиже артефактного чана эльфийских генетиков всё так же плавал нерождённый гибрид демона и хищника из неведомого пустотникам мира.

Дракон.

Дану, не сумевшая до конца совладать с нетерпеливой дрожью в пальцах, уже последовательно активировала сложные цепочки магических плетений.

Пустотники и Кречеты хранили молчание, не отрывая взглядов от прозрачных стен кувеза. Даже Генерал, проникшись общим настроением, прекратил грызть полученный от Ареса кусочек яблока и вертел головой, силясь понять происходящее.

– Получилось, – счастливо вздохнула Дану, отходя в сторону, чтобы дать остальным возможность во всех деталях увидеть историческое событие.

Уровень жидкости в чане стремительно уменьшался, а маленький дракончик начал шевелить лапами. Когда ёмкость была осушена, рептилия неуклюже поднялась на дрожащих лапах и обвела присутствующих холодным, ничего не выражающим взглядом золотых глаз.

Пальцы Дану проворно пробежали по плетению на корпусе артефакта и прозрачная стенка поднялась, высвобождая новорожденного дракона.

По тесной комнатушке разлилась вонь, напомнившая Лёхе о хирургическом отделении госпиталя. Нечто резкое и химозное.

Лаура закашлялась от неожиданности, а вот Дану запах не смутил. Она бережно подхватила на руки мокрую рептилию и счастливо рассмеялась.

Небольшое, с кошку размером, существо совсем не походило ни на грозное оружие, ни на средоточие надежд целого народа. Скорее оно напоминало экзотического декоративного питомца из тех, которых светские дамы таскают за собой в сумочках.

Сколько вообще времени понадобится, чтобы из этой крохи вырастить грозного хищника, способного схлестнуться с демоном-императором? Пять лет? Десять? А есть ли у них это время?

Пока Стриж предавался мрачным размышлениям Древняя поднесла ладонь к морде дракончика. Тот выгнул шею, принюхался и, к полному изумлению всех присутствующих, впился зубами в плоть хозяйки.

– Спокойно! – морщась от боли бросила Дану дёрнувшейся к ней Ниэль. – Так дракон создаёт связь со своим всадником.

– Пожирает его? – с причудливой смесью отвращения, жалости и восторга спросила Лаура.

– Принимает частицу плоти, крови и души, – сквозь сжатые зубы процедила Древняя. – Не забывайте, в нём сплетены хищник и демон.

Тиаматцы обменялись многозначительными взглядами и продолжили наблюдать с куда большим вниманием.

Дракончик насытился меньше, чем за минуту, затем поднял окровавленную мордочку и издал писклявый звук. Был то грозный рык, вопль счастья или просто сытая отрыжка никто определить не сумел. Дану же отставила в сторону истерзанную ладонь и Ниэль проворно перевязала рану припасённым загодя отрезом чистой ткани, щедро смоченной соком амброзии. Похоже, Древняя велела помощнице подготовить всё необходимое для пробуждения питомца.

– И что, – осторожно уточнил Максимилиано, – любой человек или эльф может таким образом стать драконьим всадником?

В глазах Лауры зажглась совершенно детская искорка восторженного ожидания. Похоже, когда-то она, как и многие дети, мечтала о собственном сказочном питомце.

– Конечно нет, – почесав успокоившуюся рептилию под челюстью ответила Древняя. – Всадники тоже проходят трансформацию, принимая в себя частичку демона. Дракон чувствует это и атакует. Но, поглотив немного крови и духа всадника, устанавливает с ним особую связь.

Во взгляде Лауры отчётливо читалось горькое разочарование. Заметив это, Дану тихо добавила:

– За это мы жертвуем возможностью иметь детей.

– Чудовищно… – с искренним сочувствием прошептала Лаура, неосознанно вздрогнув.

– Все мы платим свою цену, – печально ответила Дану, отведя взгляд. – Драконья кровь приживается у одного из дюжины, рискнувших пройти ритуал. Чаще выживают дети и те, кто едва перешагнул порог юности. С каждым прожитым годом шансы пережить трансформацию стремительно уменьшаются.

Лёха мысленно присвистнул. Нужно иметь очень сильное желание стать драконьим всадником чтобы согласиться на генетические изменения со столь низким шансом на выживание. Хотя, учитывая то, что речь шла о детях и подростках… Каждый из них верит в свою избранность и неуязвимость. Да и о собственном потомстве в этом возрасте обычно не задумываются. Разве это цена за возможность оседлать дракона? Стать легендарным всадником, что во главе армии крушит демонов в других мирах?

Для подростка это даже не вопрос, но что за родители согласятся на подобное? Или у долгоживущих эльфов Златого Града менее трепетное отношение к детям? Может за сотни лет жизни они успевают обзавестись несколькими десятками детишек и не особенно переживают за каждого по отдельности? Или со всей отчётливостью осознают, что опасная процедура – уникальная возможность социального лифта в стагнирующем обществе?

Гадать можно было долго, но ответы на эти вопросы способна дать только Дану. А сейчас не время и не место для подобных бесед. Может когда-нибудь…

Но, судя по взгляду, каким Дану смотрела на новорожденного дракона, она ни о чём не жалела.

Миа, восхищённо наблюдавшая за детёнышем, осторожно спросила:

– Можно его погладить?

Взгляд у неё был, словно у дёвчонки, увидевшей пушистого щеночка.

Поколебавшись, Древняя кивнула.

– Да. Теперь он не укусит без приказа.

Пустотница счастливо улыбнулась и бесстрашно протянула руку к мордочке рептилии. Лёха усилием воли заставил себя не дёргаться. Даже если тварь укусит Мию, предпринять ничего внятного он всё равно не сможет. Не убивать же уникальный гибрид ради пробуждения которого они потратили столько усилий? Рана со временем заживёт без следа благодаря целебным свойствам амброзии, а Миа, быть может, станет немного осмотрительней и осторожней.

Но дракончик лишь понюхал руку, знакомясь, и довольно зажмурился когда девичьи пальцы осторожно пробежались по его чешуйкам.

Конечно же повторить это захотели абсолютно все. Особый восторг читался на лицах репликантов, отличавшихся большой любовью к самому разному зверью. Даже вечно сдержанный Даран не удержался и осторожно погладил существо из легенд. На его обычно хмуром лице на миг появилась искренняя улыбка.

Дракончик благосклонно принимал ласку до тех пор, пока не подошёл Арес. Вскинув голову, рептилия хищно уставилась на Генерала, сидевшего у того плече. Серый зверёк заметно подрос за время жизни у пустотников. Ел он практически всё, от фруктов до мяса. Китежец Погорелов, получивший в своё время образование зоолога, утверждал, что это детёныш местных родичей земных енотов, или мангустов. Остальные не спорили, да и, по большому счёту, всем было плевать на видовую принадлежность Генерала. Зверёк был ласковым и скрашивал монотонность будней своими забавными выходками. Ареса он обожал и очень тосковал когда репликант куда-то уходил, оставляя питомца на попечение друзей.

Сообразив, что ничего хорошего пристальное внимание хищной рептилии не сулит, Генерал вздыбил шерсть и злобно зарычал, стараясь напугать противника. Тот впечатлённым не выглядел.

– Тебе лучше убрать своего зверя, – неожиданно сказала Дану.

– Он не навредит дракону, – успокоил её Арес, поглаживая рычащего Генерала.

– Зато дракон может навредить ему, – хмуро пояснила Древняя. – Это хищник, к тому же растущий. Ему нужно много живой пищи, а твой питомец как раз подходит по размеру.

Репликант напрягся. Накрыв любимца ладонью, он отошёл подальше, не сводя с дракона недоброго взгляда.

– Пищевая цепочка, что поделать, – с улыбкой вздохнул Кадьяк.

Арес, воспользовавшись почёрпнутыми от остальных пустотников выражениями, доходчиво изложил брату всё, что думает о пищевых цепочках вообще и тех, что угрожают Генералу, в частности. Зверёк же, почувствовав себя в безопасности, высунул мордочку из-под ладони хозяина и принялся громко вопить, видимо грозя дракончику самыми страшными карами.

Почёсывая развоевавшегося питомца за ухом, Арес устроился у стены. Уходить он не спешил. Дракончик хоть и потерял часть своего очарования в глазах искусственного солдата, всё равно оставался очень интересным существом.

Стриж, позволив своим людям первыми утолить любопытство, наконец тоже подошёл к диковинному зверьку. Когда ещё представится шанс погладить самого настоящего дракона? Да ещё и такого крошечного.

Он протянул к маленькой морде ладонь, давая познакомиться с новым запахом, и едва не вскрикнул от боли когда острые зубки впились в плоть.

– Что за?.. – выругался Лёха, попытавшись высвободить руку так, чтобы не повредить рептилии. Но та вцепилась мёртвой хваткой.

– Не дёргайся, – сдавленно прохрипела Дану.

Её напряжённый взгляд неотрывно следил за драконом.

Сказать было легко: рептилия откусывала целые куски плоти и жадно заглатывала их. Не вырвать руку и не свернуть злобной твари шею стоило немалых усилий воли.

– Не могла покормить его бакланами? – зло рыкнул Лёха, прекрасно помнивший чьей воле повинуется дракон.

Злая и бессмысленная шутка Древней откровенно взбесила пустотника. Он уже обдумывал как лучше наказать зарвавшуюся эльфийку, очевидно решившую, что может творить любую дичь, когда услышал её испуганный голос.

– Я не приказывала этого!

Он изумления Стриж ненадолго забыл о боли. Пожалуй впервые за время знакомства в голосе Дану звучали отчётливые нотки страха.

– Он меня не слушает!

– Да мля… – зло прохрипел Стриж, прикидывая что можно вставить в пасть мелкому дракону чтобы расклинить челюсть.

«Не перестанешь меня жрать – буду размыкать хватку кинжалом и зубов у тебя поубавится», – мысленно пригрозил голодному хищнику Лёха, гадая испепелит его Дану, если он вытащит оружие, или всё же сперва выслушает.

Но, к его изумлению, дракончик разжал зубы и заглянул в глаза удивительно умным взглядом. Где-то в сознании отозвалось неоформленная в слова, но всё же понятная мысль.

Согласие. Подчинение.

Это напоминало общение с Белочкой до того, как та научилась разговаривать.

– Не понял… – ошарашено протянул Лёха, отведя в сторону пострадавшую руку.

Миа тут же взяла протянутый Ниэль бинт и сноровисто перетянула рану.

– Ты… – в золотых глазах Дану плескалось изумление. – Слышишь его?..

– Не уверен до конца, – ответил Стриж, не отводя взгляда от дракончика.

А зверёк, разом успокоившись, свернулся клубочком на руках у Древней и довольно зевнул.

– Что это было? – озвучил общий вопрос Кадьяк, с недоумением глядя на Лёху.

– Чтоб я знал… – растерянно протянул тот.

– Есть у меня одна теория… – задумчиво произнёс Арес и, пересадив Генерала на плечо Максимилиано, подошёл к Дану. – Если я прав, он укусит и меня.

В глазах Древней мелькнуло понимание и она кивнула. Арес поднёс руку к морде сонного дракончика и тот, принюхавшись, оживился и с аппетитом вцепился в ладонь искусственного солдата.

– Драконы питаются демонами, – задумчиво проговорила Лаура, внимательно следя за происходящим. – А вы оба были одержимы. Значит, он чувствует это и воспринимает Алекса и Ареса как пищу?

Репликант, на лице которого не дрогнул ни один мускул пока зверёк вырывал куски мяса из его руки, отрицательно покачал головой.

– Не пища, – сказал он и бросил строгий взгляд на дракончика.

Тот прервал кровавую трапезу и преданно уставился в глаза Аресу.

– Он признал в них всадников… – поражённо произнесла Дану. – Но это невозможно!

Глава 2

Тишину, наступившую после слов Древней, нарушил Генерал.

Он укусил за палец державшего его Максимилиано, вывернулся из рук и серой молнией устремился к эльфийке, издавая боевые кличи. Зверёк явно намеревался поквитаться со свернувшимся на руках Дану чешуйчатым обидчиком любимого хозяина. То, что дракончик размером превосходит его самого раза в полтора, пушистого мстителя не смущало. Генерал громогласно обещал, что от рептилии только клочки по закоулочкам полетят, дайте только добраться.

Арес едва успел поймать не на шутку разошедшегося питомца за шиворот и водрузить к себе на плечо. Зверёк моментально успокоился и, сочувственно попискивая, принялся обнюхивать кровоточащую ладонь хозяина.

– Полагаю, симбиоз с демонами не прошёл бесследно и изменил нашу ДНК, – спокойно, будто речь шла о чём-то обыденном, сказал репликант.

Учитывая сохранившийся, пусть и в ограниченном виде, телепатический контакт с Белочкой, Лёха был склонен согласиться. Что-то в нём определённо изменилось после соседства с демоном. И в физическом, и в ментальном плане.

– В результате вы получили структурные изменения, сходные с теми, что позволяют Дану получить контроль над драконом… – уловила Миа ход мыслей Ареса.

– Проверить эту теорию мы вряд ли сумеем, но звучит правдоподобно, – отозвался Явар, сноровисто перевязывая покусанную руку брата.

– И что это значит для всех нас? – задал самый насущный вопрос Стриж.

– Что вы можете обойтись без меня… – негромко проговорила Дану, и её глаза налились тусклым светом.

Время для Лёхи словно замедлилось. Он чувствовал, как воздух буквально наэлектризовался. Видел, как Даран и Райна потянулись к шпагам, инстинктивно реагируя на опасность. Заметил, как зарождается пламя на кончиках пальцев Ниэль.

В сознании билась чужое хищное желание рвать и жечь, чья-то холодная решимость сделать всё необходимое и неистовая, отчаянная готовность биться до смерти за нечто, не имеющее цены. Частицу себя.

Миг и пришло осознание: эти чувства принадлежали новорождённому дракону, Аресу и Дану, с которыми у Лёхи установилась причудливая связь, сходная с той, что соединяла их с Белочкой.

– Отставить! – рявкнул Стриж, встав между Дану и остальными. – Нам нечего делить!

Он всё отчётливей ощущал неразрывную связь между Древней и её драконом. Наверное, что-то подобное ощущает мать по отношению к своему ребёнку. Готовность отдать жизнь, не задумавшись ни на мгновение. Всепоглощающий ужас от одной мысли о потере драгоценного дитя.

– Дракон принадлежит Дану и только ей! – продолжил Стриж, глядя в золотые глаза эльфийки. – Ты ведь чувствуешь меня, да? Чувствуешь, что я говорю правду.

Пламя в глазах Древней медленно тускнело, уступая место настороженному удивлению.

– Да… – тихо проговорила она и коротким жестом погасила пламя в руке Ниэль. – Слабо, но чувствую. Как это возможно?

– Вот и разберёмся за чашкой чая в спокойной обстановке, – миролюбиво предложил Стриж. – Если хочешь – в Поднебесном, среди твоих бойцов.

Даран, успевший до половины вытащить шпагу, неодобрительно нахмурился. Так рисковать безопасностью графини он не собирался.

– Клан Кречетов не претендует на дракона, Поднебесный, эльфов или их имущество, – проговорила Лаура, всё это время сохранявшая впечатляющее спокойствие. – Ни сейчас, ни в дальнейшем. Алекс прав – нам нечего делить.

– Клан Стальных Грифонов тоже не собирается заявлять права на собственность Древней, – глухо произнёс Даран, всё ещё не сводя подозрительного взгляда с Ниэль.

Та бесстрашно уставилась на него, готовая убивать и умирать ради Древней, но тут вперёд шагнул Явар, заслонив собой людей, и враждебность во взгляде эльфийки мгновенно угасла.

– У меня уже есть питомец, – невозмутимо добавил Арес, почесав Генерала за ушком. – Чужих мне не надо.

Зверёк воинственно уставился на дракончика и издал боевой клич, давая понять, что не намерен делить своего хозяина с какой-то ящерицей.

Его решительные вопли словно разрушили злое колдовство и заставили всех рассмеяться. Стриж чувствовал, как иррациональный страх Дану отступил, возвращая ясность ума.

– Я вынуждена принести свои глубочайшие извинения, – покаянно склонила голову Древняя, всё ещё прижимая к себе маленькую рептилию. – Не знаю, что на меня нашло.

– Всем нам стоит успокоиться и осмыслить произошедшее, – мягко улыбнулась Миа. – И выпить чего-нибудь кажется мне прекрасной идеей.

Рассевшись за длинным столом на жилом уровне, пустотники, эльфы и люди разлили по бокалам вино, морс и, в случае покусанных, сок амброзии. Дракончик спал, цепко обвившись вокруг руки Дану диковинным то ли браслетом, то ли наручем. Сама эльфийка то и дело мягко касалась его пальцами, словно опасалась, что он может вдруг исчезнуть.

Непринуждённых бесед никто не вёл, атмосфера царила скорее растерянная. Произошедшее изрядно выбило всех из колеи.

– Древняя получила своего дракона, – баюкая в руке кубок с разбавленным вином, начала Лаура. – И, неожиданно для всех, обнаружилось его странное сродство с Алексом и Аресом. Грозит ли это нарушением наших планов? И если да, то каким образом?

Перед ответом Дану задумалась, и Лёха ощутил её неуверенность. Та, словно почувствовав касание чужого разума, бросила на пустотника внимательный взгляд.

– Сомневаюсь, – подумав, ответила Древняя. – Возможно это что-то меняет, но не нарушает. Мне необходимо время, чтобы осмыслить произошедшее.

– Нам всем хотелось бы это осмыслить, – мягко заметила Лаура. – Хоть что-то вы уже поняли?

Выпив глоток золотистого сока амброзии, Дану неторопливо сказала:

– Драконов создают под конкретного всадника. Демон, частичку которого получает эльф, становится основой для гибридов. Обычно их создают несколько и сохраняют хоть сотни лет, пока всаднику не придёт нужда сменить дракона.

– И часто такое случается? – заинтересовалась Миа.

– К сожалению, не так редко, как хотелось бы, – печально призналась Дану. – Два-три раза за жизнь. Иногда драконы погибают в бою, иногда из-за неопытности или ошибки всадника.

Сглотнув ком в горле, она тихо добавила:

– Это… всегда очень больно.

Стриж вспомнил неописуемое чувство привязанности, что эльфийка испытывала к своему дракону, и мыслено ей посочувствовал. Наверное, такую потерю непросто пережить.

– Но если одна частица демона помещается во всадника, а другая в гибрида, то как драконов может быть несколько? – заинтересованно подалась вперёд Миа.

– Демона перекармливают, чтобы он создал потомство, а из него делают ещё несколько гибридов, – дала вполне логичный ответ Древняя. – Они практически неотличимы, потому все созданные драконы подходят одному всаднику.

Она перевела взгляд сперва на Ареса, затем на Стрижа.

– Возможно, в этом кроется разгадка произошедшего. Есть вероятность, что демон, который жил в Алексе, а затем поселил отпрыска в тело Ареса, был потомком, а может, и предком того, который стал основой дракона.

Несмотря на серьёзность обсуждения, Стриж едва удержался от улыбки. В сознании возник могучий дракон, который рычащим басом говорит Белочке: «Люк, я твой отец!»

Абсурдная мысль под стать ситуации.

– Выходит, – заинтересованно прищурился Даран, – из той твари, что заперта в камере, можно сделать ещё одного дракона?

– Нет! – рявкнул Лёха раньше, чем осознал странный порыв.

Поняв, что на него смотрят все, без исключения, он смущённо кашлянул и добавил:

– Я дал ей слово.

– Она – демон, мечтающий сожрать всех нас, – хмуро напомнил Даран.

– Поэтому она сидит под замком, – парировал Стриж. – Под охраной.

Новоиспечённый граф хотел было возразить что-то, но вмешалась Дану.

– Возможно, дело вообще не в этом демоне, а в пустотниках, – сказала она. – Их души обладают особыми свойствами, среди которых может оказаться и возможность иного взаимодействия с демонами, а потому и с драконами. Сейчас у нас нет ни времени, ни ресурсов для подобных исследований. Пока Ариман отвлечён на защиту границ, мы должны действовать. Необходимо открыть портал в лаборатории под императорским замком и получить контроль над Навигатором. Мы должны быть уверены, что в критический момент Ариман не сорвёт замок с нашей грозди миров, открыв дорогу врагу.

– Объясните, что именно требуется, и наш человек это сделает, – пообещала Лаура.

– Прекрасно. Я тем временем займусь скорейшим выращиванием дракона, – пальцы Древней ласково скользнули по чешуйчатому телу, обвившему руку.

– А разве это не происходит естественным путём? – удивилась Миа. – Рост.

– Дракон – наполовину демон, – напомнила Дану. – Он растёт и совершенствуется, пожирая других. Сперва мелкую и простую добычу, но довольно скоро ему потребуется охота на других демонов. Поглощая их силы, он начнёт расти с огромной скоростью.

– И за сколько особь достигает зрелости? – заинтересовался уже Максимилиано.

– При обильном питании? – хищно улыбнулась Дану. – Примерно за год. Первую чешую, способную стать пусть и слабым, но источником энергии, он даст после третьей линьки. Если нам повезёт найти достаточно демонов для его активной кормёжки, справимся за пару-тройку месяцев.

Стриж молча переглянулся с Дараном. Тот прекрасно понял, о чём думает пустотник, и едва заметно покачал головой. Открывать тайну происхождения Лауры он не собирался. Даже ради дракона.

– И к какому возрасту он станет достаточно силён, чтобы справиться с Ариманом? – задала самый насущный вопрос графиня.

Дану лишь развела руками.

– Сейчас мы слишком плохо понимаем, что представляет собой гибрид на троне. Мы совершенно точно не должны подставлять дракона под удары аркбаллист и боевых магов. Он создан для войны с демонами, а не с людьми. В идеале, дракон потребуется нам для разоблачения императора на глазах у его подданных. Убивать его, вероятно, придётся нам самим, если мы не хотим рисковать единственным мощным источником энергии, способным питать крепости и сложные устройства.

Звучало разумно. Способов убить полудемона было много, а вот обеспечить энергией сложные артефакты и эльфийские лаборатории, вроде той, что располагалась на нижних уровнях, они могли только с помощью дракона.

– Тогда нам стоит поторопиться с выкармливанием дракона, чтобы получить в своё распоряжение как можно больше могущественных артефактов для боя с Ариманом, – произнесла Лаура с таким выражением лица, что Даран нервно переступил с ноги на ногу.

– Определённо, – кивнула Дану. – К счастью, у нас в плену как раз есть подходящий демон в теле эльфа. Можем проверить как гибрид реагирует на дракона и скормить его малышу. Наверное, за один раз он не справится, но за три-четыре кормёжки осилит.

– Даже не думайте! – выпалил Стриж и ударил кулаком по столу так, что посуда подпрыгнула и жалобно звякнула.

– Рано или поздно с тварью придётся что-то сделать, – холодно напомнила ему Дану. – При первом же кризисе она воспользуется шансом и сбежит, унося с собой множество секретов, способных погубить нас всех.

Несмотря на разумность её слов, Лёха упрямо сузил глаза и покачал головой.

– Исключено! Может сравнение и не вполне точное, но для меня Белочка что-то вроде твоего дракона. Мы связаны! Демоница не раз спасала меня, и я не позволю скормить её, да ещё и по частям!

Показалось, или во взгляде Дану сверкнула искорка понимания?

– Она спасала тебя только потому, что вы делили одно тело, – хмуро возразил Даран. – Сними с неё кандалы, отзови охрану и посмотришь, какую кровавую баню устроит твой драгоценный демон.

– Мию Белочка тоже спасала, – не сдавался Лёха. – Хотя ей в этом не было выгоды.

– Думаю, дело было в твоих чувствах к Мие, а не в добрых намерениях самого демона, – Даран не собирался сдаваться.

Райна, стоявшая за его плечом молчаливой тенью, кивнула. Доверия к Белочке у неё было не больше, чем у командира.

– Вот именно! – щёлкнул пальцами Лёха. – Я был в отрубе и никак не влиял на Белочку напрямую. И она спасла Мию. Потому что в ней уже живёт частичка моей личности. Она уже не только демон, но и человек!

– Настолько, что ты готов доверить ей наши жизни? – прямо спросил Даран, встретившись взглядом с Лёхой.

– Не настолько, – вынужден был признать тот. – Но и убить её, или превратить в корм, не позволю.

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и обвёл присутствующих полным упрямой решительности взглядом.

– И ты действительно считаешь, что держать её запертой годами, в любой момент ожидая побега, это лучший выход из ситуации? – с искренним сочувствием в голосе спросила Лаура.

– Нет, – признался Стриж. – Но я обязательно найду приемлемый выход.

Во взглядах окружающих читался скепсис, но они вежливо промолчали.

Зато заговорила Дану:

– Возможно, я могу предложить подходящее решение этой проблемы. Но для этого требуется понять, в каком состоянии оборудование в лаборатории.

– Так чего мы ждём? – тут же вскочил на ноги Лёха.

– Мне нужно покормить дракона чем-то живым и не слишком крупным, – напомнила Дану, бросив на рептилию полный нежности взгляд.

– Мы поймаем несколько бакланов, – пообещал Арес, похлопав Максимилиано по плечу.

– Да, друг мой, наловим сколько потребуется! – с широкой улыбкой согласился тот. – Займитесь пока спасением зубастой подруги Алекса.

Стриж уже много раз ходил по лестницам и залам старой крепости, но сейчас оглядывался, будто видел впервые. Камень словно ожил, плетения в стенах создавали приятное глазу ровное освещение.

Особенно впечатлял портальный зал. На куполообразном потолке по лазурной эмали плыли жемчужные облака. Металлические деревья вдоль стен тоже нежно светились, превратившись из произведения искусства в настоящее чудо. Сидящие в ветвях птицы двигались, время от времени перепархивая с ветки на ветку. Перья на крыльях големов были бритвенно-острыми даже на вид.

Пожалуй, первым делом нужно будет изучить все функции системы безопасности крепости.

Заработал и грузовой лифт, ведущий на лабораторный уровень. Конструктивно это была огороженная перилами платформа, а не привычная землянам кабинка, но всё же это совершенно точно был лифт. На таком можно было перевезти с этажа на этаж хоть «тигель жизни», хоть другие громоздкие научные артефакты, хоть клетку с подопытным демоном немалых размеров. Это не пропихивать тяжёлую медицинскую капсулу через шлюз с помощью эгиды и чьей-то матери.

– Мы теперь можем заряжать эгиды на специальных стойках? – уточнила Миа, восхищённо оглядываясь.

Её тоже впечатлили произошедшие перемены.

– Можете, но старайтесь не делать этого без крайней нужды, – рассеянно отозвалась Дану. – Если энергию можно добыть из внешних источников, не стоит расходовать «глаз».

Стриж кивнул. Не такая уж проблема найти и пустить в расход демонов для зарядки эгид. Особенно если хорошо попросить Лауру.

Очищенный от водорослей и хлама лабораторный уровень теперь, когда свет магических плетений развеял сумрак, выглядел грязным и неухоженным. То, что казалось вполне уместным для хранилища мёртвых артефактов, сейчас воспринималось жуткой антисанитарией в научной лаборатории.

– Надо будет организовать уборку, – будто прочитав мысли Стрижа, тихонько сказала Миа.

– Генеральную, – согласился тот, наблюдая за Дану.

Та прохаживалась среди кувезов и тиглей, внимательно рассматривая мумифицированные тела одержимых. Пустотники не стали трогать их во время расчистки уровня от хлама: и особой нужды не было, и оставалась надежда когда-нибудь разобраться с экспериментами, что здесь когда-то проводили.

Возможно, это время настало.

Лёха и Миа молча наблюдали за Древней, не спеша с расспросами. Та остановилась у кувеза с телом, коснулась пальцем плетения и вывела сложный узор. Золотое свечение разгоралось, следовало за касанием, рождая прихотливый орнамент.

Уровень жидкости в кувезе начал стремительно уменьшаться, а спустя пару минут часть стекла отделилась и откинулась вместе с мумией, превратившись в подобие стола в прозекторской.

– Мне нужны все записи, относящиеся к опытам с одержимыми, – внимательно осматривая блестящее от влаги тело полудемона, заявила Древняя.

Дракончик поднял мордочку и заинтересованно принюхался, но видно «мёртвое мясо» полудемона не показалось ему аппетитным, и маленький хищник снова замер.

– Предоставим их в любой момент, – заверила Миа.

Дану кивнула, не отрывая взгляда от мумифицированного трупа.

– Так что можно сделать с Белочкой? – боясь спугнуть робкую надежду, спросил Стриж.

– Не с ней, – покачала головой Дану. – С вами обоими.

Пустотники растерянно уставились на неё.

– Не понял.

– Твоя внезапно проявившаяся связь с драконом навела меня на мысль, что подобное можно повторить между тобой и демоном.

– Между нами и так есть что-то вроде, – признался Лёха. – Когда мы рядом, можем общаться без слов.

Взгляд Мии выражал крайнюю степень изумления, но вслух она не задала ни единого вопроса. Не время и не место.

– Значит, я права в своих предположениях, – кивнула Древняя.

– Но какой толк от нашей связи? – не понял Стриж. – Она не удержит Белочку от глупостей.

– Сейчас – нет, – согласилась Дану. – Но я предполагаю, что на этой основе мы сможем создать подобие моей связи с драконом. Нечто похожее пытались провернуть Великие Дома, создавая одержимых демонами бойцов. В моё время успеха никто так и не добился, но сейчас я понимаю, что мы ни разу не пытались сделать это с пустотниками в роли командиров. Собственно, у нас и не было задачи подчинять им одержимых – все опыты ставили на эльфах. Но ваша с Аресом связь с драконом внушает уверенность, что мы случайно обнаружили ключ к подчинению если не демонов, то разумных одержимых.

– Ты хочешь превратить Белочку в бессловесное животное, послушное моему слову? – нахмурился Лёха. – Как дракон?

Он прекрасно осознавал, что для демоницы это ничем не лучше смерти.

– Нет, – покачала головой Древняя. – Она сохранит собственную волю, но твоё слово станет для неё законом. Ты сможешь установить границы, которые демон не пересечёт без твоего дозволения. Конечно, можно настолько сковать её волю запретами, что это будет мало отличаться от рабства, но что-то подсказывает мне – ты так не поступишь.

Стриж задумался. Вряд ли Белочка обрадуется ограничению свободы воли, но это совершенно точно было лучше её умерщвления. Вариант отпустить кровожадного демона, владеющего смертельными для многих секретами, он даже не рассматривал.

– Звучит неплохо, – произнёс он вслух после продолжительной паузы. – В чём подвох?

– Для начала нам не хватает ключевого артефакта для процесса покорения. Но я уверена, что оно сохранилось в подземной крепости Великих Домов. Там, помимо транспортного узла, была лучшая лаборатория в этой колонии. И там совершенно точно искали способы сладить с демонами и одержимыми. Добудем артефакт – сумеем подчинить твою чешуйчатую подругу.

– Все пути ведут к императорскому замку… – задумчиво проговорил Стриж.

Глава 3

Совещание проходило в узком составе: Лёха, Миа, Дану, Лаура, Даран и Райна. Солнце уже клонилось к закату, жара уступила место приятному теплу, так что собраться решили на пляже. Последние дни выдались напряжёнными, и всем требовался хотя бы недолгий отдых и смена обстановки.

Охрану периметра, пусть и на почтительном расстоянии, доверили паре репликантов. И то из чистой паранойи: теперь зеркало-портал стерегли крылатые големы, так что незваные гости не могли появиться на острове незамеченными.

Накупавшись и освежив головы, все накинули лёгкую одежду и расселись на пледах. Если бы не искусственные рука и глаз Дарана, это напоминало бы вечер где-то на морском курорте Земли. Без привычных нарядов, украшений и замысловатой причёски, в простом льняном сарафане Лаура казалась обыкновенной земной девчонкой, а не графиней клана великих артефакторов. Школьница, после выпускного отправившаяся к морю со старшей сестрой.

Райну тоже было не узнать без формы и доспеха. Ни дать ни взять «спортсменка, комсомолка и просто красавица», с кучей подписчиков в соцсетях. Сейчас достанет смартфон, щёлкнет селфи, зальёт фото в сеть и будет увлечённо следить за ростом числа лайков.

Миа, острых ушей которой не было видно под волосами, тоже походила на отдыхающую, а вот золотые глаза Дану нельзя было списать даже на необычные контактные линзы. В них буквально плескалась чужеродная стихия, познать которую людям не было суждено. Да и дракон, кажется успевший прибавить в размере с десяток сантиметров, не походил на экзотическую ящерицу, несмотря на скромный пока ещё размер.

Но больше всех выбивался из ленивого пляжного образа Даран. Каким бы ни был принцип работы «тигля жизни», он не залечивал старые шрамы, коих у боевого мага хватало. Глядя на них сложно было поверить, что Даран сумел дожить до своих лет без помощи медицины Древних. Не иначе божье провиде́ние, сохранившее его с неизвестной пока целью.

Несмотря на внешне беспечный вид, компания обсуждала не вечерний досуг, а план вторжения в эльфийскую крепость, захваченную самым старым и хитрым демоном этого мира.

А в том, что Ариман наложил руки и на всё наследие эльфийских Великих Домов, и на Навигатора, никто не сомневался.

– Соваться в тщательно охраняемый императорский замок – безрассудно и опасно, – привычно выступил с позиции здоровой паранойи Даран. – Мы не знаем, где расположен вход в крепость Древних и насколько серьёзно он охраняется. Сейчас Ариман не знает, кто именно его враг, но любая ошибка может стать нашим смертным приговором.

– Ты не хуже меня понимаешь, что нам необходимо попасть в ту крепость, – возразил Стриж. – И сейчас, когда внимание императора и его людей сосредоточено на возне с церковниками, лучшее время для этого.

– Чтобы помочь тебе сохранить жизнь своему демону? – мрачно дёрнул щекой Даран.

Было видно, что он и сам знал все аргументы «за и против», но спор нужен был для стравливания внутреннего напряжения и примирения с неизбежным риском предстоящей авантюры.

– Чтобы взять под контроль транспортный узел с Навигатором, – терпеливо ответил Лёха. – Это вопрос безопасности всего нашего мира.

Даран промолчал.

Все отчётливо осознавали, что их планы рухнут, стоит восстановить связь со Златым Градом. Вернувшиеся эльфы быстро прижмут к ногтю и своих немногочисленных потомков, и человеческие кланы, и пустотников. Проведут чистки, заново выстроят властную вертикаль и снова запустят конвейер по добыче демонической энергии руками «дикарей».

Пойдёт ли на такое загнанный в угол Ариман? Вполне может. С его способностью к смене лиц в этом хаосе затеряться будет несложно. А там обязательно подвернётся возможность занять тёплое место в каком-то из примитивных миров. Или вовсе, как хотела Белочка, вернуться в мир демонов и собрать армию новой формации.

Как бы то ни было, контролировать Навигатора должны они, а не император.

– Нет гарантии, что Ариман оставил дворец и крепость без присмотра, – продолжил выступать с позиции скептика Даран. – Судя по твоему демону, они способны наплодить себе целую армию помощников. Мы даже не можем быть уверены, что с армией к церковникам отправился тот же самый император, которого ты видел у Змей. И ещё несколько демонических отпрысков, приняв безобидные обличья слуг, могут шнырять в замке Кречетов, вынюхивая наши секреты.

При мысли об этом Лаура едва заметно вздрогнула.

– Не думаю, – покачал головой Лёха. – За время соседства с Белочкой я успел понять одно: у них нет привычной нам привязанности к потомству или родителю. Им вообще наплевать, выживет чадо, или нет. Думаю, верно и обратное. Ариману нет смысла плодить потомков-демонов с учётом того, что они унаследуют какую-то часть его знаний и тайн, а заодно его способности, амбиции и желание подмять под себя этот мир. Зачем создавать конкурентов под боком? Я скорее поверю, что когда-то он создал себе подобных и отправил в разные части мира, чтобы возглавить все существующие государства. И во главе церковников сидит ещё один одержимый, удерживающий власть с помощью образа врага-соседа. Каждый контролирует свою кормушку и поддерживает некое равновесие.

От этого предположения Даран помрачнел ещё больше, а Дану задумчиво почесала дракона по крошечному гребню на спине.

– Демоны сбиваются в стаи и действуют сообща, – напомнила она. – И ты говорил, что Ариман сумел фактически подчинить тебя, пока ты был одержим.

– Строго пока он был рядом, – не согласился Лёха. – Этого достаточно для победы над врагом, но маловато для управления сетью амбициозных потомков, каждый из которых готов убить и занять твоё место. А в стаи они сбиваются ради примитивной охоты. Здесь же у нас наполовину люди – куда более сложные твари. Мы ведь и без демонов нередко с трудом уживаемся друг с другом, правда?

Райна хмыкнула, оценив шутку. Даран украдкой бросил на неё тоскливый взгляд. Наверное, этот пляж воскресил печальные воспоминания об отвергнутом предложении руки и сердца.

– Даже если демонических потомков у Аримана нет, – не замечая этого сказала Райна, – нам хватит проблем и с обыкновенными. Клан Золотых Тигров сейчас сильнейший в империи, и проникнуть во дворец незамеченными – полдела. Умудримся пробраться мимо стражи в Покрове, на поиск входа уйдут недели, если не месяцы. Там множество зданий, начиная от казарм и заканчивая внутренним двором, где живут жёны и дети клановой верхушки.

– Тут проще, – не согласилась Миа, отхлебнув воды из бурдюка. – Нам нужно самое старое здание комплекса. То, что построено первым, и должно скрывать под собой вход в крепость.

Подумав, Райна кивнула.

– Это всё равно огромная и хорошо охраняемая территория. Покои императора, клановый артефакт, сокровищница…

– Клановый артефакт? – вскинул голову Стриж. – Но откуда он у Тигров?

Лаура открыла было рот, чтобы рассказать знакомую уже историю о даре Древних основателям каждого магического клана, но тут же его закрыла.

– Дворец построили уже после разрыва со Златым Градом, – догадалась она. – Некому было даровать им артефакт. Его просто нет.

– А охраняемое подземелье с ним есть, – задумчиво сообщил Даран, отведя взгляд от Райны. – И войти туда можно лишь в сопровождении императора. Редкая часть, которой удостаивают немногих даже из рядов Тигров. У двери в коридор, что ведёт в подземелье, всегда бдят верные стражи. Этот пост считается самым почётным в гвардии.

В небе противно заорала чайка, и дракончик, до того дремавший на руках у Дану, открыл глаза и облизнулся. Несмотря на то, что недавно он уже сожрал пару пойманных птиц практически с себя размером, голод рептилии не угас. Возможно, просто в силу того, что в рационе не хватало свежей демонятины.

– Похоже на идеальное место для входа в подземную крепость, – азартно улыбнулась Райна. – Но если кланового артефакта нет, как Ариман объясняет это Тиграм? Разве никого не удивляет, что никто не проходит инициацию?

– Артефакт может быть в другом месте, – предположила Дану. – Клан Золотых тигров действительно существовал, но я не возьмусь вспомнить, какими землями они владели. Возможно, их артефакт просто находится в другом месте, а может они утратили его вместе с замком во время войн. В любом случае они не стали бы об этом распространяться, чтобы не выглядеть слабыми.

– Я бы тоже не стал говорить, что в собственном доме лишён мощной подпитки магической силой, – согласился Даран.

– Но клановый артефакт нельзя перенести с места на место, – не согласилась Миа. – Одно дело – построить замок на новом месте, а совсем другое – поверить в то, что там есть клановый артефакт.

– В это трудно поверить теперь, – мягко напомнила ей Дану. – Но клан Тигров, согласно вашим хроникам, взял власть уже очень давно и возглавлял войну с Про́клятыми. Значит, Ариман застолбил земли над крепостью с Навигатором в те времена, когда основание новых кланов и замков было привычным явлением. Вряд ли кого-то всерьёз заинтересовал новый замок Тигров на фоне войны и передела мира. Люди вряд ли знали, что после разрыва связи со Златым Градом мы уже не могли создавать новые клановые артефакты. За время войны сменились поколения, с годами многое забылось. Сохранение истории – не самая сильная сторона юных. Вам обычно неинтересно то, что творилось задолго до вашего рождения.

Спорить с этим было бессмысленно. Ещё прадед Лёхи проливал кровь во Второй мировой, рассказывая детям и внукам о событиях, участником которых был. Но современное поколение уже забыло и названия самых значимых сражений, и полководцев, что ковали победу. Им не хочется учить историю, скучно смотреть старые фильмы, зато новые, снятые профессионалами из Голливуда, охотно вливают им в уши, что победу в той страшной войне одержали бравые американцы во главе с Капитаном Америкой.

И это во времена предельно простого и свободного доступа к информации, прекрасной сохранности архивов и военных хроник.

Что уж говорить о местных, которым достаются по большей части слухи и противоречивые истории? Два-три поколения и всем уже кажется, что клан Золотых Тигров испокон веков жил в этом замке на этом самом месте. Особенно если грамотно подделать несколько летописей и подкинуть кому надо грамотно состаренную карту.

– Лгать о наличии артефакта можно чужакам, – не сдавалась Миа, – но как Ариман решил вопрос с Тиграми, если нет никакого артефакта в другом месте?

– Не всё ли равно? – прервала её Райна. А может напел что-то вроде «наша кровь и есть особый дар Древних». Гадать бесполезно. Сейчас нужно проверить догадку о местоположении входа в крепость.

Она легко поднялась на ноги и решительно заявила:

– Я возьму Покров и проникну в императорский замок. Если вход там – настрою зеркало и вернусь через него.

Даран бросил на неё мрачный взгляд и открыл рот с явным намерением запретить столь рискованную самодеятельность, но его опередила Лаура.

– Не ты, – покачала она головой. – Даже если там нет кланового артефакта Тигров, на месте достойные его охранные плетения и ловушки. Ты с ними не справишься. Пойдёт Вивьен. Она уже доказала, что способна проникнуть и в сокровищницу, и к артефакту.

Райна нахмурила брови, но возразить здесь было нечего. Среди её талантов действительно не значилась работа с ловушками и сложными охранными плетениями. Вздохнув, она вновь села на песок.

Даран облегчённо выдохнул.

– Мы настолько доверяем Вивьен, что готовы отпустить на все четыре стороны с Покровом и знанием наших секретов? – с откровенным скепсисом в голосе спросила Миа.

– Я, – Лаура подчеркнула слово интонацией, – настолько ей доверяю.

Она обвела всех серьёзным взглядом.

– Вопрос в том, насколько вы доверяете мне.

Стриж хотел было сказать, что доверие хорошо в комплекте с какими-то гарантиями, но прикусил язык. В конце концов, весь их грёбаный союз выстроен на столь эфемерном фундаменте, как доверие. И начни они все требовать друг с друга гарантий, не будет сделано вообще ничего.

– Хорошо, – вслух сказал он. – Но мы знаем, что демон способен почуять мага даже в Покрове. Невидимость – не гарантия успеха.

– Император сейчас в Драконьем хвосте, ждёт окончания сбора войск, – напомнила Райна. – Мы должны использовать время, пока он занят выяснением отношений с церковниками.

– А на случай, если Ариман там не один, Вив готова использовать «прощальный поцелуй», – добавила Лаура. – Достаться демонам живой она не жаждет.

Лёха тяжело вздохнул. Вырисовывался план, в котором могло пойти «не так» практически всё. Хотя, когда у них были другие?

– Я вот чего не пойму, – задумчиво проговорила Миа. – Как Вивьен активирует зеркало, если плетение реагирует только на прикосновение эльфов? У неё не получится даже открыть нишу для филактерий.

Лаура густо покраснела и опустила взгляд:

– Я совсем забыла об этом…

Стриж вздохнул. Он тоже упустил из вида этот нюанс. Взглянув на Дану, он вынужден был признать:

– Идти должен кто-то из эльфов, владеющих магией. Мы, пустотники, не можем питать собой Покров.

Дану задумчиво посмотрела на свою руку и рассеянно пошевелила пальцами.

– В лаборатории есть подходящее оборудование, так что мы можем обойти эту помеху, если действовать быстро и решительно. Эта ваша Вивьен не боится крови?

– Нет, – подозрительно сощурился Даран, подозревая подвох.

– Тогда при содействии Алекса, этот вопрос мы решим, – оптимистично улыбнулась Древняя.

Теперь настала очередь Лёхи бросать подозрительные взгляды.

– Я научу вашу шпионку обходить защиту крепости, – продолжала Дану, не обращая на него внимания. – Её задача – открыть «зеркальный путь» и не трогать ничего, что она там отыщет.

Люди и пустотники непонимающе уставились на неё.

– Ариман преследовал и убивал моих собратьев на протяжении нескольких веков, – золотые глаза эльфийки холодно сверкнули. – Всё это время он разграблял наше наследие. Судя по тому, как много вы утратили, он не делился находками и знаниями, что попали к нему в руки.

– Я видел у клана Золотых Тигров немало ценнейших артефактов Древних, – не согласился Даран.

– Больше, чем пустотники нашли в одной лишь крепости? – вскинула бровь Дану.

Граф задумчиво сдвинул брови.

– Мне сложно судить об этом, – признался он. – Но сейчас, осознав как давно он собирает сохранившиеся артефакты… Похоже, за верную службу он дарует лишь жалкие крохи.

– И я так думаю, – согласилась Дану, собрав ладонями песчаную горку. – Ему невыгодно усиливать людей и давать им в руки что-то, способное его убить. Бросить кость, подарить незначительную мелочь, представив высочайшим императорским даром – да. Но отдать что-то по-настоящему ценное – вряд ли.

Она отделила от горки маленький холмик, а затем размазала тот тонким слоем.

– Но столько редчайших сокровищ, – палец эльфийки указал на кучку песка, – огромный соблазн для всех – и своих, и чужих. Зачем дразнить жадные взгляды и рисковать предательством своих же родичей? Куда разумней спрятать всё ценное в место, о котором никто не знает. В место, где долгие века не мог выжить никто, кроме демонов.

– В крепость под замком! – хором воскликнули Райна и Лаура.

Дану кивнула.

– Ваша шпионка может убить себя, коснувшись чего-то, запретного для людей. Так что пусть проявит терпение и сдержанность.

– Так может лучше отправить ту, что понимает в редких артефактах больше всех? – Миа выразительно посмотрела на Древнюю.

Та отрицательно покачала головой.

– Боюсь, что я плохо понимаю в охранных плетениях юных и вряд ли смогу пройти мимо них тихо и незаметно. Кроме того, дракон ещё слишком мал и уязвим. Я не могу доверить заботу о нём кому-то другому.

– Значит, решено, – кивнула Лаура. – В замок отправится Вивьен. Что в это время собираются делать остальные?

Дану ласково погладила сонного питомца и сообщила:

– Я планирую взять две эгиды и отправиться с Ниэль на охоту. Пора как следует накормить дракона ещё живыми демонами. Да и удобрения для рощи амброзии ощутимо не хватает.

Лаура бросила короткий взгляд на брата и решительно заявила:

– Я могу помочь с этим.

Даран напрягся, сверля сестру гневным взглядом. Весь его вид выражал молчаливый протест.

– Доверие, – напомнила ему юная графиня, – это всё, что у нас есть.

Даже если Дарану было что возразить, такого шанса Лаура не дала. Она прямо посмотрела в глаза Древней и призналась:

– Во мне течёт кровь Тигров, и я способна открывать и закрывать Разломы. Мы без труда организуем необходимую кормёжку для дракона и туши для производства удобрения. Но моя принадлежность к императорскому роду должна остаться тайной.

Дану удивлённо моргнула, а затем широко улыбнулась.

– Это открывает удивительные перспективы…

– И скрывает в себе немало опасностей, – сквозь зубы проговорил Даран.

– Не волнуйтесь, я лично позабочусь о безопасности графини, – уверила его всё ещё улыбающаяся Древняя.

– Я настаиваю на своём присутствии, – не унимался Даран.

– Безусловно, – без колебаний согласилась Дану.

Её слова не сделали Дарана счастливей, но немного успокоило. Лёха, помнивший, чем подобная авантюра закончилась в прошлый раз, был с ним солидарен. К открытию разлома требовалось подготовиться со всем тщанием.

– Мы проведём несколько нападений на пограничные заставы разных кланов и ограбим караван, везущий свежую партию пустотников, – поделилась планами Миа.

От идеи освободить оставшихся пустотников из той же партии, в которую призвали их с Лёхой, она не отказалась. Да и репликанты выражали нетерпение. Любой из тех пустышек мог оказаться их погибшим братом.

– Насколько я помню, речь была о союзных нам кланах, – нахмурилась Лаура.

– Да, – не стала отрицать Миа. – Но будет подозрительно, если неизвестные в эгидах станут атаковать исключительно ваших врагов. Нападение на Грифонов немного умерило подозрения, а если достанется и вашим союзникам – они и вовсе утихнут.

Все прекрасно понимали, что дело здесь вовсе не в желании отвести подозрение от Кречетов, но возражать не стали. Пустотники были в своём праве, а их затея играла на руку и союзникам.

– Главное – не попадитесь, – обречённо вздохнул Даран.

Протянув протез к пузатой глиняной миске с фруктами, он взял яблоко. Искусственной рукой он успел овладеть на том же уровне, что и родной: фрукты больше не лопались в металлических пальцах, да и одежду по неосторожности граф давно не рвал.

– Не менее победы над одержимым меня волнуют последствия. Спаси мы империю от демона на троне хоть трижды, найдётся немало желающих этот трон занять. У нас не так много союзников и совсем нет абсолютно лояльных, которым без колебания можно доверить спину.

Миа вежливо кашлянула, и Даран поправился:

– Кроме присутствующих, конечно же. Но нас слишком мало. Да и поддержка пустотников и тех, кого привыкли называть Про́клятыми, скорее настроит людей против Лауры. Война неизбежна, и я не уверен, что наших сил будет достаточно.

Райна упрямо вскинула голову:

– Не сбрасывай со счетов оружие, что мы можем отыскать в крепости под замком. Если Ариман действительно устроил там хранилище, мы сможем вооружить самых верных бойцов могущественными артефактами!

– И устроить кровавую баню, – в тон ей продолжил Даран. – А пока мы будем увлечённо резать друг друга, к нам вторгнется армия церковников. И те, кто не утонут в крови, будут весело полыхать на кострах.

Повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь плеском волн.

– Мы ходим по очень тонкому льду, – медленно проговорил Стриж. – И нужно сделать всё возможное, чтобы не провалиться.

Он обвёл Кречетов серьёзным взглядом.

– Вы с Дараном, да и Райной за компанию – как бельмо на глазу у старичья. Но можете стать путеводными звёздами для молодёжи.

Лёха посмотрел на Лауру. Та сидела, выпрямив спину, словно на светском рауте, а не среди своих на пляже.

– Младшая дочь, сумевшая взять власть над кланом в тяжёлые времена, – с торжественными нотками в голосе произнёс Стриж. – Ты достойно прошла все испытания, справившись с врагами внешними и внутренними, да ещё и возвысила свой клан.

Эти слова заставили Лауру польщённо улыбнуться.

– Покалеченный бастард, которому в жизни не светило ничего достойней командования заштатным гарнизоном рубежников где-то в глуши, – обратился Лёха к недовольно дёрнувшему щекой Дарану. – Ты помог сестре возвыситься, а теперь возглавил утерянный клан Стальных Грифонов и возрождаешь его, давая шанс всем способным бойцам, невзирая на их происхождение.

Граф склонил голову, соглашаясь со сказанным, и выжидательно уставился на Стрижа, гадая, к чему тот ведёт.

– Умная и способная красотка, не пожелавшая подчиниться воле родителей и традициям, обрекавшим её на роль разменной монеты в межклановой политике.

Райна вопросительно вскинула бровь, но Лёха продолжал:

– Потом и кровью заработавшая статус боевого мага, а затем свершившая публичную казнь мрази, сгубившей её сестру. Не побоявшаяся смерти на каторге, но умудрившаяся выбраться оттуда живой и вполне законно. И теперь стоя́щая у самой верхушки аж двух кланов.

– К чему ты клонишь? – раздражённо спросил Даран.

Лёха широко улыбнулся.

– Не знаю, как у вас, а в моём мире вы бы стали просто иконами для молодых бунтарей, жаждущих великий свершений и борьбы с несправедливой системой. У нас таких двенадцать на дюжину, и, судя по вам, здесь картина не слишком отличается.

Миа оживлённо закивала, поняв, к чему клонит Стриж.

– Главное – правильная реклама! Поручите Аланису собрать самых толковых певцов, музыкантов, театралов и тому подобных персон. Пусть щедро заплатит за романтические и героические истории о вас. Пусть их рассказывают в каждом городе, на каждом постоялом дворе, на каждой заставе рубежников. Пусть каждый недовольный своим положением сопляк знает, где трудом и доблестью может достичь небывалых высот.

– Обласкайте их вниманием, – продолжил мысль подруги Лёха, – дайте общее дело, кормите, поите и уже скоро получите фанатично преданную вам армию.

– Армию зелёных неопытных сопляков, – внёс коррективы Даран.

– Это лечится временем и тренировками, – отверг аргумент Стриж. – А толковых наставников у вас сейчас хватает.

На это никто не возразил. Благодаря возможности получить магический протез, армию Дарана пополнило немало опытных профессионалов, оставивших службу лишь из-за увечья.

– В юные годы формируются самые яркие и крепкие привязанности, самые дорогие воспоминания, – уверенно проговорила Миа. – Собери множество молодых людей вместе, и это станет, возможно, самым лучшим временем в их жизни. А мы нередко навсегда привязываемся к местам и людям, с которыми были счастливы. К вашим кланам они будут привязаны не меньше, чем к собственным. А может, и больше.

Люди задумались, примеряя услышанное на собственный опыт.

– Они правы, – вновь подала голос Дану. – Вы получите молодёжь, которую воспитаете в новых традициях. Гибких, готовых к переменам. И принадлежащих к самым разным семьям и кланам. Это может стать объединяющим фактором, что в критический момент не позволит всему скатиться в кровавую бессмысленную резню. Когда по ту сторону твои дети, внуки, племянники – ты скорее решишь поговорить, чем вступать в бой. Подходящая основа, способная в будущем помочь объединить империю.

Лаура зачерпнула ладонью песок и медленно пропустила его сквозь пальцы.

– Мы можем набирать младших сыновей и дочерей для службы на заставах и патрулирования дороги от нас к Стальным Грифонам, – проговорила она, всё ещё размышляя.

– И привлечь их в усиление опытным ветеранам на зачистках моих земель от демонов, – согласно кивнул Даран. – Ничто так не сплачивает, как совместные трудности и битвы.

Вновь зачерпнув песок, Лаура кивнула.

– Так и сделаем. Сейчас наша казна это потянет, а потом… Потом мы либо победим, либо погибнем, и серебро нам уже не пригодится.

– Хорошее решение, – одобрительно улыбнулась Дану. – А у меня есть мысль каким образом склонить на нашу сторону часть кланов, либо ослабить тех, кто выступит против нас…

Глава 4

К Белочке Лёха шёл с тяжёлым сердцем. Мало радости сообщать кому-то, что единственный способ остаться в живых – это попасть в пожизненное подчинение.

Больше того, в случае удачной установки связи, вроде той, что была у Дану с драконом, благополучие Белочки будет зависеть от его, Стрижа, жизни. Погибнет всадник – погибнет и дракон. Потому всадники вынуждены были годами практиковаться в боевой магии. Дану была уверена, что в случае успеха аналогичная связь возникнет и между демоном и его «повелителем».

Не требовалось талантов предсказателя, чтобы понять – Белочку такая перспектива в восторг не приведёт.

К удивлению Лёхи, у демоницы уже был посетитель. Арес. Под присмотром Харона он рассказывал что-то Белочке. Стриж изрядно обалдел, когда та заливисто рассмеялась.

– Что происходит? – тихо спросил он у Харона.

– Ка-Бар рассказывает Вредине о временах, когда мы выполняли приказы корпоратов, – негромко ответит тот, не сводя глаз с происходящего в камере.

– И что так насмешило Белочку? – заинтересовался Лёха.

– Ка-Бар как раз дошёл до той части истории, где мы вырезаем всех корпоратов и угоняем корабль, – зло усмехнулся Харон.

Теперь восторг демоницы стал понятен. Можно не сомневаться, репликант не поскупился на кровавые подробности к радости благодарной слушательницы.

– А почему он вообще здесь? – задал главный вопрос Лёха.

– Ка-Бар здесь часто бывает. Говорит, Вредина напоминает ему Импа.

Озадаченно моргнув, Стриж внимательней присмотрелся к Аресу. Скупая мимика репликанта не позволяла считывать много эмоций, но казалось, что он выглядит расслабленным и спокойным. Возможно ему, как и Лёхе, немного не по себе после расставания с симбионтом. А может, у репликантов больше общего с демоном, чем с людьми.

– Похоже, Белочке тоже нравится, – хмыкнул Лёха, оценив довольный оскал демоницы.

– Да, – кивнул Харон. – Она всего два раза пыталась убить Ка-Бара и сбежать.

От таких новостей Стриж поперхнулся воздухом.

– Что?!

– Всё под контролем, командир, – успокаивающе поднял руки репликант. – Мы этого ожидали, так что приняли меры.

Он похлопал рукой по висящему на поясе «птицелову».

– Было бы странно, не пытайся она вырваться на свободу. Мы бы пытались.

Говорил репликант об этом настолько спокойно, что Стриж решил не устраивать разборок. В конце концов, кто как ни Арес лучше всех осознаёт, на что способна Белочка и насколько она может быть опасна.

– Почему сразу не доложили? – спросил он скорее для порядка.

– Ты был постоянно занят у Грифонов, командир, – флегматично отозвался Харон. – Мы доложили Мие как твоему заму.

Дальнейшие выяснения смысла не имели, потому Лёха закрыл тему.

«Ты же в курсе, что я чувствую твою близость? – раздался в голове ехидный голос Белочки. – Кроме того, мы вас ещё и слышим?»

«Да как-то забываю об этом», – также мысленно отозвался Стриж.

– Можно вас побеспокоить? – уже вслух сказал он, деликатно постучав в дверь, словно по-соседски просто зашёл в гости.

– Даже не знаю, – капризно надула губки Белочка. – А ты принёс вкусняшки к чаю?

– Угадала, – широко улыбнулся Лёха, с наслаждением наблюдая, как вытянулось от удивления лицо демоницы.

– Я зайду позже, – коротко сказал Арес поднимаясь.

Держа наготове «птицелов», Харон отпер камеру, позволяя брату выйти.

Белочка не дёргалась, насмешливо глядя на входящего следом Стрижа.

– Чем обязана высокому визиту? – ехидно поинтересовалась она, скрестив руки на груди.

– Принёс подарки, – ответил Лёха, вытащив из висящей на плече сумки несколько мягко светящихся золотых браслетов.

Инкрустированные драгоценными камнями и покрытые замысловатыми плетениями, они казались украшениями, но на самом деле были Панацеей – «сухпайком», разработанным когда-то эльфами для бойцов с артефактами высшей защиты. Демоны с подавленной личностью усиливали тела людей, заживляли раны, но требовали постоянной подпитки. А она была в руках эльфийских командиров.

Как объяснила Дану, для изготовления Панацеи требовались артефакты, доступа к которым у людей не было. Один из таких располагался в лаборатории на атолле, так что проблема с питанием демоницы была решена.

Та самая злосчастная «пентаграмма», благодаря которой Лёха в своё время обрёл Белочку, теперь могла стать особым козырем как для пустотников, так и для их союзников-людей. Доработанная, конечно же, с подавлением личности заключённого в ней демона.

Но даже если теперь для повышения выживаемости не потребуется кровь собственных детей, рисков хватало. Главным фактором, конечно же, была полная и пожизненная зависимость от поставок «магических сухпайков». Случись что с производящим его устройством, все носители артефактов высшей защиты достаточно быстро умрут.

И, в отличие от Лёхи, они не смогут уговорить сидящих в них демонов отрастить костяной кинжал и питаться подножным кормом. Подавленные демоны не способны к обучению, общению и трансформации тела по желанию носителя.

Даже если не брать в расчёт износ артефакта или вероятность его поломки, нельзя было сбрасывать со счетов вынужденную изоляцию. Затянувшееся сверх плана путешествие, пленение, потеря запаса «сухпайков» – жизнь всегда найдёт какую подлянку подкинуть.

Но главным аргументом против такого усиления был Ариман.

Стриж хорошо помнил ощущение полного бессилия в момент, когда демон перехватил контроль над его телом. Сумеет ли император провернуть подобное с кем-то, подселившим в своё тело демоническую сущность ради усиления? Почему нет?

Да и кто сказал, что способен на такое только Ариман? Может, хватает и других сильных демонов, готовых перехватить власть не только над более примитивными собратьями, но и над идиотами, вздумавшими вселить в себя представителя другого вида?

Возможно со временем, когда они сумеют глубоко вникнуть в суть всех этих процессов, пустотники и пройдут процедуру «усиления», но пока было решено не рисковать.

– Я, конечно, дама эффектная и привлекательная, – весело оскалилась Белочка, – но предпочла бы другие украшения. Ну, знаешь, ожерелье из окровавленных ушей, или, на худой конец, зубов…

– Просто надень, – попросил Лёха, протягивая один браслет.

Демоница подозрительно прищурилась, но, не почувствовав никакой угрозы или дурных намерений от бывшего «носителя», выполнила просьбу.

Исходящий от артефакта свет начал гаснуть, а губы Белочки расплылись в блаженной улыбке.

– Это, конечно, не вкус бьющегося окровавленного сердца в моих клыках, но вполне питательно, – резюмировала она спустя пару минут. – Ваша ушастая старушенция сделала?

Утративший всякое свечение и, кажется, даже едва заметно потускневший браслет она сняла и небрежно швырнула на пол к ногам Стрижа.

– Она, – не стал отрицать тот. – Специально для тебя, между прочим.

Демоница склонилась в фиглярском поклоне.

– Я польщена до глубины души!

Сказала, тут же выпрямилась и взволнованно ойкнула, приложив ладошку к губам:

– Ой! У меня же нет души!

Наигранно-наивное выражение хорошенького личика сменилось злой циничной усмешкой.

– Тогда срать я хотела на вашу старушенцию и её подачки. Отпустите меня, и я сама позабочусь о пропитании, не утруждая её ушастое величество!

– Ты прекрасно сама всё понимаешь, – вздохнул Лёха, оперевшись спиной о дверной косяк. – На самом деле мы вроде как кое-что придумали на твой счёт, но я сперва хотел бы узнать твоё мнение. Может, ты предпочтёшь умереть и не мучиться…

– Не дождёшься! – тут же оскалилась демоница.

– Заткнись на ненадолго и послушай, – «вежливо» попросил Стриж.

На изложение задумки ушло куда больше времени, но, к некоторому облегчению, Белочка не отвергла идею сразу. Поспорила немного, задала несколько вопросов и, выслушав ответы, крепко задумалась.

– Значит, мой единственный путь на волю – снова попасть в зависимость от тебя и твоих дурацких моральных ограничений? – уточнила она после продолжительных раздумий.

– Похоже на то, – виновато развёл руки Лёха.

– Но мне можно будет убивать людей? – подозрительно прищурилась Белочка.

– Тех, кого я разрешу, – кивнул Стриж.

В том, что на их веку будет достаточно самой грязной работы, он даже не сомневался.

– Ну, могло быть и хуже, – картинно вздохнула демоница. – И что от меня требуется?

– Для начала – принципиальное согласие, – обрадовался её решению Лёха.

– Считай, что ты его получил. Что дальше?

Стриж тяжело вздохнул и протянул ей ещё один браслет.

– Нам нужно от тебя большое одолжение, так что ешь, тебе понадобятся силы…

– Вы уверены, что это сработает?

Сомнения Лауры были понятны: отрубленная кисть в широкой артефактной колбе с толстой золотой крышкой выглядела весьма сомнительно.

Уговорить Белочку расстаться с конечностью было непросто, но именно она была идеальным донором. Калечить кого-то из эльфов, даже добровольцев, казалось жестоким, а времени на поиски пустышки со стёртой памятью не было. Демоница же при обильном питании могла попросту отрастить себе новую руку, решив разом все проблемы.

– Сработает, – пообещала Дану. – В колбе особый газ, который, благодаря плетениям на диске, замедляет все жизненные процессы, включая умирание плоти. Энергии в артефакте хватит примерно на месяц стабильного поддержания подобия жизни. Мы использовали похожий способ для перемещения образцов между лабораториями. Твой человек должен будет отделить колбу от питающего диска и касаться плетений этой рукой. Но учти, с того момента, как крышка будет откручена, время жизни конечности сократится до трёх-четырёх часов.

Зачем эльфы транспортировали условно-живые части тела никто уточнять не захотел. В этом случае можно было даже не сомневаться, что «многие знания – многие печали».

– Если плетение зеркала реагировало на прикосновения Алекса, значит, не будет проблем и с этой рукой, – деловито продолжала Дану. – Пусть водит пальцем как стилом.

Лёха закашлялся, скрывая смех. К счастью, значения оттопыренного среднего пальца местные не понимали и прощальную шутку Белочки не поняли.

Ещё одну шутку оценить они попросту не смогли, но теперь Стриж не мог избавиться от подброшенного демоницей образа Вивьен в роли Уэнсдей Адамс в компании Вещи. Колоритный вышел бы косплей, что и говорить.

Вивьен предстояло добираться до столицы самостоятельно, с попутным клановым торговым караваном. Отдельный экипаж с охраной вызвал бы ненужное внимание и подозрение как внутри клана, так и за его пределами. А напроситься к знакомому купцу – самое то для желающей недорого и безопасно добраться до столицы.

Вивьен успела прожужжать всем уши о новой модистке, которую просто обязана посетить, но шёпотом поговаривали, что Весёлая Вдова на самом деле едет к состоятельному, немолодому и женатому ухажёру. Дай людям повод позлословить, ища за обыкновенной поездкой некий скрытый мотив, и они будут поглощены лишь скандальным предположением, не пытаясь «рыть» глубже. И если кто-то вдруг узнает, что Вивьен «пропала с радаров» на денёк-другой, он лишь самодовольно улыбнётся и побежит рассказывать всем подряд «горячую» новость: слухи об очередном любовнике оказались правдивы.

Большинство людей злы, глупы и предсказуемы, чем Вдова умело пользовалась на протяжении многих лет.

Завершив все обсуждения и приготовления, Лёха проводил Лауру к порталу и в сопровождении Дану направился в комнату управления крепостью.

Его крепостью.

Всё свободное время теперь приходилось посвящать изучению многочисленных функций: от управления шлюзами и пристанью до охраны и климат-контроля. Оказалось, он был предусмотрен, но тратить драгоценную энергию на кондиционирование жаркого воздуха Стриж не стал. Может быть, когда-нибудь энергии станет достаточно и для излишеств, но сейчас важно держать в рабочем состоянии лабораторное оборудование, особенно «тигли жизни».

Кто знает, в какой момент они понадобятся для спасения чьей-то жизни? Да и охранные големы придавали уверенности в завтрашнем дне.

Большинство возможностей крепости-лаборатории, наверное, привели бы в восторг учёных, но пустотникам на этом этапе были бесполезны. Если им удастся найти земляков-генетиков, или ещё каких исследователей – появится шанс продвинуться в понимании всех этих процессов с естественно-научной точки зрения. В идеале – объединить науку и магию, создав новый цивилизационный путь развития.

А создать его требовалось.

Все понимали, что даже в случае удачного перехвата контроля над Навигатором, когда-нибудь изоляция этого мира закончится. Сдохнет по каким-то причинам демон, выйдет из строя оборудование, отключит его предатель или фанатик – это случится. И они столкнутся с превосходящей их магической цивилизацией эльфов-завоевателей.

Одно дело встретить их более примитивными артефактами, и совсем другое – огнестрелом, артиллерией, танками, беспилотниками, авиацией, а может, и орбитальными бомбардировками. Кто знает, на что способны учёные и инженеры из времени Мии?

Но для этого требовалось освободить достаточно пустотников, а заодно научиться «творить» их самим. Здесь сложностей хватало. Потенциальная способность Белочки пожирать души, готовя тела для пустышек, не гарантировала, что демоница это умела. А как её обучить никто пока не понимал.

Но, главное, им не хватало артефакта, годного для призыва душ землян в пустующие тела. Они не были редкостью, но ни в Поднебесном, ни в «освоенных» крепостях такого не нашлось.

Зато он точно был у Аримана. Может даже не один. Дополнительный повод похозяйничать в крепости под его замком. А до тех пор требовалось освободить тех, кто уже попал в этот мир и служил магам живыми батарейками.

Моральную сторону вопроса Лёха уже не рассматривал. Маг, которому достался пустотник из их с Мией партии, мог быть сколь угодно хорошим человеком, но здесь выбор простой – чужак или кто-то из своих. С немалой вероятностью это мог быть тиаматец, репликант или их союзники.

Жизнь в новом мире не приветствовала колебаний и сантиментов.

Потому к вылазкам за пустотниками готовились тщательно и со всей серьёзностью. Практически все оставшиеся собратья достались рубежникам, а простыми противниками те не были. Особенно учитывая бойцов в их подчинении – тех, что полагались на клинок и арбалет, а не магию.

Атаковать заставы решили одновременно, используя пары бойцов в эгидах. Действовать предстояло оперативно, чтобы в одну ночь успеть на четыре заставы. Две, по счастью, находились не слишком далеко друг от друга, а вот к остальным следовало лететь от разных руин с порталами.

Вести о нападениях, конечно, за сутки не доберутся до других застав, но четыре атаки в одну ночь позволят ввести противника в заблуждение по поводу численности налётчиков и эгид. А война – это прежде всего искусство обмана.

Лететь предстояло Явару, Кадьяку, Максимилиано и Олаво сразу после зарядки эгид и кормёжки дракона. А организовать эту самую кормёжку уже завтра предстояло ему, Лёхе.

Посмотрев на медленно клонившееся к закату солнце, он решил, что дела вполне подождут до утра, а он сам давно не отдыхал в компании Мии. И неизвестно, скоро ли выдастся ещё одна подобная возможность.

Подругу он нашёл склонившейся над записями. Рядом сияла голограммой эльфийская книга-пирамида.

– Ищешь что-то конкретное? – спросил Стриж, присаживаясь рядом.

Миа оторвала усталый взгляд от исписанного листа и потёрла глаза.

– Свожу воедино всё, что связано с пустотниками. Хочу понять возможно ли как-то выбрать, кого именно призывать.

– И как успехи? – заинтересовался Лёха.

– Пока никак, – грустно призналась эльфийка. – Если я верно поняла, существует способ выдёргивать именно те души, которые отмечены твоей личной печатью, но это касается примитивов, что отбирали и клеймили при жизни. О таких, как мы, эльфы даже не подозревали.

– Рано или поздно мы вытащим физиков-теоретиков, инженеров и прочих головастых ребят, – ободрил её Стриж. – И они разберутся с этим куда лучше нас. А как выкрасть пустотников или ограбить караван Пауков мы и так знаем. Этим и займёмся.

Миа улыбнулась, кивнула и погасила пирамидку.

– Выдался свободный вечер?

Лёха кивнул и весело подмигнул подруге:

– Угадай, с кем я собираюсь его провести?..

Глава 5

К эгиде Стриж подходил со смешанными чувствами. Странно осознавать, что в твоём доспехе живёт чья-то душа. Было в этом что-то противоестественное.

Глубоко вдохнув, он внимательно рассмотрел руну на внутренней стороне брони.

Сирил, что значит «ручей». Так звали эльфийку, пожелавшую продолжить существование в качестве духа-хранителя эгиды. Это если верить словам Дану. Может, она действительно верила в сказанное, но кто поручится, что Древняя сама не была обманута?

Впрочем, какая теперь разница?

Облачившись в броню, Лёха тихо позвал:

– Сирил?

И едва не отшатнулся, когда на глаза опустился визор и в паре шагов возникла полупрозрачная проекция эльфийки. Будто привидение.

– Ты можешь говорить? – на всякий случай уточнил Стриж, хотя уже знал ответ от Дану.

Проекция отрицательно покачала головой.

Ладно, он попытался.

– Покажи сколько энергии в эгиде.

Возникшее схематическое изображение крылатой брони было, словно сосуд, наполнено золотой краской примерно на треть.

– Понятно. Сколько энергии я должен буду потратить, чтобы выжечь демонов вокруг себя огнём?

Уровень золота опустился практически до нуля.

Выходит, порядка трёх пламенных вихрей у каждой эгиды до разрядки. Негусто.

– В тебе остались какие-то воспоминания? – спросил Лёха, затаив дыхание. – Можешь показать мне?

Снова отрицательное покачивание головой. Жаль.

Хотелось спросить ещё о чём-нибудь, но дельных вопросов в голову не приходило, и Стриж попросил:

– Можешь не показываться мне на глаза, пока не попрошу? Не хочу отвлекаться во время полёта или боя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.