# Сила Разрушения

Анжелика Меркулова

Время сжечь маски.

Тысячи лет иллюзий. Тысячи лет притворства.

До этого взгляда. До этого вздоха. До этого мгновения, когда её смех разорвал вековую тишину его рутины серых будней.

Теперь — досрочно.

К черту правила мироздания.

В бездну благородство.

К демонам собственные страхи.

Она прикоснулась — и мир вспыхнул.

Они признались — и время остановилось.

Он заявил права — и небеса содрогнулись.

Алиса дрожит: её пальцы впиваются в ткань реальности, разрывая её на части. Любить древнего духа — это как целовать молнию. Как обнимать бурю.

Как шептать "навсегда" существу, для которого "вчера" и "завтра" — одно и то же?

Но соперник уже стучится в двери.

Война уже ползёт по границам миров.

А часы...

Часы тикают слишком громко.

## Пролог.

Когда свет начинает бояться своей тьмы — он перестаёт быть светом.

Алиса исчезла, как девочка с Земли, и как шпионка Исабель тоже. Осталась Хранительница Силы Созидания — та, кто навела порядок в Этерии, прошла сквозь лабиринты иллюзий, освободила миры от хаоса.

Она стала сильнее. Увереннее. Осознаннее.

Но ее душа в смятении.

И наставник чувствует это. Он — древний. Могущественный. Хранитель равновесия миров. Но впервые за тысячи лет он чувствует себя уязвимым. Не перед врагом. Перед её взглядом. Перед её смехом. Перед тем, как она говорит: "Я знаю, ты меня не бросишь."

Он пытается сопротивляться. Закрывается. Молчит. Но знает: он уже тонет. И сам хочет упасть на дно — лишь бы она вновь вывела его к свету.

А в Этерии Адриан едва не погиб. Не от удара. Не от болезни. От пустоты в душе. От ожиданий, которые так и не сбылись. От надежды, что она вернётся — и все же выберет его.

Но теперь он больше не принц. Он — Повелитель. Хозяин Силы Истины. И готов бросить вызов даже бессмертному — ради права быть любимым.


Это история не о том, кто сильнее.

Это история о том, как любовь делает всех одинаково уязвимыми.

## Глава 1 Похищение

Волшебный сад Хранителя Времени и Пространства дышал тревожной гармонией, словно само небо отражало смятение его души. Воздух был теплым, но тяжелым, пропитанным предчувствием, как перед летней грозой, когда заря еще не брызнула огнем, но уже сжимает сердце тихим беспокойством. Облака, густые и бархатистые, словно тревожные мысли, затянули небо, но сквозь них пробивались лучи упрямого солнца — золотые нити надежды, которые Хранитель не мог окончательно оборвать. Ветер то ласкал листву нежным вздохом, то вдруг вздымал ее порывисто, будто невидимая рука всколыхнула затаенную ярость.

Тучи, затянувшие небо, придавали саду настороженный и мистический вид, словно скрывая некие секреты и тайны. Густые и непроницаемые, они медленно плыли по небосводу так низко и тяжело, будто собирались вот-вот коснуться верхушек деревьев своими серыми краями, чтобы шепнуть что-то важное ветру. Погода, несмотря на хмурое и пасмурное небо, придавала месту особый шарм и уют, когда каждый вдох наполнен наэлектризованностью, предвещая перемены. И хотя ни капли дождя не упало, в воздухе стояла влажная свежесть, пропитанная терпким ароматом цветов, которые, казалось, тоже насторожились в тревожном томлении: лепестки чуть дрожали на легком ветерке, будто в такт невидимому пульсу мира.

Деревья в саду были древними, их кора переливалась при каждом движении, как если бы под ней текли реки времени. Листья, собранные в плотные кроны, шелестели тихими обрывками мыслей Хранителя, повторяя его имя снова и снова — беззвучно, но ощутимо для тех, кто умеет слушать. Кусты роз, чьи бутоны раскрывались лишь ночью, томились в ожидании заката, а фиалки, спрятавшиеся под камнями, источали едва уловимый аромат грусти. Сад был живой, дышащий, чувствующий каждое колебание души своего владельца, и потому сегодня он выглядел скорее как место встречи судеб, чем просто уголок покоя.

Цветы в клумбах, обычно сияющие яркими красками, сегодня казались приглушенными, будто покрытыми дымкой печали. Их аромат, сладкий и густой, смешивался с запахом влажной земли, обещая дождь, но развязки все не было — только это тягостное ожидание, эта невысказанная гроза, висящая между небом и землей. Деревья шептались листьями, перебрасываясь тайнами, которые знал лишь сам Хранитель, сидящий в своем уютном кресле.

Стол, накрытый для гостей столь изысканно, словно для церемонии, выглядел неестественно мирно среди этого напряженного пейзажа. Он находился в роскошной беседке в самом сердце сада, где ветви старого дерева образовали естественную крышу, скрывающую пространство от любопытных глаз. Чайник, украшенный символами забытых времён, изящный и тонкий, как фарфоровая птица, тихо дымился, наполняя воздух ароматом мяты и полыни — трав, приносящих ясность сознания, но сегодня даже они не могли рассеять туман в его мыслях. Чай остывал медленно, как будто не решался показать свое равнодушие к происходящему. Три чашки были расставлены с точностью до миллиметра, но стояли нетронутыми, будто вопрошая: кто сядет за этот стол друзей, когда дружба уже трещит по швам? Всё было готово, но никто не спешил начинать этот день, который уже сейчас обещал быть поворотным в череде событий, связанных магическими нитями судьбы.

Хозяин сада сидел в своем кресле под сенью древней ивы, глубоко утопая в его мягкие объятия, будто надеясь исчезнуть в них без следа. Его бирюзовая мантия, обычно переливающаяся, как глубины океана в час рассвета, сегодня казалась темнее, будто скрывая в себе свет других миров, мерцала в полумраке сада, и лишь изредка, когда ветер колыхал складки ткани, вспыхивали изумрудные искры узоров — напоминание о власти, которую он не мог использовать так, как хотел. Эти узоры на ткани, сотканные из серебристых нитей, двигались, словно живые, переливаясь в такт биению его сердца. Он не смотрел на стол, не смотрел в сад, где вот-вот должны были появиться гости. Он смотрел внутрь себя, где между строк воспоминаний и желаний разгоралось пламя, которое он давно пытался потушить, но теперь понимал — оно уже стало его частью.

И теперь могущественному магу предстояло принимать гостей по просьбе той, чье присутствие одновременно обжигало и лечило. Одной единственной, чьи глаза он боялся увидеть, потому что в них он читал то, чего больше всего желал и больше всего страшился.

Накрытый стол, застывший в ожидании, казался островком непринужденного спокойствия среди бурлящего океана его эмоций. Третье кресло, высокое и резное, стояло чуть в стороне — как вызов, как немой укор. Оно предназначалось Адриану, и сам факт его присутствия здесь резал душу Хранителя острее лезвия. Он мог бы сделать его ниже, неудобным, мог бы вовсе оставить лишь табурет — но нет. Он выбрал кресло, достойное равного. Потому что так положено. Потому что она бы попросила.

Он не желал видеть Повелителя Алькантара. Не хотел слышать его голос, чувствовать его присутствие в своем мире, который теперь приходилось делить с тем, кто должен быть его врагом.

Но Алиса...

В памяти всплыл её взгляд. Широко раскрытые глаза, влажные от слез. Зазвучал ее голос, полный отчаяния. То, как она просила, почти умоляла, чтобы он помог этому неудачнику. Её рука дрожала, хватаясь за его рукав в мольбе, и он хотел сказать «нет» — хотел так сильно, что внутри всё сжималось от боли. Но не смог отказать ей. Не мог стать тем, кто причинит ей боль. Даже если это значило принять того, кого он видел не иначе как соперником. И ради нее, ради того, как посветлело ее лицо при одной мысли о спасении принца, он согласился пригласить его в свою обитель. Ради нее он готов был терпеть даже это.

Сквозь стиснутые зубы маг вдыхал аромат чая, пытаясь заглушить горечь на языке. Запах мяты, обычно успокаивающий, сегодня казался насмешкой.

“Хозяин Силы Истины.”

Эти слова отдавались в висках тупой болью.

“Как смел этот выскочка, этот чужак, принять то, что никогда не предназначалось ему? Этерия — жалкий мирок, забытый даже ветрами магии, а ее правитель теперь будет делить с ним Силу?”

“Делить Алису?!..”

Он, Хранитель Времени и Пространства, повелитель непостижимых сил, стоял на краю собственной вселенной — и впервые за бессчетные века чувствовал себя абсолютно беспомощным.

Ветер, только что круживший опавшие лепестки, притих будто в благоговении. Лучи солнца, пробивающееся сквозь тучи, напоминали ее фигуру — и Хранитель почувствовал, как земля уходит из-под ног. Она была единственной, кого он не мог предвидеть. Единственной загадкой, которую не смел разгадать.

Он вспомнил их первую встречу: как она, юная и дерзкая, ворвалась в его мир, не зная ни страха, ни правил. Как смотрела на него не с подобострастием, а с любопытством, словно он был не величественным божеством, а просто забавным другом. Как смеялась, когда он, величайший из магов, запнулся над простой фразой, пытаясь подобрать подходящие слова.

И теперь он снова ощущал ту же дрожь в пальцах, то же безумное желание — закрыть ее от всего мира, спрятать в самом сердце своих владений, где ни один ветер, ни одна угроза не коснутся ее. Но он не мог. Потому что она не была вещью. Не была судьбой, которую можно переписать. Ее жизнь была только ее выбором.

Её смех, звонкий, как капли дождя по стеклу, преследовал его даже в тишине. Он закрывал глаза, но видел её — солнечные блики в непослушных волосах, тень ресниц на щеках, лёгкий изгиб губ, когда она улыбалась. И этот образ жёг его сильнее, чем любое заклинание.

Великий Хранитель ловил каждое ее движение, каждый взгляд, каждый жест — как голодный ловит крохи. Потому что в мире, где он знал все, она оставалась единственной тайной, которую он и боялся, и жаждал разгадать до конца.

Маг вспомнил, как Алиса растерянно улыбнулась, в этот момент, когда он открыл портал для них с Адрианом.

— Спасибо, что принял нас, — словно бы говорил ее взгляд, и в этих глазах светилось доверие, от которого у него перехватило дыхание.

"Я принял бы тебя всегда. Даже если бы ты привела за собой саму тьму".

Тогда Хранитель понял: он проиграл еще до начала битвы. Потому что ради этой улыбки был готов терпеть даже его. Даже этого человека, стоящего рядом с ней, получившего часть силы, которая никогда не должна была принадлежать ему.

Пальцы непроизвольно сжались на ручках кресла, оставляя вмятины на древнем дереве. Маг тут же ослабил хватку, но следы остались — крошечные трещинки в безупречном фасаде. Так и в душе его уже зияли расколы, и никакая магия не могла их скрыть.

Облака над садом сгущались, окрашенные в свинцовые тона. Где-то вдали прокатился глухой гул — то ли гром, то ли отголосок его собственного невысказанного гнева. Розы, ещё минуту назад пылающие алым, поникли, будто чувствуя настроение своего хозяина. Лепестки падали на землю, но тут же исчезали, не оставляя и следа, словно поглощённые его тоской. Ветер подхватил их с ближайшей клумбы, закрутил вихрем и швырнул на каменные плиты. Один, алый, как капля крови, прилип к мантии Хранителя. Хозяин сада не стал его смахивать.

"Они скоро придут", — подумал он, и сердце его сжалось от противоречивых чувств. Ненависть к Адриану. Страх перед тем, что Алиса увидит его темную сторону. И мучительная, невыносимая надежда — а вдруг сегодня что-то изменится? Вдруг она посмотрит на него не с благодарностью друга, а с тем же огнем, который уже давно пожирал изнутри его самого?

Они прибудут сюда. В его сад. В его мир. И он должен будет сидеть рядом, пить чай и делать вид, что ничего не происходит. Что его сердце не разрывается на части, что он не чувствует каждого взгляда, брошенного ими друг на друга. Величественный и невозмутимый Хранитель будет улыбаться. Будет говорить о делах. И будет притворяться, что не заметил, как Алиса иногда смотрит на него — взглядом, полным чего-то большего, чем просто благодарность.

Сердце его сжалось. Ветер внезапно усилился, пробежав по листве коротким порывом, будто подтверждая его тревогу. Где-то вдалеке, за границей сада, зашелестели лепестки, и он понял — они уже совсем близко.

И тогда портал вспыхнул. Воздух дрогнул, как поверхность воды, тронутая пальцем, и сад затаил дыхание. Маг не двинулся с места, лишь пальцы его сжали подлокотники кресла чуть сильнее. Сад вздохнул вместе с ним, и где-то высоко в небе, за тяжелыми облаками, прорвался теплый луч света.

Гости прибыли…

Он выпрямился, сгладил складки мантии и натянул на лицо маску холодного величия.

Пусть видят невозмутимого Хранителя. Пусть не догадываются о чувствах внутри.

Из портала, словно тень, вышел Адриан. Каждый шаг юноши отзывался в груди мага жгучей болью, будто тот наступал на осколки его разбитого сердца. Хранитель не шелохнулся, но сад отреагировал за него — ветви деревьев резко качнулись, и с них дождем посыпались листья. Небо потемнело еще на оттенок.

— Добро пожаловать, — произнес он, и голос невозмутимого наставника прозвучал гладко, как отполированный лед.

Адриан стоял посреди сада, и мир вокруг казался ему чужим, слишком огромным, слишком непостижимым.

Всего несколько дней назад он был Повелителем Алькантара — сильным, уверенным, почти непобедимым в своем доспехе, сверкающем на солнце. Но шторм, обрушившийся на его корабль, развеял эту иллюзию в клочья. Вода и ветер смешали его гордость со страхом, показав, как хрупка власть смертных перед лицом истинного могущества.

А теперь он здесь. В мире, где деревья шепчутся на языке древней магии, где воздух дрожит от незримых сил, а сам он — всего лишь гость, допущенный сюда по чьей-то милости.

"Я выжил. Получил силу. Но что это меняет?"

Мысль жгла его изнутри. Он не был готов к этому. Что где-то существуют боги, маги и целые миры, о которых он даже не догадывался. Но теперь он стоял в саду одного из них — Хранителя Времени и Пространства, чье имя звучало как эхо вечности.

А еще была она.

Алиса…

Его сердце сжалось при одной только мысли о ней. Он два года мечтал увидеть ее снова, сказать то, что не успел тогда, в комнате командного пункта военного лагеря Лианории, когда неумолимые нити судьбы грозили разлучить их навсегда. Но теперь, оказавшись здесь, он понимал: между ними стоит нечто большее, чем время или расстояние.

"Она смотрит на него иначе, чем просто ученица наставника. И он... маг смотрит на нее так, будто готов сжечь весь мир, лишь бы она так и оставалась в его тени."

Адриан сглотнул. Он не собирался отступать. Но и не знал, как бороться с тем, чьи возможности превосходили даже его понимание.

Юноша осторожно шел по саду, ощущая смешанные чувства напряжения и приглашения. Обстановка казалась ему неспокойной, но в то же время не была враждебной. Хозяин проявлял некоторую настороженность, но Повелитель Алькантара чувствовал себя желанным гостем в этом мире.

Владыка Этерии продвигался вдоль извилистых дорожек и с каждым шагом тревога сжимала его сердце все сильнее. Воздух был наполнен ароматом цветов и предгрозовой свежестью, но он не замечал красоты этого таинственного уголка. Его взгляд беспокойно скользил по кустам, деревьям, скамейкам — где же она?

Алисы нигде не было.

Она вошла в портал первой. Он видел, как ее силуэт растворился в мерцающем свете. Но здесь, в саду, ее не было видно. Его спокойствие было окончательно разрушено, когда он осознал, что девушка просто исчезла. Тревога превратилась в панику. Он озирался, вглядывался в тени деревьев, беспокойно изучал каждый куст - мало ли вдруг озорница решила его разыграть?

"Где ты? Выходи! Это не смешно!” - мысленно Адриан уже злился.

Он надеялся, что она вот-вот выскочит из-за куста со своим веселым смехом. Ее щеки будут слегка раскрасневшиеся от бега, а глаза засияют игривым блеском.. Но сад молчал, и эта тишина становилась все более зловещей.

"Не может быть, чтобы она просто исчезла", — мысленно твердил он, но внутри его уже охватила паника. Может, она просто хорошо спряталась? Решила над ним подшутить? Но даже в мыслях это звучало неубедительно — Алиса не стала бы так поступать, прекрасно понимая, как он сейчас себя чувствует.

Когда Повелитель Алькантара вышел к беседке с накрытым столом, он увидел его.

“Хранитель.”

Тот, кто знал ответы на все вопросы. Тот, чья власть простиралась дальше, чем Адриан мог себе представить.

Их взгляды встретились — и в тот же миг оба поняли: что-то не так. В глазах наставника Алисы читалось то же самое: "Она пропала."

— Где Алиса? — их голоса прозвучали одновременно, и в воздухе словно сверкнула молния. Хранитель медленно сжал кулаки — в его глазах мелькнуло что-то, похожее на вину. А голос Адриана сорвался на крик. Паника тут же переросла в леденящий ужас. Принц почувствовал, как земля уходит из-под ног. Если даже ее наставник не знает, где она...

Страх, ярость, отчаяние — все смешалось в груди юноши. Он был простым смертным. Но ради нее он готов был бросить вызов даже богам.

Даже ему.

Они стояли друг напротив друга — двое мужчин, которых разделяло все: происхождение, сила, даже само время. Но в этот момент их и объединяло нечто большее.

Адриан бесстрашно сделал шаг вперед.

— Хранитель Времени и Пространства, — начал он, тщательно подбирая слова, словно ступая по тонкому льду. — Рад тебя приветствовать. Я - Адриан, Повелитель Алькантара.

Маг медленно поднял взгляд, и в его глазах Адриан увидел не гнев, а утомленное презрение — словно перед ним стоял не новоиспеченный хозяин магической силы, а назойливая мошкара, которую он вот-вот смахнет.

— Безумно рад нашему знакомству, Ваше Высочество, — произнес он, и каждый слог капал ядом. Губы искривились в улыбке, но глаза оставались холодными, как лед между мирами.

Адриан почувствовал, как сжимаются его челюсти от злости. Он знал, что этот маг играет с ним, как кот с мышью — но пока не понимал, по каким правилам.

— Алиса вошла в портал первой, — сквозь зубы процедил юноша. — Я думал, она уже здесь...

Хранитель замер на мгновение, и в его взгляде мелькнуло что-то неуловимое — тень боли, которую он тут же скрыл. Он видел её глаза в каждом порыве ветра, в каждом луче света. И каждый раз, когда Адриан говорил её имя, это было как удар током.

— Ее здесь нет, — ответил Хранитель, и его голос звучал так, будто за ним стоял гул тысячелетий.

Адриан сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. Он не мог позволить себе ошибиться.

— Я понимаю, что ты не доверяешь мне. Возможно, даже презираешь. Но сейчас речь не о нас. Случилась беда. Алиса в опасности. Мы должны ее найти.

— Ты прав, — наконец спокойно произнес маг. Но ощущалось, будто каждое слово дается ему с трудом. — Но ты не понимаешь, с чем столкнулся.

— Именно поэтому сейчас нельзя паниковать. Нам нужно организовать поиски и действовать методично. Главное - сохранять спокойствие и сосредоточиться на задаче. Давай разделим территорию и начнем обследование. Может быть так у нас появятся улики, которые помогут найти Алису? Я возьму с собой фонарь и пройдусь по лесу вдоль реки - быть может она оставила какие-то следы или подсказки. Ты сможешь отследить работу своего портала, куда еще он мог ее перенести?

Хранитель встал, и его мантия, до этого казавшаяся просто роскошной одеждой, вдруг заструилась живой магией. Глаза, обычно холодные и отстраненные, горели теперь яростным огнем.

— Твои предложения о «методичных поисках» смешны. Алису не найдешь, шатаясь по лесу с фонарем, будто заблудившийся школьник.

Повелитель Алькантара почувствовал, как в висках застучала кровь. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но он заставил себя расслабиться.

"Не поддавайся. Он тебя провоцирует."

— Тогда что ты предлагаешь? — спросил он, тщательно выдерживая нейтральный тон.

Хранитель лениво махнул рукой, и в воздухе заискрились серебристые нити — карта миров, мерцающая, как паутина.

— Она похищена. Разрушитель давно охотился за ней. И теперь, она пленница в его мире… — Он замолчал, будто передумал дальше хоть что-то говорить. — Тебе это не по зубам, принц. Возвращайся в Этерию.

Последняя фраза прозвучала как приговор.

Словно ледяной кинжал, она вонзилась в самое сердце Адриана.

Маг щелкнул пальцами, и в двух шагах от юноши развернулся портал. За его мерцающей пеленой виднелись знакомые очертания Алькантара — высокий шпиль Черной башни…

Адриан посмотрел в открывшийся проход. Потом — на Хранителя, взгляд которого словно бы говорил: “Шагни туда и забудь об Алисе навсегда. Останешься — пожалеешь.”

Владыка почувствовал, как доспех на его теле отзывается на эти слова, наполняясь опасной энергией. Его пальцы непроизвольно сжались, ощущая, как бронированные пластины с тихим шипением раскрылись, узоры на них вспыхнули багровым светом. В висках стучала кровь, а в груди разлилось жгучее унижение. Он будто снова стал мальчишкой, который впервые взял меч в руки — маленьким, ничтожным перед лицом настоящей силы.

— Спасибо за совет, — даже с помощью доспеха он едва сдерживал дрожь в голосе, взгляд его горел.

Небо ответило на его ярость.

Молния. Гром. Тишина.

Но принц не отступил. Активировал эмоциональный контроль на полную мощность и шагнул вперёд, а доспех на его теле вспыхнул багровым светом с новой силой.

— Этерия подождет. Я не бросаю друзей, — его голос дрогнул. — Даже если это будет стоить мне жизни.

Тучи сгустились в зловещие спирали, а легкий ветер превратился в порывистый шквал, рвущий лепестки с ближайших роз. Хранитель нервно постукивал пальцами по столу — этот назойливый звук выдавал глубину его раздражения.

“Что, если этот упрямец и вправду не отступит?”

Они стояли друг против друга, и между ними висело всё, что не было сказано.

Воздух содрогнулся.

Листья на ближайшем дереве мгновенно пожелтели и осыпались, превратившись в прах еще до касания земли.

— От того, что ты будешь путаться под ногами, тоже пользы не будет, — Хранитель сжал кулаки, и бирюзовые нити его мантии вспыхнули ядовито-зеленым.

В воздухе запахло озоном.

Адриан ощущал, как доспех жжет кожу, предупреждая об опасности. Но он не отступил.

— Алиса сказала, что я прошел испытание и стал значительно сильнее.

Озоном запахло резче. Пространство вокруг зарядилось статикой, обещая новый разряд. Над головой юноши сверкнула молния, осветив искаженное гневом лицо Хранителя.

— О, правда? — маг наклонил голову и его голос стал тише, опаснее, словно шепот самой смерти. — Ты так уверен в себе… Великий герой снова всех спасет. Чем закончился твой последний подвиг? Ты умер, если бы не Алиса.

Стыд обжег Адриана горячей волной. Воспоминания нахлынули мгновенно — холодные воды, беспомощность и непроглядная тьма безжалостной пучины. Но вместо того чтобы сломаться, его гнев лишь усилился.

— Это место наполнено подходящей энергией, я чувствую, как быстро мой доспех заряжается, — сквозь зубы процедил он, ощущая, как пластины вибрируют, набираясь мощности. — Еще немного — и заряд батареи будет полностью восстановлен. Тогда я смогу задать в поиск координаты логова Разрушителя и отправлюсь туда, чтобы освободить похищенную девушку.

Поверхность дрогнула, будто началось землетрясение.

— Да, да. Конечно. — Хранитель театрально закатил глаза, но в его позе все же читалось напряжение. — Только без пространственного портала путь туда займет у тебя пару тысяч лет. Ты даже не понимаешь, с чем столкнулся. Разрушитель — это не просто враг. Это антитезис всего сущего. И если он заполучил Алису...

Адриан почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не знал, что такое "антитезис", но тон наставника говорил сам за себя.

— Значит, необходимо начинать её поиски как можно быстрее, — перебил мага Адриан, и в его голосе звучала не паника, а решимость. — А ты не мог бы открыть портал где-нибудь вблизи от места назначения, чтобы мое путешествие туда заняло меньше времени? Где находятся границы мира Разрушителя, насколько близко к ним ты сможешь меня переместить?

Хранитель потер лоб и устало взглянул в небо, где тучи уже сгущались в зловещие спирали.

— Я могу открыть портал в любую точку, даже в самом мире Разрушителя. Какой в этой телепортации смысл?!

Он поднял руку, и воздух перед ним заколебался, образуя мерцающие образы — мир, погруженный во тьму, силуэты, корчащиеся в ужасных муках. Адриан посмотрел на искрящийся проход, за которым виднелись искаженные, нереальные пейзажи. Он почувствовал, как доспех на его теле вновь ожил, наполняясь энергией ярости готового к бою воина.

— Разрушитель пленил ее. И если ты действительно хочешь помочь... — Хранитель замолчал, его пальцы сжались в кулак, но тут же разжались. — ...тебе придется слушать меня. Слушай внимательно, Повелитель Алькантара. Потому что у нас нет права на ошибку.

— Говори, — спросил он просто.

Юноша видел, как тень пробежала по лицу мага. Хранитель сжал кулаки, и в воздухе заплясали искры. Глаза, холодные, как глубины космоса, на миг дрогнули, выдав то, что он так старался скрыть — страх. Настоящий, человеческий, страх за нее.

— Во вселенной существует сложная динамика сил, — маг тяжело вздохнул. — Я, Хранитель Времени и Пространства, бессилен перед могуществом Разрушителя. Все подвержено деструкции со временем, поскольку ничто не может противостоять неизбежному процессу изменений. Сила Истины также является бесполезной против энергии распада, поскольку она не способна предотвратить уничтожение того, чему предназначено быть разрушенным. Единственной силой, способной противостоять Разрушению, является Созидание. Только Алиса обладает способностью создавать и восстанавливать, противостоя силам Хаоса. Однако, Разрушитель специально похитил ее, застав врасплох, и заключил в своем мире, где только он абсолютный повелитель и все подвластно его воле.

— Не стоит отчаиваться, — вдруг произнес Адриан, и в его голосе звучала непоколебимая уверенность, словно он уже видел путь там, где другие видели лишь тьму. — Даже когда шансы кажутся ничтожными, одна лишь искра надежды способна разжечь пламя победы. Вместе мы найдем способ освободить Алису. Верь в себя — и мы преодолеем любые преграды.

Хранитель медленно поднял бровь, его губы искривились в едкой усмешке.

— Твое ж Величество, интересно в каких академиях тебя научили такому… неистребимому оптимизму?

— А ты привык, что магия решает все одним взмахом руки, — ответил Адриан, не сдаваясь. — И когда сталкиваешься с тем, что не подчиняется твоей воле, теряешься. Я же долгие годы преодолевал трудности без всяких сверхспособностей, полагаясь лишь на свой разум и упорство. Даже осознав силу доспеха, я не стал зазнаваться — а продолжал помогать другим.

Он сделал шаг вперед, и световые узоры на его доспехе вспыхнули в такт его словам.

— Разрушитель не знает о моем существовании. Я могу стать неожиданностью для него. Пусть я отправлюсь первым — в худшем случае, потери будут минимальны.

— Минимальны? — Хранитель резко рассмеялся, но в его глазах, холодных как межзвездная пустота, не было и тени веселья. — Алиса потом трижды с меня голову снимет за такие потери.

"Что?! — мелькнуло в сознании Адриана, изучавшего, как бирюзовые узоры на мантии Хранителя вспыхивают в такт гневу мага. — Наставник боится, что ученица его… отчитает?”

Он почувствовал, как в груди загорается странное тепло - смесь надежды и ревности.

“Каков же истинный статус их отношений? Почему это всесильный маг так трепещет перед ней?

Это открытие придало ему сил, и он пошёл в наступление с новой уверенностью.

— Во-первых, — голос юноши прозвучал твёрже, чем он ожидал, — голова у тебя одна. — Уголки его губ дрогнули в холодной усмешке. — Во-вторых... — Адриан сделал паузу, ощущая, как доспех на его груди слегка нагревается от учащенного сердцебиения, — сильно сомневаюсь, что я для неё настолько важен. Два года назад она ушла, не оставив даже намека на объяснение. — В его памяти всплыл тот день: пустая комната и это невыносимое чувство, будто земля уходит из-под ног. — И в-третьих… разве не лучше действовать, пусть план и далек от совершенства, чем просто сидеть сложа руки?

Хранитель замер. Тень пробежала по его лицу, оставив после себя мимолетное, но красноречивое выражение - что-то между болью и яростью.

— Да уж, конечно, не важен, — он язвительно подчеркнул каждое слово. — Это не с тобой она Силой поделилась.

"Так вот в чём дело! — озарение ударило Адриана, словно молния. — Алиса сама решила поделиться со мной частью своей магии? И судя по ядовитому тону наставника, сделала это против его воли."

Он почувствовал странное удовлетворение, смешанное с тревогой.

"Значит, вот за что он ненавидит меня с первой же встречи..."

— Возможно, это лишь чувство вины, — его собственный голос прозвучал неожиданно хрипло. Горечь подкатила к горлу, острая и знакомая. — Может, она просто не хотела оставаться в долгу... — Его пальцы непроизвольно сжались, оставляя вмятины на металлических наручах.

"Но если это так, почему тогда её глаза в тот день светились иначе? Почему её рука дрожала в моей?"

— И в чем же, интересно, она перед тобой провинилась? — маг намеренно растянул слова, будто пробуя их на вкус, и каждый слог падал, как удар кинжала.

Адриан сжал челюсти, когда вспомнил, как два года назад она ушла. Без объяснений. Без прощания. Только пустая комната и ощущение, будто сердце вырвали из груди.

— Чтобы узнать правду, ее сначала нужно спасти. А мы тратим время на пустые разговоры. Я просто хочу помочь ей и готов на всё. Даже если она никогда не выберет меня.

Хранитель резко отвернулся, отводя взгляд, и в этом движении была целая вселенная боли. Последние лучи заката, пробиваясь сквозь листву, заиграли на его мантии, превращая бирюзовые узоры в живые реки света.

— Мало мне проблем, — проворчал наставник, его шепот был похож на шипение раскаленного металла, — так ещё и ты на мою голову.

Он раздраженно провел рукой по воздуху, оставляя за собой мерцающий шлейф энергетических искр.

— Я бы уже принудительно отправил тебя обратно в Этерию... — его губы искривились в гримасе, напоминающей улыбку, — но ты, конечно, потом побежишь жаловаться Алисе...

"Он боится! - с внезапной ясностью осознал Адриан. — Этот всемогущий маг, повелитель времени и пространства, боится... её неодобрения. Несмотря на всю его силу, боится потерять ее доверие. Или, что хуже, причинить ей боль своими решениями."

Это открытие наполнило его странной смесью торжества и тревоги.

"Однозначно, они не просто наставник и ученица. Но что именно между ними происходит? И где в этой картине место мне?"

Хранитель устало вздохнул, и небо над садом потемнело в ответ на его настроение.

— Успокойся и перестань геройствовать. Ты сейчас бесполезен. Это мой конфликт с Разрушителем, и решать его буду я.

Тишина повисла между ними, тяжелая и напряженная.

— Он не тронет Алису, — добавил маг тише, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на уверенность. — Сила Созидания защищает ее. Будь у нас больше времени… она бы уже полностью овладела своим артефактом. Тогда у него не было бы ни единого шанса.

— Но твой враг похитил ее сейчас, — резко оборвал его Адриан. — Пока она еще уязвима. И мы не можем просто сидеть и ждать.

Глаза мага вспыхнули, как звезды перед падением. Но он быстро взял себя в руки. Только далекий гром предвещал скорую грозу.

— Ты здесь ничем не поможешь. Иди домой.

Последние слова прозвучали как заклятие.

Но Повелитель Алькантара его не слушал.

И не собирался отступать.

Он чувствовал — где-то там Алиса нуждалась в его помощи.

И ничто — ни магия, ни время, ни сам Хранитель — не остановит его.

— Я пойду за ней, — тихо сказал он. — С твоей помощью или без.

Маг пристальнее взглянул на юношу перед ним, и в этот раз в его глазах отразилось нечто новое — уважение? Признание?

— Упрямство — милый порок. Жаль, он тебя скоро убьет.

Хранитель засмеялся — сухо, без радости. Воздух вокруг замер, будто слушал хозяина вместе с садом.

— Ты вообще понимаешь, что происходит?

Он выпрямился, и тень от его фигуры удлинилась, поглотив Адриана.

— Тогда объясни, — ответил юноша, заставляя голос звучать тверже, чем чувствовал себя. — Если ты такой всезнающий, почему не предвидел этого? Почему позволил ученице попасть в ловушку?

Губы Хранителя искривились в безрадостной ухмылке.

— Потому что она — единственная, чье будущее я не могу видеть. Единственная, чья судьба для меня как книга с пустыми страницами.

Это откровение прозвучало почти как признание в слабости, и Адриан не ожидал такой искренности.

— Значит, мы оба в неведении, — медленно произнес он. — Но это не значит, что мы бессильны.

Маг резко поднял голову, и в его взгляде вспыхнул огонь.

— Ты — смертный.

И сад вокруг них вздохнул, будто осознавая тяжесть этих слов.

— Даже с этим доспехом, даже с крупицей Силы Истины, ты — ничто перед мощью Тьмы!

Адриан почувствовал, как гнев поднимается в груди, горячий и неконтролируемый.

— А ты — трус, — крикнул он быстрее, чем успел подумать. — У тебя есть сила, но нет смелости ей воспользоваться.

Хранитель шагнул вперед. Его лицо стало жестче камня.

Воздух вокруг них дрогнул, будто от удара. Листья на ближайших деревьях внезапно рассыпались в прах.

Адриан впервые по-настоящему ощутил его мощь — древнюю, нечеловеческую, готовую разорвать его на атомы.

— Вот как? — наконец произнёс маг, чуть приподняв бровь. — Ты называешь меня трусом? А если я докажу, что это не так ценой твоего королевства?

В саду повисла опасная тишина. Даже деревья перестали шелестеть, будто затаив дыхание.

— Интересно, что скажут твои подданные, когда их столицу смоет цунами? Или, может, тебе больше понравится вариант с извержением вулкана?

Адриан похолодел. Он догадывался, конечно, о силе этого существа… но теперь понимал, насколько его догадки были наивны.

— Ты… не сделаешь этого, — прошептал он, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

Хранитель холодно улыбнулся:

— Попробуй остановить меня.

— Сколько ещё будешь угрожать мне своей магией? — Адриан оскалился. — Или боишься, что без неё ты — просто пустое место?

В этом вызове звенела сталь. Он говорил как отчаявшийся человек, который уже потерял слишком много, чтобы бояться потерять ещё больше.

Маг медленно поднял голову. Его лицо было маской невозмутимости, но глаза... в этом взгляде дрожала тень чего-то невыносимого — словно он смотрел сквозь время, видя всё, что может случиться. И это зрелище разрывало его изнутри.

— А если я покажу тебе, что моя осторожность — это не страх, а цена, которую я не могу себе позволить? — продолжил маг, почти шёпотом. — Что даже мой гнев, способный уничтожать миры, я держу на цепи, потому что знаю — она бы этого не хотела.

Адриан нахмурился. Он ждал угроз, оскорблений, даже магического нападения. Но не этого. Не такого тихого, почти человечного предостережения.

— Ты боишься её потерять, — ответил он, впервые задумавшись. — Но именно поэтому должен позволить мне помочь.

— Я сделаю все, чтобы защитить Алису. И не позволю тебе мне помешать.

Адриан медленно выдохнул.

— Хорошо, — сказал он, и каждое слово давалось ему как нож под ребро. — Я… не стану впредь тебя провоцировать. Но и уходить не собираюсь.

И вдруг — неожиданно — наставник рассмеялся. Это был странный, почти безумный смех.

— Ты... напоминаешь мне ее, — произнес он наконец, и в его голосе впервые прозвучало что-то, отдаленно напоминающее уважение. — Знай, ты мне не помеха. Ты... всего лишь часть ее сердца, которую я не могу коснуться. Но я боюсь, что в погоне за этой несбыточной мечтой, ты потеряешь себя, как и я потерял рассудок — ради одного ее взгляда.

Напряжение висело в воздухе, густое, как предгрозовая туча.

— Я могу быть там, где никто другой не сможет, — продолжал Хранитель, и его голос зазвучал глубже, чем пространство между звёзд. — Я могу не только войти в мир Разрушителя, но и даже вернуться оттуда. Ты же... ты даже не представляешь, что такое настоящая опасность. Она не в том, чтобы погибнуть, а в том, что можно потерять себя навсегда.

Адриан сжал челюсти.

— Ты называешь себя ее защитником? Но где ты был, когда её похитили? Где был ты, когда она плакала?

Хранитель медленно поднял голову. Он не ответил сразу. Только посмотрел — и в этом взгляде было столько боли, что даже Адриан на миг замялся. Но юноша не сдавался.

— Я не собираюсь играть в героя. Я просто хочу помочь спасти Алису.

— А я не хочу, чтобы ты её погубил, — холодно ответил Хранитель, и в его голосе прозвучала искренность. — Ты даже не понимаешь, насколько хрупка та связь, которая удерживает ее в этом мире. Но лезешь туда, где каждый шаг может стать последним. А я... я не позволю этому случиться.

Он сделал шаг вперед, и сад вдохнул. Потоки воздуха замерли. Небо потемнело.

— Я могу стереть целую планету в порошок одним усилием мысли, — сказал он, почти шепча. — Но ради неё не допущу, чтобы хоть кто-то пострадал. Даже если это значит — идти одному. Особенно если это значит — идти за ней в самое пекло.

Адриан почувствовал, как внутри него просыпается не страх, а внезапное понимание.

Это не был вызов силой. Это была защита. Чистая, безгранично мощная и абсолютно безрассудная в своей самоотверженности.

— Ты думаешь, что любишь её, — тихо добавил Хранитель, глядя прямо в глаза Адриану. — Но ты не знаешь, что значит любить того, кого нельзя потерять. Кого нельзя даже коснуться, потому что каждое прикосновение — риск. Каждый взгляд — искушение. Каждое слово — возможность разрушить всё, что может быть между вами.

Повелитель Алькантара хотел ответить, но не смог. Он чувствовал, как слова мага давят на него не силой, а правдой. И впервые он понял: Хранитель не отказывает ему, не запрещает помочь. Он просто не позволяет ему рисковать, потому что знает цену этим рискам.

И в этот момент Адриан испугался, но не за себя.

Он испугался за Алису.

Потому что если даже такой могущественный, такой древний и беспощадный маг боится сделать неверный шаг...

“Тогда кто я такой, чтобы идти туда, куда даже Великий Хранитель не решается?”

И хотя ни один из них не доверял другому и видел в сопернике угрозу, сейчас это не имело значения. Потому что где-то там, в неведомых просторах между мирами, хрупкая девушка нуждалась в их помощи.

И они оба знали: ради нее они пойдут на все. Даже на временное перемирие.

Воздух вокруг дрожал, как будто сад не мог решить — замерзнуть от ненависти Хранителя или согреться от надежды Адриана.

## Глава 2. В плену Хаоса.

Перед Алисой неожиданно появился невероятный космический пейзаж с яркими и фантастическими элементами — будто сама вселенная внезапно решила поразить ее воображение. В центре этого таинственного великолепия находилась вихревая туманность переливающаяся глубокими, почти ядовитыми оттенками темно-фиолетового, как синяк на коже мироздания. Пространство вокруг нее было холодным и бездонно синим, словно океан в час шторма, переходя в глубокий чёрный — настолько густой, что взгляд тонул в нём, как в смоле. В самом сердце этого вихря пылала звезда, но её свет не согревал — он был резким, колючим, будто лезвие, пронзающее вечность.

Девушку захлестнули чувства предвкушения тайны и восхищения этой загадочной картиной. Туманность была окружена кольцом светящегося газа, струящегося вокруг далёкой планеты. Поверхность её была испещрена сетью синих рек — они светились, как вены, наполненные ядом. А между ними высились города, окутанные розово-фиолетовым свечением. И в этой красоте таилось что-то нездоровое, словно гнилая орхидея — прекрасная, но смертоносная.

Портал выбросил её, как ненужную вещь.

Красота сменилась тьмой.

Алиса едва успела вдохнуть, прежде чем оказалась в пещере — сырой, тёмной, зловещей, пропитанной запахом сырости и чего-то... металлического. Крови?

"Где я...?"

Первой пришла мысль о портале.

"Он должен был вести в сад к Хранителю. Что пошло не так?"

Но ответа не было. Только холодный туман вокруг и странное, щемящее чувство — будто за ней уже наблюдают.

Стены были испещрены древними рунами, которые слегка сияли тусклым светом, как умирающие светлячки, и от их мерцания по камням скользили тени, будто живые. Сталактиты свисали с потолка, острые, как клыки чудовища. Где-то вдалеке звонко падали капли воды, и каждый звук отдавался эхом, словно шаги невидимого стража. Пол под ногами был неровным, усеянным острыми камнями. Один неверный шаг — и можно провалиться в скрытую расщелину.

Всюду царило чувство предвестия, словно невидимые глаза следят из теней. Единственный путь наружу - узкий туннель, ведущий глубже в сердце пещеры, окутанный тьмой и неопределенностью. Воздух здесь был густым, тяжелым, словно пропитанным чужой волей. Он давил на кожу, заставляя сердце биться чаще.

Но хуже всего было ощущение.

"Меня похитили."

Мысль пришла сразу, без сомнений. Враждебная энергия пронизывала все пространство вокруг.

"Но кто настолько силён, чтобы перехватить портал Хранителя? И главное... зачем?"

Она медленно поднялась, прислушиваясь к каждому шороху.

"Этот мир... он похож на мир Иллюзий."

В памяти всплыли уроки Хранителя и созданное им туманное измерение — обиталище его альтер-эго, Разрушителя Душ. Она всегда думала, что это просто метафора, игра воображения.

Но теперь поняла, что нет.

Разрушитель существовал на самом деле.

И, судя по всему, он тоже был довольно могущественным магом.

И уж точно не был Хранителю другом.

"Ладненько. Разберемся. Паника подождёт. Надо постараться найти выход отсюда."

Глаза снова скользнули по рисункам на стенах пещеры.

"Они не просто украшение... в них есть система. Может быть в этих рунах зашифрована какая-нибудь подсказка? Они выглядят завораживающе…"

Осторожно проведя пальцем по резным линиям одного из символов, она почувствовала лёгкий толчок — будто камень на мгновение ожил под её прикосновением, тусклое сияние символов на миг вспыхнуло ярче, словно в ответ на её интерес.

"Странно… откуда здесь те самые магические письмена?.." — мысль пронеслась с лёгким уколом ностальгии. Она узнала этот стиль — те же угловатые штрихи, те же замысловатые узоры, что и в архивах Хранителя.

Стены пещеры дышали историей.

Древние руны имели магическое происхождение и связаны с ранней формой письма, используемой Хранителями Сил Мироздания на протяжении тысячелетий для передачи информации и записи заклинаний. Каждый символ содержал в себе ключ к пониманию скрытых посланий, которые могли быть зашифрованы на стенах этой таинственной и загадочной пещеры.

Но если его записи всегда были упорядочены, как ноты в партитуре, то здесь символы сплетались в хаотичный узор, словно их вырезали в порыве ярости или отчаяния.

Каждый знак словно звал её, обещая разгадку. Кое-какие символы Алиса уже успела выучить наизусть, поэтому легко распознала знакомые очертания. Вира — символ пути, но перевёрнутый, будто предупреждающий о тупике. Орта — руна знания, но с трещиной посередине, словно истина здесь была искажена. Кель — защита, но её очертания напоминали скорее клетку.

"Если это действительно ранний язык... то зачем он здесь изображен? И кто оставил эти рисунки?"

Она прищурилась, пытаясь уловить закономерность. Возможно, здесь проводили древние обряды — но тогда где следы огня и ритуальные чаши? Если это пророчества, то почему они скрыты в пещере, а не высечены в посещаемом храме? А может... послание? Но, кому? И зачем вообще его прятать здесь?"

Её пальцы сами потянулись щелкнуть для вызова артефакта — привычный жест, просто чтобы активировать переводчик символов...

Но ее ладонь осталась пустой.

Алиса замерла.

"Где мой ноут?!"

Она мысленно дернула за связь с ним — привычное усилие, как протянуть руку в темноте к знакомому выключателю. Но в ответ — только пустота. Девушка вдруг неожиданно осознала, что не чувствует магию и не может призвать ее на помощь. Ни тепла, ни отклика, ни намёка на силу.

"Значит, здесь блокируют ауру. Или... высасывают энергию."

Взгляд автоматически скользнул вниз — и тут её настигло второе осознание.

“Даже переодеться не получится, - загрустила Алиса. - Сейчас однозначно кто-нибудь отчитает за неподобающий внешний вид. ”

Она ведь всё ещё была в купальнике.

Ярко, открытом, с золотыми блёстками, прекрасно подходящем для пляжной вечеринки... и абсолютно бесполезном в пещере, где каждый камень норовил оставить царапину.

"А я, вообще-то, не виновата, что весь день разгуливаю в купальнике. У меня выходной и должна быть веселая пляжная вечеринка с коктейлем у бассейна. Я вовсе не планировала оказаться в гостях у вселенского зла."

Алиса скрестила руки на груди — не столько от холода, сколько от возмущения.

"Понятно, ситуация - врагу не пожелаешь. Меня похитили прямо из портала наставника, что уже невежливо. Лишили артефакта - совсем грубо. И даже не удосужились прислать предварительное письмо-приглашение с рекомендациями по дресс-коду!"

Губы её дрогнули в озорной улыбке.

"Хранитель бы сейчас ахнул: 'Алиса, немедленно оденься, ты простудишься!' — и тут же наколдовал бы мне что-нибудь ужасно практичное и теплое. Шубу. Или, не дай боже, горнолыжный костюм — 'для лучшей терморегуляции в пещерных условиях'."

Мысленно она уже слышала голос наставника, полный преподавательского негодования: "Это не шутки! Здесь температура на десять градусов ниже оптимальной для нетренированного организма!"

"А Адриан..."

Тут её улыбка стала чуть шире.

"Адриан бы не стал ничего предпринимать. Он бы просто... смотрел. Без тени стеснения, как тогда в туманном зале после своего испытания. И краснел бы только тогда, когда я сама обращала на это внимание."

Сердце неожиданно сжалось — тёплое, назойливое чувство, от которого сразу хотелось либо смеяться, либо прятаться.

"Стоп. Сначала — выход. Потом — месть. А уж потом... потом можно будет устроить им обоим подробный разбор их 'реакций' на мой 'походный' наряд. - Мысленно Алиса уже представляла эту сцену во всех деталях. - Когда же наконец Хранитель перестанет считать меня несмышленым ребенком? Я ведь специально этот чертов купальник выбирала... - Она мысленно скривилась, вспоминая, как три часа примеряла разные модели перед зеркалом. - Хотя нет, пусть лучше так и думает. А то догадается, что я наряжалась для... для..."

Ее мысли резко переключились на Адриана, и щеки неожиданно вспыхнули.

"А этому повезло меньше - ему придется объяснять, что пялиться неприлично. И бессмысленно. Хотя... - В памяти всплыл тот самый момент, когда он смотрел на нее широко раскрытыми, по-детски восторженными глазами. - Хотя, если честно, в его взгляде было что-то... трогательное. Но это не значит, что я разрешаю!"

Она резко встряхнула головой, сгоняя набежавшую теплоту, словно пытаясь сбросить навязчивые мысли.

"Что со мной? Не время сейчас для этого! - Алиса даже слегка топнула босой ногой по холодному камню. - Хотя... если я сейчас замерзну и заболею, они оба будут виноваты. Особенно Хранитель - он же должен был все предвидеть!"

С этим утешительным выводом она наконец сосредоточила внимание на пещере, окидывая пространство оценивающим взглядом настоящей Хранительницы, а не смущенной девицы.

Руны определенно ключ к пониманию этого места, поэтому нужно запомнить узоры.

Тоннель — единственный путь.

Темнота?

Не проблема.

Она ведь не зря носила в волосах заколку со светящимся кристаллом...

Если артефакт заблокировали, значит, где-то есть источник подавления связи.

Надо просто найти и обезвредить.

"А ещё... если это мир Разрушителя, то где сам хозяин? Неужели так вежливо оставил меня 'освоиться' перед визитом?"

В воздухе повеяло холодком — не физическим, а тем, что пробегает по спине, когда понимаешь: за тобой наблюдают.

Но Алиса лишь подняла подбородок.

"Отлично. Значит, у меня есть зритель. Пора устроить шоу."

Она намеренно громко произнесла в пустоту:

— Если вы планируете стандартное злодейское 'муа-ха-ха, наконец-то ты в моих руках', предупреждаю — я страшно капризная пленница. Требую: Халат. Шелковый. Желательно чёрный, с вышивкой в виде красных драконов. Чай. С мёдом и мятой. Лично проверьте, чтобы не с ядом. И… жду ваших объяснений.

Тишина.

Ответом стал лишь новый порыв ледяного ветра — и далёкий, как эхо, смех.

"Ну хоть бы 'принесите ей этот чёртов халат' кто-нибудь крикнул..."

Но прежде чем она успела продолжить, из темноты раздался зловещий голос.

Тихий.

Голодный.

И явно обращенный к ней.

— Не волнуйся, прекрасная дева, — его голос звучал мягко, почти ласково, но за этой сладостью скрывалось что-то... зловещее. Как шёпот змеи перед укусом, — для ритуала смерти специальные одежды не потребуются. Все равны перед беспощадной мощью Разрушения.

Алиса медленно подняла бровь.

"Ну конечно. Типичный злодейский монолог. Хранитель хотя бы оригинальнее реплики придумывал."

— А, Разрушитель, привет. — Её голос звенел, как колокольчик, нарочито беззаботный. — За комплимент, конечно, спасибо. Но всё же приглашение на ритуалы надо присылать заранее, чтобы гости могли подготовиться и собраться. Хотя бы за неделю. А то я вот даже маникюр сделать не успела.

Она демонстративно разглядела свои ногти.

Тишина.

Разрушитель замер, будто не поверил своим ушам.

Её губы дрогнули в улыбке, но глаза оставались холодными

— Нельзя похищать девушек из чужого портала прямо в процессе перехода. Это очень невежливо. Гостья может обидеться. С таким подходом останешься совсем один, и ритуалы тебе проводить будет не с кем.

Стены пещеры содрогнулись, осыпаясь мелкими камешками.

— Угрожаешь мне, маленькая дрянь?! — его голос гремел, как землетрясение, словно крик тысячи умирающих звёзд, но Алиса лишь вздохнула, закатив глаза, будто устав от капризного ребёнка.

— Хам трамвайный!

"Неужели он всерьез рассчитывал, что я буду дрожать и молить о пощаде?”

После мира оборотней, где она забыла сама себя, после того полета с горки аквапарка в объятиях Хранителя, страх казался ей теперь чем-то... нелепым.

"Наставник всё равно скоро найдёт меня. А пока... пока можно и похулиганить."

Разрушитель рассверипел, Алиса поняла это, заметив, как тени вокруг завихрились, словно готовые наброситься.

— Предсказатель не мог ошибиться! — прошипел он. — Ты ещё не владеешь своей Силой! Ты даже не чувствуешь, как этот мир пожирает тебя!

Алиса посмотрела на свои руки — действительно, кончики пальцев слегка мерцали, будто растворяясь.

"Ого... Так вот почему артефакт не работает."

Но вместо паники её охватило лишь раздражение.

— Ой, ну вот, опять. — Она потрясла ладонями, будто стряхивая пыль. — Ты мог бы хотя бы предупредить, что здесь нельзя находиться без магической подпитки. Я бы взяла с собой пару запасных амулетов.

Разрушитель вздрогнул.

"Она... не боится?!"

Его планы рушились. Он рассчитывал на слёзы, на мольбы, на то, что похищенная им девица станет главным козырем против Хранителя. Но эта... эта девчонка вела себя так, будто они просто обсуждали нелетную погоду!

Воздух в пещере содрогнулся, будто сама реальность не выдерживала его присутствия.

Фиолетовый дым клубился, густой и тяжёлый, обволакивая каждый камень, каждую трещину в скале. Он жил — переливался, как яд, медленно формируя очертания фигуры.

И затем...

Тьма перед Алисой шевельнулась.

Не просто сгустилась, не просто стала плотнее — она ожила, приняв форму высокого мужчины в плаще, сотканном из самой ночи.

Он шагнул из тумана.

Разрушитель.

Появление Хозяина Хаоса в пещере было поистине величественным и одновременно пугающим.

Высокий, мощный, с кожей цвета ночного неба перед грозой, словно впитавшей в себя всю тьму и мрак окружающего мира. Два огромных рога, изогнутых и острых, возвышались над его головой, будто выкованные из обсидиана — отбрасывали на стены искажённые тени. Плащ, сотканный из самой тьмы, струился за его спиной, словно крылья падшего ангела. Молодой мужчина обладал мускулистым телосложением, подчеркивающим его физическую мощь и выносливость. На нем была одежда в восточном стиле, выполненная из тяжелых шелковых тканей глубокого фиолетового оттенка. На поясе висел кинжал с рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями, а на ногах – высокие сапоги из мягкой кожи. Глаза Хозяина Тьмы горели холодным стальным огнем, словно две мрачные бездны, способные поглотить любого, кто осмелится взглянуть в них. Его лицо было суровым и сосредоточенным, отражающим многовековую практику магии и власти.

Алиса медленно подняла голову, встречая его взгляд.

"Ну вот. Явился, не запылился."

Хранительница склонила голову набок, разглядывая его, как нелепый экспонат в музее.

Разрушитель замер.

Его пальцы дёрнулись — на мгновение Алиса увидела, как тени вокруг вскипают, готовые наброситься. Но...

Ничего не произошло.

"Он сдержался?"

— Ты... — его голос стал тише, но от этого только опаснее.

Алиса фыркнула.

— Ой, да ладно тебе. — Она картинно повела рукой, будто отмахиваясь от назойливой мухи. — Ты же сам знаешь, что если со мной что-то случится, Хранитель разнесёт твой мир в пыль. Да и тебя за компанию.

Разрушитель вздрогнул.

"Она права."

Его пальцы сжались в кулаки, но...

Но не ударил.

"Если она исчезнет — Хранитель уничтожит мироздание. Если умрёт — он разорвёт время. А если я её трону... он сделает и то, и другое."

Тени вокруг заволновались, как стая голодных псов. Надо было срочно провести ритуал привязки. Закрепить её здесь, подчинить своей воле...

— Ты думаешь, это шутка?! — голос Разрушителя взревел, сотрясая стены пещеры. — Ритуал нужно провести прямо сейчас. Немедленно!

Он шагнул вперёд, и плащ из тьмы вспыхнул вокруг него, как тёмное пламя.

— Ты будешь заперта в моём мире. Подчинена моей воле. — Его губы растянулись в оскале, но в глазах мелькнуло что-то... ненастоящее. Как трещина в маске.

"Ложь."

Мысль вспыхнула в голове Алисы ярче, чем его угрозы.

— Иначе... — прошипел он, стараясь сохранить спокойствие. — Без моей магической подпитки ты растворишься. И тогда...

"Он боится. Боится, что Хранитель скоро придёт. Вероятно, он уже не раз получал от наставника по шее... и всё равно вновь рискует."

Но вслух она лишь цокнула языком:

— Тогда шантажировать Хранителя тебе будет нечем, — её голос звенел, как разбитое стекло.

Разрушитель захрипел — то ли от ярости, то ли от недоумения.

"Как? Откуда она знает?"

Его глаза расширились — на миг в них мелькнул настоящий ужас.

"Я что... сам проболтался?"

Тут же его лицо исказилось яростью.

Он замахнулся — тени вскинулись, готовые разорвать её...

И замерли.

Его рука дрожала.

Губы дёрнулись в нервной усмешке.

— Ты смеешься над смертью? — его голос шипел, и каждый камень в пещере, казалось, вторил этому ядовитому шепоту. — Посмотри на себя!

Его пальцы нервно дёрнулись, он резко махнул рукой — и воздух перед Алисой взорвался иллюзией: её тело, медленно распадающееся на части, как песок сквозь пальцы.

“Что за безумная девчонка, почему она не боится за свою жизнь?!”

Ледяной голос эхом разносился по пещере:

— После этого ритуала он сам придёт ко мне, — прошипел Разрушитель. — На любых условиях. Ради того, чтобы быть рядом со своей... избранницей.

Алиса же почувствовала, как её щёки вспыхнули.

"Он... он надеется использовать меня против наставника? Значит, я... я Хранителю действительно небезразлична?"

Сердце ёкнуло, в души раслилось странное тёплое и приятное чувство.

Разрушитель презрительно скривился, заметив реакцию девушки - его фиолетовые губы растянулись в наглой усмешке.

— Хотя, конечно, не повезло ему с выбором. Ты вроде бы симпатичная... но характер у тебя никуда не годится. Хотя зеленому не привыкать - он по жизни подкаблучник.…

"Что?!"

Мысль ударила Алису, как обухом по голове.

"Он... он настолько хорошо знает Хранителя? Про его взаимоотношения? Про слабости?"

В голове мгновенно сложился план.

"Хмм... Надо разозлить его еще сильнее. Если он уже начал болтать — значит, в гневе выдаст всё, что знает. Ну и лопух мне попался в похитители... Такой уж точно не сможет навредить моему наставнику. А я заодно тут выведаю все его секреты."

Губы её растянулись в хитрой, почти кошачьей улыбке.

"Как удачно я в плен попала!"

Разрушитель нервно сжал кулаки — тени вокруг него заволновались, как вода перед штормом.

"Надо срочно провести ритуал привязки. Закрепить её здесь, пока она не..."

Но Алиса уже повернулась к нему спиной, будто полностью потеряв интерес. Её пальцы скользнули по древним рунам на стене, словно проверяя их на прочность.

— Кстати, а это твои каракули? — Она ткнула в особенно кривой символ. — Очень... экспрессивно. Но грамматика хромает. Хранитель бы тебя за такое отчитал.

Она даже прищурилась, изображая критический осмотр.

"Ну давай, взорвись. Расскажи мне все, что знаешь."

Разрушитель зарычал — звук, больше похожий на скрежет разрываемого металла. Тьма вокруг закипела, сгущаясь в острые, как бритва, когти. Камни под ногами Алисы задрожали, покрывшись паутиной трещин.

— Ты смеешь... критиковать меня?! — его голос гремел, сотрясая пещеру.

— А есть за что похвалить? — Она нарочно зевнула. — Думаешь, можно з