Александр Андросенко, Ольга Кравченко
Дорога в Ад

Пролог

2003 год

Юля следила из окна за собирающимся в дорогу мотоциклистом. Вот Артем проверил масло, выжал пару раз тормоз, завел мотор и резко, до рева, газанул. Он повернулся к сидящей на лавочке русой девчонке и позвал ее:

– Единорог готов, прынцесса! – и хлопнул по заднему сиденью. – Садись!

Маринка тоненько засмеялась и встала, а Артем убрал подножку и посмотрел в ЕЕ окно. Сердечко Юли, когда она встретилась взглядом с любимым, затрепетало, как птичка в клетке. Юноша улыбнулся и помахал ей, и девушка, не совладав с желанием, подняла руку в ответ, но тот уже отвернулся, сказал что-то спутнице и они громко засмеялись, явно над Юлей. Горячая, жгучая волна обиды захлестнула ее.

Марина поцеловала Артема в губы, они надели шлемы и, сев на мотоцикл, уехали.

Город несся им навстречу яркими огнями и сухим жаром разогретого за день асфальта. Марина обнимала своего мужчину за талию, прижимаясь к его спине. Его сильные руки крепко держали руль, привычно управляя тяжелым мотоциклом. В груди девушки все пело от счастья: сегодня она узнала, что ждет ребенка. И Артем этой новости обрадовался. С утра они поехали на дачу к родителям, чтобы сообщить замечательную новость. А вечером, несмотря на все уговоры остаться, поспешили домой.

Марине хотелось летать, она раскинула руки в стороны, и запела от счастья, Артем весело рассмеялся в ответ. Так и неслись по ночному шоссе, хохоча и радуясь.

Марина не сразу поняла, что ЭТО, когда увидела стоящее посреди дороги… существо. Липкий страх, мгновенно перешедший в ужас, заставил ее оцепенеть и издать вопль, леденящий душу.

– Ты чего? – прокричал Артем, повернувшись к ней.

Внезапно что-то черное, огромное преградило им путь, и мотоцикл, на полном ходу, врезался в преграду. Артем не удержался в седле и, перелетев через руль, врезался в высокий борт грузовика. Сквозь рокот мотора послышался звук удара, страшный хруст, и Артем безвольной куклой свалился на асфальт. Марину выбросило с дороги, она покатилась с высокой насыпи, увлекая за собой мелкие камни и песок. Стебли колючей придорожной травы царапали лицо и руки, комья земли больно били по спине, ребрам, груди. Последним, что она увидела, был хоровод из ярких звезд.

Потом, сквозь вязкое беспамятство, до неё доносились обрывки фраз и слов, которые не хотели складываться в единое целое, оставляя чувство пустоты и тревоги. Сколько времени это тянулось? Что такое время? Каково его значение? Все понятия утратили свой смысл. Но постепенно серое безмолвие отступило, и девушка смогла открыть глаза. Белый потолок, белые стены, назойливый писк возле головы. Заплаканное мамино лицо.

– Где Артем? – еле слышно прошептала девушка.

Мама вздрогнула, закусила губу, по её щекам побежали слезы:

– Мариночка, ты только не волнуйся… – начала она.

– Что с ним? – замирая от страха, переспросила девушка.

– Артем… его больше нет.

– А ребенок?

– Девочка моя, ты молодая, у тебя еще будут дети…

– Дети? Какие? У меня есть ребенок… Или уже нет?

Горе утраты и безысходность буквально затопили её.

– Нет, нет, нет! – закричала Марина и зарыдала.

***

– Малышка, что с тобой?

Теплые руки любимого вырвали её из ночного кошмара.

– Все хорошо, все хорошо…

– Артем, мне приснился такой страшный сон!

– Это всего лишь сон, его нет…

Теплые губы осушили слезы на глазах, а потом его ладони скользнули по талии, и тело отозвалось сладкой истомой. Марина жадно впилась в его губы поцелуем и подалась вперед, опрокидывая на спину. Оседлав Артема, она сама не успела заметить, как он стянул с нее ночнушку. .

– Не торопись… – прошептала она.

Его горячий живот, давил на лобок, пока он ласкал ее груди, и уже через минуту Марина сама была готова снова запрыгнуть на него, но Артем, как его и просили, не торопился. Соски вначале затвердели, а потом возбуждение ушло ниже, и она начала подталкивать его к себе и пытаться выбраться, но Артем никогда не понимал намеков.

– Я хочу тебя, любимый… – прошептала она. – Ну же…

Артем чуть отстранился, поднимаясь чуть выше. Марина раскрылась ему навстречу…

– А-а-а-а-а-а… – застонала она, когда его обжигающая плоть проникла в нее, и закинула ноги ему на плечи.

Артем положил руки ей на колени, придерживая, а Марина ладонями контролировала его движения бедер, не позволяя слишком спешить. Несмотря на это, оргазм накрыл ее практически сразу, а следом она почувствовала, как горячая струя жидкости взрывается где-то внутри нее. Любимый двигался до тех пор, пока последний из спазмов, сотрясавших Марину, затих, после чего обнял, примостившись рядом.

Потом она лежала на плече Артема и слушала его дыхание, вспоминая сон. Надо же присниться такому! Осторожно, стараясь не разбудить любимого, поднялась и пошла на кухню. За окном с деревьев облетали пожелтевшие листья, не яркие солнечные лучи пробивались сквозь облачную дымку.

А прямо в ее окно смотрела женщина. Смотрела зло, не отрываясь, и что-то говорила. Внезапно она вытянула в ее сторону руки, и Марина отпрянула от стекла и наткнулась на Артема.

– Любимая, – сказал он и вдруг… вспыхнул.

Под солнечными лучами лицо Артема заострилось, покрылось синими пятнами, кожа пожелтела и плотно обтянула череп с пустыми глазницами.

– Прощай, – произнес он уже истлевшими губами. Голос раздавался как будто у нее в голове.

Парень на глазах рассыпался прахом, а затем и он растаял от солнечного света.

И в этот момент Марина вспомнила все, что произошло после аварии и выписки из больницы. Как она жила все это время, привыкая к одиночеству, мечтая вновь хоть на минуту оказаться рядом с любимым. Как больно было от того, что потеряла его ребенка. А то, что пришло к ней, так было похоже на её Артема…

Глубоко внутри холодным комком возник и разросся ужас. Что за существо приходило к ней? Она что, сама, своими мыслями, вызвала Артема из небытия!? И что это за женщина, с ненавистью смотревшая в ее окно? Липкие руки паники крепко схватили Марину. Девушка вскрикнула, не зная, что делать и куда бежать, но потом ноги её подкосились. Удара головой о край подоконника она даже не почувствовала.

Мать нашла Марину лежащей без сознания. Скорая приехала на удивление быстро, девушку без лишних разговоров забрали в больницу, где продержали почти месяц. Первое время Марина не узнавала ни родных, ни знакомых. Несколько раз пыталась покончить с собой, но постепенно успокоилась и пошла на поправку. За время болезни она сильно похудела, в густых русых волосах засеребрилась седина. Знакомые поражались тому, насколько она изменилась. Пережитое оставило след не только во внешности. Общительная и веселая прежде, теперь она сторонилась людей.

А через восемь месяцев, родила ребенка. Малыш был крупный, и ее сразу повезли на кесарево и сделали общую анестезию. Сообщение врача о том, что сын умер при родах, Марина приняла спокойно. Молча отвернулась к стене и до выписки вставала только на процедуры и еду.

Глава 1. Благие намерения

"Тот, кто видел,

однажды тьму,

Никогда не поверит в свет…"

(Последнее испытание)

2003 год

Стоило мотоциклу увезти Артема и проклятую блондинистую сучку, как Юля бросилась на кровать, обняла подушку и расплакалась. Это было несправедливо! Маринка появилась так внезапно!

Юля никогда не бегала за парнями: красивая, умная, дочь богатых родителей, она знала себе цену, да и от кавалеров никогда отбоя не было. Но никто, кроме Артема, ей не нравился. На Новый год они замечательно пофлиртовали на дискотеке, но дальше поцелуя в щечку дело не пошло. Хотя Юля была бы не против… Но Артем относился к ней как к подруге… А потом появилась эта крашеная шлюха!

Юля взвыла в голос.

– Дура, какая же я дура, Боже! – шептала девушка.

Она помнила, как утешала себя: ничего, не первая и не последняя. Поиграется с ними, и вернется ко мне. Но сегодня они ее довели! Ведьма! Эта ведьма наверняка окрутила его приворотом!

Не мог любимый повестись на эту дешёвку!

Юля резко села на кровати. Слезы мгновенно высохли. Конечно! Артем раньше менял девчонок каждые две недели, а с этой уже три месяца! Точно, наколдовала!!!

Юля бросилась к компьютеру, полезла в интернет, и удивилась от обилия приворотных заклятий. Впрочем, читая их, 90% тут же отметались ей как наивные, но некоторые завораживали. Юля не понимала почему, но они казались ей… Правильными?

Она тут же кинулась читать отвороты… Но они показались ей слишком сложными. Половина требовала каких-нибудь предметов любимого, или его самого. Юля еще представляла, как она, допустим, напоит Артема березовым соком со своей кровью, но, скажем, сжечь волосы соперницы и пепел развеять над текущей водой, приговаривая: "Изыди!"Дичь какая-то.

Березовый сок с кровью казался более действенным, пусть это и всего лишь приворот, который, как утверждал автор, перебивает любой другой.

Незаметно для себя Юля заинтересовалась страничкой этого автора, оформленной в черно-бордовых тонах. Особенно информативным ей показался раздел "устранение соперниц". Но здесь везде требовалось либо что-нибудь принадлежащее этой самой сопернице, либо обращение к темным силам и соответствующая плата.

Под одним из заклятий была переписка в комментариях, где ясно указывалось, что платой в большинстве случаев является Живая кровь, и чем больше ты ее даешь, тем сильнее заклинание. Она сразу же загуглила "Живую кровь": добровольно отданная кровь, отданная из разреза на теле, сделанного самим заклинателем. Юлю передернуло: какая гадость!

Крови она не боялась, да и глупо учиться в медицинском, если боишься, но описание было жутковато. Как и сам ритуал. Впрочем… Это же просто игра. Ну разве можно поверить в то, что ритуал, вычитанный в интернете, реально устранит соперницу? Юлей руководила уже не злоба, а интерес. «Попробую, чем черт не шутит, пока Бог спит? – думала Юля. – Все лучше, чем сидеть и ждать, пока Артем все-таки ее бросит».

Она нарисовала пентаграмму на полу комнаты, поставила на концы ее лучей свечи, и произнесла:

– Дух, вызываю тебя. Приди, отведай моей крови! Приди, помоги в моих делах! Приди, отведай моей крови! Приди, помоги разлучницу свести! Приди, отведай моей крови! Живая кровь – Духу, помощь – мне! Дух, призываю тебя!

– Я тут, – раздался тихий, едва слышный голос за спиной, и Юля, завизжав, лишилась чувств.

***

Открыв глаза, Юля мгновенно села возле пентаграммы и затряслась, обхватив себя руками.

– Т-т-т-ты-ы к-к-к-то? – с трудом выговорила она.

Молодой, холеный мужчина, стоящий внутри пентаграммы, представился:

– Я тот, кого ты звала, Навий

– Т-т-т-тоест-т-ь это не шутка?

– Живая кровь – не шутка. Ты мне Живую кровь, – он облизнулся. – Я тебе помощь.

– А как ты уберешь Маринку?

– Это уже мое дело. Есть фото?

– Нет.

– Тогда представь ее. Максимально ярко.

Юля закрыла глаза и постаралась представить ненавистное лицо.

– Сойдет. Давай кровь, – он протянул ей нож.

Юля послушно взяла его, чиркнула по вене и зажмурившись от боли, протянула руку. Пентаграмма вспыхнула и исчезла, свечи погасли. Навий схватил ее – грубо, жадно, и, прильнув губами к руке, чтобы не пролить ни капли, принялся пить.

– Хватит! – Юля резко дернула руку через минуту, когда в голове начался неприятный звон.

Навий зло зарычал, не отпуская.

– Хватит!!! – она дернула сильнее и непроизвольно двинула второй рукой, с ножом, в его сторону.

– Ахрххххх! – он отпустил ее, отскочив в сторону, и посмотрел на нее безумными глазами, в которых, впрочем, быстро вернулся разум.

Он облизнулся, втянул ноздрями воздух, и сказал:

– Прости, это все Живая кровь. Она сводит с ума.

– Я просила отпустить дважды! Ты что, вампир?!

– Нет, не вампир. Прощай… – Навий развернулся.

– А Маринка?! – крикнула Юля в отчаянии.

– Жди. Все узнаешь. Ночью, – и Навий ушел в коридор.

Юля выбежала следом, но там уже никого не было. Она подняла руку и посмотрела на тонкий белесый шрам на запястье, из которого только что пили кровь. Ей это не почудилось.

***

Юля не находила себе места. Вначале от ожидания новостей, но она занялась уборкой и отвлеклась. Потом – от того, что произошло. Ближе к вечеру ей стало дурно – потеря крови все-таки была серьезная, и она уснула.

А утром ее разбудил стук в дверь.

– Юлька, это я, открывай! – громко позвала ее единственная подружка, Светка. – Ты новости слышала?

– Какие? – девушка запустила ее.

Светка забежала на кухню:

– Ты села бы, а то рухнешь! – Юля села, и она выпалила. – Артем разбился!

Юля побелела:

– Как разбился?

– Вот так! Насмерть!

– А Маринка? – Юля почувствовала, что теряет сознание.

– Еле откачали! Правда, у нее выкидыш случился! Представляешь! Э-э-эй, подруга, ты чего?

***

Пришла в себя Юля уже на кровати и оттолкнула флакончик с нашатырем.

– Ты чего пугаешь? – накинулась на нее подруга. – Еще бы чуть-чуть – и тыковкой точно на край табуретки попала!

– Отвали, и без тебя тошно, – Юля закусила губу, поджала ноги к животу и заплакала.

– Ой, гляньте, я полгорода проехала, чтобы с ней поделиться, а она нос воротит! – возмутилась Светка, но видя, что подруга плачет, смутилась. – Ну, ты чего, Юль? Жалко пацана, конечно… Но ты чего так расстроилась?

Девушка расплакалась еще сильнее.

– Ну, перестань, перестань… – обнимая ее, просила Светка. – Найдешь ты еще себе нормального, ты чего?

– Это я виновата! – начала оправдываться Юля. – Но я хотела всего-то, чтобы Маринка не мешала нам с Артемом! А он… – девушка завыла в голос.

– Кто – он? – Светка понизила голос. – Ты что, киллера наняла?! Совсем сдурела?!

– Какого киллера?! – разозлилась Юля. – Я отворот сделала! Я не хотела никого убивать!!!

Подруга долго вглядывалась ей в лицо, а потом расхохоталась:

– Ой, Юляшка, ты как чо скажешь, хоть стой, хоть падай! Ну при чем здесь отворот! Они в аварию попали!

В ответ Юля, уже понимая, что ничего рассказывать подруге не стоит, только громче зарыдала.

***

Светка убежала разносить новости по знакомым, а Юля еще долго сидела на кровати, обхватив колени руками, уставившись в одну точку и покачиваясь. Внутри была звенящая пустота. Артем погиб, а Маринка жива. Почему так получилось? Она ведь просто хотела, чтобы та не мешала ей с Артемом. Почему заговор не сработал? Почему дух обманул ее?

Шатаясь, Юля села за компьютер, и начала изучать тему снова. Потом собралась и пошла в городскую библиотеку. Через неделю она, наконец, поняла, где ошиблась. И ужаснулась. Ритуал, который она провела, был очень серьезным. Юля, по незнанию и спешке, нарушила все правила, какие только можно. То, что Навий не забрал себе ее душу, не убил, не сделал своей куклой-рабыней, а худо-бедно выполнил условия ритуала – было стечением обстоятельств. Скорее всего, дух надеялся, что Юля вызовет его еще не раз.

Юля готовилась ко второму сеансу почти месяц. Она крестилась в церкви и заменила все украшения на серебряные. Купила хороший стальной нож. Ела гематоген и восстановила самочувствие. И, наконец, смирилась с тем, что сделала. Но не простила. Ни Маринку, ни Навия.

Теперь она была готова задать вопросы духу. И потребовать ответы.

***

Пентаграмма с зажженными свечами посреди комнаты. Миска с небольшим количеством живой крови внутри. Юля в белом платье и с кинжалом – на коленях перед пентаграммой.

– Навий, вызываю тебя. Приди, отведай моей крови! Приди, помоги в моих делах! Приди, отведай моей крови! Приди, помоги разлучницу свести! Приди, отведай моей крови! Живая кровь – Навию, помощь – мне! Навий, призываю тебя! – начала читать заклятие Юля.

Она повторила его раз пятьдесят прежде, чем он появился. В этот раз Навий был меньше похож на человека. Черты лица, кажется, плыли, менялись. А может, она просто его более подробно рассмотрела. Было что-то звериное в том, как он схватил миску с кровью, выпил ее и принялся вылизывать. Как и в первый раз, безумие быстро отступило, и образ мужчины вернулся.

– Смотрю, ты усвоила урок, – он посмотрел на пентаграмму и поставил чашку на пол. – Я слушаю твою просьбу.

– Мне необходимы честные ответы на вопросы. Про ТУ ночь.

Мужчина усмехнулся:

– Какую ночь? Ты думаешь, ты единственная, кому я помог за этот месяц?

– В ту ночь, когда я вызвала тебя и приказала разлучить Маринку и Артема.

– Ах, в ту! Помню, было дело. Спрашивай.

– Почему ты убил Артема? – Юля почувствовала, как задрожал ее голос.

– Я его не убивал. Просто он не справился с управлением и врезался в грузовик. Я испугал, как ты и хотела, девчонку. Появляясь периодически, когда она была с Артемом, я намекал ей, что его надо бросить. В этом был план, – Навий улыбнулся уголком рта.

– Ты что, не понимал, что пугать мотоциклистов на дороге опасно?! – возмутилась Юля.

Навий принялся хохотать. Зло, издевательски, с каким-то безумием. Потом, резко осекшись, он зло проговорил:

– Ты вызвала меня для того, чтобы отсчитать, человечек? После того, как напоила меня кровью и выпустила из пентаграммы в своем жилище?

– Ты должен был сделать все, как я сказала! У нас был договор!

– Я мог вернуться к тебе ночью и превратить твою жизнь в маленький филиал ада, Юлия Викторовна Быстрова, – от того, как он произнес эти слова, девушку затрясло. – Но я не стал. Это ты убила своего Артема. Хотя он не был твоим. Своим заклятием ты разрушила счастье двух любящих людей, убила одного из них, и их не родившегося ребенка. Души их были прекрасны. Надеюсь, это знание тебе поможет жить дальше, – он мерзко ухмыльнулся. – Прощай.

Дух исчез прежде, чем Юля успела его остановить. С диким воплем ярости она схватила нож и воткнула его в пол.

– @баный черт, – прошептала она. – Ну, ты у меня попляшешь…

***

Юля старалась не думать о том, что произошло. Это было тяжело, мысли постоянно возвращались к Артему.

Иногда ей снился сон про то, что это она ехала с ним на мотоцикле и целовалась, а во время аварии они спаслись. Но Маринка все равно появлялась и уводила его. Он не ее даже во снах. Первое время она плакала, проснувшись, потом просто переворачивалась на другой бок и лежала, глядя в стену.

Девушка продолжала изучать заговоры в интернете, искала старые – максимально древние книги – в библиотеках. Делая перекрестные сопоставления старых и новых материалов, ей удалось собрать много фактов про духов, их природу, и их мир. А еще она нашла множество объявлений гадалок и колдуний, обещающих что угодно доверчивым кумушкам.

Каждые выходные она посещала их, часто – по несколько в день. Каждой она показывала фото Артема и просила сделать на него приворот. Лишь треть из них говорили, что он уже мертв. Первый раз это было настоящее потрясение: Юля поняла, что она не одна общалась с духами. Наблюдая за их повадками и заговорами, девушка вела дневник, куда записывала самые интересные, на ее взгляд.

Периодически она встречала Марину. Она всегда была с кем-то, ее водили под ручку, и, кажется, она была не в себе. Хоть какая-то радость. Юля очень надеялась, что мозги при аварии ей вышибло раз и навсегда.

***

Кроме колдуний и гадалок Юля столкнулась и с другими представителями профессий, смежных с потусторонним миром и силами. В первую очередь, ее очаровали Воины. Борцы с нечистью были самыми разными: приглашенные в ее дом мужчины, найденные по объявлениям, использовали и скандинавские руны, и святую воду с серебряными крестами, и обращения к древним русским богам, и даже буддистские символы веры. Было их немного, частенько они приезжали издалека, но все, как один, были крепкими, физически сильными мужчинами. Двое, едва зайдя в квартиру, заявляли, что так как она добровольно взывала силам тьмы, иметь дело с ней не будут. Юля не особо расстроилась. Остальные отработали – судя по всему, деньги были немаловажным фактором, но тоже не особо радовались общению с ней. Обязательным атрибутом этих встреч был отодвинутый в сторону ковер, осмотр невидимой пентаграммы и поворот головы в ее сторону.

Осуждение в их глазах она ненавидела, особенно после того, как один из них, по виду – молодой парень, схватил ее за запястье и осмотрел шрамы.

– Пропащая! – сказал он. – Навиты не отпустят тебя. Это знак, – он щелкнул пальцем по самому первому, едва заметному шраму. – Ты помечена им, он всегда знает где ты, всегда найдет к тебе дорогу. Он будет брать твою кровь. И ты не откажешь.

– Не надо мне тыкать! – Юля вырвала руку. – Я с тобой на брудершафт не пила.

Воин глянул ей в глаза:

– Да ты и не будешь с людьми-то уже наверное! На брудершафт-то!

– Почему же? – не поняла она.

– Значит, не было пока… – буркнул он, непонятно отведя взгляд. – Ну, тогда, может, что и получится. Не совсем пропала. Чего хочешь-то?

Юля рассказала, а Василий пообещал подумать, оставил телефон, и ушел.

Несмотря на осуждение во взгляде и голосе, властные замашки и бесцеремонное обращение, именно этот воин больше всего рассказал о том, что ей грозило и о том, что ее может ждать дальше. А еще… Он был похож на Артема. Сильный, большой, опасный. Юля знала – рано или поздно она позвонит ему. И расспросит, почему она не совсем пропащая. По крайней мере, она так думала.

Чем больше Юля узнавала про потусторонний мир, тем больше понимала, что ей повезло и при втором вызове духа. И, возможно, будет везти дальше. Если она будет осторожна. Если не будет лажать. Если будет слушать, учиться и запоминать.

***

Не было дня, чтобы Юля не вспомнила Артема. Не было колдуньи и гадалки, которую не спросила, как его вернуть. Она не знала, что это – любовь, одержимость или страсть, но из всех мужчин думала только о нем.

Может быть, это было запоздалое раскаяние? Не факт.

Юля была уверена, что больше не ошибется. Все было продумано до мелочей. Текст ритуала выучен. Живая кровь готова. Пентаграмма начерчена.

В час, когда прошло сто дней со смерти Артема, Юля зажгла свечи на углах пентаграммы, и, нараспев, начала повторять:

– Навий, вызываю тебя. Приди, отведай моей крови! Приди, помоги в моих делах! Приди, отведай моей крови! Приди, верни любимого любимой! Приди, отведай моей крови! Живая кровь – Навию, помощь – мне! Навий, призываю тебя!

Дух явился немедленно, угостился кровью, и повернулся к Юле:

– Твои слова услышаны, но душа твоего Артема не у меня.

– Ты выпил кровь, принял соглашение, – твердо ответила девушка.

– Да. Я выкуплю его. Но для этого нужно будет много больше, чем эта крошечная миска Живой крови.

– Говори, что именно.

– Ты согласна?

– Говори, что тебе будет нужно. Здесь и сейчас.

Дух зло облизнулся:

– А ты другая. Училась?

– А ты думал, я так и буду тебя с ручки кормить?

– Пять мисок Живой крови. Каждый день, начиная с завтрашнего.

– Две. Ты получил более, чем достаточно.

– Ты смеешь мне перечить?! – взъярился он. – Ты, человечек!? Та, чье имя и место в Яви мне известно?!

– Успокойся, дух! Я согласна. Пять мисок крови, – Юля почувствовала, как внутри все затряслось, но осталась невозмутимой. – Ты каждый раз будешь мне напоминать, как я обделалась при первом вызове?

– Пять мисок крови, каждый день, начиная с завтрашнего! – повторил Навий.

– Пять мисок крови, по одной в день, начиная с завтрашнего, – повторила Юля, показывая, что заметила обман.

Дух поморщился:

– Ладно… Жди, он придет, как только я договорюсь.

***

Навий встал колени перед могучим навитом и поцеловал его ступню.

– Говори, Дритар Далитерт. Зачем пожаловал в мою обитель? Шпионить, или по делу?

– По делу, владыка Могута, по делу!

– Слышал, слышал, "вернуть любимого любимой"?

– Так и есть, владыка!

– Такая забавная дурочка, – Могута фыркнул. – Ни ума, ни фантазии, ни внимания. Такую обмануть все равно, что забрать конфетку у ребенка.

– Да, владыка!

– Иди. Артема я выпущу. Плату включу в твой месячный оброк.

Навий, непрестанно кланяясь, покинул покои, но остался сторожить границу между мирами, в ожидании Артема.

Душу он увидел издалека, но направление его движения ему сразу не понравилось.

– Стоять! Ты куда собрался?! Тебе вон туда! – Он указал на Юлину пентаграмму.

– Нет. Хозяин сказал, мне к любимой, – ответил Артем.

– Правильно! Там, – Навий подтолкнул Артема к пентаграмме, – твоя любимая!

– Нет. Хозяин сказал – любимый к любимой. Моя любимая – там, – он указал на едва заметную звездочку на небе Нави. – Сказал, я могу быть с ней сегодня ночью.

– Вот чертов ублюдок! – похвалил Могуту бес. – Действительно ведь – как ребенка не обмануть!

Дух мерзко ухмыльнулся и, использовав энергию Живой крови, превратился в Артема.

***

Посреди пентаграммы появилась знакомая фигура Артема, парень стоял с закрытыми глазами, будто спал.

– Артем, – несмело позвала Юля.

– Юля? Любимая! Как я здесь оказался? – неуверенно спросил парень.

– Я так скучала! – девушка подбежала к Артему, не обращая внимания на вспыхнувшую и резко погасшую пентаграмму, и крепко прижалась к нему. Тело парня обжигало даже сквозь одежду. Юля прижалась губами к губам любимого. Он крепко обнял девушку, и, не давая отстраниться, пристально посмотрел ей в глаза. От этого взгляда земля под ногами зашаталась, ноги подогнулись, и только крепкие руки Артема не дали девушке упасть. Дикая, почти животная волна возбуждения поднялась из низа живота и захлестнула её с головой.

Юля с каким-то животным рычанием принялась срывать с парня одежду, её платью тоже досталось, сильные руки просто разорвали его пополам. Потом эти же руки легко, как пушинку, подхватили девушку и отнесли на диван, тут же в комнате. Ласки Артема были жесткими, почти грубыми, его руки жадно мяли грудь, шею, живот, оставляя небольшие царапины от ногтей, поцелуи обжигали почти до боли. Боль, как ни странно, только усиляла возбуждение, тело девушки будто само отдавалось во власть жестокого господина. Юля прошептала:

– Я хочу тебя!..

Артем молча развернул её спиной к себе, крепко обхватил руками за бедра и резко вошел. Девушка вскрикнула от боли и попыталась отстраниться, но парень не дал ей этого сделать. Он еще крепче сжал Юлю и притянул девушку к себе, буквально надевая на фаллос, огнем горящий внутри. Она закусила губу, чтобы не закричать, но она знала, что потеря девственности и боль – неразлучные спутники. А сейчас Юля поняла, что боль – еще и необходимая спутница возбуждение и наслаждения.

Увидев (а может, почувствовав) ее кровь, Артем, кажется, обезумел. Резкими и глубокими рывками он проникал в нее, выбивая из девушки вначале тихие охи, потом стоны, а потом… Юлю охватила невероятная волна острого наслаждения, от которой она буквально заплясала на члене любимого, пытаясь, продлить сладкий миг и достичь максимального экстаза… Оргазм накрыл ее внезапно, и она чуть не потеряла сознание от его резкого, грубого шлепка по ягодице и слов Артема:

– Надо же, какая горчая шлюшка сидит в такой холодной девке!

В изнеможении Юля упала на бок, расплывшись с безумной счастливой улыбке, но любимый не дал ей отдохнуть: перевернув на спину и подняв ее ноги вверх, снова вошел в нее и навалился сверху.

Юля потеряла счет времени и позам, в которых она кончала. Артем был ненасытен, и какие-то признаки утомления у него появились лишь под утро.

В косых лучах утреннего солнца он, вдруг, резко ускорился, грубо схватил ее руками за горло и принялся душить, от чего Юля (уже не раз получавшая от этого кайф), широко открыла глаза, понимая, что именно сейчас это случится, и она примет в себя награду этой безумной ночи – семя любимого, его продолжение, новую жизнь…

Он замер, глубоко проникнув в нее, и Юля почувствовала, как внутри толчками растекается что-то горячее… А лицо Артема поплыло, одновременно с этими толчками меняясь на мерзкую физиономию Навия. Девушка захрипела от ужаса, попыталась извернуться и толкнуть его в грудь и захрипела:

– Ты не Артем!!!

Дух навалился на нее, сильнее вжав в диван, не переставая душить, и поцеловал своими мерзкими губами:

– Да, – сказал он, глядя в постепенно закатывающиеся глаза Юли. – Живи теперь и с этим, человечек!

***

Юля пришла в себя резко, как будто ее включили. И так же резко на нее обрушились боль, слабость и – самое страшное – воспоминания.

Она закричала – зло, страшно, а потом разрыдалась от отчаяния. Встав, Юля, шатаясь и всхлипывая, побрела в ванную. Здесь, под струями горячей воды, смывающей пот и грязь, с истерзанного тела, она долго сидела, уставившись в слив и тупо наблюдая за уходящей водой.

Юля прибегла к уже привычной за последние месяцы практике – не думая о том, что произошло (все равно уже ничего не изменишь) она пыталась понять, где ошиблась. Текст вызова она взяла из древних книг и верила в него. Вопрос был в том, что она не решилась изменить его, оставив фразу "верни любимого к любимой", и теперь требовалось понять, кто ее обманул. Теоретически, Навий, принявший облик Артема, не мог считаться ее любимым. С другой стороны – если она считала его Артемом, а он – привязался к ней из-за живой крови, то условия договора соблюдены были практически буква в букву. Но… Дух обещал взять душу Артема у владельца. Если бы он действительно собирался обмануть ее сразу – зачем бы он об этом рассказывал?

И куда пропал настоящий Артем? Ушел к белобрысой шлюхе? Или его все-таки не освободили? Юля оделась и побежала к ее дому.

В нем горело только окно, и у него, глядя на подходящую Юлю, стояла Марина.

– Чего вылупилась?! – буркнула девушка, прекрасно понимая, что та ее не слышит. – Не видела измученной колдуньи?

И в этот момент за Мариной возник силуэт мужчины. Юля, вне себя от ярости, захлестнувшей ее, подняла руку, указывая на него, и безумно заорала:

– Ублюдок, я ненавижу тебя! Правильно ты сдох, сволочь! Изыдни, дух, проваливай в Навь навечно!!! Сдохни, тварь!!!

Марина отпрянула от окна, наткнулась на Артема, а тот вспыхнул адским пламенем и истлел.

Юля в исступлении орала что-то еще, размазывая по лицу слезы и кровь, неожиданно хлынувшую из носа, а Марина, на глазах которой сгорел дух, вдруг схватилась за рот и упала, исчезнув из окна.

Юля мгновенно заткнулась, и, ощущая звенящую пустоту вокруг, прошептала:

– Наконец-то… Может, и ты, сдохнешь, сука…

Она развернулась и, механически переставляя ноги, пошла домой. За ее спиной стали зажигаться окна, в которые выглядывали люди.

Глава 2. Жигулевск

THURISAZ

Тор – громовержец от зл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.