Игорь Маслиев
Экзотерический взгляд в прошлое

История 

Сие произведение не для широкого круга читателей, лишь только для тех, кто любит позднюю фантастику и виртуальную реальность

Дышу Руси историей,

Как дыханием девы юной

Благородной и чудной,

С великолепной материей.

Восхищает ее трагедия,

Восхищает жизни жажда,

Нового она – не чужда -

От истории до медиа.

Только вот удивлен немного

Высказыванием Карамзина мудрого

Что история государства оного

Повтор несовершенства вечного.

Тихо стонет земля,

Отряхаясь грехом,

Сиротливо луга

Поросли репяхом.

Да найдется ль рука

Да найдется ль душа?

Чтобы снова река

Свое русло нашла.

На взлете – птицей парила

И в падении – пришлым верила.

Все одно о любви говорила.

А сознание – доблестью мерила.

Как с похмелья мучает жажда -

Так рассудок потерян у бедного.

Оскверняет жизнь вражда –

Как от съеденного объедка вредного.

Как с похмелья болит головушка,

Ясность в рюмку скорее просится.

Истина – немой соловушка -

Толерантностью ныне покоится.

Дыша историей Родины,

Отчаянно ей кричу:

Не поддавайся соблазну «истины»,

Послушай-ка лучше притчу.

Высоко, высоко замахнулся.

А осилю ли силу сильную?

А поможет ли то моей Родине?

Попытаюсь – пока не рехнулся

И отмолю у Бога вольную -

Знать, судьбой уготовлено мне.

Ну, тогда понеслось и поехало,

В руку взял не тупой карандаш,

А перо, что в наследство приехало -

Провидением посланный раж.

В отражении прошлого видится

Боль, измена, обман и… война.

А у будущего из полости просится -

Величаво бессмертна она!

О, Россия, проснись зовом предков,

Что безграмотно твердили во тьме,

Обращая семейную ветку, -

Мудрость слова и дела – тесьме.

Разум русский в жестоком стеснении,

Не поверю, не будет роптать.

Воротится история в пении -

Нужно верить, надеется, ждать.

глава 1 Мысль

Приглянулась мне мысль разузнать про Исход -

Потянулся чредой информации ход.

И чем дальше пытался что-то понять,

Тем загадочней двигалось времечко вспять.

То таинственней строилась мысль чередой –

Пахло тихим селеньем, травой, резедой,

То насилие длилось, сплетаясь родством -

И с обманом, войною, татьбой-воровством.

Снова мирною жизнью повеял удел,

Богом, созданный мир – богател.

Тут страшнее приходит беда -

Гаснет чудное время, причем навсегда.

Любил послушать те рассказы

От ясных старцев, мудрецов.

Порой случались пересказы,

Как проповедь святых отцов.

Оттуда тянется, чуть тайно,

По-свойски выданный сюжет.

Теперь же верю – не случайно

Был предназначен ваш совет.

Мой верный старец был евреем,

Но охранял Закон Отца.

Считал достойным то трофеем -

С названьем – Истина Творца.

И жил он в наши времена,

Но, знаю точно, там он был…

Поскольку в памяти хранил

Тот образ жизни, знати имена.

Мой гид в историю – судьбой явился:

Как ожидаемая птица,

Как Менделееву таблица,

И Ньютону Закон приснился.

Так постоянным рассуждением

Об истине старой страны -

Мне послужило пробуждение

В познании ветхой старины.

Рассказ поведанный – пред Вами

Теперь его судите сами.

Познавший суть – познает власть,

Познавший власть, познает страсть,

Ведущую Пазузу в пасть.

Мой путешественник-наперсник,

Ведущий диалог с астралом,

Был попросту души наместник,

И проще, скрытых знаний вестник –

Эзотерическим каналом.

Он ведал мне, что жизнь – все крохи,

Что он пришел из той эпохи,

из той,

еще,

еще из той

Что был он прежде вещей веры –

Давным, давно из прошлой эры.

Когда сады цвели ордой,

Из той из эры Золотой.

Когда огнем людских идей

Обогатил мир Прометей.

Мир стал богаче,

Жизнь – легка.

Трудись – постель твоя мягка,

А в лени – бес или тем паче.

Из эры в эру приступив,

И тайну вечную хранив,

Он знал – Эратосфен Киренский

Был тоже посвящен в астрал.

И оппонент Платона – Аристотель

И вездесущий Каллимах

Имели доступ посетить обитель

И бездну тайн в огромных закромах.

Шли, молча в мир,

Беспутству – не мешали,

но только тайно помогали

лишь тем, где твердо знали,

их труд поможет провернуть скрижали

(а в рифму просится «едва ли»)

А в вечность – значится – кумир.

И так, я просвещен и истиной знаком.

Судьба моя – служить рассказчиком.

И вот,

Готовлю новый я Потоп.

Судите – сами

Произведение пред Вами.

глава 2 Проведение

История, воспев умело

Достоинства других времен,

Конечно, подтверждает смело

Пик достижения имен.

Когда плюсуется старанье

Счастливый труд, – тогда успех.

Но в достижении признанья -

Вослед плетется страшный грех.

Мы чудо чудное творили

Шесть тысяч лет тому назад.

Шумер, – с опаской говорили

Атланты, пряча гневный взгляд.

Мы жили честно,

И достаток нам твердо вечностью сулим,

Обосновавший город Ларак,

Наш легендарный Алулим.

Мы шли уверенно по жизни,

Букет науки был в руках.

И наши боги нас любили,

Мы чтили их – в том наш размах.

Друзьям-народам были рады

Совместный труд – был сверх награды.

Энки – владыка темных вод –

Слегка возвысил наш народ.

Наверное, это повлияло

На то, что кто-то шел, подняв забрало

На нас, а кто-то опустив

И низко знамя приспустив!

Мы жили бережно храня

Историю – итоги дня!

глава 3 Итог

И сердцу милая земля, и труд привычный,

И misir, рыба и вода – паек обычный,

И наш уклад по жизни – все равны,

И наши боги – управители страны.

И после славного труда

Шумера ждал Творец Зуда.

Мы славно жизнью наслаждались:

Летали в космос, возвращались.

Весь мир – эфир – шумеру дом.

Мы славно жили в доме том.

Секреты наши твердо чтились,

Оберегать их – не ленились.

Допущен в этот тайный свод –

Определенно – наш народ.

Секретов много.

В десять тысяч лет

Мы обогнали Ваш секрет.

Секрет из таинства земного.

Мы сеяли, пахали смело,

Строительство вели умело.

Трудились добро, не в испуг,

И, открывалось все вокруг.

Открыли двигатель, – что вечный -

Жизнь погрузилась в мир беспечный.

Так наслаждалась вся страна,

Да вдруг случилась война.

Не углядели, не успели,

Спастись от злого – не сумели.

Народ, который с нами жил,

Казался, право, Херувим.

Им доверяли, как себе,

Но тайны чтили и хранили.

И зря доверились судьбе.

Они нам долго подражали

И лицемерно уважали, да.

Мы бдительности – не теряли

В период культа Убейда!

Нам до всего хватало рук…

– Но верность – самый лучший друг, -

Наставник, светлый царь Урук,

Так говорил про узкий круг

Своих возлюбленных подруг,

Которым, как-то на испуг,

Забыв про ряд иных услуг,

Свершил ответственный каюк,

С учетом воровства наук,

Слова и дело – два собрата,

Как говорят дороже злата –

Тот уговор. В эпоху ту

Был демон Лилу и – Лилиту.

Пожалуй, все так получается,

Земля вокруг оси вращается,

С восходом следует закат,

С рассветом следует разврат

И за развратом – пустота.

Вот собственно и вся тропа.

Гордыня, зависть – есть порок,

Разврат и счастье – есть урок.

И нужно дать себе зарок –

В труде и мире лишь есть прок.

Мы бились разумом – не плотью:

«Наш светлый мир не победим».

Но кто-то: «Сладкой костью

Наш темный мир объединим».

И что? – Всему есть мера

И тайна тайная шумера,

Оберегаемая всем народом –

Украдена соседним родом.

Эфир! – то Божья единица,

В таблице быть ей не годится!

Таблица Судеб – божья сила –

В чужие когти угодила.

О боги! Счастью есть предел.

Богатый край наш захирел.

На смену доброте, достатку

Явилась жадность с ложью в хватку.

Конец, конец, конец! порядку.

Раскрыта тайна наших сил!

Но, как и кто всё допустил?

глава 4 Закат. Исход1

Отменный воздух тех времен

Был славной негой напоен

От Бога воздуха Энлиля –

Двуречье рога изобилия.

Особой тучности стада

Несла умелая природа.

Не резко крылись города

Под славным кровом небосвода.

В палящий солнцем день

Всегда найдется тень,

Где труженик, философ, путник

Устроит сам себе пикник.

Дороги – только скромный щебень -

Умело строены под слив,

Не страшен самый сильный ливень

Строитель так создал – себе же угодив.

Везде есть равновесие

И влага, духота,

Жара и плодородие

И одежды простота.

Тянулся день чредом обычным

И вечер отдыхом привычным,

А утро, так уж – сладкий мед.

Живет привычно весь народ.

Всего достаточно, когда в миру есть равновесие,

Когда престижным в обществе считается согласие,

Когда наказан тот, кто поощряет мракобесие

И почитаем тот, кто верен в божие сие.

И боги верили, и тайны открывали

Лишь тем, поскольку твердо знали,

Что тот народ не может тайно мстить,

Не может злобное окрест водить

И землю под собой сжигать и пустошить.

Парясь предутренним туманом,

Зеленой цветности трава

И пыль, приподнятая стадом –

Начало раннего труда.

Идут коровы с длинным рогом

В поля, к реке – чтоб долго жить.

А сливки, снятые народом –

Чтоб с ними вкусно кофе пить.

И масло на кусок намазать

И вкус Земли в себя вдыхать,

Трудиться мирно, так сказать,

В миру – трудиться, в неге – спать.

Но, на строку наложено перо,

Особой силы наделено оно.

Я не прощения у вас прошу,

А то, что слышится – пишу, пишу, пишу…

… Молчание – золото, – сказал работорговец, -

Сказал,… и срезал девочке язык, -

Теперь, о, милый мой уродец,

Для многих будешь закавык.

Иль закавыка, Да – Закавыка,

Тебя так буду называть.

В миру ты будешь зваться Гика,

Поскольку можешь то сказать.

И для народа будешь – мать.

Мать для народа, чье призванье?

Державный жрец нам в наказанье

Решил явить наш славный тыл –

Секрет соседу приоткрыл.

Как приоткрыл? – грешно деяние!

В повторе заклинанья эти -

Наш жрец попал в златые сети –

Гласит мифологически сказание.

Как не дружи с народом – другом,

Как ты ему не помогай,

Как ты его не почитай,

Он дружбу переедет плугом.

Тебя предаст он, так и знай.

К царю с утра Гику приводят

Прекрасно здесь ее чело -

Невинность светится с него.

Но под влиянием оно,

Ее умом здесь хороводят.

Насколько развито деяние –

Ей правит тайное деяние.

Поскольку жрец ее глазами

Ведет надзор других умами.

Чтоб, будто не давать народу

Открыть нечаянно дорогу,

Конечно, остальному сброду,

Дорогу – в услуженье Богу.

На равных, коль законы тьмы -

Теперь для нас они ясны.

И надо сдерживать народ.

Поскольку счастлив древний род.

А род, что рядом – он не счастлив,

Судьбою не обласкан он.

Хоть он, на самом деле, счастлив,

Но незнаком ему Закон.

Закон всемирного развития -

Не властен тот народ над ним.

(Закон и Бог – венец соития

И Богом вечным – не храним).

Готов вершить любой погром -

За тайну – уготовил он.

Все просчитал предатель жрец,

Введя в апартаменты Гику,

Притайно смерив, царственный венец,

Прилюдно – выглядел под стать святому лику.

Что Гика? – хороша собой!

Отменно смотрится ее младое тело.

Вот про таких мы говорим порой:

Да все при ней, все инструменты в дело.

Что царь – великий венценосный гений?

– Уже давно отшельником он был.

Влачил без спутницы свой тяжкий жребий,

Поскольку недоверчивым он слыл,

(Когда же узкий круг захоронил).

Секреты божьи самоличностно чтил.

А тут, о, чудо – красота, о, Гика!

Покорна, каковы ее глаза!

Вздохнула радостно дворная клика -

Нашлась царю немая, первой свежести лоза.

И, наша царская особа,

(Он небо поблагодарив),

Ударилась в разгулы неги,

Что он хранитель позабыв,

В небытие пошли забеги!

И жрец был здесь красноречив,

Оправдывая приличья теги.

И сведенья быстро потекли

В умы неглупого народа:

Вот тайнам силы пресекли

Успехи друга, – сверхнарода.

Успехи друга, так сказать,

Теперь мы будем твердо знать -

Что только тот бесстрашно смел,

Кто сохранить удел сумел!

Всему есть свой предел – лимит,

За ним наш Бог святой глядит.

За все прегрешные деянья

Не избежать нам наказанья!

Теперь секреты ковки злата,

Железа, прочего собрата –

Узнали «вечные» друзья,

На клятву кроткую плюя -

Презрели, благи узы брата.

Теперь презренные враги

Зажгли бранные очаги.

Почуяв силушку оружья,

Без изуверного потужья.

Делится смело начал мир…

А как же светлый царь кумир?

Особа царская в предании –

Не избежала наказания.

Царь всех времен был тайно сожжен

И скрытно в землю погребен.

Поскольку тайно был низложен -

В истории след затаен.

Наперсница младая Гика,

Как обещал продажный жрец,

Судьбой открыла свой ларец

И нареклась иудаика.

А что ж народ – богов любимец?

Шумеры, – в чем его вина?

– Пошли по миру, – проходимец, –

Теперь така ему цена.

Что было дальше – всяк известно

Потоп и Хаос жили тесно.

АнЗу – шторм-птица, вестник мглы

Крадет табличку судеб и судьбы.

Безвестно канул сей народ

Был честен тот известный род.

Хранил секрет не быстрый год,

Не уберег исходный свод.

Наука впредь, на все века –

Что Святость – это не река.

Как счастье бережно хранить –

Теперь тому уроком быть!

Цивилизации пришел конец.

Раздор и распри, наконец

Перевернули здешний мир.

Край оскудел, и прежний пир

Угас, пришла пора –

Нам убираться со двора.

АнЗу – шторм-птица – он – не вор.

Был с богом солнца уговор

Забрать секрет, в чем посвящен.

Позднее богом наречен.

глава 5 Лотос

И некогда прекрасный край,

Как тут словами не играй,

Повернут вспять к истокам жизни

И не видать в былой отчизне

Как прежде – светлого тепла –

Так ныне летопись вела.

Причина – слабость тыла -

Любовь богов к нему остыла.

Шумеры канули в века

Часть их – подземная река

Сокрыла их веселый нрав,

А часть скрестилась впопыхах.

Все это – беды и любовь

Немного освежило кровь

Вполне известного народа,

Что называется природа -

Живучесть вновь приобрела

И смысл другой тут обрела.

Другой народ образовался

Ума шумера, сил набрался,

А пуще – тайности глухой

И веры, что он – непростой.

А избранный кругом богами –

Тщеславие – поймите сами!

А жить так хочется в раю,

А не крутится – под юлу.

Разведчик нам донес, так знай, -

В дали, вон там, есть чудный край.

Нам нужно до него добраться

И прочно там обосноваться.

Мать Гика, собирай народ,

Скорей веди его вперед.

И счастье обретем мы в дали,

О чем Таро нам нагадали.

И некогда прекрасный край,

Прощай, прощай, прощай, прощай!

Теперь ответ без поз вальяжности -

Мы знаем цену национальности.

Отправился в путь далекий

Народ, с недавно, кареокий.

И в лучшей арбе – в виде трона -

Сидит прекрасная мадонна,

А рядом – тот предатель жрец,

Не сгинул язвенный хитрец.

В дороге он сознание чтил -

Легенду хитрую мудрил,

Что славных дел детей он вел,

От бед лихих друзей отвел.

Все думал, как бы лучше спеть -

Хозявам новым – од воспеть.

Так думал, а плебс давно себя корил,

В мученьях часть его почил.

Не раз дорогу осуждали,

Что в дальний край проход искали,

Людей теряли, голодали,

Без сил валились – так устали.

Тут взору приоткрылись дали.

Издалека, издалека

Виднелись дивные луга.

Так наипрошлые века

Встречали пришлые цуга.

Народ пришел, дошел в сомненьях,

Готовый снова полюбить

Открытый мир. Тот, что в гоненьях -

Из сердца вечно позабыть.

Пока же мы к мечте стремимся -

Все в обещаньях, все в делах.

Но только сбудется – мы мнимся -

А так ли все прекрасно? Ах!

И дружба забывается,

Когда мечта сбывается.

…Толи правда, толи быль,

Вырос во поле ковыль.

А по полю, в дальни дали

Весело и озорно

Жеребенок скачет издали,

Скачет издали, давно.

Пришел народ, как раз в то время -

Цвел Царский Лотос, две тысячи лет.

Цветом Белым светилось семя

И плодовит был его букет.

Укрылись боги в стране далекой,

АнЗу – шторм-птица, вестник мглы

К земле Нубии кареокой

Снесла с табличкою судьбы

Тот плод, что ярким богом Ра

В лиманах Нила возродился

И из шумерского нутра

В Египет скрытно превратился.

Теперь в миру представлен он

Избранник божий – фараон.

Посулы горнии он знал,

Эфиром смело управлял.

О боги – вам хвалебны речи!

Как вы хотите из далече

Направить в русло род людской

Где есть работа, есть покой.

Как вы свои Мудры-Законы

Привить хотите в рамках зоны,

Где есть порядок, есть устой,

Где справедливости постой.

Богов, скажу с предлогом про,

Что людям делают добро

И учат их мудрейшей пище –

Культуре, Знаниям – умище

Вот в чем, уж точно – не в войне,

В обмане – в этой стороне.

Когда веко соловкой льется,

Когда ребячий мир смеется.

Откуда взяться здесь тоске –

От жадности – не в далеке

От счастья она пасется

И скрыто алчностью зовется.

Оставлю этот скучный труд,

Хоть он и нужен, но не тут.

Народ пришел – здесь места много,

Прекрасна здешняя природа.

Все, все для счастья земного

И, для святого огорода.

Мы здесь! – ликует весь народ,

Лишь жрец тихонько козни вьет.

Что жрец живет две тыщи лет –

Пожалуй, в том и весь ответ.

Две тыщи лет – АнЗу – шторм-птица

Не позволял жрецу резвиться.

Три тыщи лет пошел черед

АнЗу – нашла другой народ.

Народ, что звался раньше Майя,

Но здесь история другая.

И Белый Лотос вдруг отцвел,

Оттенок синий приобрел.

А впрочем – больше голубой

С историей совсем другой.

глава 6

Исход2

Забыв Египет, фараона, прекрасный Нил, счастливый край,

АнЗу шторм-птица –

Веселится

С другим народом, строя рай.

Сценарий тот же, старый жрец,

Уже предчувствуя конец,

Не изменив своим желаньям,

И если верить постсказаньям,

Открыл дорогу вновь страданьям -

Что вечный – лишь народ один,

На деле – тайною храним

Их умный род –

Народ ведь счастливо живет.

Зачем жрецу здесь озорство,

А проще, просто – воровство?

И в этом, он ли виноват –

Эксперименты, во сто крат,

Проверить в жизни многий рад.

А вдруг найдется цвет-успех,

Вот будет радости для всех.

Мы станем лучшие герои –

Как некогда герои Трои

О нас восполнится молва,

Но только где, ну где она?

Беспечно тыщи лет проплыли

Их люди счастливо прожили.

Но нет, то в жизни все не так,

– Начни все заново, простак.

Пошли опять искать судьбину,

В дороге – не одну годину.

Пока в движении – свет: скрижали

Они в дороге повстречали.

И снова жди случайный ход –

Мы в мире избранный народ:

Нам больше всех достаток нужен

Поскольку мир для нас и сужен.

Для нас богатство, блажь и рай,

Для нас все, только подставляй.

Для вас же только остается,

Все, что дележкою зовется.

Искусно план свой жрец построил

Историю он удостоил

Жить в хаосе, к богам же он

Так и не был причислен.

Но Гика, лишь она народ любила

И в память вехам так решила:

Возглавит счастье только тот,

Кто равно с дружбою живет,

Кто дышит искренней любовью,

Кто в вере пишет правду кровью.

Не нужно строить где-то храм –

Отдельно взятым волостям.

И жить за счет других привольно

И говорить, – другим довольно!

Теперь понятно почему

На кару вечную ему -

За счастьем следует расплата

И испытанием оплата…

И делится святой народ

На тех, кто счастливо живет,

Ну и на тех, кто, без сомненья,

Измучен жаждой, вечной, мщенья.

Весомо сказано, как знать,

Но мне ли, смертному, решать,

Когда в делах вершить итог -

Кому на лавр, кому в чертог!

Проснись, о дивная краса!

Гика, ведь твой народ в опале

Как много вы в страданьях знали -

Откройте мутные глаза!

В слезах ты вряд найдешь сознанье,

В труде и деле, покаянии –

Вернется наш спокойный мир

И наш божественный кумир!

глава 7

Проснись народ и тот народ

Проснись, взгляни на мир очами

Любви и нежности. Жеод,

Сплоти холодными лучами

И стильной красотой

Весь род людской!

В далекий мир, далеких грез

Писать не буду страстными речами.

Прошу у Бога жизнь – без слез

С травой зеленой под ногами.

Что цвета радуги людей.

Прошу сейчас, нет веры в будущее.

Молитвой вторит соловей –

Прошу сейчас – лишь вера в настоящее.

Уходит прошлое, – все прах и пыль,

По полю стелется ковыль.

И жеребенок – вера в естество,

По жизни вечно движется оно.

Настань же день, покуда есть возможность!

Пока не всё, в всемирной правоте,

Мы поменяли, слово – в слово «сложность»,

Глаза закрыв в всемирной темноте.

«Мы – люди грешные Земли

Мы веры разной – дружно жить могли!», -

Так говорил, и не один, повеса!

Пока не приоткрылась, даже часть, завеса.

Что видим мы, – не верьте в чудеса!

Краса – то не краса, уж точно – не краса!

В России, русский, на иноземь не служит,

Все даже плохо, – все одно не тужит!

Придумал некто вновь вернуть все в старь,

Где русский дух, где Вера, Государь?

Хотим, чтобы история Руси была преславной!

И Вера русская была, и только православной!

Да братья все народы – спору нет!

Но русский – старший брат – вот в чем завет.

Просторов много на Земле – соблазнов, ликования, печали -

Все от того, что где-то прогадали.

Но люди, вспомните наследие скрижали –

Суетно жить – то правильно едвали.

Все можно танцевать: и Вальс, и Степ, и Твист,

Плясать, паясничать под свист.

В душе решенье греет тихий ход –

Мы будем танцевать под хоровод.

История Руси – нещадно бьется!

Пока ей оставаться Русью удается!

Пока она Россией остается -

Нам жить есть смысл – вот так это зовется!

В сомненьях наших – нет счастливого конца.

Наш кормчий знает много больше -

Что свет не только там, где есть оконца,

А где истории страны живется дольше.

Да, братец, были времена –

Когда за шапкой Мономаха

Стоял стеною свой народ –

Не жид, не немец,

прочий род,

И, даже: не казак, чеченец.

И тем продлить мы можем русский род!

Гика – женское имя, в переводе с шумера – Роза.

Жеод – соцветие минералов.

Урук – древний город в Шумере.

Убейда – эпоха культуры.

Зуда – творец.

Misir – кукуруза (др. нар.).

Энки – шумерское, «господин земли».

Алулим – первый царь шумеров.

Ларак – древнейший шумерский город.

Пазузу – страшный демон.

Рыжий пес

В дождливую пору, в те давнее время,

Мужчина с охоты волчат приволок.

Сперва всполошилось любимое племя,

Но мудрый, средь племени, здраво изрек:

– Мы ищем повсюду, чтоб стало нам легче

Бессменное бремя по жизни влачить,

Соратников, братьев по крови, да мало ли,

Кто будет племени верно служить

И помогать нам при ловкой охоте,

Отважно от недруга скот защищать,

Усердно сопутствовать дружной работе

И радостным лаем издали встречать!

Такая легенда, друзья, получилась –

Мудрец дальновидно судьбу преднарек

Беспечным щенятам. Что дальше случилось? -

Ответ самый верный для вас приберег.

Четыре щенка, этой волчьей породы,

Несли предначерченный Боженькой знак

( Плюс воли хозяина и Закона Природы)

Адама и Евы для многих собак:

Щенок, что смелее, в охрану подался,

А что пошустрее – охотой занялся,

А сильный – достался в подарок отцам –

Бродячим торговцам – свободным купцам.

А что же четвертый? – Он слыл всех умней,

Ему поручили стать другом детей;

А значит: учить, охранять и гулять –

Всё самое сложное выполнять.

Но он на судьбу никогда не бранился:

С детьми–сосунками как мамка возился,

Со старшими – прыгал-играл – не ленился,

Был терпелив и сердито не злился.

Так, почти до наших дней,

Слыл он нянькой для детей.

Что же дальше получалось?

– Шаг за шагом жизнь менялась…

( А, к чему нам эти враки,

Коль примчался Год Собаки?

Где здесь правда, где здесь ложь?

– Сразу вряд ли разберешь!..

Вот и хватит откровений –

Прямодушных изумлений!)

Все мы в этом мире тленны –

Лишь Закон творит Вселенной,

Право дело, чудеса!

Глянешь – дивная краса:

Вот денечки полетели,

Что там дни? – летят недели,

За неделями – года

Не вернутся никогда…

Век прошел, другой хромая

Все эпоху зазывая…

Глядь – и эра уж прошла –

Новая, знать, дверь нашла.*

Снова дни летят, недели:

То деревья зеленели,

То опять морозит нос –

Долгожданный Дед Мороз!

В очередь, без всякой драки,

Появился Год Собаки,

Огненной себя назвав,

Видимо…, на деле прав.

Слово, за слово,

Однако мы собаке путь творим,

Потому и говорим: «Заново и снова!..» -

Только в чем же здесь основа?

А основа в том, друзья,

Что собаку эту я

Вдруг в обличии дворняжки рыже-огненной узнал –

След её родни признал.

Первые три – путь открыли

Родословный – всех пород:

И ротвейлера и колли,

Борзых, гончих целый свод,

И больших, и супер сильных,

Умных, и декоративных;

У четвертой, значит, стал –

Всех отличный пьедестал.

Описать хочу я смело

(Правда, очень неумело),

Попытаюсь, постараюсь…

В общем, тут такое дело…

Так скажу, 20-й век

Приукрасил человек:

Мудрый атом покорил,

В новый космос дверь открыл,

Поколеньям путь менял –

Справно, плохо ль – сам не знал.

Вот теперь мы в новом веке

Словно приоткрыли веки

Ото сна, да Бог с судьбой,

Что устроена порой

Не зависимо от нас,

А как врачует Бога глас…

Некогда полезный пес

Нянькой детской службу нес.

Ныне же нужда пропала …

И живет он, как попало:

Мокнет, мерзнет и томится

Нудным голодом, и снится

Часто тот же самый сон,

Что, как прежде, нужен он.

И тогда с огромной скуки,

Испытав надежды муки,

Долго бродит, и слеза

Затуманит вдруг глаза:

Нет в его предназначении

Ни какого удивления -

Ни могуч и ни красив,

Ни мохнат и ни злобив.

( Скажем так, без кривотолку:

«Ото пса не будет толку…

Что же пользы от него -

Добрый? ну и что с того?»)

Что ж, закончить мне на том

Повесть о забытом друге?!

Но однажды, на досуге,

Путь лежал чрез детский дом.

( Сами знаете, детишки

Без родителей живут:

Ни игрушки и ни книжки

Не заменят им уют

Бывшего родного крова,

Потому не слышен снова

Откровенный детский смех

В пору радостных утех.)

Здесь не буду фанфаронить,

Чтобы вдруг не проронить

Важную для дела нить.

Значит так, свела судьбина

Одинокие сердца.

Золотая середина

Молвит духом мудреца:

«Кто же, глянув на дворняжку,

Вдруг на миг не загрустит, –

Скажет, – да, ей бедной тяжко…,

Но она же не грустит!

Что ей грусть, когда на воле

Столько страждущих друзей,

Одиноких (в бедной доле),

Просто взрослых и детей».

…Ну, раз так – гуляй, рванина!

Вместе с ней – и детский дом!

Раз приносит счастье псина –

Ну и ей же счастья в том!

Эх, рвану на груди рубашку:

Назову Новый Год –

Годом огненно-рыжей … дворняжки –

Самой лучшей из всех пород!!!

*знать – в значении: значит.

Наивность

Будь ты одинок, иль будь в делах

Озабочен шумною компанией,

Будь погрязшим по уши в грехах,

Будь ты пред всевышнем в покаянии.

Только, друг, на миг остановись

–Словно встретил давнего знакомого,

Встань на месте, круто развернись,

И, представь себе: все снова – заново.

Образ – этот хитрый чародей,

Отразив на память замысел,

Оказался поколеньем «сверх людей»

-Поголовно баснословный вымысел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.