Милена Завойчинская
Фею не драконить!

Глава 1

«Феечка, спаси! Прости, что подвел. Твой муж».

Я перечитала текст внезапно прилетевшего вестника второй раз. Потом третий. Аккуратно положила на стол перед собой, разгладила и откинулась на спинку стула.

Мне одной ничего не понятно или есть еще кто-то такой же?

– Мне нитиво ни панятно, – прочавкала Зараза.

– Я спросила вслух, да? – не отрывая глаз от записки, задала я вопрос.

– Да, Клари́сса. Ничего, что я по имени и на «ты»? – вполне миролюбиво добавила подобревшая после сытного ужина риа́та[1] Ланц. – Мне тоже ничего не понятно. Что случилось?

Я хмыкнула. Одним пальцем пододвинула послание к драконице, дождалась, пока она прочитает, и спросила:

– Ну, что скажете? Узнаете почерк?

– Узнаю, конечно. Но позвольте! Почему тебе пишет Э́дгар?!

– Ага! – выпрямилась я. – Так и думала, что это он! Вот поганец! Опять во что-то влип! Нет, но каков наглец!

– Так! Я ничего не понимаю! – побарабанила по столу пальцами свекровь. – Насколько я вижу, ты еще невинна. То есть брак не консуммирован. Публика видела тебя с И́рденом. Родня говорит, что на его запястье тоже активированный брачный браслет. Из чего делаю вывод, что этот… сын мой… дорогой… – с паузами, сдерживая эмоциональные эпитеты, размышляла она вслух. – Без родительского одобрения… Вот, в общем. Да?

– Н-ну-у-у… – ушла я от ответа.

– Ничего-ничего, Кларисса. Так вот. Так какого… гоблина тебе шлет письма Эдгар и подписывается мужем?! – рявкнула она, подрастеряв выдержку.

– Длакономать, ты не пелезывай. У нас плосто два длакономузя. Один тють-тють убезял. Я его пока не виделя. Длугой… холосый, доблый и с класивым хвостиком. Тока он тозе тють-тють улетель.

Свекровь начала звереть. В буквальном смысле. У нее началась непроизвольная трансформация. Пальцы удлинились и превратились в драконьи, по коже побежала чешуя, а челюсть начала выдвигаться вперед и наружу полезли клыки.

Вот только дракона в натуральную величину мне в кухне и не хватало.

Я быстро встала, вытащила из шкафа бутылку гномьего самогона, приобретенного совсем недавно с целью дезинфицировать порезы. И оттирать следы от клиентских собачек.

Так вот, выхватила я бутыль, быстро плеснула ее содержимого в стакан и сунула драконице в ладонь. Сжала ее пальцы обеими руками, чтобы она не выронила, помогла донести до рта и скомандовала:

– Пейте! Залпом!

Что характерно, она послушалась, влила в себя алкоголь и выпучила на меня глаза, забыв, как дышать. Пришлось подсказать:

– Дышите!

Риата Ланц вдохнула, выдохнула, и мы с Заразой едва успели нырнуть под стол, потому что дыхнула она струей огня.

– Вот это да-а-а… – прошептала горгулья, сидя вместе со мной на полу. – А я так не умею.

– Я тоже, – вздохнула я.

– Извините… – смущенно кашлянула драконица. – Кларисса, что это было?

– Гномий самогон, – любезно пояснила я, не предпринимая, впрочем, попытки выбраться наружу. Мало ли, вдруг там еще не все выгорело в дыхании.

– А если я выпью? – прошептала Зараза. – У миня тозе так полутиться?

Я покачала головой, и она повесила нос. Но тут же повеселела, потому что в принципе не умела грустить.

– Свекловь, а свекловь?

– Что? – спросила драконица и наклонилась к нам. Оценила увиденное и смущенно рассмеялась. – Выбирайтесь. Я уже все.

– Агась! – тут же выкарабкалась наружу нечисть и протянула лапки, просясь к драконице на руки. Естественно, та не устояла. Пристроила горгулью на коленях и начала гладить и чесать за ушком.

Я же была не столь быстрой и изящной, но тоже встала и узрела обуглившуюся стену напротив кухонного стола. Оценив ущерб, скастовала соответствующие заклинания чистоты, восстановления, очистки воздуха от гари. Возможно, потом придется подкрасить, но сейчас главное – убрать по максимуму, пока все свежее.

– Во всем виноваты гномы, – доверительно сообщила я драконице. – Не поверите, но все проблемы начинаются именно с их самогона.

Несколько смущенно покосившись на испорченную стену, она согласилась:

– Абсолютно с тобой согласна, Кларисса. Во всем виноваты гномы и их самогон. Но, пожалуй, я выпью еще немного.

– А мине? Это вкусня?

– Не-е-ет! Гадость ужасная, – погладив горгулью, ответила ей риата. И уже мне: – Да не стесняйся, феечка. Что уж… Наливай. Будем думать, куда опять вляпалось мое бестолковое дитя, чтоб ему… зефирки снились по ночам.

– Не любит зефир? – поинтересовалась я, плеснув самогон на донышки стаканов. Рюмок у меня нет.

– Ненавидит! Объелся в детстве. Залез в кладовую и уничтожил все припасы к большому празднованию. Несколько ящиков.

– Ого. Сочувствую вам.

– Да нет, я их люблю… Они мои дорогие мальчики. Но пороли мы Эдгара, определенно, мало… – задумчиво добавила она.

Мы выпили, закусили, и драконица велела:

– Рассказывай, бедное дитя. Что у тебя такого случилось, раз тебя угораздило спутаться с моими сыновьями? Явно же не от хорошей жизни. Приличные послушные девочки в такие неприятности, как замужество с моими близнецами, не попадают. И давай подробно. Кто из них все же твой почти муж?

– Вероятно, оба… – меланхолично протянула я и начала свой рассказ. – Во всем виноваты гномы. Именно из-за них все и началось… Разумеется, я не рассказала все-все подробности. Это уж чересчур. Но поведала о грандиозной пьянке после выпуска. О проспоренном пари. О двух неделях феей. И о сногсшибательной встрече на ступенях храма.

Прости, Эдгар, но ты сам виноват. Не был бы таким засранцем, не пришлось бы мне жаловаться на тебя твоей маме за стаканом самогона. Самогон, кстати, ничего так пошел. Хорошо.

К моменту описания нашего с Ирденом знакомства риата Ланц была уже весела и немного пьяна. Когда я пожаловалась, что с этим странным фейством магия порой ведет себя непозволительно своенравно, и поведала о заклинании стирки на постельные принадлежности… В общем, моя в некотором роде свекровь рыдала от смеха.

– Вот вы смеетесь, риата Лети́ция. А представляете, как все это глупо выглядело? – вздохнула я. – И я ему говорю, мол, ты почему, гад такой, разводиться не пришел? А он мне: «Ты кто?» Ну как так-то?! Мы на него охотились. Честно выследили. Вломились в особняк, влезли в окно на втором этаже. А он мало того, что голый спит, а потом голый же и бегает. Так еще и спрашивает собственную жену – ты кто?

– А-а-а-а! – почти взвыла от избытка чувств драконица, уронила лицо в ладони и снова расхохоталась. – Боги мои! Я больше не могу…

– Ну я ему и сказала. Что жена я его. А он не поверил. Нет, потом-то мы все выяснили… Пришлось поверить. Я же не одна была. У меня вон нечисть ручная. И орки. И топор с волшебной палочкой. А он совсем один и голый.

Риата Ланц протяжно застонала, смеяться она, похоже, уже и правда не могла.

Передохнув, она опять утерла слезы и спросила:

– Ну, и что же дальше? Что Ирден?

– А я ему тозе сказаля, сьто он нас музь. Ну воть туть он не устояль. Где узь плотив такой класоты. А я поплосила хвость иссе показать.

– Так я с мужем и познакомилась. Ведь тот, первый, в храме, оказался не настоящим мужем. Вряд ли Ирден ожидал такого двойного счастья в нашем с Заразой лице… – усмехнулась я.

– Тиво эта? Класивые у нась литики! Мы вообсе – огонь-дифтенки.

– Ы-ы-ы… – промычала дракономать и выпила самогоночки. Выдохнула. Закусила. И кивнула мне, чтобы я продолжала.

– Ну а потом мы все выяснили. И подтвердили намерения и брак. Ирден слова какие-то специальные говорил. А еще он слетал и познакомился с моими родственниками. Они, кстати, еще не знают о зяте… – Я кашлянула. – А с Ирденом мы вроде как на свидания ходим. Надо ведь познакомиться. Только он все время улетает куда-то. Дважды здесь ночевал в гостевой. И никак уходить не хотел. Пришлось его в окно выкинуть. Не его самого, а вещи его. Ну и самого вытолкать.

Про наше решение, что брак фиктивный и мы планируем через год все же развестись, я умолчала. Нет уж, пусть сам своей маме такое рассказывает. А я слишком трусливая для этого.

– Боги-и-и-и… – в очередной раз простонала сквозь смех свекровь. Подтащила к себе Заразу и поцеловала ту куда-то в лоб. Мне просто улыбнулась. И заявила: – Вы действительно обе просто огонь-девчонки. Добро пожаловать в семью. Эдгар, конечно, тот еще прохиндей. В очередной раз нашкодил, а расхлебывать приходится старшему брату. Но в этот раз выходка имеет приятные последствия. Клара, девочка, не расстраивайся, что свадьбы не было. Я сама свяжусь с твоей матерью, мы обсудим празднования и банкеты. Учитывая, что ты из другого государства, придется отметить дважды. У твоих. И у наших.

– А может, не надо? – шепотом спросила я, ужаснувшись и представив, что скажут мои родители. Муж-дракон… И я такая розовая. – Риата Летиция, давайте не надо, а? Я им пока даже не призналась, что почему-то не могу никак избавиться от личины феи. Ведь я человек, а не вот это вот все. И на самом-то деле я брюнетка. Совсем-совсем черноволосая.

– Глупости. Кем бы ты ни была раньше, сейчас ты фея. Я не знаю почему. Это вопросы к твоей фее-крестной, к ее подарку и к уточнению, принимаешь ли ты обременение. Насколько я поняла, обременение – это все в совокупности. Милая горгулья, дом, артефакты, которые подглядывают за нами весь вечер из комнаты, те оживленные розовые кусты. И твоя волшебная палочка. Ведь волшебство тебя слушается, да?

– Да.

– Ну вот, видишь? Все логично. Не была бы ты феей, не смогла бы управлять чарами фей. И ты приняла дар, согласилась со всеми условиями. Не могу ручаться, но все же уверена: именно так и произошло. Ах да! Еще, возможно, частично повлиял брачный браслет. Негодник Эдгар ведь надел его на руку феечке. Ты была в полной личине. А магия драконов тоже имеет свои законы и правила.

Я помолчала. Учитывая, сколько мы уже выпили, страшно мне не было. Ну фея. Ну розовенькая. Что уж теперь. Я как-то даже привыкла за это время.

– Как бы то ни было, Кларисса, а ты теперь наша. И надо что-то с твоими документами сделать. Ты вошла в нашу семью. Ты теперь Ланц. А вы продолжаете представляться Монками. Это обидно. Твоих родителей я беру на себя, как уже сказала. Слетаю, поговорим, познакомимся.

– Не давайте только им чешую с хвоста. Особенно моим братьям.

– Почему?

– Так некроманты…

Драконица усмехнулась. И я поняла, что каюк тем некромантам, которые попытаются добыть чешую с ее хвоста. Надо будет написать Жану-Луи и Леандру, чтобы держали себя в руках. И все же поделиться с родителями тем, что их любимая дочка теперь фея.

То-то порадуются… И про Заразу придется признаться. Что семейство Монков слегка увеличилось. На одну горгулью.

А еще надо отправить вестника Ирдену. И рассказать, что мы с его мамой полночи пили самогонку на кухне. И что мне пришлось рассказать о нашем браке.

Ах да!

– Риата Летиция, а что делать с Эдгаром?

– А что с ним?

– Не знаю. – Я подтолкнула к ней забытое послание с призывом о помощи.

– Ах это. Да влез в очередную историю, не знает, как выпутаться.

– Так его надо спасать? Немедленно?

– Нет, конечно. Кто же на ночь глядя отправляется спасать драконов? – хмыкнула дракономать. – К тому же это ведь Эдгар. Было бы что-то серьезное и опасное для жизни, написал бы брату или нам с отцом. А здесь наверняка очередная дикая и нелепая выходка с неприятными последствиями. Признаться своим стыдно, вот он и написал феечке. Причем, заметь, он даже имени твоего не знает. Но отправил вестник, ориентируясь на фейскую ауру, которую запомнил в храме. Паршивец маленький. И ведь не постеснялся подписаться мужем.

– А вдруг он тоже немножко муж? – спросила я.

– Все возможно, конечно, – задумчиво протянула она. – У драконов это раньше вполне практиковалось. И два мужа могло быть. И три. Или четыре жены. Но это было давно. Ты хочешь обоих моих мальчиков в мужья?

– Нет!!! – воскликнула я.

– Какая тюдесная идея. Я хотю.

– Нет!!!

– Хозяютька, согласяйся. Это зе скока длаконов в хозяйстве у нась будеть. Плигодяться.

– Нет!!!

Риата Ланц с улыбочкой слушала наши препирательства. А потом уточнила:

– Точно-точно не хочешь, Кларисса? А то я, как мать и старшая родственница, прямо сейчас могу провести обряд и соединить тебя узами и со вторым своим сыном. Эдгар дурной, признаю, но красавчик и весельчак.

– Спасибо, не надо, – насупилась я. – Я и с одним мужем еще не успела толком познакомиться.

– Но если передумаешь, дай знать. Я буду только рада пристроить наконец обоих своих обормотов в хорошие руки. – Она подмигнула мне и рассмеялась.

И я начала подозревать, что меня сейчас разыграли. Или нет? Или да? Так, надо искать информацию о драконах. И об орках. Бесят и те и другие.

– Так мы будем спасать Эдгара? – вернулась я все же к записке.

– Нет. Мы будем спать. Я остаюсь у вас на ночь. Милая Зараза, ты покажешь мне комнату? И, Кларисса, меня не нужно выкидывать в окно поутру. Я не муж, не скомпрометирую тебя.

– А Эдгар?

– Тоже пусть спит. А завтра я напишу мужу и отправлюсь знакомиться с новой родней в Эстари́н. А вы, девочки, ну… Если очень хотите, можете немного развлечься и попытаться помочь моему младшему сыну выпутаться без последствий из очередной глупой истории. Только можно мне сначала еще что-нибудь из еды? Я ужасно перенервничала сегодня. Есть хочу невыносимо.

В этом доме слишком много драконов, вот что я хочу сказать. И эти драконы слишком много едят. И самцы, и самки. Глядя на стройную подтянутую фигуру моей свекрови, никогда не догадаешься, что она может в одиночку съесть все, что ей дадут. Вообще все. А что сразу не дадут, найдет ночью и все равно съест. А утром будет извиняться.

Кажется, это у них семейное.

А мне снова надо пополнять запасы провианта.

Но до того, как лечь спать, я решила быть смелой. И отчаянной. И честной. Почти. В крови присутствовал гномий самогон, и он придавал храбрости.

Достала бумагу, перо и села писать признание родителям. Лучше уж пусть они узнают об ужасе от меня. Чем явится такая вот зубастая дракономать и осчастливит всех новостями.

Письмо никак не выходило. Я зачеркивала, писала заново, комкала и откидывала не удовлетворившее меня послание. Ведь не так-то просто признаться в том, что натворила.

Зараза наблюдала за моими потугами с интересом, даже взяла один скомканный лист, расправила и прочитала.

– Тиво, не полутяется?

– Нет, – вздохнула я, отшвырнула перо и отошла к окну.

– Лядна. Помогу узь, так и быть. Говоли, я записю.

– А ты умеешь писать? – удивилась я. Ну читать – это еще ладно.

– Обизяесь. Я гламотная и умняя. Слюсаю.

Она устроилась на столе над листом бумаги, сжав в когтистых пальчиках перо.

Я кивнула, набрала воздуха, отвернулась к окну и, глядя на звезды, начала каяться.

– Дорогие мои, у меня новости. Я приняла дар феи-крестной. Дом, дело, модный салон, несколько оживленных артефактов. Побочный эффект – фейство. Я теперь фея с розовыми волосами и умением управляться с волшебной палочкой и фейским волшебством. Также у меня есть питомица, тоже наследство фей. Милая карликовая горгулья Зараза, тоже розовая. Она приняла гражданство Кла́йдберриса вместе со мной и по документам – член нашего рода. А еще я вышла замуж за дракона. Того, который прилетал к вам. Его зовут Ирден Маркус Ланц. Он из огненных и очень сильный маг. Дед, ты будешь доволен. Драконов в нашем роду еще не было. Его мама скоро к вам прилетит знакомиться и договариваться о праздновании свадьбы. Мама, без фанатизма, пожалуйста! Я не хочу свадьбу, как у Мироге́нских. Это был сущий кошмар в розочках. Братики, не вздумайте пытаться добыть чешую из хвоста моей свекрови. Она опасна. И подпись поставь, Клара.

– Готовя, – сообщила Зараза и зашуршала, складывая листок в компактный маленький вестник. – Отплавляй.

– Спасибо, дорогая. Ты помогла. Когда не видишь, что пишешь, не так страшно.

Я активировала заклинание и запулила вестник, ориентируясь на папу. Он наверняка в это время еще работает и точно поймает послание.

– Да я васе холосая, – зевнула горгулья. – Посли спать.

Глава 2

Спали мы отлично. Крепко, сладко. Я даже не слышала, как риата Ланц добывала себе еще еду. Утром только обнаружила. Но не только это.

Весь ковер в комнате был завален вестниками от моих родичей. Они складывают бумагу немного по-разному, и я всегда могу отличить, кто отправитель.

– Нитиво сибе! Как они обладовались-то! – удивилась Зараза, слетела на пол и принялась бродить, переворачивая вестники.

Я сглотнула. Судя по количеству, они явно не обрадовались. Скорее обалдели от новостей.

Взяла ближайший и распечатала.

«Ты что пила, сестра? Забористое пойло, похоже». Этот оказался от младшего брата.

«Грандиозно! Кто – мы?» – интересовался дед.

«Свадьба? Мужья-драконы? И с кем ты туда вышла?» – спрашивала мама.

«Бедные орки. Ты утащила у них топор, Клара?» – уточнял средний братец.

Так как я спала и не отвечала, а вопросы множились, то мои родичи вестники отправляли и отправляли. Я читала их и осознавала, что вышло явное недопонимание, хотя я вроде все подробно объяснила.

– Зараза, а ты точно все написала? – уточнила я.

– Канесьна. А тиво?

– Вот я и пытаюсь понять – «тиво» происходит?

Наконец, мне попался вестник от папы. То ли он взял себя в руки, то ли просто решил дотошно во всем разобраться, но он приложил магическую копию моего послания.

Я ознакомилась, и у меня начал дергаться глаз. Корявыми буковками, но без единой грамматической ошибки, было выведено пальчиками горгульи:

«Родня, мы теперь настоящие розовые фейки. У нас есть дом, артефакты, топор и волшебная палочка. Мы вожди племени орков. Вышли замуж за дракона. Или даже за двух. Но это не точно. Дракономать прилетит, у нее большой хвост. Чешую не драть, а то сожрет. Свадьбу хотим без розочек. У нас есть свои, они обидятся и тоже всех сожрут. Клара и Зараза Монк».

– Зараза, что это? – едва сдерживая истерический смех, поинтересовалась я.

– Письмо. Ты так дольга диктоваля всякие нинузные слова. Я все колотко написала. Понятно зе, да? И пло фей, и пло топо́ль, и пло па́лотьку. Я дазе пло лозотьки сказаля, как ты хотеля.

– Грандиозно! – повторила я слова деда и все же расхохоталась.

– Тиво? Тиво такое? – забеспокоилась горгулья.

– Нитиво. Ты невероятная! – Я сгребла нечисть в охапку и несколько раз чмокнула в жутенькую клыкастую морду.

– Ой, ну узь плямо… Обслюнявила всю миня… Иссе в плавую сетьку тилуй, – повернула она голову, подставляя щеку. – Тиво бы ты без миня деляла-то? Совсемь такая у меня фейка малинькая иссе. Но холосая, нлависся мине сильна. И в левую сетьку тозе тьмокай…

Потискав свою питомицу, я прочитала все записки от семьи. Я как-то уже говорила, что Зараза умеет ошеломить. Даже в эпистолярном жанре ей это вполне удалось. Моя семья была в недоумении и изумлении. Из-за особенностей магии сильно они эмоции испытывать не способны. Пожалуй, только это и уберегло их от массовой истерии.

А так они обалдели, ничего не поняли, маются здоровым любопытством и дотошно все одновременно пытаются узнать детали.

Была у меня мыслишка снова дать вольную волю Заразе, чтобы она ответила на все эти послания, коли уж заварила эту кашу. Но представила, что может получиться, и решила пощадить нервы членов рода Монк.

Хотя-а-а-а…

Лукаво улыбнувшись, я написала один вестник на всех:

«Семья, у меня живет питомица – карликовая горгулья. Редчайший реликтовый экземпляр. Получила ее в дар вместе со всем остальным имуществом от феи-крестной. Вопросы о виде, цвете и особенностях этой горгульи – Леандру, он уже в курсе. Она вошла в наш род. Зовут Зараза. Прошлую записку писала она, на все ваши вопросы тоже ответит она. У меня много работы, совсем некогда. Целую, Клара.

Ах да, мужа-дракона зовут И́рден Ма́ркус Ланц. Дед, это старинный род огненных драконов из Клайдберриса. Скоро к вам прилетит его мама, риата Летиция Ланц».

– Зараза, читай, – дала я ей письмо.

– Ой, это тиво, я твой секлеталь будю? – всплеснула она лапками, ознакомившись с текстом.

– Если ты не против, конечно.

– Неть. Не плотив. Давно я письма не писаля, – радостно оскалилась нечисть. – Я потом позавтлакаю. Сейтяс посла я лаботать. Ой, скока дел, скока дел! Скока коллеспонденсии!

Я хихикнула. Запечатала вестник и отправила, ориентируясь на папину ауру. Остальные записки быстро разложила по стопкам. И рассказала Заразе, где от кого.

– Смотри, вот эти – от мамы, ее зовут Анти́лия Кэ́трин. Эти – от младшего брата, Жана-Луи́. Эти – от среднего, Леа́ндра. Эта стопка – от папы, он Теодо́р Лу́кас. Ну и вот тут – от дедушки. Риа́т[2] Доми́нго Хе́нрик Монк – глава нашего рода. Запомнила?

– Канесно. Иди, не мессай мине лаботать секлеталем. А написсю-ка я снатяла дедуське. Доминго Хенлик, сиссяс мы пообсяемся…

– Второму дедушке тоже надо будет написать, но потом. Познакомитесь еще, а пока поговори с Монками.

Маленькая нечисть потерла лапки и подтащила к себе стопку вестников от моего деда. Я прикрыла рот рукой, чтобы не выдать улыбку. Быстро перенастроила потоки так, чтобы ответы приходили сюда, к Заразе, а ее, соответственно, отправлялись к адресатам. Потом уж прочитаю все сразу.

Забрала еще несколько неопознанных и невскрытых посланий и ушла.

Спустившись на первый этаж, я обнаружила голодную, похмельную и грустную свекровь. Она лежала на диванчике в гостиной и вела неторопливые беседы с зеркалом и ширмой. Ширма хвалила, зеркало показывало реальность – помятое лицо и всклокоченную прическу.

В тот момент я еще не знала о ночных похождениях гостьи и наивно предложила позавтракать. Риата Ланц сдавленно булькнула и слегка позеленела. А потом сказала, что еды нет.

Еды действительно не было. Но так как я уже имела опыт общения с ее прожорливым отпрыском, то только вздохнула и направилась на улицу. Наверняка неподалеку крутится Се́ржик, вот его и отправлю за заказом.

И точно. Мальчуган был свободен в данную минуту, очень обрадовался подработке, спросил про Заразу… После чего получил монетку за свою помощь и бодро рванул в кафе по соседству. Я и сама могла, но Сержику приработок, а у меня вон родня драконья мучается с перепоя.

Пока ждала заказанный завтрак и заодно обед, заварила драконице травок от похмелья. Я все же не только маг-бытовик, но еще и зельевар и внучка аптекаря. Так что для меня это не проблема.

– Выпейте, – принесла я чашку в комнату, как только травы настоялись и сработало необходимое заклинание.

– Что там? – страдальчески вопросила риата Летиция.

– От похмелья. Вам полегчает сразу. У меня рука набита на такой отвар, я же только-только закончила обучение в академии. Парни постоянно просили. Боевики сами ничего не варят, им проще заплатить зельеварам или ведьмочкам.

Держась за голову, риата Ланц приняла сидячее положение и пригладила вздыбленные светлые волосы. Приняла у меня из рук чашку и вдохнула аромат. Помедлила и перечислила состав трав.

– Верно, – подтвердила я. – И стандартное заклинание.

– Спасибо, феечка. Что-то я вчера немного перебрала. Во всем виноваты гномы…

– Ужасные существа! – согласилась я и присела рядом, держа такую же чашку.

У меня похмелья не было, но почему бы не выпить за компанию? Вреда не будет, а польза и очищение организма все равно произойдет. Пусть и немного, но я все же вчера тоже пила самогон.

Вскоре прибыл посыльный с моим заказом. И мы вполне мирно поели с гостьей на кухне.

– Почему ты в столовой не накрываешь? – спросила ожившая и повеселевшая свекровь. – Да и вообще… Прислуга где? Кухарка?

– Прислуга пока не требуется. Поскольку магией все делается быстро, я сама поддерживаю чистоту. Уборка проблем не составляет. Столовая нам с горгульей не нужна. Работы много, пообедать и то не всегда удается. Какая уж тут сервировка в столовой? А кухарка… Я подумывала, но готовить здесь мне кажется неразумным. Будут запахи. В салоне модной одежды это не очень хорошо.

– Сама не готовишь совсем?

– Не умею, – развела я руками. – Дома у нас повара. В академии – столовая была. Мой максимум – заварить чай. Вот мама умеет, ее папа – простой аптекарь, она сама вела хозяйство до поступления в академию и замужества. А у меня не сложилось как-то.

– Не страшно, – улыбнулась драконица. – Я тоже совсем не умею готовить. И нет нужды учиться. Что ж… Спасибо за гостеприимство. Надо мне зайти к Ирдену в особняк, собраться в дорогу.

– У него там пусто. Он почему-то прислугу не нанимает. Говорит, что его подолгу нет, и поэтому там только сторож.

– Опять?! – возмутилась риата Летиция. – Но мне же нужно собраться в дорогу. Привести себя в порядок, купить вещи какие-то. Я ведь не могу в этом же костюме явиться к твоим родным.

– А вы без багажа прибыли? – осторожно уточнила я.

– Разумеется! Мне сообщили, что Ирден вышел в свет с некоей феей и что у них активированные брачные браслеты. Но при этом она не носит его фамилию, а представляется своей. Что я должна была думать?! Конечно, я сорвалась и сразу же полетела все разузнать.

– С костюмом я вам помогу, – задумчиво осмотрела я наряд свекрови, тот же, в котором она вчера прибыла. – У меня все же салон модной одежды. Мы сейчас вам быстро сотворим новый гардероб в дорогу.

– Точно! – оживилась женщина. – Ты же фея! Из-за этих ужасных гномов я все забыла.

Мы быстро прикинули необходимый минимум. Белье – надеть сразу и комплект с собой. Новый костюм (тоже брючный) и блуза. Ночная сорочка или пижама. Ну и приличное платье, в которое можно будет переодеться по прилете для знакомства с новой родней.

У меня оставалось немного времени до первого клиента, запланированного на сегодня. Так что мы с риатой Летицией вернулись в гостиную, и я позвала артефакты:

– Ребята, работаем! У нас час на то, чтобы собрать маму Ирдена в дорогу. Ленточка. Ширма. Зеркало, подумай, что лучше всего сядет по ее фигуре. Приступаем! Я пока принесу образцы тканей из тех, что у нас в достаточном количестве для срочного заказа.

Через час совершенно счастливая и очарованная свекровь дефилировала в новом костюме по гостиной, на диванчике лежали платье и белье в дорогу. И рядом комплект одежды, в которой она прибыла. Я все почистила и привела в порядок бытовой магией.

– Боги! Это умопомрачительно! Потрясающе! У меня нет слов, в каком я восторге! Клара, девочка моя! Это так волшебно и чудесно! А ты мне потом сотворишь новый гардероб? У меня прекрасная портниха, не скажу ничего плохого. Но таких вещей, которые шли бы мне настолько к фигуре, лицу и к моему характеру… Вы невероятные! Артефакты, вы такие молодцы!

– Спасибо, мы старались, – улыбнулась я. Мне и самой нравилось то, что получилось.

Но на высокую, статную женщину с длинными ногами и роскошной осанкой довольно просто подбирать фасоны. Чуть сложнее пришлось потом, когда она попросила зачаровать вещи так, чтобы они не рвались при обороте. Я этого не умела. Но помогли артефакты и волшебная палочка. Так что лететь риата Летиция планировала в новом наряде. А сменные вещи она уберет в зачарованную от непогоды сумку, которую понесет в лапах. Я уже ее изготовила по описанию: с крепкими длинными лямками, которые можно обмотать вокруг драконьих пальцев, и с хорошей застежкой, чтобы ничего не выпало.

– Ну все, мне пора! – заявила свекровь. – До Эстарина прилично лететь, хочу как можно быстрее познакомиться с новой родней. Клара, деточка, не скучай. Не вздумай помогать Эдгару. Этот… любимый мой сын… тот еще засранец, уж прости за прямоту. Как мать, я его очень люблю, но не могу не признать очевидного. Он всегда таким был и всегда таким останется. Не поддавайся на провокации. У него есть брат и отец, будет настоящая проблема – напишет им, они помогут и вытащат.

Я промолчала, но покосилась на стопку вестников, которые еще не успела распечатать. Уверена, среди них еще записки от Эдгара.

– Клара, ты меня поняла? – строго спросила драконица. – Не смей влезать в авантюру, которую опять заварил мой младший отпрыск. Жди возвращения Ирдена. Я надеюсь, к свадьбе вы все же консуммируете брак. И не станете затягивать с детишками.

– Может, не нужно все же свадьбы, а? – спросила я. – У нас все так нелепо вышло. И мы… И он… Я родителям вчера призналась про мужа-дракона и сообщила, что вы прилетите. Но все же… Это как-то все не по-настоящему. А давайте не надо?

– Вздор! Еще как надо! И что значит – не по-настоящему? Ирден произнес слова крови и магии, я дракон и это вижу. И брак у вас самый что ни на есть настоящий. Фамильные артефакты активированы. Ты замужем, детка.

Я помялась. Нет, все же не выдам наш с Ирденом уговор про фиктивный брак и грядущий развод. Потом сами все тихонечко сделаем.

– Удачно все сложилось. Лучше и не придумаешь! Мы с супругом давно уже подыскивали мальчикам приличных невест, не первый год сватали им хороших девушек, но никак не получалось довести их до помолвки. Эти прохвосты отчаянно бегали и ни в какую не соглашались. А тут раз, и прямо сразу готовенькая жена! Приличная девочка. Из хорошего рода. С приданым. С академическим образованием. Маг. Да еще и фея! И-де-аль-но! – хищно улыбнулась дракономать. – Нет уж, дорогая, теперь ты никуда не денешься, я лично за этим прослежу. Хоть одного сына пристроила, и то счастье!

Я сглотнула и на всякий случай отодвинулась. Риата Ланц мне нравится, хорошая женщина. Но немного пугает…

– Все, время! Где розовая прелесть?

– В спальне. Она переписывается с моими родными.

– Я сейчас с ней попрощаюсь и полечу. Не хочешь мне ее отдать, кстати? Я влюбилась в твою очаровательную горгулью.

– Нет, – улыбнулась я. – Мы с ней идем только в комплекте.

– Ну, ты уже наша, значит, и она тоже наша, – рассмеялась драконица и стремительно вышла из комнаты.

Глава 3

Я хотела последовать за ней, но тут позвонили в дверной колокольчик. Пришла первая клиентка на окончательную примерку, возможную подгонку и забрать готовый заказ.

Пришлось мне идти встречать. Провела риату в комнату, предложила присесть и, развлекая беседой, быстро упаковала вещи свекрови в сумку и поставила ту в кресло ближе к двери.

Мы успели с клиенткой светски обсудить новости и погоду. Я продемонстрировала ей заказанное платье и два маленьких костюмчика для собачки. И тут прозвучали быстрые шаги, и в гостиную заглянула драконица.

– Клара, дорогая, я полетела. Где мой багаж? А, вижу. Спасибо, милая. О, риата Монго́льц, рада вас видеть. Не знала, что вы тоже клиентка моей невестки.

– Не-ве… – проблеяла моя утренняя посетительница, округлив глаза.

– Да-да. Чудесно, не так ли? Мой старший сын, Ирден Маркус наконец-то женился. Как раз сейчас отправляюсь к родителям нашей милой Клариссы обговаривать празднование этого знаменательного события. Ах, эти молодые да шустрые! Все-то у них работа, все-то им некогда. Мол, им не до свадьбы. А как же банкет и веселье для родственников и друзей? Клара, милая, не скучай. Что-нибудь передать твоей маме?

– Нет, спасибо, – криво улыбнулась я, понимая, что теперь все столичные сплетни будут снова обо мне.

Только теперь уже никаких вопросов и догадок, свекровь сдала меня с потрохами. Теперь весь Бе́рриус будет знать, что фея замужем за драконом.

– Риата Монгольц, всего доброго. Передавайте дамам из кружка, что я кланялась. Навещу через пару недель, когда вернусь из Эстарина. Столько хлопот с этой свадьбой предстоит, – невозмутимо произнесла драконица.

– Да-а… – начала приходить в себя та.

Риата Ланц же сверкнула улыбкой, подхватила приготовленную для нее сумку и вышла на крыльцо. Я поспешила проводить, но успела только увидеть, как она шагнула с последней ступеньки крыльца, и тут же в небо рванула огромная сапфирово-синяя драконица. В когтях правой лапы она сжимала сумку.

– Так, говорите, риата Лети́ция Фердина́нда Ланц – ваша свекровь? – плотоядно улыбнулась любопытная клиентка, оказавшаяся за моей спиной.

– Да, риата Монгольц, – досчитав мысленно до десяти, ответила я.

Чтоб свекрови моей… облачка в пути не мешали… Вот зачем она все рассказала? Мы же с Ирденом хотели все скрыть.

Надо написать мужу дорогому. «Обрадовать» новостями. Надеюсь, он там от «счастья» хвост не отбросит, а то Зараза расстроится. Для нее хвост – это прямо фети́ш какой-то. Ауру Ирдена я запомнила, надеюсь, вестник дойдет без проблем.

И как выдастся свободная минутка, ознакомлюсь, что там еще понаписал Эдгар. Чтобы ему тоже… икалось от счастья. Горгулью ему в печенку!

Все же Моника как напророчила с этим ругательством. И драконов вокруг меня теперь в избытке, и горгулья имеется. Причем как раз подходящего размера…

Возможность вернуться к корреспонденции появилась только к ночи. Весь день творился сущий кавардак и столпотворение. У меня и так-то плотная запись, многие приходили забрать уже готовые заказы. Но сплетня о моем родстве с семейством Ланц разнеслась как лесной пожар. Полагаю, как только риата Монгольц вышла из моего салона, первое, что она сделала, – это бросилась оповещать о сногсшибательной новости всех своих знакомых.

Кошмар какой-то!

К вечеру я ненавидела всех. Вот вообще всех! А особенно драконов. Эти чешуйчатые прохвосты… хм… хвостатые, вся семейка один другого стоит.

Эдгар обдурил меня, наивную дуреху, и я оказалась замужем без обещанного развода. Ирден, такой любезный и милый, признаю́, заморочил голову. И я опять же оказалась замужем, но уже по-настоящему. Пусть и с уговором о фиктивности. Но этого мало, он еще и засветил наш брак перед посторонними. И риата Летиция. Ворвалась как тайфун, чуть не устроила пожар, втерлась ко мне в доверие, вынудила признаться семье о замужестве и рассказала посторонним о том, что я ее невестка.

Это какой-то драконий произвол!

Я кипела от негодования и недоумевала: почему я такая бестолковая? И как умудрилась во все это вляпаться?! Плакат написать, что ли? Большими такими буквами: «Фею не драконить!» Интересно, поможет?

Зараза весь день просидела в спальне. Она предприняла попытку спуститься и пообедать на кухне, но быстро осознала, что не стоило этого делать. Так что хитрая нечисть мгновенно удрала обратно наверх. После чего вылетела из окна второго этажа, через открытое окно кухни тайком пробралась внутрь и утащила себе обед. Но я об этом узнала лишь вечером, обнаружив остатки пиршества. Правда, зная, что я буду ругаться, если она сильно насвинячит, горгулья сделала несколько ходок. И притащила помимо еды большой поднос и тарелку. На пол она, конечно, все равно изрядно накрошила, но все же я оценила ее попытку кушать аккуратно и не мусорить за пределами подноса.

– Струсила, да? – спросила я ее, без сил падая на кровать на спину и раскидывая руки. Буду лежать как морская звезда, пока не очухаюсь. – Бросила меня одну на растерзание этим… любопытным.

– Пласти, хозяютька, – ничуть не устыдилась Зараза и прилезла за порцией ласки. – Но я маинькая, а их многа. И они все сюмят, сюмят…

– Да уж, шумят.

Я прикрыла глаза. Надо бы поесть, принять ванну и прочитать записки Эдгара, которые продолжали поступать весь день. Видно, приперло его там основательно.

– Кусять хотись?

– Хочу, – пробормотала я, не открывая глаз.

– Я сейтяс.

Горгулья спорхнула с моего живота. Что-то зашуршало, зашелестело, пахнуло сыром и копченым мясом. В следующую минуту я почувствовала, как маленькие, но необычайно сильные лапки приподнимают мою голову и подсовывают под нее подушечки одну за другой.

Пришлось предпринять усилие и немного приподняться, чтобы Заразе было легче.

– Кусяй. Ты зь моя холесяя, – засюсюкала нечисть, словно я ребенок. И в мои губы ткнулся кусочек буженины.

Я улыбнулась и позволила себя покормить. Почему нет? Горгулье приятно о ком-то заботиться. Она же совсем домашняя и милая. А мне приятно, когда она проявляет эту свою заботу в мой адрес.

Скормив мне все нарезанные ломтики сыра и мяса, она спросила:

– Ну тиво? Холосе тепель? Или иссе?

– Хорошо. Спасибо, дружочек мой. – Я погладила ее по спинке, притянула к себе и чмокнула.

– Да лядно узь, – застеснялась она. – Новости лассказивать?

– Конечно! Как прошло общение с моими родными?

– Ой. Знаись… Они стланные. Некламанты все такие?

– Какие?

– Дотосьные. Я зе им колотко и тетко тиво-то говолю. А они такие настойсивые! И спласывают, и спласывают. Дедуська у тебя стлогий. Такой, плямо – ух! Плямо как мой. Мой дедуська злюка быль. Его все боялисся. Но он потом тють-тють вымел.

– Что вымел?

– У́мель.

– Не поняла. Что-то особенное уме́л?

– Да нет зе. Не уме́л, а у́мель. Ну, мы – ледкий вымелсый вид. Вот он – вымел.

– А! Поняла. Вымер. Продолжай.

– Ну и все. А потом дедуська Хенлик написяль, сьто я настоясяя Монк и это холосо. И сьто ты молодесь. Потомуста устлоила сумаседсее, невелоятное и гландиозное сумасблодство. Воть. И иссе добавиль, сьто здет миня в гости. И сьтобы я заботиляся о тебе. А я и так заботюся, ты зе моя фейка.

– А что мама с папой? И пожалуйста, постарайся говорить четче, а то я не сразу все слова понимаю.

– А, эти ниссе так, – проигнорировала она в очередной раз мою просьбу перестать коверкать речь. – Милые. Спласывали, холосо ли ты кусаесь. И пледлагали закопать длакона, если он тебя обизяет. Но я им сказала, сьто у нас длакон холосый. Мама твоя спласывала, плислать ли тебе длагосенности. Я сказяла, сьто нинада. И сьто нас хвостатый музь тебе узе натял далить свои собстьвенные сокловисся.

– А братья как?

Зараза помолчала, а потом хихикнула. Это было неожиданно и странно. Хихикающую нечисть мне не доводилось видеть раньше.

А горгулья продолжала веселиться, даже морду лапкой прикрыла. Я ждала, с улыбкой наблюдая за ней.

– Холосие. Но смесьные. Хотять миня себе. Совелсенно сельезно пледлагали кутю взяток, сьтобы я к ним пелеехала.

– Та-а-ак! Сманивали, паршивцы?! – возмутилась я.

– Тють-тють. Обисяли нотью на кладбиссе плигласить и показать упыля и нетисть.

– Они спятили? – растерялась я. – Зачем приглашать тебя на кладбище и обещать показать упыря и нечисть?!

– Интелесно зе.

Я моргнула, а потом рассмеялась. Горгулья захихикала еще сильнее, а потом призналась:

– Я зе тозе нетисть. Хотю на длугую посмотлеть. И я упыля никада не виделя. И зомби. Блатики сказали, у вас есть зомби и они слузят. Хотю зомби! Давай заведемь?

– Не надо, Зараза. Они частенько плохо пахнут и совсем неживые. Это грустно, особенно когда поднимают кого-то из прежних слуг, которых хорошо помнишь за долгие годы службы. Это всегда по их желанию и просьбе, но все же… Мы с тобой лучше как-нибудь без них, сами. Или заведем живых помощников.

Чуть позже, когда я отдохнула и пришла в себя, прочитала переписку горгульи с моим семейством. Посмеялась. Потому что писала Зараза в том же духе, что и самое первое послание. Это вызывало вполне закономерную оторопь и множество вопросов.

Но судя по всему, всем было весело. Чувствовалось, что даже дедушка начал получать удовольствие от происходящего. Раз уж не пожалел времени на столь долгий обмен вестниками. Да и папа. Обычно они всегда сильно заняты, и не так-то просто добиться от них нормального общения. Им вечно некогда, поэтому предпочитают короткие фразы и максимально сжатые послания.

Братья же мои были в полнейшем восторге, чего и не скрывали. Леандр-то уже знал о моей горгулье и сейчас просто был доволен прямым общением. А Жан-Луи наверняка высказал брату за то, что тот не рассказал о моей питомице раньше, и отрывался сейчас в переписке. И таки да, эти охламоны, пользуясь возможностью, пытались сманить мою реликтовую и уникальную горгулью. Не удивлюсь, если они и дальше продолжат общаться с Заразой, уже минуя меня.

Прочитав все, зарядившись дозой позитива, я все же нашла в себе силы встать, принять ванну, переодеться в халат и тапочки и спуститься в кухню. Надо поесть горячего и выпить чая. И туда же перенесла всю стопку посланий от Эдгара.

Мы с Заразой поели тушеного мяса, которое я подогрела, закусили пирожными с чаем.

– Ну тиво, плиступаем? – нетерпеливо перебирала лапами горгулья. – Тиво писет нась втолой музь?

– Да, приступаем. Что же он нам там пишет?

Писал Эдгар Флавио Ланц много.

«Феечка, спаси! Ты получила послание? Твой муж».

«Феечка, это же я. Муж. Спаси!»

«Ты меня спасать будешь?! Муж».

«Не понимаю. Вестники до тебя дошли. Фея, отзовись. Муж».

«Феечка, ты помнишь, что у тебя есть муж? Спаси меня».

«Пишет твой муж. Помнишь, в храме? Я же с тобой браслетами обменялся. У меня неприятности».

«Фея, да отзовись же ты? Как там тебя зовут?»

«Прости, вспылил. Мне стыдно, но я не помню твое имя. Но мы же поженились, да? Ты не забыла?»

«Феечка, ну же! Я риат Ланц. Помнишь? В храме же жрец провел обряд. Ты согласилась стать женой».

«Фея, чтоб ты не хворала! Отзовись! Как твое имя? Я не могу ругаться с женой, имени которой не помню».

«Прости-прости. Я опять вспылил. Но почему ты не отвечаешь? Я ведь муж, меня надо выручить».

«Феечка, ну пожалуйста! Я неправ, не стоило тебе грубить. Но мне очень нужна помощь жены. А ты ведь жена. Вспомни: Эстарин, столица, храм и я – симпатичный голубоглазый блондин. Вспомнила? Там орки еще были. Ну же! Не могла ведь ты совсем выбросить это из головы, хотя и фея. Риат Ланц».

«Феечка, ну вы же добрые и милые. Не веди себя как злобная обидчивая драконица. Да, я обещал развод через неделю. Подвел. Ну не сердись. Спаси меня еще разочек, а? Что тебе стоит открыть портал, как умеют только феи, и вытащить меня отсюда?»

«Ну ладно, разрешаю себя наказать и даже поколотить. Как же тебя зовут-то, а? Только вытащи меня отсюда. Я не готов жениться снова. От орчанки едва ноги унес, ты выручила. Спаси мужа!»

Я с выражением зачитывала послания вслух и веселилась. Нет, ну каков наглец! Что характерно, он не называл свое имя, но и не жульничал в этот раз, не прикрывался именем брата.

– Ну, что думаешь? – со смешком спросила я Заразу, отложив последнего вестника.

– Вляпалься, хвостатый. Хитлый зук.

– Это точно. Хоть и не жук, но хитрый хвостатый. Спасать не будем?

– Неть. Он лугаеться на фею. А так низзя. И имени не помнит. А самь зенился. Фу таким быть, плохой длаконь.

Я прыснула от смеха. Вот уж точно – дла-конь.

– На самом-то деле я в любом случае не смогу ему ничем помочь. Он рассчитывает, что я открою к нему портал, как это делают феи. Ну ты знаешь, разрыв пространства. А я так не умею. Я ведь не настоящая фея, мне такие чары не подвластны.

– Тиво эта? Мозесь ты все. Плосто не тлениловалась. Ты ведь моя феитька. Завтла, хотись, потленилуемся? Тока нам нузьна к молю уйти, навелная, на плязь. А то ты иссе тока утисся, сьтобы нитиво не слутилось.

– Зараза, милая, не могу. Я человек, хотя и по непонятным причинам обзавелась обликом и аурой феи. А разрывать пространство могут только истинные феи. Настоящие. Понимаешь? И тут не поможет ни пустынный пляж, ни море.

– Канесна. А сделяй так, позялуста, – попросила нечисть и изобразила лапками, будто распахивает две маленькие дверцы в воздухе.

Я усмехнулась и повторила за ней.

– Неть, не так. Смотли! – Она продемонстрировала мне хитро переплетенные пальчики, а потом снова обеими ладошками «распахнула» что-то.

Я под ее руководством сложила пальцы и повторила жест.

– Посьти полутилася. Тють-тють более ле́зко! Там маленькое окосько как будьта, быстло отклой ставеньки, позялуста.

Я с улыбкой исполнила «открывание ставень» и чуть не взвизгнула, когда на месте, где мои ладони распахнули нечто-то невидимое, открылся пространственный карман.

– О! Тюдесна! – Зараза тут же подскочила к нему, заглянула туда одним глазом, потом засунула правую лапку и пошебуршала, пытаясь что-то схватить. – Оть! Полутилася!

Радостно дернув, она отскочила от пространственного разрыва и вытащила ветку, с четырьмя оранжевыми спелыми плодами неизвестного мне фрукта.

– Что это?

Пригнувшись, я тоже заглянула в то место, куда неожиданно для себя открыла проход. Там расстилался зеленый сад. О том, что мне внезапно удалось совершить то, чего я не могу по определению из-за расовых особенностей, я решила подумать чуть позднее.

– Вкусьнятина. Пелика́льни. Будись? – Горгулья уже сорвала один плод и с аппетитом откусила от него. Брызнул сок, а нечисть заурчала от удовольствия.

– Пеликальни? Так это они? Но они же не растут на людских землях.

– Дя. Мы тють-тють оглабили усастых ельфов. Они зядные и не плодають пеликальни. А мы сейтяс скусаем и станемь класивые-класивые! Музь нас увидить и умлет от востольга. Тока плавильный музь, не етот, – кивнула она в сторону записки от Эдгара.

Пеликальни, значит… Я о них только читала. Эльфы действительно не продают эти фрукты никому. Но не из-за того, что жадничают, как предположила Зараза. Растут эти плодовые деревья только на эльфийских территориях. Обладают исключительными омолаживающими и оздоровительными свойствами. И остаются свежими и съедобными менее получаса после того, как их сняли с дерева. Потом начинают невыносимо вонять и расползаются, превращаясь в гниль.

Вот такой странный эффект. Свежесобранные – дивные, волшебные и полезные. Чуть помедлишь – и все.

Так что мы с нечистью не стали медлить. Я сорвала с ветки плод себе, вгрызлась в него и прижмурилась от удовольствия. Невероятный вкус! Пока мы ели, прореха в пространстве затянулась.

– Зюй быстлее, мало влемени осталося, – принюхавшись, поторопила меня Зараза и, выплюнув косточку, быстро принялась поедать второй пеликальни.

Ага, значит, она в курсе. Но решила эльфов обозвать жадинами просто из маленькой вредности. И я поспешила съесть и второй фрукт. Было бы страшно обидно лишиться редчайшего лакомства из-за того, что я медленно жую. В бездну приличия, умоюсь потом.

Мы прикончили неожиданную добычу, и только я собралась спросить, что это такое сейчас произошло, как получила пояснения. Сначала горгулья погладила сытое пузико, а потом сказала:

– Воть. Ты мозесь. Мы зе феитьки. Ты у меня настоясяя, плосто не утилась иссе. И ты все умеесь. А после пеликальни все иссе быстлее освоись. Будись не тойка класивая, здоловенькая, но и умненькая.

– Как такое возможно? – тихо спросила я. – Я ведь родилась человеком.

– Ой, ну подумаесь! Плосто иногда феями не лоздаються. Тиво такова? Идем спать. А этот злыдень пусть подумаеть о своемь поведении! – Она повернулась и, точно как большая кошка, сделала вид, будто закапывает задними лапами вестники от Эдгара. – Ись, удумаль! На феютьку лугаться! О! Сейтяс!

Она выпорхнула в окно кухни, вернулась через минуту с запиской, которую успела написать в спальне.

– Отплавь ему!

Я прочитала, хмыкнула, да и отправила.

Зараза мстительно написала:

«Вспомни имя жены и назови свое. А то мы, феечки, такие трепетные и нежные, что не помним всяких блудных мужей!»

Через минуту прилетел ответный вестник. Я развернулась и расхохоталась в голос.

«Зараза розовая!» – в сердцах выругался отчаявшийся дракон.

– Ух ти! Миня уже вспомниль! А мы ведь дазе не знакомы. Воть умею я воспитывать длаконов. Нитиво. Сколо и тебя вспомьнит, не ластлаивайся.

Я не стала разубеждать наивную нечисть. Просто пошла чистить зубы и ложиться спать. Ну, Эдгар! Припомню я тебе «заразу розовую».

Глава 4

Я уже даже улеглась в постель, но потом вспомнила кое о чем. Опять сползла с кровати под недовольное ворчание задремавшей уже Заразы. Накинув халат, я высунулась в окошко, выходящее на улицу и крыльцо.

Увидеть орков, если они сами этого не желают, невозможно. Но они ведь меня караулят, значит, где-то в кустах или в тени дома притаился один из следопытов.

Я попыталась взглядом отыскать сама, разумеется, не преуспела и тогда негромко окликнула:

– Эй! Есть кто? Кто сегодня дежурит?

– Есть, вождь! – Чуть ли не на моих глазах из ниоткуда материализовался, но на самом деле просто выскользнул из густой тени один из моих зеленокожих подопечных.

– Не вижу лица, это кто? – прищурилась я.

– Базето́г, вождь.

– Добрый вечер, Базетог. Нет ли известий о риате Ланце? Не возвращался?

– Нет, вождь. Не возвращался.

– Хм-м. И никаких других новостей?

– Мать его прилетала. Но ты, вождь, сама знаешь. Она у тебя гостила.

– А его отец или брат?

– Нет. Не появлялись.

– Ясно. У вас все нормально? Я закрутилась совсем, а вы тоже что-то притихли и пропали.

– Ты занята, вождь, – усмехнулся орк. – Город гудит. Про дракона все узнали. Твоя репутация, вождь, взлетела до небес. Фея, окрутившая дракона… Такого еще не бывало на людской памяти.

У меня вырвался смешок. Да уж. Еще кто кого окрутил и заморочил. И тут я осознала фразу.

– На людской памяти? – повторила я ее. – А на памяти других народов?

– Случалось в иные времена. Духи предков говорят, что сила у обоих тогда возрастает. Духи довольны. У нас хороший вождь. Сильный. Только своенравный очень.

– Что еще говорят духи? – поджала я губы. Потому что совершенно не понимала, по-настоящему ли орки говорят с этими духами предков или им как-то передает весточки шаман.

– Велено ждать и беречь, вождь. – Орк, не скрываясь, улыбнулся во всю пасть, продемонстрировав внушительный набор зубов и клыков.

Спорить я с ними уже давно перестала, бесполезно ведь. Но решила сообщить о том, что со мной связался Эдгар. Рассказала о записках, которыми он меня уже сутки закидывает.

– Так что этот авантюрист снова во что-то вляпался. Хочет, чтобы я ему помогла. Вы что думаете об этом?

Орк призадумался. Потом выдал:

– Нет, вождь, не вмешивайся пока. Мы спросим духов предков, они укажут вектор пути.

– Да я и сама не планировала. И риата Ланц настрого запретила. Просто думала, вдруг это вам важно. Ведь именно с Эдгара вся эта история началась.

– Он камешек, вызвавший лавину. Лавина – это ты, вождь.

– Вот уж спасибо! Ладно, я пошла спать. Ах да! – Волшебной палочкой я обновила ему вид и фактуру костюма. – И передай остальным, чтобы не забывали появляться для дозы волшебства.

С этой круговертью едва не запустила приличный облик своих пятерых подопечных. А мне ведь нужно, чтобы они не пугали приличных граждан Берриуса и выглядели достойно. Вот и облагораживала их наряды своими фейскими чарами.

Перед тем как лечь спать, написала все же Ирдену. А то его нет и нет, и новостей никаких. Все равно пока не спится, покончу уж сразу со всей корреспонденцией.

«Прилетала твоя мать. Оторвала дверной колокольчик. Чуть не сожгла мне кухню. Выпила почти весь самогон. Улетела знакомиться с моей семьей. Будет свадьба. Не отвертеться. Прости, но я недостаточно храбрая, чтобы спорить с драконицей. Про наш уговор я ей не рассказывала. Она уверена, что все по-настоящему.

Твой брат опять устроил что-то мутное. Забрасывает меня вестниками, просит помощи. Подписывается мужем. Он муж или ты? Клара».

Ответ прилетел буквально через три минуты. Торопливо накарябанный грифельным карандашом на грязном клочке бумаги, оторванном от газеты.

«Мою ж мать! Сильно запугала? Прости! Она такая. Что натворил Эдгар? Мне не писал. Муж – я. Я – муж! Поняла? Ты моя жена! Ирден».

Я хмыкнула. Вот пусть сам решает все со своим близнецом. Я мстительно сложила в стопочку все послания Эдгара, включая последнее, и завернула в свой вестник, в котором написала:

«Я уже запуталась, кто из вас мой муж. Эдгар уверяет, что он. Разбирайтесь сами. Кларисса.

Примечание. Я вообще уже не уверена, что замужем. Но ты хотя бы помнишь, как меня зовут».

Ответа не было минут десять. Но я честно решила дождаться, пока Ирден ознакомится с шедеврами эпистолярного жанра от своего младшего брата. Ответ порадовал и насмешил. Правда, написан он был на еще более грязной бумажке. И тоже оторванной от края газеты.

«Уши оторву поганцу! Кларисса Терезия Монк, ты моя жена. Ясно?! Не его! Ничего не предпринимай. Вернусь уже завтра. Бесит, засранец! Скучаю по вам, девчонки. Целую обеих.

МУЖ!!!»

Подпись была написана прописными буквами и трижды обведена, чтобы пожирнее линии были.

– Ты тиво смеесся? – зевнула Зараза.

– Драконы меня поделить не могут. Оба заявляют, что они мужья. Ирден пишет, что скучает.

Я зачитала ей последний вестник.

– Холосый музь, – расплылась в жуткой улыбочке нечисть. – Иди спать. Пусть длаконь сам своего блата воспитываеть.

Хороший муж явился не завтра, а глубокой ночью. Причем явление оформил в своем стиле. Долевитировал до окна спальни и постучал. Ну а я спросонья отреагировала тоже в своем стиле. Не открывая глаз, ткнула в сторону окна волшебной палочкой.

Не специально, клянусь. Но спала я после вчерашней нервотрепки крепко. И когда вскинулась от стука, разбудившего меня, то действовала на рефлексах.

За окном что-то снова грохнуло, но я уже осознала происходящее, вскочила с постели и подбежала посмотреть, кого убила.

– Ты меня все же когда-нибудь прихлопнешь так, – укоризненно произнес Ирден, выдвигаясь сбоку. – Привет, жена.

– Не прихлопну, ты ведь не муха, – успела я ответить, прежде чем до меня дошло. Этот прохиндей, наученный в прошлый раз, постучался и сразу спрятался сбоку от окна. А что тогда упало?

Я высунулась и посмотрела вниз. Там лежала дорожная сумка.

– Ага! То есть я все-таки не промахнулась.

– Нет, – рассмеялся дракон. – Ты удивительно меткая для девушки. Пустишь домой? Я вернулся.

Хмыкнув, я отступила в сторону и позволила мужчине переместиться в воздухе и вскарабкаться на подоконник. Пока он переползал в мою спальню, я магией подняла его вещи, подтянула левитацией вверх и тоже втянула в комнату.

– Девчонки! Как я рад вас видеть! – заявил довольный драконище, сгреб меня в охапку и чмокнул в макушку.

А я задержала дыхание, потому что был Ирден грязный, пыльный, потный, вонючий. И несло от него не только им самим, но еще лошадьми, костром и болотом.

– Пливет, длакономузь, – зевая, ответила с кровати Зараза. Потом я услышала шелест и шмяк.

Шмяк донесся откуда-то сверху.

Ирден крякнул, ослабил хватку, и мне удалось отступить на шаг. Я подняла глаза и прыснула от смеха. Горгулья перелетела к нам, но так как у мужчины руки были заняты, она недолго думая плюхнулась ему сзади на плечи, а крыльями обняла голову.

Картина вышла воистину эпичная.

– Зараза, задушишь, – просипел Ирден и погладил ее, куда дотянулся.

– Не-е-е, я ласкавяя и легинькая. Я зе маинькая.

– Но пухленькая, – вмешалась я. – Спускайся, дорогая. А то и правда гостя задушим от радости, – добавила с иронией.

С неохотой выполнив просьбу, горгулья выпустила голову Ирдена. Но на плечах осталась сидеть.

– Я не гость, – продемонстрировал нам радостную улыбку Ирден. – Я муж. Вернулся домой после долгого пути. Голодный. Холодный. Несчастный. Чуть-чуть. Но вообще – счастливый, ведь я рядом с вами.

– Но… – попыталась я намекнуть, что он вернулся не домой.

– Всю ночь не спал. Быстрее завершал дела. Сделал доклад. Сорвался и, не дожидаясь свою команду, рванул где верхом, где на крыльях, а где порталами к тебе, жена.

– Да я…

– Спешил! Успел! Девочки, мне очень нужно помыться. Я немного провалился в болото, неудачно выстроил портал.

– Но ты…

– Зараза, ты поможешь мне распаковать багаж? Там и для вас кое-что есть. Можешь полностью все вещи вытащить и найти, все там.

– Дя!!!

Горгулья тут же рванула к дорожной сумке, освобождая дракона, и тот подмигнул мне.

– Ягодка, организуешь мне что-нибудь по-быстрому перекусить? Сильно потратился, так спешил. Боялся, как бы вы не поддались на происки Эдгара. Он кому угодно голову заморочит. На редкость убедительный паршивец, причем с самого раннего детства.

– Да, организую, – со вздохом смирилась я, проигнорировав часть про Эдгара.

– Спасибо! – Драконище, невзирая на мое вялое сопротивление, подтянул меня к себе, снова сгреб в охапку и постоял пару секунд, вдыхая запах моих волос. Потом отпустил и довольно сообщил: – Хорошо…

Я отскочила подальше на всякий случай. А то как-то мне не очень понравилась хватательно-тискательная тенденция. И схватила халат, только сейчас осознав, что я в коротенькой ночной сорочке, потому что спросонья не оделась.

Мучительно покраснев, я быстро укуталась, выскочила за дверь и пошла вниз, накрывать на стол. Пока Ирден будет мыться, успею и достать еду и успокоиться.

Поставив на стол готовые блюда, которые с недавних пор покупаю в большом количестве и храню в стазисе, положила приборы и села ждать. Вскипел чайник. Прошло достаточно времени, чтобы успеть помыться, переодеться и спуститься, но Ирдена все не было и не было.

– Он там утонул, что ли? – пробурчала я, потеряв терпение, и пошла наверх.

В гостевой комнате, которую в прошлые разы занимал дракон, его не оказалось. В ванной комнате тоже. Не поняла…

Я вошла в свою спальню, собираясь спросить у Заразы, куда делся дракон. И обнаружила его спящим в своей кровати. Голым! Голозадым, точнее.

Этот бесстыжий тип улегся в мою постель, развалился там, подгреб под себя одеяло, закинув ногу. А подушку обнял, уткнулся носом и сладко спал.

– Эт-то чт-то т-такое? – Я от возмущения аж заикаться начала.

Нашла взглядом горгулью. Та сидела возле кучи вещей, которые выгребла из сумки дракономужа. Там все вперемешку было. И совсем грязные вещи, и просто ношеные, и какие-то бумаги, и походный котелок с металлической же походной посудой. И фляга с закопченным дном. В костре ее подогревали, что ли?

– Я не виноватя, – развела лапками Зараза. – Он самь. Помылься, велнулся за одезьдой, а потомь – блык, и все. Усталь, навелное.

– А я? – как-то обиженно получился у меня вопрос. – Это же моя кровать. Мне-то куда?

– Вмесьте? Места многа… – задумчиво посмотрела на двуспальную кровать горгулья.

Я недовольно фыркнула, давая понять, что думаю об этом аморальном предложении. Мы же не по-настоящему женаты.

– Смотли. Это мине подалок, – отвлекла меня от возмущенных размышлений нечисть.

Она подтолкнула лапками вперед сверток. Я присела рядом на корточки, и тогда она развернула бумагу. Там оказался большой ажурный платок из пуха горных козочек. Такие вяжут только жители горных селений. А пух собирают, вычесывая вручную маленьких еще козлят, до того как их шерсть станет грубой. Чем хороши такие вещи: в них не жарко в жару и не холодно в холод. Их даже зачаровывать не нужно, просто особенность пуха этого вида коз.

Я потрогала мягчайшее легкое полотно, погладила и пропустила между пальцев. Нежность необычайная.

– Сьтобы мине мягонько было, – улыбнулась во все клыки горгулья. – Постелись мине?

– Конечно. Куда?

– В клеслице. Дя? Или плидумаесь мне потомь кловатку? А туть тебе, отклывай сколее. Мине любопытьно ведь. – Зараза протянула мне второй бумажный сверток. Он был перевязан бечевкой, и воспитанная нечисть дождалась меня, не стала вскрывать.

Я оглянулась на спящего дракона. А потом все же села на пол удобнее и зашелестела оберткой. Мне тоже досталась вещица из козьего пуха. Но не платок, а нечто среднее между манто и халатом с широкими рукавами. Такую вещь можно надеть и поверх повседневных вещей, и накинуть к вечернему платью. И выглядеть будет одинаково уместно и роскошно. Я встряхнула ажурную белую вещичку. Красиво. Очень!

– Помеляй сколее! – нетерпеливо перебирая лапками, велела Зараза.

– Пойдем, – встала я на ноги.

– Кудя? – удивилась нечисть. – Плимеляй сколее! Мине ведь надо увидить!

Она даже голос чуть-чуть повысила от нетерпения. До этого-то мы с ней общались едва слышным шепотом, чтобы не мешать Ирдену.

– Я не одета, – приложив палец к губам, тихонечко шепнула я, взглянув на нечисть с укоризной.

– Да он спить, – отмахнулась она, тоже сразу же снизив громкость. – Усталь нась длакономузь. – Ну быстлее зе!

Я помедлила, постояв с подарком в руках, глядя на мужчину. Дыхание ровное. Ресницы не дрожат. Не шевелится. Вроде спит крепко.

Ну ладно. Скинув халат и оставшись снова только в короткой шелковой ночной сорочке, я облачилась в подарок и подошла к зеркалу. Прелесть невероятнейшая. Тончайшее ажурное полотно из пуховой нити, невесомое, но при этом обволакивающее своей уютной мягкостью.

Одежка, название которой я не могла правильно подобрать, не имела пояса. Носить эту не то мантию, не то накидку, не то халат предполагалось либо вот так, нараспашку, либо же подобрав ремень или пояс в тон тому платью, на которое она будет надеваться.

Я потерлась щекой о плечо и улыбнулась. Все же вкус у Ирдена безупречный. И он определенно умеет подбирать подарки. Мне безумно нравятся те вещички, что он мне дарит. И каждый раз это не что-то баснословно дорогое. Нет. Но невероятно милое, изящное и очень такое… мое. На мой характер и душу.

Надо и ему что-то подарить, что ли. А то как-то даже неудобно. Он нас с Заразой балует, а мы две злючки. Точнее, я – злючка. Горгулья-то душечка и милашка, и дракону выражает симпатию открыто.

Я покрутилась перед зеркалом, покружилась, демонстрируя себя в обновке своей питомице. Дракон на кровати вздохнул и заворочался.

Тихонечко ойкнув, я схватила с пола свой халат и стрелой выскочила из спальни. Еще не хватало, чтобы он проснулся и обнаружил меня там снова почти неодетую.

Спать мне в итоге пришлось в той комнате, где до этого дважды ночевал Ирден. Вторую спальню я еще не успела привести в порядок после визита свекрови. Там нужно прибраться и перестелить белье на кровати. С такой драконьей родней, чувствую, обе гостевые комнаты будут использоваться часто.

Нашествие летучих темпераментных и довольно наглых особей пугает. И это я еще не знакома со свекром и не имела радости плотно общаться вживую с деверем. Я просто всего лишь чуть-чуть вышла замуж за последнего…

Спала я крепко, что удивительно. А проснулась поздно от голосов с первого этажа. Глянув на часы, вскинулась и бросилась смотреть, что там и кто. Неужели я проспала приход клиентов?

Я на цыпочках спустилась, подкралась к лестнице и запустила сканирующее и подслушивающее заклинания.

– …вкусно! Ты еще будешь, солнышко? – звякнув приборами, спросил Ирден.

– Дя. А олеськи дась?

– Прости, но нет, – со смешком ответил он. – А то наша ягодка будет сердиться. А она и так будет на меня ругаться. Да, ягодка? – повысив голос, крикнул он. – Спускайся.

Я зашипела, так как он оглушил меня. Ведь заклинание и так делает звуки намного громче для мага.

– Кларочка, иди завтракать, – снова позвал драконище. – Мы заказали пирожные, чтобы тебя задобрить. И какао.

– А куда делись пироги? – пробормотала я, направляясь к своей спальне.

– Ночью съел. Кларочка, жду тебя. Поспеши!

Я фыркнула и тут же услышала добродушный смех. Похоже, меня тоже прослушивали. А я не сообразила проверить, так как нахожусь у себя дома. Мне и в голову не пришло, что тут кто-то за мной следит.

Притормозив, я скинула с пальцев безобидное заклинание-шалость из разряда детских проказ и злорадненько улыбнулась, услышав ойк и стук снизу. А нечего потому что!

– Злючечка! – крикнул с кухни Ирден, а Зараза захихикала.

Ладно, проверим, что тут навешено?

Заклинание дракона таяло под моим магическим зрением. Дождавшись, пока последняя искра угаснет, я тщательно проверила еще наличие чужой магии. Убедилась, что все чисто, и отправилась приводить себя в порядок, умываться и одеваться.

Глава 5

Дракон и горгулья действительно успели заказать завтрак. Полагаю, с запиской летала Зараза. А может, и Сержика отправили, как я частенько делаю, желая дать мальчишке возможность подработать.

Меня эти двое дожидаться не стали, бо́льшую часть заказанного они уже успели съесть. Но как только я спустилась в кухню, Ирден тут же поставил передо мной чашку какао, посуду и приборы.

– Что ты хочешь? Сразу пирожные или сначала что-то посущественнее? – спросил он и, не дожидаясь моего ответа, сам за меня решил. Положил мне порцию горячего омлета с беконом. А на десертную тарелку – корзиночку с ягодами и взбитыми сливками.

Я тихонечко хмыкнула, но спорить не стала. Неплохой выбор.

Пока я завтракала, нечисть и дракон продолжали разговаривать. Зараза, судя по всему, поведала о визите риаты Ланц, потому что реплики Ирдена дали мне понять, что он в курсе происходившего при знакомстве. Он периодически поглядывал на меня, но не мешал и с разговорами не лез, давая возможность спокойно поесть.

– Хозяютька, ты все? – Нетерпеливая горгулья была не столь деликатна. – Мы ведь здем.

– И чего же вы ждете? – спросила я, отпив восхитительного какао.

– Титать будес?

Я вопросительно подняла бровь, и Зараза тут же спорхнула со стола, вылетела с кухни и вернулась со стопкой вестников. У меня округлились глаза.

– Тут от мамы-некламанта, папы-некламанта и дедуськи-отлавителя. Я им всем узе ответиля. А тут от длакономатели. Ей я тозе ответиля. Я ведь твой секлеталь. Вот. А эти – от втолого насего музя. Но их я не титала, они ведь литьные, пришли не мне, а тебе.

Сообщая мне подробности, маленький крылатый секретарь раскладывала все по стопочкам.

Мама спрашивала про платье, нужно ли или я организую сама, учитывая специфику моего салона? И про драгоценности. Потребуются ли фамильные драгоценности рода Монк? Она знает, что я их не люблю, так как они зачарованы под магов смерти и мне в них душно и тяжело. Давят.

Я вопросительно глянула на Заразу.

– Платиски мы сами себе сосьем, – тут же понятливо доложила она. – Длагосенности тозе нам нинада. Мы феетьки, мы хотимь длугие, войсебные для нас, не для некломантов.

– Драгоценности я своей жене сам буду дарить, – негромко прокомментировал Ирден.

– Воть! И мине тозе! Папотьке я написаля, сьто к алталю мы с нимь вместе тебя поведемь. Ты зе моя фейка. Ну и сьто, сьто его доська. Он посполил, пытался лугаться, стланный теловек, но смилился, – продолжила Зараза. – А длакономать пеледавала тебе пливет.

– Что дедушка спрашивал?

– Дедуська-отлавитель осень обладовался. Спласивал, сьто тебе подалить. Я написаля, сьто нам нузен холосый котелок и куся бутылосек. Будемь валить волсебные зелья. Воть.

– А мы будем их варить? – удивилась я. – Да еще в котелке? И чем тебя не устраивает та посудина, в которой я до этого варила отвары?

– Конесьно. Мы ведь подалим их гостям после свадьбы, – сообщила горгулья, традиционно ответив на вопросы лишь выборочно и проигнорировав ту часть, которую не хотела обсуждать.

– Да?

– Дя! Мы зе фейки, ты тиво?

– Ладно, потом обсудим, и ты мне расскажешь, что за волшебные зелья мы будем варить. Я не в курсе. Давай вестники от второго мужа.

Отчетливое низкое рычание заставило меня замереть с протянутой рукой, а Зараза застыла как суслик и медленно повела головой, отыскивая источник угрозы. Мы с ней, стараясь не делать резких движений, повернулись и наткнулись на злющий взгляд дракона.

Рычал он. А они так умеют?!

– Ты чего? – шепотом спросила я.

– Ягодка моя ненаглядная, – натянуто улыбнулся Ирден. – Муж у тебя один. И это я.

– А-а-а… – протянула я. – Эдгар так не думает.

– Ничего, передумает. Читай. – Дракономуж аккуратно пододвинул ко мне послания от своего блудного брата.

Ну, я и прочитала. Ничего нового, кроме того, что меня обозвали ябедой и болтушкой. Мол, зачем рассказала матери и брату о его призыве на помощь? Они оба его отругали и велели не морочить голову хорошей девочке. И Эдгар интересовался, точно ли Ирден тоже мой муж.

– Наглость твоего брата границ не знает. Но спасать его все же придется, иначе он так и не оставит меня в покое, – резюмировала я, отдав всю стопку Ирдену.

Другую личную корреспонденцию, разумеется, я не собиралась показывать. Но драконище, который меня обманул и который пытается втянуть в очередную авантюру… Нет уж. Пусть вся его семейка будет в курсе.

Прочитав, Ирден побарабанил пальцами по столу и пару раз скрипнул зубами. Брат, похоже, и его достал до печенки.

– Ты уверена, что сможешь? – спросил он. – Открыть этот разрыв в пространстве, о котором просит Эдгар?

– Не знаю. Зараза говорит, что смогу, хотя я и не фея. Точнее, не урожденная фея. Но я никогда такого не делала. Мы только потренировались на крохотном окошке, оно получилось. Хочешь, чтобы я все же помогла ему? Риата Летиция мне настрого запретила, хотя я была согласна.

Ирден поморщился.

– Не хочу. Но я все же должен помочь брату. А раз он пишет именно тебе, а не нам, значит, есть там нечто такое, из-за чего обычный портал блокируется. Я пробовал открыть. Эдгар, конечно, тот еще… Но он член семьи. Если у тебя получится забросить меня к нему, то…

– Ну уж нет! Одного я тебя не пущу. Чтобы вы потом вдвоем меня закидывали вестниками: «Жена, спаси нас!»? Вместе пойдем. И орков возьмем.

– И миня! Миня! Я зе тозе вазьный тьлен команды!

– И Заразу, – хихикнула я. – Пиши брату, Ирден. Уточняй детали, если получится.

– Уже пытался. На нем печать молчания. Он не может ничего внятно объяснить. Только находит возможность призывать помощь.

Ирдену явно не нравилось мне это говорить, но и отмахнуться от брата-близнеца он не мог.

– Ладно, – кивнула я. – Тогда я сегодня заканчиваю срочно все заказы, новых пока не беру. Салон на несколько дней закрою. Зараза, слетай к художнику. Закажи мне две таблички с надписью «Закрыто» и со свободным окошком, куда можно вписать срок. Одну прикрепим к калитке, вторую на дверь. Я не могу себе позволить терять клиентов и деньги, мое дело еще только выстраивается. Ирден, обсуди с орками, кто из них останется присматривать за домом и участком, а кто отправится с нами. Ну и с тебя все необходимое для вылазки. Что? – наткнулась я на взгляд, полный тепла.

– Ты удивительная, – улыбнулся дракон. – Облик и аура феи все время сбивают с толку. Кажется, что ты как они: милая, но легкомысленная. А потом ты становишься собой и опять сбиваешь с толку.

– Меня это внезапно обретенное фейство саму сбивает с пути и с мыслей. Не поверишь, но у меня радикально поменялся характер и поведение, – со вздохом призналась я.

– Не поменялись, а тють-тють изменились в лутьсую столону. Ты ласклепостилась, – не могла не вмешаться горгулья. – Ты зе тепель лапотька, как я.

– Вроде как, – хмыкнула я. – Ладно. Поспешим. Меня днем не отвлекать, буду спешно завершать все проекты.

Клиентам в этот день повезло лицезреть дракона спускающимся со второго этажа в салоне феи. Причем вел он себя так, словно находится дома. Я злилась, потому что пока не могла смириться с фактом, что о нашем браке все узнали. Подсознательно я все еще хотела его от всех скрыть, потому что он фиктивный.

Ирден же считал иначе. Так как он местный житель, то знает в Берриусе многих, и его знают. Соответственно, столкнувшись с двумя риатами, которые в этот момент как раз пришли ко мне, он расцеловал им ручки, сделал комплименты и с независимым видом ушел.

А меня оставил на растерзание любопытствующим женщинам.

Но как бы то ни было, к ночи мы сделали все запланированное. Орки свернули все свои дела, художник доставил заказанные таблички, я завершила и выдала все заказы. Самые последние доделывала, когда уже стемнело. И отправила их с посыльными. Потому что не могу испортить себе деловую репутацию, мне слишком важно, чтобы мое дело процветало. Поэтому в каждый из свертков, которые понесли по всему городу мои орки и Сержик, была вложена записка с объяснением. Мол, срочно уезжаю на несколько дней по семейным обстоятельствам, но все сшила, зачаровала, извольте получить.

Когда явился к полуночи дракон, я в позе морской звезды лежала на кровати и даже моргать не могла от усталости.

– Ягодка, ты как? – осторожно поинтересовался Ирден, нависнув надо мной.

– М-мм… – издала я звук, давая понять, что еще живая, но не очень.

– Устала?

– М-мм…

– А ты сегодня ела что-нибудь?

Я попыталась вспомнить, ела ли я после завтрака?

– Мы-а… – выдала отрицательное.

– А пила?

– Нитиво она не еля и не пиля, – вспрыгнула на кровать Зараза. – Все лаботала и лаботала. Но все сделяля.

– Поня-а-атно, – протянул дракон и бросил на меня сканирующее заклинание.

Я его почувствовала, но угрозы оно не представляло, так что я даже не шелохнулась. Не могу. Просто не могу. Исчерпалась во мне энергия.

– Кларочка, ягодка моя ненаглядная, ты с ума сошла? – вкрадчиво спросил Ирден. – У тебя резерв на нуле, и ты даже в жизненные силы немного залезла. Зачем нужно было так надрываться? Ну доделала бы потом часть заказов.

Я приоткрыла один глаз и взглянула на мужа. Не понимает, что ли? Это мое дело. Мои репутация и имя.

– Зараза, ну а ты куда смотрела? Почему позволила ей так? И не проследила, чтобы она поела и больше пила.

– А тиво я? Я говолила. Но это зе Кла́ла. Ты зе понимаесь.

– Понимаю. Так!

Ирден подхватил меня на руки и потащил вниз, в кухню.

– Сначала давай-ка поешь, а я сделаю быстро восстанавливающее зелье. Травки у тебя есть, я видел. И немного на тебя подышу. Но придется выйти на улицу.

– М-мм? – спросила я.

– Увидишь.

Следующие полчаса я питалась в добровольно-принудительном порядке. Меня накормили, напоили, потом влили зелье восстановления. Я его ненавижу, потому что варится оно в высокой концентрации. Нужно всего пару глотков, но до чего же мерзких на вкус! Просто ужас!

Кстати, оценила уровень мастерства Ирдена. Он определенно умеет варить зелья и эликсиры.

В общем, очухалась я. Выслушала еще дозу нравоучений, но тут уже немного огрызнулась в ответ.

– Идем, дышать на тебя буду, – поджав губы, заявил муж, снова подхватил меня на руки и вынес во внутренний дворик.

Усадил на бортик маленького фонтанчика и пояснил:

– Не пугайся. Я сейчас дыхну на тебя драконьим пламенем. Выглядит жутко, но это будет не пламя, а дыхание. Мы умеем регулировать и менять его силу и составляющую. Оно не сожжет.

– Зачем? – спросила я.

– Восстановим тебе энергию и ауру. Это немного неприятно по ощущениям, горячо. Но стихия наполнит твой резерв.

– А миня? Я тозе хотю, – перелетела к нам поближе вездесущая горгулья.

– Тебя потом, если захочешь. У вас с Кларой разные магия, организмы и суть. Общим дыханием нельзя, оно корректируется индивидуально.

– Лядна, – тут же вернулась к стене дома Зараза.

– Клара, девочка, не бойся. Хорошо? – взяв меня за руку, заглянул в глаза дракон. – Я не причиню тебе вреда. Струя огня выглядит жутко, я знаю, но это лекарство для тебя сейчас.

Я неуверенно кивнула. Почитать о драконах я так и не успела. Слишком много работы. Наверное, он сейчас обернется, чтобы дыхнуть пламенем.

Ирден отошел на несколько шагов, встал лицом ко мне. Прикрыл глаза, сосредоточился, сделал несколько вдохов-выдохов. После чего вдруг выдохнул ртом в мою сторону. И понеслась в меня струя пламени.

Я оторопела. Наверное, даже предупреждение не помогло бы сохранить выдержку – и я с криком бросилась бы удирать. Но слишком устала, была неповоротлива и медлительна. Поэтому только вытаращилась на летящий ко мне огонь, а потом зажмурилась, прощаясь с жизнью.

Ощущения были странные. Словно я с мороза вдруг очутилась в жарко натопленном помещении, а мне в лицо дует ужасно горячий воздух. Стало жарко, меня будто прокалили в мгновение ока в раскаленной духовке. Но при этом я физически ощущала, как кровь нагревается, но не закипает. А резерв наполняется до самого верха. Даже та странная энергия, которую я не могла охарактеризовать, но которая появилась с тех пор, как я приняла дар феи-крестной… Наверное, это фейское волшебство. Так вот, и это непонятное, живущее во мне теперь чародейство тоже стало вдруг наполненным, мощным и глубоким.

А потом все закончилось, ощущение жара пропало, но прозвучали шаги.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – открыла я глаза. – Что это было? Вы так можете всем? И даже не надо перекидываться в ящера?

– Именно так – нет, не всем. Ты моя жена, мы вместе, и мы сила. Помнишь? Мы можем делиться друг с другом силой, и вместе мы сильнее, потому что едины.

– Но… Ладно, потом расскажешь, – остановила я себя. – Мне непонятно, о чем ты говоришь. А что ты можешь дать Заразе своим пламенем?

– Солнышко, лети сюда, – обернулся Ирден к нечисти, наблюдавшей за нами с восторгом. Но она благоразумно не приближалась без позволения.

– Бозитьки мои, – всплеснула она лапками, подлетев и плюхнувшись мне на колени. – Думаля, такую класоту узе и не увидю никада!

– Видела раньше? Давно? – погладила я ее по спинке.

– Отень! Лет тетылеста назяд. Или семьсоть. Не помню, я потомь спаля дольго, забыля все.

Мы с Ирденом обменялись взглядами. Древняя-древняя нечисть…

Я пересадила ее рядом, чтобы и она могла получить порцию дыхания дракона.

На нее дракон дыхнул огнем коротко и резко. И не струей, как на меня, а сгустком. Горгулья на несколько секунд оказалась сидящей в огненном шаре. Когда он погас, Зараза довольно встрепенулась и сообщила:

– Тепленько. Плиятненько.

– А теперь в путь, – сказала я. – Зовите сюда орков, отправимся с заднего двора. И возьмем нужные вещи. Вдруг это на несколько дней. Переодеваемся, и пора.

Я знала, что Ирден собрал дорожную сумку не только для себя, но и с расчетом на нас с горгульей. Он сам мне сообщил. От меня потребовалось только приготовить стопочку сменной одежды и дорожный костюм для себя и пару удобных комбинезончиков для горгульи. В путь она отправлялась в платьишке, и переубедить ее одеться удобнее не вышло.

Через полчаса мы все стояли в моем внутреннем дворике. Пятеро орков, горгулья, дракон и я. Дом я заперла на все замки, с артефактами и розами договорилась, охранные плетения активировала.

Правда, пауков пришлось сначала накормить, а потом погрузить в стазис. Они ведь живые и волшебные, за ними следить нужно. А вдруг я задержусь? Сначала думала оставить на охрану и присмотр одного из орков, но после передумала. В дом я все равно постороннего не пустила бы. А снаружи хватит и заклинаний. Розы не пропадут, эти кого хочешь поймают и сожрут.

– Зараза, поможешь мне? – позвала я свою маленькую подружку. – Мы ведь не успели потренироваться у моря. Я не знаю, что нужно делать.

– Ой, да тиво там делать? Ето зе лехко. – Она перелетела от Ирдена ко мне на руки. Подумала и забралась мне на плечи, словно большой тяжелый воротник. Свесила морду вниз и принялась давать указания: – Волсебную палотьку бели в луки. Пледставь Эдгала, мы ведь к нему хотимь. А потомь – опаньки! – и отклой се́лотьку.

– Щелочку? – уточнила я. – Мы тогда не пройдем, нас много.

– Ну так отклой больсую селотьку. Подумаесь. Давай. Лаз, два, тли!

На «три», я мысленно нарисовала перед собой образ Эдгара таким, как я его запомнила в храме. И разорвала пустое пространство перед собой, представив, что передо мной стоит стена из бумаги.

Несколько мужских голосов слились в единый возглас восторженного удивления. А прямо передо мной красовался разрыв пространства, точно такой, как делала магистр Лутиния, отправляя меня с территории академии в Берриус. Не такой аккуратный, конечно, но все же.

Так вот, про голоса. Шесть из них прозвучали за моей спиной. А один – там, за открывшимся переходом.

Глава 6

Я собралась уже шагнуть в портал, но мне, разумеется, не позволили. Вперед скользнули три орка. И с той стороны тут же раздались женский вскрик, мужская ругань и пара ударов.

Я переглянулась с Заразой. Ирден же подхватил меня под локоток и вместе со мной и горгульей проследовал к брату. Замыкали наше шествие два зеленокожих следопыта.

Мгновение дезориентации, мушек перед глазами после перехода, а когда я проморгалась, то у меня аж рот открылся от изумления.

Вот чего угодно я ожидала. Подвала, зала пыток, жертвенного алтаря, тюрьмы или чего-то подобного. Но только не богато украшенной шелками и коврами комнаты, похожей на девичий будуар.

Все в нежных светлых тонах, множество подушек, низкие столики, на стенах безделушки и веера из перьев. По центру – огромная круглая кровать, застеленная алым шелком.

А на ковре, развалившись среди множества подушек, – Эдгар. Облаченный в шелковые синие шаровары и босиком. Рубашки на нем не было, зато имелось множество украшений: ожерелья и бусы из крупных камней украшали его в таком изобилии, что покрывали грудь до самого пояса. Руки от запястий и до плеч были унизаны широкими браслетами, на каждом пальце по два-три кольца. Ноги тоже не остались без внимания. На щиколотках – широкие золотые браслеты, усыпанные самоцветами. Эти ножные браслеты были настолько внушительные, что больше напоминали кандалы.

Потеряв дар речи, я таращилась на дракона. Оценив все это богатство, вернула взор к его лицу и только тут увидела, что от одного из чокеров, больше похожего на ошейник, отходит длинная тонкая цепь. Проследила взглядом и обнаружила, что конец ее крепится к изголовью кровати.

– Отесуеть… – выдохнула Зараза и завозилась, пытаясь слезть с рук.

Немая сцена затягивалась.

Первым нарушил тишину Ирден и, кашлянув, осмотрелся.

У двери, которая оказалась справа, рядком лежали две молодые женщины в странных нарядах. Их короткие платья едва прикрывали бедра, но при этом сверху на них были надеты кожаные доспехи: юбки из широких полос, нагрудник с серебряными бляшками, на обеих руках наручи почти до локтей. Ноги обуты в высокие шнурованные сандалии.

Рядом стояли мои орки и озадаченно рассматривали тех, кого сами же вырубили и сложили на полу.

– Брат?! – выдохнул лежащий на подушках мужчина. Посмотрел на меня, неуверенно улыбнулся и похлопал ресницами: – Жена?

– Какой же ты все-таки гад! – возмущенно выдохнула я.

А Ирден взвился от злости:

– Жена?! Жена?! Я сейчас прибью тебя, гаденыш! – И не успел никто из нас опомниться, как мой муж бросился бить морду… ну тоже вроде как моему мужу. По крайней мере именно так Эдгар упорно пытался себя называть.

Ирден от души врезал своему близнецу, потряс того за плечи от избытка чувств, оттолкнул и погрозил кулаком.

Какая взаимная братская любовь! Чувствуется, допек Эдгар свое семейство до печенок.

– Да что я такого сказал-то? – утирая разбитый нос, обиженно вопросил узник.

– Эдгар, вот ты даже не представляешь, как мне тоже хочется дать тебе по голове, – меланхолично произнесла я. – Жениться на мне и так подвести! Почему ты не пришел разводиться? И вообще обманул меня?

– Но ведь все сложилось неплохо, да? – высморкавшись в шелковое покрывало и утерев с лица кровь, спросил Эдгар и встал. – Ну, извини, извини, феечка! Я был неправ! А как тебя зовут, а?

Я скрипнула зубами. Ирден вновь шагнул к брату, но передумал и вернулся ко мне. И тут вмешалась Зараза:

– Хозяютька, мозьна я его укусю?

– Можно! – разрешила я. – Я бы и сама укусила, если бы могла.

– Нельзя! Нельзя меня кусать! – всплеснул руками наглый тип. – Жена, милая, но я же извинился! Брат! И… вы, дети степей. А что вы все здесь делаете? Я только феечку звал. Ведь я ее муж.

– Эта феечка, дорогой брат, – с ядом в голосе процедил Ирден, – твоими стараниями и махинациями – моя́ жена. Спасибо тебе за это огромное!

– Ой, ну подумаешь. И чего ты злишься? Красавица же! – ответил Эдгар брату, но подмигнул при этом мне. – Просто обстоятельства сложились таким образом… И я сначала честно хотел сам и за себя. Но потом… Вот как-то так.

– Но потом ты, как обычно, всех обманул и подставил!

– Эй, дифтенки! Отклывайте глазики! Я визю, сьто вы узе нас подслусиваете, – заявила вдруг Зараза, которая, пока мы ругались, успела забраться на грудь одной из вырубленных охранниц.

Орки хранили молчание, только хмуро посматривали по сторонам и контролировали ситуацию.

Я тоже сильно не скандалила, потому что успела перебеситься и перестала отчаянно злиться уже давно.

После замечания Заразы все дружно переключили внимание на лежащих на полу девушек. Нужно ведь понять, что происходит.

Те же, поняв, что стали объектами внимания, открыли глаза и с яростью уставились на орков, поскольку они стояли ближе.

– Помогите им сесть, – негромко велела я. – Нам нужно поговорить, раз уж так получилось.

– Светлая госпожа, – мрачно кивнула мне одна из охранниц.

Они обе были молоды, на вид примерно мои ровесницы, не больше двадцати лет. Брюнетки с темными глазами, с черными ресницами и бровями и с очень смуглой оливковой кожей. Странный оттенок, не коричневая, не загорелая, но и не зеленая, как у орков. Непонятный народ.

– Феечка, я… – попытался заговорить Эдгар, но брат ткнул его в бок локтем и заставил замолчать.

– Кто вы? – спросила я девушек.

Те переглянулись, завозились, пытаясь сесть удобно. Встать они не пытались, оценив оскал орков.

– Светлая госпожа, мы охраняем добычу нашей королевы. Она взяла в плен дракона, он должен войти в ее гарем.

У всех мужчин, кроме Эдгара, округлились глаза. Ирден вообще повернулся к брату с выражением: «Ты идиот?!»

– А что я-то? – смущенно пробормотал тот. – Так получилось.

– У тебя всегда так получается! – прошипел взбешенный Ирден.

Пока они не начали ругаться, я на них шикнула и жестом велела замолкнуть.

– Кларисса, но… – попытался сказать дракономуж, но наткнулся на мой взгляд и, кивнув своим мыслям, замолчал, позволив мне дальше выяснять происходящее.

Надо отдать ему должное. Хотя он мужчина, явно занимает не последнюю должность на службе, наверняка привык командовать, но в какие-то моменты нашего недолгого знакомства он с улыбкой позволял быть главной мне. То ли из вежливости, то ли ему просто было интересно, чем все закончится.

Вот и сейчас, Ирден не пытался взять все в свои руки, а отступил по моей просьбе и жестом изобразил, мол, разбирайся, Кларисса, я помолчу, раз ты так хочешь.

– Светлая госпожа, можно нам встать? Мы не посмеем причинить вам вред, – произнесла одна из девушек.

Я кивнула и глянула на орков, чтобы те помогли девушкам. Мужчины недовольно нахмурились, но достаточно аккуратно вздернули охранниц на ноги и встали так, чтобы не позволить им ничего предпринять.

А девушки внезапно низко поклонились мне, полностью игнорируя всех семерых мужчин.

– Мы рады приветствовать светлую госпожу и ее маленькую спутницу в наших землях. Позволено ли нам будет сообщить королеве, что ее почтила визитом волшебная фея?

– Э-э-э… – глубокомысленно выдавила я из себя.

– Если вы позволите, мы вызовем провожатых. Ваши рабы могут подождать пока в соседней комнате. Мы присмотрим, чтобы их никто не обидел. Мы чтим чужое право на мужчин.

– Это не рабы. Вообще-то, вот эти два дракона – оба мои мужья, – скривившись, выдала я. – А орки служат мне, я их вождь.

Девушки выдохнули и уставились на меня с восхищением.

Потом одна неуверенно спросила:

– Но пленник королевы… Он тоже ваш муж?

– Увы! – развела я руками.

Хотя Ирден и уверяет, что моим мужем является только он, но в храме я была с Эдгаром. И пока не улажу вопрос со жрецами, ситуация для меня неоднозначная. Да и наглый тип упорно величает себя моим мужем, повторяет это раз за разом, даже получив в морду. Значит, это неспроста.

Вторая девушка глянула на кулон с красным камушком на своей груди. Насколько я вижу, слабенький артефакт. И, судя по поведению его владелицы, одна из его функций – определять правдивость сказанного собеседником. И опять же, судя по тому, что камень не поменял цвет, он посчитал мои слова правдой.

Как интересно.

Я выразительно глянула в глаза Ирдену. И погрозила кулаком Эдгару. Тот криво улыбнулся, виновато пожал плечами и выдавил:

– А я им говорил, что прошел в храме брачный обряд с феечкой. А они мне не верили.

– Полагаю, нам стоит пройти к вашей королеве всем вместе. Мне бы не хотелось оставлять своих мужчин без присмотра. Всех. Вы же знаете, что с ними всегда сложно, – вежливо обратилась я к охранницам, а сама подошла к плененному дракону и присмотрелась, как именно его приковали. – Вы, разумеется, нас сопроводите. И да, Эдгара мне тоже придется забрать. Я сама объясню ее величеству причину. Увы, но я пришла за ним и без него не уйду.

– Но, светлая госпожа, цепь! – шагнула вперед одна из девушек. – Она зачарована! Никто не может ее…

Я не успела услышать, что именно она хотела сказать, потому что поспешила. Каюсь. Наверное, нужно было бы узнать, но я злилась, нервничала, а потому, переложив топорик в правую руку, просто и незамысловато тюкнула им по участку цепи, лежащему на полу. Немного не удержала равновесие и взмахнула еще и левой рукой, чтобы выровняться.

Цепь от удара орочьим топором издала звук, похожий на визг, в месте удара полыхнуло искрами, но от движения волшебной палочки цепочка распалась на две части.

– Но… как?! – ошеломленно выдохнули девушки и уставились на меня в изумлении.

Не поняла их удивления, поскольку заклинания наложены были несложные и неопасные. Я ведь проверила, прежде чем рубить. Никакого вреда вмешательство мне не принесло бы. Более того, как только я цепь разрубила, она стала совсем простой. На таких выгуливают домашних питомцев.

– О-о-о! Какое облегчение! – воскликнул Эдгар и подтащил к себе свисающий конец. – Милая жена! Как же я счастлив, что ты откликнулась на мой призыв о помощи и пришла за мной!

– Му-гу… – буркнула я. Вытянула из его рук конец цепи, намотала на свой кулак и слегка потянула к себе. – Пойдем к владычице местного края. Будем разбираться, что ты натворил, дорогой муженек.

Ирден усмехнулся, блеснул веселым взглядом и спрятал улыбку в кулак.

– Хозяютька, а мозьна я его все-таки укусю снатяла? – Зараза вспорхнула и перелетела на плечи к растерявшемуся Эдгару.

Он явно не ожидал, что я соберусь его вести вот так, на поводке.

– Можешь стукнуть его по голове. Несколько раз, – щедро разрешила я нечисти, не обращая внимания на едва сдерживаемые улыбки орков и Ирдена.

В общем, вот так мы и пошли.

Возглавляла шествие одна из приставленных к Эдгару девушек. За ней – Базетог и Джерзог.

Потом шла я. Палочку и топор я повесила на пояс, чтобы освободить руки, так что в левой я держала цепочку, соответственно, за моим левым плечом шагал пленник. На его плечах вольготно устроилась горгулья. Место за моим правым плечом занимал посмеивающийся Ирден. Я не совсем понимала, что его так веселит, но на мой вопросительный взгляд он только покачал головой.

Следом шагали трое орков. И замыкала шествие вторая охранница.

Коридоры, по которым мы шли, были широкие, но абсолютно пустые. Никаких украшений, зеркал или статуй, мебели или вазонов. Лишь гладкие стены из светлого камня и светильники под потолком. Все. Периодически встречались двери в покои, и вот как раз они поражали красотой и резьбой. Такая же вела и в ту комнату, где был заперт Эдгар.

– Интересно, что это за часть здания? – спросила я негромко.

– Гале́м, хозяютька, – невозмутимо сообщила мне Зараза. – Мы с тобой пелвые постолонние зенсины в галеме кололевы.

– То есть ты знаешь, где мы?! – глянула я на нее.

– Конесьно! Ты тиво? Это зе амазоньки.

– Я не слышала про амазонок.

– Это же легенда, – тихонечко добавил Ирден и придержал меня за руку, чтобы я медленнее шла.

– Ой, ну вы тиво? Сбезяли они от о́льков. Захотели зыть свободно. Давно узе.

– Насколько давно? – уточнил приличный дракономуж.

– Не помню. Я тогда иссе не вылупилася. А моя бабуська маинькая быля. Навелное тысся лет назадь. Или две тысси. Или тли тысси. Какая лазница?

– То есть местные женщины когда-то давным-давно были орчанками? – озадаченно уточнила я.

Впереди идущие Базетог и Джерзог чутко прислушивались к нашей беседе, но помалкивали.

– Ага. Здолово, плавда? Мы насли амазоньков.

– Зараза, пожалуйста, постарайся немного разборчивее говорить, – поморщилась я.

Упрямая нечисть так и не желала произносить слова нормально, сколько я ее ни просила за все время нашего знакомства. Правда, иногда она забывалась и от избытка чувств переходила на нормальную речь. Когда ругалась, пугалась или восхищалась. Во всех остальных случаях заставить ее перестать картавить и коверкать слова было невозможно.

Вот и сейчас она лишь фыркнула, зачем-то дернула Эдгара за ухо и клацнула зубами.

Тот ойкнул от неожиданности и хотел горгулью скинуть. Правда, наткнулся на мой взгляд и руки опустил.

Ведущая нас девица оглянулась, едва заметно улыбнулась и пошла дальше. Естественно, она слышала разговор. Но никак не прокомментировала.

Наконец, мы добрались до нужного места. Высокая двустворчатая дверь, как и остальные, была изумительной и резной. Замечательные мастера тут живут.

Охранница обернулась, коротко мне поклонилась и попросила подождать, пока она доложит. После чего приоткрыла одну створку и проскользнула внутрь. И в эту же минуту Ирден молча обнял меня за талию и подтянул к себе. Я сначала хотела вырваться, чего это он руки распускает, но наткнулась на его взгляд и замерла. А дракон, поняв, что я не сопротивляюсь, прикрыл глаза и замер. Не знаю, как он это сделал, потому что я не почувствовала ни малейшего колебания магии, но вдруг услышала голоса.

– …величество. Она смогла разрубить зачарованную цепь. А вы знаете, это невозможно, если только…

– Она говорит правду? Плененный дракон точно принадлежит ей?

– Да, ваше величество. Артефакт подтверждает, светлая госпожа не лжет. А ее второй муж, тот, который пришел с ней, близнец вашего пленника. И ужасно зол на тот факт, что его брат также принадлежит его жене. Мужчины ревнивы и глупы.

– Очень интересно. И она действительно фея?

– Да, ваше величество. Светлая фея. Очень сильная. Она пришла через разрыв пространства, причем не одна, а провела с собой нечисть и шестерых мужчин. Вы знаете, как много нужно сил на такое.

– Про нечисть подробнее, Ама́лия.

– Карликовая горгулья. Только… Она отчего-то без чешуи и розовая. Какая-то мутация, вероятно. Я не знаю. У нас подобных никогда не водилось. Возможно, древняя и потеряла чешую от старости. Но вроде не похоже, шустрая такая. Ведет себя как типичная нечисть, считает фею личной собственностью, хотя и не говорит этого вслух.

– Вот как? Фея что говорит на это?

– Мне неизвестно, ваше величество. Фея не одергивает нечисть, терпит. Мне показалось, у них что-то вроде дружбы.

– С нечистью не бывает дружбы. Даже у фей, Амалия. Ты должна бы это знать.

– Да, ваше величество.

– Что ж, впускай.

– Всех? Орков тоже? Или же их?..

– Нет, Амалия. Мы не станем сердить фею. Попробуем договориться с ней.

– Но…

– Амалия!

– Слушаюсь, ваше величество.

Глава 7

Тут Ирден чуть сильнее сжал пальцы на моей талии, чары спали, и я перестала слышать голоса.

Я постояла, пытаясь осознать услышанное. Дракон же наклонился ко мне, провел губами по щеке до уха и едва слышно шепнул:

– Соглашайся помочь. Торгуйся.

Я отстранилась и заглянула ему в глаза. Ирден знает что-то неизвестное мне?

– Эй, хватит тискаться у меня на глазах! – возмутился Эдгар, который отчего-то решил, что мы милуемся.

Мы не успели ему ответить, так как Амалия вышла, распахнула обе створки двери, поклонилась и предложила мне войти, произнеся:

– Светлая фея с супругами с визитом к ее величеству королеве Рогне́де.

Шедшие передо мной Базетог и Джерзог шагнули вперед, но не вошли внутрь, а встали по сторонам, давая мне проход, но еще и охраняя.

Ирден взял мою руку и переплел пальцы, заметив, что я волнуюсь и не решаюсь сделать первый шаг.

Эдгар увидел это, фыркнул и попытался повторить маневр, забыв, что в левой руке я сжимаю цепь от его ошейника. Так что у него ничего не вышло, но зато я пришла в себя. И чего я так нервничаю? У меня в группе поддержки два дракона, пять орков и «плелесть». Ну и волшебная палочка.

И пошла вперед, не выпуская руки Ирдена. С ним как-то надежнее и не так боязно. Недовольно сопящий Эдгар шагал, отставая на шаг, и да – на цепочке.

Королева восседала на изумительном резном кресле-троне. Темное старое дерево было позолочено и украшено драгоценными камнями. На сидении и за спиной – бархатные подушки, позволяющие сидеть с комфортом.

Я ожидала увидеть тронный зал, но это оказалась всего лишь просторная комната. Светлая, уютная, красивая. На полу ковер с множеством подушек, низкие столики, пуфы. Зеркала на стенах, визуально расширяющие пространство. И что-то мне подсказывало, что королева до нашего визита лежала с книжкой и ела фрукты вон у того столика. И книга лежит с закладкой, и недопитый стакан с прохладительным напитком стоит рядом с блюдом с фруктами.

Окинув комнату быстрым взглядом и сложив первое впечатление, я сосредоточилась на королеве. Красивая женщина средних лет смотрела на нас изучающе и строго. Черные густые волосы собраны в две косы и уложены вокруг головы. Вместо короны феронье́рка – тонкий золотой обруч и свисающий с него на лоб огромный рубин, ограненный каплей.

Одета она была в длинное алое платье крайне простого фасона, но расшитое золотыми нитями по подолу. Про количество надетых драгоценностей лучше промолчу. Я даже шевелиться бы не смогла, если бы на меня нагрузили столько золота и камней.

Мы с королевой Рогнедой несколько мгновений изучали друг друга, она чуть шевельнулась, и солнечные лучи, отразившись от рубина на лбу, заиграли бликами.

– Ваше королевское величество, – заговорил Ирден, опередив меня. – Позвольте мне от лица моей драгоценной супруги приветствовать вас и представить ее сопровождение.

Не знаю, насколько это правильно. Тут, как я поняла, царит матриархат. Кто из нас должен был заговорить? Я, как женщина, или мужчина, поскольку я в этих землях выше его по положению? Буду надеяться, что дракон лучше меня разбирается в ситуации.

– Светлая фея Кларисса Терезия Монк. Ее верная напарница и подруга, редчайшая уникальная горгулья – Зараза Монк. Верный душой и сердцем супруг – Ирден Маркус Ланц. – Тут он поклонился, приложив к груди правый кулак. – Недостойный супруг – Эдгар Флавио Ланц.

У Эдгара хватило ума тоже молча поклониться. Я же склонила голову, как перед равной. Будь мы в Эстарине или Клайдберрисе, я обязана была бы присесть в низком реверансе перед вышестоящей персоной. Но тут ситуация неоднозначная. Поэтому я решилась на такой шаг.

– Приветствую тебя на наших землях, дочь волшебства, – заговорила королева, глядя мне в глаза. – Чувствуй себя светло и легко. Мы бы хотели в честь твоего визита устроить праздник и показать нашу радость и гостеприимство. Наш край не видел фей тысячелетия, и для нас честь приветствовать тебя.

– Благодарю, ваше величество. Я буду рада погостить у вас и провести время за беседой и трапезой.

Тут Ирден легонечко сжал мои пальцы, на что-то намекая. Вот бы понять еще на что. Придется самой как-то выкручиваться.

– Но прежде я хотела бы извиниться за младшего дракона. Эдгар всегда был излишне порывист, непослушен и доставлял много хлопот своим родителям. Его мать рассказывала мне, как сложно приходилось ей, когда он рос и взрослел. Теперь с ним вынуждена мучиться я. Он сбежал. Мы искали его. И я, и воины моего племени. Но безуспешно. И теперь я понимаю почему. Как вижу, он забрался туда, куда не следовало, и подвел меня.

Фух. Я тщательно продумывала свои слова. Главное, говорить правду и ничего, кроме правды. Но так, чтобы окружающие по-прежнему считали, что у меня два мужа.

Надеюсь, обиженно сопящий рядом Эдгар мне потом голову не открутит.

– Понимаю, – позволила себе едва заметную улыбку королева. – У меня десять мужей. И у каждого свой норов. Желаешь наказать своего младшего мужа? Велеть принести тебе плеть?

– Желаю. И накажу. Но не плетью, ваше величество. У нас приняты другие методы. Я решу позднее. Сейчас же я просто рада, что смогла отыскать эту бесстыжую пропажу. А пока он отлучен от моей благосклонности и щедрости на неопределенный срок.

Эдгар ошарашенно дернулся и уставился на меня непонимающе.

– Кроме того, я недовольна тем, что он стоит нарядный и в таких великолепных драгоценностях. Он их не достоин.

– Да, пожалуй, не заслужил, – задумчиво обронила Рогнеда. – Я думала взять его наложником или одиннадцатым супругом, не предполагая, что он уже связан с женщиной.

– Увы, ваше величество. Я наивно согласилась взять его в мужья и стояла с ним у алтаря богов, а жрец провел обряд.

Вот! Выкрутилась. Вроде все правильно сказала. И не солгала, но и не назвала его своим мужем. И таки да. Я Эдгара совершенно точно накажу за все его выходки. Пока не знаю как, но точно устрою ему веселую жизнь. Гад летучий!

– Эдгар, – повернулась я к дракону, – сними с себя все драгоценности и украшения и верни ее величеству. Я не разрешаю тебе носить их.

Выдохнув едва слышно что-то похожее на «ну и ладно», он принялся снимать с себя многочисленные колье, бусы, браслеты, кольца. На лице у него одновременно были написаны облегчение, но и явное сожаление. Ведь он дракон, а они страшные собственники и падки на все красивое, блестящее и редкое. Так что в нем сейчас боролись радость от освобождения и расовая жадность.

Все сокровища он складывал на поднос, который поднесла молчаливая Амалия. Наконец, остался только ошейник с цепочкой.

Его снять у Эдгара никак не выходило. Королева Рогнеда наблюдала за нами в легкой задумчивости. У меня сложилось впечатление, что ей просто любопытно происходящее, так как тут десятилетиями не случалось ничего интересного.

– Не получается, – наконец сообщил мужчина и снова дернул плечами, попытавшись скинуть горгулью. Наивный…

– Разумеется, – повинуясь жесту королевы, пояснила Амалия. – Мужчина не может находиться без знака принадлежности. Он или принадлежит женщине, или добыча, на которую может претендовать любая.

У меня округлились глаза, и я повернулась к Рогнеде:

– Ваше величество, могу ли я рассчитывать, что на сопровождающих меня мужчин не будет открыта охота? Мне это не понравится.

– Тебе предоставят нужное количество знаков принадлежности для старшего мужа и охранников, дочь волшебства. Драгоценности может забрать себе твой послушный и верный мужчина. Я не возражаю.

– Благодарю, ваше величество, – склонила я голову и, на свой страх и риск расшифровывая пожатие пальцев Ирдена, отказалась: – Но у нас не принято брать для своих мужчин драгоценности, преподнесенные другими женщинами. Я одарю их сама. Каждого по заслугам.

– Слова истинной женщины, – довольно улыбнулась Рогнеда и встала с трона. – Вас сейчас проводят в гостевые покои. Для твоего провинившегося мужа поставят отдельное ложе, раз он наказан. Воины могут разместиться с другими мужчинами.

Выходили мы с аудиенции в задумчивости. Ирден продолжал сжимать мою ладошку, даря уверенность, что все будет хорошо. Орки были настороже, но не забывали оглаживать встречаемых нами по пути амазонок заинтересованными взглядами. Подозрительно притихшая Зараза елозила на плече Джерзога, куда она перебралась, как только мы вышли в коридор. У меня сложилось впечатление, что горгулья к чему-то прислушивается и принюхивается. Эдгар злился и поджимал губы.

А я за ними всеми присматривала и размышляла. Куда же нас втянул этот бессовестный прохиндей? Я так и вела его на цепочке, не зная, как ее отстегнуть, и не хотела возиться с этим при посторонних.

В гарем королевы мы уже не вернулись, нас привели в другой конец дворца. Мне выделили нарядную яркую комнату. У противоположной от двери стены стояла широкая кровать под балдахином из тонкой газовой ткани.

– Светлая госпожа, ложе для вас и вашего любимого мужа, – жестом указала Амалия, которая продолжала служить нашим проводником. Повернулась и продолжила: – Постель для провинившегося мужчины, недостойного возлежать рядом с супругой.

Ирден снова сжал мои пальцы, чтобы уже я ничего лишнего не сказала. А амазонка указала Эдгару на второе спальное место – узкое, явно на одного человека. Оно обнаружилось слева от двери.

Дракон полыхнул глазами, собираясь что-то ляпнуть, и мне пришлось легонечко дернуть за цепочку, привлекая его внимание. Он зыркнул на меня, но я только поджала губы, глазами ему указала на это ложе и выпустила цепочку от ошейника. Пришлось ему, негодуя, но помалкивая, пойти туда и встать рядом.

А сопровождающая сообщила:

– Ваша охрана должна пройти со мной в другое помещение, светлая госпожа.

– Не раньше, чем я надену на них знаки принадлежности, – негромко напомнила я. – Не люблю делиться.

Отчего-то последнее замечание заставило девушку напрячься, она помедлила, но произнесла:

– Прошу подождать, светлая госпожа. Их сейчас принесут.

Не поняла! Они надеялись, что я забуду и выпущу своих орков из-под пригляда? Рассчитывали их у меня умыкнуть, что ли?

Девушка отступила к двери и встала у стены в позе ожидания.

– Вождь? – позвал меня Джерзог. – Какие будут приказания?

– Ждать. Сейчас мне придется надеть на вас эти знаки, чтобы не вытаскивать потом из чужих гаремов. А после мы погостим у ее величества Рогнеды. Вести себя прилично. Смотреть. Не провоцировать. В конфликты не вступать. Со всеми вопросами – немедленно ко мне. Хоть лично, хоть через духов предков. Предложения стать чьим-то мужем или наложником не принимать.

– Вождь?!

– Я запреща́ю вам принимать предложения от посторонних женщин без моего ведома и согласия. – Я выразительно округлила глаза и указала ими на полуобнаженного босого Эдгара, с мрачным видом стоявшего у выделенной ему кровати.

Амалия напряженно прислушивалась к нашей беседе, но делала вид, будто смотрит в окно.

– Есть, вождь! – стукнули себя в грудь кулаками все пятеро орков и клыкасто улыбнулись, переглядываясь.

Ирден тихонечко хмыкнул и едва слышно шепнул:

– Заразу здесь разместим?

Кстати! А что это моя наглая и говорливая нечисть ведет себя не как обычно? Что не так?

Именно этот вопрос я и задала ей.

– Эй, подружка. Ты что притихла? Все в порядке? – Я протянула руки, чтобы она перелетела с плеча Джерзога ко мне.

– Все халосо. – Перелетев ко мне на руки, она устроилась и вдруг одной лапкой погладила меня по щеке. Очень осторожно, чтобы не поцарапать. – Я свою феетьку в обидю никому не дамь, не бойся. И длакономузей насых тозе.

– Что не так? – шепнула я ей.

– Тю́ю. Я тю́ю сьто-то интелесное.

– Чуешь? Расскажешь?

– Потомь. Клалотька, я с ольками будю. Холосо? Плисмотлю за зеененькими. Я зядная тозе, не хотю делиться. Мы, фейки, вообсе зядные девтенки.

– Джерзог, – позвала я самого молодого из своих следопытов. – Головой за нее отвечаете.

– Есть, вождь! – ответил вместо парня Базетог.

Знаками принадлежности для мужчин оказались ошейники. Это было бы смешно, если бы не было так печально. Я задумчиво рассматривала то, что мне вручили на подносе, и злилась. Жутко злилась. Потому что это унизительно как для моих спутников, так и для меня.

Нет, для местных все было в порядке. Что такого-то? Мужчина не свободен, он может только быть чьим-то. Вот и надо это продемонстрировать.

Но ошейники?! Разумеется, из мягкой кожи, нужного размера, но…

В общем, я тихо бесилась, не имея возможности показать, как это отвратительно. И что самое мерзкое, все принесенные мне ошейники были одинаковыми. Семь идентичных кожаных ремешков. То есть меня проверяли, как я отнесусь к тому, что моих мужей приравняли к моим же охранникам.

Ирден подошел сзади, приобнял меня, прислонил к себе спиной и принялся успокаивающе поглаживать по плечам. Не знаю, как он догадался, я вроде старалась сохранить лицо. Пауза затягивалась.

– Ла-а-адно, – нехорошо протянула я. – Джерзог, подойди, пожалуйста.

Молодой орк ухмыльнулся, но выполнил мою просьбу и встал передо мной. Учитывая разницу в росте и прочие габариты, напротив моего лица оказалось его солнечное сплетение.

– Не беси! – тихо проговорила я.

Парень едва слышно фыркнул и опустился на одно колено. Я кивнула, давая глазами понять, что теперь все верно. После чего присмотрелась к ошейникам, так и лежащим на подносе, который держала с независимым видом вторая девушка из тех, что караулили Эдгара.

Примерившись, я призвала волшебную палочку в руки и взмахнула ею над пятью знаками принадлежности. Простые кожаные ремешки с латунными пряжками тут же превратились в изысканные, посеребренные и расшитые орочьими символами и знаками. Разумеется, это были мои обычные фантомные волшебные проделки. Но на вид, на ощупь и по своим свойствам эти фантомы ничем не отличаются от настоящих вещей. Проверено на одежде во время работы моего модного салона.

Я взяла первый ремешок и застегнула его на шее Джерзога, проверив, что он не жмет.

– Нормально? – спросила парня. – Напряги шею и подвигайся.

– Все в порядке, вождь, не мешает, – сверкнул он клыкастой улыбкой.

Кивнув, я глянула на своих остальных следопытов.

– Ширку́г, – позвала я самого старшего из орков. – Твоя очередь.

Тот спокойно подошел, тоже встал на одно колено, позволив мне выполнить необходимое. Я застегнула на зеленокожем дядьке роскошный ошейник и сказала:

– Ты, как и всегда, за старшего. Не позволяй никому вас спровоцировать. Хорошо? При первой же проблеме или непонятной ситуации шли мне вестника. Зараза вам поможет. И… мне бы информацию. Свяжетесь с духами предков или шаманом?

– Конечно, вождь! – Он стукнул себя кулаком в грудь.

Надев знаки принадлежности всем остальным оркам, я отступила на шаг. Прищурилась и повела волшебной палочкой, меняя вид их одежды. То, что уместно в большом городе, в столице, совсем не годится для местного климата и времяпрепровождения. Я уже оценила, насколько здесь жарко. Еще жарче, чем в Берриусе.

Местные жительницы одеты по минимуму, а Эдгар, облаченный лишь в тонкие широкие штаны, до сих пор босиком и щеголяет голым торсом.

Поэтому я изменила костюмы моих орков на что-то более уместное, как мне казалось, для данной ситуации. На свой вкус, страх и риск. Ведь местных мужчин я еще не видела.

Повинуясь фейскому волшебству и моему желанию, кожаные костюмы орков преображались. Брюки стали из легкой дышащей ткани, куртки превратились в жилеты, уплотненные на спине и груди посеребренными бляшками, рубашки обзавелись широкими рукавами, открытыми воротами и вышивкой. А грубые тяжелые ботинки превратились в сапожки из мягчайшей тонкой замши, но с утяжеленными металлическими набойками каблуками и металлическими же мысками. Все крепления для оружия в один миг оказались посеребренными.

На мой взгляд, и не жарко, и роскошно, и удобно, и не совсем уж беззащитно. Оружие я не трогала, уверена, там много магии, как и на моем топорике. Не стоит вмешиваться.

Я осмотрела с довольным видом то, что получилось, не обращая внимания на изумленные вздохи амазонок. Подумала и еще раз повела волшебной палочкой.

На центральных бляшках, украшающих спины и грудь орков, появился мой символ, как на вывеске модного салона: крылатая фея с волшебной палочкой в одной руке и топориком в другой. Что-то вроде шеврона, но не пришитого на одежду, а выбитого на металле.

Амазонки хотели знаки различия, они их получили. Теперь никто не перепутает моих спутников с другими местными мужчинами.

– Клара, на ошейники тоже добавь, – посоветовал мне Ирден. – И зачаруй, чтобы никто, кроме тебя, не мог их снять. Сможешь?

Я бросила быстрый взгляд на Амалию и заметила, как она снова поджала губы. Вот как? Все же хотели что-то провернуть, хотя подслушанный разговор с королевой ясно дал понять: им что-то от меня нужно. Очень нужно!

Волшебная палочка не подвела. На уже надетых на шеи орков ремешках добавились серебряные медальоны с силуэтом крылатой вооруженной феечки. А на застежки легли чары, чтобы их никто не мог снять.

– Ирден, будь добр, наложи на мою охрану и на мою нечисть драконьи защитные чары, – громко, чтобы услышали все в комнате, велела я. – Я не только жадная, но еще и крайне подозрительная. Мы, феи, вообще трепетные натуры и всего боимся.

– Дя-дя! Мы, фейки, вообсе впетятлительные! Я такая нелвная, пугливая, тють сьто не так – плямо слазу кусяться натинаю!

Дракон хмыкнул, подмигнул оркам, поманил к себе горгулью и принялся накладывать чары. Я их не видела, не могла понять, что именно он делает, но по колебанию стихий ощущала: творится что-то мощное.

А у двух амазонок становился все более кислый вид…

Глава 8

Наконец мои орки ушли в сопровождении Амалии и Алкесты. Меня заверили, что за них не стоит переживать, что мы можем чувствовать себя как дома и, мол, скоро придут слуги. А пока отдыхайте, гости дорогие.

В отдыхе мы, безусловно, нуждались. Но все же сначала необходимо разобраться в происходящем. И в первую очередь – оставшиеся знаки принадлежности.

Я со скепсисом смотрела на оставленные нам два ошейника. И я должна надеть их на драконов? В голове не укладывается…

– Ягодка, не робей, – с улыбкой протянул мне один ремешок Ирден. – Что-то в этом, определенно, есть. Извращенное, но пикантное.

– Вообще ничего пикантного, – не поддержал его брат. Эдгар подошел к нам, как только все остальные покинули комнату. – Сплошная магия, блокирующая оборот. Вы же не думаете, что я сидел бы тут на цепи, если бы мог сам выбраться?

– Я вообще ничего не думаю, а просто дико зла на тебя, – негромко сообщила я. – Это было низко, так поступить со мной. А еще дракон называется.

– Феечка, ну прости! Прости! Честно, я не собирался делать ничего такого плохого. Просто удирал, а тут ты на ступенях храма. Мне показалось это хорошей идеей. И я правда собирался прийти развестись, как сразу и озвучил. А потом… Ну…

– А потом ты поступил как обычно, да, братец? – отвесил ему несильный подзатыльник Ирден.

– Слушай, ну ты всегда выкручивался. Что бы ни происходило, ты умудрялся как-то исправить ситуацию, а мне вечно попадало от родителей. Ты и тут исхитрился найти способ все повернуть в свою пользу. Вон, девушку поймал и удержал при себе. А как, кстати? Мне ее в храме даже поцеловать толком не удалось.

– Может потому, что ты назвал во время брачного обряда мое имя? – ядовито уточнил Ирден.

– Может… – ничуть не устыдился Эдгар и задумчиво добавил: – И браслет тогда раскалился. Знаешь, как больно было? Ожог остался, пришлось даже к лекарю обратиться. У тебя все хорошо прошло? Зачем ты вообще оставил его на руке? Снял бы после моего отъезда, отвез в сокровищницу, и все дела. Я на это и рассчитывал.

– Разумеется, все прошло хорошо, – проигнорировал Ирден часть вопросов. – Я сказал слова крови и магии и подтвердил брак.

– Вот видишь, как все удачно сложилось, – сделал вид, будто обрадовался, Эдгар. – Я женился на роскошной девушке, тебе все преподнес на блюде. Даже не пришлось самому свататься, договариваться, организовывать свадьбу. Раз – и ты уже женат на потрясающей феечке. Мне все еще неясно только, как вы умудрились встретиться? Я на это не рассчитывал. Родители в курсе, к слову?

– Риата Летиция сейчас у моих родителей. Организовывают свадьбу, – нейтрально проинформировала я, хотя больше всего на свете мне хотелось взять что-то тяжелое и треснуть по голове Эдгара.

– О-о! Что-то будет. Матушка в ярости?

– Не то слово. Она едва не спалила мне кухню.

– Мама могла…

– Ягодка, давай мы все же оставим допрос с пристрастием на потом, хорошо? – перевел тему разговора Ирден. – За тобой могут в любой момент прийти. Надевай на нас эти знаки принадлежности. Зачаровывай, добавляй свой символ. И потом наложи чары, чтобы при обороте они тоже трансформировались вместе с одеждой. Помнишь как?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Риа́та – вежливое обращение к девушке, женщине. (Здесь и далее – прим. авт.)

Вернуться

2

Риа́т – вежливое обращение к мужчине.

Вернуться