Вера Зверева
Лучший друг жениха. Наш секрет

Глава 1

Машина мягко катилась по заснеженной дороге, высоченные сугробы отливали розовым в свете закатного солнца, высунувшегося в щель между тяжёлыми ватными облаками.

– Как у вас тут красиво, – я с любопытством смотрела по сторонам, – столько деревьев, ёлочки, свежий воздух! А у нас будет живая ёлка?

– Конечно! Мы с родителями всегда ставим большую и настоящую ель в гостиной, украшаем всё вместе, – ответил Денис и заулыбался своим приятным мыслям, – у нас полно красивых коллекционных игрушек, это будет здорово.

– Денис, я волнуюсь, – призналась я, разглядывая большую вывеску с названием посёлка «Малинки». Звучит как название деревни, но за ней высятся коттеджи и почти дворцы в пару тройку этажей. Шлагбаум, правда, какой-то погнутый.

– О чём волнуешься? – он кинул на меня быстрый взгляд, сворачивая с общей дороги к въезду в посёлок.

– Мы всего три месяца встречаемся, а ты меня уже к родителям на праздники повёз, вдруг они подумают, что ты на мне жениться собрался? – выпалила я, не особо задумываясь о том, как это прозвучит. Но Денис так глянул на меня, что я внезапно прикусила язык. А вдруг реально собрался?

– А что, три месяца это недостаточно для тебя? Чтобы провести праздники с моей семьёй? Считаешь это не срок и у нас всё несерьёзно?

Ой, мамочки, вот я влипла-то с этой темой. Кажется, он и правда настолько всё серьёзно воспринимает, а мы ведь даже не обсуждали это никогда. Мне стало очень неловко.

– Прости, я не это имела в виду, – заторопилась я с объяснениями. – Совсем не то, что у нас не серьёзно, а скорей, чего мне ждать от твоих мамы и папы. Вдруг они сразу начнут планировать нашу свадьбу, и сколько будет детей…

– И что в этом-то плохого? – заводился Денис.

Да что же это, ну почему я опять мимо, что же мне такое сказать то уже, чтобы он успокоился?

– Ничего в этом плохого! – я уже краснею как помидор.

Это даже хуже, чем допрос с пристрастием, который устроила мне моя собственная мама, когда я сказала, что еду к Денису на Новый год. Там уже и до внуков дошло дело и, в какой детский сад их водить и знакомому логопеду, а мы всего три месяца встречаемся!

– Тогда зачем ты… – Денис повернулся ко мне, – спрашиваешь это таким тоном? Ты не хочешь встречаться со мной?

Я раскрыла рот, чтобы начать извиняться, и мой сверхранимый парень не придумывал себе проблемы на ровном месте, как заметила краем глаза на заснеженной дороге, куда мой водитель не смотрел, тёмное пятно.

– Собака! – заорала я, указывая вперёд.

Денис резко обернулся, вскрикнул, потому что пятно мелькнуло у самого капота, и резко выкрутил руль. Машина вильнула, проскочила какую-то дорожку и въехала в высоченный сугроб, который тут же обрушился нам на капот, засыпая и половину лобового стекла.

– Варфоломей! – закричал Денис и, резко открыв машину, почти выпал из неё, тут же начав ползать вокруг.

Я ничего не поняла, но тоже испугалась, попыталась выйти, но мою сторону машины так завалило снегом, что дверь не открывалась. Я нагнулась через сидение к открытой водительской.

– Денис! Что там? Что ты ищешь?

– Это не собака! – Денис был уже где-то сзади и кричал оттуда, разгибаясь, – это Варфоломей! Жека меня убьёт!

Я ничего не понимаю.

– Какой Жека? Что за Варфоломей? Кого ты ищешь?

– Если я Вафлю переехал, меня Жека в этом же сугробе и закопает, а потом мамка, она его тоже всегда любила! Я его не вижу нигде! – уже с нотками паники кричал мой парень откуда-то снизу, чуть ли не из-под машины.

– Вафлю?! – я вертелась внутри салона, пытаясь понять, где Денис и кто все эти загадочные личности, но видела я только розовый снег сугроба, в котором мы теперь торчали на полмашины.

Что-то с грохотом упало на капот, и я подпрыгнула от испуга, обернулась туда, чтобы отшатнуться. На меня смотрела огромная морда и два жёлтых глаза. Это не собака! Это конь! То есть кот размером с овчарку, наверное!

Это его я увидела на дороге и, кажется, его же ищет Денис. И он теперь сидит на капоте машины и смотрит на меня сквозь заснеженное стекло, будто оценивая, гожусь ли я в пищу или пойти лучше лося завалить.

– Денис! – закричала я в открытую дверь, – тут огромный котяра на капоте! Ты не его ищешь?

Денис меня точно услышал, потому что тут же объявился возле открытой двери.

– А ну, пошёл с капота, животина ты безмозглая! Краску мне поцарапаешь своими саблями! Я думал, переехал тебя в лепёшку, чудище ты мохнатое!

У него явно стресс, устал с дороги, надо уже добраться бы до дома родителей и передать его в заботливые руки его мамы. Только вот как нам выкопаться отсюда? Не идти же пешком? У нас полный багажник вещей и подарков родным.

Я посмотрела за окошко со своей стороны, рядом с нами стоял дом, но судя по тому, что он был засыпан снегом почти до второго этажа, там явно сейчас никто не живёт. Помощи попросить не удастся.

– Денис, что нам… – начала я спрашивать, но он показал мне жест, чтобы я подождала. Я не видела его головы, потому что он стоял в открытой водительской двери и теперь с кем-то разговаривал. По телефону, догадалась я.

– Жек! Привет! Ты у нас уже что ли? Я тут твоего саблезубого встретил, точней он нас и устроил нам ДТП! Научи его уже по тротуарам гулять и тащи лопату, мою машину снегом завалило, мы в сугробе возле дома Бурцевых. Давай!

С этими словами он уселся в машину, закрыл дверь и прибавил жару у климата, потому что салон уже успел остыть.

– Замёрз? Давай сюда свои руки? У тебя нет перчаток с собой? – я взяла его раскрасневшиеся кисти в свои и начала дышать на них, чтобы отогреть. Похоже, он разгребал снег голыми руками, когда искал расплющенного кота под машиной.

Сам Денис от этого оттаял больше, чем его пальцы, он тут же нежно улыбнулся и притянув наши руки к себе, поцеловал сначала мою руку, а потом и чмокнул меня в губы.

– Спасибо, Котёнок, ты у меня такая нежная и заботливая. Не сердись, что я кричу, поездки к родакам меня всегда выводят из себя, и я просто устал так долго сидеть за рулём.

Я поцеловала его в ответ и уже слаще и нежней, чем он меня. Ну что мне с ним делать? Нервный он и ранимый.

За стеклом послышался громкий свист, и я тут же обернулась, на этот звук кот тоже сорвался с капота и припустил по дороге вперёд, куда мы ехали до этого.

– А вот и Жека, надеюсь, он взял две лопаты, а то до ночи будем колупаться, – проворчал Денис и снова выбрался из машины.

Я застегнула куртку и решила тоже выйти поздороваться с этим загадочным Жекой, повелителем сибирских саблезубых котов. Когда перелезла на водительское сидение, глянула за лобовое на дорогу, которую отсюда хотя бы было видно, и замерла, открыв рот. По дороге шёл высокий парень спортивной комплекции в красном новогоднем свитере с оленями, обтягивающим бицепсы, и двумя широкими лопатами на уборки снега на плече. Чёрные джинсы на узких бёдрах, яркие на снегу жёлтые ботинки дровосека и широкая улыбка на очень красивом лице.

Я громко захлопнула рот. Очень знакомом лице.

Нет, я не могу его знать, откуда? Я здесь никогда раньше не была. Мне показалось.

Всё же выбравшись из машины и стараясь не смотреть на приближающегося незнакомца, я оглядела масштаб катастрофы с нашей машиной, которая очень так неплохо зарылась в сугроб.

– Жека, брат! – радостно пошёл ему навстречу Денис.

– Ден! Наконец-то! Мы уже начали волноваться! Мне твоя мама уже весь мозг проела, теперь хоть на тебя переключится!

Они обнялись, крепко, по-мужски похлопывая друг друга по плечам, как только Жека воткнул лопаты в снег. Денис мой был тоже спортивным и не доходягой каким-нибудь, но этот парень был выше его на пол головы и чуть шире в плечах, будто он пловец или что-то в этом духе. Свитер с трудом натянулся на эти плечи, и я побоялась, что если парень начнёт копать, то он тут же расползётся по швам.

– Знакомься, – вспомнил про меня Денис, – это моя девушка Катя! – представил меня, – а это Евгений, мой лучший друг!

Евгений протянул мне руку, чтобы пожать, и моя ладошка тут же расплавилась в его большой и горячей, заставив целые стада неконтролируемых взбесившихся мурашек побежать по моему телу от пяток до макушки.

– Очень приятно, – улыбнулась я вежливо, стараясь на него не пялиться. Он всё же мне кажется очень знакомым.

Ну не может быть такого, что я человека никогда не встречала, а лицо запомнила. У меня отличная память на лица.

– И мне очень приятно, – улыбнулся Евгений, задумчиво глядя на меня, будто тоже что-то такое почувствовал. – Можешь звать меня Женя, Кэт.

Как… я поперхнулась воздухом. Как он меня назвал? Кэт?

В моей голове медленно, но верно складывался пазл, который не должен был там складываться. Не здесь и не с ним. Не с моим парнем, копающим сугроб перед капотом нашей почти семейной машины.

Не может быть этот парень с той самой вечеринки, где я… где мы…

– Ты мне очень сильно кого-то напоминаешь, – вдруг сказал он, – мы раньше не встречались?

А у меня в голове немой крик ужаса и визг воображаемого кардиомонитора, причиной чего стало моё остановившееся сердце, потому что если это ОН, то мы не просто встречались!

Мы были очень, очень близко знакомы!

Ближе некуда!

– Стопроцентно нет! Я бы тебя запомнила!

Глава 2

Я стояла в сторонке, спрятав руки в глубокие карманы пуховика, и глядела, как двое молодых сильных мужчин раскидывают снег вокруг машины, чтобы она могла выехать из сугроба. Казалось бы, чего особенного. Только для меня тут есть маленькое «но».

Один из этих мужчин подозрительно, ну просто очень сильно, похож на человека, с которым я не должна была пересечься ни под каким предлогом и ни при каких обстоятельствах. Минимальная статистическая возможность! Именно так всё и было задумано! Именно для этого вход на ту вечеринку был закрытым, и отбор происходил самым тщательнейшим образом!

И маски были неспроста.

А этот… Жека, он не тот мужчина с вечеринки. Просто похож. Ну, мало что ли похожих мужчин на свете? Город у нас большой, страна ещё больше. Кое-кто, я знала, на вечеринку прилетал из других городов. И тот прилетел, стопроцентно. Из Владивостока или Калининграда. Чем дальше, тем лучше.

Я должна успокоиться и перестать паниковать, а то Денис заметит, что я пялюсь на задни… могучую спину его лучшего друга Евгения, который наклонился передо мной, очищая передние колёса.

Так, всё! Хватит! Я отвернулась спиной, чтобы не видеть ничего и мои глаза меня не выдали тем, что разглядывали не моего парня.

Я просто хотела убедиться, что мне показалось. Да. Именно так.

С другой стороны дороги на снежном валу, оставленном трактором снегоуборщиком, сидел кот, как царь горы, и оглядывал свои владения с таким видом, будто мы все муравьишки заползшие в его двор. Какой же он огромный! Он домашний вообще или живёт в будке на улице?

– Кать! – позвал меня Денис, – прыгай в машину, едем!

Слава богу!

Я развернулась и пошла к машине, отмечая, что Евгений стоит у задней двери, и открыл её для меня. А когда приблизилась, поняла, что слышу его тяжёлое глубокое дыхание от работы, а поравнявшись, ощутила, жар, идущий от его тела, а хуже всего… крепкий мужской запах, смешавшийся с пряным резковатым парфюмом. У меня волоски в носу зашевелились, как только я сделала случайный вдох, и что-то вспыхнуло в сознании, как давно забытое воспоминание.

– Спасибо! – пискнула я и запрыгнула в машину. Нет! Нет! Мне ещё его обнюхивать не хватало!

Это не он я сказала!

Евгений садиться не стал, он захлопнул дверь и отошёл. Денис тут же тронулся, тяжело выруливая по снежной дороге из остатков сугроба, сразу же поехал дальше.

– А Женя? Ты его забыл! – не на шутку заволновалась, мы парня в мороз в одном свитере на улице бросили.

– Лопаты в салон не влезут! В багажник тем более, а ещё ему надо Вафлю поймать и домой забрать.

– Лопаты? Как-то некрасиво вышло, – я с сомнением глянула назад, где за стеклом в надвигающейся темноте растворялась высокая фигура Евгения.

– Да ладно тебе! Это его идея была! Ты Женьку не знаешь, он такой, сам предложил пойти пешком. Сейчас пробежится и нагонит нас, он любит спорт.

– Да, не знаю я Женьку, – я прикусила губу и поняла, что пока торчала на улице, съела всю гигиеничку и она наверняка обветрилась.

Свернув в широкие распахнутые ворота, мы подъехали к дому, он оказался намного больше, чем я ожидала. Целый особняк в два этажа, красный кирпич, белые украшения на углах и рамах. Дорого, богато. Я знала, что Денис не из бедной семьи, но, кажется, промахнулась в предположениях на порядок.

Вдоль дома в обе стороны от крыльца из-под снега торчали голубые ели. Ну, прямо кремлёвская стена.

Денис остановился прямо напротив широкой лестницы и, не заглушая двигатель, вылез наружу, тут же открыл багажник, чтобы разгружать наши вещи и подарки. Я тоже выбралась и попыталась взять одну из коробок, но Ден не позволил.

– Иди, позвони в дверь, пусть встречают!

Я выполнила его просьбу, и не успел отзвенеть мелодичный звонок, как на меня из распахнутой двери вылетела женщина ураган. Невысокого роста, полненькая, с короткой стрижкой и такими же, как у Дениса серыми глазами.

– Катюша! – сгребла она меня в объятья, хоть мы ни разу ещё и не встречались, – наконец-то приехали! Мы уже начали волноваться! Не замёрзли? Сейчас вас отогрею, у меня ароматный чай! А ещё я глинтвейн сварила, ещё горячий! – затараторила она, отстранившись и рассматривая меня жадным материнским взглядом, будто оценивая. – Денис, тащи вещи! Что ты там копаешься?

– Добрый вечер! – из дверей вышел папа Дениса, статный мужчина с седыми усами а-ля Сталин и пожал мне руку, как старому боевому товарищу. – Очень приятно, Анатолий Иванович!

– Катя! – моя рука слегка хрустнула от его силищи.

– А где Женечка? Денис, куда  его подевал?

Я удивлённо обернулась на этот возглас, спускающейся по лестнице мамы. Женечка значит тут не первый раз в гостях.

– Вон бежит твой Женечка! – громыхнул басом папа, тоже спускаясь к машине.

Я застряла наверху, глядя на бегущего Женечку с лопатами на плече и котом рядом. Конан варвар и его верный тигр. Варфоломей, не сбавляя скорости, промчался мимо меня прямо в дом, а Женя свернул к гаражу в стороне, закинул в открытые ворота лопаты и так же бодро подошёл к машине. Получил в руки пару сумок и картонную коробку, в которой мы маскировали подарки родителям.

Проходя мимо меня, он загадочно улыбнулся.

– Проходи, раздевайся, – с придыханием сказал он и у меня слегка подкосились коленки.

Он не в этом смысле, Катя, очнись. Он про верхнюю одежду. Он просто запыхался. Я прошла в прихожую, чтобы не стоять истуканом и на меня снова налетела мама, начала без моего участия расстёгивать на мне пуховик и разматывать шарф.

– Не стоим, раздеваемся, вешаем в шкаф, идём на кухню пить глинтвейн, – поток команд звучал безапелляционно, но вполне заботливо и по-доброму.

Я разделась, повесила, куда указали, куртку, разулась и огляделась. Ну и хоромы, хорошо хоть лестница на второй этаж не мраморная под красным ковром, как в музее.

Мимо меня то и дело проходил то Денис, то папа его, то Женечка… то есть Евгений. Я на всякий случай эвакуировалась в первую попавшуюся дверь, чтобы меня не затоптали. Сзади меня поймала мама прежде, чем я успела разглядеть большую гостиную с панорамным окном, и потащила куда-то за руку.

– Замёрзла! Ручки-то холодные! Идём, налью тебе чашечку!

Она усадила меня за длинную стойку, вросшую в такой же бесконечный кухонный гарнитур в классическом стиле и сделанный, похоже, из массива дуба. Высокий стульчик мягко скрипнул под попой, в моих руках через секунду оказалась большая керамическая чашка, вместе с жаром из неё поднимался сбивающий с ног аромат специй, вина и апельсина. Большой кружок цитрусового плавал сверху, посыпанный корицей.

Я не удержалась и пригубила, едва не закашлялась от количества пряностей, но это было всё же очень вкусно. Я начала жадно пить его, оказывается, я и есть тоже хочу. Надеюсь, ужин скоро.

– Тёть Галь, я в душ, можете начинать ужинать без меня! – сказал Евгений, появившийся у моего левого плеча и напугавший меня так, что я поперхнулась. Он постучал меня слегка по спине своей раскалённой ладонью. – Всё хорошо? Я напугал?

– Нет, – откашлялась, я – не в то горло просто, – отмахнулась я.

– Что значит, без тебя? Ты наш гость! Без гостей ужинать не садятся! – мама была иного, чем он мнения и уже хлопотала с какими-то блюдами, что-то вынимала из духовки. Кажется, наш приезд – отдельный праздник.

– Я постараюсь быстро! – кинул он, уже убегая из кухни.

Вместо него ввалился Денис, который снял куртку и тоже слегка благоухал.

– И ты бегом в душ! – махнула на него мама полотенцем, мне вонючки за столом не нужны, – на первом этаже иди, в верхнем Женечка.

– Ладно, – Денис распрямился, потому что за мгновение до этого пытался отпить глинтвейн из моей чашки. Развернулся к выходу и пробубнил себе под нос, – в верхнем Женечка.

Кажется, кто-то ревнует, подумала я и вернулась к своей чашке, ожидая, что сейчас и меня куда-нибудь отправят. Хотя зачем ждать?

– А где наша с Денисом комната будет? Я хочу свитер переодеть, а то жарко.

– Конечно, дорогая, – улыбнулась мама Дениса, – наверх, направо и вторая дверь, первая это ванная комната.

– Спасибо! – я сделала ещё глоток напитка и, выдохнув пряный жар, встала и направилась в указанном направлении. Судя по тому, что сумок в прихожей не было, их отнесли в нашу спальню.

Я поднялась по широкой деревянной лестнице с блестящими лаковыми балясинами и перилами, свернула направо, отсчитала вторую дверь, слыша, что за первой шумит вода и вошла в нашу с Денисом спальню. Большая светлая комната с широкой кроватью, массивными шкафами, коврами, как точно обставила бы и моя мама. Правда, не так дорого.

У кровати стояла моя сумка, и я сразу же её расстегнула, достала тонкий джемпер с треугольным вырезом, чтобы жарко больше точно не было. Сменила свитер на него и глянула на зеркало над комодом. Пригладила растрепавшиеся от капюшона светлые волосы и подмигнула сама себе. Возьми себя в руки, родители твоего парня не такие уж и страшные.

На этой бодрящей мысли я вышла из комнаты и осторожно заперла дверь, развернулась, чтобы тут же увидеть выходящего из ванной Евгения. Он был в одном полотенце и совершенно мокрый, будто вытереться было слишком сложно или некогда. Капли воды, кожа и мышцы, перед моими глазами зарябило.

– Ой! – удивилась я его внезапному появлению в почти неодетом виде.

Он тоже вздрогнул и развернулся, захлопывая дверь за своей спиной.

– Прости, я не хотела тебя напугать! – тут же попыталась я извиниться.

– Катя, не знал, что ты тоже тут, – решился пойти в открытую дверь другой комнаты, которую я теперь заметила с другой стороны лестницы.

Полотенце почему-то решило остаться на двери.

– Ой! – сказала я снова, закрывая рукой глаза.

– Блин! Прищемило! – услышала его смущённый голос.

Я не выдержала и слегка раздвинула пальцы, чтобы ещё сильней расширить глаза. Пока Евгений боролся с заевшей ручкой двери, я была удостоена округлым великолепием на два полушария чистейшего совершенства. А потом я увидела её…

Маленькая тёмная родинка над левой ягодицей.

 Нет! Нет! Нет!

Я резко вдохнула и провалилась в открытую дверь своей спальни, захлопнула её и прижалась спиной. Перед моими глазами всплыла картина, которую я теперь не могла стереть. Эта маленькая тёмная родинка и краснеющая от удара моей ладони кожа. И его низкий стон удовольствия…

Глава 3

Ужин был уже накрыт на стол, и Денис с родителями рассаживались на свои места, шумно обсуждая поездку  и попадание в сугроб. Варфоломей восседал на большой тумбе в углу, и его морда выражала верх самодовольства. Евгений ещё не спустился со второго этажа, а я отошла к кухонной стойке, чтобы взять корзиночку с хлебом.

Увидела чашку со своим недопитым глинтвейном и осушила её одним глотком. Как пряно, но же не горячо, только послевкусие на языке, воспоминание об этом жаре.

Как воспоминание о жарком идеальном теле под моими руками, вот я глажу его рельефные грудные мышцы, обхватываю ладонями плечи, царапаю спину… И эта родинка…

Нет! Ну нет, пожалуйста!

Это же было так давно. Память, родненькая, не подкидывай мне эти образы. Как жаль, что глинтвейна больше не осталось, а лучше бы чего-то покрепче, чтобы я смогла расслабиться. У меня от волнения сердце не хочет замедляться, так и колотится, после того как я услышала хлопнувшую дверь в спальню Жени и убежала поскорей вниз.

Меня позвали, и я вспомнила про корзиночку, понесла её на стол, доброжелательно улыбаясь. Меня уже терзает совесть, ну как так?

– А вот и Женечка! – радостно провозгласила мама Дениса и скомандовала всем садиться.

Я разместилась на предложенный стул, и оказалось, что напротив меня место пустует. Через мгновение туда приземлился Женя и мельком бросил на меня взгляд, тут же отвёл его, будто не хочет смотреть мне в глаза. Я и забыла, какой он сногсшибательно красивый, какие у него удивительные серо-зелёные глаза под загнутыми ресницами.

Эти глаза я запомнила лучше всего, потому что именно их я могла лицезреть в прорезях маски всё то время, что… Я опустила свой взгляд в тарелку, в которую Денис накладывал все три вида салатов, что наготовила его мама, а потом ещё кусок запечённой буженины. Я, конечно, голодная, но не до такой же степени.

– Какой я голодный! – и я снова смотрю на то, как Женя, наполняет свою тарелку угощениями. Как он улыбается всем, будто они его самые родные и близкие, хвалит салаты, заставляя маму довольно сиять.

Большая вилка была занята, и он подцепил кусок буженины с блюда рукой, плюхнул себе на тарелку и облизнул кончики пальцев, украдкой поглядывая, не увидел ли, кто этого жеста. Я увидела… и я медленно плавлюсь, глядя на его пальцы и блестящие губы.

Господи, боже мой…

Чёрный мартовский кот между моих ног, целует внутреннюю сторону бедра, глядя мне прямо в глаза своими гипнотизирующе-зелеными, проводит пальцами по нежной коже моего раскрытого бутона, размазывает моё возбуждение, а потом сладко облизывает блестящие пальцы, закры…

…вая глаза.

– Галина Васильевна, ваша буженина – это просто оргазм для желудка! – сказал он, раскрыв глаза, и внезапно поймал мой взгляд.

Я сжала ноги под столом, у меня всё горит, пульс бешеный, медленно еду крышей, утопая в этой зелени, я почувствовала, что дышу часто и взволнованно. Схватилась за вилку, чтобы замаскировать своё смущение и тоже воткнула его в кусок мяса. Только почему-то глаз не могу оторвать от Жени.

Он что-то мне сказал без звука, я лишь увидела медленное отчётливое движение красиво очерченных губ. Сознание попыталось догнать зрительный сигнал. Он сказал: «извини».

«За что?» – точно так же одними губами спросила я?

За то, что я словила мартовский флешбэк с вечеринки, и у меня чуть не случился самопроизвольный неожиданный оргазм?

«Я был голый», – сказали его губы, и у меня перед внутренним взором тут же возник его силуэт полностью без одежды. А потом тот, что стоял возле двери ванной без полотенца, слился с тем, что шёл ко мне через освещённую красным комнату и из одежды на нём только шелковая чёрная маска-бандана с кошачьими ушками и…

…он восхитителен, воплощение совершенства мужского тела, как мраморная статуя из музея. И я не знаю, почему из всех «кошечек» он выбрал меня, маленькую, сиамскую, смущённую от обилия обнажённых тел вокруг. Он идёт ко мне, соблазняя одним только взглядом, и я не могу не любоваться этими движущимися мышцами, этими плечами, прессом, бёдрами, чле…

– Котёнок! Вина тебе налить? – голос Дениса вывел меня из транса резче, чем пощёчина.

– Да! – слишком резко ответила я и испуганно посмотрела на Женю. Он не глядел на меня точно так же, как я на него. Он продолжил жадно поглощать ужин, потому что нагулял аппетит, убирая снег.

Я, не глядя, взяла бокал с красным вином, что мне налил Денис, и сделала несколько очень крупных глотков. Тепло тут же расползлось внутри моего живота, и я поняла, что надо срочно поужинать, пока я не захмелела и не потеряла над собой контроль.

Не смотреть на него!

Ни под каким предлогом!

Я отставила бокал и взялась за свой ужин. Салаты и правда были очень вкусными, я попробовала каждого понемногу, чтобы потом спокойно ответить на вопросы Дениса. Он ведь стопроцентно позже начнёт меня обо всём этом расспрашивать. Ему нужно и важно знать, что мне понравилось, а что нет, как я себя чувствую, чего хочу ещё, классно ли его мама готовит, и интересно ли он рассказывал историю о чём-то смешном с его работы.

Моей ноги что-то коснулось, и я вздрогнула, посмотрела в сторону и вниз, чтобы увидеть сидящего возле меня Варфоломея. Он выразительно смотрел мне в глаза, а потом ещё раз тронул своей огромной лапищей. У этого кота глаза жёлтые с вертикальными зрачками, как у настоящего тигра.

– Вафля! – раздался строгий голос Жени, – не угрожай нашей гостье! Иди сюда!

– Угрожай? – переспросила я удивлённо.

– Он сначала будет тебя гипнотизировать, а потом начнёт класть лапу и с каждым разом выпускать когти всё сильней, пока ты не дашь ему то, что он желает. Он доминант, всегда добивается своего силой, через маскирующую мягкость.

Женя отпилил небольшой кусок от своей порции буженины и протянул мне через стол вилку.

– Вот, дай ему, только осторожно, чтобы руку не откусил.

Я взяла вилку и протянула ее коту. Тот взмахнул лапой и выбил ее у меня из рук, вилка со звоном упала на пол, и Варфоломей тут же унес её вместе с куском мяса в своей зубастой пасти.

– Жек, не корми его за нашим столом, а? – образовался Денис над моим плечом и  проводил кота недовольным взглядом. – Это не гигиенично!

– Прости, не буду, я забыл, что он не помыл лапы перед едой.

– Я принесу другую вилку! – я тут же вскочила с места и спешно пошла на кухню.

– И перечницу захвати с верхней полки над плитой!

– Хорошо! – крикнула я, уже из кухни, быстро огляделась, нашла ящик с вилками, взяла одну, затем увидела ряд специй на полке над плитой. Там стояла и высокая перечная мельница. Я потянулась за ней… не достать…

Горячая рука легла на мою талию, и сзади вжалось тело. Я резко вдохнула, ощущая его так близко, что у меня чуть не отнялись ноги. Женя потянулся над моей рукой и взял перечницу. Она стояла так высоко, что, только вжавшись в меня, можно было достать.

Горячее, влажное тело вжимается в меня в быстром ритме, твёрдый пресс прилипает к моей спине, бёдра шлёпают о мои ягодицы, и зубы вонзаются в чувствительную кожу на шее. Внутри меня огонь разгоняемый…

Я выронила вторую вилку.

– Прости! Не рассчитал! – Женя отодвинулся и сам поднял вилку, швырнул её в раковину. – Не придавил? – спросил и замер, глядя мне в глаза.

Что-то отражается у меня на лице, и я даже боюсь представить, что, раз он так на меня смотрит. Быть может, прямо в моих расширившихся зрачках он видит, как в маленьких кинескопах, ту же самую порнуху, что и я.

– Нет, – выдавила я шёпотом. Слегка выдохнула, – подошёл неожиданно просто, я думала здесь одна.

– Значит, мы квиты, ты меня напугала, я тебя.

– Да, – у меня словарный запас сократился до двух слов.

– Ну, где вы там? – раздался голос папы от стола, – вина захватите!

– Возьми другую вилку, а я вино, – предложил Женя и сразу же отошёл от меня к винному шкафчику окна. Я провела рукой по своему лицу, чтобы стряхнуть с себя это оцепенение и почувствовала, как горят у меня щёки.

Здесь очень жарко. Кажется, не этот джемпер мне надо было надевать, лучше какую-нибудь тонкую футболочку или…

Я выбрала маску сиамской кошечки, серебристую с черными ушками…

Бах! И я уже сижу за столом, не помня, как туда вернулась. Рядом со мной стоит стакан с водой и бокал с вином. Я выпила сначала воду, а потом пригубила вино. Женя спокойно сидел напротив и разговаривал с папой Дениса о его машине.

Ну всё, у меня провалы в памяти и флешбэки. Я слегка сошла с ума. Не думала, что частная анонимная секс-вечеринка может так травмировать мою психику.

– Совсем забыл! – вдруг громко сказал Евгений, – мне послезавтра надо будет уехать на корпоратив моей компании, вернусь утром.

– Хорошо, тогда завтра как раз съездите за ёлкой и нарядим её все вместе! – добавила свои планы Галина Васильевна.

– Отличный план! Возьмём папин внедорожник, положим её на багажник сверху! – включился Денис.

Я выдохнула с некоторым облегчением. Если Жени не будет здесь целый день послезавтра, я смогу прийти в себя. Надо побороть в себе всё это безобразие.

– Так, всё, я объелся! – провозгласил Женя, – срочно на улицу сжигать калории! Ден, айда в снежки! – он уже вскочил и поднимал Дениса со стула, после него потянулся за мной. – Кэт, подъём, кто оденется последним, того я завалю в сугроб!

И этот ураган унёсся в прихожую под смех родителей Дениса. А я встала, как истукан, не зная, то ли мне бежать впереди всех, то ли специально задержаться, чтобы он меня завалил…

…красный свет, зелёные глаза, язык медленно ведёт по моим губам, по-кошачьи целуя…

…в сугроб. Мне явно нужно остудиться!

Глава 4

Парни разыгрались не на шутку, носились по расчищенной подъездной дорожке перед домом и кидали друг в друга огромные снежки, схваченные из сугробов по бокам. Из толстой ночной тучи на нас посыпал густой пушистый снег, покрывая сверху новым слоем. В свете фонариком возле дома это выглядело очень красиво и я какое-то время просто стояла и любовалась на зимнюю сказку перед моими глазами.

А потом про меня вспомнили!

– Она оделась последняя! – прокричал Денис и налетел на меня, хватая на руки, – в сугроб её!

Подхватил как куклу и всего через несколько шагов закинул в высокий пушистый сугроб недалеко от крыльца. Я с визгом плюхнулась и утонула в снежной горе, сверху ещё навалился снег и засыпал мне лицо, попал под капюшон и даже за шиворот, потому что я поленилась надевать шарф. От ледяных комочков внутри тут же побежали мурашки по всему телу.

– Эй! Это я тут в сугробы кидаю! – раздался весёлый голос Жени, и я, привстав, увидела, как он догнал и схватил ржущего Дениса, не сильно напрягшись, и его толкнул в снежную горку между двумя голубыми ёлками. Денис ухнул туда так глубоко, что снаружи остались торчать только ноги.

Женя уже был возле меня.

– Вашу ручку, сударыня! – шутливо поклонился, собираясь выдернуть меня за руку из сугроба.

– Сейчас у меня кто-то пожуёт снежку! – сзади на него налетел Денис и толкнул в спину, а так как он стоял, наклонившись, тут же повалился вперёд, прямо на меня.

Сверху прилетел ещё и огромный комок снега, накрывший нас с головой. Если бы не Женя, мне залепило бы всё лицо, но он успел прикрыть меня, подняв руки вокруг словно домиком. Я на мгновение подняла глаза на раскрасневшееся, смеющееся лицо парня и не смогла не улыбнуться, насколько заразительным был его смех и эти озорные искорки в глазах.

Его лицо вдруг изменилось, и улыбка стала мягче, осторожным жестом он стряхнул снег с моих распущенных волос, упавших на лицо. Поток кружащихся как зимняя метель мыслей и воспоминаний заставил меня опустить взгляд на его красивые губы, я неосознанно облизнулась, невольно вспоминая их вкус.

– Катюха! Я спасу тебя! – раздался крик Дениса, и Женя надо мной вдруг подпрыгнул, будто его кто-то сдёрнул.

Это и вправду оказался мой парень-спаситель, который для полного счастья ещё и снегу насыпал Жене за шиворот, вызвав бурю эмоций и криков. Я села в снегу и помотала головой, хорошо, что Денис меня выручил, иначе… я не знаю, чем бы это закончилось.

…как тебя зовут, кошечка? – Он лежал на мне всем телом, мы дышали шумно и измождённое, оглушённые очередным ярким оргазмом, его лицо нависало над моим, и я думала только о том, что хочу его поцеловать, глядя на приоткрытые припухшие губы.

– Нам нельзя называть имён, – прошептала я, – это против правил.

– К чёрту правила, – он впился в мои губы жарким влажным поцелуем…

Теперь мне руку протянул Денис и напомнил, что я здесь, вообще-то, с ним, приехала в гости к его родителям. Он поставил меня на ноги и обнял.

– Не замёрзла ещё? Ты чего без шапки?

– Нет, – я покачала головой, улыбаясь, – мне жарко и весело.

– Вот тебе! – Женя запихнул Денису за воротник крупный снежок. Месть вышла шумная и весёлая, потому что они вновь понеслись по площадке, закидывая друг друга снегом.

Я встряхнула и потёрла отмёрзшие в снегу руки, подышала на них немного, глядя на парней. Распахнулась входная дверь дома и высунулся папа Дениса в свитере.

– Женька, лови тигра! – под этот крик из дома вырвался котяра и понёсся к своему хозяину, который тут же обернулся и звонко свистнул. У самого Жени Вафля свернул и обогнул его по дуге, ломанулся к приоткрытым воротам сразу на улицу.

Женя тут же побежал за ним, скрываясь в темноте за воротами.

– Он что, сбежал? – спросила я с беспокойством Дениса, подошедшего ко мне и отряхивающегося.

– Кто, Жека? – удивился он.

– Варфоломей!

– Да нет, ты что! – отмахнулся, – это Жека его так выгуливать пошёл, ему надо набегаться вволю, а потом ещё пару часиков поохотиться на живность местную, а то этот саблезубый нам весь дом разнесёт и спать не даст. Вымотать его надо.

– Ты такой ненасытный… совсем меня вымотал – я лежала на кровати за прозрачной ширмой, вокруг всё ещё звучала музыка и чужие стоны, но меня волновал теперь только один кот.

– Мне тебя мало, – мартовский чёрный поцеловал мой живот, – расслабься, я и сам справлюсь…

Я посмотрела вверх на падающие в свете фонарей снежинки. Они мягко приземлялись на моё горящее от чувства вины лицо. Как же мне выбраться из этой ловушки?

– Пойдём домой, хочу глинтвейн твоей мамы! – я взяла Дениса за руку.

– А пойдём, не будем мы этого Маугли с его тигром ждать, нечего себе зад морозить.

Мы ушли в дом, отряхнулись в прихожей и развесили одежду сушиться. Кто-то разжёг камин в гостиной и погасил верхний свет, теперь только огонь освещал трепещущими языками большую комнату с двумя длинными диванами. Денис усадил меня поближе к камину и отправился на кухню за глинтвейном. Вернулся с двумя горячими чашками.

Когда сел рядом со мной и обнял за плечи, внезапно сказал:

– Давай не будем таких котов заводить?

– Давай, он очень большой, – согласилась я, вспоминая его пасть, когда он унёс вилку с куском мяса.

– А ещё ему нужно много места, Жека из-за него загородный дом покупать будет. Квартира у него большая, но этому зверю нужен простор в пару гектар.

– Он хорошо зарабатывает? Дом, это ужас сколько расходов.

– Достаточно, – подозрительно скупо ответил Денис, и мне показалось, что лучше не касаться этой темы. Скорей всего между ними есть небольшое соперничество в плане заработка, которое Денис немного проигрывает.

– Ну, значит, справится, – свернула я эту неприятную ему тему и мягко чмокнула его в щеку.

Я отпила глинтвейн, наслаждаясь теплом, расползающимся внутри и рукой Дениса на плечах. Хорошо и спокойно. Тихо. Но взгляд сам собой ползёт к тёмному окну, где на снежных просторах и плохо освещённых улицах прогуливается огромный мартовский кот и его сибирский саблезубый питомец.

Так мы и сидели, попивая глинтвейн и думая, каждый о своём. Я гнала от себя мысли о Жене, пока он внезапно не вернулся домой, шумно ввалившись в прихожую, видную из гостиной, в облаке снега и распахнутой одежды. Даже отсюда казалось, что я чувствую жар его разгорячённого после бега тела.

Он разделся и ушёл на кухню, погромыхал там какой-то посудой в поисках еды или воды, не знаю, а потом вышел в холл, направляясь к лестнице наверх. Заметил, что я наблюдаю за ним.

– Спокойной ночи! – притормозив на первой ступени, сказал он с улыбкой.

– Ты спать? – заметил его и Денис.

– Не, почитаю, пока Вафля охотится, а когда пущу его домой, тогда и лягу.

– Давай! – махнул рукой Ден, – смотри не проспи! А то без тебя за ёлкой поедем!

– Будь спокоен, ваша ёлка в надёжных руках! – засмеялся он, поднимаясь по ступеням.

– А как он узнает, что Варфоломей вернулся со второго этажа?

– Эта когтистая скотина к нему на балкон залезет и поскребётся, не волнуйся, он не будет никого будить своими ночными завываниями.

– Я и не… – я глянула на снежную темноту за окном, – волнуюсь.

Зачем-то представила Женю в кровати, читающего книгу… Почему-то голым… Так! Хватит!

– Пойдём спать? Я хочу уже в мягкую кроватку с тобой, – я притёрлась к Денису, чтобы меня не одолевали нехорошие соблазны.

– Да! Пойдём, а то сами проспим.

Мы отнесли пустые чашки на кухню и поднялись в свою спальню. С этой стороны дома снаружи тянулся длинный балкон, на который был выход из всех комнат по этой стене. И из нашей, и из родительской, и из Жениной.

Быстро приняв горячий душ, мы улеглись в кровать, я хотела было намекнуть Денису на короткий секс для крепкого сна, но он так быстро отвернулся от меня и засопел, что не оставил мне выбора. Я легла на другой бок и уставилась за окно, где на балконный парапет почти в полной темноте падал снежок. Мои глаза сами собой закрывались… я тоже устала от разнообразных впечатлений за день.

Мне нужно просто отдохнуть.

Все женщины в тонких вечерних платьях чёрного цвета, надетых на обнажённое тело, шёлк ткани подчёркивал изгибы и торчащие от предвкушения соски. От каждого движения платье само ласкало мою грудь и бёдра, где скользило мягкими складками. Возбуждение, как электричество перед грозой, наполняло воздух вокруг.

Я танцевала, с интересом разглядывая мужчин вокруг меня в чёрных смокингах на голое тело, некоторые уже расстегнули пиджаки, и женские глаза радовали их разнообразные красивые тела. Ко мне подходили в танце то один, то другой мужчина, едва касаясь и следуя правилам вечеринки.

Все вокруг различались только масками котов и кошечек разной расцветки. Только так мы могли отличить друг друга, а могли не различать вовсе, ведь у «мартовских котов» одна цель – максимум любви холодным днём ранней весны, когда тело требует ласки и безудержной страсти, устав от зимы и одиночества.

Скоро часы над сценой пробьют полночь, и мы начнём раздеваться, превращая танцы в оргию. Я уже дрожала от волнения и предвкушения. Но так и не нашла себе избранника, с кем хотела бы уединиться. Быть может, вон та пара, что глазеет на меня весь вечер, сумеет меня соблазнить уйти с ними в мягкий уголок, или вон тот худой парень с пластикой гимнаста, так часто подмигивающий мне.

А потом мой взгляд притянули зелёные глаза, сверкнувшие в мягком красноватом свете. Чёрная маска, красивые чувственные губы под ней и лёгкая улыбка, когда наши взгляды встретились. Я перестала чувствовать под собой ноги, и раздался бой часов…

Глава 5

Мы выехали после завтрака, усевшись в разогретый папин внедорожник с багажником на крыше, на котором он ездит на рыбалку. В него можно было засунуть такое количество вещей и палатку в придачу. Я сидела одна на заднем сидении, а парни разместились впереди. Они договорились, что в ту сторону Денис ведёт машину по сугробам до города, а в обратную, уже с ёлкой, Женя, потому что он более опытный водитель, и вообще участвовал в гонках по бездорожью и автопробегах.

Я ещё раз удивилась, как интересна и полна приключениями жизнь Евгения и даже немного ему позавидовала. Денис был спокойным и домашним, он любил город, офис, обустроенные курорты с бассейном и рестораном. Все эти путешествия в грязи и приключениях на пятую точку не про него.

Мне иногда приходилось умалчивать некоторые моменты и увлечения в моей жизни, чтобы не шокировать его. Например, то, что до того, как мы начали встречаться, я посещала «Кинки-пати», костюмированные секс-вечеринки. От этой новости его хватил бы Кондратий.

А меня всю ночь мучили эти воспоминания, я совсем не выспалась из-за того, что несколько раз просыпалась взмокшая и перевозбуждённая, бродила по дому, ходила на кухню пить воду и глинтвейн, в надежде, что от него меня отрубит. Но лучше не становилось.

Отпустило только после того, как Денис проснулся от будильника и мы всё же занялись утренним сексом в час его максимального либидо. Сейчас мне было немного легче, и я могла смотреть на Женю, не представляя его в маске кота и голым задом.

По дороге до города и ёлочного базара мы болтали и слушали музыку, я теперь лично смогла убедиться, что у парней очень много общего, и они на самом деле дружат давно и крепко. Быть может, даже со школы или детского сада. Судя по их разговорам про своих мам, даже они были хорошо знакомы и дружили семьями. Это объясняло то, почему Женя вдруг оказался приглашённым на новогодние праздники к Аникиным.

Я подслушала, что родители Жени укатили в новогодний отпуск куда-то в Тайланд, а на его приглашении настояла мама Дениса. Её любовь к другу своего сына я не очень могла понять. Ладно я… то есть, если бы она была молодой, как я, то она запала бы на парня красавчика, но тут было что-то иное.

В любом случае размышлять было некогда, потому что мы приехали на ёлочный базар возле большого торгового центра. И сначала заглянули на небольшую праздничную ярмарку, где на открытых лотках и в маленьких киосках продавали ёлочные украшения, сувениры, подарки и праздничные вкусности. Сразу захотелось какой-нибудь разноцветный ароматный пряник или леденец в форме ёлки.

Мы прошлись вдоль лотков, с шутками обсуждая интересные вещицы, купили немного праздничных сладостей, а потом Денис вдруг подошёл к лотку с маскарадными костюмами и масками. Я было подумала, что он захочет нарядиться в Деда Мороза, а меня одеть в Снегурку, как он взял в руки пластиковую маску кота и приложил к своему лицу.

– Мяу! – сказал Денис и улыбнулся, поворачиваясь ко мне.

Улыбка растворилась на моем лице

Он вёл языком от моего лобка вверх, нарисовал узор вокруг пупочной ямки, прочертил линию до середины ложбинки между грудей, широко лизнул один сосок и подул на него, я восторженно задохнулась, затем засосал второй и лизнул на прощание, поднимаясь выше. Облизнул шею и оторвался, глядя на меня тёмным горящим взглядом.

– Мяу… – сказал чёрный кот чуть охрипшим, страстным голосом и лизнул меня в губы, которые я тут же приоткрыла, захватывая в плен его умелый язык, который только что заставил меня биться в экстазе и почти кричать на весь зал, вызывая завистливые взгляды из соседних кабинок и с диванчиков.

– Вот! Эта тебе больше подойдёт! – сказал Денис и показал мне маску белой кошки, закрывающую нос, глаза и лоб. – Скажи, Жек, ей идёт? – и приложил к моему лицу.

А я испуганно перевела взгляд на Женю, стоящего за плечом Дениса. Тот посмотрел на меня, замер и приоткрыл рот, его глаза расширились, зрачки вдруг стали большими и тёмными.

Он. Меня. Узнал!

– Лучше я буду Снегурочкой! – я оттолкнула маску кошки и нацепила на голову шапочку внучки Мороза. – Хочу глинтвейн! – смоталась я, прежде чем Женя успел что-то сказать, а Денис заметить.

Пробежала несколько палаток от них, куда-то свернула, ещё раз, нашла киоск с глинтвейном и какао и встала в очередь, полыхая от стыда.

Боже мой! Боже мой! Боже мой!

Приложила холодные руки к щекам, чтобы привести себя в чувство.

– Кать! – послышалось со стороны. Меня звал Денис, разыскивая по рядам. Блин, я же даже не оплатила шапочку. Позорище какое! Ещё один пунктик в список моих грехов!

Надо успокоиться, надо выдохнуть. Ничего не произошло, мне показалось, может, просто маска была ужасная…

– Ты чего сбежала?

– Умираю от жажды и… замёрзла, – невпопад ответила я. Денис взял мои руки в свои.

– И, правда, холодная, ладно, давай куплю тебе что-нибудь горячее попить? С чем хочешь глинтвейн? С яблоками или апельсинами? Может какао лучше? Ты какая-то слегка перевозбуждённая, от вина тебя…

– А где Женя? – перебила я его, оглядывая улицу за спиной Дениса.

– Ёлку пошёл смотреть, сейчас мы его догоним. У него хороший нюх на свежие ели, которые потом долго стоят и не осыпаются.

– Сколько же у него талантов, – задумчиво пробормотала я, повернувшись к киоску, где в большом парящем чане плавали кружки апельсина. Думала я, правда, совсем не о тех, где он разбирается в ароматах хвойных.

– Не говори, аж бесит иногда! – вдруг с чувством ответил Ден, – как тот самый… – он запнулся, вспоминая слова, – сын маминой подруги! Идеальный, блин, чувак, который портит жизнь каждому приличному мужику, потому что только и слышно от его собственной матери, Женечка то, Женечка сё… – он передразнил свою маму, а я удивлённо распахнула глаза. – А я стопроцентно уверен, что это он мне назло такой мистер Идеальный при всех! Это его изощрённая месть!

– За что? – я аж рот открыла от изумления, я думала они как родные братья, а там оказывается какой-то скрытый давний конфликт.

– Да я у него… – посмотрел на меня, передумал, – неважно. Нам, пожалуйста, три глинтвейна с собой! Два с яблоком, один с апельсином! – быстро свернул тему он, и я не стала допытываться.

С тремя картонными стаканчиками в руках мы отправились в сторону виднеющихся верхушек елей, указывающих на базар. Не сразу нашли между рядами ёлок нашего Женю. Ден сразу вручил ему один из стаканов и, широко улыбаясь, спросил:

– Ну что? Нашёл ту самую, единственную и неповторимую? – имея в виду ёлку, которая свежее и лучше всех.

Женя посмотрел на меня.

– Нашёл.

Я поперхнулась глинтвейном и громко закашлялась, отворачиваясь.

– Да куда ты так торопишься? – Денис похлопал меня по спине, – будто последний допиваешь, мама ещё наварит. Хотя тебе явно надо бы поменьше, ты какая-то странная в последние дни.

Я продолжала стоять к ним боком, чтобы не встретиться взглядом с Женей. Не могу я! Я сейчас заору!

– Вот, – начал объяснять Женя Денису, – как увидел, с первого взгляда понял, что это она. Та самая.

– А на запах?

– И на запах идеальная, и по форме, и внешне… – я будто чувствовала его взгляд на мне, но повернуться не могла. И мне от ужаса казалось, что он отвечает совсем не про ёлку. – И на вкус самая лучшая.

– Ты что её ещё и попробовал? – усмехнулся.

– Да, – почему-то тише, – я хотел узнать её до мельчайших деталей.

– Пф, ну ты ёлочный маньяк, – заржал Денис, – не знал, что у тебя такой страстный фетиш. Скажу маме, что тебя нельзя оставлять с ёлкой наедине, а то ты её и того… – и продолжил пошленько хихикать.

– А тебе понравилось, Кэт? – спокойно спросил Женя, и я поняла, что прятаться больше нельзя. Нужно посмотреть ему в глаза.

Я повернулась и на всякий случай отпила ещё из стаканчика. Для храбрости. Женя следил за мной и ждал ответа, пока Денис ходил вокруг высокой, идеально стройной и пушистой ёлки, проверяя сделанный выбор.

– Да, – ответила я, не выдерживая его взгляд.

– Я её так долго искал, – добавил он смысла, а у меня сердце заколотилось и это не от очередной порции горячего напитка.

– Да минут десять всего, ты чего? – Денис пришёл с другой стороны ели, которую уже обошёл.

– Слишком долго, – добавил Женя, продолжая забивать тонкие ледяные гвоздики в мой гробик из сожалений.

– Ну как скажешь, по мне так вполне ничего такая, сойдёт! – Денис тряхнул ель за разлапистую ветку, ни одной иголочки не упало. – И по размеру как раз в гостиную. Тогда берём эту! Пойду оплачу!

Денис ушёл и оставил нас наедине, а мне некуда было спрятаться от этого взгляда, кроме как за стаканчик, который я держала перед собой двумя руками. Было ощущение, что я держусь за него и если отпущу, то упаду куда-то в огромную засасывающую пропасть. В серо-зелёную сверкающую бездну…

Он невероятно красив даже в маске, но его глаза… это что-то особенно сильно сводящее меня с ума. Я с замиранием сердца любуюсь тем, как опускаются ресницы на эту пронзительную зелень с вкраплениями, будто кристалликов льда. Они необычные, загадочные, опьяняющие…

Мне хочется поцеловать его ещё раз, чтобы он их закрыл и снова открыл, одаряя этим взглядом, полным самого настоящего блаженства. Он мой наркотик и я хочу видеть этот взгляд снова и снова, эти расширившиеся в экстазе зрачки… и поэтому целую его всё ниже и ниже, проводя пальцами по идеальным рельефным мышцам живота…

– А ты искала? – спросил Женя, выводя меня из транса.

– Нет! Она торчала в очереди за выпивкой, это я её нашёл, – ответил за меня Денис и оказался на сто процентов прав, даже в том вопросе, на который не отвечал. – Ну всё, сейчас нам её упакуют! Поехали домой, я голодный и хочу уже нарядить эту красотку!

Я поджала губы и опустила взгляд.

Не могу я ему сказать, что я тоже искала. Уже слишком поздно, меня нашёл другой. Все наши бесплодные попытки привели нас в тупик. И я не знала, что он ищет меня. Если бы я только знала… я бы не сдалась так быстро. Я бы не…

Теперь уже ничего нельзя вернуть. Слишком много времени прошло.

– Да, Катюш? – что-то спросил меня Денис, а я хлопнула глазами, не понимая, о чём он.

– Что?

– Ты где витаешь? Я говорю, у нас будет самый классный Новый год в этот раз, мы же вместе!

– Да, – натянуто улыбнулась я.

Подошли рабочие, чтобы снять ель с выставочной подставки и упаковать в сеть её ветки.

– Пойду заведу машину и подгоню поближе, – сказал Женя и ушёл.

– Что с тобой? ТЫ какая-то бледная?

– Глинтвейн… в голову ударил, кружится.

– Пойдём, усажу тебя в машину. С ёлкой мы с Жекой сами разберёмся.

И мы отправились в машину.

– Дорогие гости, ровно в шесть часов утра, когда пробьют наши часы, вечеринка закончится и погаснет свет. Наши помощники отведут вас в кабинки для переодевания, где вас ждут все ваши вещи, а затем проводят к выходу. Каждого гостя отвезёт домой персональное такси. Напоминаем, что для соблюдения правил клуба, анонимность нарушать запрещено, и вы можете покинуть вечеринку только с тем, с кем пришли или в одиночестве, если пришли по индивидуальному приглашению. А пока веселитесь! У вас ещё три часа удовольствий, используйте их по максимуму! Пусть все мартовские коты и кошечки утолят свою жажду любви!

Глава 6

Если раньше мне было тяжело, то теперь стало ещё хуже. Всю дорогу я боялась лишний раз взглянуть на Женю, который сидел за рулём. Тот единственный раз, когда я посмотрела в зеркало заднего вида, там тут же встретилась с задумчивым взглядом, его пронзительных серо-зелёных глаз. Мне показалось, что серебристых, словно ледяных, пятнышек в них стало чуть больше.

– Я найду тебя… – он не отпускал мою руку. Хоть за мной уже пришла девушка помощница в чёрном бархатном боди и маске без ушек.

– Нам нельзя, за мной пришли.

– Мне всё равно…

Если бы он только знал, как мне жаль, что… мы встретились именно сейчас. А не где-нибудь полгода назад столкнулись в центре Москвы или ещё на одной вечеринке, которые я посещала, но только с одной целью, найти в толпе зелёные глаза в прорезях маски. Или его самого в любом другом наряде или без.

Сначала мне казалось это реальным, а потом я поняла, что проще найти звезду на небе днём. Я отчаялась и бросила эти бесполезные попытки. А он, оказывается, действительно искал.

Я убедила себя, что это было просто мимолётное наваждение, яркий секс, который ничего не значит. И продолжила жить, лишь изредка вспоминая его, как погружение в невероятную сказку, которая больше никогда не повторится.

Сейчас, впрочем, ничего не изменилось. Сказка не повторится – я уже с другим.

У дома нас встретил Варфоломей, сидящий на самом высоком сугробе. Он не собирался бежать нам навстречу, или хотя бы мяукнуть, просто наблюдал с задумчиво-царственным видом за копошением убогих людишек, пытающихся снять упакованную ёлку с багажника.

Парни отправили меня домой, чтобы не путалась под ногами. Я переоделась и заглянула на кухню, чтобы узнать, не нужна ли помощь с обедом, но меня выслали и оттуда. Мама Дениса не желала делиться кухонным пространством с ещё одной женщиной.

Пришлось подняться в комнату, у меня действительно немного кружилась голова, возможно, в этот глинтвейн подливали какое-то некачественное вино. Я прилегла на минуточку в большую мягкую кровать, обняла подушку и прикрыла глаз.

– Котёнок, просыпайся, – на мое щеку лёг нежный поцелуй, – ты так проспишь всё самое интересное.

– Что? Я не сплю! – я вздрогнула и вскочила, ударяясь тут же в лицо Дениса головой.

– Ай! – прикрыл он нос.

– Прости, прости! – тут же заволновалась я, – не разбила? Ты меня напугал.

– Нет, – он посмотрел на ладонь, – вроде цел. Ты хорошо себя чувствуешь? – приложил к моему лбу руку, потом прислонился губами, – мне кажется, или ты немного горячая.

– Да нет, всё хорошо, – я потёрла лицо, – это ото сна. Я вообще-то не собиралась… – я посмотрела на часы на комоде перед кроватью, – ничего себе! Уже три часа дня!

– Да, – виновато пожал плечами Денис, – ты проспала обед, я хотел тебя разбудить раньше, но у тебя был такой усталый вид во сне, поэтому не стал. Точно всё хорошо? – он взял моё лицо в ладони и пристально вгляделся.

– Точно, меня из-за глинтвейна, наверное, сморило. Или эта… акклиматизация, тут столько кислорода после центра города, что голова кругом просто не переставая.

– Что ж, тогда пойдём вниз, мама подогреет тебе поесть, а потом будем наряжать ёлку. Все уже собрались и ждут тебя.

Я поднялась, переоделась и привела себя в божеский вид. Вместе мы спустились в большую гостиную, где Женя и папа Дениса распутывали длиннющую электрическую гирлянду с множеством разноцветных лампочек. Варфоломей усиленно делал вид, что ему всё это не интересно, грея задницу у камина и скорей всего только что вернувшись с улицы.

Денис увёл меня на кухню, где его сверхзаботливая мама также ощупала меня, поохала и усадила за стол. Накормила горячим крем-супом с гренками и налила чаю с лимоном и имбирём, чтобы не болела. Мне было непривычно столько внимания, но я как послушная девочка всё съела. Денис сидел напротив меня за столом и листал что-то в телефоне.

Не успела я приступить к чаю, как из холла к нам на кухню забежал Варфоломей с лентой мишуры в зубах, развивающимся как воздушный змей в китайский Новый год.

– Стоять! Вафля! – за ним вбежал Жена, обогнул стол, пытаясь его поймать, – отдай зверюга! – кот прыгнул на кухонную стойку, напугав маму, потом на подоконник, оттолкнулся от рамы, как паркурщик и рванул в другую сторону. Женя едва не упал на повороте, врезавшись в стол, – я тебе сейчас!

С шумом и грохотом упавшего стула, они вынеслись с кухни, с лестницы послышался лошадиный топот.

– Не приходи ко мне, когда у тебя эта хрень из жопы торчать будет! – раздалось громогласно, и я прыснула, а мама всплеснула руками.

– Бедный Вафелька, наверное, кушать хочет после прогулки, – взяла пакет с какой-то едой и пошла в ту сторону, – надо его покормить и тогда отдаст.

Вместо неё на кухню вернулся запыхавшийся Женя, поднял упавший стул и сел на него напротив меня.

– Прошу прощения, я и забыл, что ёлка это ещё и мишура. Смотрите теперь под ноги на всякий случай и обувь проверяйте.

– Обувь?

– Может туда кусок мишуры припрятать, чтобы не отобрали, в роду, наверное, белки были.

– Пойду помогу папе, раз ты тут, – вздохнул Денис и внезапно оставил меня одну со своим другом.

Я опустила глаза к чашке, где плавал кусочек лимона, от него вкусно пахло, но даже лимон с имбирём был не в состоянии перебить аромат Жени. У меня словно обострилось обоняние на его запах, я не искала его, но всё время чувствовала. Или это уже нездоровые симптомы и фантомные запахи, потому что я ощущаю не только его чуть резковатый пряный парфюм, но и тот особенный тонкий аромат разгорячённой кожи, который въелся в мою память.

Нельзя от этого всё время прятаться, надо жить дальше.

Я храбро подняла глаза, чтобы…

Женя смотрел на меня, чуть наклонив голову.

– Что? – заволновалась тут же я.

– Ничего, – односложно ответил он, – не пойму, как сразу не заметил.

– Не заметил чего? У меня что-то на лице? – я прикоснулась к щекам, лбу, – или перья из подушки в волосах?

– И глаза голубые… сиамские.

Я моргнула, понимая, куда он ведёт. Женя мысленно примеряет на меня ту самую маску сиамской кошечки. И что он будет делать дальше? Расскажет обо всём Денису? Его родителям? Чтобы меня тут считали…

– Идём! – внезапно он взял меня за руку и не дав опомниться, поднял со стула, потянул за собой. А у меня пульс сразу в космос, щёки заполыхали.

– Куда? – ноги почти не слушаются, моя рука в его большой горячей ладони, но плавится почему-то мозг и, кажется… сердце. Он тянет меня за собой, а я гляжу на его широкие плечи и спину в облегающей футболке.

Чёрный кот протянул мне руку, вокруг всё ещё звучала музыка и он, кажется, приглашает меня на танец, тянет за собой в самую середину зала, где только что все танцевали, но теперь почти пусто. Бьют часы, отсчитывая мгновения до полного разоблачения, чёрные одеяния начинают падать на пол.

– Потанцуй со мной, – прошептал он, наклоняясь к моему плечу и целуя его. Раз, ещё, ещё один. И каждое прикосновение губ отодвигало тонкую бретельку платья, пока она не соскользнула вниз, приоткрывая моё тело.

А он снова потянул меня к себе и обнял в танце, качнул бёдрами в такт боя часов, провёл ладонями по талии, и меня бросило в жар. От того огня, что полыхает в его глазах мне нечем дышать. Его руки подняли мои ладони на его плечи, широкие, сильные, твёрдые под тканью. Я тут же медленно раздвинула полы пиджака, чтобы распахнуть его и снять. А он все танцует, лаская меня взглядом.

Часы уже не бьют, наступила полночь и всё только начинается. Пиджак упал на танцпол, и я провела ладонями по его груди, закусывая нижнюю губу и восторженно вдыхая его безумно будоражащий аромат.

Он взял меня за руку и повернул, будто в танцевальном па, а когда я была к нему спиной, дёрнул за тонкий шнурок на глубоком вырезе сзади. Без него шелковая ткань тут же расползлась, соскальзывая с моего тела. А я не стесняюсь наготы, я желаю быть перед ним обнажённой.

– Совершенство, – прошептал он, отходя назад, и с блеском в глазах скользя по мне взглядом, его босые ступни мягки и бесшумны, как у кота. Он двигался, всё ещё танцуя и расстёгивая тонкие чёрные брюки, пока они тоже не упали вниз, обнажая и его прекрасное тело.

Я не могла больше оторвать от него глаз.

– Совершенство…– прошептала я неслышно и, глядя, как мой кот возвращается ко мне теперь абсолютно обнажённым.

И сама протянула ему руку. На эту ночь я его, а он мой.

Денис вместе с папой растянули гирлянду на весь холл и уже почти распутали, мы прошли мимо них, едва удостоившись сосредоточенных взглядов. Женя обошёл диван, двигаясь к ели, стоящей в углу у окна, и проводя меня за собой. Я не могу разжать пальцы, а он, кажется, не хочет этого делать.

Женя взял из коробки, стоящей на диване, ещё одну пушистую ленту серебристой мишуры, такой густой, словно она из искристого меха. У самой ели он развернулся лёгким движением, будто в танце. Поднял руку и обернул мишуру вокруг меня, укладывая её на шею и плечи, её ворсинки прошлись по открытой в вырезе коже, и я неосознанно выпустила дрожащий вздох, чувствуя, как мурашки разбегаются по телу.

– Совершенство… – прошептал Женя, притягивая меня к себе за этот поводок из мишуры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.