Александр Егоров
Всем спать. Страшных снов

Детские ужастики

Художник Алиса Дьяченко

© Издательский дом «Проф-Пресс», 2024

© А. Егоров, тексты, 2023

Где-то далеко хлопнула дверь.

Мальчики притихли.

Кто-то шёл по коридору, и звук шагов становился всё громче и громче.

Всем было ясно: это конец.

Марик отложил бесполезный телефон. Грин последовал его примеру. Санёк Синицын неподвижно лежал на спине, уставившись в потолок. Что делает Козлоев, в темноте было не понять. Кажется, он вообще спрятался под одеяло с головой.

– Game over, – сказал он глухим голосом.

Кто-то остановился за дверью. Постучал ровно три раза. Затем повернул ручку, и дверь с протяжным скрипом отворилась.

Чёрный человек стоял на пороге. В коридоре за его спиной вполсилы горели жёлтые лампы, и ещё был виден синий фонарь на стене, который включали во время проветривания.

Чёрная рука поправила медицинскую маску.

– Всем спать, – приказал чёрный человек.

Конечно, это был дежурный врач, Тимур Макбетович.

– Между прочим, скоро полночь, – напомнил он. – Гаджеты отключаем. Ещё раз услышу поросячий визг – вообще всё отберу.

– Мы не визжали, – сказал Марик.

– А то я не слышал пять минут назад.

Пользуетесь моей добротой – и зря. Потому что я могу внезапно стать очень-очень злым… Это сейчас было последнее предупреждение.

Он не стал продолжать. Погрозил всем пальцем и вышел. Его шаги затихли. Где-то далеко ещё раз хлопнула дверь.

– К девчонкам на второй этаж пошёл, – пробормотал Козлоев, откинув одеяло. – Там тоже никто не спит. В общем чате десять человек.

– Они и визжали, а Тимур на нас подумал, – сказал Грин.

– Они там друг другу страшные истории рассказывают, я точно знаю, – сказал Марик. – Про бешеных единорогов и мёртвых принцесс. Девчонки такое любят.

– Для бешеных принцесс самое время, – подтвердил Грин. – Вон луна какая. Как в фильме ужасов.

Луна и правда была необычная – громадная и жёлтая, как недожаренный блин. Она висела над голыми деревьями в больничном саду, как будто её кто-то привязал совсем недалеко от земли.

Марик поёжился.

– Это по-научному называется «суперлуние», – сказал он не слишком уверенно. – Просто оптическая иллюзия. Но на многих действует.

– Вот и на нашего Тимура Макбетовича подействовало, – объяснил Синицын, всё так же глядя в потолок. – Вампиры в полнолуние всегда активизируются.

– Не вампиры, а оборотни, – поправил Грин.

Никто с ним не спорил. Марик подумал и сказал:

– А может, мы тоже оборотни? Мы ведь тоже не спим?

– Хе-хе-хе, – раздался скрипучий голос Козлоева из-под одеяла. – Вы думаете, почему я под одеялом сижу? Я тоже активизировался. Уже когти отросли!

– Кончай болтать, – посоветовал Марик.

– Не веришь? А вдруг я не болтаю? Меня всего-то три дня назад в эту больницу загнали. Вы меня ещё не знаете. Может, я и есть настоящий оборотень?

Марик ничего не ответил. Грин потянул козлоевское одеяло на пол. Оставшись без прикрытия, тот встал на четвереньки и тихонько завыл. В белых трусах и футболке он был похож на привидение. Правда, на костлявое и нескладное.

– Кринжатина, – оценил Грин.

Тогда Козлоев сердито засопел, примерился и прыгнул прямо на него.

– Ай! Он меня кусает! – взвизгнул Грин.

– Теперь ты тоже зомби, – прорычал Козлоев, но тут Санёк Синицын запустил в обоих подушкой:

– Бей рептилоидов!

– Тише, тише, – зашипел Марик. – Тимур придёт, телефоны отберёт на фиг! И всё родителям расскажет!

Понемногу порядок был восстановлен. Грин потирал укушенную руку. Козлоев посмеивался. Санёк вернул себе помятую подушку и улёгся поверх одеяла. Спать всё равно не хотелось. Рыжая луна заглядывала в палату и как будто ухмылялась.

– Ладно, проехали. Больше не сражаемся, – сказал Козлоев. – Go лучше ужастики рассказывать. Кто какие знает?

– Только без зомбаков, – попросил Грин. – Надоело.

Синицын снова посмотрел в потолок:

– Ну, я знаю одну историю. Точнее даже сказку. Только вы не смейтесь.

– Мы слушаем внимательно, – за всех сказал Марик.

История первая
Синяя борода

Как-то раз одна девочка решила выкрасить себе волосы в синий цвет. Точнее, в ярко-голубой. Тогда это модно было. Вот она покрасилась в парикмахерской и домой пришла в таком виде, а мама её увидела, наорала на неё, а потом вообще из квартиры выгнала. И сказала на прощанье:

– Станешь нормальной – возвращайся.

Девочка очень обиделась. Как это: она ненормальная, что ли? Ну, она и пошла куда глаза глядят. И даже телефон от обиды выключила.

Шла она, шла, полгорода пешком прошла и только иногда на автобус садилась. Но в автобусе на неё старухи так злобно смотрели, что она поскорее выходила на первой же остановке – и снова ножками, ножками.

Вот уже и вечер наступил, и темно стало, прямо как у нас сейчас. Идёт эта девочка по каким-то безлюдным окраинам, где сплошные заброшки да гаражи. А сама думает: «Вот потеряюсь я тут где-нибудь и умру – и ладно. Зато мама обо мне поплачет, пожалеет. Да поздно будет».

Но пока что идёт себе дальше и не теряется.

Вдруг видит: стоит посреди пустыря здоровенный такой дом, вроде торгового центра, но весь почему-то железный и без окон. А над входом реклама светится, так что издалека видно:

Подошла она поближе. Из-за двери музычка доносится: буц, буц. Девочка думает: «Ну что же, вот и мама говорит, что я плохая. Значит, здесь мне и место, вместе с другими плохими девчонками».

И вошла внутрь.

Внутри шумно, музыка включена на полную мощность, а вот на освещении сэкономили.

Потому что в зале темно, только разноцветные фонари мигают. Из-под самой крыши лазерные пушки стреляют туда-сюда, не по-настоящему, а просто так, чтобы люди пободрее двигались. А людей там много. Наверно, целая тысяча или больше. Толпятся возле сцены и танцуют, кто как умеет. В основном просто на одном месте топчутся, конечно. Но все одеты очень модно, так что наша девочка даже позавидовала. У многих даже причёски разноцветные, но такой синей, как у неё, ни у кого нету.

Потолкалась она между людьми, оглохла от музыки немножко, в туалет сходила – а чего вы ржёте? В туалете, кстати, тоже музыку слышно и лампы светят такие адские, ультрафиолетовые, как фонарь у нас в коридоре. Захочешь по-маленькому, а получится по-большому.

И только вышла девочка обратно в зал, а тут – дщ! Музыка разом смолкла, и фонари перестали мигать. Будто система подвисла. Но и люди все тоже застыли, кто где стоял. Помните, дети в детском саду в морскую фигуру играют, которая по команде должна на месте замирать? Вот и они все замерли, как на скриншоте. Все, кроме этой девочки.

Тут ей стало страшно. Реально страшно. Даже не то страшно, что они все зависли, а то страшно, почему она одна это видит?

Подходит она к одному, к другому, трогает каждого за рукав, а они не двигаются. И на неё не глядят даже. И не говорят ничего. Стоят, как замороженные. А только смотрит она им в глаза и видит: нет, вовсе они не зависшие, а живые, и в глазах у них такой ужас, будто они всё понимают, а ничего сделать не могут.

Задела она случайно одного парня, совсем чуть-чуть, а он и рухнул на пол – даже сгруппироваться не смог, свалился, как фонарный столб от ветра. Лежит и смотрит на неё широко раскрытыми глазами. И видно, что ему больно. И что он, кажется, голову серьёзно расшиб, когда падал. И вот у него от боли и от обиды слёзы по щекам льются, а по-настоящему заплакать не получается.

Этой девочке стало его жалко. Она ему руку протянула и пробует поднять.

Как вдруг слышит за своей спиной мрачный такой голос:

– Оставь его.

Девочка ещё больше испугалась. Парня за руку держит. Оглядываться не спешит.

– Говорю тебе, брось его. И посмотри на меня.

Она оглянулась и видит: стоит рядом с ней мужик метра в два ростом, квадратный такой, словно из блоков собран. Весь в чёрном, лысый, зато с густой курчавой бородой. А борода у него синяя. Прямо как причёска у нашей девочки, и даже ещё ярче. Синяя-синяя… и как будто ещё и светится.

– Вы кто? – спрашивает девочка.

– Я? Ну… я хозяин этого клуба. Так меня и зови: хозяин.

«Я ему что, собачка?» – думает эта девочка. Она вообще-то оказалась довольно смелой, если вы ещё не поняли.

– Вы мне не хозяин, – говорит. – Я вообще вас впервые вижу.

Этот мужик, Синяя Борода, даже рассмеялся – как будто филин заухал:

– Ух-ху-ху. Здесь, моя красавица, меня все впервые видят. В первый раз, он же и последний.

Тут он щёлкнул пальцами. И в этот самый миг все эти ребята, что стояли вокруг замершие, вдруг исчезли неизвестно куда. И тот бедный чел, что на полу лежал, тоже. И остались они с этим Синебородым в огромном зале вдвоём. Девочка от удивления даже глаза вытаращила – а чего тут удивляться, когда и так понятно, что попала она в какую-то стрёмную сказку.

– Что вы с ними сделали? – спрашивает девочка.

– Неважно, – это Синяя Борода отвечает. – Не жалей ни о ком. Нам больше никто и не нужен. Пусть они все хоть сквозь землю провалятся, хе-хе. Я выбрал тебя одну. И знаешь почему? За твои прекрасные волосы. Обожаю синие волосы.

А сам свою квадратную лапу тянет и норовит её по голове погладить.

– Не трогайте меня, – девочка говорит.

– Будь по-твоему, – отвечает. – Не трону. Всё равно никуда ты от меня не денешься. Будешь помогать мне по хозяйству.

– С чего это я должна вам помогать? – не соглашается девочка. – Я же плохая девчонка. Всё как у вас на вывеске написано. Да и моя мама в этом уверена.

– Ух-ху-ху! Это даже хорошо, что ты плохая. Будешь участвовать в моих… нехороших делах. Но для начала – приберись-ка тут немного.

И с этими словами вытаскивает откуда-то ведро и швабру.

Девочка нахмурилась, конечно. Даже разозлилась не по-детски. А потом решила: ладно, уборку она и дома иногда делает, если мать заставляет. Ничего особенного. Вымоет по-быстрому пол, а потом как-нибудь будет отсюда выбираться.

И взяла швабру.

– Вот и славно, – говорит Синяя Борода. – Только работай как положено. Не вздумай отлынивать! Я чистоту люблю. Чтоб ни на полу, ни на стенах ни пятнышка! И сбежать от меня даже не пытайся. Иначе – пеняй на себя! Отправишься прямиком в преисподнюю, как все эти глупые бесполезные людишки!

– В какую ещё преисподнюю? – девочка переспрашивает.

Я бы, наверно, и уточнять не стал. Мне так-то и этой информации хватило бы. А она была смелая. Ну, или просто глупая, не знаю.

– В обычную преисподнюю, – объясняет Синебородый. – Которая под землёй. Но если желаешь, я тебе покажу.

И сейчас же пол в этом зале сам собой разъезжается и в самой середине открывается люк – такой широкий, что на автобусе въехать можно. Сразу видно, что это не просто люк, а вход в гигантский подвал. В подвале этом лампочки горят довольно тускло, но видно, что вдоль стен там стоятлюди. Бледные, перепуганные и голые, как в раздевалке перед бассейном. Только на них даже плавок нету. Хорошо ещё, что издалека мало что видно. Девочка покраснела бы, наверно, только ей некогда было краснеть, потому что она уже поняла, что в этом подземелье устроен вовсе не бассейн, а что-то совсем, совсем другое.

То есть оно похоже немножко на бассейн. Круглая такая дыра в полу с металлическими бортиками. А если внутрь заглянуть, то видно острые-преострые ножи, как в мясорубке. Потому что это и есть мясорубка.

И ножи там, внутри, вращаются. Медленно и бесшумно.

– Смотри, смотри внимательно, – говорит Синяя Борода. – Не отворачивайся.

И снова пальцами щёлкает!

Девочка смотрит и отвернуться не может, как заколдованная. И тут начинается самое ужасное, что только бывает. Я если бы увидел, наверно, с ума бы сошёл.

В общем, в зале снова включается музыка. Только уже другая. Негромкий такой, зловещий брейкбит в низком темпе: трр-т-т-т… трр-т-т-т…

В общем, под такую музыку хорошо мертвецам на дискотеке танцевать. А пока эта музыка играет, ножи в мясорубке раскручиваются всё быстрее, и бледные люди начинают движение. И вот они один за другим выступают вперёд, будто их кто подталкивает, хотя на самом деле никто их не гонит, а они сами идут, через бортик перешагивают, падают вниз и исчезают внутри. А что уж там с ними дальше происходит, я даже и пересказывать не буду. Только кровавые брызги оттуда во все стороны летят.

Тут девчонка всё же вскрикнула. И наконец догадалась глаза зажмурить.

– Ух-ху-ху, – это Синебородый расхохотался. – Знаешь теперь, из чего делают котлеты для гамбургеров?

Это он пошутил так. Нет, Грин, я тебе клянусь, это была шутка. Я в курсе, что ты бургеры любишь. Я тоже, кстати, сожрал бы сейчас парочку. И ничего я не толстый. Успокойся вообще и дальше слушай.

Короче, отсмеялся этот гад, потом махнул рукой – и всё исчезло. И люк в полу обратно закрылся, и музыка смолкла.

– Можешь открыть глазки, моя дорогая, – говорит Синебородый. – И быстренько за работу.

Сказал так и тоже пропал. Только жестяное ведро осталось и тряпка.

Всхлипнула девочка и принялась пол мыть. И вот трёт она его изо всех сил шваброй, трёт, а сама видит, что чище-то не становится. Даже совсем наоборот. Проступают по всему полу алые кровавые пятна – из той адской мясорубки, что ли? Девочка тронула одно такое пятно пальцем, понюхала – ну да, и правда кровь! И ничего с этой кровью поделать нельзя: отчистишь в одном месте, а рядом новое пятно появляется.

Попробовала она стены тряпкой протереть. Только и тут та же история. Возникают на стенах всё те же красные пятна, да ещё граффити уродливые, с черепами да скелетами, а заодно и надписи, одна другой страшнее:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.