# Уборщица и хоррор по всем правилам

Виктория Румянцева

Социальная драма и стёб над жанром хоррор – гремучий коктейль.

Ксения, женщина с трудной судьбой, лишним весом, сколотым передним зубом и жаждой справедливости, принимает предложение о работе горничной в частном бутик-отеле для богачей. Известно, что там пропадают люди. Всё буквально вопит о том, что ехать туда не стоит! Только героиня слепо верит, что ей повезёт. Ведь должна последовать какая-то компенсация за прошлые неудачи!

На территории пансиона начинается фантасмагория: он полон странных гостей, правил и секретов. Жуткие тайны, ритуалы и зловещая игра, в которую Ксению втягивают против её воли.

Сможет ли она выжить?

Книга вошла в шорт-лист первого сезона "Новогоднего марафона черновиков" и в лонг-лист первого сезона конкурса "Нефинальная фантазия".

## Глава 1. Подозрительная вакансия

Картинки и обложка созданы с помощью DALL·E (OpenAI) через платформу Sora / ChatGPT


Fiat iustitia, et pereat mundus


Ксения Ропотова с самого начала чувствовала: новая работа несет беду. Предлагали слишком высокую зарплату для человека, который будет выполнять функции горничной и официантки три летних месяца! Пусть речь и шла о закрытом пансионе для богатеев.

Тревогу подпитывало отсутствие информации о работодателе – компании «N». В век цифровизации это не могло не насторожить. Об одноименном пансионе (он же – турбаза) тоже ничего не нашлось, кроме закрытого чата в одной социальной сети.

Пафосный менеджер по персоналу, подвижная девушка с неорганичным для средней полосы именем Дженнифер, вытянув губки, раз пятнадцать за время собеседования повторила Ксюше, что обслуживать гостей на турбазе – секретная почетная миссия:

– Мы заботимся о комфорте наших ненаглядных друзей! – так фифа и сказала, размахивая руками. Ненаглядных, хех. – На территории турбазы нельзя пользоваться телефонами. Надеюсь, у вас нет зависимости от социальных сетей и мессенджеров?

Ксюша смотрела на Дженнифер, как загипнотизированная, и думала: зачем постоянно улыбаться, демонстрируя зубы? Словно загрызть хочет или перепутала собеседование с приемом у дантиста. Когда сообщаешь «секретную информацию», можно просто понизить голос или прошептать для пущего эффекта.

Ответ соискательницы, что у нее давно не имеется ни первого, ни второго, а также семьи, удовлетворил менеджера по персоналу.

– Вы совсем одна, выходит? Круглая сирота? – еще раз уточнила Дженнифер.

– Квадратная, – ляпнула Ксюша. Попытка менеджера по персоналу изобразить на лице сочувствие вызвала у нее раздражение. Эта Дженнифер хоть раз испытывала подобные эмоции? А может, в окружении дивы сопереживать некому, одни достигаторы?

Впрочем, разве человечность зависит от этого? Человек либо способен сопереживать, либо нет.

Подозрительная работа!

Ксюша боялась не мифических тварей, обитающих на территории турбазы, а того, что вакансия окажется «разводом»: затуманят разум такие вот Дженниферихи, воодушевят, а потом бархатным таким тоном сообщат (как бы между прочим), что ее берут, но она-де должна, например, внести залог за форму, приобрести какую-нибудь дисконтную карту, что-то оплатить… да мало ли способов отъема денег у народонаселения. Потом работодатель пропадет.

Этого не произошло, но тревога не проходила.

«Я рискну! Мне повезет!»

Ей  о-очень нужны были деньги.


На автовокзале Ксению встретил вызывающе привлекательный водитель на оранжевой иномарке. Он должен был доставить женщину до турбазы. Она оторопела, глядя на него: франт! А костюмчик какой! А тачка! В марках Ксюша не разбиралась, но подозревала, что машина дорогая. Привлекательный водитель представился Райаном.

«Что за имена? Они по этому принципу выбирают? Райан-то и в самом деле… райанистый, а вот Дженнифер явно из Хацапетовки, как и я, несмотря на тюнинг. Поведение девицы, которая только дорвалась до денег. И вообще… если у них водители – красавчики, а менеджер по персоналу – тюнингованная деваха с ресницами-опахалами и губами до носа, то почему в горничные-официантки выбрали страшко Ксюшу Ропотову?»

Впрочем, «человек-вентилятор» Дженнифер в конце собеседования пробовала отчитать кандидатку за неухоженный внешний вид:

– А почему вы не приведете себя в порядок, Ксения? Только не обижайтесь, но…

– Не имею возможности.

– Ну, укладку-то можно было сделать, ведь на собеседование ехали! – раздраженно воскликнула Дженнифер. – Женщина должна стремиться к идеалу.

– Зачем? Я не хочу угождать чьим-то эстетическим представлениям. Да и зарабатываю не внешностью. Считаю, достаточно соблюдения правил гигиены. Я опрятна и благоухаю духами. И хватит. Если мой внешний вид не подходит для предлагаемой работы, тогда вынуждена с вами попрощаться и поблагодарить за внимание, – жестко ответила Ксюша.

– Кстати, о духах. Я считаю, лучше не пользоваться ими вовсе, чем покупать дешевые! – Дженнифер поморщилась.

– Поучений на тему «как ты должна выглядеть и какие ароматы выбирать» от незнакомого человека я не потерплю, уж извините.

Менеджер закатила глаза. Кандидатка явно ее раздражала. Дженнифер демонстративно подошла к окну и открыла его («Хоть свежего воздуха глотнуть!» – жеманно произнесла фифа).

– Если меня возьмут на работу, через какое-то время, может быть, переделаюсь полностью. Как вы! – да, Ксюша дерзко себя повела, но эта фифа ее разозлила. Думает, раз женщина в отчаянном положении, можно по ней острыми каблучками ходить? Вот уж нет!

И почему Ксюше так неприятно слышать выпады в адрес внешности? Она и правда выглядит пожухлой для своих тридцати, сразу видно – героиня фильмов о тяжелой женской доле. Сколотый почти до основания передний зуб привлекательности не добавляет. "Скромная весталка из провинции Матрена хотела выйти замуж за столичного мажора Эраста. Его ушлая маман Алла с криком "Профурсетка!" подбросила героине свою брошку и обвинила будущую невестку в краже. Матрена вышла из тюрьмы через 15 лет с ярым желанием отомстить. Она еще не знала, что, оказывается, родила от Эраста ребенка, которого он теперь воспитывает со своей амбициозной и коварной коллегой Эвелина! Это настоящая дочь Аллы. Эраст  – усыновленный ребенок. Его настоящую мать Алла оставила в тайге во время экскурсии. Они с Эвелиной хотят пользоваться деньгами, доставшимися Эрасту от папеньки. Но тут, помимо Матрены, появляется еще и настоящая мать парня – Евдокия. Она нашла дорогу из тайги до Москвы по хлебным крошкам…" и вот это вот все.

Чего обижаться-то?  И вообще, обычно дамочки, жаждущие комплиментов, за собой следят. Коли Ксюша решила манкировать косметикой, то должна быть терпимой к реакции окружающих на свой внешний вид. А вот не получалось.

Ксюша признавала, что давно стала дурнушкой, но раздражал ее сам факт того, что кто-то смеет указывать на изъяны и неухоженность. Когда речь шла о таких вот Дженнифер – особенно. Рожу она тут кривит, жеманничает! Точнее, пытается. Ботокс не дает мышцам пошевелиться.

После собеседования Ксюша занималась самобичеванием: вот зачем опять гордыню проявила? Ничему ее жизнь не учит! Во всех золах печена, столько бед произошло в жизни из-за экспрессивного характера, а все равно…

«Натура – дура!» – и все равно, что на самом деле дура – фактура. Натура тоже.

И все-таки грубоватую неухоженную кандидатку взяли! Дженнифер позвонила на следующий же день. Подозрительно! Ксюша-то привыкла проходить несколько этапов собеседования… и отбраковываться.

«Ладно, чего я себя нагнетаю-то? Параноиком стала! Может, меня и наняли для разнообразия! Должна же быть хоть одна полинявшая Ксюшка в толпе красавцев Райанов и Эмбер-Дженнифер, дабы выгодно их оттенять! Мне должно повезти!»

– С вами все в порядке? – озаботился общительный водитель. Ему никак не удавалось разговорить пассажирку, углубленную в собственные мысли, а очень хотелось. – На вас лица нет!

– Если откровенно, переживаю из-за работы, – призналась Ксюша. – Условия кажутся слишком заманчивыми, как и зарплата!

– Да разве? – усомнился Райан. – Я, конечно, всех нюансов не знаю, сужу по себе. Не сказал бы, что уж прям заоблачная зарплата!

«Ага, интересно тогда, на какие деньги он сделал себе фаянсовые зубы?» – мелькнуло у Ксюши в голове.

– Для моего родного N-ска – весьма хорошая зарплата, Райан. Последний раз я работала менеджером по продажам. Обещали 15 000 оклад, остальное – как полопаешь.

– Ничего себе! – присвистнул водитель.

– Так и эту сумму не заплатили. Оказалось, якобы я неправильно их поняла! 15 000 – это и была бы полная зарплата, если бы мне удалось закрыть план продаж, а оклад – 6000. Готова поклясться, что мне при приеме на работу говорили другое. Столько я и получила. До этого работала корреспондентом на новостном портале…

– Журналист по профессии? – Райан напрягся. – Как же вас взяли в «N»?

– А что в этом крамольного-то? Работодателя не смутили кое-какие интересные факты в биографии Ксюши. Когда ей позвонила Дженнифер и сообщила, что она принята, женщина не поверила своему счастью, вот кое-что и поведала – факт, который отторгал других работодателей. Однако Дженнифер ответила, мол, компания об этом узнала по своим каналам, ничего страшного.

– Ну, как они не побоялись, что вы – репортер под прикрытием, который хочет снять тайный репортаж о закрытой турбазе для боХатых! Вот я о чем, – объяснил Райан.

– А-а, в этом смысле. Мне такое в голову не приходило.

– Так вы журналист? – настаивал парень.

– Нет. Просто как-то поработала корреспондентом на новостном портале. Журналистами туда брали кого попало, лишь бы два слова на письме могли связать. Я радовалась, что овладею интересной профессией… Ага, как же. Не просто так они всех подряд берут. Оказалось, нужно работать каждый день с 9 до 9, при этом по документам значилось, что мы устроены только на полставки, поэтому и платили максимум по 13 000, а чаще – 10 000. От них все бегут!

– На турбазе точно не перетрудитесь! Гостей мало. Они чаще заняты своими… эээ… как бы сказать… своими… практиками. На территории есть бассейн с бирюзовой водой и сауна. Всем этим можно пользоваться обслуживающему персоналу. Там здорово! И отдохнете, и заработаете!

Зарево надежды снова вспыхнуло в груди женщины.

Должно же и ей повезти! Хоть раз в жизни!

## Глава 2. Предупреждение на заправке

Райан остановился на заправке.

– Если хотите, попейте кофе, поешьте, хот-доги здесь готовят отменные! – сказал водитель Ксюше. – Фирма угощает!

Женщина решила выпить кофейку с круассаном. Она осознала, как давно не покупала ароматный напиток! Даже за сто тридцать рублей в автомате. Экономила.

Две работницы заправки испепеляли Райана взглядами. Сначала Ксюша подумала, дело в привлекательности молодого человека, трудно на такого не уставиться. Однако искорок восхищения или вожделения в их взорах не было. Одна из девушек, с именем Ангелина, указанным на бейдже, смотрела на водителя с такой ненавистью! И она тоже была очень привлекательной. Ну вот, правда, как в кино, где все роли, в том числе продавщиц, играют по-голливудски красивые старлетки.

Райана нисколько не смутило пристальное внимание эффектной девчонки, он расплатился, вежливо поблагодарил и пошел заправлять машину.

Ксюша села за столик, отпила кофе. Блаженство!

Последний раз женщина брала раф с халвой в Москве… сколько лет назад это было!.. Уже и не верилось, что когда-то она училась в столичном вузе, подрабатывала менеджером. Ксюша покупала бодрящий напиток по дороге в офис. Она ощущала себя самостоятельной. Брать кофе каждый день было для нее накладно. Тем не менее, раф с мятой или с халвой был для нее символом счастливого будущего.

«Да, сложно пробиваться, пока я зарабатываю мало, но все еще будет! И мир увижу, и кофеек каждый день покупать буду!»

Ксюша тогда красила волосы в медный цвет. Это делало ее эффектной девушкой. Она и так была вполне симпатичной от природы – черты лица правильные, но мелковатые. С рыжими волосами ее небольшие «лисьи» глаза сверкали особенно ярко. Это сейчас они потерялись на одутловатом лице, испещренном ранними морщинками.

Юная Ксюша была экспрессивной, самоуверенной искательницей справедливости, хотела стать судьей, сажать в тюрьму всяких моральных уродов – взяточников, убийц,  педофилов. Если надо, то и жизнь отдаст в этой неравной борьбе!.. Ох, если бы ей тогда сказали, что к тридцати она не восстановит справедливость, а превратится в разочарованную в жизни потрепанную женщину с тремя тонкими волосинами и отечным лицом, девчонка рассмеялась бы «провидцу» в лицо.

Для нее сейчас главное – накопить нужную сумму, а потом Ксюша и собой займется – волосами, зубами. С последними у нее всегда была беда.

От мыслей женщину отвлек вопрос работницы заправки:

– Извините, вы ведь едете на турбазу работать, да? Ну, на закрытую? – к ней обращалась та самая «голливудская актриса» с не менее красивым именем Ангелина на бейдже.

Ксюша кивнула, продолжая жевать.

Работницы переглянулись.

– Я же говорила! На место Польки! – экспрессивно воскликнула Ангелина. – Вам обещали работу горничной, да?

– А в чем, собственно говоря, дело?

– Моя подружка Полина туда поехала работать. Мы обе собеседование в гребаный «N» проходили, но выбрали ее. И это странно… когда это из нас двоих предпочитали Польку?.. Вот этот же тип вез мою подругу туда. Зубоскал чертов! Все лыбится, гаденыш! Полька по дороге тоже сюда зашла. Похвастать передо мной. С тех пор ее никто не видел. Прошлым летом это было.

«Ангелина. Ангел пытается меня предупредить», – подумала Ксюша. Зря она в свое время пересмотрела столько фильмов ужасов, теперь в некоторых деталях видит зловещие знаки. Хотя, наверное, на ее месте любой бы насторожился.

Тревога, спрятавшаяся на время в складке на животе женщины, впитала в себя кофе и попыталась выплюнуть его назад. К горлу опять подкатил ком страха.

– Вашу подругу искали? – спросила Ксюша полушепотом. Охрипла от волнения.

–Некому. Полька – сирота. Да и оснований подавать заявление нет. Она прислала всем друзьям одинаковое сообщение в социальных сетях, что нашла мужчину среди богатых гостей на этой турбазе, теперь едет с ним в Москву.

– Может быть, это правда, – предположила Ксюша. – Чудеса случаются!

– Ага, как же! Раньше Полька из социальных сетей не вылезала, а тут – молчок. Онлайн не появляется. Эта хвастунишка наверняка выставила бы миллион снимков из Москвы! Поля никому из друзей не звонит, больше ничего не пишет, телефон сменила, – захлебываясь, делилась Ангелина.

Ее напарница выглядела удрученной – явно была оглушена эмоциональностью коллеги.

Ангелина вдруг выскочила из-за кассы, подбежала к Ксюше, схватила ту за рукав блузы и горячо заговорила:

– Откажитесь от этой работы! Пока не поздно! Там люди пропадают!

Ее напарница отошла от ступора:

– Да хватит тебе стращать человека, Геля! Завидуешь просто, что Поле твоей дали возможность подцепить богатенького жениха, но не тебе.

– Да было бы там чем цеплять!.. – запальчиво воскликнула Ангелина, отпуская Ксению. – С чего вдруг богатый мужик на Польку-то позарится? Человек она хороший, но внешне та еще красотка… Ее все «Бобер» называли. Пароход зубами перекусит.

– А еще удивляетесь, почему подруга общаться не хочет, – хмыкнула Ксюша, поднимаясь. – Вам проще обесценить человека, чем порадоваться за него. Я бы на ее месте тоже такой «подруге» не звонила! Счастливо оставаться!

Ангелина крикнула Ксюше вслед:

– Это… стойте! Если увидите там Полину – вдруг она теперь среди отдыхающих, скажите, чтобы все-таки набрала мне… Меня Ангелина зовут! Вот как выглядит подруга моя. Может статься, сейчас операцию сделала, виниры там вставила, филлеры какие-нибудь, не знаю, но наверняка общее с собой в прошлом осталось, – девушка показала фото в телефоне.

На снимке красовались сама Ангелина и ее подруга, в самом деле похожая на бобренка. Девчушка и впрямь на первый взгляд невзрачная, ни одной привлекательной черты, но взгляд… Ксюша посмотрела в эти карие глаза, и сердце сжалось. От дурнушки Полины веяло чистотой – эти нежные щечки, взгляд кокер-спаниеля. К глазам подступили слезы. Вот бы оказалось, что милая Поля и в самом деле устроила жизнь! И подальше от завистливой подружайки. Ангелина очень эффектная, но такая мерзкая особа!

– Пусть просто позвонит и скажет, что у нее все хорошо! Передайте ей, прошу! Я же переживаю, – Ангелина спрятала телефон, вытерла глаза тыльной стороной ладони. – Ее звали… зовут Полина Токмакова.

– Передам, – сухо ответила Ксюша.

– Черт! Человек там сгинул, а вам на это плевать! Неужели не настораживает? Всем все равно! – Ангелина сорвалась и побежала в туалетную комнату.

Ее напарница виновато улыбнулась Ксюше. Та кивнула на прощание и вышла.

Тут бы и правда отказаться от работы… слишком много красных флажков! Нет, это уже набат бьет, колокол звонит. По ком?..

Однако Ксюше так отчаянно хотелось снова поверить в чудо, в торжество справедливости, игнорируя «красные флаги»!

Она не хотела оставаться обиженной на жизнь теткой до старости! Надоело во всем искать подвох (и находить), страдать от жизненной несправедливости! Ксюша всю жизнь была такой.

Парадоксально, но возраст и опыт не делали женщину осторожнее. Наоборот, отчаяннее. Ксюша уже знала цену «нормальной» жизни и понимала, что для нее она недоступна.

Судьбе давно пора компенсировать свою неблагосклонность к этой женщине. И Ксюша будет верить, что так и случится! Вопреки всему! Плевать на Дженнифер, Ангелину эту, красные флажочки, блин, всякие там кружочки! Но Полина, милая девочка, неужели с ней и правда что-то случилось?..

Хватит, хватит об этом думать! Завистливая Ангелина врет!

Ксюше были очень нужны деньги! Добыть нужную сумму больше негде. Если ей суждено в поисках достойной зарплаты все-таки обмануться и сгинуть… пусть так. Туда и дорога. Никто не пожалеет, даже она сама.

Мысленно перекрестившись, хотя верующей давно не была, Ксюша решительно направилась к Райану.

Парень ослепительно улыбнулся:

– Готовы в путь-дорогу?

– Да!

Ехали молча. Через какое-то время Райан остановился:

– Мне всегда неудобно о таком просить, но я вынужден. Вы уж простите меня! Я буду вынужден завязать вам глаза. Ну, так положено по протоколу компании, – водитель опустил глаза долу. – Место-то секретное.

– Отличная идея! Завяжите мне глаза! Поскорее! – с энтузиазмом поддержала Ксюша.

Райан удивленно свел брови к переносице. До этого, видимо, никто не реагировал на его просьбу с улыбкой.

Парень не знал, что для Ксюши «завязать глаза» – это аллегория.

Однако она попыталась запомнить дорогу: считала секунды, потом перекладывала в минуты: «10-я минута – повернул налево, 21-я – снова налево».

## Глава 3. Все какие-то подозрительные сволочи, кроме главной героини

Это был лишь увитый зеленью и окруженный розами двухэтажный коттедж с большим бассейном. Дизайн напоминал Ксении бутик-отель «Жираф Манор» в Кении, который женщина видела когда-то на фото в запрещенной социальной сети. Только там не было бассейна, а здесь – пятнистых. Ксюша тогда вздохнула: эх, вряд ли ей когда-нибудь удастся побывать в таком месте, пообщаться с жирафиками.

После необходимых процедур (проверка, сдача телефона) женщину встречала фифа Дженнифер:

– Я тоже здесь отдыхаю в этом сезоне.

«Ой, так приятно!»

Воображала провела Ксюше экскурсию по так называемой турбазе. Неподалеку от основного здания находился гостевой дом. Там проживал весь обслуживающий персонал: повариха, два охранника, садовник, кастелянша. Последнее слово вызвало улыбку у Ксюши. Словно читала старинный роман. Кто сейчас употребляет слово «кастелянша»?

В том же домике было подсобное помещение, где находились все необходимые принадлежности: постельное белье, утюг, запас бытовой химии.

Ксюше предстояло делить комнату с кастеляншей. Ей понравился интерьер номера: со вкусом, просторно, а главное – имелись две огромные кровати и кондиционер. Ох, отоспится она тут!

Кастелянша была в комнате. Это была девушка лет 26, худосочная, улыбчивая. Симпатичная, приятная, но несовершенная внешне, в отличие от Райана и Дженнифер (хотя последняя уж слишком тюнингованная, как кукла пластиковая). Именно неидеальность придавала новой знакомой особенное очарование: неровные передние зубы, щедро усыпанные веснушками плечи, глаза чуть навыкате. Белочка. Вот рыжий цвет волос кастелянше бы подошел. Жаль, она сделала окрашивание омбре. Цвет красивый, но не ее. И все равно соседка – симпатичная обесцвеченная белочка! Вот только звали ее Мерил. Да что такое!

– Я – Ксения…

– Нет, – испугалась дружелюбная Мерил. – Я не хочу знать твое имя.

– Почему это? – Ксюша была ошарашена.

– Оставляйте ваши пожитки… хотя я бы такие шмотки вообще сожгла, и пойдемте дальше, – позвала ее Дженнифер. Вот не могла гадость не сказать!

Щучка Дженнифер слишком много на себя берет. Интересно, не ходит ли она на озеро по ночам одна… и есть ли тут лодка с веслом и большой мешок?..

«Ксюша, тебе очень нужны деньги! Потому заткнись!»

Вокруг турбазы – реденький лесок. За горкой – озеро. Живописный пейзаж.

– Пользоваться можно всеми благами, но не одновременно с гостями, – подытожила Дженнифер. – Не одолевайте наших ненаглядных друзей, даже не заговаривайте с ними, пока они сами не попросят о помощи. Мы за ненавязчивый сервис. И еще. Когда прозвучит гонг, гости приступают к своим… эм… практикам, ни в коем случае нельзя им мешать, даже на глаза показываться.

«Чего-о? Гонг?»

– А чем таким они занимаются? – подлинного любопытства Ксюша не испытывала, спросила для того, чтобы показать свою заинтересованность.

– Это конфиденциальная информация. Ни о чем ни у кого не спрашивайте. Неважно, что вы увидите или услышите. Просто сидите в комнате и все, – прозвучало зловеще. – Да! Выберите псевдоним. И к другим обращайтесь так, как они представятся.

«Ах, вот откуда Дженнифер да Мерил!»

– Мне и мое имя очень нравится, но, раз уж так нужен псевдоним, назовусь Татьяной.

– Отчего так?

– Из русской классики. Татьяна Ларина – моя любимая героиня. В ней есть и смелость, и стержень, и гордость.

– Неожиданно, – скривила губки Дженнифер. – Ну, обычно… эээ… простые люди из народа, – как презрительно она это произнесла, дать бы по надутым губкам… лопатой, – выбирают себе помпезные имена. Не зря же говорят: чем матренистее мама, тем анжелистее дочь, хех. Я думала, вы назоветесь Снежаной, Каролиной, Беатрис.

– Вот видите, примитивные людишки могут Пушкина ценить, – сыронизировала Ксюша.

– Лермонтова, – презрительно хмыкнула Дженнифер. – «Евгения Онегина» Лермонтов написал. Лучше бы вы правда читали, а не кичились этим.

Да уж, Ксюша даже не знала, как реагировать на хамство собеседницы и ее… кхм… познания.

Дженнифер и не подумала извиниться за свою бестактность:

– И все-таки надо выбрать другой псевдоним, иностранное имя.

– Чтобы больше соответствовать образу колхозницы, исполненной грез войти в мир гламура? – хмыкнула Ксюша.

– Это слово уже сто лет никто не употребляет. Гламур! – снова хихикнула Дженнифер. – Просто прелестно! Нет, не поэтому. Просто у нас принято выбирать только иностранные имена в качестве псевдонима.

– Сказали бы сразу. Тогда… Эвтибида.

– Увидела вас и сразу подумала: вылитая Эвтибида.

– Спасибо за комплимент. Видите, я – Эвтибида, а вы – вылитая Дженнифер: правый глаз – Лоуренс, левый – Дженнифер Коннелли, а голос – Дженнифер Тилли, – не осталась в долгу Ксюша. Не могла она смолчать, что ж такое!

– Кто такая Дженнифер Тилли?

– Сестра Лермонтова. Роман «Унесенные ветром» написала, – сыронизировала Ксюша.

– А-а-а, я читала.

«Неужели тут все такие же отвратные, как эта фря?» – тоскливо подумала женщина. Хотелось надеяться, что гости с ней будут общаться только по делу.

Гости и вправду оказались не слишком приятными людьми. Ходили с пафосными лицами, с ними же ели, плавали в бассейне.

Ксюше было интересно, чем люди, так боящиеся расплескать свою значимость, занимаются, но доносившиеся обрывки бесед давали лишь смутное представление.

«Вода мокрая» – так женщина назвала про себя подобные диалоги.

– Я добился нового витка успеха, теперь хочу стать еще успешнее.

– Понимаю. И я держу его в руках. Саморазвиваюсь.

«Наверняка какие-нибудь "продавцы воздуха", ибо то, что слышала Ксюша, отдавало ароматом остывшего латте с сиропом инфоцыганщины. Конференция успешных успешников!

Может статься, гостям тоже нежелательно рассказывать что-либо друг о друге? Или не все обеспеченные люди ходят на одни и те же форумы, конференции? Ладно, но ведь наверняка они ведут страницы в социальных сетях под настоящими именами, где их могут найти коллеги…

Иногда эти люди обсуждали свой отдых. Судя по всему, не экономили. И почему тогда они предпочли небольшой коттеджный домик, да еще на все лето, а не отправились на Маврикий, который некоторые из них так любят? Тоже странно.

Гости жили по распорядку: завтрак, бассейн, днем уходили в свои номера. Чем они там занимались – непонятно. Ужин, а после – бассейн или сауна. Ложились не позже десяти вечера. Тогда и наступало раздолье для обслуживающего персонала. Однако в любой момент мог раздаться звук гонга. Обычно ночью, часа этак в два. Тогда гости организованно выходили из комнат и шли к озеру.

На следующий день они вставали около двух часов дня, из-за чего завтрак смещался. Выглядели «ненаглядные гости» после этих бдений ужасно, казались заторможенными, что наводило на мысли об употреблении запрещенных веществ.

– Интересно, что они делают там, у озера? – постоянно заводила разговор соседка Мерил. Этот вопрос не давал ей покоя.

– Практики какие-то выполняют.

– Да это я и так знаю, спасибо, Капитан Очевидность. Так сейчас говорят, интересно? Но что за практики? Пыталась выяснить – наши, так сказать, коллеги пугаются, твердят, мол, нельзя-нельзя информацию выдавать. От этого любопытство только усиливается!

– Эзотерические практики по исполнению желаний – самый реалистичный вариант.

– Почему же тогда они воют так, словно Сатану призывают?

– Вещества.

– Да, явно без них не обходится. Утром эти гости выглядят как пьяные… явно отходняк. Какие тогда могут быть медитации, какое очищение сознания в таком состоянии?

– Кто-то без этого очиститься не может. Возможно, и правда Дьявола призывают, чтоб силу и власть их увеличил. Похожи на сектантов. Мало ли что дуракам… эм… ненаглядным гостям придет в голову, – сказала Ксюша. Ей хотелось свернуть диалог.

– Неужели не жаждешь подглядеть, что они там вытворяют? – у Мерил так блестели глаза! – Давай прокрадемся и подглядим, – по-детски предложила соседка. – Не сейчас – светло слишком, а ночью как-нибудь, а?

– Подсмотри сама, потом расскажешь.

– Одна я боюсь, а ты такая бесстрашная на вид. Эва, ну, Эвушка! Неужели тебе все равно?

– Меня волнуют исключительно заработная плата и бассейн с сауной.

– Скучная ты!

Ксюше было сложно не вступать в конфликты с пафосными гостями. В узел себя приходилось завязывать!

Например, один из гостей по имени Грегори буравил Ксению взглядом, когда та разносила еду, собирала тарелки. Женщину это беспокоило, но она не подавала виду.

Гость не выдержал, обратился, когда Ксюша наводила уборку в его комнате – после ночи у озера он, пардон, облевал все: от пола до собственной кровати:

– Ну? – спросил он надменно. Выглядел он нелепо: волосы торчком, лицо красное, зрачки того и гляди разорвут глаза, вырвутся и убегут от хозяина, который себя не бережет. – Спрашивайте.

Ксюша удивилась:

– Эм… о чем? – она изобразила приветливую улыбку, стараясь не разжимать губы. Внутренне вскипела. Что за «ну»? Лошадь она ему, что ли?

– Да бросьте. Знаю, вы стараетесь следовать нормам корпоративной этики, и это правильно, но все-таки, – Грегори подмигнул, откашливаясь.

– Извините, но я все-таки не понимаю, о чем вы.

– Прекратите! – топнул ножкой мужчина. Как маленький. – Говорю же, никто не узнает. В комнатах нет камер, только в коридоре. Я вижу, что вы меня узнали и хотите взять автограф.

– Извините, я не имею представления о том, кто вы вне стен этой… турбазы. При всем моем уважении, Грегори, – добавила Ксюша.

– Да бросьте! Простой люд обожает смотреть реалити-шоу! Я был первым в рейтинге в народном голосовании на «Перезагрузке певцов»!

И этот туда же. Ах, сильные мира сего, рассуждающие о «простолюдинах», которые, оказывается, обязаны их знать и почитать.

– Извините, – повторила Ксюша, не без удовольствия наблюдая, как с лица этого Грегори стекает самоуверенная ухмылка. Не, ну а что? Ведь она и правда не знала этого дядьку! Грегори. Небось в честь доктора Хауса!

Мужчина обжег Ксению таким взглядом, что та отшатнулась. С тех пор обращался к ней только «Эй, ты там».

– Меня зовут Эва, если что, – сказала Ксюша после очередной его просьбы. Она уже поняла, что полное «ее» имя – Эвтибида – никто не запомнит.

– Еще я имя прислуги не узнавал! – обиженно выдал Грегори. – Ты же уборщица? Вот и убирай! – он демонстративно бросил на пол салфетку. – Ой, я намусорил! – звезда какого-то реалити-шоу! Тоже мне! По морде бы его, по морде!..

Обязанностей у Ксюши было не слишком много: раздача завтраков и ужинов, потом – собрать и помыть посуду, уборка в номерах. Далее весь день свободна. Красота!

Поначалу коллеги понравились женщине.

В первый день заезда, когда гости разошлись, работники устроили вечернее барбекю.

У Ксюши образовался ухажер – изрядно захмелевший охранник, представившийся Антонио (в честь Бандераса назвался, не иначе), пытался фривольно шутить, а потом и приобнять женщину. Ее это позабавило – столько лет не было мужского внимания! Он понравился Ксюше: симпатичный мужчина, юморной, простой – в хорошем смысле этого слова, без претензий и заморочек. На фоне пафосных гостей это было особенно заметно. И все-таки начинать «карьеру» с интрижки по пьянке – не дело. Вот если Антонио начнет проявлять знаки внимания на трезвую голову – тогда она посмотрит.

Разочарование в некоторых коллегах последовало быстро.

На трезвую голову Антонио к ней внимания не проявлял, здоровался и то сквозь зубы.

Полная повариха, носящая псевдоним Кесем (видимо, она была поклонницей турецких сериалов), когда Ксюша мыла тарелки, решила высыпать правду-матку вкрадчивым таким тоном:

– А ты знаешь, что говорил о тебе Антонио за глаза? «Почему не могут нормальных баб нанимать? Все лето на таких «красопеток» любоваться! Мерил еще ниче, говорит, сойдет под пивко, но эта Эва… без слез не взглянешь». Нет, ты представляешь, какая козлина?

Ксюша ничего не ответила, что не удовлетворило Кесем:

– Сам же к тебе клинья подбивал, а потом такие гадости говорит! А я ему об этом напомнила. Знаешь, что Антонио ответил?

Ноль реакции.

– Ты даже не представляешь, что он ответил, Эва! «Да мне просто секс каждый день нужен, а тут не с кем, даже с неликвидом был готов. М-да, больше пить не буду, хорошо, что ничего не было». Нет, ты представляешь, Эва? Тебя это задело?

Ответа снова не последовало. Ксюша где-то читала, что игнорирование – лучший способ избавиться от токсичного собеседника, как сейчас таких вот любительниц открыть глаза называют.

Кесем не унималась:

– А я ему говорю такая, мол, может, Эва – некрасивая, но человек-то хороший! Чувствуется! Не всем же быть красавицами. Вот не люблю людей, которые по внешности судят. Эта Дженнифер такая стервоза! Наш гость Грегори у нее спрашивал, мол, что за идиотку вы взяли, эту уборщицу? Так и назвал – уборщицей. Вообще они наш труд не ценят! И Дженнифер такая ему и говорит: «А чего вы хотели? На эту должность мы суперледи и не берем, чтоб жалко не было… ты сам понимаешь», представляешь, Эва?

– Кесем, не нужно передавать мне сплетни, – все-таки подала реплику Ксюша. Сил нет слушать этот ехидный голосок.

– Тебя задело, да? – Кесем явно обрадовалась. Глаза засверкали так, что лучи отразились от тарелки, которую мыла Ксюша, стоявшая к ней спиной. – Ой, извини, не хотела обидеть! Просто я считаю, что человек должен знать правду, а то прям больно смотреть, как ты пялишься на Антонио, наверное, ждешь от него внимания, а он!.. Когда человек нравится, а он говорит, что ты – страшненькая – это обидно, – елейным голоском частила Кесем. Ксюша, конечно, ее не видела, но спиной чувствовала флюиды гадкого довольства. Видимо, задеть кого-то для этой дамочки было любимым хобби. Фу!

– С тобой такое наверняка происходило неоднократно, красопетка ты моя, – съязвила Ксюша. – Повторяю еще раз: не хочу знать, что обо мне говорят. Знаешь, есть такой анекдот: «– Вы знаете, Моня, когда вас нет, про вас тут такое говорят…» «– Передайте им, шо когда меня нет, они меня могут даже бить!» Примерно так.

Ксюша симпатизировала своей соседке Мерил – вот луч света в темном царстве пафоса, а еще пожилому садовнику. Последний, увы, быстро разочаровал. Арнольд (как же степенному пожилому человеку не подходило это имя!) был мужчиной с ласковым взглядом и широким кругозором.

У Ксюши возникли к нему теплые чувства, как к папе или дедушке, своего-то отца она почти не помнила – тот ушел из жизни, когда девочке было четыре года. Они с Арнольдом много общались до одного случая.

Как-то садовник назвал Ксюшу Моникой.

– Я Эвтибида. Эва, – поправила женщина.

– Ах, пардон. Моникой твою предшественницу звали… – он замолчал, прикрыв рот ладонью.

– А куда она делась? – спросила Ксюша, вспомнив экспрессивную Ангелину с заправки. Неэффектная Поля решила назваться Моникой. В честь Беллуччи, должно быть, а может, то была метаирония!

– Я не имею права разглашать такую информацию, – сказал мужчина, взгляд его оледенел.

– Я знаю, что ее зовут Полиной. Слышала, будто она удачно замуж вышла… Хочу оценить свою перспективу!

– Откуда ты знаешь? – Арнольд аж отшатнулся.

– Значит, есть источник. Так как же сложилась судьба Полины-Моники?

– Я уважаю правила, прописанные руководством нашей компании, поэтому всегда их соблюдаю неукоснительно…

Ксюша махнула рукой и отошла.

Попытка разузнать хоть что-нибудь о своей предшественнице ей аукнулась. К женщине подошли Дженнифер и Арнольд.

– Эва, мне стало известно, что вы интересовались информацией о других сотрудниках, что строго запрещено, – произнесла менеджер по персоналу.

Размахивая руками, точно гребец, она начала отчитывать Ксению, рассказывая о нормах корпоративной этики и конфиденциальности, которую они обещают ненаглядным гостям. Ненаглядным, твою дивизию. Ненагля-адным!..

Дженнифер отчитала любопытную горничную, потом выгнула губехи, развернулась на каблучках и пошла прочь.

Ксюша презрительно взглянула на Арнольда. Мол, стукач ты, фу таким быть!

– Не надо так на меня смотреть, – мило улыбнулся садовник. – Я люблю свою компанию! «N» – моя семья. Во-от. Вы нарушили правила, Эва, а я, как верный сын своей фирмы… – Арнольд понизил голос: – Потом ты мне спасибо скажешь, поверь.

Ксюша махнула рукой.

Да и черт с ними! Наплевать на их заморочки. Ее задача – заработать и отдохнуть, а не искать друзей, возлюбленного, тем более отца.

## Глава 4. А на что ты готов ради исполнения желания?

Солнце клонилось к закату.

Ксюша после ужина проплывала в бассейне туда-обратно до изнеможения, потом устала и вылезла, вытянулась на шезлонге рядом со своей соседкой Мерил – едва ли не единственным доброжелательным человеком на этой псевдо-турбазе.

– А ты знаешь, что Ченнинг сказал? – вкрадчиво начала Кесем, оказавшаяся неподалеку. Эта дамочка часто появлялась, как черт из табакерки, – невзирая на свои габариты, она делала это незаметно, – чтобы передать очередную гадость.

На этот раз она обращалась к Мерил.

– Слушай, ты, сплетница… – начала было Ксюша.

– Не вмешивайся, я с тобой говорила? Тебя правилам приличия учили вообще? В общем, Ченнинг (второй охранник) сказал, мол, с такой фигурой, как у Мерил, надо не бикини носить, а прятаться… в спортзале, тощая, как швабра, зато пузо висит. Так и сказал, представляешь? А я ему такая: после тридцати у женщин фигура портится. Ну да, дрябловатая ты, Мерил, только не обижайся, живот как желе, не слишком эстетично смотрится, да, но чтобы уж прям ужасаться…

– Мне двадцать семь, – вздохнула Мерил.

– Правда? – Кесем прикрыла рот ладошкой. – Ой, а ты правда постарше выглядишь, только не обижайся.

Мерил явно огорчилась. Ущипнула себя за складку на животе:

– Худеть мне надо, конечно…

– Тебя задело, да? – со своей неповторимой гаденькой улыбочкой произнесла Кесем. У Ксюши руки зачесались – смазать бы ей скулу. – Ой, я вовсе не хотела… Просто меня до глубины души возмутило, что он тебе в лицо улыбается, а сам гадости говорит! А то, что старше выглядишь… сейчас и пятнадцатилетние на тридцатник выглядят, в двадцать семь выглядеть на тридцать пять не так страшно…

Ксюша не сдержалась – толкнула Кесем в воду.

– Черт, я же в униформе! – кричала женщина.

– Ой, я тебя задела! – хмыкнула Ксюша. – Это случайно! Я вовсе не хотела!

Мерил рассмеялась.

– У тебя отличная фигура! – подбодрила ее Ксюша. – Не выглядишь ты старше своих лет, в отличие от меня. Что ты слушаешь эту ядовитую змею?

– Спасибо, Эва. Мне тут так тяжело… ненавижу сплетни, пафосные рожи, атмосферу таинственности… раздражает меня тут все! В реальной жизни мне люди попадались приятные, я никогда с подобным не сталкивалась…

– Счастливый ты человек!

– Тут сама атмосфера… противная какая-то… – Мерил замолчала, переводя взгляд на Кесем, которая выбралась из бассейна и беззастенчиво подслушивала.

– Давай, иди и передай всем, что Мерил и Ксю… эээ… Эвтибида говорили, что у каждого отдыхающего тут мужика кривые ноги, а нам подавай красавцев до тридцати, да еще с хорошим счетом в банке, – издевалась Ксюша.

– Я не позволю так с собой общаться! – Кесем воздела руки к небу… и ее тут же окатило водой с собственных рукавов. Ксюша демонстративно рассмеялась, чем заставила повариху вознегодовать сильнее.

Кесем ушла, присовокупив непечатное ругательство.

– Как хорошо, что тут есть ты, Эвтибида! Одной мне было бы так тяжело… ужасный коллектив!

– Бывает и хуже. Намного. Это детский сад какой-то. Ой, кто-то про кого-то что-то сказал… Подумаешь! Главное, что здесь платят хорошо, а что там лепечет какая-то злобная сплетница, не имеет значения! Наслаждайся!

Мерил улыбнулась. Некоторое время они сидели молча, обдуваемые ветерком.

– Если не секрет, почему ты назвала себя таким непроизносимым именем? – подала голос приятельница. – Эвграссия…

– Эвтибида. Это героиня книги «Спартак» Рафаэлло Джованьоли. Очень красивая и коварная женщина. Она и погубила Спартака. По книге. Ролевой моделью для меня была не Эвтибида, а сам Спартак. Где я, а где коварство? Только девочке называться Спартаком не пристало… Вот и решила это имя выбрать. К тому же, Эвтибида была рыжеволосой, как и я в свои самые лучшие годы… – вздохнула Ксюша.

Детство, детство. На вопрос, мол, кем хочешь быть, когда станешь взрослой, десятилетняя Ксюша Ропотова пылко отвечала, что мечтает поднять восстание.

Получилось у нее всего раз за тридцать лет жизни. В десять лет… или ей было девять?

Старшие ребята тогда согнали Ксению и ее друзей с горки, а до этого постоянно дразнили. Выходили во двор – и давай малышню третировать: «Слышь, ты, поди сюда! Гы-ы, ну и шапка! Гы-ы, а отдай санки! »

– Нам нужно устроить революцию! Мы не можем просто уйти! – экспрессивно распаляла Ксюша своих друзей. – Пусть они знают, что мы не сдаемся! Давайте зад им надерем!

И ребята направили стопы к старшим. По дороге Ксюша растеряла почти всю свою «армию».

Старшие подняли малявку на смех, еще и в сугроб толкнули. Такого она потерпеть не могла! С криком «Я – Спартак! » Ксюша восстала из сугроба. Краснолицая и возмущенная десятилетняя девочка. Она стащила с дерзкой обидчицы шапку и бросила в снег. Развернулась и ушла.

Злыдня набросилась на Ксюшу сзади, да с таким воплем!.. Девочка разозлилась, тоже ей наподдала.

Женщина до сих пор ощущала возбуждение, когда вспоминала, как держала поверженную обидчицу за волосы:

– Проси пощады!

– Да пошла ты!

Ксюша натянула ей волосы на руку. Девчонка заскулила.

– Давай, дура! А то я тебе скальп оторву!

И та попросила прощения. Глаза ее горели ненавистью, но голос дрожал. Это было так приятно! Была такой наглой, самоуверенной, особенно когда била в спину, а теперь бессильно что-то тявкает.

Всех бы моральных уродов вот так собрать, поставить на колени, волосы оттянуть…

Дворовые друзья зауважали Ксюшу за такой отчаянный шаг, пообещали, что отныне будут играть в то, во что она им скажет…

Эту историю женщина поведала Мерил, умолчав о том, какое удовольствие получила, когда наказывала обидчицу. У Ксюши аж руки задрожали от воспоминаний.

– А ты у нас бунтарка! – рассмеялась приятельница.

– Едва ли, – вздохнула Ксюша. – Выели жизнь. Теперь я – овца покорная, которая учится сглатывать унижения. Эх… Но вспомнить о своих… э-э… мятежах порой приятно!


– А вот я в детстве читала книги, посвященные саморазвитию, поэтому ни за что не стала бы драться, я была выше этого! – раздалось откуда-то сбоку. Ксюша и Мерил обернулись.

Неподалеку села одна из гостий, самая юная – Харука. На вид ей было не больше двадцати лет. Она всегда ходила в безразмерных балахонах, очках без диоптрий, с небрежным пучком на затылке.

Харука всегда смотрелась темным пятном на фоне яркой природы:

– Вот я всегда была не такая, как все, особенная, гораздо умнее своих сверстников, – продолжала девчонка взахлеб. – Читала Ницше, труды Канта и Юнга. Это и помогло мне достичь просветления. Одноклассники не понимали меня, ведь я была выше и умнее их, пришлось пережить отчуждение, чтобы достичь успеха! Иногда проклинала себя. Думала: почему я родилась такой умной? Лучше б была как все!