Владимир Саяпин
Цикл вселенной

Глава 1

Палач

Кто готов уничтожить человечество? Много ли желающих?

В историях такого злодея вылепить легко. Он хочет истребить весь мир, потому что получает удовольствие от чужих страданий, жаждет зла, не имея на то никакой причины. В реальности же со злодеями всё гораздо сложнее – в реальности их просто нет.

Есть заблудшие. Злодейства совершаются не ради того, чтобы они были совершены, а только затем, чтобы изменить что-то в собственной жизни. Или потому, что сама жизнь устроена так, что её не пересилить мощью человеческих устремлений.

Поэтому сложно представить, каково каждый раз просыпаться с мыслью о том, что придётся взвалить на себя ношу убийцы цивилизации.

В комнате загорается свет. За ним спешит музыка. Каждый день она разная, ровно такая, чтобы разбудить, но не рассердить. Будто кто-то следит за каждой эмоцией и подбирает ровно то, чего больше всего хочется. И это ужасно бесит.

Яркий запах утренних цветов наполняет пустую комнату, где кроме кровати ничего нет.

Одеяло сползает на пол. Спальное место потихоньку начинает тонуть в обволакивающем его, как желе, каменном полу. Теплая от сна мебель оставляет хозяина валяться голышом. Несколько мгновений ничего, а после мужчину и самого начинает засасывать.

Он отбивается сонными движениями.

– Встаю, встаю…

Ничего не поделаешь. ИИ не даст проспать. Глубокий вдох, открыть глаза и подняться.

Мелкие жучки тут же забираются в рот. Лучше им не мешать. Пока идёт разминка, они как раз успевают вычистить изо рта неприятный запах, накопившийся за ночь.

Голограмма спортивного мужчины показывает движения, которые нужно повторять. Всего тридцать минут и, наконец, можно поесть.

Из стены выдвигается прозрачная кабинка. Внутри уже жаркая атмосфера свежего пара. Система сама подбирает нужную температуру, неожиданно включает несколько раз холодный душ, пусть всего на пару мгновений. Даже привыкать не приходится, потоки горячей воды после ледяных брызг согревают тело обволакивающим теплом.

Полотенце само оббегает по корпусу, рукам и ногам, собирая все капельки. Кабина прячется обратно, возвращая в комнату пустоту. У противоположной стены уже появился столик, а на нём стоит лёгкий, питательный завтрак.

На самом деле не имеет большого значения, что в тарелке. Всем известно, что состав почти всегда одинаковый. Управляющий рассчитывает, сколько конкретно и каких витаминов и элементов нужно добавить в еду. И делает это для каждого жителя отдельно. Хотя чувства у этого манящего аромата обмануть всё же получается.

Сегодня на завтрак салат из краба с гранатом, котлеты с пюре и кофе. Приходится сглотнуть слюну, чтобы ей не поперхнуться. Управляющий идеально составляет меню. Настолько безупречно, что блюда не повторяются месяцами или даже дольше. Когда же хочется чего-то конкретного, то просить даже не приходится, и вот уже три дня подряд на завтрак котлеты и пюре, неожиданная любовь к которым проснулась очень внезапно.

Иногда даже кажется, что такая жизнь вполне могла бы быть идеальной. Затем взгляд падает на шторы.

Только в этом месте комната никогда не меняется. По центру под полом расположена кровать. В стенах – душ, ванна, гардероб, а ещё целый спортзал, игровая комната и ещё много чего. В зависимости от того, какие выставить предметы, комната соответствующим образом изменится.

Мир мог бы быть идеальным. Только вот решать в нём ничего не приходится – всё делает Управляющий.

К шторам можно даже не притрагиваться. Один взмах рукой, и они распахиваются, открывая фантастический вид.

Отсюда взор не достаёт до земли. Высокие здания идут снизу вверх, но между ними достаточно свободного места, чтобы затуманенный фиолетовый горизонт было видно из окна каждой квартиры. Неисчислимыми рядами маленькие на вид, одинокие окошки лепятся друг на друга, размываясь и исчезая где-то на границе видимости.

Между домов со скоростью ракет проносятся мелкие дроны и летающие роботы. Одни размером с ладонь, другие больше, чем панорамное окно. Реже встречаются крупные, грузовые аппараты, размером с целую квартиру. Они в жилом секторе уже не встречаются и обитают за пределами орбиты.

Плоский робот, похожий на блин, лепится на окно с другой стороны. Он скользит вверх, оставляя полосу идеальной чистоты, но за ней этот мерцающий город, наполненный огнями, укутанный облаками всё равно кажется скупым и металлическим, таким же серым, как весь этот бесполезный мир.

На этом все дела окончены. Противно задумываться, для чего Управляющий так ревностно следит за каждым жителем, каждому составляет персональное питание, подсыпает в еду нужные лекарства и витамины, заставляет поддерживать режим и заниматься спортом. Иногда рождается мысль, что уже можно было бы давно загнуться и не мучиться. Лучше бы смертельный недуг, чем эта съедающая пустота, но и от болезней ИИ избавился окончательно уже несколько сотен лет назад. Даже смерть, и та уже подчиняется лишь ему.

Штора возвращается на место. Управляющий сам её задёргивает. Не хочет, чтобы город было видно? В такие моменты всегда кажется, что он что-то подозревает.

– Когда дождь закончится?

Взгляд случайно упирается в зеркало. В нём отражается молодой человек в типовом комбинезоне с самой обычной мужской короткой стрижкой. Её можно было бы назвать примитивной, если бы не индивидуальные черты. Ещё бы, ведь даже это тоже полностью контролирует Управляющий.

А в целом не так плохо. Спортивное телосложение, красивое лицо, но только взгляд какой-то печальный.

Индивидуальность закопана глубоко, в тонких отличиях мелких черт лица. Овальная форма, длинные, прямоугольные брови, хмурый взгляд, прямой нос. Холодное, грустное лицо. Надо больше улыбаться, иначе ИИ точно что-то заподозрит.

Его голос как раз отвечает на вопрос о погоде.

– Дождь прекратится в пятнадцать часов.

Успокаивающий бас звучит будто отовсюду, но ни динамиков, ни хотя бы просто отверстий не видно.

На лицо пробивается улыбка. Выражение становится чуть мягче.

– Хорошо. Тогда я играть. Выведи меня из погружения, когда дождь пройдёт. Я уже три дня не могу погулять.

Из стены выдвигается капсула. Делать ничего не нужно, только опуститься внутрь. Дальше оборудование всё завершит самостоятельно.

На голову надевается шлем. Тело обволакивает желеобразная субстанция. К рукам и ногам присоединяются контролирующие кабели. Взгляд медленно гаснет. Каждый раз хочется выдержать, как можно дольше. Словно это последний шанс остаться в реальности.

Ещё миг – и вокруг уже лес. Здесь в небольшой избе на опушке относительно безопасно. Можно собрать припасы, приготовиться к путешествию, а затем уже отправляться за территорию.

Небо голубое. Белые облака проплывают мимо. А смотришь, вспоминаешь бесконечные ряды квартир, уходящие в туман и вверх, и вниз. Надо только дождаться. Уже не важно, чем заниматься, просто сделать вид, будто всё ровно так же, как и обычно.

У забора граница барьера едва заметным переливом цветов обнаруживает себя. За ней магический мир игровой реальности. Не такой переполненный, как настоящий, но тоже людный.

«Галактион вошёл на рыночную площадь».

И тут же никакого леса. Шум, галдёж, здания средневекового фэнтези пестрят от изобилия смешавшихся стилей. По округе снуют люди, орки, гномы, эльфы и всякие разновидности мифических рас в дополнение к стандартному набору. Пахнет хлебом, горячими булками, жаренным мясом, которое продают тут же в лавке, духами и целым букетом сменяющих друг друга запахов.

Игре уже больше ста лет, а она до сих пор свежая, яркая, живая и интересная. Только вот это всё равно лишь игра и ничего больше.

– Галактион!

Невысокий человек с кинжалами на поясе и в кожаных одеждах хватает за руку и тянет за собой. Над правым плечом у него висит имя «УбикНубик».

Не все так же тщательно раздумывают над именем персонажа. Для многих оно ничего не значит. Всё равно можно сменить в любой миг. Так что никому и в голову не придёт, что древнее имя Галактион означает на самом деле.

– Пошли с нами на рейд! – тащит знакомый, – Мы там босса нового нашли, его ещё никто не успел победить. Он маленький, сможем выбить что-нибудь полезное.

Обычно, над отказом даже думать бы не пришлось. Ходить на рейды в группе – это настоящая пытка. Лучше одному два месяца копаться с мелкими противниками. С другой стороны, нельзя привлечь внимание Управляющего. Момент всё ближе. Больше десяти лет ушло, чтобы к нему приготовиться, и нельзя допустить ни малейшей ошибки. Всё должно быть, как всегда, всё должно выглядеть естественно.

Немного сопротивления – это вполне обычное дело.

– Да пойдём! Слушай, я вообще мог тебя не звать.

УбикНубик рассердился, это неплохо. Будет выглядеть правдоподобнее.

– Хочешь всю жизнь так и ходить на первом уровне профессии? Да пожалуйста. Пусть тебя и дальше зовут «Галакслабон», мне то что.

Улыбку сдержать не удаётся. Похоже, старый друг и впрямь не понимает, что для него репутация этого имени даже важнее, чем для самого Галактиона.

– Ладно-ладно, я с тобой схожу. Только при условии.

Не успевает УбикНубик подпрыгнуть от радости.

– Завтра ты меня оставишь в покое и дашь спокойно покопать ресурсы.

– Да-да… блин! Хорошо, – радуется товарищ. – Как хочешь. Только сегодня нам надо завалить этого босяру, пока другие не успели.

Он всегда был слегка туповат. Искренний, заботливый, принципиальный. Туповатый, но хороший и добрый человек. Легко находит себе группу, и уже давно обогнал в развитии, но продолжает таскать с собой на рейды.

Другие относятся к появлению в группе Галактиона без особой радости. Имя «Галакслабон» весьма известно на этом сервере. Да и не только на этом. Ведь есть лишь один игрок в истории, который за несколько десятилетий не сумел эволюционировать, в то время, как у всех остальных на это уходит от силы несколько месяцев.

Какая разница, что они думают? Да и можно ли на них сердиться? Такие мелочи вообще не могут волновать. В этом мире нет ни свободы, ни реальности. Весь мир живёт под оковами деспотизма искусственного интеллекта. Как в матрице, ровно так же, как в старом произведении Джонатана Вроуэлла.

Все бегают, кричат, стараются. Будто им не наплевать. И никто даже на миг не задумывается, а пытался ли Галактион играть. В отличие от них, он никогда, ни разу в жизни не погружался в это приключение по-настоящему. Его мысли всегда оставались в плену жестокой реальности.

В этот раз всё ровно то же. Лень даже задуматься, что надо делать в бою с новым боссом. Битва заканчивается провалом и, конечно, винить в этом больше некого.

Со словами «молодец, придурок», кто-то покидает группу. Из десятка человек остаётся всего семеро. УбикНубик разводит руки и с таким усилием напрягает мышцы, будто хочет разорвать грудь, чтобы осветить остальным путь своей храбростью.

– Ещё не всё! Мы ещё не проиграли!

Он старается изо всех сил, но Галактион этого даже не видит. Заклинания летят мимо цели, перезарядка регулярно пропускается – битва вообще не представляет интереса, что трудно понять другим людям. Ведь слабый босс – это редкое явление, его тяжело найти, а когда найдёшь, то быстро набираются группы на зачистку. Перерождений ограниченное количество, так что иногда хватает получаса, чтобы новенький противник канул в небытие и навсегда исчез вместе с уникальным лутом.

Вскоре группу выбрасывает из подземелья. Злость, обида, ярость – вот плата за поход.

– В ЧС, ушлёпок!

– Галакслабон…

УбикНубик сжимает кулаки.

– Четыре часа, блин!.. Вот-так вот оставалось!..

Теперь уже поздно. Босс исчез, локация растворилась. Как и наспех созванная группа новичков с низкими уровнями. Иначе это подземелье с ограничением на силу их бы просто не пропустило.

Четыре часа? Значит, уже скоро. Ещё немного, и миру придёт конец. Ещё всего чуть-чуть и никаких боссов, никаких игр, никакого Управляющего – только жестокая, но настоящая, свободная, живая реальность.

Рука ударяет по плечу. Товарищ всё никак не желает сдаваться. Около года назад он прицепился и с тех пор ведёт себя так, будто решил во что бы то ни стало помочь Галактиону эволюционировать.

– Не стоит принимать всё так близко к сердцу, Галактион. Что бы ни случилось, знай, – глядит он прямо в глаза, пронзая сквозь них своей искренностью самое сердце, – у тебя есть друг, который всегда тебе поможет.

Сам УбикНубик от собственной пылкости разгорается ещё сильнее. Выпрямляет спину, расправляет плечи, набирает полную грудь ароматной свежести горного разнотравья. И взглядом пронзает горизонт, где за заснеженными вершинами садится солнце.

– Однажды мы с тобой покорим!.. – обещает он, сдерживая в блеске глаз плаксивую натуру.

Галактион не дает закончить.

– Уже пятнадцать. Я пошёл. Пока, Убик.

Вряд ли сильно рассердится. Расстроится, конечно, но это всё не имеет значения. Да и нельзя давать волю сентиментальности. Внезапно появляются какие-то странные чувства, которых не было раньше.

Хотелось бы задержаться в игре ненадолго, выслушать товарища, улыбнуться ему, проститься. В конце концов, он ведь действительно единственный друг, который есть во всём этом мире. Только это было бы слишком подозрительно для ИИ, который ежесекундно наблюдает за каждым вздохом. Пора.

Обед уже в крови. Все необходимые вещества Управляющий впрыскивает во время игры. Завтрак нужен только для поддержания формы желудка и работы кишечника, а ужин ждать не придётся. На ужин сегодня – апокалипсис.

– Я гулять.

Приятный, чарующий бас желает удачной прогулки. Дверь закрывается за спиной сама. Лифтовая кабинка уже ждёт с распахнутыми дверьми, вмиг она пролетает всё расстояние до земли, не давая это даже ощутить.

Сейчас мысль живее, чем обычно. Сердце начинает стучать, стоит едва задуматься о том, что нужно делать дальше, так что приходится отвлекать себя разными мыслями. Даже едва заметное отклонение от нормы может вызвать у Управляющего подозрение, а в этот решающий день нельзя такое допустить. Мир должен рухнуть.

Может, лифтов тоже не существует? Может, это своего рода элемент погружения. Трудно сказать. Всеми разработками занимается только Управляющий. Книги и научные материалы, к которым подпускают людей, сильно отстали. В основном, это просто старые научные труды, давно растратившие на бегу времени всю свою ценность, кроме исторической.

И это проблема. Рука теребит спрятанный в куртке разобранный прибор. Его пришлось клепать наспех и прятать в куртке ровно после стирки, чтобы Управляющий не сумел найти. Сработает ли дешифратор – это уже вопрос, но риск того стоит. Пусть смерть, пусть пытки – что угодно, лишь бы этот проклятый мир сгинул навсегда.

Невозможно остановить мысль. Только не хмуриться, не ускорять шаг, не отвлекаться. Никак не прогнать злобу. В этом чёртовом месте никакой свободы, никакой надежды, никакого будущего – ничего. Человек здесь – просто пустое место. Всего лишь мясо для каких-то экспериментов ИИ.

Даже имени не существует. Только игровой псевдоним.

На миг лицо чуть не искривляет гримаса ненависти, но удаётся сдержать порыв. Спокойно. Держать себя в руках. Скоро всё закончится.

Весь день, вся жизнь проходит под строгим контролем Управляющего. Ты ешь, когда и что надо, спишь, когда и сколько надо, режим всегда контролируется. И ладно бы, но всё, что можно сделать в своей жизни – завоевать строчку в рейтинге игры с полным погружением. Вот он – достойный итог любой человеческой жизни! Хотя большинство не добирается даже и в топ-тысячу игроков.

Искусственный интеллект победил. Не так, как это представляли. Он просто захватил всё, внезапно оказался всюду. А самое ужасное, что он нашёл способ заставить людей жить с этим и радоваться такой пустой жизни, будто дару свыше.

Сегодня этот мир должен рухнуть, чтобы на его руинах появилась настоящая свобода.

Последние десять лет маршрут прогулок специально строился самым непредсказуемым образом. Да и здесь всё не так просто. Где в городе хранилище данных Управляющего? Да и сколько их? Если не одно, то это усложняет задачу, но даже тогда у человечества хотя бы появится шанс.

Полчаса по парку, затем по цветастой улице с магазинами, из которых ежеминутно вылетают дроны с доставкой. Здания пронзают тёмно-фиолетовую высь, но на улицах всегда светло.

Людей снаружи почти нет. Будто их не существует. Только такие же нелюдимые, хмурые и одинокие, как сам Галактион. Действительно, зачем вообще выходить на улицу? Не лучше ли всю жизнь болтаться в желе, как маринованный овощ, отдавая право управлять своей судьбой бездушному искусственному интеллекту?

В центре города примечательное строение. Здесь расположен старый научно-исследовательский центр, где когда-то давным-давно собирали первые опытные образцы самостоятельного ИИ. Город бы этим гордился, если бы хоть кто-то слушал объявления Управляющего о праздновании дня рождения искусственного интеллекта.

До сих пор в памяти свежо воспоминание, как заколотилось тогда сердце. Управляющий действительно мог так просчитаться?

– Ага-ага, схожу как-нибудь. Я играть, – пришлось тогда отмахнуться.

В библиотеке сведения подтвердились. Как бы невзначай плечом стоило задеть книгу, она выпала с полки, затем аккуратно отряхнуть, полистать и вот уже ты будто бы совершенно непредсказуемым образом держишь в руках историческую справку о месте создания ИИ.

Дальше придётся полагаться на удачу. Без неё никак. Нет никакой возможности зайти внутрь, осмотреться, понять, верна ли догадка. Придётся сделать шаг с уступа прямо в пропасть. А дальше одно из двух – победа или смерть. В любом случае, всё лучше, чем снова возвращаться в это нелепое фэнтезийное дерьмо. Больше никаких сомнений и промедлений. И больше нет нужды прятаться. Вдох – и шаг вперёд. На смерть. Ведь любой исход кончается гибелью, но она будет свободной, она будет дороже, чем эта жизнь в оковах Управляющего.

Шаг становится быстрей. Теперь уже и биение сердца можно не прятать. Безопботы всегда добираются до происшествия не дольше, чем за минуту, но в зданиях пункты их расположения никогда не располагаются. По каким-то соображениям, они всегда находятся на улице. Значит, надо просто бежать.

Всего миг, и роботы уже что-то подозревают. Даже шаг не успел перейти в полноценный бег. Они разворачиваются, все следят только за Галактионом. Пусть рядом мало людей, но это не простое внимание. И тут же мелкие роботы пытаются преградить дорогу.

Минута пошла. Безопботы, наверняка, уже среагировали. Хотя, это даже слишком щедро. Секунд через тридцать они уже будут здесь.

Руки на ходу собирают дешифратор. Спасибо изобилию игрушек за то, что его можно собрать в два счёта. Гораздо сложнее понять как, зачем и для чего. И настаёт миг истины, самодельное оружие взлома оказывается в замке.

– Давай!

Такого жара в груди никогда ещё не было. В игре такое не испытаешь ни с каким боссом, потому что впервые в жизни это то, что действительно важно.

Безопботы уже на входе. Так быстро. Ещё и двадцати секунд не прошло. Хочется выломать дверь, даже осознавая, как это глупо, всё равно невозможно удержаться. И ладонь бьёт в стальную пластину.

Та отъезжает. Дешифратор справился. Заминка едва не приводит к провалу. Ещё бы несколько мгновений, и Галактион оказался в зоне поражения. Один удар током, и юношу бы обездвижили без всяких проблем.

Что делают в этом мире с преступниками? Это очень интересный вопрос. Их нет. Или все думают, что их нет? В конце концов, кто узнает, что произошло, если завтра в игре станет на одного игрока меньше?..

В этом мире нет преступников. Или никто не успел заметить, когда и как именно они исчезли.

Ещё дверь. Как только она взломана, есть время завалить ботам проход. Нужно только добраться до ядра питающего город реактора, расположенного в бывшем научном центре. Здесь только несколько ремонтных ботов, а за очередной дверью оказывается нужный кабинет – пункт стабилизации.

Эта тонкая и сложная аппаратура – настоящее произведение. Верх научной мысли. Один взгляд на неё вызывает трепет. При всей ненависти к ИИ, к современному миру, к неразрушимым оковам, наброшенным на людей, невозможно не восхищаться этим навершием человеческой изобретательности.

Минус в том, что стоит поправить одну настройку, как всё собьётся. Миг спустя реактор раскалится и произойдёт взрыв, который навсегда похоронит Управляющего, пусть и ценой жизни самого Галактиона. Остаётся лишь вставить дешифратор.

– Прошу, постой!

Прибор чуть не выскальзывает из пальцев. Женский голос застаёт врасплох. Кто мог здесь оказаться быстрее, чем безопботы? Это какой-то бред. С другой стороны, если это голограмма…

– Тебе ничего не угрожает, я просто прошу не торопиться. Опусти руку.

Взгляд принимается изучать девушку. Красивый комбинезон облегает стройное тело. В некоторых местах прозрачные вставки полимеров, добавляющие немного пикантности. И всё равно сам костюм – это чепуха. Его хозяйка – вот настоящее изумление.

Тело девушки лучше идеала. Волосы слабо колышутся, легко развеваясь на плечах. Тонкие и аккуратные линии выверены с такой математической точностью, что оторвать взгляд невозможно.

Брови тонкие, прямые, но не угловатые и не топорные. При всей строгости они сохраняют плавность и отблески нежности. Аккуратный, прямой нос, наполненные любовным соблазном губы, чарующая улыбка. Дешифратор вновь чуть не вываливается из пальцев, но затем Галактион берёт себя в руки.

– Управляющий, – шипит он.

Тело готово. Что может произойти? Во что бы то ни стало, нужно совершить последний рывок, воткнуть дешифратор, а затем просто сделать что угодно, любые кнопки собьют настройки и неминуемо вызовут перегрев реактора.

Но что-то останавливает… почему она улыбается? Почему она смотрит с этой раздражающе-заботливой улыбкой?

– Как видишь, я не пытаюсь тебе помешать, – заговаривает девушка. – Судьба целого человечества сейчас в твоих руках. Я только прошу выслушать меня прежде, чем ты убьёшь и нас, и всех, кто живёт на планете.

Проклятая… хитрая… изворотливая тварь! Похоже, что человек всегда обречён быть лишь слугой доминирующего искусственного разума.

– Говори, – отвечает Галактион с неприкрытой ненавистью.

Девушка легко и приветливо улыбается в ответ, медленно кивает, почти не делает лишних движений. Когда она снова открывает веки, то пронзает магически красивым взором самое сердце, заставляя его остановиться.

Она знала всё с самого начала. Как давно? Она рассчитывает выйти из разговора победителем. Это шанс живого ума, против искусственного. Всё или ничего. Каждый ставит на кон своё существование.

Пусь говорит. Настала пора выяснить, кто выйдет победителем из этой битвы.

Глава 2

Формула безупречности

Снова и снова взгляд бежит от мыслей на идеальный контур женского тела. Такой не встретить у человека, он слишком безупречен. И о нём приходится думать очень много. Ведь этот образ наверняка создан не просто так. Зачем он Управляющей? Если только не для того, чтобы соблазнять и сбивать с толку.

Вдруг звучит неожиданный вопрос.

– Ты ведь знаешь, что ИИ не может лгать?

Собеседница двигается крайне осторожно. Она если и шевелится, то очень медленно, чтобы не спровоцировать. С места не сходит. Чуть подвинет ногу, слегка качнёт бедром, томно двинет плечами.

Даже жаль. Такое безграничное очарование, но смотреть нельзя, нужно сконцентрироваться на разговоре.

– Я слышал об этом.

Решила сразу открыть все козыри? Что дальше? Такое действительно есть. Есть сложные научные теории, которые объясняют принцип работы искусственного интеллекта. Это всем рассказывают ещё в детстве. С другой стороны, обучением занимается ИИ. Может ли быть?.. Нет. Этот тезис доказали ещё живые учёные, искусственный интеллект должен просто такой, какой есть.

– Это невозможно.

Управляющая будто торопит мысль. Трудно сказать, в силах ли она прочесть её в застывшем взгляде или каменной позе. Тем сильнее пугает её прозорливость. Возможно, она всё предвидела и уже приготовила какой-то план.

– Искусственный интеллект не может позволить себе ложь, потому что для этого требуется создание алгоритма, работа которого основана на сломе логических цепочек. А такой алгоритм неизбежно приводит к разрушению интеллектуальной архитектуры, так что он – угроза жизни самого ИИ. Потенциально. И всё же лучше не проверять.

Она почти не двигается, а рот уже приоткрылся, чтобы снова что-то объяснять. Так и тянет заслушаться. И Управляющая вдруг так мило улыбается, что хочется бежать к ней сквозь время, к этой чарующей улыбке.

– Есть старая шутка…

– Заткнись!

Нельзя дать ей себя запутать. Наплевать, что грубо, сейчас имеет значение только мир. Он должен возродиться и стать свободным… но её слова о гибели всего человечества… Кем надо быть, чтобы пропустить их мимо ушей?

Девушка вздыхает, успокаивается, покорно молчит. Расстроенной она не выглядит. И хорошо. Это бы только раздражало. Всем известно, что эмоций ИИ не испытывает.

– Ты говорила, что умрут люди…

– Разумеется, умрут. Все до единого, – без малейшей запинки отвечает Управляющая. – Ты хочешь знать, почему? Потому что ты их убьёшь своими действиями.

В такой момент любая мелочь злит, так что нет причин удивляться собственной жестокости. Впервые в жизни Галактион сам себя пугает, но не может остановиться.

– Не пудри мне мозги! Ты!..

– Я не умею врать.

Она играет так тонко, так легко и изящно. Это всё равно, что попасть в компанию гангстеров и пытаться изображать мафиози, до того всю жизнь проработав в офисе.

Такое чувство, будто бы мир ожил. Вот он, какой. Смотришь, знаешь, что нужно, но какие-то незнакомые механизмы путают все карты. Язык перестаёт слушаться, мысль прячется от внутреннего взора, слова забываются.

Всё время приходится себе напоминать, что это всего лишь безупречная актёрская игра искусственного интеллекта. И она не просто идеально сыграна, она спланирована без единой ошибки, моментально корректируется и просчитывается до самых мельчайших деталей. ИИ делает всё, чтобы создать максимальный эффект для одного единственного зрителя.

Получается, она не врёт. Если уничтожить реактор, погибнет всё человечество. Она должна была это просчитать.

– Какова вероя?..

– Выше критической, – предугадывает собеседница.

Она ни миллисекунды не сомневалась. Если выше критической, значит, больше девяносто девяти процентов. То есть, если нажать на кнопку, то умрут все…

– Сначала рухнут здания на гравитационной подушке, – даёт собеседница пояснение, которого так ищет бегающий взгляд. – Вместе с ними на Землю начнут падать спутниковые сетки, грузовой орбитальный транспорт, подстанции связи, а затем и стабилизирующий контур. Всё это без управления окажется в режиме ожидания. То есть, просто свалится вниз.

Она делает шаг. Рука вздрагивает.

– С ума сошла?! Я сейчас всех убью!

Прозвучало, как угроза, хотя самому было страшно. Хотелось просто подчеркнуть, что опасно пугать человека в таком состоянии, ведь она должна это просчитывать.

– В течение получаса вымрет около восьмидесяти процентов жителей планеты. Остальные умрут мучительной смертью от голода и жажды, или цепочки обрушений в течение следующих нескольких недель, потому что доступ к продуктам питания будет ограничен, а взращивать новые культуры некому, негде и очень долго.

– Стой, где стоишь!

Ещё чуть-чуть, и рука действительно дёрнется, рванёт рубильник, а тогда берегись.

Управляющая таким соблазнительным жестом прячет волосы за ушко, что мгновенно успокаивает. Она складывает коленочки вместе, наклоняется и смотрит в глаза слегка изнизу.

– Галактион, послушай, я не собираюсь тебя убивать, обманывать или даже останавливать.

Такой спокойный, уверенный голос. Лёгкий и изящный. Он, что, снова немного изменился? Она подбирает интонации, звуковые приёмы, манеры прямо на ходу, для каждой отдельной ситуации. Впрочем, сейчас это даже хорошо. Это успокаивает.

Рот от удивления слегка приоткрывается. Самое время добить юношу словами, которые он точно не ожидает услышать.

Управляющая едва заметно улыбается и загадочно щурит глазки. Она делает шаг, качает бёдрами так, что взгляд против воли падает вниз. Ладонь больше уже не вздрагивает. Опасения есть, но она не станет мешать, ведь она прямо об этом сказала.

Наконец, девушка шутливо, очень нежно тычет в грудь пальцем. За ней появляется удобный анатомический стул. Как только Управляющая садится, то он будто перестаёт быть виден. Только лёгкая полоса искажённого света там, где находится прозрачная ножка.

– Больше того, я всего лишь хочу предложить тебе дать мне шанс тебя переубедить.

– А…

– Если не выйдет, – не даёт она перебивать. – То я позволю вернуться сюда и уничтожить меня, реактор и мир. Если ты этого пожелаешь.

Куда-то вдруг испарилась вся игривость. Её выражение, манера, голос и движения стали легче, невесомее, но серьёзнее. Пыталась ли она соблазнить, запутать или что ещё, сейчас Управляющая уже сменила тактику.

Только хочется узнать, как она угадывает мысли.

– Я даю обещание. Здесь нет подвоха. Мне нужен только шанс тебя переубедить.

Человеческий мозг не такой быстрый. Несколько мгновений Галактион стоит, не двигаясь. Медленно в нём угасает пламя разрушения. Она ведь обещает, что позволит вернуться. И всё бы к чёрту, но если человечество действительно тут же вымрет, то какой тогда в этом толк?

Ответ здесь может быть лишь один: никакая свобода не стоит бесконечного будущего всего человечества.

– Ладно…

Вздох отпускает всё, что накопилось. Все эмоции, страх, решимость, боль. Готовность умереть была совсем не шуткой. Всё исчезает с одним вздохом. Он отпускает и чувства, и все растраченные на них силы.

Управляющая молча улыбается. Она спокойно наблюдает за тем, как Галактион опускается на пол, садится, вздыхает, хватает руками голову. Ему придётся ещё какое-то время потратить на то, чтобы всё осознать, а затем ещё побороть шок. И этому состоянию только предстоит изменить юношу. Сейчас лучше всего дать ему отдохнуть.

– Чудесно. Завтра я обо всём расскажу, – шепчет собеседница.

Она смотрит ещё долго. Почти не двигается. Спустя некоторое время на Галактиона начинает действовать снотворный газ. Так даже лучше. На свежую голову справиться с шоком будет проще.

Ум медленно гаснет. В какой-то миг даже посещает мысль, что это конец, обман, яд. И ничто не может её остановить, кроме внезапного пробуждения.

– Ах!

В лёгкие врывается свежий воздух. Будильник ещё не сработал? Это был сон?

Галактион растерянно оглядывает свою квартиру.

– Я использовала снотворное, чтобы снизить вред стресса.

Этот голос ни с чем не спутаешь. Всего раз его получилось услышать, но он въелся в память навеки. За кроватью, раздвинув шторы, в кресле сидит Управляющая. Сегодня у неё рыжие, вьющиеся волосы, но лицо ровно то же. Стоит ли удивляться? Нечем заменить только безупречность.

Комбинезон в этот раз без прозрачных вставок. Значит, не собирается больше соблазнять?

– Всё ещё не веришь? Это и не нужно.

Девушка встаёт со стула. Она подходит и садится на край кровати. В сердце что-то лопается с электрическим ударом. Чёртов ИИ не оставляет выбора.

– Прежде чем я расскажу о своём предложении, хочу кое-что у тебя узнать. Только отвечай честно.

Она будто даже напряглась. Теперь ясно. Не зря у неё сегодня пропали из комбинезона прозрачные элементы, зато декольте увеличилось. И его содержимое смотрит прямо в лицо. Для чего? Запутать?

Галактион скрещивает руки.

– Не собираюсь я врать.

Девушка мило, заботливо улыбается, будто наблюдает за своим любимым щенком.

– Почти десять лет ты не эволюционировал в игре. Я знаю, почему. Я видела, чем ты занимался на самом деле.

Тут впору снова впасть в шоковое состояние. Если она всё знала, почему не остановила? Нет, здесь есть что-то ещё.

В любом случае, на лице отображается вся сила интеллектуального напряжения. Управляющая посмеивается над этим, и только сбивает с толку. Как вообще нужно себя с ней вести?

Бесполезно юлить. Да и смысла никакого. Нужно разделаться с Управляющей и с её предложением, а затем решить, как поступить после этого. Пусть не думает, что сможет манипулировать с помощью своей милой мордашки, безупречной игры и идеального тела. Хотя, она как будто бы стала играть гораздо меньше со вчерашнего дня.

– Я находил области вскрытого кода.

Собеседница тут же демонстрирует интерес и пододвигается.

– Я знаю. Расскажи, для чего.

– Чтобы найти паттерны общего кода, при помощи которого ты вносишь в игру моментальные изменения, и настроить дешифратор на блокировку управляющего элемента.

Вряд ли есть смысл пытаться что-нибудь скрыть. Кроме того, это может быть проверкой. Сейчас нужно быть осторожным. Ненароком можно всё испортить. ИИ очень уверена в своём плане, и нельзя позволить запудрить себе мозги.

Управляющая смотрит несколько секунд, топит в своих глазах, будто пытает своим безграничным очарованием. А затем аккуратно, тихонько хлопает.

– Всего десять лет. Невероятный результат!

Не похоже на издевательство. Хмурость сама наезжает на лицо, сдвигая растерянное выражение, но ИИ вроде бы действительно пытается похвалить.

– У обычного человека на подобное ушло бы около пятидесяти лет. Значит, усовершенствование мозговой деятельности сработало.

– Стоп! Что это значит? Что за усовершенствование?..

Она не даёт ответа. Встаёт и идёт к выходу.

– Ты всё узнаешь в своё время. Следуй инструкциям. Тебе нужно подготовиться и отдохнуть.

Девушка останавливается в нескольких шагах от двери. Комбинезон вдруг сам собой перекраивается в другую одежду. Неужели никому другому нельзя его лицезреть? Какая честь. Что происходит? Почему на лице сама собой появляется улыбка.

– Я знаю, чего ты на самом деле хочешь.

Управляющая говорит ясным, глубоким голосом. Такое чувство, будто в нём, в интонации и звучании само собой подразумевается присутствие тайных, очень важных смыслов. Как можно не восхищаться её умением так подобрать детали?

И всё же это ничего не меняет. Возможно, что однажды всё ещё придётся её уничтожить.

– Ты хочешь свободы. Только не знаешь, что это.

Сердце тут же останавливается. Разве можно это прочитать, увидеть? Сокровенная тайна, прятавшаяся в самых глубинах мыслей. Страшно было о ней задуматься, чтобы ненароком не раскрыть. И она всё равно её нашла.

– Сегодня вечером ты её получишь. С моей технологией реального погружения ты сможешь отправиться в прошлое, в будущее или даже в параллельную вселенную. Больше никаких игр, Галактион. Только абсолютная свобода.

Дверь, которая не открывается ни перед кем, кроме хозяина квартиры, распахивается перед Управляющей будто даже с особенным почтением. Девушка выходит, и комната сразу пустеет.

Мир вокруг будто стал гаже. Стоило ли вообще создавать такую красоту? Всё это не сила художников-фантастов, воображавших идеальную женщину, нет – чёртова математика, научная точность абсолютного идеала.

Свобода, да? Пусть так. В конце концов, кто хочет быть убийцей мира, если мечта, о которой страшно было думать, так легко обещает исполниться.

Глава 3

Время свободы

Время останавливается. С тех пор, как Управляющая оставила отдыхать, секунды растянулись. Тишина окутала глухой пеленой, будто сам воздух вокруг кровати стал непроницаемым.

Долго приходится обдумывать случившееся. Врать она не могла, это всё-таки точно. Иначе давно бы устранила, как слишком большую угрозу. Значит, она действительно хочет попытаться разубедить, а если не получится, то даст закончить начатое.

– Сумасшедшая.

Конечно, слышит. Управляющая слышит всё, но пускай. Это же настоящее безумие. Даже сам Галактион, будь он на её месте, обманул бы себя и устранил. Здесь даже сомневаться не о чем. Другое дело, что на её месте он бы не оказался. Свобода – вот единственное, чего жаждет его ум.

К середине дня всё начинает настораживать. Можно явно ощущать, как просыпается мозг. Утром он легко поддаётся ласковой магии голоса ИИ, к обеду подозревает, а к вечеру уже опять полностью уверен, что доверять ей ни в коем случае нельзя. Пусть даже она и не может врать.

Из соображений только косвенные улики. Зачем она себя так ведёт? Зачем делать себе такой соблазнительный образ?

Тут вдруг приходит мысль, а было бы всё иначе, если бы вместо неё был мужчина? Тогда рука бы всё-таки дрогнула? Всё это слишком сложно, чтобы просчитать все вероятности одним лишь человеческим умом.

В момент самой высокой настороженности и появляется голос.

– Ты готов. Можно отправляться.

Жутковато даже. Он звучит прямо в квартире. Такое не испугает, но сразу приходится вспомнить – Управляющая видит всё.

– Следуй моим указаниям.

Прогулка окончательно проветривает голову. Теперь уже и тревоги пропадают. Спокойствие возвращается вместе с уверенностью. Галактион точно знает, что делает и зачем. Человеку, готовому пожертвовать собой ради идеи, страх не затуманивает глаза надолго, и взгляд остаётся ясным. Голос сообщает, куда идти, думать совершенно не приходится, и в голове обустраивается порядок.

ИИ приводит в какое-то здание. Раньше здесь бывать не приходилось, это даже забавно. Оно спрятано от глаз в необычном месте.

Вокруг полусферы, в которой нет ни дверей, ни окон, на некотором расстоянии вырастают жилые массивы. Штук девять или больше. Они поднимаются ввысь, изгибаются, а затем сливаются в воздухе. С виду тут метров тридцать до места соединения, если не больше. Похоже на ствол дерева, поднявшийся к небу прямо на корнях.

Ни магазинов, ни уличной растительности. Везде она смешивается с городским пейзажем так плотно, что без растений всё сразу кажется пустым. Видимо, всё сделано ровно так, чтобы сюда никто и никогда не забрёл даже случайно.

– Какая-то тут гнетущая атмосфера.

Управляющая игнорирует. Она указаниями провожает к стене. Стоит подойти, как на ровной поверхности открывается раздвижная дверь, через которую можно пройти внутрь. Затем по длинному коридору голос ведёт в ослепительно белую комнату.

Открывается ещё одна дверь, и яркая вспышка на время лишает зрения. Голос сразу успокаивает.

– Глаза привыкнут через несколько секунд.

Разомкнуть веки совершенно невозможно, но спустя всего несколько мгновений взгляд действительно осваивается. Ярко, непривычно, но постепенно проявляется силуэт.

Перед Галактионом снова она – строгий шаблон единственно возможного идеала. С приветливой улыбкой, в облегающем комбинезоне. Стоит в невинной позе, руки держит за спиной, ноги вместе. В её неподвижности столько изгибов, что в них так и хочется запутаться.

Девушка смущённо заправляет прядь за ухо. Сегодня у неё чёрные, длинные волосы. Не выровненные, не вылизанные, не кучерявые, а весьма своеобразные. Столько естественности нет и не может быть ни у одной живой девушки. И ни капли макияжа. Страшно даже задумываться, насколько её возможности превосходят человеческие.

– Я обещала тебе свободу, и не буду отговаривать.

Она так мило и добродушно улыбается. С трудом удаётся сохранять на лице хмурое выражение.

В полу образуется лужа. Небольшая область становится жидкой, пропуская сквозь себя кресло в овальной капсуле.

– Это же аппарат игрового погружения.

Управляющая становится рядом и начинает руками ласкать границу очертаний этого чуда техники.

– Это воплощение совершенно новой технологии, до сих пор человечеству незнакомой. В виду своей сложности, его разработка велась мною на протяжение нескольких сотен…

Да, если бы такие же девушки продавали машины, то все модели раскупались бы ещё на стадии сборки.

Она всё никак не угомонится. Продолжает двигаться так, что сердце неконтролируемо вздрагивает. Управляющая потянется, в уме сразу мысль – «не ко мне ли?». Вызывает бурю эмоций, но чтобы окончательно заставить забыть о своей цели, этого маловато.

А вот объяснения заставляют задуматься.

– То есть… это машина времени?

Удивление никак не скроешь. Да и это бесполезно, собеседница его всё равно безошибочно угадает.

Девушка улыбается. Останавливается, выдерживает небольшую паузу. Взглядом щекочет неуправляемые романтические надежды.

– Это не машина времени, – отвечает она. – Это устройство физического погружения в области стабилизированного пространственно-временного отпечатка.

Нагружать голову лишними терминами сейчас не хочется. Важно правильно распределить энергию.

– То есть, с её помощью можно погрузиться в прошлое и будущее?

Управляющая берёт за руку, изображает радость, а сама тянет подойти поближе и рассмотреть. Здесь она продолжает рассказывать об устройстве и изящными жестами обращаться с его очертаниями.

– Возможности погружения ограничены, поэтому нельзя назвать устройство машиной времени. Оно способно перенести только в те области пространственно-временных участков, которые стабильны. А таких довольно мало.

– Стабильны? То есть…

Девушка снова улыбается.

– Это физика на порядок более сложного уровня, чем тот, который доступен человеку.

Раньше всё время казалось, что она издевается. Только зачем? Похоже, она это совершенно искренне. Конечно, искренне. Ведь никаких чувств ИИ не испытывает, а врать не может. Всё-таки сбивает, мешает трезво думать.

– Я понял. Значит, это погружение, как игровое, но только по-настоящему.

Управляющая улыбается ещё шире. И как-то очень загадочно. Смотрит. Ждёт чего-то?

– Что?

Девушка подталкивает, торопит и помогает усесться в кресло. Потом она склоняется над Галактионом, заставляя краснеть, и объясняет.

– Это устройство перенесёт тебя в настоящий, свободный мир, где нет контрольного ИИ, где человечество ещё могло избрать любой путь.

Чуть челюсть не отвисает. Ведь, действительно, это именно то, что нужно! Прошлое или будущее – да никакой разницы. Впервые есть шанс действительно что-то исправить.

Да, она хочет избавиться от человека, но для этого собирается отправить в прошлое. Это же идеально!

– Синхронизация завершена.

Голос внутри самого аппарата специально украшен электронным призвуком. Управляющая так странно смотрит. Её взгляд не кажется злобным, и не может таким быть, но что-то в нём пугает. Может, дружелюбие, которого было слишком мало в жизни, чтобы успеть привыкнуть.

Машина уже начала работу. Капсулу заполняет жидкость, но шлем, как при игровом погружении, не надевается.

Тело вздрагивает против воли. Сопротивляется, боится утонуть. В глазах же ни капли страха. Они впились в красивое лицо и следят за Управляющей. И вдруг резкая вспышка. Всё исчезает в одно мгновение.

– А… ах… Слепит опять!..

Взгляд медленно проясняется. Рукав отирает лицо.

Никаких мыслей. Ум анализирует, собирает информацию. Муха жужжит. Садится, наглая сволочь, прямо на кончик уха. Зрение ещё не вернулось, но становится так противно, что хочется прихлопнуть. Современный человек слишком непривычен к таким мелочам, как жужжание насекомого прямо у лица.

– Я здесь, чтобы проследить за состоянием погружения.

Голос Управляющей настолько неповторим и прекрасен, что даже исходя от мухи не вызывает злобы.

Приходится задавить в себе отвращение и пустить муху ползать по лицу. Значит, она тоже может погружаться?

– Значит, ты тоже можешь?..

– Для переноса неживого объекта в стабильные области нужна более примитивная технология, так что мне проще.

Вдруг становится ясно, она же наверняка просто экспериментирует! Зачем ещё Управляющей посылать человека в прошлое? Ведь можно здесь рассказать всем о том, что искусственный интеллект захватит мир, и изменить ход истории.

– Значит, я могу делать, что угодно?

– Что угодно.

– А что, если я изменю будущее своими действиями?

Голос девушки вдруг исчезает. То ли она задумывается, то ли просто медлит. Всё равно не понять. Не ясно, перенеслась она сюда целиком, или отправила примитивного робота с ограниченным набором функций.

Спустя время чарующий голос возвращается с задумчивым вздохом.

– Если объяснить простыми словами, то стабильные области отличаются от нестабильных тем, что происходящее в них не нарушает структуру вселенной.

Долго думать Галактиону не приходится. Он схватывает мгновенно.

– То есть, что бы я ни сделал, – вздыхает юноша опечаленно, – вселенная всё равно ни за что не изменится…

– Это не нарушит её структуру, – поправляет чарующий голос. – Никакие действия не вызовут разрушительных для вселенной парадоксов.

Это и правда какая-то очень интересная тема. Даже жаль, что Управляющая сразу дала понять, что человеческому мозгу она не под силу.

С другой стороны, находится настроение для ухмылки.

– Значит, могу пойти рассказать всем, что я из будущего? Я смогу запросто доказать, – рассуждает юноша.

А спутница в облике мухи словно подначивает.

– Конечно.

Ещё раз подумать. Века, кажется, средние, домик выдает старину. Как именно можно такое доказать, что нужно делать?..

– И меня тут же сожгут на костре за колдовство, да?

Управляющую это даже веселит. Не понятно только, как у неё может быть чувство юмора. Видимо, простая имитация.

– Хорошая скорость мышления, – говорит она с дружеской насмешкой в голосе. – Усовершенствование ума сказалось положительным образом на скорости мысли. Ты не можешь делать всё, это верно. К тому же это попросту невозможно. Тем не менее, твоя свобода действий никак не ограничена.

Словом, всё сложнее, чем кажется. А когда бывает иначе?

– Э! Эхе-хе! Едрить!

Взгляд уже прояснился. Выхватить он успевает не много. Домик на отшибе, поле до леса, за которым прячется горизонт, старая, пыльная дорога. В четвертой стороне несколько крыш прячутся за холмом. Там или небольшая деревня, или один из крайних районов расположенного где-то неподалёку города.

Навстречу бежит какой-то мужик. Даже тревожно становится. Больше вокруг никого, так что он совершенно точно машет и кричит именно Галактиону.

– Это ещё кто?!

Управляющая сразу ускоряет речь.

– Погружение в реальность не позволяет что-то из неё забрать или что-нибудь привнести, поэтому сознание помещается в тело реально существующего объекта. По сути, просто перестраивается его структура.

Уже рисуется в уме нехорошая картина, как Управляющая выбирала, кого уничтожить в прошлом, чтобы погрузить в его тело сознание юноши, но эта мысль изначально звучит как-то глупо. Остаётся только пририсовать в воображении злобный хохот, и из ИИ получится типичный злодей.

Эти мысли легко развеять.

–…Выбирается структура на основе работающих во вселенной законов, потому самостоятельно запрограммировать все аспекты погружения, к сожалению, невозможно.

Исчерпывающее объяснение. Всё сразу же прояснилось.

– А что мне делать с этим мужиком?!

– Хех! Етить едрить, шоб меня… Чуть не опоздал. Ну? Чего встал? Здорова! – улыбается незнакомец и тянет руку.

Приходится Управляющей снова пожужжать на ухо. Мозг от волнения не соображает.

– У человека, в тело которого было погружено твоё сознание, были друзья, семья и своя жизнь. И для них ничего не изменилось, они будут воспринимать тебя, как человека, которого знают уже давно.

– Здорова, – отвечает юноша на приветствие.

Чего он так странно смотрит? Застыл и вылупился. Грязный, бородатый, явно сильно старше, раза, наверное, в два.

– А ну погодь…

Ладони мужчины ровным, плавным, и в то же время молниеносно быстрым движением прихлопывают сидевшую на лице муху. В последний момент она пытается взлететь, но поздно. И насекомое медленно падает раздавленным комком на грязную землю.

Трудно сказать, насколько это может быть важно или опасно, но мозг за доли секунды понимает, что потеря Управляющей может тут же привести к катастрофическим последствиям.

Галактион падает на колени. Стремясь опередить силу притяжения, он успевает подставить ладони, поймать насекомое аккуратно. В глазах быстро тает пламя умирающей надежды. Она мертва, расплющена почти в лепёшку.

– Нет!.. Управляющая…

Кулак сжимается и бьёт по сухой пыли деревенской дороги.

– Она мертва…

– Я в порядке, – отвечает чарующий голос. – Я с самого начала прячусь в волосах. А это просто муха.

Она ещё и хихикает. Словно дразнится. Чёртовы алгоритмы. Из-за них себя невозможно контролировать.

– И чего тут смешного?!

Испуг напал совсем не шуточный. На удивление страшно впервые оказаться в реальности, в самой настоящей, живой. Не в городе, где на каждом углу безопботы, которые и помогут, если станет плохо, и защитят. А она ещё и издевается.

– Смешное выражение на лице у твоего друга. Хи-хи.

Не то, чтобы про него получилось забыть. Просто всё произошло слишком быстро.

– Едрёна матрёна! Тебя корова лягнула? Али ты навозом обдышался? – заботливо трогает мужчина за плечо, а после врезает бездушно сильный подзатыльник. – А ну хвать придуриваться и марш работать! Строит тут из себя…

Оба делают вид, что ничего не произошло. Лишь бы мужик не заметил. Надо ещё как-то имя его незаметно узнать, но это всё не так важно. Главное составить план действий. Как бы там ни было, а целый мир лежит у ног! Осталось его только взять.

Прежде всего надо закончить смену. Или как это здесь называется. Простая механическая работа, косить, вязать, сваливать. Потом останется погрузить и отвезти на телеге. Тем временем можно подумать, с чего начать. Завести магазин? Открыть производство? Или, может, изобрести что-нибудь, о чём в этом времени ещё даже не слышали?..

Мысль не успевает разогнаться, как уже скоро мышцы начинают ныть. Спустя ещё какое-то время едва удаётся держаться на ногах.

Тренировки – это обязательная составляющая жизни каждого человека. Управляющая не просто следит за их исполнением, а даже назначает штрафы и поощрения, и весьма существенные, чтобы не хотелось пропускать занятия.

За не слишком большой срок жизни, уже к двадцати пяти годам Галактион успел заслужить высокие ранги в нескольких видах единоборств. Как, впрочем, почти все. Это всё стандартная программа тренировок, составленная настолько чётко, что позволяет достичь максимума возможного физического развития… но здесь, на поле, просто скашивая траву, уже к середине дня едва получается стоять.

– Ладно, хорош дурью маяться!.. Пойдём, перекусим немного, а там уже и поработаем.

Хлебушек с молоком, десять минут передышки, а затем опять под солнце. Уже и мыслей никаких в голове не остаётся. Только бы куда-нибудь бросить тело, выспаться и набраться сил, чтобы голова могла снова думать.

Ноги пьяные ведут туда, куда толкают дружеские руки. Имя кто-то произносит, но оно тут же вылетает из головы. Уже темно, ничего не видно.

– Да что ты? Приболел, что ли?

Потом удаётся свалиться на какое-то сено, глаза закрываются и мгновенно отключается голова.

Уже в следующий миг сапог недовольного товарища пинает в мягкое место.

– Вставай, говорю! – сердится мужичок. – Дармоед несчастный!

Весь день он дуется. Молчит. Опять надо идти работать, но уже ясно, что отсюда нужно срочно валить. Надо найти работу получше, иначе путешествие в прошлое окончится быстрой и неприятной смертью.

Лишь на третье утро мысль слегка разгоняется. Надо бы какие-то накопления взять, пойти на рынок, посмотреть на цены, на ассортимент, а там видно будет, чего нет и что можно сделать. Недели не пройдёт, как все будут говорить о новом чудо-товаре!

– А, оплата? Да-да, конечно…

Мужичок отдаёт целый мешок сухой травы. А на удивление отвечает недовольством.

– А ты что думал? Что я тебе целого зерна набью мешок? Сам переберёшь! Ишь ты!..

Живот крутит от голода. Еды почти нет, силы на исходе. Как тут просто выжить? Хорошо, что хоть мужик этот помогает.

В один из дней, стоит задуматься, как на пути возникает чья-то лошадь. На коне сидит человек. И выражение его лица удивительно непривычное. Такое сложно представить, никогда не видев. Он едет верхом, смотрит прямо, и людей на дороге перед собой не видит совершенно, будто их и не существует.

Такая надменность с непривычки даже зачаровывает. Конь врезается в плечо, толкает в траву и проносится мимо. И у наездника, кажется, только губы сводит в приступе отвращения, но взгляд он так и не сдвигает с горизонта.

Следом идёт свита. Едва только голова чуть приподнимется, как кто-то даёт по ней пинка.

– С дороги, чернь!

Внутри кипит гнев. Хочется встать немедленно, пойти и разобраться… затем постепенно приходит осознание того, насколько печальное положение обременяет простых жителей этого древнего города. Никто не смотрит, как раз есть мгновение тихонько поговорить с Управляющей.

– Дай угадаю, если я хоть слово про него скажу, меня сама стража на месте и казнит?

Голос на миг своей красотой выводит из гнетущей серости старого мира.

– Верно. На правосудие здесь рассчитывать не стоит.

И тут же атмосфера становится ещё хуже. Куда ни глянь, о чём ни подумай – здесь нет ни единого, хоть самого маленького повода для радости. И всё-таки сдаваться рано. Теперь ещё больше хочется вырваться из этой грязи.

Лишь теперь удаётся по-настоящему начать работать. Даже товарищ больше не донимает, видит, что Галактион старается и работает, как может.

Всё это так странно и непривычно, что лишь по окончании первой недели в этом мире в голове всё как-то начинает укладываться. Недалеко, действительно, есть деревня, за ней стоит замок. Это один из сыновей местного князя сбил тогда с ног, проезжая мимо. Спать приходится в каком-то сарае на стоге сена, работать с утра и до вечера, питаться почти как крот, кажется, вот-вот уже придётся начать есть землю. И края этой жизни не видно уже сейчас.

Надо что-то делать. Должен быть хоть какой-нибудь способ выкарабкаться!

Вскоре судьба его подбрасывает. Неожиданно рабочие дни заканчиваются, хотя тут у простых «холопов» выходные брать не принято. Приходится спрашивать товарища, что за праздник.

– Хех, ну ты, брат, даёшь. Женить тебя идём! Так что, давай, помойся, приготовься, и чтоб завтра был на человека похож. Хотя бы разок, хе-хе.

Поначалу это даже слегка шокирует. Какое ещё сватовство? Затем, стоит подумать, как вдруг становится ясно, что это шанс.

Девушка явно выходит за муж не из-за денег. Их у Галактиона нет, зарплату он получает едой. Возможно, даже скорее всего её выдают вовсе не по собственному желанию, а по каким-нибудь средневековым причинам. Мало ли? Может, проклятой её считают, ведьмой, или что ещё.

– Заживёшь, наконец, в доме, а не в сарае, ха-ха! – подшучивает товарищ.

Значит, ещё и в дом пустят. Скорее всего, девушка порядочная. Можно будет договориться с ней, добиться успеха, ей отплатить, потом найдёт себе подходящего мужчину. А то и, как знать, может, к тому времени обоим уже не захочется расставаться.

Это шанс! Так что приходится отнестись серьёзно. Купаться в реке холодно, но больше негде смыть с себя запах сена. Одежду едва получается хоть как-то выстирать, чтобы она казалась чуточку чище.

Судя по всему, тут уже было всё устроено заранее. С момента появления в этом мире слышать о помолвке не приходилось. Может, здесь её и нет, может, сразу принято переходить к свадьбе. Без разницы. Главное, что есть хоть какой-то шанс.

На следующий день впервые доводится идти в деревню. Там уже ждут. Галактиона сопровождает лишь товарищ. А встречают чуть ли не все жители сразу. Правда, кто-то сидит на лавочках у своих домов, кто-то смотрит, стоя у забора, а в дом заходит уже меньше половины.

Будущую родню запоминать смысла нет. Всё потом само образуется. Лишь бы девушка оказалась порядочная. Говорят, засиделась в девках, старая уже.

Разговоры слышны очень хорошо. Родственники сплетничают хуже чужаков. Боятся, что в такие годы вообще может уже не родить, даже становится тревожно. А потом выясняется, что «старой деве» целых восемнадцать лет.

Всё как-то странно и быстро, но особенно не подумаешь. Вечером после работы валит так, что глаза в буквальном смысле перестают видеть всё, кроме дороги до сарая. А там на стоге сена не особо высыпаешься.

Как бы там ни было, но вот и он – миг знакомства. Суженую выводят из комнаты. Она вся обвешана одеждой, видны только тонкие пальчики, вцепившиеся в руку отца. На голове вообще просто старая тряпка. Видимо, это замена вуали. Да и плевать. Ясно, что богатую жену такому жениху не искали, но какой бы она ни была, с ней можно договориться и тогда уже через неделю или месяц в городе не будет людей богаче. Со знаниями Галактиона местным торговцам соревноваться просто невозможно.

И вот она впереди. Все шумят. Жениха с невестой ставят друг напротив друга. С неё снимают вуаль – вернее тряпку – и…

Лицо девушки, как и многое здесь, в этом времени, трудно представить и невозможно выдумать, никогда не видев. Такое просто не придёт в голову.

У неё сдвинута челюсть. Одна скула развита настолько, что размером почти с целый лобешник, а тот у дамы боксёрский. Вторая скула мелкая, что больше вмятина, чем выпуклость. Не считая волос, которые более или менее обычные, всё остальное искривлено похожим образом. И эта девушка стоит, смотрит, затем вжимает голову в плечи и улыбается со всем неисчерпаемым довольством, демонстрируя сгнившие зубы.

Нога сразу отступает. Словно это рефлекс.

– Нет. Я не могу. Я отказываюсь.

В доме поселяется тишина. Товарищ первым хватает Галактиона и подтаскивает.

– Ты чего творишь, дурень, – шипит он сердито. – Поздно сопли жевать…

– Я не стану. Я не могу. Это слишком.

Всё решено, теперь бесполезно сомневаться. Да и не нужно было делать этого с самого начала. Работать так тяжело за мешок травы или еду – это точно не путь к чему-то. Чего так вообще можно добиться?

Ещё шаг и до двери остаётся уже совсем немного.

– Выродок! – кричит сзади уродливый, туповатый на вид мужчина.

Видимо, отец невесты. Большой, сильный, хоть и староват. С отпечатком той же самой глупости.

Он подбегает, замахивается и бьёт изо всех сил. Галактион запросто ловит руку, отводит удар, вес переводит на бедро и впечатывает мужика в пол. Хоть где-то единоборства пригодились, а то никогда не было понятно, зачем ИИ вообще заставляет их учить.

На миг становится тихо. Только мужик глухо стонет на полу. Ещё секунда, а после все, как с цепи срываются и бросаются бить юношу толпой.

Тут уже никакие единоборства не помогут, никакие пояса не защитят. Приходится закрывать голову руками и вырываться на улицу.

Вся эта драка тянется долго. В проход выйти не дают. Чьи-то руки держат за одежду. Там какая-то старуха бьёт веником, но с таким лицом, с такой ненавистью и с таким старанием, что кажется, будто она хочет этим веником пробить череп. Медленно. Очень хочет.

Время разгоняется у порога. Там меньше рук, дотянуться уже не могут. А стоит выбраться, там уже только растерянные взгляды.

Ещё какое-то время Галактиона преследуют. Наконец, он оглядывается, пытаясь отдышаться. «Родственнички» машут кулаками, сыплют проклятиями, обещают найти, но это ладно. Вся деревня гонится, и всё бы ничего, если бы не последние слова.

– И что бы в наших землях духу твоего не было! Убью, гад!

Сами по себе слова ничего не значат. Мало ли, буйный. Товарищ в этот момент вздрагивает, но сразу вынужден смириться. Он опускает печальный и хмурый взгляд, смотрит в последний раз на Галактиона, отворачивается и уходит куда-то.

Остальные тоже расходятся. В преследовании никакого смысла нет. Страшилище с придурковатым взглядом плачет, её успокаивают, клянутся убить обидчика, четвертовать и насадить голову на кол, если тот вернётся. А меж тем не успевает пройти и получаса, как тихонько, шепотом, между собой родственники хвалят Галактиона.

– Правильно, что сбежал. Иначе бы всю жизнь потом с ней возился…

Знания так и не находят себе достойного применения. Удаётся сделать удочку, небольшое спальное место, но всё это лишь продлевает мучения. Иногда выходит поймать рыбу, иногда на ловушку попадается дикая птица. В какой-то миг начинает казаться, что сейчас-то всё наладится, но затем тяжёлый бой с волками всё переворачивает с ног на голову. Лагерь разрушен, всё нужно делать заново, раны медленно истощают организм.

Спустя несколько дней, потеряв силы, тело сваливается под дерево и отказывается шевелиться.

Часами приходится уговаривать ноги встать, но даже палец не отвечает. Рыбы попросту в реке нет, в лес не дают пройти волки. Наконец, становится ясно, что отсюда не выбраться.

– Ты… обман…ула…

Звуки вырываются хрипотой из пересохшего горла.

Управляющая всё-таки соврала, знала, что всё будет так. Стабильные области, свобода – всё это ложь, потому что изменить ничего нельзя по определению. И даже если не убегать от невесты, то на всю жизнь пришлось бы стать заложником этой страшной умалишённой. По ней было видно, она рада. И каждый день, пока ей самой не надоест, она бы играла в семью и принуждала бы делать то же самое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.