# Мой новогодний шанс

Наталья Владимирова

Любимый предал. Или все-таки нет? Так или иначе, теперь он с другой. Но… быть может, есть надежда все исправить? В канун Нового года случилось чудо – я нашла способ вернуться в прошлое. Выйдет ли у меня изменить судьбу и стать счастливой?

Мини-роман

## Глава 1

– Караул, Машка! – бешено заорала трубка, привлекая ко мне неодобрительные взгляды прохожих, стоило принять неожиданный звонок подруги.

Я замедлила ход и судорожно сжала мобильник замерзшими пальцами в предчувствии беды. Обычно сдержанная Катерина сейчас фонтанировала эмоциями.

– Это что-то с чем-то! Я просто в шоке! Да что там! Поначалу я даже не поверила своим глазам, – взахлеб делилась она впечатлениями, даже не пытаясь сбавить тон голоса.

– Что? – только и прохрипела я в ожидании неприятной новости. Что-то мне подсказывало, что я ее уже знаю.

– Ты, главное, не расстраивайся, ладно? Не раскисай. В жизни всякое бывает. Не смертельно.

– Постараюсь.

– Ты держись, хорошо? Будь бодрячком. У всякого случая есть две стороны медали. Что ни делается, все к лучшему.

– Ага.

– Ты сейчас, собственно, где? Надеюсь, не одна? Вроде с родителями собиралась Новый год отмечать.

– Я иду с работы, пришлось задержаться. Да, с родителями. Ты говорить собираешься или…?

– Иван женился, – выпалила подруга и затихла.

– А? – потерянно откликнулась я.

– Ну подумаешь, женился, свет клином ведь не сошелся, правда? Найдешь себе другого, получше, – зачастила Катерина в попытке смягчить дурную весть. – И вообще, вы уже год как не вместе.

– Женился? – пролепетала я, вклинившись в трескотню подруги.

– Лизка полчаса назад выложила фотки во все соцсети, что только нашла. На башке фата, их с Ванькой портрет из ЗАГСа, пальцы окольцованные. Фу, так шаблонно, – рассказывала подруга.

А я застыла посреди улицы, беспомощно хватая ртом морозный воздух с мелкими снежинками.

Как же так? Мой Ванечка женился? Не может этого быть! А как же я? Мы семь лет встречались, но я так и не услышала от него заветного и долгожданного предложения, а Лизка с ним меньше года. Он не мог. Ведь я люблю его с семнадцати лет.

В памяти всплыл тот морозный солнечный день, когда мы с девчонками гуляли в парке и встретили парней чуть постарше нас. Человек десять, но я ни одного не заметила, кроме Вани. Смотрела только на него. Он здорово выделялся на фоне обычной дворовой компании высоким ростом, стильной одеждой и ярко-рыжими волосами с модной стрижкой. А еще безусловной уверенностью в себе с капелькой презрения к окружающему его миру. Но не внешние данные или манеры сделали решающий выстрел в мое сердце. Глаза. Сочно-синего цвета, опушенные черными ресницами, под изгибом соболиных бровей. Один его взгляд, и я пропала.

Молодые люди завязали разговор с подругами, шутили, много смеялись, и лишь я одна молчала и просто смотрела на Ваню.

– Гляди-ка, еще одна запала, – пихнув локтем в бок Ваню, подтрунил один из парней.

Синие глаза уставились на меня в упор. И я позорно сбежала.

А потом целую зиму просидела дома, в то время как подруги гуляли с новой компашкой и завязывали отношения. Не смела появиться перед Ваней. Казалось, еще больше опозорюсь. Даже издали завидев его, ощущала слабость в коленях и дрожь во всем теле. Разве можно показаться ему на глаза, будучи подобной трусихой и не имея ни грамма самообладания? Эх, вот и я о том же.

Он пришел ко мне сам в один из февральских вечеров. Встретил у подъезда, когда я возвращалась из универа. Чуть не столкнувшись с ним на ступенях, я подняла голову и… не знаю, как не упала в обморок в тот же миг.

– Ва-ня? – растерянно спросила я, выдыхая облачко пара в морозный воздух.

– А ты кого ждала? – вопросом на вопрос отозвался он, с усмешкой прищуриваясь.

Глаза цвета океана и припорошенная снежинками волна рыжих волос, спадающих на одну половину лица. Я с трудом сглотнула.

– Ни-кого, – запинаясь пробормотала, не в силах отвести от него взгляда, словно под гипнозом. – А ты как здесь?

– А я к тебе.

– Ко мне?

– Ну да. К кому же еще?

Да к кому угодно! Но ко мне?

– Зачем? – глупо поинтересовалась я, завороженно рассматривая яркий румянец на светлой коже, нежный абрис алых полных губ, подбородок с очаровательной ямочкой, кадык, выглядывающий из-за широкого белого шарфа крупной вязки.

– Хочу отвлечь тебя от учебы. Девчонки говорят, что ты в ней бессовестно погрязла, поэтому и не ходишь с нами гулять.

– Я… – Язык предательски запинался.

– Пойдешь?

– Куда?

– На свидание со мной?

Если до этого я заикалась и бессвязно блеяла, то теперь и вовсе потеряла дар речи. Понимала, что вот-вот лишусь единственного своего шанса, о котором могла только мечтать, но не могла вымолвить ни слова.

Как же так? Сейчас он скажет что-то типа «не хочешь, как хочешь», развернется и уйдет. Сделав над собой усилие, я мелко закивала. Хотя бы так дать ему понять, что всеми руками и ногами «за».

Ваня широко улыбнулся. Кажется, он даже не сомневался в моем согласии. Ну, еще бы! Наверное, у меня на лице было написано, что втрескалась в него с первого взгляда и уже жизни своей без него не представляла.

– Отлично! Тогда я зайду за тобой завтра часикам к пяти?

Я снова закивала, не смея поверить в свое счастье.

К черту лекции пятой пары. Завтра совсем не пойду в универ. Нужно как следует подготовиться к свиданию.

– Тогда до завтра! – Ваня подмигнул мне и зашагал прочь от подъезда.

Снег громко заскрипел под его крупными ботинками, сопровождая каждый шаг. А я, глупо улыбаясь, стояла и смотрела ему в след. Изящная фигура в натуральной дубленке удалялась, и с каждой секундой напряжение, сковывающее меня, постепенно отпускало, а радость наполняла сердце.

С этого вечера началась моя личная сказка. Прекрасный принц обратил внимание на Золушку. Как оказалось, Ваня жил в соседнем дворе, и виделись мы отныне почти каждый день. Либо ходили на свидания, либо встречались общей компанией, состоящей из моих девчонок и знакомых ему парней.

Праздники тоже отмечали вместе. У нашей компашки даже появилась своя традиция – встречать Новый год на турбазе, арендуя всю территорию, благодаря родству Вероники – моей одноклассницы – с хозяином. Лыжи, коньки, санки, живая елка, наряженная прямо посреди леса, шашлыки и баня. Все, что только может пожелать душа к зимнему празднику.

Семь лет я летала на крыльях любви.

Счастье оборвалось год назад. Хотя… портить наши отношения своими гадкими подозрениями я начала гораздо раньше.

Ваня все чаще задерживался на работе, не уделял мне столько внимания, как прежде, даже на сообщения иной раз не отвечал, отговариваясь высокой нагрузкой и усталостью. Что не могло не задевать меня. «Какая может быть усталость в любви?» – недоумевала я.

Тридцать первого декабря наша уже порядком разросшаяся до полсотни человек компания, как обычно, собралась на турбазе. Девчонки сновали из домика в домик, даже не утруждаясь накидывать на себя верхнюю одежду, делились сплетнями, косметикой и всевозможными приспособлениями для наведения красоты перед праздничной ночью. Парни собирались небольшими компашками по интересам, чтобы сыграть в нарды, вдоволь побегать на лыжах по лесу, сходить в баньку перед Новым годом, да просто обменяться рукопожатиями и последними новостями.

Я приехала на рейсовом автобусе не самая первая, с утра посвятив свое время прихорашиванию и готовке салата – очень хотелось поразить Ванечку кулинарным талантом.

– А в этом году народу прибавилось, – оценила я заполненную автомобилями парковку перед лесом, шагая к узорным воротам.

– Ага, нас становится все больше и больше, – хмыкнул смутно знакомый молодой человек, догнав меня.

– М? – Я скосила глаза на высокого мускулистого парня с непослушными темно-каштановыми кудрями.

Раньше мы с ним не общались, хоть и гуляли в общей компании. Красивый. Правда, не такой яркий и утонченный, как Ванечка. Но это неважно. Мой взгляд всегда был устремлен на Ивана, других я просто не замечала, поэтому плохо знала в лицо не только парней нашей компашки, но даже некоторых девчонок.

Я сдержанно улыбнулась и кивнула.

– Привет.

– Добрый день. Или уже вечер? – Он выразительно посмотрел на скрывающееся за горизонтом кроваво-алое солнце. – Давай помогу. – Не дожидаясь моего согласия, он забрал у меня тяжелую сумку, закинул ее за плечо и бодро зашагал к базе.

Мне оставалось лишь припустить за ним, балансируя на скользкой дорожке и пытаясь подстроиться под крупный шаг. Как ни странно, парень заметил мои мучения.

– Если хочешь, держись, – предложил он и протянул ко мне свободную руку.

– Нет. Спасибо, – смутилась я.

Принимать помощь я не умела. А Ваня, зная меня, как никто, не настаивал. Мы отлично друг другу подходили. Поэтому я хоть и отправила ему сообщение о своем приезде, но не ждала, что он встретит меня. О своих же перемещениях Ванечка и вовсе не имел привычки никому сообщать.

Дойдя до первого домика, я догнала-таки незнакомца и потянула на себя лямку своей сумки.

– Спасибо, дальше я сама.

Он молча кивнул и, отдав сумку, тут же исчез из моего поля зрения. Человек-невидимка. Хм, прямо талант быть ненавязчивым и неприметным.

– Ваня уже здесь? – подбежала я с вопросом к парню, проходившему мимо.

Тот тащил массивный мангал для вечерних шашлыков и с нескрываемым удовольствием затормозил, с облегчением ставя свою ношу в сугроб.

– Кажется, я его видел рядом с баней. – Парень указал в сторону склона, где особняком располагался массивный сруб в окружении высоченных елей и сосен.

– Здорово! – обрадовалась я.

Забросила сумку на ступени ближайшего домика – позже заберу – и побежала к любимому. Соскучилась до жути! Мы с Ванечкой на тот момент уже почти неделю не виделись, и больше терпеть разлуку я была не в силах.

До бани не успела добежать. Обнимающаяся парочка за крайним домиком заставила меня застыть, не сводя глаз с родных плеч и спины. Морковного цвета волосы смешались с крашеной блондинистой мочалкой. Голова Ванечки низко склонилась над мелкой девчонкой в коротком белом полушубке.

Бешено стучащее от быстрого бега сердце пропустило удар. Дыхание перехватило.

Думала ли я о чем-либо в тот момент? Не помню. Мир сузился до сплетенных в объятиях девушки и парня. Моего парня!

Хотелось подбежать к ним. Разделить. Разорвать на кусочки мерзкую разлучницу. Стереть даже малейшее воспоминание Ванечки о существовании бесстыжей девицы.

Но ноги словно приморозило к натоптанной дорожке. Я стояла и смотрела. Смотрела. Смотрела! А потом начала орать.

Из меня посыпались упреки, обида последних недель на недостаток внимания и уделенного мне времени, грязная брань на разлучницу и предателя, разбивших мне сердце. А оно действительно болело. Ныло так, что я задыхалась.

Сначала эти двое отпрянули друг от друга. Оба выглядели ошарашенными. Потом девчонка пыталась что-то сказать, но где уж ей было вклиниться в мою обличительную речь. Да и Ванечка сделал знак, чтобы не встревала. Его лицо медленно принимало высокомерный и неприступный вид, подбрасывая угли в костер моего негодования.

Вокруг нас начала собираться толпа. Но меня несло. Чего я только не наговорила этим двоим! Вылила ушат грязи подозрений, что скопились.

– Между нами все кончено! – наконец в сердцах бросила я.

Но не увидела в глазах Вани ничего, кроме холодного безразличия. Понимая, что совершенно теряю над собой контроль, я развернулась и бросилась бежать. Прочь! Лишь бы не видеть равнодушие в глазах любимого. Только бы не чувствовать тупую боль в груди.

Как вернулась домой, я не помнила. Новогодние выходные пролетели словно в тумане. Но самый страшный удар ждал меня с приходом Катерины.

– Ну и празднички в этот раз выдались, – простонала подруга, не успев выйти из лифта и дойти до порога моей квартиры. – Сначала вы с Ваньком разругались, потом несчастный…

– Как Ваня? – перебив ее, спросила я, не желая слушать прочие сплетни. Специально ей все это время не звонила, чтобы не изнывать от пустой болтовни Катерины, которую по телефону сложно перебить. Мне требовались лишь интересующие меня факты.

– А. Ты об этом? – дошло до подруги, о чем следует рассказывать.

Она по-свойски прошла в квартиру и принялась раздеваться.

– О чем же еще! – возмутилась я, закрывая за ней входную дверь.

– Ладно-ладно, – пробурчала она, сдирая с себя сапоги-ботфорты. – Сейчас.

– Ну? – поторопила я ее, буквально за руку затаскивая на кухню.

– Баранки гну, – огрызнулась она и включила чайник.

– Говори! – потребовала я сквозь зубы, закипая вместе с водой. Если она срочно не начнет говорить…!

Подруга горестно вздохнула и покачала головой, мол, ай-яй-яй.

– Если честно, не соображу, с чего начать.

– С главного.

– Машка, эх и лоханулась ты! Даже не знаю, как теперь будешь исправлять свою ошибку. – Глаза Катерины наполнялись неподдельным сочувствием. – Присядь, пока не упала. Скандал, устроенный тобой, обернулся дурной ситуацией из индийского фильма.

– Да хватит тянуть хвостатого за вылизанные бубенцы! – возопила я, дурным голосом.

– В общем, Ваня и Аня – родные брат с сестрой разлученные в детстве.

– Издеваешься?

– Вот и я говорю, прикольно ведь?

– Совсем нет. Чего несешь? Они ни капли не похожи.

– Я тебе больше скажу, они – двойняшки.

Я бросила на подругу выразительный взгляд, который та с лету поняла.

– Да не шучу я! Серьезно. Сама не поверила, когда этот… ладно, фиг с ним. Я о чем. Ты сбежала, эти двое стали оправдываться. Никто не поверил, все тебя жалели. А тут нарисовалась Лизка и подтвердила, мол, все правда. Она училась с Иваном и Аней в одном классе целых два года. А в третий пошел только Ванек, куда делась сестра, если кто и знал, то общественности не докладывал. Брат замкнулся в себе и долгое время вообще ни с кем не общался. А потом уже все и забыли.

– Так вот откуда у Ванечки некоторая отчужденность, – пробормотала я себе под нос. – И что дальше?

– Оказывается, их родители развелись. Мать забрала дочь и упылила за границу, а сына оставила отцу. Брат с сестрой не виделись около семнадцати лет. Мать настраивала Аню против отца и называла его негодным человеком, а недавно умерла, и девчонка решила приехать в родной город повидаться с братом. Повезло, что Иван так и не поменял место жительства, как теснился с отцом в однушке, так и после его смерти не съехал. Соседки быстро сориентировали Аню, куда делся брат, и та, не дожидаясь его возвращения, бросилась на турбазу. Понятное дело, Иван не ожидал ее увидеть. Сюрприз оказался знатный, спустя столько-то лет. Небось, жуть, как соскучились друг по дружке, ведь говорят, что у двойняшек особая связь. Представить не могу каково им пришлось.

Я схватилась за щеки.

– Бедненькие! Что же я натворила, – проскулила, взглянув на ситуацию со стороны Ванечки и Анечки.

– Да уж, концерт ты устроила фееричный, – подтвердила Катерина, громко хрустя сушками из вазочки и заваривая в большой кружке чайный пакетик. – Когда все наши узнали правду, тебя сразу осудили. Лишь несколько человек высказалось в твою защиту, а остальные решили, что нет тебе никакого оправдания. И громче всех верещала Лизка, вроде как защищая Аню. Но они с ней никогда подругами не были. А вот Ивана заполучить она мечтает, об этом всем известно, потом весь вечер рядом с ним крутилась. Что делать собираешься?

– Извиняться, конечно.

– Это правильно. Горжусь тобой! Нужно уметь признавать свои ошибки.

Что еще болтала подруга, я уже не слушала. В голове собирались слова, которые мне предстояло сказать Ванечке, чтобы вымолить прощение.

Только у меня не получилось. Нет, не извиниться, умоляла я о понимании от всего сердца и клялась отныне вести себя примерно. Но не смогла получить его прощения. Ванечка был глух ко мне. Лишь сухо обронил:

– Рад, что узнал твое истинное отношение ко мне и степень доверия. Не думаю, что нам стоит продолжать общаться.

Я не поверила его словам. У нас уже случались размолвки, но рано или поздно мы находили общий язык и снова становились неразлучны.

Я два месяца обивала порог его дома, даже с сестрой разговаривала. Анюта оказалась милой и доброй девушкой. Она без лишних оправданий с моей стороны заверила, что не держит зла и прекрасно понимает меня.

– Увидь я своего парня с чужой девицей в столь крепких неразделимых объятиях, в каких ты застала нас с Ваньком, выцарапала бы глаза обоим, а уж потом стала бы слушать, что к чему. Выдержка у тебя, Мария, просто отменная! – смеялась она, нежно похлопывая ладонью по моим сжатым кулакам. – Я поговорю с Ваней.

Но и ее заступничество не имело успеха. Ванечка, устав от моих бесконечных извинений, запретил появляться на глаза и объявил о новых отношениях. С Лизой.

– Подсуетилась, стерва, – ворчала Катерина, утешая меня, рыдающую на ее плече. – Еще бы, он теперь о-го-го сколько зарабатывает. И о повышении среди наших прошел слушок.

– Не наговаривай, все знают, что Лиза в него по уши влюблена, как и я, с незапамятных времен.

– Это ее не оправдывает. Воспользовалась ситуацией. Подруга называется.

– Да какая она мне подруга. Мы давно не в ладах. Лиза не смогла простить мне, что Ваня выбрал не ее.

– Не переживай, долго он с ней не протянет. Через неделю сбежит, и то при условии, что шесть дней будет работать, а выходной ей посвятит. Разве сравнится эта пустышка с тобой?

Но обычно прозорливая Катерина в этот раз ошиблась. Их отношения длились и длились. А в довершение сегодня в соцсетях появились фото с их свадьбы.

Свадьбы! Это конец.

Огорошенная новостью, я застыла посреди улицы, уставившись в одну точку, но при этом совершенно ничего не видя.

Разве так бывает? Неужели любовь может закончиться внезапно? Просто из-за одного необдуманного поступка? Мои гадкие слова в одночасье разрушили многолетние чувства?

Не знаю, сколько я так простояла. На площади народу прибывало, а всеобщее настроение с повышением градуса и приближением самого главного, самого таинственного и ожидаемого праздника становилось веселее. Взрывались петарды и фейерверки. Гомонила ребятня, катающаяся с горок. Слышались крики поздравлений с наступающим Новым годом.

И только во мне бушевал океан горечи.

Мои пальцы, сжимающие мобильник, совсем замерзли, заставив прийти в себя. Я оглянулась.

Люди обходили меня по широкой дуге, будто потенциально опасный объект. Наверное, выражение моего лица внушало им беспокойство. Мне было все равно. Мой мир рухнул. Но под обломками надежд невероятным образом теплились угольки веры, что все еще возможно исправить.

Я сомнамбулой двинулась вперед. В пятнадцати шагах от меня на площади, сияющей разноцветными огнями гирлянд и елочных украшений, стоял громадный ледяной олень. Вроде ничего особенного, если бы не главное отличие от прочих новогодних скульптур – все его тело было выложено монетами.

– Загадай желание, подуй на денежку и прижми к оленю. Если не свалилась монетка под ноги, желание обязательно сбудется, – поучала меня как-то Катерина.

Детский глупый ритуал. Но… почему бы не попробовать? Раз уж прочие способы вернуть Ванечку не имели успеха. Я ничего не теряла, кроме монетки. Но мне не жалко и мешка подобных кругляшек, лишь бы помогло.

Я выудила из кармана горсть монет и выбрала из нее самую блестящую. Давай, миленькая, на тебя вся надежда, не подведи. Согрела горячим дыханием. Эх, вот бы вправду новогодние желания сбывались. Прижала к оленьему боку и вдавила в плавящийся под теплым металлом лед, прошептав: «Мне нужен шанс все исправить. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста».

Грохнул бой курантов. До чего символично.

Голова закружилась, а в глазах потемнело. Что со мной? Сознание помутилось.

## Глава 2

– Девушка, вы выходите? – послышался нетерпеливый мужской голос, и я распахнула глаза.

Когда я их успела крепко зажмурить? Неважно. Что за мужик, и чего от меня хочет?

Я прошлась взглядом вокруг себя. Салон автобуса. Высунувшийся из своей кабины и уставившийся на меня водитель. Подозрительно знакомый заснеженный пейзаж за окном. Турбаза «Ласточка»! «С Новым 2024 годом!» – гласил плакат. Не может быть.

– Да! Выхожу! – закричала я и подорвалась с места.

Хорошо, не успела разбежаться. Бросившись к распахнутым дверям, споткнулась о собственную спортивную сумку, стоявшую в проходе. Ух, тяжеленная.

Со ступенек слетела кубарем, только тогда смогла перевести дух. Морозный аромат с ноткой хвои. Как так? Только что стояла у ледяного оленя на центральной площади города, причем в полночь, а сейчас день, я у турбазы, и руку оттягивает ручка массивной сумки.

Двери автобуса захлопнулись за моей спиной, и машина отъехала, оставив меня с любопытством осматриваться. Как я здесь оказалась?

– С каждым годом нас становится все больше и больше, – раздалось над головой.

Я подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Высокий кареглазый парень откинул с лица каштановые кудри, оглядывая переполненную парковку.

– П-привет, – растерянно поздоровалась я.

Хоть имя парня я и под страхом смерти не назвала бы, но до мелочей помнила тот самый роковой день год назад. В том числе нашу случайную встречу с «человеком-невидимкой», как окрестила его я в прошлый раз. Сейчас он засомневается во времени суток, а потом предложит донести сумку.

– Добрый день. Или уже вечер? Давай помогу.

Он забрал мою сумку и зашагал вперед. А я потопала за ним на автомате, ошалело глядя в широкую спину, и не могла поверить случившемуся со мной.

Я оказалась права. Он сделал все в точности, как сохранилось в моей памяти. Выходит, я действительно попала в прошлое? Не может быть. Однако против фактов не попрешь. Тогда…

Произошло чудо. Самое что ни на есть новогоднее. И… у меня появился шанс все исправить! Перекроить прошлое, а вместе с ним и будущее. Как я и загадывала.

– Мамочка! – пискнула я, не в силах сдержать, рвущиеся из меня эмоции.

– Споткнулась? – мгновенно отреагировал парень, затормозив и обернувшись. В его голосе прозвучала забота. – Поскользнулась? Если хочешь, держись. – Ко мне потянулась крупная ладонь.

– Все в порядке, – весело отказалась я и продолжила путь, с наслаждением вдыхая морозный воздух. – Спасибо. Я сама.

Сама все исправлю. Изменю прошлое и сделаю счастливым будущее! Свое и Ванино. Ему не придется жениться на противной Лизке.

Я преисполнилась энтузиазма и, обогнав Невидимку, бросилась через турбазу к последнему домику на окраине.

Нужно поскорее продемонстрировать Ванечке, какая я сдержанная и насколько доверяю ему. Но в первую очередь мне хотелось доказать самой себе, что моя жизнь в моих руках. Я способна ею управлять, и не зря явилась из будущего.

– Ванечка! – радостно возопила, наткнувшись на парочку, спаявшуюся в единое целое за крайним домиком турбазы.

До чего же он красивый! Стройный, изящный, с огненными волосами и ярко-синими глазами. Дух захватывает!

– Мария, – коротко поприветствовал меня Ваня, отстраняясь от сестры.

Он всегда называл меня полным именем, не признавая никаких «машек» и «марусь». Как же я по нему за этот год соскучилась!

– Что ты здесь делаешь?

Его вопрос заставил меня растеряться.

– Тебя искала. Мы же договорились встретиться, когда оба приедем на турбазу.

– Да. Точно. Забыл. Обо всем. – Он прижал к себе сестру. – Увидел Анну и голову потерял.

Звучало двусмысленно. Не знала бы правду, точно с катушек слетела бы. Но предупрежден, значит вооружен. А в моем арсенале не только история про сестру, но и его слова о недоверии. Второй раз я подобной ошибки не совершу.

– Познакомишь нас? – улыбнулась я девушке как можно более дружелюбно, чтобы даже самому придирчивому взгляду не удалось бы заподозрить на моем лице и тени ревности.

Анна, до того в недоумении хлопающая глазами, радостно закивала.

– А быть может, сначала ты нас? – недобро усмехнулся Ваня.

– М?

Он кивнул мне за спину, и я обернулась. Взгляды присутствующих сошлись на Невидимке. Тот, и не думая смущаться, недобро смотрел на теснящуюся друг к другу парочку.

Почему он здесь? Пришел вслед за мной? Точно! Сумка. Он же помогал мне, а я про него совершенно забыла, радуясь возможности снова увидеть Ванечку и вывести наши отношения на дорожку любви и счастья.

– А! – наигранным тоном догадался Ваня. – Это же твой друг детства.

– Что? – Я снова повернулась к незнакомцу и внимательнее присмотрелась. – О чем ты?

– Как же! Он мне на работе все уши прожужжал, до чего весело вы вместе играли в казаки-разбойники и двенадцать палочек. А уж в квадраты вашей команде не было равных. Не нужно притворяться, будто забыла.

Да ладно? Ванечка хочет сказать, что вот этот высокий красавец и есть мой напарник по играм, толстенький и розовощекий…? Как же его там звали?

Но спросила я другое.

– Вы вместе работаете?

– Вот ведь незадача, да? До чего неосмотрительно выбрала партнера для измены.

– Иван… – предупреждающе начал незнакомый парень, но я его перебила.

– Ты совсем с катушек слетел? Что за глупые предположения. Просто… – Черт! Как же этого Невидимку зовут? – Он просто помог донести сумку.

– Ой ли? Ты же у нас дама самостоятельная и не терпишь помощи, даже от близких, не говоря уже о посторонних. Насколько он должен быть дорог тебе, чтобы позволить бегать за собой и таскать багаж?

Я потеряла дар речи. Что сейчас происходит? Ванечка специально нарывается на ссору?

– Хотя это не в первый раз, – Ваня глумливо подмигнул. – Милый дружок два года назад всю компашку нашу перетряс, чтобы собрать денег на операцию твоему отцу. Верно? Да и с работенкой твоей тоже подсобил…

– Что? – растерянно проблеяла я.

Мысли путались в голове. О чем он? Ванечка столько раз с довольным видом принимал от меня благодарности за помощь в сборе средств для сложнейшей операции на сердце отцу. А работу я нашла сама. Или нет?

– Только не говори, что великолепна и уникальна. Ага, без году недельную выпускницу берут на престижную должность с нескромным окладом.

– Ты же обещал не рассказывать, – ледяным тоном прервал его Невидимка.

Ого! А вышло еще более жестко, чем у Ванечки. Не зря работают вместе. Может, их на фирме обучают особому стилю общения перед допуском к компьютерам? Чтобы общаться с техникой на равных, без эмоций и погрешностей.

– Моя женщина шляется с другим, а я должен молчать? – Ваня вел себя вызывающе и агрессивно. Я совершенно не узнавала его!

– Ты совсем не похож на себя, – пролепетала я, не понимая, как действовать дальше. – Намеренно оскорбляешь меня, высасывая из пальца причину для ссоры.

Настолько выбила из колеи встреча с сестрой?

– А ты унижаешь меня своим поведением, якшаясь со всеми подряд.

– Не знаю, чем насолил тебе твой коллега, но я перед тобой ни в чем не провинилась!

Мне хотелось топать и кричать, но я, проявляя чудеса выдержки, отвернулась от Вани и потянулась к Невидимке за сумкой.

– Спасибо за помощь.

Забрав свое имущество и выйдя на дорогу, я заглянула в мобильник, чтобы уточнить номер нашего с Ванечкой дома. Нужное жилье оказалось прямо перед моим носом. Неужели Ваня бронировал в последний момент, поэтому нам достался дом на отшибе? Раньше мы всегда селились в центре турбазы. Для любимого это было вопросом чести. Выходит, я не зря волновалась, и с Ванечкой действительно творилось что-то неладное.

Задрав нос и обиженно надув губы, я громко протопала по ступеням на веранду, где не менее шумно плюхнула сумку на жалобно скрипнувший дощатый пол. Ваня что-то кричал мне вдогонку, но я не слушала. Если поддаться на провокацию, то ссоры не избежать, а шанс мне дарован вовсе не для того, чтобы снова разорвать отношения.

Я толкнула незапертую дверь и обвела взглядом просторную комнату в деревенском стиле. Ваня оставил свои вещи, но раскладывать не стал. Первым порывом было, как обычно позаботиться о любимом и разобрать его сумку, но усилием воли я себя остановила. Педантичный и всегда аккуратный Ванечка не развесил одежду по плечикам? Не стану самовольничать. Сейчас главное, не провоцировать его на гнев. И вообще, наверное, стоит держаться от любимого подальше, пока он не в настроении.

Я разобрала свою сумку, отправила контейнер с салатом в холодильник и принялась приводить себя в порядок прежде, чем отправиться в банкетный зал, в котором с обеда должны были проводиться развлекательные мероприятия.

Ванечка наверняка занят Аней, и в компании они появятся ближе к вечеру. А там, глядишь, оттает и успокоится. Тогда и буду наводить мосты да гладить по шерстке. В первый раз что ли? Научилась, можно сказать, профессионально. Конечно, самообладания, как сегодня, он никогда не терял, но время от времени взбрыкивал и обдавал меня холодом. Ванечка вообще во всем стремился к совершенству, и его выводило из себя даже мельчайшее несоответствие подготовленному плану или придуманному им идеалу. Приходилось быть на высоте. Он гордился мной, а я испытывала к нему благодарность за стимул всегда стремиться к большему и лучшему, шлифуя себя снова и снова.

Времени на прихорашивание затратила не менее двух часов. Но оно того стоило. Сдержанный макияж вышел естественным и милым, бордовое узкое платье подчеркивало фигуру, а нитка мелкого жемчуга добавляла образу элегантности. Волосы я собрала в прическу на затылке, позволив нескольким прядкам игриво выпасть из нее.

До тех пор, пока любимый приходит в равновесие, я собиралась отсидеться в компании и проявить себя с образцово-показательной стороны. Ванечка не устоит перед девушкой, которой все восхищаются!

Несмотря на раннее время, в банкетный зал уже начал подтягиваться народ. Аниматоры в образе Деда Мороза и Снегурочки развлекали отдыхающих, устраивая конкурсы и викторины. Фуршетные столы ломились от угощений. Аромат мандаринов и еловых веток, развешанных тут и там, погружал в атмосферу наступающего праздника. Я глубоко вдохнула и расслабилась.

Все хорошо. Подумаешь, повздорили. Не в первый и не в последний раз.

Я расправила плечи и направилась к диванчикам с низкими столиками, за одним из которых устроились девчонки с нашего двора, в том числе и Катерина. В прошлый раз я с ней не встретилась на турбазе, так как сбежала сразу же после некрасивой сцены ревности. Сегодня все будет иначе.

– Ты жутко опоздала, – сообщила мне подруга, стоило подойти к ней на расстояние, с которого музыка не заглушала голос. – Все веселье пропустила. Смотри какую прелесть я выиграла в «Займи стул».

Екатерина с довольным видом указала на свою голову, где сиял разноцветными лампочками китайский ободок с надписью «New Year».

– Прелестно, – одобрила я, присаживаясь рядом с ней на диванчик. – Но согласись, для игры в твист и бега в мешках не особо подходят шпильки и узкая юбка. – Жестом я указала на собственный безукоризненный наряд леди.

– Как всегда с иголочки, – вздохнула подруга.

Она хотела сказать что-то еще, но вмешалась Зина.

– А где Иван? Не с тобой? Мы слышали к нему приехала неизвестная девица и всюду разыскивала его.

Мы с Зиной были скорее просто приятельницами, которые мило общаются в общей компании, чем подругами, поверяющими друг другу сердечные тайны. Поэтому я не удивилась, что девушка, в отличие от Катерины, мнущейся и уводящей разговор на нейтральные темы, не деликатничала и спросила в лоб.

– Нет, – улыбнулась я. – Он как раз с той девушкой.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – Девичья компания слаженно ахнула. Разумеется, в большинстве своем наигранно, но та же Катерина действительно за меня переживала.

– Да. Они же брат и сестра. Почему бы им не пообщаться.

– Это они тебе так сказали?

– Да.

– И ты, наивная, поверила? – Самое смешное, что эту реплику с подвизгиванием выпалила Лиза.

– Я доверяю Ивану, – пожала я плечами.

– Ну ты… – у многих не нашлось даже слов.

– У него никогда не было сестры, – категорично заявила Зина, жившая в одном доме с Ваней. – Его растил отец, да и тот умер пять лет назад.

Лиза задумалась, но промолчала. Ха! Ждет, что я раздую скандал из-за недостатка информации? В этот раз обойдется.

– Ваня придет и все объяснит, – с прежней невозмутимостью отозвалась я.

– Ты дае-о-ошь, – протянула Зина.

На что я ответила полной достоинства улыбкой.

– О! Кажется, желающих на викторину набирают, – с энтузиазмом указала я на Деда Мороза, пытающегося привлечь к себе внимание стуком посоха. Продолжать начатую тему мне не хотелось. Уже разок обожглась, хватит. – Кто со мной?

– Я пас, мне в отличие от тебя мозгов на интеллектуальные игры не хватает, – откликнулась Катерина.

– Я жутко устала бегать в эстафете, – со смехом поделилась Зина, обмахиваясь ладошками, будто ей было нестерпимо жарко. – Нужно сделать перерыв.

– Мы уже наигрались, – за всех отказалась Лиза, которая, я уверена, даже не подняла за все время мероприятий свой тощий зад. – Иди одна.

Звучало так, будто она собиралась в мое отсутствие перемыть мне косточки. Не стала ее разочаровывать. Встала и легкой походкой направилась в центр зала. Пусть потрещит, от меня не убудет.

– У нас есть еще одна участница! – радостно заголосила Снегурочка. – Молодые люди, подключайтесь. Кто составит компанию нашим прекрасным барышням? Ну же, не смущайтесь.

Дед Мороз проявил большую настойчивость и без лишних разговоров вытянул из толпы к моей сопернице долговязого парня. А рядом со мной встал… Невидимка. И откуда только взялся? Я не заметила его, когда входила в зал.

Викторина началась. Вопросы, зачитываемые с карточек аниматорами, оказались на редкость разнообразными: шуточными, на логику, эрудицию, даже один математический попался. Соперники нам с Невидимкой достались достойные, однако пальму первенства отобрать им у нас так и не удалось.

Склонив голову, я получила на шею заслуженную награду за победу – длинную гирлянду из хлопушек, и уже собиралась вернуться к девчонкам, но аниматоры завели хоровод-змейку. Всунув в мою ладонь длинные пальцы Невидимки, они утянули нас за собой под новогоднюю мелодию.

Дальше начался танцевальный конкурс, уйти от которого мне снова не позволили. Взбудораженная хороводом толпа, поднятая со своих мест и теперь топчущаяся в центре зала, смеялась, шутила и не желала отпускать из своих рядов ни единого человека.

Нужно ли говорить, что лучшими танцорами единогласно признали меня и… Невидимку? После чего настойчиво потребовали от нас исполнить общий номер.

Подозрения во мне заворочались, собираясь душными шерстяными комками в груди, но подсказок не давали. Сегодня судьба настойчиво сталкивала нас с Невидимкой. Но с какой целью?

Отчего-то заробев, я неуверенно положила пальцы на широкое плечо парня. Как же его все-таки зовут? Надо же, не помню. И спросить неловко. А ведь, если верить Ивану, молодой человек не просто мой старый приятель, но и неожиданный помощник, пожелавший остаться в тени.

Я вздрогнула, ощутив теплую мужскую ладонь на своей талии. Так непривычно. Я уже очень давно не танцевала ни с кем, кроме Вани.

– Ты меня не помнишь, да? – спросил он, стоило нам начать двигаться под дивную мелодию Чайковского из балета «Щелкунчик».

– Конечно, помню! – почему-то соврала я, подняв на него глаза.

Парень смотрел на меня с усмешкой. Но ни капли обиды в его взгляде я не заметила.

– Отца до самой пенсии переводили на работе из одного города в другой, мы часто меняли место жительства всей семьей. Вернулись на родину лишь пять лет назад, – зачем-то поделился он.

– Угу, – поддакнула я, делая вид, что прекрасно знала об этой части его биографии.

– Не удивительно, что ты меня не помнишь, ведь когда мы уехали, тебе было не больше восьми. А мне – девять. Совсем дети.

– М.

Только он меня каким-то образом признал, а я даже имени его не могла припомнить. В памяти всплывал лишь мутный образ толстячка, с которым мы отлично ладили. Как так?

Стало жутко стыдно. Ведь мы действительно считались с ним лучшими друзьями. Это-то я хорошо помнила. Нас объединяли не только победы в дворовых играх, но и общие секреты. Однако, честно говоря, я, вернувшись из летнего лагеря и не обнаружив своего товарища на детской площадке, переживала сильно, но недолго. А вскоре и вовсе о нем позабыла, заведя новых приятелей и подруг. С той поры много воды утекло. И вот теперь мы встретились.

Кровь прилила к щекам. Стало нестерпимо жарко. Кондиционер, что ли, сломался?

Я двигалась в танце рефлекторно, не задумываясь о движениях и особо не вслушиваясь в «Вальс цветов», хоть и обожала его, считая самой что ни на есть новогодней мелодией. Мои мысли были заняты самобичеванием и попытками вспомнить имя друга.

– Столько лет прошло. – тихо продолжал он мне на ухо. – Я так рад нашей встрече. Ты стала очень красивой девушкой, Маняша.

Как он меня назвал? Маняша? Так непривычно. Хотя… меня действительно так звали во дворе в далеком детстве. Но из его губ мое имя звучало на грани приличия.

– Спасибо. – А что еще я могла ответить?

Чувство неловкости зашкаливало. Кажется, огнем запылали не только мои щеки, но и шея с ушами.

– А вот глаза твои совсем не изменились. Цвета июньского неба. Я узнал тебя по ним. Ни у кого больше нет таких удивительных глаз. Теплых, летних.

Что? Зачем он мне все это говорит? И какой реакции ждет? Рассчитывает, что растекусь сладкой лужицей у его ног? Местный ловелас решил склеить старую знакомую? На борту не хватает звездочки из прошлого?

Но испугали меня не его мягкие, обволакивающие сознание слова, а собственная реакция на них. Признаться, странная и необъяснимая. Ведь не сказал ничего особенного. Ваня меня комплиментами и покруче осыпал, как, впрочем, и наши общие друзья, почему же, слушая Невидимку, мое сердце забилось чаще?

– После университета работаешь дизайнером, – зачем-то обронил он известный нам обоим факт. Решил напомнить, благодаря кому?

Внутри все вскипело, но я лишь согласилась:

– Да. – В конце концов, если бы я не соответствовала занимаемой должности, меня давно сместили бы на самые мелкие и дешевые проекты, однако и руководство, и клиенты довольны, всего за пару лет я доказала свой профессионализм и незаменимость.

Но парень продолжил тему в совсем ином русле.

– Тебе подходит. Ты всегда была творческой девочкой. С удовольствием разрисовывала мелками асфальт и дома.

Надо же. А моя память ничего подобного не сохранила.

– Правда? Не помню.

– Да. В самодельных домиках ты обязательно устраивала уют, хотя делались они как военный штаб или склад. А однажды организовала карнавал и сделала всем участникам костюмы из бумаги и скотча. Тоже не помнишь? Было весело.

У меня создавалось впечатление, что он знал меня прежнюю гораздо лучше меня самой. Это здорово дезориентировало.

– Расскажи лучше, как сам живешь, – невпопад попросила я, чтобы перевести разговор со смущающей меня темы. – Ты с Ваней работаешь? Значит, программист?

– Верно. Отучился в универе, вернее, в трех, из-за переезда пришлось дважды оформлять перевод, чтобы получить диплом, потом – армия и работа.

– Нравится? В смысле, работа.

– Коллектив приятный, рост карьеры и зарплаты. Меня все устраивает.

Хм. А Ваня всегда здорово жаловался на переработки и недостаточную оплату труда. Я открыла рот, чтобы уточнить, но мелодия закончилась.

– Спасибо за танец, – прошептал на ухо Невидимка, склонившись надо мной.

В этот момент я не знала, какие чувства во мне преобладали: облегчение или сожаление от необходимости завершить танец. Хотелось столько всего спросить и узнать. И при этом бежать со всех ног от парня, ставшего причиной хаоса в душе.

Пальцы соскользнули вниз, отпуская Невидимку.

Мгновение, и он растворился в толпе, словно существовал только в моем воображении. А мне пришлось в одиночестве принимать комплименты и овации. Я с улыбкой благодарила публику, скользя по знакомым и не очень лицам рассеянным взглядом. Наконец аниматоры объявили о новом развлечении, и я смогла покинуть центр зала.

Хватит, Маша, пора приходить в себя. Вспомни, для чего ты здесь. Ради Ванечки! Улыбка растянулась до ушей. Надеюсь, я достаточно ярко и выгодно себя сегодня показала, чтобы Ваня мог гордиться своей девушкой?

Мой взгляд пробежался по диванчикам у стен в поисках любимого, но почти сразу споткнулся. Ванечка смотрел на меня отнюдь не восхищенными глазами.

## Глава 3

Я цокала каблуками по мерзлому асфальту и в такт своих шагов всхлипывала, глотая слезы. Все повернулось совсем иначе, чем мне представлялось. Ваня вовсе не успокоился до вечера, как я надеялась. Напротив, еще сильнее себя накрутил и набросился на меня с упреками, стоило подойти к нему.

Взбудораженные девчонки, принявшиеся наперебой поздравлять меня с блестящей победой и эффектным выступлением, ахнули и притихли, стоило любимому открыть рот. Он вменил мне в вину и внешний вид, совершенно его не устроивший, и блестящие знания, которыми я щегольнула на викторине, и искусность в танцах, и даже собственную несдержанность несколькими часами ранее, за которую его осудили наши общие друзья.

– Это я-то был не прав? Я должен оправдываться за объятия с родной сестрой, когда моя девушка явилась на турбазу в сопровождении другого мужчины? – Ярился он перед публикой. После чего снова повернулся ко мне: – Почувствовала свободу? Решила пойти в разгул, пока меня нет? Мало, шляешься по турбазе с кем ни попадя, так еще и обжиматься взялась у всех на виду? Совсем меня за идиота держишь?

Чем больше он обвинял меня, тем громче становился гул народа, обступившего нас и осуждавшего неадекватное поведение Вани, совершенно на себя не похожего.

Парни, до того завидовавшие другу, глядя на меня, недоумевали, какая муха его укусила. Девчонки, мечтающие хоть немного походить на продемонстрированный им идеал, не понимали, в чем моя ошибка. А я стояла и молча смотрела, как Иван разрушает наши отношения, без колебаний и сожалений. Будто не желал иного пути для себя. Неужели я зря вернулась в прошлое?

Ну уж нет! Так не должно быть! Если бы я не имела ни единого шанса изменить судьбу, то просто не попала бы сюда.

– Мы больше не вместе! – бросил мне в лицо Ваня, и я дернулась, как от пощечины.

И не потому, что для меня это стало неожиданностью. Скорее, напротив, я чего-то подобного с ужасом ожидала. Сломило меня другое. В его глазах промелькнуло нечто, подсказавшее мне – он не шутит, не несет горячку, его решение осознанное.

Мои губы мелко задрожали, но не произнесли ни слова. Какой смысл? Ни мольбы, ни просьбы одуматься не возымеют действия. Все, что я могла бы ему сказать, перебивая друг друга выкрикивали парни и девчонки из толпы. Мне незачем было повторяться.