# На краю жизни

Ханна Ким

Пять лет назад привычный мир перестал существовать: эпидемия погубила миллионы людей и обрекла выживших на бесконечную борьбу за существование – и борьбу с теми, кого поработил вирус.
Марго не помнит мира до катастрофы из-за травмы, полученной в первый день эпидемии. Вместе с первым другом в этом изменившемся мире она присоединяется к небольшой общине, которая скрывается от посторонних глаз и пытается выжить, полагаясь только на себя.
Но одно опрометчивое действие Марго – и ее друзья оказываются в опасности, а спокойной жизни в общине приходит конец. И все из-за одного взятого в плен врага.

© Х. Ким, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *


## Плейлист

Broken Iris – Where Butterflies Never Die

UNSECRET & Neoni – Fallout

Ranya & Hidden Citizens – Strange Young World

Toni Halliday feat. Louise Dowd – Call The Shots

Les Friction – Dark Matter

Ruelle – Whose Side Are You On?

Veridia – At The End Of The World

Sam Tinnesz feat. Zayde Wolf – Man or a Monster

Jamie N. Commons – Walls

Egzod feat. Riell – My Stranger

## 1

Больше, чем сидеть в засаде, Марго, наверное, ненавидит солнце. А если сидеть в засаде приходится прямо под палящими лучами, то ее мучения увеличиваются вдвое. Вокруг глаз уже давно отпечатались красные круги от бинокля – настолько часто приходится в него смотреть. Постоянное сидение на карачках тоже удовольствия не прибавляет. Иногда – примерно раз в двадцать минут – солнце загораживают облака, и Марго вместо того, чтобы продолжать смотреть в одну точку – въезд в город, – начинает с беспокойством шарить взглядом по округе. Нервы в эти моменты натягиваются до чертова предела.

Сбоку что-то противно шуршит, а затем хрустит. Она отодвигает от лица бинокль и с раздражением смотрит на Макса, который в этот момент подносит ко рту чипсину.

– А что? – пожимает тот плечами. – Я устал просто сидеть, жрать хочу.

– Где ты их вообще достал? – Марго с трудом удерживается от того, чтобы не зарядить ему биноклем по лбу. – Они наверняка просроченные, с толчка потом не слезешь.

– Это будет потом. Живу моментом. – Макс двигает бровями и продолжает хрустеть.

Марго скрипит зубами и снова смотрит в бинокль. Ничего. Солнце, ветер, пыль. И совершенно безлюдно. Ни единого признака того, что здесь могут быть люди. Или были совсем недавно. Гребаный пустырь. Она шумно выдыхает и вытирает со лба пот; нестерпимо хочется пить, но она не помнит, брала ли с собой хоть одну бутылку.

Спустя пару секунд перед носом как по заказу появляется столь желанная вода. Марго хватает бутылку и сразу же прикладывается к ней, разом выпивая половину. Поругалась бы на солнце и чертову жару, но не имеет на это права, потому что только они сейчас и спасают.

– Хоть бы раз позаботилась о том, чтобы не сдохнуть от обезвоживания. – Лив, давшая ей бутылку, возвращается к своему пистолету, который разбирает и собирает от нечего делать последние полчаса. – Зато как целый рюкзак пушек прихватить – так пожалуйста.

– Вот без пушек нам точно кранты, – хмыкает Марго, кидая ей бутылку обратно. Та ловит почти не глядя.

– Слушайте, может, датчики Нейта наврали? – подает голос Макс. Он тут явно выглядит самым скучающим.

– Датчики Нейта никогда не врут, – без злобы огрызаются на него. – Они были вчера в соседнем городке. Этот – ближайший на карте. Мне ли тебе рассказывать, как они обычно действуют.

– Тихо! – Лив хватает Марго за плечи, резко дергая вниз, заставляя скрыться за высоким парапетом на крыше здания, куда они забрались по пожарной лестнице. Макс тоже мгновенно замолкает, смекая, в чем дело.

Марго осторожно выглядывает, замечает машину вдалеке – примерно в километре от них. Едет по центральной улице при полном параде – разве что таран спереди не прицеплен. Она подносит бинокль к лицу, пытаясь разглядеть количество людей в большом джипе. Двое спереди, что логично, а сзади… сколько? Четверо? Макс с биноклем тоже пристраивается рядом.

– Не могу поверить, что их всего лишь пятеро. – восхищенно выдает он. – Я думал, они сюда караваном приедут.

Машина останавливается у соседнего здания. Марго слышит, что мотор глохнет, и напрягает зрение в тот самый момент, как дверь со стороны водителя открывается. Наружу выбирается парень – спрыгивает вниз, поднимая пыль с земли. Смотрит на солнце с легким отвращением и накидывает на голову капюшон. Марго хмыкает.

– Что им здесь нужно? – Лив отбирает у Макса второй бинокль, хотя необходимость в нем уже отпала.

– Мне уже похуй, если честно, – шепотом отвечает Марго. – Это наш шанс.

– Что? Нет! – Лив останавливает ее руку, которая потянулась к рюкзаку. – Мы должны только проследить за ними!

– Когда ты в последний раз видела, чтобы их было так мало, а? – Она вырывает запястье из чужих холодных пальцев.

Лив поджимает губы и беспомощно смотрит на Макса, ища поддержки, но тот лишь безразлично пожимает плечами, расстегивая свою сумку.

– Она права. Их всего лишь пятеро, мы запросто уложим всех.

– Минус пять, плюс пять, это не сыграет роли! Вы же прекрасно это понимаете. – В ее глазах – до самых верхов едкого несогласия, но Марго с ухмылкой подмечает, что Лив неосознанно тянется к лежащей рядом с ней черной маске. И надевает ее, скрывая нижнюю половину лица. – Куда больше пользы будет от выполнения изначального приказа.

– Вот увидишь, польза будет. – Марго тоже надевает маску.

Она снова осторожно выглядывает: один слева и другой справа от машины, еще один – перед ней в нескольких метрах, а оставшиеся заглядывают в окна ближайшего здания, периодически постукивая по стеклу лезвиями мачете. Идут в противоположную сторону.

– Какого черта они творят? – в ужасе спрашивает Лив.

– Идите. – Макс устанавливает на парапет снайперскую винтовку – точно сбоку от большой вентиляционной трубы, чтобы его не было заметно. – Я вас прикрою.

Марго кивает и прячет за пояс пистолет; Лив в последний раз вздыхает, очевидно, окончательно понимая, что выбора у нее нет, и быстро сует маленькие ножи в крепления на портупее, следом запахивая полы длинной нелепой кофты. Они обе подходят к пожарной лестнице на другой стороне, по которой и попали на крышу. Марго выглядывает, убеждаясь, что отсюда их не видно, и дает знак Лив. Они осторожно спускаются вниз, после замирая на углу здания.

– Пойдем с другой стороны. – Марго зорким взглядом осматривает местность. – Сначала избавимся от тех, что пошли осматривать дом.

Девушки шустро перебегают дорогу, осторожно продвигаются вперед вдоль стены здания, а затем синхронно останавливаются. Марго прикидывает про себя: если те двое пошли по периметру, то совсем скоро опять завернут за угол, и они столкнутся лицом к лицу. Она прислушивается и слышит характерный звук постукивания по стеклу. Лив, кажется, угадывает ее мысли, доставая оба ножа сразу. Им нельзя шуметь, а иначе их сразу раскроют.

Несколько секунд, и за угол заворачивает мужчина, сразу же в ужасе застывая, – по лицу видно, что он явно ожидал увидеть здесь скорее мертвых, чем живых. Промедление стоит ему жизни – Марго пригвождает его к стене, одновременно зажимая ему рот, а затем сворачивает шею, даже не получив толком никакого сопротивления. Они что, совсем не обучены?

Лив рядом нет. Марго выходит из-за угла в тот момент, когда слышит сдавленный хрип, а следом за ним звук падения. Девушка с омерзением на лице вытирает лезвия ножей о штаны и поднимает голову, явно не желая больше смотреть на тело у своих ног, которое уже перестает дергаться в конвульсиях.

Кровь, хлеставшая из распоротого горла, заливает все вокруг. Нехорошо. Но использовать сейчас пистолет без глушителя куда хуже. Надо закончить как можно быстрее и проваливать отсюда. Марго с опасением смотрит на одно из окон, за которым черным-черно – ни единого просвета. Просто тьма.

Они по очереди выглядывают из-за здания, убеждаясь, что парень, который стоит с правой стороны машины, не обращает внимания на то, что творится позади, и неслышно подбегают к багажнику джипа, садясь на корточки. Марго пытается через стекло рассмотреть, что делает тот, который ушел вперед, но никак не может разглядеть его за спинками сидений. Она делает знак Лив, и они расходятся: одна влево, другая вправо.

В этот раз удача не на ее стороне: парень поворачивается до того, как Марго успевает настигнуть его со спины, но зато она вовремя ногой выбивает пистолет из чужой руки – тот отлетает куда-то к стене здания. Противник не теряется и достает из-за пояса нож; делает выпад вперед, но Марго отклоняется и перехватывает его руку, выворачивает, а затем засаживает лезвие точно в чужой живот.

А потом слышит щелчок взведенного курка. Блять, она как знала, что сперва надо было понять, где находится пятый. Опять проявила неосторожность. Но она такая не одна, думает Марго. Следует выстрел – тихий, едва слышимый, – вот только падает не девушка, а тот, кто наставил на нее пистолет. Макс никогда не промахивается.

С другой стороны машины слышится подозрительная возня, и она срывается с места. Запрыгивает на капот, скользит по нему и мгновенно оказывается по другую сторону. Лив лежит на земле; парень, сидящий на ней верхом, одной рукой яростно сжимает ее горло, а другой достает из кармана куртки пистолет. Марго реагирует быстрее, чем думает, – со всей дури пинает незнакомца ботинком по лицу, и тот отлетает назад, роняя оружие, которое по пути все-таки стреляет – пуля влетает в окно здания на другой стороне улицы. Слышится оглушающий треск стекла.

Какой толк в пистолетах с глушителями, если происходит такое.

– Прибью на хуй, – цедит Марго и бросается вперед.

Парень, только и успевший приподняться на локтях, оказывается вновь прижатым к земле. Марго со всей дури бьет его по лицу, а затем прикладывает головой об какой-то камень. Она видит, как чужое лицо кривится от боли, и злорадствует. Парень действительно сопротивляется – надо отдать ему должное, – может, если бы Марго не была так зла, ее бы запросто скинули с себя, а потом надавали по ребрам. Она достает из-за пояса припрятанный пистолет и наставляет его на человека под собой. Незнакомец застывает, а Марго только сейчас понимает, что перед ней еще мальчишка – наверное, самый младший из всех пятерых, кто приехал сюда. Реально пацан еще. Что он тут забыл вообще? Вот таких они теперь на передовую отправляют?

Дуло пистолета обхватывает чужая рука; парень подносит его ближе к своей голове и сам приставляет ко лбу, будто бы прося побыстрее выстрелить. И Марго действительно взводит курок, собираясь выстрелить, но затем дает осечку – зачем-то смотрит в глаза напротив. А в них чернее, чем в тех окнах, по которым лезвиями стучали. Если эти уроды так хотели отыскать что-то во тьме, им следовало начать со своих.

Она вздрагивает и морщится, когда парнишка под ней закрывает глаза. Да что ж такое-то. Она отстраняет руку, а затем замахивается – вырубает незнакомца одним четким ударом.

– Марго, – зовет Лив.

Та оглядывается; девушка прижимается спиной к двери джипа, держась рукой за покрасневшее горло, но взгляд ее направлен не на Марго, а на здание напротив. Она тоже смотрит туда и видит несколько пар красных глаз в оконном проеме, стекло в котором разнесла пуля. Если присмотреться еще лучше, можно без труда разглядеть очертания тел. И клыков.

– Пора валить, – шепотом произносит она.

Их машина стоит в паре кварталов отсюда в каких-то дворах, чтобы никто не заметил. Туда можно запросто добраться по крышам, но времени на это нет – более того, его не хватит даже на то, чтобы на эти самые крыши забраться. Да, им ничего не угрожает на солнце. Но только до тех пор, пока те, кто прячется в тени, не будут потревожены – тогда их уже ничто не остановит, даже солнечные лучи.

– Садись в машину, – просит она Лив, и девушка мгновенно исполняет просьбу, не задавая лишних вопросов.

Марго поднимается на ноги, не сводя глаз с оконного проема, тьма в котором разбавлена красным. Медленно делает шаг в сторону двери, ведущей на место водителя, но запинается о чужие ноги, мгновенно смотря вниз. Черт, этот пацан. Кинуть его здесь? Эта смерть похуже, чем от пули. Слышится звон бьющегося стекла – осколки, оставшиеся торчать из рамы, летят на землю, когда одно из существ выбирается наружу. Марго сглатывает и не знает, что ей делать, не в силах отвести взгляда от огромных клыков, торчащих из скалящегося рта.

Монстр бросается вперед, явно выбрав своей целью Марго, но не успевает сделать и пары шагов, падая на землю так резко, словно напоролся на невидимую преграду. Наверное, так и есть. Ей имя Макс. Следом за этим Марго начинает думать настолько быстро, что едва глаза не вращаются.

Она распахивает дверь джипа сзади и приподнимает чужое бессознательное тело, следом вопя:

– Помоги!

Лив, запрыгнувшая в машину с другой стороны, сразу же высовывается наружу, с ужасом смотря то на Марго с бездыханным пацаном на руках, то на противоположную сторону улицы.

– Зачем?!

– Просто помоги!

Девушка хватает чужие руки и тянет на себя, помогая Марго затащить парня на заднее сиденье. Ну ты и тяжелый, блять, думает она, хлопая дверью следом. Залезает на место водителя, заводит машину. И газует с места точно в тот момент, когда из окна вылезают еще две твари. Марго едва вписывается в поворот, тормозит возле пожарной лестницы и высовывается наружу из раскрытого окна, ища взглядом Макса. Тот уже резво прыгает вниз по ступенькам.

– Нет времени! – орет она. – Прыгай!

И тот реально прыгает. Только Макс может закинуть сумку с винтовкой на плечо и без секунды промедления, совсем-совсем не сомневаясь в решениях Марго, перемахнуть через ограждение между третьим и вторым этажом и сигануть вниз. Марго даже хочет улыбнуться, да не в том положении они сейчас.

Едва Макс приземляется на крышу, как машина срывается с места, поднимая в воздух песок, который летит точно на нескольких существ, бегущих к их джипу сзади. В окно со стороны пассажира летит сумка, а следом залезает и сам Макс – прямо вот так, на ходу. Чертов, блять, камикадзе. Он зашвыривает сумку назад и довольно скалится, поднимая стекло со своей стороны. Марго следует его примеру.

– Все стоило того, – веселится Макс, – хотя бы ради тачки. Отличная гробовозка.

Ответом ему следует напряженное молчание. Марго не может перестать смотреть в зеркало заднего вида, петляя по улицам. Городок хоть и крошечный, но из него еще надо выбраться. Она переводит взгляд на небольшую сенсорную панель; внутри что-то щелкает.

– Вырви ее к черту, – просит грозно. Еще не хватало, чтобы их как-то отследили, мало ли.

Макс удивленно хлопает глазами, но все же бьет по панели прикладом пистолета, а затем тянет на себя. Та с трудом, но поддается; Марго даже не провожает панель взглядом, когда Макс кидает ее в окно, которое опять приходится открыть.

– Может, ты хоть сейчас скажешь, какого черта? – подает голос Лив, когда они все-таки бойко покидают город.

Макс только сейчас оборачивается; Марго боковым зрением видит, как его глаза округляются.

– А это что за тело? Оно нам нахуя?

– Вот и я не знаю.

Она все-таки мельком оглядывается, подмечая то, что Лив буквально прилипла к двери, стараясь держаться как можно дальше от парня, который все еще валяется в бессознанке.

– Пленник? – догадывается Макс, с энтузиазмом глядя на Марго. – Отлично, давненько у нас такого не было.

– Может, у нас такого давненько не было по той причине, что выпытать информацию из этих уродов просто невозможно? – злится Лив.

– Стоит попытаться, – решается заговорить Марго.

Все-таки в этом правда есть смысл. Последний раз они брали заложников около года назад, но ничего этим не добились, потому что эти самые заложники себя таковыми не считали – за них ведь не требовали выкупа. Значит, можно было помирать с чистой совестью. Что они и делали, то языки себе откусывая, то вены разрезая подручными средствами. Что угодно, лишь бы не делиться информацией, которая так необходима. Верные солдатики, обосраться просто.

– Свяжи его… не знаю… чем-нибудь. Не хватало еще, чтобы начал бузить, если вдруг очнется раньше времени. – Она бросает взгляд на устройство в своих руках, сверяясь с картой. Ехать им около часа, если она не будет сбавлять скорость. Успеют задолго до сумерек.

* * *

Ворота открываются медленно и будто нехотя. Марго машет рукой в открытое окно, давая знак, что хватит, и заезжает на территорию их крохотного городка, который когда-то состоял лишь из нескольких домов. Лив первая хлопает дверью, едва стоит остановиться у главного здания. Марго невольно замечает красные следы на ее шее, когда та подходит к ее двери.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – серьезно говорит Лив.

Марго раздраженно выдыхает, выпячивая губы, и сама вылезает наружу. Заглядывает в заднее окно машины, подмечая, что подруга к делу подошла с душой, – связала пацана чуть ли не проволокой.

– Хэй!

Она оборачивается. Мика подбегает к ним, размахивая руками. Такое чувство, будто он им рад больше, чем яркому солнышку, которое любит куда больше, чем сама Марго. Мика дает пять подошедшему Максу.

– Я так смотрю, дела у вас не очень, раз вы на чужой тачке прикатили.

– Мягко говоря, – хмурится Лив.

– Где Нейт? – обращается к Мике Марго. – Мне нужно срочно с ним поговорить.

– Он… – Тот замолкает, когда замечает на заднем сиденье джипа чье-то тело. – Это же не то, о чем я думаю?

– Оно самое, – веселится Макс. Кажется, только он рад сложившейся ситуации.

Разговор с Нейтом выходит коротким. Тот лишь пару раз закатывает глаза и пожимает плечами. В принципе, Марго не особо удивлена, ибо Нейт все-таки больше за другие вещи отвечает – ответственность за их пусть даже и скромную базу та еще ноша. Безопасность – самое главное. Марго убеждает его в том, что бояться нечего. Пацан, которого она прихватила с собой, совершенно безвреден в одиночку, да и они уже не раз проворачивали подобное – и пусть последний раз был очень давно.

– Ты прекрасно знаешь, что все контакты с внешним миром на тебе. – Нейт смотрит на нее чересчур внимательно. – Необязательно советоваться со мной. Да и решение ты и так уже приняла.

– В смысле необязательно? – немного злится Марго. – Я обязана поставить тебя в известность, что…

– Ты знаешь, что делаешь, – обрывает ее Нейт. Не вопрос – гребаное утверждение. – Надеюсь, хотя бы в этот раз мы узнаем хоть что-то, что поможет нам. Не хотелось бы опять кровопролития на территории базы. Но даже если так, все это на тебе.

Марго молчит. Не отвечает ничего вообще – кивает только в знак согласия, а затем смотрит вслед уходящему товарищу. По непонятной причине она чувствует укол совести – может, потому, что вспоминает, как в последний раз им пришлось избавиться от пленника самым отвратительным способом. Да, это все на ней. И если она подвергнет базу опасности – это на ней тоже.

Сколько лет она уже ответственна за эти бесполезные вылазки? Макс бы точно посмеялся и ответил, что никакие они не бесполезные, а очень даже нужные: еда, боеприпасы, все такое. Но для Марго ничего не имеет смысла, кроме информации. Информация – ключ. Информация – то, что может их всех спасти. А если не спасти, то хотя бы дать шанс попытаться что-то сделать с тем миром, в который их силком запихнули.

Три года, точно. Именно в течение последних трех лет Марго берет под свое начальство других, выезжая на машине за пределы базы. Их никогда не бывает больше пятерых, потому что, вопреки общепринятому мнению, количество не дает преимущества. Важно умение владеть оружием, оставаясь при этом незамеченным. Не производить лишнего шума. Уметь быстро думать в критической ситуации. Принимать единственно верное решение.

Марго три года руководит большей частью вылазок, готовит новичков к тому, что их ждет, но сколько бы времени ни проходило, она раз за разом оказывается в машине бок о бок с Максом и Лив. Эти двое незаменимы. И лишь иногда их компанию разбавляет Мика, который хоть и может быть с ними наравне, но предпочитает другие вещи. Марго может его понять. Оказаться за пределами ворот – та еще перспектива.

Они помещают заложника в одну из камер в подвале главного здания, которое когда-то было первым из тех, что сейчас образуют их базу. Оставив пацана за железной дверью с небольшим зарешеченным окном, Марго уходит, наказав Мике отходить не дальше, чем в туалет, и исчезает. Да, она эгоист в такие моменты – ей хочется поесть, помыться, немного поспать. И так не хочется думать обо всем остальном. Плевать, что оно буквально долбит мозг гвоздями, прося обратить на себя внимание.

– Что делать-то будем? – осторожно спрашивает у нее Лив, садясь напротив в зале, который они оборудовали под столовую. Жрать только все равно нечего особо. – Я имею в виду… ты понимаешь?

– Понимаю. – Марго без интереса тычет вилкой в сухой картофель, который даже сварить по-человечески не смогли. – И я не знаю.

– Да не гони. – Лив кривит лицо. – Ты всегда все знаешь.

Марго вскидывает голову, встречаясь взглядом с карими глазами. Может, и так. А может, это лишь видимость, потому что на самом деле она вообще ни хуя не знает. Что может знать та, кто едва ли помнит тот мир, который рухнул пять лет назад, оставив после себя лишь тварей с клыками до подбородка?

Она не хочет врать. Наверное, именно поэтому Лив не спрашивает еще раз, зачем она притащила сюда этого пацана. Делает вид, что удовлетворена тем ответом, который уже получила: им нужны сведения. Она не спрашивает, но вопрос все равно висит в воздухе, плавает вокруг и в глаза заглядывает. Марго морщится, потому что вспоминает ту черноту, которую увидела отнюдь не в окнах.

– Ну пиздец, блять, – тянет она устало и на русском, когда вдруг осознает, что действительно дала маху.

– Что? – растерянно уточняет Лив.

– Ничего, – бурчит она.

Так удобно все еще помнить свой родной язык, на котором она может говорить только с Максом. Лив неодобрительно качает головой – ей всегда не нравилось, когда подруга выдавала что-то такое, что она не могла понять. Уж могла бы и подучить за эти пять лет русские ругательства, ей-богу. Марго-то выучила английский как-то.

В столовую, громогласно названную таковой, влетает Мика, по пути врезаясь в неаккуратно задвинутые стулья. Он подбегает к их столу и упирается обеими ладонями в его поверхность, наклоняясь в сторону Марго.

– Очнулся.

– Что?

– Пацан тот!

Они с Лив поднимаются с места одновременно.

Хотела бы Марго сказать, что в подвале главного здания она бывает редко, да вранье это полное – даже несмотря на то, что последнего заложника они брали живьем около года назад, она тут частенько околачивалась. Здесь всего один коридор – темный, тусклый, почти без освещения. И несколько камер по обе стороны. Марго не медлит – сразу идет к нужной. Открывает дверь ключом, который держала при себе все это время, и заходит внутрь.

Лив и Мика остаются снаружи.

Девушка без интереса оглядывает помещение, ибо чего она там не видела – постель, загаженный унитаз, пара стульев да мелкое зарешеченное окно под самым потолком, – а затем смотрит на незнакомого парня, прикованного наручниками к железному изголовью кровати. Ответом служит чужой взбешенный взгляд. Марго удовлетворенно хмыкает и берет один из стульев; разворачивает его спинкой к кровати, садится и складывает руки поверх.

Тишина звенит в помещении до тех пор, пока она первой не подает голос:

– Ну что?

Пацан молчит, яростно шныряя глазами по комнате. Не то выход ищет, которого нет, не то вещь поблизости, которую можно было бы швырнуть в Марго. Да вот незадача: у него лишь голый матрас под жопой да наручники на левой руке.

Марго снова хмыкает и пробует еще раз.

– Ты ведь понимаешь, почему ты здесь?

Незнакомец молчит. Все еще разглядывает помещение, абсолютно игнорируя девушку.

– Ясно, даже так ты не собираешься говорить со мной. А если я скажу, что отпущу тебя, если ты дашь мне то, что нужно?

Парень замирает взглядом где-то на трещине в потолке, а затем резко опускает его, смотря прямо в глаза Марго, отчего та непроизвольно вздрагивает. Опять вот эти глаза черные, которых у обычных людей быть вообще не должно. Грязь в душе ли тому виной?

– Давай так, – пробует она, пододвигая стул поближе. – Ты мне нахуй не сдался, а местоположение нашей базы ты знать не можешь, так как валялся тухлым мясом. Я отпущу тебя на все четыре, если ответишь на мои вопросы.

Парень напрягается, стоит Марго придвинуть стул к самой кровати. Непроизвольно дергает рукой, закованной в наручники, и подбирает ноги, чтобы те не касались чужих колен. На пару секунд подбирает только, потому что до него неожиданно доходит, что в таком положении он запросто может отпинать человека перед собой. Что он и делает, промахиваясь лишь в последний момент, потому что Марго ловко отклоняется, а затем хватает за щиколотку, отбрасывая от себя чужую ногу.

– Чем больше ты сопротивляешься, тем хуже, серьезно.

Незнакомец все еще молчит; глядит напряженно куда-то на лоб Марго, а затем пробует еще раз. Вот зачем, думает та, бесполезно же это все. Она отвешивает парню ощутимую оплеуху, чтобы тот перестал брыкаться, и шустро отстраняется, захватывая по пути стул, так как вдруг понимает, что сейчас вся ее излюбленная тактика не прокатит.

– Почему ты меня не убила?

Марго даже вздрагивает непроизвольно, когда слышит чужой голос. Она отпускает спинку стула, в которую крепко вцепилась, и поднимает взгляд.

– А надо было?

– Без сомнений, – отвечает парень. – Потому что я все равно ничего не скажу.

– Это мы еще посмотрим.

Ответом ей следует злорадная ухмылка.

– Испытай свое счастье, у тебя есть несколько секунд. – Незнакомец широко улыбается, а затем плотно смыкает губы.

Марго сразу же понимает, что за этим может последовать. Она кидается вперед, подлетая к пацану и хватая его за челюсть так сильно, что тот не может сопротивляться и раскрывает губы, чем Марго и пользуется, проталкивая три пальца ему в рот.

– Только попробуй, блять, – шипит девушка. – Если тебе плевать на себя, то подумай хоть о своих ублюдках товарищах, – с ходу врет она.

Да нет никаких товарищей. Валяются дохлыми тушами где-то в городе, куда они все вряд ли еще вернутся – там даже Нейт свои датчики не расставлял. Нет никаких товарищей, померли они уже давно. Но пацан об этом не может знать, а если и думал прежде, то дерьмово так думал, потому что теперь замирает вдруг, смотрит на Марго исподлобья, что со стороны, наверное, охуеть как странно выглядит, учитывая чужие пальцы в его рту.

– Попытаешься откусить себе язык – я твоих выродков одного за другим перережу, – со злобой выдыхает Марго. – Поэтому веди себя хорошо, будь умницей.

Умницей быть не хотят – с такой силой кусают ее пальцы, что она от неожиданности орет, буквально чувствуя, как чужие зубы вгрызаются в мясо до самой кости. Что ж, сама виновата. Марго бьет незнакомца по лбу, и тот разжимает зубы, начиная плеваться кровью.

– Да я тебя сейчас сожру на хуй, ты, блять, говна кусище! – орет Лив, с ноги пиная дверь, которую Марго, конечно же, даже не закрыла за собой до конца.

– Успокойся! – паникует Мика, хватая ее под руки.

– Пусти меня! – брыкается та. – Сначала меня чуть не придушил, а теперь!..

– Все в порядке, – спокойно обрывает ее Марго. Не обрывает даже – отрезает махом. Она не хочет ничего слушать.

Раздается чужой смех, который заставляет всех троих замереть. Марго смотрит на парня, который блестит ее собственной кровью на губах, и содрогается. Он ненормальный. Реально пизданутый.

– Если думаешь, что мне не плевать на всех, то ты глубоко ошибаешься, – шепчут ей, а Марго не выдерживает. Не напора, не напряжения, не своей же досады – взгляда этого. Черного и проклятого словно. Люди так не смотрят – и пусть эти люди по другую сторону баррикад.

Она прижимает чужое тело к кровати, сдавливая сонную артерию так сильно, что скорее шею сломает, чем нужное сделает. Но все-таки делает – парень закатывает глаза и отрубается.

– Снимите с него наручники, – просит она, отходя чуть назад.

– С ума сошла? – Мика немного пугается. – Да он тут всю комнату переломает, а следом и себя, а ведь нам надо, чтобы…

– Не переломает. – Марго скалится с такой злобой, что пугается даже Лив. – Потому что ему не плевать. Вот ведь идиот, скажите, а?

Мика молча отстегивает наручники и останавливается рядом с ними в нерешительности. Мнет железки в руках, а затем отворачивается, молча покидая помещение. А Марго все еще стоит над чужим бессознательным телом, пытаясь продумать дальнейшие действия.

Пять лет. Ровно пять лет почти прошло, как все это началось. Что осталось? Ничего. Для всех – ничего. Для Марго – только началось. В ее жизни пустота только тупая и то, в чем тонула планета последние пять лет. Возможно, это ее наказание, плата за грехи, ебучая карма – да что угодно. Она не узнает ведь. Не сможет уже.

– Марго, – беспокойно зовет Лив, – пойдем, пожалуйста.

– Следите за ним, – бросает она прежде, чем выйти в коридор, – и зовите сразу, как очнется.

Пять лет. Она хотела бы знать, как все было раньше. Макс как-то говорил, что были кинотеатры, университеты, дружеские сборища в баре по выходным. «По пятницам так вообще были питницы!» – смеялся тот, с охотой рассказывая. Марго только прикрывала глаза, улыбаясь через силу. Марго бы тоже хотела знать, а как это – ходить с друзьями по клубам в свободные вечера и просто расслабляться, не думая о будущем.

Может, она и знала. Может, правда знала. Но кто-то плюнул ей в подкорку ядом, заставив распроститься со всем, что когда-то было ею. Марго уже нет давно – она жива лишь последние пять лет, которые… что? Кровь, пыль, смерть. Которые красное, темное, красное. Марго помнит лишь это.

– Это просто блок в голове, – уверяет ее Макс, смеясь так добродушно и открыто, что у нее щемит под ребрами. – Ты отпусти.

– Отпусти что? – голос Марго всегда дрожит, когда она спрашивает это.

– Отпусти мир, – шепчет Макс доверительно, светя своими полоумными глазами, – его нет уже.

– А что есть?

– Хуйня, – честно отвечают ей, начищая дуло снайперской винтовки. – Хуйня есть. Но к ней тоже можно привыкнуть, если не цепляться за то, чего уже нет.

То, чего нет. Нет мира, что был пять лет назад. Нет самой Марго. И ведь она бы отпустила, если хотя бы помнила – ту себя, что была и жила до того момента, как разразилась эта катастрофа.

Марго ничего не помнит.

## 2

– Что ж, ты в полном порядке, только давление пониженное. – Джеймс отстегивает с ее руки манжет тонометра.

– Спасибо, доктор, – язвит Марго в ответ, потирая плечо.

– Когда ты в последний раз спала нормально? – На нее мрачно смотрят.

– Сейчас как-то не до этого, ты и сам знаешь. – Она поднимается на ноги и, бросив последний взгляд в сторону стола, направляется к выходу из кабинета.

Джеймс как обычно: забыв о своем собственном состоянии, переживает за других. Одного взгляда на синяки под его глазами хватит, чтобы сделать вывод о том, что сам он уже дня три толком не спал. И кто идиот после этого? Марго невольно чешет перевязанные пальцы левой руки, быстро шагая вперед по коридору. Наверное, и правда стоит поспать как следует – не ради себя, так хоть ради Джеймса, у которого меньше головной боли будет. А это примерно минус половина.

Лив сидит на стуле перед запертой дверью, сложив руки на груди и низко склонив голову; рыжие волосы закрывают ее лицо. Спит, что ли?

– Ну что? – спрашивает Марго, останавливаясь возле нее.

Та поднимает скучающий взгляд, вытягивая ноги вперед.

– Ничего. Так и валяется в отрубе. Слушай, отпусти пожрать по-братски, я уже устала тут сидеть, – просит она, отчаянно зевая.

– Иди, – соглашается Марго. – И заодно попроси Макса спуститься сюда.

Когда Лив уходит, она подходит к двери и заглядывает в окошко – парень и правда до сих пор без движения лежит на кровати. Кажется, даже позы не менял со вчерашнего вечера. Марго издалека разглядывает чужое лицо и в который раз думает о том, что пленнику от силы лет двадцать. Да, на их базе тоже есть подростки, но всем, кто так или иначе покидает ее пределы, уже давно исполнилось двадцать пять. Может, Марго и ожесточилась внутри за последние пять лет, но не настолько, чтобы тащить за ворота тех, кто еще жизни не видел.

Жизни не видел. Спорное выражение, конечно. Если думать глубже, детей сейчас в мире уже не осталось – не после того, через что им пришлось пройти и что увидеть. Тут сложно остаться ребенком – взрослеешь за считаные дни. Марго тоже повзрослела, хоть ей и было уже двадцать два на момент катастрофы.

По миру много версий ходило о точных причинах трагедии, но одно было известно наверняка: все вышло из-под контроля еще в тот момент, когда однажды кто-то там решил сыграть в Бога. Марго даже не знает, кем был этот человек и есть ли он до сих пор. Может, давно стал жертвой своих же разработок. А может, все еще пытается закончить начатое. Пожалуй, на правду больше похоже второе, ибо как-то два фронта образовались. А еще есть третья сторона: та самая, что при свете дня прячется в тени, дожидаясь наступления ночи.

Макс спускается в подвал, волоча за собой огромную биту. Та с неприятным звуком царапает пол, и Марго все больше морщится по мере его приближения.

– Ну как успехи?

– А то не видно.

– Надо принять какие-то меры, а то какой толк нам от этого тела. – Макс тоже заглядывает в окошко.

– Ты прав, – отвечает Марго, переходя на русский, чем заметно удивляет. – Не хотелось бы, чтобы все усилия были впустую. Этот пацан знает что-то, а иначе бы так не стремился подохнуть поскорее. Видимо, понимает, что, если нам удастся выпытать из него сведения, это даст нам значительное преимущество.

– И что ты предлагаешь? – Макс улыбается, когда ему отвечают многозначительным взглядом. – Лив это не понравится.

– А ее никто и не будет спрашивать, – мрачно говорит она, открывая дверь.

– Гоша, ты же знаешь, я всегда с тобой. Даже пиво подержу, если потребуется.

– Хватит называть меня Гошей, – хмыкает она, выдыхая через нос.

Марго ему верит. Она даже не соврет, если скажет, что знает Макса столько, сколько себя помнит. Единственный, кому она доверяет безоговорочно – в любой момент и при любом раскладе, – и получает то же самое в ответ. Они были вдвоем против целого мира пять лет назад, они держатся друг за друга и сейчас.

Только Макс знает, почему она не помнит ничего о том, что было до катастрофы. И что дело вовсе не в каком-то там хваленом блоке, который выставило подсознание. Травма куда глубже.

– Стой на выходе, – просит она, проскальзывая внутрь.

У Марго нет никакого желания тащить бессознательное тело, поэтому она склоняется над пацаном, намереваясь вдарить ему по щекам, но тот распахивает глаза прежде, чем она успевает даже руку протянуть. У Марго, конечно, с реакцией обычно проблем нет, но она все равно не успевает отпрянуть вовремя – ее валят вниз, больно прикладывая головой об пол. Впрочем, на этом везение пленника заканчивается – он все-таки не в том физическом состоянии, чтобы устраивать тут драки. Марго со всех дури бьет его ладонью по правому уху, и парень на мгновение теряет ориентацию в пространстве, чем Марго и пользуется, подминая под себя.

– Слушай, ты мне уже надоел, – злится она. – Ты прекрасно знаешь, что бежать тебе некуда, так нахуя брыкаешься. Гордость не позволяет сидеть смирно?

– Да пиздани ему просто, – просит Макс.

– Да, Марго, пиздани просто, – передразнивает его пленник на чистом русском.

– Ого, – присвистывает тот, – привет, земляк.

– Что ж, теперь мы хоть что-то знаем, – щурится Марго, недовольная тем, как прозвучало ее имя. – Первое: ты русский. Второе: ты любишь подслушивать.

– Обожаю просто. – Парень под ней звереет. – Вон того Максом звать. А другую девку – Лив. Жаль, что я ее вовремя придушить не успел.

– Следи за языком. – Марго с трудом удерживает себя от того, чтобы снова не вырубить этого придурка. – У тебя есть выбор: либо ты ножками сам перебираешь, послушно шагая туда, куда просят, либо опять отправляешься в бессознательное плавание, а мы уже дотащим тебя, куда надо. Исход все равно будет один. Ну так что?

Парень молчит. Смотрит с такой злостью, что Марго даже позавидовать готова.

– Или, может, ты все-таки тихо-мирно ответишь на наши вопросы? Ты ведь помнишь, что…

– Опять собираешься наврать, что у вас есть другие заложники, кроме меня? – выплевывают ей в лицо. – Я прекрасно знаю, что вы всех перебили, так что не утруждайся. Если собрались прикончить меня, то поторопитесь, потому что я все равно ничего не скажу.

Марго слащаво улыбается, мельком оглядываясь на Макса, который улыбается тоже.

– Я уже поняла, что смерти ты не боишься. – Марго наклоняется к нему. – Но не забывай, что есть вещи похуже смерти. – Это первый раз, когда она чувствует, как незнакомый парень напрягается. – Ну? Начинаем балакать или топаем?

– Топаем. – Пацан отворачивает от нее голову.

Вот ведь упрямый баран. Она недовольно морщится, потому что, какой бы жестокой Марго ни была, то, что произойдет дальше, ей никакого удовольствия не принесет. Она достает из заднего кармана наручники и защелкивает их на чужих руках.

– Зови Юджина, – сердито просит Макса, и тот кивает, выходя за дверь.

Она встает и заставляет пленника тоже подняться на ноги; тот едва заметно покачивается, будто намереваясь рухнуть обратно, но Марго удерживает его. Думает, что этот парень вообще никакой: тело измотано почти до критического состояния. На одной агрессии и функционирует.

– Как тебя звать?

На нее смотрят исподлобья.

– Да ладно, уж это-то ты можешь мне сказать.

– Не дождешься.

– Прекрасно. Плюс одна безымянная могилка будет.

Незнакомец заметно выше. Марго готова поставить на то, что и физически намного сильнее, просто сейчас ужасно измотан. Тогда в городе ему просто не повезло – все внимание сосредоточил на Лив, не ожидая удара со стороны. Кто его знает, как бы все обернулось, полезь с ним изначально в драку Марго. Скорее всего, ей бы прилетело не меньше, чем подруге.

Сначала она хочет надеть на пленника маску, чтобы тот не увидел ничего лишнего, но почти сразу передумывает – ненужная мера предосторожности на данном этапе, ибо пацан все равно уже никуда не денется. Марго идет позади него, периодически подталкивая вперед, говоря, где сворачивать. Они заходят во внутренний двор соседнего здания. Пленник замирает, когда видит огромную клетку, поделенную на две части. И троих существ, запертых в отгороженных секциях, которые сверху накрыты черным полотном, чтобы не проникали солнечные лучи.

Марго со смешком замечает что-то, похожее на страх, проскользнувшее на чужом лице.

– Всем привет! – Из двери, соседней той, из которой они попали во внутренний двор, выходит Юджин. – Это наш заложник? Интересненько. – Он оглядывает парнишку с ног до головы. – Ты уверена? – обращается он к Марго.

– Конечно, – ответом следует широкая улыбка.

– Марго, блять! – Во внутренний двор влетает Лив. Макс плетется за ней следом со скучающим видом. – Неужели нельзя обойтись без этого?!

– Зачем ты ей сказал? – шипит она, с укором глядя на Макса.

Тот пожимает плечами, всем своим видом давая понять, что он тут ни при чем.

Пленник прислоняется спиной к решетке и начинает смеяться, по очереди смотря на каждого из тех, кто собрался здесь. Марго не может удержаться от отвращения, которое слишком явно отображается на ее лице. Ей отвечают тем же.

– Чем же вы лучше? – Пацан брезгливо глядит ей в глаза. – Да ничем. Такие же отмороженные ублюдки.

Марго молча проглатывает все сказанное, не собираясь поддаваться на провокацию.

– Последний шанс. Начинай говорить или отправишься в клетку, – предлагает она, стараясь звучать спокойно.

– Пошла на хуй. Все вы.

Марго распахивает клетку и заталкивает его внутрь за шкирку, толкнув так сильно, что парень падает на колени. Но смеяться не перестает. Медленно поднимается, не сводя глаз с существ в отгороженных секциях.

Юджин кашляет, протягивая Марго пульт.

– Нажмешь на красную кнопку, и им всем кранты, – тихо сообщает он. – Мы прикрепили взрывчатку им на головы.

– Марго, пожалуйста, приди в себя, – просит ее Лив.

– Да успокойся, мы просто его напугаем, – как можно тише отвечает она.

Макс кладет биту себе на плечо и идет к той стороне клетки, где спят твари. Хватается за свисающее полотно и тянет на себя. Солнце, только-только выглянувшее из-за туч, прокрадывается лучами внутрь, освещая три тела, в которых человеческого уже давно ничего не осталось.

– Просыпаемся! – орет он, стуча битой по прутьям и создавая неимоверный шум.

Одно из существ мгновенно вскидывает голову, а затем бросается на решетку, пытаясь просунуть руку, но расстояние между прутьями слишком маленькое. Макс отступает назад, смотрит какое-то время на беснующегося монстра, а затем возвращается.

– Готов говорить? – Марго сверлит решительным взглядом затылок пленника. – Мы же их выпустим, не сомневайся даже.

Парень оглядывается. И если бы в другой части клетки не было трех сумасшедших тварей, Марго бы решила, что монстр прямо перед ней. На нее смотрят с чистым безумием во взгляде. Палец сам ложится на нужную кнопку – еще до того, как до Марго окончательно доходит, что да, ее вывели. Решетка на первой отгороженной секции медленно отъезжает в сторону.

До такого лишь раз доходило. И закончилось сразу же, потому что они не успели ничего сделать – и пусть заложник мгновенно сдался, прося остановиться и выпустить его. Они не успели, потому что кровожадные твари куда быстрее каждого из них. Тогда Марго только и смогла, что выхватить из-за пояса пистолет, но уже было поздно – пленника зажали в угол клетки и растерзали у них на глазах.

Она не должна повторить ту же ошибку. Именно поэтому Юджин прикрепил взрывчатку на голову каждого из существ – это было тяжело, но кто, как не Юджин, может справиться с таким. В этот раз они подготовлены лучше. В этот раз все получится.

А может, и нет. Почему-то именно сейчас Марго понимает, что этот парень не заговорит ни при каких обстоятельствах. Почему-то именно сейчас, когда она расширившимися от удивления глазами наблюдает за тем, как пленник вместо того, чтобы забиться в угол, сам идет навстречу твари, которая уже выбралась наружу и несется в его сторону.

– Нажимай! – в ужасе орет Лив, и Марго едва не шлепает ладонью по нужной кнопке, но останавливается в последний момент.

Пацан уворачивается от выпада монстра, отступая в сторону – чересчур резво для своего убитого состояния, – а затем с такой силой бьет в спину ногой, что тварь, яростно перебирая руками в воздухе, падает на землю, чем пацан и пользуется – забирается верхом и перекидывает сцепленные железками руки через ее шею и тянет на себя. Марго видит, как цепь наручников врезается в серую кожу. Парень выворачивает руки и хватает существо за голову, бьет ею о землю, а затем вновь натягивает цепочку, с ненавистью скалясь. Марго уже не видит, а слышит, как хрустит переломанный позвоночник.

Незнакомец поднимается на ноги, перешагивая через тело. Заносит ногу и пинает оторванную им же самим голову; та катится по земле и стучит о прутья решетки с той стороны, где стоит Марго. Она опускает взгляд и смотрит в налитые красным мертвые глаза; с двух длинных клыков сочится яд, большими каплями срываясь на землю. У Марго что-то щелкает в голове. Она складывает два и два. Такая простая математика.

– Вот это шоу! – восхищается Макс, отбирая у оторопевшей Марго пульт. – Ну-ка, посмотрим, как он с другими разберется.

– Макс, нет! – вопит Лив, пытаясь его остановить, но тот уже выпускает оставшихся существ.

– Идиот! – рычит Марго, вырывая пульт обратно и сразу же шлепая ладонью по красной кнопке. Взрыва не следует. – Какого черта? – поворачивается она к резко побледневшему Юджину. Почему у них все через задницу в самые ответственные моменты? – Блять, – выплевывает она, выхватывая из-за пояса пистолет в тот самый момент, когда пленник отпрыгивает от одной из тварей, но ему путь преграждает вторая.

Марго метко стреляет ей в голову, мгновенно убивая, но промахивается во второй раз – существо прыгает на парня и валит на землю. Никак не прицелиться издалека.

– Блять, – снова ругается она и рывком открывает клетку.

Марго успевает лишь несколько шагов сделать прежде, чем слышатся приглушенные взрывы. Она оборачивается на Юджина, который с кислой улыбкой показывает ей большой палец, сжимая в руке пульт. С промедлением, но детонатор сработал, разнеся даже оторванную голову. Макс смотрит на забрызганные черной кровью штаны и крючит лицо. Лив замахивается и отвешивает ему такой смачный подзатыльник, что он летит лбом в решетку.

Марго отворачивается и медленно подходит к пацану, который все еще лежит на полу клетки. Рядом с ним – тело без головы и ошметки мозгов вокруг. Повезло, что он успел в последний момент отбросить от себя тварь, а не то взрывом и его бы голову задело. Ее, правда, задело все равно – разлетающейся во все стороны кровью. Перекатившись набок, парень поднимается на ноги, а Марго замирает перед ним, когда смотрит в забрызганное черным лицо.

Незнакомец сплевывает на землю, а Марго переводит взгляд на его руки, на которых ни просвета кожи не видно – сплошняком перепачканы в темной крови. Кожи не видно, но проглядывает нечто другое – когти. И они медленно втягиваются обратно, словно их никогда и не было. И как только они пропадают, пацан шатается и оседает на колени.

А потом и вовсе отрубается, падая на бок.

Марго ожидала чего угодно, но никак не этого. Чего угодно, но не отмеченных на территории базы.

* * *

Она сидит возле пленника уже несколько часов кряду. Медленно сжирает себя изнутри, потому что вопросов не только не стало меньше – они помножились друг на друга и теперь буквально раздирают голову на части. А ведь все так хорошо начиналось. Не надо было вообще никаких заложников брать. Лив оказалась права – ничего хорошего из этого не вышло.

Марго берет чужую руку, покрытую засохшей черной кровью, и разглядывает пальцы, в которых сейчас нет ничего необычного. Она со вздохом разжимает ладонь, после вытирая ее о штаны. И что ей теперь делать с этим пацаном?

Вирус вампиризма, вспыхнувший где-то на территории Европы, быстро распространился по всей планете – хватило месяца, чтобы достигнуть даже самых отдаленных ее уголков. Каждый человек, однажды укушенный зараженным, становится рабом вируса почти мгновенно. Точнее, рабом становится тело, ибо мозг умирает спустя несколько часов после контакта с заразой. Вместе с ним умирает и сам человек, а все, что остается, – бездушная оболочка с неконтролируемой жаждой крови.

Из хорошего: зараженные передвигаются преимущественно ночью, днем отсиживаясь в зданиях, подвалах, любых местах, куда не проникает солнце. Оно для них не губительно, но, видимо, знатно тормозит все процессы, потому что выстоять против них ночью едва ли возможно. Лучше не испытывать удачу. Но Марго теперь знает, что, даже если бы они засунули пацана в клетку посреди ночи, он бы остался в живых.

Есть люди, на которых вирус влияет по-своему. Если обычного человека он порабощает и превращает в монстра, готового растерзать всех и каждого, то эти, наоборот, поработили сам вирус. Он изменил их ДНК, но не тронул личность. Марго мало знает о таких кадрах – сталкивалась с ними лишь раз, но там как-то не до вопросов было. Из известного и подтвержденного сторонними лицами: им не нужна кровь, они выглядят как обычные люди, но при желании могут воспользоваться некоторыми… преимуществами. Да, пусть это будутпреимущества.

И лишь с натяжкой можно сказать, что у этих людей иммунитет к вирусу, потому что он все же наложил на них своеобразный отпечаток. Они уже не люди. Но все еще не монстры.

В народе их прозвали «отмеченными».

Марго привстает и наклоняется над парнем. Осматривает шею. Ничего. Аккуратно оттягивает ворот футболки и находит то, что искала, – рваный шрам почти у самого плеча. Ее руку перехватывают и отбрасывают от себя.

– Не трогай меня.

Она садится обратно на стул, стараясь придать себе безразличный вид.

– Тебе повезло. Остальные решили, что это был просто выброс адреналина, но мы-то с тобой знаем, что оторвать голову голыми руками едва ли возможно.

– Не понимаю, о чем ты. – Парень упрямо смотрит в стену.

– Я видела твои когти, не отнекивайся.

– И что теперь? На органы меня пустишь?

– Нет. – Марго вдруг чувствует вселенскую усталость. – Но я могу показать тебе, где у нас тут душевые, если скажешь, как тебя зовут.

Незнакомец молчит, явно пытаясь сориентироваться в ситуации. И найти подвох. Марго уже решает даже, что опять о глухую стену головой бьется, как слышит тихое:

– Дин.

– Что ж, Дин, – она мгновенно хватается за эту ниточку, – пойдем, умоешься хоть, а то на тебя смотреть страшно.

Ей отвечают тяжелым взглядом, но Марго совсем не в настроении поддерживать эту игру в гляделки. Встает первой, отходит к двери и приподнимает брови в ожидании. Нехотя, но Дин встает тоже, морщась по пути.

На самом выходе Марго врезается в Лив – наверное, пришла недавно, чтобы узнать, как дела.

– Ты вовремя. – Она хватает ее за плечи. – Зайди ко мне в комнату и… – Она осекается, бросая себе взгляд за спину, оглядывает Дина с ног до головы. – Зайди к Максу и свистни у него какую-нибудь одежду чистую. Занесешь потом в душевые на втором этаже.

Лив вытягивает шею, боязливо, но все равно заинтересованно смотря на маячащего позади Марго парня. Возводит глаза к потолку, явно прикидывая что-то про себя, и кивает. Когда подруга уходит, Марго еще какое-то время рассматривает Дина, стоящего посреди комнаты, переступая с ноги на ногу. Она вздыхает, поджимая губы, и подходит к нему ближе, доставая из карманов наручники, которые сняла с чужих запястий сразу после того, как приволокла в камеру.

– Без фокусов, хорошо? – Она защелкивает железные браслеты. – Иди за мной.

– Не боишься, что я со спины ударю?

– Бей, – безразлично отзывается Марго. – Толку только от этого никакого. Тебе некуда бежать, сто раз говорила уже. А силушкой своей богатырской ты сейчас не в состоянии пользоваться.

Дин щурится, но все равно коротко кивает.

Они добираются до душевых на втором этаже без эксцессов. Марго лишь пару раз оглядывается назад – в те моменты, когда они натыкаются на других людей по пути. Одна девчонка так испугалась Дина, с ног до головы обмазанного в крови, что вжалась в стену, а потом припустила дальше по коридору, чуть ли не крестясь.