Кирилл Марковский, священник
Испытание тюрьмой и как его преодолеть
В помощь заключенным и их родственникам

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви ИС Р21-115-0372

© ООО ТД «Никея», 2022

© Марковский К. Ю., свящ., 2022

* * *

Во гробе пло́тски, во аде же с душе́ю яко Бог, раи́ же разбойником, на Престоле был еси, Христе, со Отцем Духом, вся исполня́яй, неопи́санный[1].

(Из пасхальных песнопений)

От автора

«От тюрьмы и от сумы не зарекайся», – гласит народная мудрость. Увы, никто не может быть уверен в том, что его непременно минует испытание неволей. И за время моего общения как с осужденными, так и со следственно-арестованными я встречал немало людей, чье заключение под стражу было для них полной неожиданностью. Бывает, что еще утром человек строит планы на день, на неделю, на месяц, а уже вечером оказывается в отделении полиции, а еще через несколько дней – в камере следственного изолятора. При этом речь идет вовсе не о людях, криминально ориентированных, или тех, кто занимается противоправной деятельностью. Нет. «Если бы мне 2 октября сказали, что я когда-либо буду сидеть в тюрьме, а уж тем более за убийства, я бы посмеялся от души над этой шуткой. А вечером 3 октября я сидел в камере и не понимал, что происходит…» – рассказывал мне один осужденный, приговоренный к пожизненному лишению свободы. До заключения под стражу он был вполне законопослушным гражданином, имел положительные характеристики на работе, пользовался уважением коллег. Алкоголь, употребленный в больших количествах, привел его к страшному преступлению, за которое он получил пожизненный срок.

Большинство людей, оказавшихся в местах заключения, считают свое наказание слишком суровым. С этим, впрочем, нельзя не согласиться, зная о несовершенстве нашей судебной системы. Однако целью предлагаемой читателю брошюры не является анализ деятельности органов следствия и суда.

Моя цель – духовно поддержать человека, оказавшегося в местах заключения, а также его родных и близких. Помочь им осмыслить испытание тюрьмой в свете христианской истины.

В моей небольшой работе достаточно часто упоминаются осужденные к пожизненному лишению свободы. Прошу читателя не смущаться этим.

Причинами такого особого внимания к пожизненно заключенным являются, во-первых, продолжительный период моего общения с ними, а во-вторых, и это главное, – ценность их опыта преодоления испытаний самого сурового из всех режимов отбывания наказания. Когда у человека, казалось бы, уже нет в жизни никакой надежды, когда сама жизнь закончилась и сменилась на выживание.

Хочу также отметить, что предлагаемый материал может быть полезным не только человеку, пребывающему в заключении, но и всем, кто переживает скорбный период жизненных испытаний. А этих периодов, как известно, в жизни каждого из нас довольно.

Места заключения

Места принудительного содержания, в которых человек может пребывать длительное время, делятся на два вида: следственные изоляторы (СИЗО) и исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы. Об изоляторах временного содержания органов внутренних дел мы не будем вести речь, поскольку человек пребывает в данных учреждениях до перемещения в СИЗО (если суд принимает такое решение) не более двух суток. Максимальное время составляет пятеро суток по решению суда.

Следственный изолятор, таким образом, является тем местом, где подозреваемый или обвиняемый впервые, если, разумеется, он не был ранее судим, на длительное время оказывается в положении заключенного. Человек вынужден соблюдать правила внутреннего распорядка и пребывать с самыми разными людьми, которых он не выбирал для совместного проживания.

В камерах следственного изолятора может содержаться от 2 до 30 и более человек. Именно камерное содержание является печальной особенностью пребывания в СИЗО. Человек, чья вина еще не доказана, сразу оказывается в условиях самого строгого вида заключения – тюремного. В России всего 8 тюрем – учреждений, где отбывают наказание в виде лишения свободы лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления. В тюрьмы (так называемые «крытки») также этапируют злостных нарушителей режима отбывания наказания в исправительных колониях (ИК). Отличие тюрем от ИК[2] именно в том, что осужденные в тюрьмах содержатся в камерах. Также в камерах содержатся осужденные, приговоренные к пожизненному лишению свободы. Несмотря на то что учреждения, в которых последние отбывают наказание, называются не тюрьмами, а исправительными колониями, осужденные на пожизненный срок находятся в заключении исключительно покамерно[3].

Таким образом, в СИЗО человек оказывается заключенным в камере на все время проведения следственных действий и судебных заседаний. Иногда этот период затягивается не на один год. И все это время человека тревожит неясность будущего, он постоянно ощущает страх перед неизвестностью, испытывает уныние и отчаяние от реальной перспективы предстоящие годы провести в местах лишения свободы. Многие заключенные имеют глубокую обиду на друзей и знакомых, по вине которых, как им представляется, они оказались в СИЗО. Кто-то вынашивает планы мести. Немало людей испытывают ненависть к следователям, которые, «шьют» им дело. Многие обвиняет судей в жестокости, равнодушии и нежелании добросовестно и непредвзято во всем разобраться. Большинство считают свою неизбежную судимость крестом на всей последующей жизни, карьере, благополучии. Стоит ли удивляться, что именно следственные изоляторы являются теми учреждениями уголовно-исполнительной системы, в которых суициды – явление нередкое?

Но, разумеется, есть среди следственно-арестованных люди, которые пребывают в СИЗО уже не первый раз. Ситуация, в которой они оказались, ими воспринимается спокойно. Они лишь досадуют на то, что им «не подфартило» и что теперь на годы их местом пребывания вновь будут казенные дома. Впрочем, заключение – большое испытание для всякого человека: и осужденного впервые, и рецидивиста. Никто не хочет оказаться и жить по ту сторону колючей проволоки.

В поисках Бога

В следственном изоляторе человек находится в ожидании приговора и, соответственно, своей последующей участи. Печальная ситуация, в которой он оказался, побуждает его постоянно обращаться к Богу за помощью. К Богу, возможно, еще неведомому, в Которого и нет еще особой веры, но к Которому невольно устремляется душа страдающего человека. Кто-то может со мной не согласиться, но я убежден: в СИЗО молятся все! Молятся как умеют, но искренне. Многие именно в тюремных камерах всерьез задумываются о Боге и своих отношениях с Ним. И бывает, что именно камера СИЗО или тюремный храм становятся местом первой встречи с Богом. И эта встреча кардинально меняет всю последующую жизнь человека.

Входя в камеры к подозреваемым и обвиняемым, я всегда невольно обращал внимание на то, что моему появлению никто не удивляется. Священник в тюрьме – естественное явление для всех. Также вполне естественными являются там и разговоры на духовные темы. Они, как правило, всегда вызывают интерес. Видно, что вопросы веры волнуют многих. При этом тюремная камера является тем местом, где православному священнику возможно проповедовать не только православным, но и мусульманам, и представителям иных религий. Не раз я замечал, что некоторые из особенно внимающих моим словам о вере в Бога были мусульмане. Это относится как к мужчинам, так и к женщинам, как к несовершеннолетним, так и людям в возрасте. За редким исключением, священника всегда слушают очень внимательно, ловят каждое его слово. У многих женщин на глазах появляются слезы. Не раз я видел слезы и на глазах у мужчин. Но последнее чаще бывало в личных беседах.

Один мой знакомый священник однажды впервые для себя совершал литургию в храме женского СИЗО. Когда он вышел на амвон говорить проповедь и увидел лица заключенных женщин, он поразился. Было очевидно, что узницы слушают его с напряженным вниманием. Многие из них плакали. После он признался мне, что ничего подобного ему не приходилось видеть на приходе.

Когда человек, будучи осужденным, покидает СИЗО и оказывается в исправительном учреждении, его духовные искания заметно ослабляются. После вынесения приговора и определения меры наказания, когда без удовлетворения остаются все его жалобы, осужденному представляется, что теперь нужда в обращении к Богу отпадает. Кроме того, человек как бы привыкает к своему новому статусу. Он убеждается, что и в колонии жить можно, что не так уж все и страшно, как ему сначала казалось. У него появляются новые знакомые и друзья, жизнь вновь наполняется суетой, и острой нужды в Боге он уже не ощущает. Даже более того, некоторые осужденные начинают испытывать разочарование в вере, боясь даже себе в этом признаться. Обращаясь к Богу в ожидании своей участи, они надеялись на более мягкое решение суда. Неожиданно строгий приговор смутил их и породил сомнения в вере. Не имея знаний о духовной жизни, полагая, что суть веры состоит исключительно в просьбах к Богу о решении своих проблем, немало узников соблазняется. В итоге, по причине всех упомянутых выше моментов, в исправительных колониях православные общины верующих насчитывают в среднем 25–30 человек, что составляет около 5 % от общего числа осужденных. Речь именно о тех заключенных, которые регулярно посещают богослужения в тюремном храме, участвуют в Таинствах, изучают Священное Писание в воскресных школах при ИК. Однако «верующими» и «православными» при этом себя считают почти все крещенные в Православной Церкви осужденные исправительного учреждения.

Один узник как-то написал мне, что заключение можно уподобить землетрясению. Землетрясению, разрушившему всю жизнь, во всех ее основах, где в эпицентре находится заключенный. Будучи вырванным из привычного круга ежедневных забот, человек в местах лишения свободы имеет достаточно времени на размышления. В том числе о самом главном – о Боге и смысле жизни. Конечно, многие предпочитают забыться и погружаются в чтение художественной литературы или смотрят телевизор все свое свободное время. Однако некоторые начинают читать Священное Писание и духовную литературу, пытаясь найди духовные причины того испытания, которое их постигло.

Человеку в заключении нужно осознать, что время, которое он проводит и проведет в местах лишения свободы, – не потерянное и не вычеркнутое из жизни. А потому и здесь нужно им дорожить и не тратить на пустое. Жизнь – не в будущем и не в прошлом, она – в настоящем. Потому очень важно правильно распределить время, непременно посвятив его часть духовным занятиям: чтению, размышлению о прочитанном, молитве.

Именно в тюремной камере некоторые люди впервые серьезно задумывались о своих отношениях с Богом. Именно там переосмысливали свою жизнь в свете Евангельской истины, начинали видеть связь своих поступков и их последствий, с удивлением обнаруживали Промысл Божий в произошедших событиях. Именно там они приобретали первый личный религиозный опыт, обращаясь к Богу с молитвой и получая помощь. После, в исправительных учреждениях, они воцерковлялись, приобретали знания о вере и духовной жизни и, в результате, на свободу выходили уже людьми с иным мировоззрением и опытом. Таким образом, время заключения оказывалось для них не только не потерянным, но напротив – самым важным временем, изменившим всю их последующую земную жизнь, которая, как известно, простирается в вечность.

«Никогда не знаешь, что будет завтра»
Воспоминания бывшей осужденной

Если бы мне кто-то сказал пять лет назад, что я сяду в тюрьму, я бы назвала этого человека сумасшедшим и ни за что не поверила.

Родилась в Москве, росла в полноценной семье, хорошо училась в школе. С 7 лет активно занималась спортом, изучала английский, поступила в ВУЗ, в своей жизни не выкурила ни одной сигареты. Собиралась поехать учиться и работать за границу. Светлое будущее рисовалось все ярче, но… Пути Господни неисповедимы.

В Бога я верила с 15 лет, сестра меня к этому привела. Однажды побывав на службе, причастившись, я почувствовала Божие присутствие, ощутила ту благодать и радость, которую Он дает. К сожалению, я не соблюдала постов, жила, как мне удобно, с верой, подстроенной под мои желания. Но мне нравилось ходить в церковь, один-два раза в месяц я там бывала.

Закончив первый курс, я перешла на заочное обучение и устроилась на работу. Из-за финансовых трудностей мои родители не могли оплачивать мое дальнейшее обучение. Времени было мало, за сессию нужно было платить. Мне 19 лет, опыта работы нет, везде мне отказывали. В итоге устроилась в микрофинансовую фирму. В то время они успешно открывались, а потом быстро стали закрываться. Эта фирма занималась тем, что люди приносили деньги и оставляли их под проценты. Руководство изо дня в день говорило, что это начало нашей работы, мы будем переоформляться в банк, будем крупной организацией. Но в один из рабочих дней пришли сотрудники полиции, закрыли все офисы и увезли всех сотрудников на допрос. Ночь в изоляции. А далее три года допросов, следствия, судов и прочих разбирательств.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Во гробе плотью, а во аде с душою как Бог, в раю с разбойником и на престоле был Ты, о Христе, со Отцом и Духом, все наполняя, неописуемый.

Вернуться

2

По состоянию на 01.03.2021 в России существует 670 исправительных колоний, в том числе 106 колоний-поселений (данные официального сайта ФСИН России).

Вернуться

3

По состоянию на ту же дату в России существует 7 исправительных колоний для осужденных к пожизненному лишению свободы (данные официального сайта ФСИН России).

Вернуться