Ася Сладкая
Мой свекор – зек

Глава 1

– Ты в этом платье просто греческая богиня! – пищит в трубку Алка, разглядывая меня на экране. Созвон по видео единственное, что остается, когда лучшая подруга детства живет на другом конце света.

А я никак не могу перестать вертеться перед зеркалом и снять свадебное платье. Никогда бы не поверила, что можно так влюбиться в простую вещь, но скептик во мне умер от восхищения, увидев “то самое”. Шелк, многослойные юбки, изысканные кружева, мириады сияющих пайеток и созвездия страз. Я в нем и вправду похожа на греческую богиню, только сошедшую с Олимпа.

На спине – несколько десятков пуговичек, а еще длинные рукава, придающие невинность образу. При этом силуэт, подчеркивающий талию, глубокий вырез, в котором моя троечка выглядит еще соблазнительнее. Пышные юбки скрывают разрез выше всяких приличий, который открывается с каждым шагом. Два месяца поисков определенно стоили того.

– А не боишься, что Игореша твой раньше времени на красоту соблазнится? Нельзя жениху видеть невесту в платье. Очень скверная традиция!

– Ну что за ерунда, Ал? Во-первых, Игорь уехал на работу, а у меня ближайшее совещание только через два часа. А во-вторых мы выбирали платье вместе и он уже все видел. Ты еще вспомни, что мы женимся в мае, – смеюсь, но вижу, как мрачнеет лицо подруги. Она явно настроена серьезно по поводу всех этих нелепых суеверий.

– Не ерунда! Не просто так предки всю свою мудрость в кучку собирали. А чтоб тебе дурехе жить проще было!

– Вот именно что в “кучку”. Ты лучше мне скажи, волосы собирать или распущенными оставить?

Хмурится Алла не перестает и начинает мне рассказывать очередную ересь про распущенную косу, но я отвлекаюсь на звук закрывшейся двери с первого этажа и быстро прощаюсь с подругой. Игорь, наверное, вернулся за чем-то. В суеверия после разговора с Аллой я верить не стала, но все равно почему-то решила снять платье.

– Игореша, я в гардеробе! Не заходи пока, пожалуйста! – пуговицы не сдаются дрожащим пальцам, пытаюсь расстегивать быстрее, но только путаюсь еще сильнее. Дверь с тихим скрипом открывается, подгоняя сердечко биться еще быстрее. – Милый, ну я же просила!

Снова смеюсь сама над собой, что вообще стала так экстренно снимать платье. Раз Игорь вернулся, возможно у него есть время поиграть со мной? Мы знакомы полгода и еще в самом начале отношений, я предупредила, что никакого секса до свадьбы у нас не будет. Но просто поиграть, подразнить друг друга, чтобы разжечь огонь еще жарче… Почему бы и нет! Кружевная фата закрыла лицо, пока я нелепо пыталась справиться с пуговицами. Убираю ее, чтобы заглянуть в зеркало и немного позаигрывать с Игорем.

– Раз уж пришел, не поможешь мне… – но от взгляда в отражение сердце замирает, а руки становятся ватными. Страх пожирает каждую клеточку так стремительно, что я даже не успеваю сделать вдох.

Что он здесь делает? Он же должен сидеть в тюрьме еще три года. Мысли мечутся, от их бега кружится голова! А вдруг он сбежал?! Что, если он вооружен?!

– Охренеть подгон. В подарочной упаковке, – оскалившись наступает на меня.

Все, что я могу – пятится, пока не впечатываюсь спиной в зеркало. Он совсем не похож на мужчину, которого я видела на фото. Гораздо шире в плечах. Неужели в наших тюрьмах такие прекрасные условия?

Отец Игоря подходит ко мне вплотную походкой зверя, который вот-вот нападет на свою добычу. А я цепенею. Никак не могу пошевелиться, и даже звук издать не получается.

– Какая красивая девочка. Что ты там хотела? Пуговки расстегнуть? Давай порвем по-быстрому. Я слишком голодный.

Глава 2

Слишком высокий, слишком злой и чужой мужчина. Зачем переживать есть ли у него оружие, если эта гора мышц сама по себе несет убийственную силу. Ни капли не похож на худого Игоря.

Его темные глаза и мрачный взгляд заполняют мою душу чернильной тьмой. Он медленно улыбается, и его угрожающий взгляд пронзает до самой души. Чувствую, как дрожат ноги, когда он приближается. Игорь на работе, помощница придет только в четверг… Самое время молиться, ведь меня никто не спасет. Зажмуриваюсь изо всех сил, желая, чтобы он просто исчез, но это помогало только в детстве.

Он врывается в мое личное пространство. Тянется к фате и сдергивает с волос, я даже пикнуть не успеваю, только вздрагиваю от страха. Невесомая ткань падает к ногам, и он безжалостно наступает на нее, чтобы подойти ближе.

Я молюсь, чтобы эта мука как можно скорее закончилась, чтобы я могла вернуться к своей обычной жизни без этого страха. Но он все ближе и ближе, и я чувствую, как его дыхание прикасается моей кожи, заставляя меня дрожать. Застываю, как камень, не в силах ни шевельнуться, ни произнести ни слова. Когда он наклоняется к моему лицу, я чувствую, что теряю последние капли мужества, и внутри меня рождается лишь одно желание – убежать от этого кошмара.

– Что вы здесь делаете? – пытаюсь говорить спокойно, тяну время. Вдруг найдется выход из этой дурацкой ситуации.

Нагло и жадно пялится на мою грудь, которая вздымается от слишком частого дыхания. Соски затвердели от холода, зря я настежь открыла окно, апрель все-таки. А он теперь любуется. Только бы не подумал, что я возбудилась!

– Смотри-ка. А кукла-то говорящая.

– Я не… Вы же отец Игоря? Максим Викторович? Вы же еще три года должны были… – растерянно шепчу, пытаясь прикрыть грудь.

– УДО. – чеканит по буквам. Кажется, я его только сильнее разозлила. – А ты не стесняйся, девочка. Давай помогу раздеться, – он тянется к карману, и мое сердце останавливается, когда я вижу холодный блеск металла.

– Что вы… – сдавленно пищу, а он рывком разворачивает меня лицом к зеркалу и спиной к себе. Острым лезвием ножа очерчивает фигуру.

Мне так страшно, что я даже перестаю дрожать. Все замерзает внутри. Я будто и вовсе не я. Душа уже покинула тело и я просто наблюдаю со стороны за какой-то чокнутой парочкой.

Он медленно обвил рукой вокруг талии, прижал к себе. Сердце загудело от страха. Все тело напряглось от тревоги. Сжимая зубы, попыталась бороться с паникой, что билась в горле. Мне было не по себе от этого неожиданного и навязчивого прикосновения. Хотелось попытаться освободиться из его объятий, но я не понимаю, что со мной. Мозг отключился и никак не может послать конечностям команду двигаться.

Лезвие ножа неотрывно скользит по талии и резко перемещается на спину. Я забываю дышать, а сердце, наоборот, бьет рекорды. А потом все начинает катиться в ад на бешеной скорости.

Он одним движением срезает у платья все пуговицы. Они разбегаются по полу, словно не хотят быть свидетелями происходящего. Им тоже страшно.

Холодная сталь проходится по коже и сбрасывает с плеч рукава. Платье падает, оседая шелковым облачком на пол. А я остаюсь стоять в одних стрингах. Он все еще стоит вплотную, прижавшись к спине своим горячим телом. Аромат его парфюма забивается в легкие. А внушительных размеров эрекция упирается мне в попу.

– Ну что, будешь слушаться папочку?

Глава 3

Эта фраза отрезвляет. Я будто на секунду сбрасываю оцепенение. Страх уже давно выжег последние предохранители и больше не боясь холодного оружия в его руках, прикрываю грудь и пытаюсь отстраниться.

– Что вы себе позволяете? Я невеста вашего сына! – стараюсь говорить уверенно, но дрожь слышится даже в голосе. Я по прежнему зажата между его горячим телом и ледяной поверхностью зеркала. Мне некуда бежать.

– Это мой дом. И все, что здесь находится, принадлежит мне. – врезается в меня бедрами. Даже сквозь брюки чувствую его каменную эрекцию. От его холодного и резкого тона мурашки бегут по коже и подгибаются коленки. – Ты не бойся. Я не обижу. Помну чуток, но тебе понравится. Потом еще добавки попросишь. А Игореша твой не обеднеет.

Его рука ползет вверх по моему бедру и больно сжимает попу. Он будто специально ставит свои метки. Практически клеймо шлюхи, но я же не этого хотела. За что так со мной?

– Я не хочу, – сдавленно шепчу, пытаясь прикрыться, но все тщетно. Убирает мои руки и мнет лапищей грудь. Он больше и сильнее. Я просто не справлюсь.

– Да не трясись так. Все оплачу. Вот же бляди переборчивые стали… – возмущается, больно сжимая сосок.

– Я не…

– Да? А какого хрена с плешивым Игорьком таскаешься? Скажи еще, не на бабло повелась. Которое до копейки принадлежит мне. Что-то сынок распоясался, на мои бабки содержать шлюх.

– Я люблю его, а не деньги! – слезы катятся по щекам, а рука зверя железным капканом ложится на мое горло.

– Значит, будет веский повод пасть держать закрытой. Но не сейчас. Давай займем твой ротик делом.

Мое горло освобождается из плена, но отдышаться я не успеваю. Максим Викторович запутывает руку в моих волосах и тянет вниз, до тех пор, пока я не падаю, больно ударяясь коленками о кафель.

Пока пытаюсь прийти в себя, перед моим лицом появляется упругий и уже готовый член. Мне даже смотреть на него страшно! Такой огромный! И… Ну… Член! Настоящий! Впервые вижу вживую!

Почему-то казалось, что будет противно. Вид этой сосиски, может быть запах. Каждый раз, когда мы тискались с Игорешей, я боялась даже касаться его.

С Максимом Викторовичем такого нет. Он ровный, длинный, с большой головкой, красиво увит венами, грозно покачивается и пряно пахнет кожей. Можно было бы любоваться, только страх сковывает тело, а руки Максима Викторовича активно подталкивают к делу.

– Что застыла? Давно нормального болта не видела? Приступай! – притягивает за волосы ближе к паху, а я не знаю, что делать.

Точнее, знаю. В теории. Но стыд и страх отключили мозги, и все, что я могу – тупо смотреть в пол. Моего палача это не устраивает. Он грубо матерится, сжимает мне щеки так, чтобы открыла рот шире, и вталкивает головку. Это все, что помещается, но он явно планирует убить меня, затолкав все до основания, наплевав на то, что я даже этим давлюсь.

Слезы брызжут из глаз, мне не хватает кислорода, а он продолжает толкаться сильнее и сильнее. Раз за разом больно ударяюсь головой о зеркало. Кажется, что оно вот-вот осыпется на меня стеклянной крошкой. Но может, это и к лучшему? Наконец ,все закончится.

– На меня смотри! – рявкает мой палач и насильно поднимает веки. – Ты как в первый раз.

А я и правда в первый. Только сказать ему об этом нет никакой возможности. Но это и к лучшему. Чем быстрее он сейчас закончит, тем быстрее я смогу освободиться?

– Горячая сука! Рот шире открывай!

Головка члена во рту становится больше, напрягается. Ткнувшись особенно глубоко, он кончает, заливая все горячей спермой. Я не успеваю ее глотать, давлюсь, липкая жидкость идет носом.

– Не халтурь! Вылизывай все! – заталкивает обратно в рот белесые капли, а мне остается только подчиниться.

Максим Викторович, наконец, отпускает меня, и я падаю на пол откашливаясь. Пала на самое дно во всех смыслах. Как теперь смотреть в глаза Игореше? Как теперь снова с улыбкой планировать свадьбу? Как вообще жить после случившегося? Скорей бы забиться в темный уголочек. В одиночестве.

– Ну что, разогрелась? Теперь развлечемся! – довольно сообщает он, а я сжимаюсь в ужасе.