Анабель Ли
В тихом омуте черти пляшут

Предисловие

«Рыцарский орден» – словосочетание, которое в памяти большинства из нас вызывает ассоциации с Военным Орденом Христа и Храмом Соломона, известными как рыцари-тамплиеры. В далёком XII веке они представляли собой могущественный военный орден католической церкви и один из самых влиятельных и богатых орденов в западном христианском мире. Когда мы слышим о тамплиерах, сразу вспоминаем те тайные общества, что существуют и по сей день. Например, Opus Dei (лат. Praelatura Sanctae Crucis et Operis Dei), официально известное как Прелатура Святого Креста, – учреждение Католической церкви, члены которого стремятся воплощать христианские идеалы в своей профессиональной и общественной жизни. Миряне составляют основную часть его членов, а остальные – светские священники, подчиняющиеся прелату, которого избирают и назначают папой римским.

Возможно, это одна из самых масштабных ныне действующих тайных организаций на нашей планете. Её члены проживают в более чем 90 странах, ведут повседневную жизнь и занимаются светской карьерой, как и любой другой человек на Земле. Помимо личной благотворительности члены Opus Dei организуют обучение духовности, применяемой в повседневности. Они управляют университетами, школами, издательствами, больницами, а также учебными центрами в различных областях, таких как сельское хозяйство и технологии.

В мире существует множество организаций, о которых большинство людей знает лишь понаслышке. Как водится, все таинственное и не полностью раскрытое порождает слухи и домыслы. Тайные общества, предпочитающие скрытность, нередко обвиняются в организации мировых заговоров, обладании неограниченной властью и связи с потусторонними силами. Однако большинство таких организаций не стремится захватить мир, хотя в истории были случаи, когда им удавалось влиять на судьбы народов.

Все это, конечно, касается нашего с вами мира – мира на планете Земля. Но мир, в который я собираюсь вас перенести, совершенно иной. Его обитатели также живут на третьей планете, вращающейся вокруг звезды класса G, но их развитие пошло совершенно по другому пути. Они называют свой мир Алта, а управление им осуществляет Орден Верховной Власти.

Этот механизм управления мира Алты отличается от того, как мы воспринимаем тайные сообщества на Земле. Орден является уникальной структурой, наделенной абсолютной властью, и его Верховный правитель фактически властвует над всеми пятью государствами Алты. Эти государства, хоть и сохраняют определенную автономию, обязаны следовать так называемым «рекомендациям» Ордена. На деле эти рекомендации, конечно, носят принудительный характер. Цель Ордена – поддержание нравственности, развитие равенства между государствами, обеспечение порядка и развитие взаимоотношений с другими мирами, ведь, в отличие от нас, жители Алты давно знают, что не одиноки во Вселенной.

Стать членом Ордена крайне сложно. Совет Ордена состоит из Верховного правителя и пяти самых могущественных магов государств Алты. Их называют Высшими магами. Каждое государство каждые десять лет отправляет самых одаренных мальчиков в возрасте от пяти до десяти лет для прохождения вступительных испытаний. Эти испытания крайне сложны – участники должны обладать храбростью и выдающимися интеллектуальными и магическими способностями. Пятеро избранных из каждого государства начинают обучение в Академии Ордена.

Учебный процесс Академии остается тайной, но известно, что выпускники становятся опорой армии Алты и снискали себе репутацию мудрых дипломатов и воинов. Лучшему выпускнику предоставляется шанс стать преемником магии под руководством одного из пяти Высших членов Ордена. Каждый из них может взять себе до трёх преемников, которые после его смерти могут претендовать на место в Совете Ордена.

Верховный правитель обладает правом утверждать или отклонять кандидатов, издавать законы для любого из пяти государств, колонизировать другие миры и разрешать конфликты. Однако его власть не безгранична: если все пятеро Высших магов выступят против решения Верховного, он обязан отказаться от своей инициативы. В истории Алты такие случаи, впрочем, не происходили.

Основные постулаты Ордена гласят:

– Члены Ордена, обладающие политическим влиянием во всем мире, обязаны руководствоваться исключительно разумом и магией, поскольку человеческие эмоции – это слабость.

– Члены Ордена не знают иной семьи, кроме Ордена, и ставят миссию выше всего, так как любые чувства – это слабость.

– Члены Ордена носят только те имена, которые им даны при посвящении, и почитают только Лик магии, поскольку привязанность – это слабость.

– Член Ордена подчиняется решению большинства, если его мнение не поддержали остальные четыре брата.

– Член Ордена воспитывает преемников, передавая им частицу своей силы и мудрости.

Правила Ордена составляют внушительный трёхтомник, и, дорогой читатель, я прошу меня простить за то, что не привожу их здесь в полном объеме. Однако по ходу нашего повествования многие из них откроются перед вами.

Мы перенесемся в мир Алты через портал этой книги, которая готова впустить вас и закружить в водовороте событий.

Сейчас, ранним утром, мы прячемся у окна, позади кресла Верховного правителя в огромном каменном зале. Вокруг нас шесть кресел, единственным освещением служат факелы, расположенные справа у каждого кресла.

К сожалению, нам не видно лица Верховного, но по его властному голосу и седым волосам можно предположить, что ему около семидесяти. Это важный момент – встреча в Центре Ордена. Эти шестеро собираются вместе только по особым случаям.

Поскольку вы тут первый раз, позвольте разъяснить, кто есть кто из оставшихся пятерых мужчин за круглым столом в небесном замке Центра Ордена. Момент, в который я привела вас к порталу очень важен. Встреча за круглым столом в Центре – это единственное время, когда члены Ордена собираются все вместе.

Пять высших членов Ордена Верховной Власти Алта

Взгляните направо: тот брюнет в синем костюме с замысловатым узором – это Савил. Его розовый магический шар расположен прямо перед ним на столе переговоров. К сожалению, биография Савила, как и других членов Ордена, покрыта тайной, но он привлекателен для тех, кто ценит волевой подбородок с ямочкой и пронзительный взгляд.

Напротив Савила по левую руку от нас, сидит Максар. Тоже брюнет, но с более тонкими чертами лица и чёрными, отливающими синим, волосам. Его магический шар – кобальтового цвета, подчеркивающий глубокие, как штормовой океан, глаза.

Прямо напротив нас, с лёгкой ухмылкой сидит Келар. Широкая белоснежная прядь, падающая ему на лоб, контрастирует с его основным цветом волос, что, несомненно, необычно. Цвет его магического шара – зелёный. Тот, что справа от него, и по левую руку от Максара, – Авит. Говорят, он самый младший из всех и стал членом Ордена всего несколько лет назад. Тем не менее он не уступает своим братьям по силе и мудрости. Его магический шар имеет золотистый цвет.

И, наконец, последний – Тофин, сидящий между Келаром и Савилом. С серебристыми волосами и заострёнными ушами, он, предположительно, имеет эльфийские корни, но не знаю, стоит ли верить слухам.

Садитесь поудобнее – пора узнать, о чем беседуют эти великие маги Алты. Добро пожаловать в портал!

– Братья, – говорил Верховный. – Таково положение дел в мире на данный момент, и мы должны выяснить, что это за преступное сообщество и кто стоит за ним. О его целях мы уже можем судить по их деяниям, а значит, у нас не так много времени, чтобы разработать план действий по уничтожению самозванцев. Держитесь подальше от ловушек черно-белого мышления; держитесь подальше даже от серой шкалы. Пусть ваши мысли направляются логикой и анализом наблюдений. Нет абсолютных истин. Каждый может осудить другого; однако суждения, основанные на ожиданиях, всего лишь плод ограниченного воображения. Подходите к заданию с открытым сознанием. Что бы ни случилось, стремитесь познать истину и не обманывайтесь увиденным, не проанализировав всё по правилам Ордена. Мудрость – ваша сила в этом деле, а логика – ваш проводник к истине. Давайте информаторам то, что им нужно для процветания на законном пути: убежище, питание, помощь – и общество само придёт к порядку и миру. Какие бы ресурсы ни потребовались – используйте их, я доверяю вам. У вас больше шансов, чем у кого-либо другого, спасти эти государства, а следовательно, и весь мир.

– Следует ли это понимать как наше приоритетное задание? – спросил Максар, быстрым взглядом окинув зал. – Курирование текущих вопросов на кого оставить?

Его голос звучал решительно и спокойно, не выдавая ни крупицы эмоций хозяина, даже если бы мы предположили, что какие-либо чувства по отношению к сложившейся тревожной ситуации у воина были.

– Преемники справятся, – ответил Верховный, кивнув поочерёдно своим верным помощникам. – Ситуация требует вашего немедленного вмешательства и, да, является единственной приоритетной.

– Ты сказал, что преступления против магии начались во всех государствах одновременно. Не странно ли это? – вступил Тофин, задумчиво постукивая ладонью по подлокотнику своего кресла. Слегка ухмыльнувшись, он добавил: – Кто же из нас в какое государство должен отправиться?

Тофин иногда может казаться дерзким. Мы могли бы списать это на его молодой возраст, но его манеры слишком безупречны, чтобы позволить ему пренебрежительно выражаться по поводу задания. Видите ли, он всегда был немного другим в своих взглядах на мир. По его мнению, когда мозг развивает холодное безразличие и логику как основной дуэт принятия решений, часто делаются плохие выборы. Мы эволюционировали, чтобы использовать эмпатию и логику вместе, что стимулирует творческое восприятие перспективы и открытие мирных решений. Поэтому такой чёткий отказ от сопереживания казался ему слишком рискованным для успеха.

– Я думал над этим, Тофин, – ответил Верховный. – Это действительно настораживает и, однозначно, является элементом глобального плана против Ордена. Приняв во внимание ваши индивидуальные таланты и особенности вашей магии, я направляю тебя в государство Золотой Пыльцы, Максара – в государство Серебряных Потоков, Келара – в государство Синих Кристаллов, Савила – в государство Лилового Аромата, а Авита – в государство Алых Искр.

Авит, сохраняя маску невозмутимости на лице, мысленно удивлённо вскинул брови. Государство Алых Искр – мир, где правят женщины. Сжав на мгновение полные губы, он глубоко вздохнул, понимая, почему Верховный так решил. Действительно, из всех братьев Ордена он был самым молодым, а его телосложение, возможно, позволило бы ему хоть как-то замаскироваться. Понимая предстоящую трудность, он обратился к Верховному:

– У меня пока нет преемника. Прошу пару дней, чтобы отобрать одного и подготовить, прежде чем я отправлюсь.

– Не более двух дней, Авит. Время против нас. – Ответил Верховный.

Мужчина кивнул, решив, что эти дни стоит провести с пользой, изучая поведение, манеры и движения женщин, помимо задачи найти преемника.

– На этом всё. Жду ваши отчёты через неделю, чтобы обсудить, что вам удастся выяснить в первом приближении, – подытожил руководитель Ордена.

Мужчины встали почти одновременно и молча покинули зал, расходясь за дверьми в разные стороны, словно незнакомцы.

Верховный тоже поднялся из кресла и подошёл к окну. На его лице не было эмоций, но взгляд был задумчив и печален. Он не смотрел на струи дождя, стекающие по стеклу, не замечал, как бирюзовые шарики льда барабанят по окну, и не видел, как на горизонте над водной гладью искрится радуга всеми цветами.

Портал открывается, дорогой читатель. Теперь мы будем наблюдать со стороны, хотя герои нас не увидят.

Глава1. Максар

– «Государство Серебряных Потоков, значит».

Верховный меня явно берёг. Развивающееся государство, стабильный, пусть и не стремительный экономический рост. Население разношёрстное, как и везде, однако глубоко верующее. Религия занятна, в отличие от общепринятого в Алте единобожия, в государстве так же поклоняются божественным серебряным потокам, коими тут считали судьбоносные нити благословения.

«Что ж, спокойное задание лучше, чем вообще никуда не ехать», – вертелось у меня в голове. Не то чтобы мне было легко восстанавливаться после ранения, но после него Верховный стал слишком аккуратен в вопросах новых назначений. Всё потому, что метит меня в преемники на свой пост, поскольку я старший. Жалко, видимо, потраченных на мою подготовку лет, если я опять в пекло кинусь и шею сверну. Моего желания никто не спрашивал. Я не видел перед собой перспективы занять пост Верховного. Административная роль, убивающая физическую подготовку и военную сноровку. Мне претило, что Верховный по закону не имел права участвовать в активных операциях. В моём понимании, как главный, ему было бы непростительно терять хватку. Лично мне будет невыносимо превратиться в немощного старика, которого Высшие Братья Ордена будут воспринимать лишь как поставщика распоряжений. Я не собирался бросать практику, какое бы будущее мне ни прочили. А если повезёт, то до таких повышений и не доживу.

Первым делом после окончания совета я направился в Каменную Башню, чтобы собрать преемников и передать им дела. День только занимался. Рассветный туман медленно рассеиваясь уступал место ясному дню. Я шагал по немощёной лесной тропе из Облачного Замка и вдыхал морозный воздух нового дня, не обращая внимания на накрапывающий дождь. Путь близкий, несмотря на ноющую боль в боку, где была аккуратно перевязана рана, я даже не запыхался.

Оба моих ученика были в зале для тренировок и поклонились, едва я вошёл.

– Эксэл Максар, доброго света! – сказал Второй, улыбнувшись, в то время как Первый сдержанно кивнул.

– Доброго. – Окинув зал быстрым взглядом, я понял, что ребята тренировали скорость в рукопашном бою. – Я жду вас обоих через десять минут у себя в кабинете.

Направляясь к двери, я успел подметить, как преемники молниеносно кинулись расставлять тренажёры по местам. Аккуратность – отличная черта, я мысленно улыбнулся.

Предвкушение задания будоражило кровь. Как же приятно чувствовать себя востребованным.

Зайдя к себе, я встал у книжных полок, чтобы дать себе отдохнуть три минуты, прежде чем начать собираться в дорогу. Медитировал стоя ввиду нехватки времени, но отдохнуть удалось хорошо. Повторяя выученные с детства упражнения, я выделял по двадцать секунд на каждую группу мышц. Порадовался, что боль в ране не усиливалась. Подойдя к столу, я взял свой пояс, оружие и сумку, которая всегда была наготове, только в этот раз добавил туда пару снадобий на случай, если ранение даст о себе знать.

Когда в кабинет постучали, я уже сидел за столом, подписывая финальные распоряжения, чтобы отлаженная работа вверенных мне ведомств не нарушалась во время моего отсутствия.

Я крикнул: – Входите!

– Эксэл Максар, – поклонился Второй, а Первый за его спиной упрямо выдержал мой взгляд. Дерзость – неприемлемое качество кандидата в Высших членов Ордена. Эта невероятная уверенность в превосходстве, что сквозила в глазах Первого. Неужели лишь потому, что он был выбран первым. Какое глупое заблуждение. Если бы он мог сделать хотя бы половину того, что, как он думал, он может, я не выбрал бы Второго. Ему, видимо, это не приходило в голову. Откуда это в нём? Преемников никогда не воспитывают с верой в то, что они превосходят всех остальных в силу своего положения.

Я указал преемникам на кресла у моего стола.

– Присаживайтесь, – пригласил я, и, выждав, пока они устроятся, объявил, – Я отправляюсь на задание через тринадцать минут. В моё отсутствие вопросы по магическим преступлениям касательно краж курируешь ты, Первый, а вопросы исследований в области артефактов перемещений – ты, Второй. Надзор за тренировками учеников нашей группы – оба, разделите задания по своему усмотрению.

Я достал из стола голубой шар освидетельствований и, активировав его, произнёс:

– В случае, если я не вернусь и до момента прохождения вами испытания, ответственным за все вопросы становится Второй.

Преемники ничего не сказали, но я видел, как неприятно удивлён был Первый, однако я не сомневался в своём выборе. Первый недопустимо эмоционален, и пока он с этим не справится, толку из него не выйдет.

– Вопросы?

– Нет, Эксэл Максар. – Ответил Второй, пока Первый продолжал хранить молчание.

– Приступайте.

Когда преемники вышли, я задумался, стоит ли сообщать главе Государства Серебряных Потоков, что к ним будет направлен член Ордена. Поддержка может и не помешать, но может и навредить. Мы ведь не знаем, с кем имеем дело и насколько высоко они пробрались к правящей верхушке. Я решил явиться как путешественник и просто устроиться на работу в какой-нибудь центр сплетников в столице государства. Когда вы работаете на благо всего человечества, ценится это вашими современниками или обществом или нет, добрая вселенная вступает в сговор, чтобы поднять вас и предоставить возможности. Злая сила делает наоборот. Вопрос остается в том, как отличить добро от зла, а пока это не выяснится ̶ лучше действовать одному. И лишь когда научитесь делать каждое проклятие благословением, учиться на боли и следовать своему чувству справедливости, тогда вы сотворите великие дела для всех. Это единственно верный путь к победе.

Государство Серебряный Потоков живёт водной стихией и славится своей индустрией артефактов. Я слышал, что ученики оттуда обладают прекрасной физической подготовкой. Я задумался, в каком же образе мне будет удобнее всего появиться, учитывая вводную информацию.

Решив, что лучше всего получится влиться в массы наравне с населением ниже среднего достатка, я изготовил идентификационный жетон по стандартам государства и, добавив пару рубах и плащ попроще в сумку, вышел во двор седлать Питра.

Дракон был рад меня видеть, а, подметив сумку в моих руках, оживился, припадая на передние лапы и радостно порыкивая. Через два часа я наслаждался полётом в прохладном дневном воздухе, окружённый облаком иллюзии.

По плану я собирался сесть в нескольких километрах от ворот столицы, чтобы благополучно, согласно выбранному образу, подойти к городу пешком.

– Впереди Якоты, – сообщил Питр ментально. – Садимся?

Я согласился. Якоты – невидимые человеческому глазу птицеобразные вечно голодные хищники. Привлекать внимание этих тварей сейчас не имело смысла.

Под нами бушевал океан. Волны поднимались внушительные, и скалистый край берега, где располагалась столица, был виден плохо в пелене моросящего дождя.

– Противная погода, – заявил Питр. – А кем я буду по легенде?

– Фритом. Крупным и неповоротливым, так что постарайся, пожалуйста.

Как только мы сели, я достал из сумки заготовленный артефакт и надел на лапу моего верного помощника. Фрит вышел крупноватый, но это лучшее, во что можно визуально спрятать дракона.

– До ворот пять километров, – сообщил я, похлопывая его по спине.

Скользили мы по размытой жиже дороги недолго, двигаться удавалось достаточно быстро, так что к воротам мы подошли с задержкой на две минуты от моего первоначального плана. Стражи стояли по периметру столицы вдоль ворот на расстоянии десяти шагов друг от друга. Это значило, что в государстве полная мобилизация внутренних сил в связи с участившимися случаями нарушений.

– Документы и цель визита, – пробасил один из стражников у самых ворот, едва я приблизился.

Я протянул ему универсальный жетон и, подкрепив мои слова лёгким внушением, сообщил:

– На ярмарку илистых снадобий.

– Проходи. – Ответил тот, кивая своим напарникам открывать засов на воротах.

В столице государства Серебряных Потоков я бывал всего дважды до этого, и оба раза глубокой ночью, так что города особо не видел. Первое, что бросилось в глаза, жители изрядно постарались, украшая улицы к ярмарке. Меня всегда удивляло, сколько сил и, самое главное, времени люди готовы впустую тратить на всякие пустяки. Я уж молчу о средствах, спущенных на эти вычурные ленты и сферы, летающие над головами по улицам. Отвратительное расточительство государственного бюджета. Неудивительно, что у них, по нашим данным, уже семь убийств с лишением силы, если они часами стоят и в небо пялятся с открытым ртом.

Однако, финансовые растраты не в приоритете в этот раз, так что нужно выяснить, где тут самое популярное место для сплетников. Как показывает практика – информаторы там просто кучкуются и, порой, ценные данные можно получить даже не напрягаясь, просто оказавшись рядом в нужный момент. Неспешно шагая от ворот по центральной улице, я оглядывал прохожих и вывески заведений.

– Любезный, не подскажите, где добротное местечко перекусить? – Обратился я к какому-то мужчине, тянувшему телегу с целым ворохом серебристых лент.

– Трактир «Пятки в потолок», —сообщил прохожий. – Еда и сносная, и недорогая, и девку что надо выдадут.

– Спасибо, – поблагодарил я его, удивившись, с чего он решил, что я могу искать девку? Неужели мой измотанный ранением организм делает меня похожим на примитивное животное. Пройдя ещё несколько метров и оглядевшись, решил обратиться к весьма респектабельно одетой пожилой даме: – Любезная, не подскажете, где тут можно перекусить да про город узнать?

– Ой, ты мне с плетёнкой помоги, я тебя дома накормлю. Никто кроме меня так хорошо город не знает! – ответила дама. И смерив меня оценивающим взглядом добавила: – Ты, смотрю, парень крепкий, коль хочешь, у меня внучка гостит.

Я сжал челюсть от удивления. Что происходит?

Поблагодарив даму с вежливым отказом решил, что пойду в трактир. При большом количестве людей проще скрыться. Благо, заведение оказалось рядом. Питра я привязал у забора.

– Животинка у тебя какая лощёная, – обратился ко мне какой-то толстяк, сидящий за столом на улице, едва я сделал шаг по направлению к дверям трактира. – Не продашь?

– Нет, – отрезал я и решил, что, видимо, придется расположиться на улице, иначе этот добряк попытается украсть моего Дракона.

– Ты ко мне, давай, за стол, – опять помахал мужчина. – Не местный, я гляжу. На ярмарку что ли?

– Осесть хочу, – сообщил я, нехотя садясь. Ну, раз болтун сам меня нашёл и буквально напрашивается на допрос, не буду отказываться, – Ты не слыхал, где рабочие руки нужны?

– Да были бы рабочими, дело найдётся, – он окинул меня любопытным взглядом. – Мужик, смотрю, приличный, животина в содержании ухоженная. Не бедный поди?

Почувствовав слабенькую попытку внушения, усмехнулся. Простолюдины-то ясно, что всё сразу рассказывают: где и по сколько монет держат. Решил не отвечать, просто помялся, опустив глаза. Пусть думает, что я зрительный контакт сбил. Мужчина расстраивался недолго и сменил тактику, решив сначала втереться в доверие.

– На ярмарке смотрители будут нужны. К Асеку обратись. На площади его найдёшь, – отчеканил толстяк, улыбаясь.

Я поблагодарил его и, быстренько извинившись, отвязал Дракона и поспешил найти потенциального работодателя.

Площадь была опять же увешана всякой ерундой. Прилавки в серебристых звездочках невероятных размеров, подготовленные для ярмарки, переливались на солнце всеми цветами радуги, затрудняя обзор площади. Какие-то девицы толпами вышагивали по площади, смеялись, кудахтали над цветными лентами в тачке, размышляя, куда их ещё повесить. Вздохнув, понял, что кроме них, обратиться не к кому. Делать нечего, приблизился спросить: – Любезные, не подскажете, где Асека найти?

Девушка, что была спиной ко мне в тот момент, быстро повернулась:

– А зачем он тебе? – Быстро оглядев меня, она сфокусировалась на моём лице и её красные губы расплылись в улыбке. Она положила руку мне на плечо: – Может, я помогу?

Девушку тут же оттолкнула другая. Шагнув почти вплотную, она полуобняла меня за талию. – Или я?

Скинув руки обеих, я отступил назад с четким: – Мне поможет только Асек.

Дамы скривились и сникли, будто я признался, что болен чем-то заразным и вонючим. Эх, надо было так и сказать – не полезли бы трогать.

Одна из девушек ткнула пальцем под прилавок в центре: – Там он, товар проверяет.

Мужчина оказался достаточно приятный в общении, сразу принял меня на работу. Правда, стоит признать, поскольку мои предыдущие попытки ведения беседы были весьма скромны, я даже не стал утруждаться разговором, просто установив зрительный контакт, внушил мужчине правильное решение.

– Завтра в семь утра, не проспи! – посоветовал мне работодатель. – Угол предоставляем в трактире «Пятки в потолок». Назовёшь моё имя – выдадут комнату. Животину, только во двор.

Так, не удастся мне обойти это известное местечко. Вздохнув, я направился в сторону трактира, пытаясь убедить себя, что учитывая популярность в городе, место и правда может быть центром языкочесания. Разве это не удача?

Пока шел до трактира, пытался успокоить Питра, уверяя, что ночь во дворе гостиницы – это не так и плохо, особенно если не будет дождя.

Глава 2. Ребекка

– Какого дьявола ты вытворяешь! – голос отца, раздавшийся у меня над ухом, рычащим шепотом, заставил вздрогнуть от неожиданности. – Ребекка, полегче удар!

Я направила мяч в сетку намеренно и полюбовалась, как его босс на той стороне корта радостно ухмыляется, а его дочь в поросяче-розовом платье подскакивает от восторга.

Настроение у меня сразу ушло в ноль. Безжалостное полуденное солнце пекло, заставляя футболку прилипнуть к телу. Бездвижный воздух душил, усугубляя состояния разбитости. Ненавижу эти концерты поцелуев в задницу. Какого дьявола мы вообще с ними играем каждый месяц? У меня потом три недели занимает забыть этот позор перед новой встречей.

Отец подошёл подбодрить:

– Отлично Бекки, не забывай: его победа – это моя победа. – Отец подмигнул мне и слегка кивнул, потрепав по плечу.

Я поджала губы. Если честно, то мне хотелось вставить ракетку в задницу мистера Далтона, но я умудрилась улыбнуться, по крайней мере левым уголком губ. Уговаривая себя думать о приятном, я очень удачно изображала потерянность на корте.

«Поеду-ка после матча к Шону и останусь у него на ночь».

Давно пора скрепить наши отношения, как говорится, а главное папа будет в бешенстве. Мои губы растянула довольная улыбка. «Итак, закончу в шесть, двадцать минут на душ и переодевание и я в машине. Тридцать минут по трассе и я у Шона».

Так отвлеклась, что опустила ракетку и вообще пропустила пасс этой свинки. Рисуя в воображении образ моего парня в расстёгнутой на треть чёрной рубашке я лениво поглядывала, как папа аж подпрыгивал от восторга, кивая мне.

– Ребекка, отличная игра! – жал мне руку мистер Далтон, через час, когда позор, наконец, закончился. – Может ты хотела бы потренироваться с Милдрет дополнительно? Она сейчас в отличной форме – подтянет тебя.

Я потеряла дар речи и перевела взгляд на его бесформенную дочь, запиханную в розовый костюм для игры в теннис. Явно пошитый на заказ, чтобы удовлетворить прихоти клиента, как говорится, и к цвету, и к покрою, он привлекал внимание корсетной ставкой совершенно неуместной в спорте. Поджав губы я опустила взгляд на непозволительно короткую даже для тенниса юбку Милдрет. К сожалению, пауза с моим молчанием затянулась и могла стать фатальной, поэтому встрял папа:

– Прекрасно, Джек! Бекки в восторге.

«Убейте меня».

Заставив себя улыбнуться, я исподлобья взглянула на радостную Милдрет, которая протянула мне руку и икнула. Пожимая её липкие потные пальцы, я уговаривала левый уголок губ чуть-чуть приподняться.

– Отлично, как насчет ужина семьями в субботу? – продолжал папин босс, подозрительно косясь в расстегнутый ворот моей футболки поло.

– Отлично! – папа явно собой доволен. – Давайте у нас.

Вот дерьмо! Мои выходные с Шоном только что накрылись. Я бросила умоляющий взгляд на отца, но он сиял, как утреннее солнце и подмигнул мне. Значит в этом месяце теннисный позор повториться несколько раз с интервалом в сутки. Это означает только одно, мне нужна интенсивная терапия, иначе я не смогу держать себя в рамках покорного послушания. Картинка с Шоном в расстегнутой рубашке в моих мыслях прогрессировала до Шона без рубашки.

– Я в душ, – сообщила отцу и ушла в здание Теннисного клуба «Далтон Групс». Конечно, это было привилегией играть с самим владельцем, быть допущенной к дружбе с его дражайшей Милдрет и разделять субботние трапезы в кругу семьи. Далтон доверял отцу, это действительно был бизнес успех нашей семьи, но, господи, какой ценой. Успех через унижение. И то и другое – неосязаемые вещи, реструктурирующие душу человека, их испытывающего. Ни один человек не может владеть тем, чего не может потрогать или увидеть, как никто не может увидеть душу. Такие люди как Далтон живут в иллюзии обладания. Своим маленьком мирком, своими рабами, как мой отец. Далтон думает, что ветер дует только для него, что солнце светит только, чтоб он радовался дню. Все что он собой представляет на самом деле, это задира. Да, как в детском саду, считающий, что право имеет, только потому, что иллюзия обладания никогда не занимала его мозг вопросами реальности его имущества. Тиран перед глазами Бога, и я, в отличие от отца, предпочитающая быть собой. На месте родителя, я бы не старалась прогнуться или угадывать слова диалога, который бы был приятен боссу. Горькая ирония в том, что, хотя мое тело сковано в действиях ввиду того, что, как дочь, я имею обязательства и должна поддерживать отца, мой разум всё же более свободен, и менее боязлив. Если я могу быть благородной в этих муках, мне нечего бояться. Когда-нибудь, когда я закончу учебу, я смогу съехать от родителей и, надеюсь, буду сама командовать своей жизнью.

Спасительная прохлада раздевалки. Расстегнув молнию на юбке у своего шкафчика, я прокручивала в голове варианты, как удивить Шона. Можно купить тортик и просто вломиться со стороны веранды. Возможно стоит надеть красивое бельё, или…

– Ты очень красивая, Ребекка! – я уронила юбку на пол от неожиданности. Узнавание голоса прошло морозом по позвоночнику. Резко повернувшись я встретилась взглядом с горящими глазами мистера Далтона. Сердце ухнуло в пятки и оттуда пустилось в бешеный ритм, разгоняя в голове панические восклицания:

«Где его дочь? Никого нет рядом!»

Вот сейчас я бы не отказалась от её компании. Поджав губы, я наблюдала как босс отца приближается ко мне, стоящей в футболке, трусах и носках, не смеющей пошевелиться. Уверена, он понял, что я испугалась, но попыталась поступить храбро:

– Это женская раздевалка! Выйдите, пожалуйста, я переодеваюсь.

Чёртово послушание, вдалбливаемое отцом, не позволило мне звучать невежливо.

Мистер Далтон усмехнулся и, преодолев остававшееся расстояние двумя стремительными шагами, вдруг положив руки мне на талию, с силой впечатал в шкафчики за моей спиной. Это было настолько неожиданно, что я потеряла равновесие и ударилась локтем о дверцу, несмотря на то, что его горячие потные руки жгли через футболку. Почувствовав губы босса отца у себя на шее и его лапу, спустившуюся ниже, я набрала в рот побольше воздуха, чтоб закричать.

Мужчина разгадал мой манёвр и отстранился.

– Это мой клуб, Ребекка, кричать бесполезно, – он оттолкнулся от меня, отпуская и кривя губы в ухмылке. – До субботы.

Руки и коленки у меня тряслись от страха с такой силой, что я с трудом доехала до дома. В голове вертелась брошенная Далтоном прощальная фраза. Прозвучало как приговор. Уверена, они притащатся к нам в дом и, дождавшись момента, когда родители выпьют, расслабятся и предложат остаться на ночь, он придет ко мне.

По лестнице в свою спальню я влетела с поразительной скоростью и, достав первую попавшуюся сумку, начала скидывать туда вещи.

«Если папа думает, что ради финансовых побед я и сама должна сдаться этому ублюдку – черта с два!»

Через семь минут я уже была опять в машине с вещами на пути к Шону. Я не смогу вернуться домой. Растерянность – отвратительное чувство. Вроде ещё утром я просыпалась с какими-то планами на день, неделю, месяц и вот, спустя каких-то четыре часа я не знаю, что делать дальше.

Вернувшись домой, я буду должна играть этот спектакль со всеми его актами. Не вернувшись домой, я не смогу продолжить учебу, потому что за университет платит отец. Моя подработка не сможет покрыть все расходы, если еще придется оплачивать жильё.

«Что мне делать?»

В дверь дома своего парня я барабанила с той же частотой, что тряслись руки, но никто не открыл. Облокотившись на косяк, я присела у кашпо с розовой петунией.

«Ну где его носит?»

Мы, конечно, не договаривались сегодня встретиться, но как-то не думала, что у него могут быть планы. Может он на работе сегодня, я даже об этом не подумала. Поднявшись на ноги, я поняла, что шок от пережитого повлиял на меня гораздо сильнее, чем я предполагала. Я осознала, что переоделась в белое платье для тенниса и леггинсы. Про красивое бельё я, естественно, тоже не вспомнила. Опустив взгляд на сумку с вещами, я поняла, что и ракетку с собой прихватила. «Господи, что за бестолочь!»

Вздохнув, я огляделась и вспомнила, что со стороны сада Шон заднюю дверь обычно не запирает. Решила обойти дом. Впервые за сегодня мне повезло и я вошла через веранду на кухню. Бросив сумку на плетёную кушетку, я прошла к холодильнику и, достав оттуда банку пива и открыла. Не то, что бы я это пила, но в холодильнике более ничего на глаза не попалось, да мне, если честно, было не до выбора напитков.

В следующую секунду у меня чуть сердце от испуга не выскочило, когда Шон ввалился на кухню в расстёгнутой рубашке весь взлохмаченный:

– Бекка? Ты…ты что тут делаешь?

– Боже, ты что, спал? – я похихикала, окидывая его взглядом. Господи, почти как в моём воображении, только рубашка не черная, а синяя. Я смотрела на Шона таким взглядом, что мне даже показалось у него румянец на щеках выступил. Облизав губу, я рассказала ему о случившемся.

– Шон, я просто вся на нервах, прости, что так вломилась. Папин босс клеился ко мне, представляешь! Я не знала, что делать. Я… – Нервы сдали, я всхлипнула, пытаясь отогнать жжение в глазах.

– Любимая, это ужасно! – он подошел меня обнять. Теплые руки и медленные поглаживания обещали спокойствие. Я уткнулась ему в грудь, чувствуя, как бьется его сердце.

Шон погладил меня по голове и отстранился, заглядывая в глаза: – Давай куда-нибудь сходим развеяться? Да? Иди к машине я сейчас подойду.

Я покачала головой, решительно обхватывая его за талию: – Ну уж нет, я никуда не пойду. Давай дома развеемся.

Опустив руку по его спине, я умудрилась запихать её за ремень на его брюках. Уверена, это было достаточно красноречиво. Однако, мой парень не воспринял приглашение с энтузиазмом, чем меня весьма озадачил, ибо ранее мы не раз обсуждали тему, насколько ему хотелось бы стать ближе. Я уверенно сжала пальцы, настаивая.

На Шона это произвело обратный эффект и, проснувшийся в нем праведник, сообщил: – Бекки, я настаиваю! Ты расстроена! – он меня отстранился и почему-то отвёл взгляд. – Иди в машину.

Я посмотрела не его взлохваченные волосы ещё раз и догадка настигла меня молниеносно, острой иглой вонзившись в сердце. Если честно, я даже будто не расстроилась. Возможно, при наступлении шоковых ситуаций порционно раз за разом, защитные барьеры организма активизируются, ограждая нас от новой боли. Я почувствовала, что загоревшаяся в крови злость вдруг разлилась по венам:

– А что такое? – поинтересовалась я, отступив и высвободившись из его объятий. – Или кто?

– Что ты, любимая, я просто хочу тебя взбодрить.

Он кусал губы, пока я стояла секунд десять, размышляя, хочу ли я это видеть. Решив, что знание лучше, чем неизвестность, я решительно прошагала через гостиную к лестнице и начала подниматься наверх. Шон скакал за мной, пытаясь обогнать, но куда ему! Он не занимается спортом так интенсивно, как я.

Собственно говоря, я уже подготовилась увидеть полуголую девицу в кровати, которая в испуге пыталась спрятать голову в одеяле.

– Взбодрить говоришь? – я оглянулась на Шона, замершего за моей спиной у дверного проёма. Запыхавшийся и раскрасневшийся, он с досадой кусал костяшки пальцев на левой руке. Я продолжила: – Удалось! Молодец, спасибо.

В машину садилась спокойная, как никогда, и дорулила до ближайшего паба.

«Так, сейчас я немного выпью, как плохая Леди, а потом поеду к Линде ночевать. На такси, естественно».

Парковка была битком, но мне было настолько плеваться, что я кинула машину почти последи дороги. Даже если эвакуируют – фиг с ней. Стукнув пару раз по рулевому колесу, я пыталась проморгать подступавшие слёзы и вытащила из сумки ракетку. Наряд у меня и так не для паба, надеюсь сочтут за сумасшедшую и не будут приставать. Я впервые собралась в паб одна.

В заведении было полно народу, но я умудрилась протиснуться к столику в углу и заказала эль. Уверена, мне не задавали вопросов, поскольку мой горящей ненавистью взгляд выдавал, что я готова убивать. Примерно на третьей кружке я осознала, что эль – коварная штука, и небольшой процент алкоголя в нем аккумулируется при интенсивных вливаниях натощак в геометрической прогрессии.

– Привет! – какой-то парень подсел ко мне. Слегка затуманенным взглядом я окинула его странный прикид: кожаная коричневая жилетка, льняная бежевая рубашка и длинные, затянутые в хвост на затылке грязные блёклые волосы. – Скучаешь?

– Катись отсюда, я не в настроении! – отрезала я, сжимая под столом рукоятку ракетки.

– Что так грубо-то? – Он ухмыльнулся и мне это совсем не понравилось. Я решила, что буду игнорировать. Рано или поздно ему надоест и он пойдет искать добычу попроще. Вдруг к нам за стол подсели двое по обе стороны от меня. – Ты что, не видишь, девушка деловая. – Один из новеньких хлопнул по плечу первого парня. – Давай сразу о деле, Ребекка.

Алкогольная нега рассеялась от ледяного ужаса: – Откуда ты знаешь моё имя?

Мне стало не просто страшно, а я бы описала это как животный страх – жуткий, липкий, оставляющий следы под кожей. Я сжала ракетку покрепче.

– Мы много, что знаем. Нам нужна одна услуга в обмен на которую мы сохраним тебе жизнь. – Пояснил тот, что подсел первый.

Так, если я закричу, владелец вызовет полицию. Решила без дополнительно подготовки, чтобы парни не успели разгадать мой манёвр.

Открыв рот я выдохнула, но по какой-то причине ни звука из моего горла не вырывалось, хотя я чувствовала как напрягаются голосовые связки. В шоке я втянула воздух, закрывая рот и лихорадочно размышляя, что делать.

– Что за ребячество, Ребекка, – третий парень махнул рукой и, к моему ужасу, все посетители и персонал, как по команде, стали выходить из паба.

– Что?…Как? – я не знала, как сформулировать вопрос: мозг отказывался воспринимать происходящее. Я с ужасом наблюдала, как, проходя мимо, никто не обращает на нас внимания. Будто под гипнозом, люди двигались к двери.

– Давай, ты будешь хорошей девочкой и сделаешь, что говорят. – Парень, сидящий справа, схватил меня за подбородок и притянул к себе. Его лицо было в двух дюймах от моего и я почувствовала запах потного, давно не мытого тела. Меня замутило. – Ты ведь хочешь быть живой, хорошей девочкой, Ребекка?

Я кивнула, понимая, что выхода нет. А что мне оставалось делать? Боковым зрением, я заметила, как парень, что был слева от меня, положил руку мне на голову и в следующий миг всё померкло.

Глава 3. Максар

Первым делом утром я выглянул во двор проверить, как дела у Питра. После вчерашней дождливой пасмурности, сегодняшний день обещал быть приятным в плане погоды. Солнце светило ярко, но ещё не было таким жарким, как летом. Тропинки на заднем дворе более не представляли собой полосы изрытой грязи. Прогретые лучами, они казались высохшими. Стебли редких растений, обрамлявших тропы по сторонам колыхались легким ветерком. Воздух был более тёплым и ароматным. Между живыми изгородями, около двух метров высотой, я разглядел загон с Питром. Недовольный взгляд исподлобья передавал всю горесть сложившегося положения. Он явно не наслаждался красотой природы, а драматично вздыхал, не имея возможности даже развернуться в узких стенах загона.

Дракон одарил меня страдальческим вздохом, едва я приблизился, поэтому решил, что сегодня куплю ему повозку сырого мяса. Мне тоже нельзя сказать, что было легко. Ночевать в доме терпимости, коими, по сути обернулись трактирские комнаты, оказалось возмутительно раздражающе. Конечно, ни стоны, ни шепот, ни зазывные речи не смогли нарушить моё душевное равновесие. Я просто отнёсся к этому, как к очередному испытанию, которое меня закалит, однако отдохнуть хорошенько у меня тоже не получилось.

Несмотря на то, что комната, что я снял, была удовлетворительно чистая, а плотная деревянная дверь смотрелась надежно, как и прилагаемый к ней металлический ключ, оставлять ничего из вещей тут не хотелось, поэтому сумку определил на дракона на время, пока буду отрабатывать свой первый день на ярмарке.

В трактире на завтрак собралось очень мало народу. Я ожидал, что в день открытия масштабного народного гуляния тут будет не протолкнуться. Взяв себе Элмит и кусок слабосоленой тины, уселся за дальний стол послушать, что заботит жителей с утра.

Центральные забегаловки любого города, особенно на главных улицах ̶ это самые ценные источники информации. Это места, где можно услышать болтовню за каждым столиком, шутки, поддразнивания, громкие пререкания и едва слышные сплетни. Еда простая и доступная большинству, декор незамысловатый и столики расположены близко друг к другу, чтобы вместить максимум клиентов. Я люблю такие места за то, что собирают информаторов, за откровенные разговоры последних, за речи без прикрас исходящие четко от народа, которые можно проанализировать, за привычку людей встречаться друг с другом и за возможность завести эти непринужденные связи в новом месте по приезде.

– Ты слыхал, Фриск опять притащил мясо единорога, – послышалось слева. Я не поворачивал головы. Несмотря на то, что контрабанда мяса единорога преступление, конечно, особо тяжкое, у меня другое задание в приоритете, а посему пришлось подавить приступ справедливости.

– … Такое будет, ты ещё не видел…, – долетели обрывки фраз справа. – Говорят, редкий товар. Да, прямо тут! Девку можно купить чистую, как новорожденную.

Так, ну это было поближе к интересующей меня теме, поскольку во вводных отчетах пропажи девушек шли первым списком в сводках.

Собеседник мужчины за столиком скептически хмыкнул: – С чего ты взял? Тут чистых девок отродясь не было.

С этим я мог легко согласиться. Учитывая, что девушки либо сами, либо через посредников недвусмысленно намекали на свою доступность, начиная с самого момента моего прибытия: будь то внучки прохожих дам, будь то торговки на ярмарке.

– Девки не местные. Говорят, товар чужаки поставляют. Ходят слухи, что они из … Этих! – голос перешел на шепот и я ничего не расслышал дальше. Само по себе преступление о продаже рабыни меня насторожило не меньше, чем мясо единорога, а то, что про чужаков говорят, и кого подразумевают под таинственным «Эти» меня насторожило ещё больше, поэтому придвинулся к столику прямо со стулом.

– По чём девки? – обратился я к тому, что активно жестикулировал руками и вещал, про редкость товара.

– Откуда мне знать? Приходи, может и тебе какая по карману. Начало в девять. – Он подмигнул, растянув губы в улыбке. Я понял, что сам мужик собрался на торги однозначно и, более того, будет в первых рядах сидеть.

– Откуда девки? – я умудрился установить с информатором зрительный контакт.

Как это обычно бывает с простыми людьми, не наделенными магией, взгляд мужчины затуманился, движения замедлились и он монотонным тоном отрапортовал: – Фриск сказал, что ему отшельники поставили. Четыре чистые девицы из Миров Содружества. Говорит, что сами члены Ордена обычно таких заказывают для своих утех, так что чистейшие девки – это точно.

Я ослабил силу внушения слегка моргнув: – Что ж продают? Краденые?

Мужик начал слабеть, но плечами пожал. Поняв, что информатор выдал всё, что знал, я повернулся к его собеседнику за столом. Увлеченно болтая Элмитом в своей кружке, тот зло процедил: – Вот как Орден отношения налаживает с мирами! Дурят нас, как скотину, а мы и верь! —он оторвал взгляд от напитка и пригнулся к нам поближе. – Я вот что слыхал: отшельники набирают силу. Все они – мужики с магией, они себе мощную армию готовят. Поднатаскаются, а потом – переворот и … Это… Того… Справедливость восстановят. Зажрался этот Орден!

– Да уж. – Согласился первый информатор. – Коль баб им иномирских подавай, пищу наверно, только с рук самого бога Алты едят! – мужик повернулся ко мне, качая головой. – Нельзя Ордену больше верить. Все уже говорят про его промахи. Вы слыхали? Что ни день – новое преступление! И где они, спрашивается?

Ну и новости! Я только на завтрак вышел, а уже можно отчёт отправлять. Доверие Ордену подорвано в массах. Это меня не удивляет, толпе всегда проще внушить стадное недовольство. Винить высшую власть всегда удобно, особенно по-тихому за глаза. Надо будет и с правящей элитой государства пообщаться – их отношение выяснить.

На рыночную площадь я явился вовремя, в отличии ото всех остальных, зато работодатель меня похвалил, когда справился с удивлением.

Ярмарка оказалась занятным событием с той точки зрения, что все посетители навеселе много чего пересказывали. С точки зрения времяпрепровождения – пустая трата ресурса. Толпы таскались по одним и тем же прилавкам, что-то смотрели, нюхали, мерили, покупали, опять смотрели, мазали, спорили о цене и так постоянно.

Асек удивил меня к полудню:

– Иди поешь! – сказал он. Я решил, что если есть возможность утолить голод ̶ нужно воспользоваться случаем. Неизвестно, в какой ситуации ужин застанет.

Направляясь к трактиру, я увидел двух крепких мужиков, у одного их которых на плече безжизненно висело тело девушки. Белое платье с невероятно короткой юбкой и белые брюки, бесстыдно облегающие длинные ноги, оставляли мало простора для воображения. Белокурые волосы волнами свисали почти до колен мужчины, что её нёс. Окинув всех быстрым взглядом, я понял: неместные все трое. Мужчины крепкие и хорошо одеты. Меня поразило вульгарное одеяние девицы. Также я молниеносно осознал, увидев, как они повернули к трактиру, что она из другого мира и явно ворована, раз бездыханная висит на плече. Более того, видимо, это и есть редкий товар, про который мне рассказали с утра. Второй мужчина тащил какое-то приспособление, тоже явно не нашего производства. Непонятная сетка с ручкой. Функционал неясен.

В крови заструились потоки магии с бешеной скоростью, как это обычно бывает в предвкушении сражения. Если это и есть отшельники, надо попытаться наладить контакт. Я пошёл за чужаками. Зашли они, как и предполагалось, в трактир, только с черного хода. Я постоял немного за углом, надеясь дождаться, когда мужики выйдут, но никто не вышел. Ладно, вечером приду на торги, попробую пообщаться. Ясно ведь, что это одна из девок на продажу. Я, можно сказать, присутствовал при поставке товара.

За обедом в трактире ничего интересного выяснить не удалось, зато вынес Питру несколько кусков мяса с кухни, которые взял, убедив повара, что повар как раз я.

– Хорошо, поработал, – хвалил меня Асек в конце дня за то, что я выловил трёх воришек. Он отсчитал мне пять монет. – Завтра можешь попозже выйти.

Воров было на самом деле гораздо больше, но мне не хотелось выделяться, поскольку остальные смотрители – просто стояли и ковыряли в ушах или флиртовали с улыбающимися девицами всё время ярмарки. Мне же главной задачей – было послушать, что болтают, а воришки, как известно, при верно примененных рычагах шантажа становятся очень словоохотливыми.

Поблагодарив работодателя, направился к лекарской лавке: целые сутки на ногах, к моему разочарованию, потревожили рану. Покупая снадобья, я вспомнил о девице на продажу. Её явно против воли притащили, может и били. Наверно стоит травы ей передать, заодно допросить.

Запах камфоры, диэтилового эльфийского эфира, успокоительной настойки, зубодробительные сочетания очень интенсивно и специфично пахнущих веществ ударили мне в нос. Ароматы, создающие вместе атмосферность любой лекарской лавки. Место, где мы пытаемся найти хороший и надежный медицинский совет, если нет времени идти к целителю, и получаем помощь в надежде вернуть здоровье.

Взяв несколько целебных мазей, способствующих восстановлению тканей, я понял, что по времени уже должны начинаться торги, а значит, пора поспешить в трактир.

Гам сотни голосов был слышен с улицы. Толпа зрителей поражала масштабом. Похоже, все, кто были на ярмарке, приперлись смотреть на редких девиц, набившись в обеденный зал трактира. Свободных мест не было, многие стояли вдоль стен в два ряда, где позволяло пространство. Некоторые сидели на столах, перекрывая видимость расположившимся за их спинами зрителям.

Я протолкался внутрь и, буквально распихивая народ локтями, умудрился встать почти у импровизированного деревянного помоста, наспех собранного из ящиков. На постаменте, уже стояли четыре девушки. Одна – эльфийка, но не чистокровная. Её серебристые волосы спутались, глаза были устремлены в пол и поникшие плечи открывали ссадины на плечах. Её подруги по несчастью, три девицы из Государства Алых Искр, вели себя весьма уверенно. Бросая томные взгляды в зал, они, либо махали, либо подмигивали мужикам в толпе. Я скептически выгнул бровь, вспомнив утренний диалог о чистоте девок. Девушки, что я видел днем, нигде не было. Где же иномирянка?

На постамент вышел крепкий мужичок и, подняв руку вверх, призвал к тишине.

– Дорогие друзья, мы рады приветствовать вас на уникальном вечере посвященном девичьей красоте. Сегодня у вас есть уникальная возможность купить себе подругу для нежности. Начнем, пожалуй, прямо сейчас. – Он прошагал до крайней слева девицы, которая в данный момент посылала воздушный поцелуй в зал, и пробасил. – Десять тысяч монет за чистую красотку Алых Искр!

Схватив за руку девушку, второй рукой он стянул в неё дымчатую накидку. Тот факт, что девушка не стеснялась стоять практически голой перед толпой мужчин заставил многих усомниться, действительно ли она столь чиста, как заявлено.

Я оглядел помещение. Тех, кто притащил иномирскую девицу и кого я посчитал отшельниками, не было видно. Безразлично наблюдая, как раскупают рабынь, я задумался, также ли глупо сейчас мои братья тратят время?

– Продана за тринадцать тысяч монет! – огласил торговец, когда какой-то странник приобрел Эльфийку. Народ, обсуждая увиденное, начал гадать всё ли это и пора ли расходиться. Кто-то считал, что девок было слишком мало, кто-то комментировал, что иномирских и вовсе не оказалось.

– А сейчас вас ждет настоящая драгоценность! Кристалл немагического мира, чиста, как взгляд младенца – пятая и самая бесподобная! – проорал с постамента торговец, а толпа моментально затихла.

Я увидел, как крупный мужчина выносит иномирянку на постамент. Девушку поставили в центре. Я был достаточно близко, чтобы разглядеть её лицо. Стояла она плохо, потерянно оглядываясь и щурясь от направленного ей в лицо прожектора. Идеальные черты лица, пронзительные голубые глаза, затуманенные каким-то дурманом. Девушку опоили. Я сразу понял, что её ещё и били, поскольку скула была рассечена и на полной нежной губе была запёкшаяся струйка крови. Раздевать её не стали, видимо для убедительности, что иномирянка. В руке она держала свое приспособление с сеткой, очевидно, для усиления эффекта. Народ вокруг гудел пуще прежнего, что невероятно раздражало. Я завороженно смотрел на неё и какое-то чувство, возникшее в душе вызывало непонятное беспокойство. Я решил, что это жалось. Девушка была невероятно хорошо сложена и безумно красива, даже несмотря на следы побоев. Думаю, никто даже не удивился, когда огласили цену: – Пятьдесят тысяч монет.

В зале стало тихо: сумма немалая, хоть товар, действительно, стоящий. Я смотрел на мужчину на постаменте, который, вместо того, чтобы осматривать зал в ожидании предложений, постоянно косился на дверь. Торговец явно нервничал.

Девушка позади него время зря не теряла и, замахнувшись, огрела купца по голове этой сеткой на ручке. Идея была глупая, сетка слишком тонкая и мягкая, но удар у неё явно неплох. Мужчина покачнулся. Я хмыкнул.

Девушку тут же схватил здоровяк, что вынес её, а купец, держась за голову, уже замахнулся, чтобы дать нахалке пощёчину, но взорвавшаяся у меня в груди ярость удивила даже меня.

– Беру! – услышав собственный громогласный рык, перекрывший весь шум в зале, я встретился с полным ненависти взглядом девушки, пока торговец, опустив руку, поворачивался ко мне.

По толпе пронесся коллективный ропот. Девушка, всхлипнув, обмякла и повисла на руках у здоровяка. Похоже, обморок.

Я направился к задней комнате, для оформления сделки, не сводя взгляда с торговца.

– Где владельцы? – спросил я купца, как только мы оказались в крохотном помещении за шторкой.

– Я владелец. – Сообщил он, указывая мне на стул и помогая здоровяку уложить моё приобретение на подстилку на полу.

Сразу понял, что он врёт. Дождавшись, когда мужчина усядется за стол и достанет купчую, я, заглянув ему в глаза, повторил вопрос.

– Владельцы ещё не пришли. Они мне на сохранность оставили, а я решил продать по-тихому. Когда они придут, нас уже тут не будет. – Монотонно проговорил мужчина, а здоровяк в углу испуганно глянул в нашу сторону.

– Ты их видел, кто они? – настаивал я, не отводя взгляда, пока подписывал купчую.

– Ходят слухи, что отшельники. Девица вроде наделена какой-то магией им нужной. – Мужчина начал слабеть и больше ничего из него выдавить не удалось.

Я взял документ на право владения, свернул его и положил себе в карман. Взяв девицу на руки, уже шагнул к выходу, но потом решил прихватить её сетку на ручке. Как знать, вдруг полезная вещица.

С моей ношей я сразу направился во двор седлать Питра, кляня себя за поспешность и неуместную жалось. Ну почему, я не продумал план детально! Ведь настоящие владельцы кинутся искать. Привязав сумку и положив даму впереди себя на спину животному, я решил, что придется уехать из города, чтобы доставить девушку в центр на лечение. Значит я пропущу несколько дней ярмарки. Это ж надо так сглупить! Что за блажь на меня нашла?

Питр молча наблюдал за моими действиями, хотя, я уверен, вопросов у него было море.

– Я за провизией в путь, а ты пока посмотри за ней, чтоб не сбежала, – попросил дракона.

– Ясно, – ответил тот, пока я доставал монеты из кармана под седлом. – Из какого она мира?

– Не знаю пока.

Я отвёл животное с ношей подальше от трактира и велел ждать меня в переулке через три улицы. Продуктовая лавка была рядом, но я использовал эти минуты прогулки, размышляя над изменением плана.

«Будем считать мою поспешность интуицией. Если отшельникам нужна девица – они пойдут ее искать, а значит им придется рано или поздно поговорить со мной».

Я ухмыльнулся. Думая так, получается, я всё сделал правильно. Всего сутки, а успех операции уже колоссальный – я приобрёл элемент, который жаждет противник.

Возвращаясь из лавки к дракону, я увидел, что в дверях трактира стоят те двое, что притащили иномирянку, и трясут за грудки купца. Разговора не было слышно, да и не пытался прислушиваться: ясно, что про товар спрашивают. Стараясь не особо выделяться, я плавно с толпой двинулся к трактиру, наблюдая, как возмущенные тащат купца подальше от любопытных глаз в переулок. Я притаился за углом, аккуратно выглядывая.

– Её купил чужак и даже не заплатил мне! – купец опустился на колени перед мужчинами. – Око Алты мне свидетель! Я не вру!

– Как он выглядел? – спросил один из владельцев девушки, сжимая пальцы на горле жертвы.

Я решил, что если они прихлопнут купца сейчас, я не успею их допросить.

Приблизившись к мужчинам сзади, я четко проговорил: – Вот так!

Оба чужака были в отличной спортивной форме и, очевидно, и правда, наделены магией. Я увидел у одного из них кольцо-артефакт. Это либо таланты, которых в детстве не направили к нам, либо, что гораздо хуже, провалившиеся в процессе обучения озлобленные на Орден недоноски. Даже если они магически слабее – они сейчас в форме, а я после ранения.

Оба мужчины моментально переключились на меня и один из них, приблизившись, не без труда, но смог приподнять меня от земли. Я позволил ему манёвр лишь потому, что не хотел раскрывать свою силу – пусть думает, что я простолюдин.

– Ты вернешь нам девицу! – шипел он, установив зрительный контакт. Ясненько, магия есть, не спорю, но до уровня Ордена им далеко. У нас ученики второго года, лучше этим трюком владеют.

Слегка растягивая слова, как под действием внушения, я проговорил: – Я не знаю где она, я не для себя покупал.

Купец, наконец, встав и отряхнувшись, вспомнил, что у него тоже есть претензии: – Эй! Ты должен мне пятьдесят тысяч! Ты не заплатил!

– Не я, а тот, кто купил.

– И кто это? Веди нас к нему! – скомандовал тот, что держал меня в воздухе. Я чувствовал, что его руки начали подрагивать. Мужчина уставал.

– Не знаю. Девку было сказано в повозку положить. Они уж, наверно, за городом, отшельники эти. – Убедительная импровизация мне всегда давалась хорошо, поэтому я решил, что намекнуть, что они между собой товар не поделили, будет очень хорошо. Ничто так не расстраивает организованную преступность, как внутренний конфликт. Манёвр сработал на ура. Оказалось, конфликт уже назревал, поскольку второй мужик зло выплюнул: – Это Уцик, как пить дать!

– Заткнись! – прикрикнул на него державший меня. – Кто бы то ни был, передай, что мы идем по следу!

– Вы уже взяли след? – сделал вид, что испуганно удивляюсь и озираюсь по сторонам. Мужик поставил меня на землю, выдохся.

– Ты нас к нему приведёшь, идиот! Мы теперь не отойдём от тебя! – второй приблизился.

Я пошатнулся и прикрыл глаза рукой, размышляя, что с раной мне вряд ли удастся уложить двоих. Ещё и мешок этот с провизией в руках.

Смиренно опустив голову, я покосился по сторонам, чтобы просчитать путь отступления. Кажется, придётся побегать.

Пригнувшись, я стартовал с такой скоростью, что отшельники заметили моё отсутствие только через четверть секунды. Этого хватило. К тому моменту, как я приближался к подворотне, где оставил Дракона, у меня было фору секунд двадцать. Я рассудил, что у меня шансов уйти больше, чем у Питра, поэтому, подскочив к дракону, схватил девушку и сумку. Передав Дракону команду: – Разгруппироваться! – стянул перчатку и совершил пространственный прыжок.

Глава 4. Ребекка

Первое, что я осознала: моя подстилка казалась мягкой. Не такой, как дубовые доски сцены, на которую я должна была рухнуть в том ужасном борделе. Надежда, что всё это мне приснилось, не успела встрепенуться в сердце, ибо вместе с сознанием вернулась боль. Воспоминания жутким калейдоскопом вспыхивали и угасали, не формируясь в понятную логическую цепочку. Могла ли я сойти с ума? Может, я настолько напилась в пабе, что себя забыла? Может, я просто ударилась головой об стол, теряя сознание после двадцатой кружки эля?

Мне плохо. Мне больно. Наверно, я уже умерла, а если нет, то сейчас мне было бы всё равно, если бы и да. Реальность не может быть этим отголоском мыслей.

Почувствовав, как что-то текстильное трогает мне щёку, а потом и губу, я собрала все последние силы, чтобы разлепить веки.

Я узнала это лицо, несмотря на спутанные мысли и помутнение в глазах. Лицо из моего кошмара.

– Вы кто? – хотела крикнуть, но вышло только просипеть. Вскочить и огреть нападающего ракеткой или хотя бы увернуться от его руки, тоже не получилось: всё тело ломило и конечности казались неподъёмными. Ракетка – вообще неизвестно где.

Я покосилась на лицо мужчины. Пронзительно тёмно-синие глаза. Я даже не знала, что так бывает. Красивая вводящая в заблуждение обёртка и такая сволочь внутри. Я помнила, что это он купил меня в борделе. В отличие от тех троих, что увезли меня из Лондона, этот не выглядел, как со стенда «Разыскивается за зверские преступления насильственного характера», однако был того же сорта.

– Вы меня уже изнасиловали? – прошептала я, безвольно лежа в его власти и пытаясь хоть взглядом передать всю горечь моего состояния.

Его рука замерла на миг. Он сжал челюсть, прежде чем ответить: – Нет, я купил вас у отшельников.

Мужчина опять замолк на полсекунды, прежде чем очень мягко поинтересоваться: – Они вас трогали?

Я не знала ответа на этот вопрос. Он отчаяния и пережитых потрясений мои глаза стали наполняться слезами. Господи, ведь не знаю, что эти уроды могли сделать, пока я была в отключке. Дыхание сбилось, я пыталась проморгать подступившие слёзы.

Мужчина оказался удивительно тактичным и промолчал. Я наблюдала, как он, избегая смотреть на меня, зачерпнул пальцем прямо в перчатке из склянки странную оранжевую кашицу и продолжил втирать её мне в щёку. От него веяло спокойствием. Это обескураживало. Его внешность и настоящее поведение никак не сочетались с тем, при каких декорациях мы встретились.

Я решила, что показывать страх нельзя ни при каких обстоятельствах. В конце концов преступник – это тоже профессия, а значит, такие, как он, могли отточить мастерство введения в заблуждение до совершенства.

– Зачем вы меня купили? – мне удалось весьма убедительно прошептать, даже голос не дрогнул. Потом добавила уже больше от отчаяния, чем злости: – Уберите от меня свои грязные лапы!

– Это не грязь, это крем, чтобы заживить кожу после побоев, – пояснил мужчина всё тем же убийственно спокойным тоном. Мой эмоциональный выпад его вообще не напряг. Я смотрела, как он продолжает своё занятие и поняла, что боль, действительно отступила.

– Вы тоже меня били? – спросила уже громче. Я помнила, как троица неоднократно распускала руки, то хлестая по щеке, а раз даже двинули в челюсть. Это случилось после того, как я ткнула одному из них в глаз рукояткой от ракетки.

– Нет. Отшельники били. – Он опять помолчал, зачерпывая очередную порцию мази. – Что они вам обещали?

Я умудрилась приподняться на локтях.

– Если вы про трёх уродов, что увезли меня из Лондона в эту дерев…, – я огляделась, пытаясь подобрать название местности. Оказалось, что мы уже не в деревне пещерного века, а на какой-то скалообразной вершине с тремя деревьями непонятной разновидности. Я села, осматривая незнакомое до шокового состояния окружение. Солоноватый ветер теребил мои волосы, донося ледяные брызги. Господи, мы посреди океана! Это скалистое плато возвышалось прямо над стальными волнами. – Где это мы?

– В безопасности, – успокоил мужчина безэмоциональным тоном. Я покосилась на него, как на психа.

– Мы сидим на отвесной скале посреди бушующих волн и явно смеркается. Вокруг ни следа суши, даже на горизонте, а вы мне масочку на лицо накладываете? – я больше ничего не смогла выдавить, когда он меня огорошил своим ответом. – Да.

Потом, будто с любопытством, он тоже огляделся и даже посмотрел на небо, прежде чем добавить: – Нам удивительно везёт, что нет дождя.

Прекрасно! Если бы был дождь, я бы уже замерзла насмерть.

Я повернулась к мужчине: – Телефон у вас с собой? Вызывайте эвакуацию на вертолёте.

Молча просканировав меня взглядом, он заявил: – Интересно вы рассуждаете. – Потом, не обращая внимания на мою отвисшую челюсть, он аккуратно закрыл склянку, стер с перчатки остатки крема какой-то салфеткой и положил склянку в мешок. Мой мозг всё это время пытался проанализировать сказанное и, хотя бы в теоретическом приближении, понять ход мыслей этого человека.

– Но мы отвлеклись, что хотели от вас отшельники?

– А вы умеете? – я моргнула, так и продолжая шокировано качать головой.

– Что умею? Извините, ваша логическая цепочка мне не совсем понятна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.