# Зоркая лирика

Дмитрий Борисович Глазков

Данный сборник стихотворений – это глубокое путешествие во внутренний мир автора, охватывающее более двух десятилетий творческих поисков, начиная с 1998 года и заканчивая 2024 годом. Это не просто книга стихов, а отражение личного пути, где каждая строка пропитана эмоциями, переживаниями и размышлениями.

В центре внимания – любовь во всех её проявлениях: вдохновляющая и сложная, возвышенная и земная. Помимо любовной лирики, сборник включает философские рассуждения о жизни, человеческой сущности и вечных вопросах бытия. Автор, словно исследователь, ищет ответы через слово, делясь своими открытиями с читателями.

Стихи иллюстрируют эволюцию авторского стиля: от первых робких попыток выразить себя до зрелых произведений, насыщенных глубиной и эмоциональной силой. Каждый этап становления становится важной вехой, запечатлённой в строках. Сборник станет интересным и тем, кто только начинает своё знакомство с поэзией, и тем, кто ищет в словах отражение собственных чувств и мыслей.

«Катарсис»…

Не хочу ничего, умри, распластайся,
Забудь, отвлекись, другому отдайся.
Я замучен, устал, ненавижу сомненья,
Моя женщина – ночь, и я в ней жду забвенья.
Мне не нужно ни капли, ни цели, ни воли,
Отрицание сна и принятие боли.
Я ничтожен, я жалок, и я просто отстал,
Никогда, ничего, ни о ком я не знал.
Накопилось, взорвался, читай, поражайся,
Хочешь, даже уйди, ненавидь, обижайся.
Я тебя не достоин, я не смел, не силен,
Я ни чем не отличен, я просто влюблен…

2003

«Свеча»

…Я видел, как она горела,
Тянулась все выше, извиваясь от холода.
Слезы роняла по-детски смело,
Слегка задыхаясь от кислородного голода.
Она остаться одна сумела,
Она одна решила встретить рассвет.
Дух испустила, когда догорела,
Свеча, сказавшая ночи – нет…

2003

«Гроб – арт»

…Поваленных деревьев гробы,
Ноги глядят своею кромкой.
Мясников лесорубов труды
Не забудут ветви потомков.
Травы, сожженной весной,
Пепел писем листьям осенью.
Никто не считает своей виной,
Что голова Земли черная с проседью
…Посвящается памяти Вадима Сидура…

2003

«Число «Враг»

Тридцать девять могил, и кресты маяки,
Геометрия смерти, и земли тупики.
И надгробия – скалы, черный цвет, белый плач,
Но никто не виновен, я был сам себе палач…

2003

«За высоким порогом»

…Немного больше, чем грусть и слезы,
Точней настолько, что вянут розы.
Как ночью солнца не хватает света,
Так сил убиваться теперь уж нету.
Нет больше боли тупого чувства,
Моя досада – и в ранг искусства.
Я так возвышен, что еле слышим
Чуть больше Будды, чуть больше Кришны…

2003

«Инь-Ян»

Иглы в воздухе – яркие, острые,
В небо впиваются, искрами радуя.
А потом с облака, с небесного острова,
Каплями влаги на землю падают.
Вдрызг разбившись о серую массу,
Превратятся в следы мусора многих.
Сорвавшись слезой с жалких лиц-масок,
Шрамы оставят на душах убогих.
В момент истины, правда наружу,
Ни один не уйдет, кто ложью запятнан.
Когда увидит, что небу не нужен,
Каждый поймет, где страх его спрятан.
И дождем разрыдается туча каждого,
Солнца радость даря другим.
Это две стороны чувства отважного,
Луч Земли и Неба, который неделим…

2003

«Танцующие. Ларсу Фон Триеру»

…Я увидел их случайно в окне,
Они танцевали вечерний вальс.
И никогда они не расскажут мне,
О чем думали тогда и сейчас.
Они были прекрасны вдвоем,
Их имена не имеют значения.
Их окутывал танец, и в нем,
Было вечности мирное течение.
Для них не было никого на свете,
Лишь они, и все – многоточие.
Они танцевали вальс в лунном свете,
Они любят друг друга – точно…

«Двое»

Вдвое больше грусти гроздями,
Красной веткой два тела спаяны.
В высь уходя рассыпались горстками,
В кастрюле, поставленной на огонь, таяли.
Два ненужных жизни выстрела,
В висок толпе восемнадцатью граммами.
Чтобы их больше смогли высмеять,
Чтобы их тоже считали правыми.
Две половины сердца разломленного,
Слизь давящих из глаз по лицу.
Робким светом, через них преломленного,
Зрачок сужают любому подлецу.
Они – две тайны друг другу открытые,
Два одиночества в одну радость сомкнули.
Две души, о чужую ложь разбитые,
Силы в доверии черпать прильнули.
В них двоих правды в пол неба,
В двух их слезах океан помещается.
Их тела – голодному – хлеба,
Глядя на них, щербато смерть скалится…

«Нет, я не верю, что так все закончится»

Нет, я не верю, что так все закончится:
Дружба в предсмертной агонии корчится,
Любовь уничтожена, разбита, унижена,
Надежда из душ адским пламенем выжжена.
Ничто не поможет, не станет значимым,
Последние шансы на помощь утрачены,
Никто не спасется, и черною тенью,
Пройдет наша жизнь быстрым шагом к забвенью

«Ода тщеславию»

Через овалы глаз, через плоскость квадрата,
Хватаешь лучи, пробиваешь им души.
Ты вспоминаешь, что было когда-то:
Ты не был ни хуже, ты не был ни лучше.
Чернильные пятна корявых созвучий,
Как семя на лоно великой и сильной.
Награды сполна ты когда-то получишь,
Придавленный кем-то плитою могильной…
Но все это после, пока – многоточье,
Ты память свою на костях гравируешь.
И точно представив, что ты от них хочешь –
Своими стихами их души воруешь!

29.01.02г., 00.43

«Грустно»

Мне грустно от твоих слов,
Будто тебе не важно
То, что со мной по-другому,
Все искренне, а не бумажно.
Ты будто сравнение делаешь,
Считаешь лишь мне это нужно…
Мне грустно от твоих слов,
Я от них становлюсь простужен.
Мне грустно от твоих слов,
Говоришь, что уже это было.
Но разве одно и то же,
Когда любя и когда не любила?
Я думал ты тоже ищешь,
Ты тоже хочешь стать ближе…
Мне грустно от твоих слов,
Я от них становлюсь обижен…

24.02.02г., 22.32

«Не позволяй мне»

Не позволяй мне быть добрым,
Скажи мне: «Нет»
Не позволяй мне брать меньше,
Чем могут все.
Не позволяй мне бояться
Тебя в ночи
Не позволяй мне влюбляться,
Уча любви…

«Девственность»

Что-то типа проверки на прочность,
Кислорода так мало осталось.
Белой цаплей твоя непорочность,
С детским криком по небу металась…

«Наверху»

Больно внутри и хочется выть
И будто с Богом оборвана нить.
Капает в темя неба вода,
Там, наверху, не простят никогда.
Нас обокрали, лишили вины,
На жалость соседей обречены.
И будут напрасны смерти двоих,
Там, наверху, хорошо и без них.

23.03.02г., вечер.

«Плазма»

Я расплавлен в тебе,
Я дышу твоим ртом.
Свою мысль не смогу
Отложить на потом.
Ты читаешь меня,
Обозначив мой цвет.
Я считаю шаги,
Ты идешь, а я – нет.
На тебя каждый взгляд,
Голос мой – твоя речь,
Задана мозгу цель:
«Ее надо беречь».
Я тебя не оставлю,
Я не брошу в беде,
Но руки не подам –
Я расплавлен в тебе.

22.45., 18.04.02.

«Прятки»

Ты – остаток лета, отголосок тепла
Потерялась где-то, но нашла меня.
Ты идешь так гордо, по дороге в ночь
Так печалью дышишь, что уж мне не в мочь.
Ты всегда в раздумье, так легка принять
Но не знаешь только, в даль идти иль вспять.
От тебя не скроюсь, буду ждать вот тут
Мою музу, только, так её зовут?..

11.01.05г.

«Сеятель»

Я не вижу в тебе причины,
Но поверь не жалею красок.
Ретуширую крылья спины,
Оставляя немного для масок.
Я искусно так обнажался,
Обличал свои нервы, страхи.
Ни на что так не обижался,
Как на то щебетание птахи.
Я часами готов холст мазать,
Покрывая мечтой реальность.
Захочу что-то, сделаю сразу,
Ведь желанье – всего формальность.
Ты как ваза, набитая пеплом,
От сгоревшей твоей любви.
Я – художник, рисующий ветром,
Им рассею наши пути.

16.01.05., 20:00

«Родные»

Мое слово тебе не лекарь
Да и нечего говорить
Я такой же как ты калека
Меня тоже легко убить

2005

«Сообщение»

Я пишу это всем, кого знаю,
Я устал, уходя уходить.
Всем, о ком я случайно мечтаю,
Не случайно со мною не быть.

17.12.04., 11:13

«Карусель»

Ненавижу тебя. Остатки души.
Исчеркай меня болью, убей, задуши!
А глаза для другого, и стыдно, и жуть,
Удержать не сумел. Не смогу. В путь.
Потеряла – находишь. Ухожу в пустоту.
Ты меня не догонишь, не постигну я ту.
Опечален надеждой, снегом умыт,
Все как раньше, как прежде, всеми – забыт.
Почему, Небеса?! Город, серость и соль,
Мои чувства – трава, а эмоции – моль.
Западня не случайна. Сердце болит.
Я отчаянно преданный Музе пиит.
Нашумел, напугал, но заткнулся – устал,
Я – не сон, я – не он, я – кто просто писал.
Забывай, засыпай, закрывай этот том,
У тебя есть дела: муж, ребенок и дом…

12.30., 14.12.04г.

«Лед 9»

Мне утром тяжело дышалось,
Будто любовь со мной прощалась.
Я падал на землю листом осенним,
Я так хотел умереть в воскресенье.
Забраться выше, чем могут птицы,
Больше ни с кем не смогу расплатиться.
Я продан в рабство, я меньше пыли
И будто книгу меня закрыли.
Так сложно верить, что я вам нужен,
Ведь каждый, из-за меня простужен.
Я снова в себе и меня никто не ждет,
Со мной все замирает, я – девятый лед.

«Пелена»

Так странно быть с тобой – одним,
Так сложно верить в путь двоих.
Ты счастлива, наверно, с ним
Не мой теперь читаешь стих.
Я безнадежен, может быть,
Но что-то гложет изнутри.
Синица скажет как мне быть
И клювом стукнет цифру три.
Немыслимо пустить судьбу,
Тебя немыслимо вернуть.
Хотел любить тебя одну,
Но свой хотел продолжить путь.
А если вспомнишь ты меня
И добрым словом назовешь,
Я знаю – все было не зря:
И те глаза, и снег и дождь.
Загадочна моя строфа,
Тебя пленил мой первый сон
Я снова рвусь под небеса
Но слышен в них лишь сердца стон.
Моя усталость, твой побег
И чайной розы лепесток,
Зачем ты любишь, человек?!
Никто из нас сказать не смог.

20.12.2004., 00.14

«Невыгодный обмен»

Самое страшное будет признание:
Мне не вынести расставания.
Будут глаза полны исповеди,
Подло замену подыскивая.
Так хотелось красиво и просто,
Да видимо не хватило роста.
Серой заменой первая встречная,
Крича изнутри в пустоту бесконечно.
Живи, дыши и пусть даже не рядом,
Господь же долгие года тебе в награду,
Зато что мне такие чувства подарила,
Но ничего в замен не попросила.

«Моя улыбка – морщины на щеках»

Моя улыбка – морщины на щеках,
В моих глазах лишь подавленный страх.
Я – остаточным явлением в жизни твоей
Омрачаю бытие тысячей дней.
Я – закрытая ладонь, я – змеиный укус,
Я капля яда, позвоночника хруст.
Я – твоя усталость, бездарный куплет,
Тебя сдерживает жалость, чтобы не сказать «Нет».
Я безликая тварь, я – слепого глаза,
Моя суть – раскаты, твоя суть – гроза.
Я не сделаю больше ничего для тебя,
У тебя есть мы, у меня – только я…

2005

«Мои стихи»

Мои стихи – лишь жалкие наброски,
Они не могут чувства пробудить.
Они просты, невзрачны и неброски,
Без сожаленья можно их забыть.
Мои стихи, есть бесполезный мусор,
Из нераскрытых мыслей, слов и рифм.
От этих строк, становится чуть грустно,
Я самокритикой разбит как плот о риф.
Мои стихи, зачем мне вас так много?!
Я создал вас, могу и погубить!
Из-под моей руки, вы, как солдаты в ногу,
Идете, словно родине служить.
Но что вы можете ей дать, в вас нет надежды,
Все фаталисты в массе вы своей.
Лишь напрочь сбросив пышные одежды,
Становитесь вы злее и смелей!
Кидаете упреки, не скупитесь,
И не щадя себя вы рветесь в бой
Мои стихи, прошу, остерегитесь,
Вдруг не успею вас прикрыть собой.
Ведь вы становитесь все больше безразличней,
Вы забываете и дружбу и любовь,
Вы знаков для себя не просите отличий,
Вы рветесь в бой, вы рветесь вновь и вновь…
Кто знает, будет ли замечен,
Тот самый бой, за право быть собой.
И буду ль я в своих стихах увековечен,
Если замечен буду в них тобой…

2005

«Оксюморон»

Затихшая нота, ушедшее слово,
Подпрыгнувший ритм и молчание снова.
И безрукий аккорд, и без строчки поэт,
И художник без глаз и безногий пируэт.

00.03., 10.07.00г.

«Отбой»

Не забыть ничего, все сохраню до конца:
Твой прекрасный силуэт, голос твой, черты лица
Беду помнить всегда прикосновений огонь
И то как голос внутри все говорил – «Ее не тронь,
Не привыкай к ее ласкам, не говори с ней о любви,
Все это будет напрасно, жить без нее не сможешь ты,
Ведь она точно уйдет, она уже не с тобой,
И ты не сможешь сказать своему сердцу отбой».
Я закрываю глаза, сквозь пелену своих снов,
Я вспоминаю тебя и слышу музыку слов.
Ты говоришь мне, что любишь, что я лучший из всех,
И только голос внутри вновь включает горький смех.
И я смеюсь над собой, это действительно смешно,
Почему с таким хорошим рядом нет никого?
И я ищу свою вину, и пытаюсь быть с тобой,
Но, боюсь, пройдет время и ты мне скажешь: «Отбой».

«Все что уже написал или еще напишу»

Все что уже написал или еще напишу,
Все это будет жить со мной, будет пока я дышу,
Пока в себе сохраню остатки личности целой,
Пока будет карандаш и листок бумаги белой.
Белый стих, редкий стук, кто-то стих и потух,
Все замолчит ровно в час или около двух,
Но все равно не далеко от полуночи уйду
И потеряюсь в годах, и до тебя не дойду.
Пока иду по пути, со мною будет мой смех,
Который я растил так долго для тебя и для всех,
Что въелся он в кожу и разрушает мозг,
Мне никто не поможет, я – расплавленный воск.
Воск свечи догоревшей утекает в рассвет,
Сегодня я еще здесь, в завтра меня уже нет.
И только лишь обрывки слов, недописанных фраз,
В каждой второй про любовь, в каждой третьей о нас.
О настоящем и прошлом, о том, что было и стало,
О несбывшихся мечтах, о том, что доставало,
О призвании творца, об обидах людей,
О печали и грусти и, конечно, о ней.
Лишь о ней так много строк, но их не хватит все равно
И мне как будто в пустоту писать навеки суждено,
Остановлюсь лишь тогда, когда меня попросишь ты,
Или смерть остановит, враз оборвав все мечты…

23.26., 19.01.01г.

«Меня больше нет»

Я ухожу от вас, я сказал что хотел,
Наверно мог бы лучше, но что ж, как сумел.
Вы дадите мне оценку, недослушав до конца,
Все равно, что слышать голос и не видеть лица.
Однобокие мысли, однобокая жизнь,
Я ее отпущу, но только ты держись.
Ты не делай как я, а все решай сам.
Мои бредовые мысли никому не отдам.
Я всех обманул, и это мой грех,
Ведь тогда когда я плакал, вы слышали смех.
Я улыбался всем, тупой улыбкой мертвеца
И с этой глупой мимикой дошел до конца.
До предела мысли, до изнеможенья,
Я так и не дождался святого воскрешенья,
Безразличие копил столько много лет,
Оно достигло апогея и выключило свет.

21.34., 12.02.01г.

«Фотоальбом»

Достаю фотоальбом – внешней памяти эскиз,
Все что находится в нем – немых мгновений каприз.
И в тот же миг на фотопленке остается душа,
Когда спуск нажимает фотограф не спеша.
А потом все погаснет, и только молния вспышки
В глазах оставит след и кусок памяти лишней,
Который я держу в руках и хочу порвать,
Он напомнил мне то, что лучше не вспоминать.
И очень странное дело, под каким-то влияньем,
Запечатляем друг друга с обоюдным желаньем,
Мы как будто отдаем друг другу долги,
В залог оставляя частички души.
А каждый новый кадр, словно выстрел пистолета,
И с каждым новым выстрелом все ближе конец света.
Мы израсходуем бездумно свой последний снимок
И останемся с тобой только в виде картинок.

2000г.

«Водяные часы»

Квадратные окна, квадратные стены,
Два кресла и кровать – места для измены.
Параллельный телефон, параллельный настрой,
Чья-то подножка и об пол головой.
Зашивается друг, забивается косяк,
Умирает любовь, но это пустяк.
Хотя она – это все, что я успел накопить,
А впрочем, все равно, мне, как и ей, уже не жить.
Умные фильмы, книги и люди –
Все они были лишь к смерти прелюдией,
В глазах белый дым, а в легких черный смог,
Я пытался быть собой, сопротивлялся как мог.
Что же было в начале и куда все уйдет,
Нашу жизнь измеряет водяных часов ход.
Ими пользуется Бог и за несколько дождей
Соберет нашу память в жалкую горсточку дней.

22.52., 25.03.01г.

«Просто так»

Степень грусти такая, что не хочется жить,
Я по жизни метаюсь, словно по ветру нить.
И я смахивал пепел, я вливал алкоголь,
Но это суть не меняло, а лишь усиливало боль.
Столько много прохожих, они мне сострадают,
Ни на что не похожих слез своих мне надарят.
Я их выпью до дна, когда предложат мне тост,
Но эти слезы – вода, а этот тост – не всерьез.
Я так многого боюсь, страх пронзает насквозь
И этот ужаса ветер, чует каждая кость.
Я боюсь не суметь, сделать что-то не так,
И я все топчусь на месте, и сам я весь просто так…

20.58., 29.04.01г.

«Обязательства»

Мир слишком много берет на себя,
Забирает улыбку, давит на совесть.
Постоянно требует строк от меня,
Но, напишу или нет, все равно ведь…

06.06.01г.

«Light freestyle»

Это мой легкий фристайл, я начитаю читать,
Я вспоминаю все то, о чем хотел вам рассказать.
Мое имя Зоркий, я вижу правду и ложь,
Я оптимист без надежды, я затупившийся нож.
Я каждый день ношу маску, ее не снять никогда
И, лишь оставшись один, ко мне приходит тоска.
Она дает лист бумаги, она подносит карандаш
И вот я снова пищу, мало-помалу входя в раж.
Я вспоминаю, что было и стараюсь не забыть
Каких-то дат и имен, возможно, тех с кем хотел быть.
Вспоминаю события, место действия и год,
Как же все сложно, как генетический код.
Хотя сейчас и не легче, но все же вижу просвет
В этих городских джунглях, где и людей почти нет,
Где только сотни грязных тварей, занявших черно-белый дом
Они на всех хотя убить!.. А, черт, давайте о другом.
Я постоянно считал, что я один на земле,
В том смысле что никогда, никто помочь не сможет мне.
Я считал, что у меня все сложней, чем у других,
Что я когда-то напишу свой самый лучший в мире стих.
Есть даже те, кому я нравлюсь, правда, что мне с того,
Их только стоит поманить меня оставят одного.
И я живу будто прячусь и продолжаю молчать,
Понимаю, что глупо, но не могу не мечтать.
Я будто аккумулятор, я накопитель добра,
Я верю, что настанет день и все отдать будет пора.
И может это поможет, кто-то поверит в себя,
Наверно так же как я сейчас верю в тебя.
И мир становится лучше, на задний план уходит ложь,
И постепенно оставляет мое сердце ржавый нож.
Вместо него пришло имя, что подарило надежду,
Четыре буквы его всегда беречь буду нежно.

1998

«Прости меня за все»

Прости меня за все: что было и что есть,
Прости, что я не дал тебе страданий нежных.
Прости, что не отдал себя любви всецело весь,
Прости, что завязь чувств так растоптал небрежно.

Посвящается Екатерине З.

05.04.99

«В моих стихах пока еще нет силы»

В моих стихах пока еще нет силы,
Мои стихи – это как первый снег,
Который падает на землю так несмело,
К земле, который, к теплой не привык.

22.04.99

«Ртуть»

Я проклят презрением всех сторон света,
Конверты по почте – все в вечное лето.
Заклятых друзей, вся безмолвная грусть
Надомною прольется и меня смоет пусть.
Не пытаясь подняться – встал во весь рост,
И весь холод души для меня, что ваш пост.
Недомолвки бросал, прикрывая грехи,
Я любил только их, называл их стихи.
Я порочен, я слаб, я отвержено горд,
Вся моя скупость чувств, превращается в горб.
Я так долго боялся потерять сам себя,
Что разбился на части своих маленьких я.

«Моя комната»

Вот она, моя комната,
В которой все мое,
Те же обои потертые,
Все те же тюль окно.
В которое смотрел я на вечер,
Смотрел и думал про жизнь,
О том, как все скоротечно,