# Искаженный хаос

Шейн Роуз

Кейд Арманелли. Скандально известный хакер-миллионер, который предпочитает работать в одиночку. Но я заслужила свое место в команде по кибербезопасности, нравится это ему или нет. Я готова доказать компании, что могу справиться с чем угодно… кроме необходимости делить постель с боссом. Мой враг номер один, жестокий и мрачный. К сожалению, в рейтинге притягательных татуированных парней Кейд тоже на первом месте. Его хакерские навыки безупречны, вероятно, и в постели он так же хорош… Однако это не имеет значения. У меня есть работа мечты, которую нужно сохранить, государственные данные, которые нужно обезопасить, и разбитое сердце, которое нужно защитить от новых потрясений. Кейд отвлекает меня, и я должна его избегать. Если придется, я проведу между нами линию и заставлю его встать по ту сторону. Я не позволю врагу устанавливать правила. Даже если он мой босс.

Freedom. Порочная империя. Бестселлеры Шейн Роуз


Shain Rose

Fractured Freedom

Copyright © 2022 by Shain Rose


Иллюстрация на обложке Panda


Перевод с английского К. Поповой


© Ксения Попова, перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

## Пролог

Иззи

– Ты целовала его? – со стороны дома моих родителей послышался низкий, полный ярости рык.

Вот черт. От этого знакомого голоса желудок сжался, сердце подпрыгнуло, а все мысли испарились.

Поморщившись, я закрыла глаза и вдохнула прохладный осенний воздух. Он смешался с ароматом горящих поленьев, которые потрескивали в костровой яме, стоявшей в окружении наших садовых кресел. Хотелось надеяться, что если так и продолжу молча стоять на месте, обладатель этого голоса исчезнет.

Неужели он слышал весь наш разговор?

Еще минуту назад я дразнила своего брата, потому что он продолжал жаловаться на то, что его лучший друг и мой бывший босс, Данте, женился на нашей сестре. Я велела ему смириться, ведь, если уж на то пошло, лить слезы стоило мне. Я и правда поцеловала Данте, но это было до того, как он признался в любви моей сестре-близнецу, Делайле, и сделал ей предложение.

Добро пожаловать в бардак, который представляла собой моя жизнь.

Теперь, когда я видела, как они сидят в обнимку перед огнем, мое сердце уже не разрывалось на части. Я понимала, что никогда не удостаивалась того взгляда, который Данте адресовал ей. И пусть мы с ней были практически идентичны – одни и те же черты лица, темные волнистые волосы и даже фигура, – Данте никогда не полюбил бы меня так, как любил Делайлу. Даже после озвученного мной признания я понимала, не стоит ждать взаимности, потому что эти двое были созданы друг для друга.

Целый год я тихо лелеяла свое разбитое сердце и в итоге смирилась с ситуацией. Я переживала печаль в одиночестве, потому что радовалась за сестру и понимала: в моих чувствах к Данте нет той страсти. А еще хотела сохранить мир в семье и не желала добавлять родным поводов для беспокойства.

Год, в течение которого я полностью погрузилась в работу и наблюдала за их отношениями, помог мне окончательно покончить со старой реальностью.

И я отпустила ситуацию, но придурок Кейд Арманелли вообще не должен был узнать об этом. Эта информация предназначалась лишь для семьи и близких друзей.

Кейда же нельзя было отнести ни к одной категории. Мы втроем, Кейд, Данте и я, вместе работали под прикрытием на правительство, и он всегда относился ко мне с оттенком неуважения и презрения. Крайне самоуверенный тип, который считал, будто все остальные мешают ему выполнять работу.

Когда он вышел из тени на свет, я повернулась и, проигнорировав его вопрос, спросила:

– Господи, откуда ты взялся?

При виде его лица я почувствовала смятение. Ни один хакер Соединенных Штатов Америки не должен был выглядеть так, как выглядел Кейд. Татуировки украшали шею и руки, их фрагменты выглядывали из-под воротника рубашки и манжетов пиджака. Волевой подбородок, которому позавидовали бы даже греческие боги; темные волосы завивались настолько красиво, что казалось, это дело рук профессионалов, хотя я понимала, что это не так.

Однако ничего не имело значения, кроме проницательного темного взгляда, под которым я буквально застывала. Раньше он смотрел сквозь меня, будто я была невидимкой. Но сегодня вечером Кейд изучал меня, словно я была океаном и в темноте моих глубин скрывалось много тайн. Его внимание и всепоглощающий взгляд могли напугать любого, даже самого бесстрашного человека.

– Ты следил за нами? – прошептала я.

Что совсем не удивительно. Данте и Кейд приходились друг другу кузенами, а Кейд всегда уделял пристальное внимание всему, что имело отношение к семье. И его интеллект позволял это, ведь он был лучшим в мире хакером. Я уважала и одновременно ненавидела его талант. Когда мы вместе работали под прикрытием и кто-то пытался сообщить ему о чем-то, он лишь презрительно фыркал, будто и так был в курсе всего.

Потом я покончила с работой под прикрытием и перешла в отдел информационной безопасности, надеясь, что отныне мне не придется иметь дело с Кейдом. Даже технически являясь главой отдела кибербезопасности в Министерстве национальной безопасности, Кейд работал один. Ему не требовалась помощь, и он не появлялся в офисе.

– Я всегда наблюдаю, Иззи, – угрожающе произнес он, зловещий взгляд соответствовал резкому тону. Всегда наблюдает за мной? Я не хотела, чтобы он или вел себя так, будто за мной нужно присматривать. Я понимала смысл его слов, ведь он не раз заявлял, что мне не место в отделе по защите данных или, если уж на то пошло, вообще не следует работать на правительство.

И все же от его признания и мысли о том, что он наблюдает за мной, мое тело затрепетало, я внезапно возбудилась и одновременно пришла в ярость.

Но это было глупо и абсолютно нелепо, так что я усмехнулась и взяла палочку, чтобы поджарить зефир. Мама принесла не меньше тысячи штук, ведь все ее шестеро детей вернулись в город, чтобы провести время вместе.

Когда Кейд подошел к нашему костру, четверо моих братьев сразу подскочили, насторожившись. В конце концов они приняли Данте, но им было сложно доверять другому мужчине, который носил фамилию Арманелли. Кейд был братом одного из самых могущественных боссов итальянской мафии, а его хакерские навыки делали его еще более опасным. Однако никто, даже Арманелли, не мог заставить моих братьев отступить, когда дело касалось их младших сестер.

Исходящий от потрескивающего огня свет подчеркивал его идеальное тело.

– Данте, Делайла, самолет готов.

Он пришел за ними? Не за мной. Не знаю, почему, но это открытие стало ударом для моего самолюбия.

– Сегодня? – Сестра явно была шокирована, но в ее голосе прозвучала надежда. Должно быть, с помощью Кейда Данте организовал для них отпуск. Логично, учитывая, что у Кейда был частный самолет. Хотя он вполне мог использовать и президентский, ведь его имя постоянно мелькало в новостях как имя человека, который помогал стране в области кибербезопасности.

Делайла встала, намереваясь убрать посуду, стоящую на подносе рядом с нашими стульями, и, собравшись помочь ей, я вскочила так быстро, что пошатнулась. Затем выпрямилась, взяла стаканы и зашагала по газону в родительский дом в стиле ранчо.

Несмотря на громко игравшую на кухне классическую музыку, которую любила включать мама, я прошептала Делайле:

– Не могу поверить, что Кейд взял и вот так просто заявился к нам.

– Уверена, его позвал Данте. – Делайла пожала плечами, не понимая причину моего недовольства. Я и сама не знала, в чем дело. Возможно, в том, как уверенно он заявил, что наблюдает за мной, будто я была неуправляемой особой, а может, в том, что каждый раз, когда мы встречались, во мне пробуждалось нечто такое, что меня беспокоило. Я жаждала спокойствия и безмятежности, но когда Кейд оказывался рядом, жизнь превращалась в бурлящий океан, волны которого яростно разбивались о берег.

Покачав головой, я положила руку на потертую столешницу из кварца.

– И в последнее время он нарочно ведет себя как моя нянька лишь потому, что я все еще работаю на правительство. – Я не хотела, чтобы кто-то постоянно контролировал меня, словно я была новичком в своем деле. За годы работы под прикрытием я неоднократно доказывала свою состоятельность. И теперь, занимаясь вопросами кибербезопасности, была полна решимости оставаться на шаг впереди остальных. Ради этого я даже ходила на специальные курсы для повышения квалификации. – Как будто я не могу сама позаботиться о себе.

– Ну, раз вы друзья, он хочет убедиться, что у тебя все хорошо. – Делайла пожала плечами и опустила тарелку в раковину.

– Мы только коллеги, уж точно не друзья, – поморщившись, поправила я, убрав от лица волосы.

Лайла посмотрела на меня так, словно сомневалась, в своем ли я уме. Возможно, последнюю фразу я произнесла слишком громко.

– Принято к сведению, – проворчала она, а я повернулась к раковине, чтобы вымыть тарелку, при этом ненавидя себя за то, что присутствие Кейда стало причиной подобной перемены в моем настроении.

За прошедшие годы я встретила немало критики и недоверия к своей персоне, однако Кейд вел себя хуже всех. Когда я входила в комнату, он едва ли удостаивал меня взглядом, а когда начала работать, то и дело нелестно отзывался обо мне.

Вдруг моя сестра замерла, а потом показала за спину и вскрикнула:

– Иззи, мне нужно в ванную! – После чего выскочила из кухни.

Я понимала: Делайла ретировалась слишком поспешно, поэтому обернулась в поисках причины. И эта «причина», ростом около метра и девяноста сантиметров, прямо сейчас стояла передо мной, нависая так, словно пыталась меня запугать.

Вот только ему это не удалось. Мне было все равно, что он на целую голову выше. Чем больше я думала об этом, тем сильнее раздражалась из-за того, что он вообще попытался приблизиться ко мне вне работы. Я скрестила руки на груди.

– Кейд, не подкрадывайся ко мне в доме моих родителей.

Он выгнул бровь, словно я говорила полную ерунду.

– Вряд ли можно сказать, что я подкрался, ведь я встал прямо напротив тебя.

– Неважно, это семейный вечер, – настаивала я, пытаясь ясно донести свою точку зрения. – Тебе вообще не положено быть здесь.

Вот так. Теперь он знал, что не нравится мне, что я не желаю видеть его вне работы и вообще не в восторге от его компании.

– Технически, Данте моя семья. – Он опустил взгляд на свой телефон, словно у него не было времени на этот разговор. Затем снова поднял голову, глядя на меня с высокомерием, к которому я оказалась не готова. – Хочешь сказать, что мы тоже родственники?

Почему мне казалось, будто он подначивает меня? Я повернулась и начала с силой тереть тарелку.

– Боже, как же ты меня раздражаешь.

– Если я тебя раздражаю, брось эту чертову работу.

Да, ничего не изменилось. Кейд вел себя как полный придурок и не хотел, чтобы я работала на правительство. Он невзлюбил меня с самого первого дня, потому что считал, будто я не справлюсь с нагрузкой. Конечно же, это не сулило мне ничего хорошего. Все были в курсе его связей с президентом, Пентагоном и прочими важными структурами. Он проник всюду, потому что сам обеспечил себе доступ. Несколько кликов, пару взломов, и он уже копался в ваших самых сокровенных тайнах.

– Начни работать на одну из корпораций.

Прекратив терзать бедную тарелку, я поморщилась. Мне нравилось думать, что я работала так же усердно, как и он. И у меня было одно незаконченное дело с правительством. Работая под прикрытием, я выяснила, что одна большая албанская семья нарушает законы нашей страны. Однажды нам уже удалось поймать часть из них, и я не собиралась останавливаться до тех пор, пока все участники банды не окажутся за решеткой.

– Мы с тобой оба знаем, что еще ничего не закончено. – Я указала на пространство между нами, словно он должен был понять мою точку зрения. Кейд видел, на что они способны, и мы не должны были допустить повторения подобного. По мере изучения информации я находила все больше доказательств. – Наркотики – гребаное прикрытие для начала ядерной войны, и я пытаюсь предотвратить ужасное.

– Ты суешь нос туда, куда не следует. А еще ты и вполовину не так хороша, как думаешь. Я отследил каждый твой гребаный взлом, – высокомерно ухмыльнувшись, ответил он. Затем наклонился и прошептал: – Дело не в войне, сладенькая. Они отмывают такое количество денег, что с их помощью можно контролировать весь долбаный мир. А вот мы создаем необходимые альянсы, так что тебе пора отступить.

Я ощущала его дыхание на своей шее, он оказался так близко, что я чувствовала его запах… И он нравился мне так, как не должен был нравиться. Меня тянуло к нему, словно мне было необходимо срочно оказаться ближе, а не отстраниться.

– Они не станут соблюдать договоренности. Так что либо дай мне сделать свою работу, либо иди на хрен, – буркнула я, стараясь не обращать внимания на его близость.

Он низко хмыкнул, но не отодвинулся ни на миллиметр.

– Если тебя похитят, я не стану спасать твою задницу.

– Отлично. – Глядя ему в глаза, я повернулась так, что наши губы оказались в паре сантиметров друг от друга. – Все равно они более приятная компания, чем ты.

– Повтори еще раз и попытайся говорить правдоподобнее, – прорычал он.

И тут я увидела в его взгляде то, чего раньше не замечала. В нем не было той мрачности, что прежде, ее место заняли адреналин и радость, теперь он походил на ребенка, готового играть в свою любимую игру. Этот взгляд отражал мой собственный, когда я находила что-то, что отвлекало меня от моих демонов. В другой жизни мы бы отлично сработались.

Услышав, как открылась дверь ванной, мы отошли друг от друга. На кухне появились Данте с Делайлой, оба широко улыбались, а потом принялись торопливо прощаться со мной.

Кейд ушел вместе с ними, даже не оглянувшись. Что ж, скатертью дорога, хотя мне и не удалось послать его на прощание.

И все же, ложась спать, я вспоминала карие глаза с золотыми крапинками, буквально заглядывающие мне в душу. Я отчаянно пыталась сдержаться, не опустить руку и не трогать себя, воображая, как все было бы, если бы я наклонилась чуть ближе и узнала, каковы на вкус губы этого мужчины.

И уже на следующей неделе я возненавидела себя за это.

* * *

Последующий за этим понедельник начался ужасно: по дороге на работу из-за внезапно начавшегося ливня моя синяя блузка и юбка-карандаш в полоску промокли насквозь. Не успела я привести себя в порядок, как меня вызвали в отдел кадров.

Шагая по коридору в мокрых туфлях на шпильках, я надеялась, что мне просто сообщат какие-нибудь новости. Потому что никогда раньше меня не вызывали вот так, даже чтобы дать оценку моей работе.

Но когда я завернула за угол и постучала в уже открытую дверь, на меня снизошло понимание. Кейд в черном костюме-тройке сидел за столом напротив невысокой пожилой женщины, одна его стопа в возмутительно дорогом мокасине Berluti лежала на колене, а на бедре он держал ноутбук. Отличный образец успешного и очень пугающего бизнесмена.

К тому же, когда я вошла, он даже не поднял голову и не поздоровался. Как только я закрыла дверь, седовласая женщина, которую я никогда раньше не встречала, весело выдала:

– Иззи, поздравляю! У нас для вас потрясающие новости. Присаживайтесь.

Я поправила шерстяную полосатую юбку-карандаш и окинула взглядом обоих, в голове крутилось множество вопросов.

– Простите, он участвует в этом…

Женщина перебила меня:

– О, мистер Арманелли участвует в некоторых внутренних процедурах. Он ведь руководитель. Вы уже встреча…

– Да, – мой тон ясно давал понять, насколько мне невыносимо его общество.

– Точно. – Она поерзала в кресле. – Итак, прошу, присаживайтесь.

Сердце учащенно забилось, и я прикусила щеку, вспоминая наш последний разговор с Кейдом.

– Предпочитаю стоять.

– Хорошо. Конечно. – Она нервно хихикнула. – Итак, вас перевели в «Стоунвуд Энтерпрайзес», условия настолько выгодные, что вы приступите к работе уже на следующей неделе. Никакого долгого ожидания.

– Перевели? – запинаясь, переспросила я. Меня словно ударили в живот, разом выбив из легких весь воздух.

– Да, нам удалось добиться для вас отличных условий. – Она положила бумаги на белоснежный стол, пока Кейд печатал с таким видом, словно был один в комнате.

Тот факт, что он вообще находился здесь сейчас, тогда как за время моей работы ни разу не появлялся, действовал на меня словно красная тряпка на быка. Он явно сам напрашивался на конфликт.

Прочистив горло, я поправила блузку, решив не притрагиваться к контракту, чтобы не показывать свою заинтересованность.

– Но что, если я не хочу соглашаться на этот перевод?

– Видите ли, мисс Харди, все в рамках договора. Если вы проверите раздел… – Сотрудница отдела кадров начала бубнить о расстоянии между домом и работой, о том, где я нужна, и еще куче всякой ерунды, которая явно была полным бредом. Я поняла все, увидев самодовольную ухмылку, когда Кейд наконец-то соизволил посмотреть на меня.

Меня охватила настолько сильная злость, что я не сдержалась.

– Это ведь твоих рук дело, всемогущий Кейден Арманелли. – Я с отвращением поморщилась.

Женщина тут же вскочила, ее голубые глаза сияли беспокойством. Никто не смел насмешливо произносить полное имя Кейда. Чертов бизнесмен, ага. Все прекрасно знали, что влиятельные мафиози получали все, что им было нужно.

– Мисс Харди, мы поговорили с несколькими членами вашей команды, и вы по-прежнему будете выполнять работу для правительства. Это прекрасная возможность работы по контракту. Кэсси и Брэкстона тоже переведут. Вы получите потрясающую корпоративную надбавку, которую не предоставляет правительство. Даже сможете ездить в командировки, и это пойдет на пользу команде.

– Дайте угадаю. – Я положила руку на бедро. – Если я откажусь, то моя команда лишиться работы.

Женщина встала между мной и Кейдом, словно хотела разорвать наш зрительный контакт.

– Вы проделали фантастическую работу, и да, мы бы хотели, чтобы вы продолжили работать вместе.

– Вряд ли такой исход соответствует вашим протоколам.

– Честно говоря… – Она вздохнула и потерла глаза, как будто у нее был долгий день. Ее лицо украшали морщины – свидетельство стресса, с которым она имела дело. – Буду с вами откровенна. Возможно, мы нарушаем протокол, но если вы не подчинитесь, скорее всего, останетесь без работы.

Я наклонилась так, чтобы видеть его лицо.

– Это правда, Кейд Арманелли?

Уголок его губ пополз вверх, когда он услышал, как насмешливо я произнесла его имя.

– Мисс Харди, обещаю, вам понравится работа в корпорации.

Женщина кивнула.

– Мисс Харди, Кейд руководит большинством команд по защите информации. Советую вам принять предложение. Ваша зарплата и зарплата всех членов вашей команды будет удвоена, и, вероятно всего, там у вас будет больше возможностей для развития, чем здесь.

Я вздохнула.

Можно было закатить истерику, потребовать пересмотреть решение и даже швырнуть в них ручку. Однако такое поведение было свойственно старой Иззи, но теперь она научилась проявлять терпение. Отныне я стала другим человеком и покончила с дурными поступками. Я упаковала свои эмоции в красивую, аккуратную коробку, чтобы никто не сказал, что я веду себя как дива или потакаю той стороне своей натуры, из-за которой и попадала в неприятности.

Все говорили, что я повзрослела, но в большинстве случаев я просто ощущала непомерную усталость. Вот как влияет на человека постоянный контроль эмоций. Тем не менее я смирилась со своей участью и надеялась, что скоро смогу отправиться домой, чтобы выспаться и восстановить силы.

– Спасибо за предоставленную возможность, – сказала я пожилой даме, слова оставили во рту кислый привкус.

Кейд поднял бровь.

– И на этом все?

Клянусь, он стремился к конфликту, но я не собиралась доставлять ему такое удовольствие. Обрадовавшись, сотрудница отдела кадров спешно перешла к дальнейшим действиям и нервно засмеялась.

– Обещаю, все к лучшему. Когда освоитесь на новом месте, даже скажите мне спасибо. Вот увидите. Возможно, у вас появится больше свободного времени.

Она не понимала, что я хотела делать для правительства все то, что выполняла сейчас. Я хотела… нет, мне было необходимо много и упорно трудиться. Пока я была постоянно загружена работой, мне удавалось держать под контролем другую сторону своей натуры и не позволять ей вырваться наружу.

А Кейд все испортил, о чем и сам прекрасно знал.

* * *

Три месяца спустя

Кейд: Оставь попытки взломать системы правительства.

Я: Господи, займись собственной жизнью и перестань следить за мной.

Кейд: Технически я выполняю свою работу. Это вопрос национальной безопасности, и ты пытаешься проникнуть в нашу систему защиты.

Я: И все равно ты следишь за мной.

Кейд: Я слежу за тобой и знаю, что ты продала свою квартиру и переехала в апартаменты «Либерти Грин» с дерьмовой системой безопасности.

Я: Я серьезно, хватит.

Кейд: Тогда прекрати копаться в конфиденциальных данных.

Я: Успокойся, мне просто нужна информация об албанцах.

Кейд: Они не твоя забота.

Я: Я отлично знаю, что благодаря тебе у меня появились иные заботы.

Кейд: Да, к слову об этом…

Кейд: Я жду «Кейд, большое тебе спасибо».

Я: Да пошел ты.

Кейд: Всегда пожалуйста.

Я: Неужели такое и правда работает с женщинами?

Кейд: Даже не представляешь, насколько хорошо.

Я: Ты ведь понимаешь, что ты мой босс. Отделу кадров не понравится наша переписка.

Кейд: Если ты согласна, готов рискнуть продолжить.

Я: Нет, не согласна. У меня есть парень, и он хороший человек.

Кейд: Уверена? Хочешь, я взломаю его почту и соцсети и проверю?

Я: Не смей.

Кейд: Ага, раз уж он уехал из страны, позволим ему развлечься.

Я: Откуда ты знаешь, что он уехал?

Кейд: Я знаю все… Перестать лезть не в свое дело.

Я: Отлично. Проехали.


Три месяца спустя

Кейд: Неужели тебе нечем заняться в три часа ночи?

Я: Если бы ты позволил руководству повысить меня, возможно, у меня было бы больше работы.

Кейд: Ты явно не готова к повышению, иначе не стала бы ввязываться в авантюру и пытаться взломать систему посреди ночи.

Я: Оставь меня в покое.

Кейд: Тогда выключи компьютер и займись чем-нибудь другим.

Я: Мне больше нечем заняться.

Кейд: Твой парень снова уехал, да?

Я: Даже если и так, что с того? Перестань следить за мной.

Кейд: Спустись на землю, я настроил оповещение на случай, если ты станешь копаться в информации об албанцах. Заканчивай.

Я: Никогда еще не встречала такого невыносимого человека.

* * *

Шесть месяцев спустя

Кейд: Должно быть, тебя мало загружают в «Стоунвуд Энтерпрайзес».

Я: Вообще-то ты мой босс, хотя и не появляешься в офисе. Может, стоит сказать об этом менеджеру, который каждый день приходит в офис.

Кейд: Иззи, я серьезно, оставь эту затею.

Я: Просто дай мне сделать то, что я хочу сделать!

Кейд: Иди спать. Трахни своего парня. Посмотри сериал. Займись чем-нибудь другим.

Я: Я не устала, парня нет в городе, а сериалы скучные.

Кейд: Раз его постоянно нет, начинаю думать, что тебе нужен новый ухажер.

Я: Это не твое дело.

Кейд: Тогда найди себе новое хобби. Поезжай с ним, или он тоже скучный?

Я: Ненавижу тебя. ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ.

## Глава 1

Иззи

– Дело не во мне, а в тебе. – Парень, с которым я встречалась почти год, осторожно похлопал меня по плечу потной ладошкой.

Мне хотелось объяснить придурку, что обычно при расставании говорят другое. Но единственное, на что я была способна, – шокировано смотреть на его телефон.

На вечеринку в моем офисе по случаю Хэллоуина мы нарядились как Харли Квинн и Джокер. Воодушевленная предстоящим мероприятием я приготовила очень хороший костюм, но когда мы уже собирались выйти из машины, моему парню пришло сообщение.

Не придав этому особого значения, я просто взяла с сиденья телефон, намереваясь передать ему, но, когда на экране высветилась фальшивая грудь, мне пришлось открыть послание.

Разве вы поступили бы иначе?

А потом я увидела переписку целиком.

Джеральд Джонсон III был мужчиной моей мечты. Отчасти. Его спокойствие и уравновешенность помогали мне контролировать собственные эмоции. Он был обычным трудоголиком с мягкими щеками, светлыми волосами, спокойным характером, он дружелюбно относился почти ко всем окружающим. Мне казалось в нем идеальным все, кроме работы. Он часто ездил в командировки по всему миру. Но его отец владел крупной инвестиционной компанией, и работа предполагала частые разъезды… по крайней мере так он сказал мне.

Я доверяла ему, потому что пару раз ездила с ним и сама видела, что он и правда много работает.

По крайней мере, так мне казалось.

Его последняя командировка длилась целых два месяца, и уже через две недели после возвращения домой он не хотел иметь со мной ничего общего. Из-за этого я начала сомневаться, достаточно ли хороша, не сделала ли что-то не так? Неужели я оттолкнула его?

Учитывая эти сообщения, в моих мыслях был смысл. Вот только виновата была не я, а он. Я протянула ему телефон, а в ответ услышала лишь:

– Дело не во мне, а в тебе.

Во мне? И как это я виновата в его изменах?

– Во мне? – выкрикнула я, крышка коробки, в которую я спрятала темную сторону своей натуры, чуть приоткрылась. – Дай угадаю, я вынудила тебя послать этой Люси фотографию своего члена. На блюдце, Джеральд! Ты серьезно?

Он покачал головой и нахмурился, глядя на меня щенячьим взглядом, который я раньше считала милым.

– Детка, я не хотел, чтобы ты узнала все вот так, но, честно, неужели ты считаешь, будто мне хотелось возвращаться домой к этому?

И указал на меня. Я опустила голову и оглядела себя, не понимая, что он имеет в виду.

– Я же говорил, тебе стоит больше заниматься спортом и немного раскрепоститься. Вместо этого ты проигнорировала мои советы.

Мое сердце сжалось. Расставания всегда вызывали смесь гнева и печали, но в этот раз я цеплялась за гнев.

Только приготовилась высказать ему все, как он продолжил, не дав мне ответить:

– Не пойми меня неправильно, мне нравится твоя внешность. Очень нравится. Но ты же знаешь, я должен соответствовать определенным стандартам. Мне нужна девушка, которая будет выглядеть соответственно, подобающе роли. Как Люси. И для этого необязательно пить на наших благотворительных мероприятиях. Ты же знаешь, мне нужна общительная милая девушка, которая будет помогать мне налаживать связи. Думаю, нам стоит сделать перерыв, чтобы ты как следует поработала над собой.

– Сделать перерыв? – Я повторяла его слова, как заевшая пластинка. Неужели он считал, что после такого мы снова будем вместе? Я что, встречалась с идиотом?

Джеральд вернулся домой, но мыслями все еще оставался где-то далеко, не со мной. Мне даже не удавалось привлечь его внимание настолько, чтобы мы оказались в постели, хотя, если честно, его нельзя было назвать классным любовником. Секс с ним – как нескончаемая погоня за недоступным удовлетворением, но мой целибат длился два месяца, и я хотела покончить с засухой.

А теперь он пытался сказать мне, что я скучная.

– Послушай, я не хочу, чтобы мы расстались вот так. Возможно, у нас еще все может получиться. – Он нахмурился, снова пытаясь смотреть на меня этими щенячьими глазками.

– Правда? Тогда что, напишем Люси и скажем ей, что ваши отношения зак…

– Нет! – вскрикнул он и выхватил свой телефон. – Это… К чему писать ей такое? Мы с тобой расстаемся лишь на время. Иззи, я ведь сказал, ты мне всегда нравилась. Просто… честно говоря, я обсудил наши отношения с отцом и некоторыми своими друзьями. Мы считаем, до свадьбы тебе надо сбросить несколько килограммов и найти работу с более свободным графиком, чтобы чаще быть у меня под рукой, понимаешь? Перерыв пойдет нам на пользу, мы будем ходить на свидания, а потом вернемся к этому…

– Джеральд, я не хочу выходить за тебя замуж, – выплюнула я, меня передернуло от одной только мысли об этом. А затем продолжила, стараясь донести до него правду о том, что между нами все кончено: – И я не хочу работать над собой.

– Послушай, я знаю, ты злишься, но помни, что сказал твой психотерапевт. – Я удивленно посмотрела на него: неужели он решил повести себя таким образом? Если так, уверена, психотерапевт понял бы меня, если бы я решила выцарапать Джеральду глаза. Коробочка приоткрылась еще больше.

– Вот видишь, ты начинаешь злиться. У тебя вспыльчивый характер, и, когда обижаешься, ты склонна реагировать неадекватно. Еще одна проблема, с которой мне приходится иметь дело. Их много, этих проблем. Как думаешь, Иззи, каково мне встречаться с наркоманкой?

А теперь он нарушил данное раньше обещание. Он дал слово, что не станет использовать против меня мое прошлое, и только что сделал именно это.

– Но, Джеральд, ты же сказал…

– Я помню, что сказал. Правда помню. Просто очень трудно развлекаться, когда я знаю, что ты можешь слишком много выпить или позволить себе еще что посерьезнее, потому что боишься собственной зависимости. – Он изобразил воздушные кавычки, словно цитировал самого себя. – Люси для меня – словно глоток свежего воздуха. Если бы ты с ней познакомилась, сама бы все поняла. Нам стоит вместе сходить на завтрак, общение поможет немного сгладить ситуацию.

Ни за что.

Я вроде как всегда понимала, что этот парень не подходит мне. Предполагалось, что во время поцелуев с ним в животе будут порхать бабочки, так?

Предполагалось, что я буду мечтать о том, чтобы он вернулся из командировки пораньше, а не задержался еще на день или два.

Вот только я грезила о другом.

Несмотря на все мои попытки исправить ситуацию, наши отношения были посредственными. Я раз за разом уговаривала себя не бросать его, потому что понимала, не всем суждено испытывать сильные эмоции. И что с того, что я не скучала по нему, пока он был в отъезде? Будучи взрослой, я зрело относилась к нашим разлукам.

Однако теперь все обрело смысл.

– Я облегчу тебе задачу. С нами покончено.

– Милая, сделай глубокий вдох. – Он надулся как ребенок.

– Джеральд, не звони мне и не пиши. Все кончено. – Я открыла дверь машины, но он схватил меня за руку.

– Иззи, я люблю тебя. – Получилось у него довольно искренне. Он уже вспотел и сжимал руку в кулак, будто и правда волновался. – Милая, пожалуйста, я правда люблю тебя.

А затем наклонился, чтобы поцеловать меня. Думаю, я не отреагировала из-за шока, но когда он поднял руку, намереваясь облапать меня, я отпрянула.

– Ты что, шутишь?

– Нам ведь всегда было хорошо вместе. Детка, давай сделаем несколько глубоких вдохов и встретимся с Люси за завтраком. Все будет хорошо. Ты нужна нам.

– Нам?

– Мне, – исправился он. – Ты нужна мне. Я люблю тебя. – Он пытался добавить во взгляд похоти, но из-за этого стал выглядеть еще глупее.

– Твое заблуждение о том, будто нам было хорошо вместе, лишь доказывает, что мы никогда не подходили друг другу. – Я замолчала, чтобы не сказать лишнего. Теперь я лучше контролировала себя.

Психотерапевт оказалась права.

– Скатертью дорога, Джеральд Джонсон Третий. – Я закатила глаза и, вырвав руку, покинула машину.

Естественно, этот мужчина не мог так просто отпустить меня. Обязательно надо было опустить стекло и опозорить нас обоих.

– Скатертью дорога? Я дал тебе все и совсем немного прошу взамен. А ты нарядилась как шлюха, выставив свою задницу на всеобщее обозрение, и в таком виде идешь на вечеринку! Хотя вот это все должен видеть лишь я.

Верно.

Видимо, сейчас самое время заявить, что из близнецов хорошей была не я, а Делайла. Она хорошо училась, никогда не бунтовала и не создавала проблем. Сестра умела сглаживать ситуации, а не усугублять.

А вот я была другой. Едва окончив школу, я попала в колонию для несовершеннолетних за то, что, будучи под наркотиками, попыталась совершить кражу. Я не очень хорошо помню то время, потому что оказалась на дне.

На то имелись свои причины, и я хранила их в коробке под кроватью. Это произошло несмотря на поддержку и любовь моей семьи, потому что любой может стать жертвой зависимости.

Необязательно быть выходцем из неблагополучной семьи или иметь криминальное прошлое, чтобы наркотики возымели над вами силу. Они действуют быстро и вызывают привыкание. Достаточно было лишь раз попробовать это с другом, и все, я оказалась на крючке. Несколько неприятных эпизодов, – и я попала в ловушку.

Но колония пошла мне на пользу. Пройдя курс реабилитации, я избавилась от зависимости и старалась не оглядываться назад.

Тем не менее я оставалась плохим близнецом. Да, я старалась походить на сестру, но, если честно, была слишком вспыльчивой и любила хаос.

Если начистоту, я не зря надела костюм Харли Квинн. На моей футболке красовалась надпись «Маленький папочкин монстр», а красная помада, контрастирующая с бледным цветом лица, намекала на любовь к эпатажу. Я выбрала этот костюм ради забавы, но внезапно решила, что сделала правильный выбор. И удивилась, а зачем сдерживаться. Почему женщина всегда должна подавлять собственные эмоции ради того, чтобы не обидеть других? Мы имели право – нет, заслуживали – реагировать на обиду. И мой сегодняшний костюм был как раз кстати.

Развернувшись, я зашагала к машине Джеральда, попутно копаясь в сумочке. Обычно я не носила с собой баллончик с краской, но в тот день, покупая последние аксессуары для наших костюмов, увидела на распродаже красную краску и не смогла устоять. Ярко-кровавый казался идеальным оттенком, способным привлечь внимание к картине или достаточно смелым выбором для реставрации мебели.

Мне нравилось заниматься и тем, и другим. Оба занятия помогали успокоить разум так, как не помогало ничто другое.

Краска отлично подошла бы для моего следующего творения, но перед этим ей предстояло выполнить еще одну задачу.

Я замедлилась, пытаясь снять крышку с баллончика. Будь Джеральд посообразительнее, понял бы все в тот момент, когда я встряхивала баллончик.

– Иззи, что ты де…

Брызги красного пролетели сквозь открытое окно прямо ему в лицо.

– Секс был весьма посредственным, – спокойно сообщила я ему.

Он закричал и нажал на кнопку, пытаясь закрыть окно.

Вот только я не остановилась, а когда начала писать «мудак» на гладкой черной двери, он наконец пришел в себя и спешно сорвался с места.

Его ошибкой было не то, что он порвал со мной перед вечеринкой в офисе в честь Хэллоуина. Ему вообще не стоило начинать встречаться со мной.

Вздохнув, я ощутила свежесть и легкость, которую не чувствовала раньше, а потом посмотрела на небо. Момент свободы, когда я дала волю спрятанным в коробке разочарованию и ярости, дарил фантастические эмоции. Я словно была зажата в неких рамках и теперь наконец вырвалась на свободу. Продолжая смотреть на небо, я широко ухмыльнулась. Видимо, кто-то там наверху понял, что Джеральд III не создан для Иззи I. Наверное, я была слишком взвинченной, чтобы иметь дело с тем, кого все считали надежным парнем.

Хотя моя семья не обрадуется нашему разрыву. Познакомившись с Джеральдом, мама улыбнулась так, будто увидела в нем решение всех моих проблем. «Иззи, он поможет тебе обрести покой», – сказала она.

И очень сильно ошиблась.

– Итак, полагаю, эти отношения закончены. – Со стороны одной из скрытых в тени боковых улиц донесся глубокий голос.

От неожиданности я подпрыгнула и обернулась. Я знала этот голос и узнала бы его где угодно. Я ненавидела его всеми фибрами души, хотя, казалось, не слышала целый год.

– Господи, Кейд, какого черта? Ты стоял там все это время?

Кейд неторопливо вышел из тени, хотя походил на человека, которому скорее суждено скрываться в ее глубинах. Впрочем, возможно, я была единственной, кто так считал. Вся моя команда утверждала, что нам повезло работать под началом Кейда, потому что он принял предложение от «Стоунвуд Энтерпрайзес», благодаря которому сотрудники получили корпоративные каникулы и прибавки к зарплате.

Я знала, как обстоят дела, но не стала озвучивать правду. «Стоунвуд Энтерпрайзес», как и вся семья Кейда Арманелли, работала с правительством. Они вместе управляли страной, а мы были лишь маленькими винтиками в этой системе. Кейд не хотел, чтобы я напрямую работала на правительство. И добился этого собственным нелепым способом.

Несмотря на это, за последний год я неоднократно пыталась проникнуть в систему данных. И каждый раз натыкалась на разную защиту. А у него хватало наглости взламывать мой ноутбук, чтобы велеть мне прекратить попытки.

Тогда я стала заниматься этим все реже и реже. Решила, что у меня неплохая жизнь, есть парень, и пусть работа в «Стоунвуд Энтерпрайзес» была скучной, она позволяла оплачивать счета.

– Достаточно долго, чтобы увидеть, как ты разрисовала ему лицо и испортила машину.

– Он это заслужил.

– Ты так считаешь, Харли Квинн? – Кейд наклонил голову, разглядывая мой наряд. – Хочешь позвонить в полицию и во всем признаться или позволишь ему заявить на тебя?

Почему он спрашивал меня об этом? Любой, кто стал бы свидетелем происходящего, пожелал бы остаться в тени, не желая быть пойманным в такой неловкий момент. Вот только Кейд явно наслаждался происходящим. Он улыбался мне так, словно находился в своей стихии.

– Как вижу, ты в восторге. – Я вскинула руки. – Почему ты вообще здесь?

– А почему не должен?

Нелепый вопрос. Кейд руководил подразделениями по кибербезопасности в правительстве, Пентагоне и «Стоунвуд Энтерпрайзес». Он ездил по миру, работал над сверхсекретными проектами и ни разу не переступил порог нашего офиса. Несмотря на то, что у него был самый большой кабинет, мы никогда не видели его на нашем этаже.

– С того дня, как я начала работать в «Стоунвуд Энтерпрайзес», ты ни разу не появлялся там.

Он потер покрытую щетиной челюсть.

– Верно, напомни, какой это был день?

В моем баллончике еще осталась краска.

– Знаешь, кажется, стоить украсить красным и твое лицо.

Он откровенно смеялся надо мной, и это придавало совершенно новый смысл выражению «у меня чешутся руки». Ярость разгоралась еще сильнее, чем во время разговора с Джеральдом.

– Ты смеешься над тем, что заставил меня сменить работу, или над тем, что я хочу разукрасить тебя? Потому что, уверяю, здесь нет повода для смеха.

– Зачем тебе вообще эта краска?

– Она нужна мне, потому что дома я… вообще-то, это не твое дело.

Он хмыкнул.

– Предпочитаешь не рассказывать о личном, да? А вот минуту назад ты не переживала на этот счет, когда кричала о своей сексуальной жизни.

– Наш с Джеральдом разговор не твоего ума дело.

Кейд пожал плечами.

– Все, что касается тебя, – мое дело, сладкая.

– Я поняла это еще год назад, – проворчала я, готовая выпустить всех своих демонов на волю. Я репетировала свою речь на случай, если увижу его снова. Он заставил меня сменить работу, даже формально заранее не попросив об этом.

– Ага, вижу, сегодня в игру вступила настоящая Иззи.

Желудок сжался: значит от Кейда не укрылось, что я скрываю что-то от остальных. Меня бесило, что он так легко подмечает то, что не видели другие, поэтому я притворилась, будто не понимаю смысл его слов.

– И что это вообще значит?

Он вздохнул так, словно устал от моих закидонов, и направился к зданию.

– Если желаешь вспоминать события годичной давности, вперед, ной сколько влезет.

– Это я-то ною? – Я топнула ногой. – Ты намеренно подразнил всю мою команду увеличением зарплаты, по сути вынудив меня согласиться на переход в корпорацию ради фиктивной сделки, потому что хотел, чтобы я перестала искать информацию про албанцев.

– Как скажешь. – Он пожал плечами и усмехнулся, открывая передо мной одну из больших стеклянных дверей башни Стоунвуд.

Я протопала мимо, раздраженная его насмешками и тем, что он делал вид, будто все случившееся было простым пустяком.

– Ради того, чтобы доказать свою чертову точку зрения, ты даже лишил меня источника заработка.

Он недовольно прищурился.

– Лишил источника заработка? Ты получила премию, больше свободного времени, да еще и свою команду. Так что я все еще жду благодарности.

– И ты знаешь, что я скажу: «Пошел ты, говнюк», – сказала я, подойдя к нему и подняв подбородок, чтобы мои слова прозвучали громко и четко.

Он прикусил губу, показавшись больше и злее, а потом на его лице появилась широкая зловещая улыбка. Обычно так улыбались наделенные властью люди, которых все боялись. Я понимала, что Кейд не привык к такому тону, ведь обычно ему редко возражали.

– Мне нравится, когда ты говоришь так горячо, будто и правда имеешь это в виду.

Буквально зарычав, я стремительно пролетела мимо него к лифтам.

– Не понимаю, зачем ты пришел сюда. Мы способны обойтись и без тебя.

– Да, похоже, мои подчиненные настоящие гении, раз творят такое с помощью баллончика с краской, – снисходительно хмыкнул он.

– Случившееся касается лишь меня и моего парня. – Мне хотелось повести себя как ребенок, дернуть за косички, закричать и уйти домой. Этот мужчина обладал способностью всего за несколько секунд выводить меня из себя, чем он сейчас и занимался.

– Вообще-то, бывшим парнем, – поправил он.

У меня не было сил ни на препирательства с ним, ни на собственные эмоции. И, честно говоря, прозвучавший из его уст факт ранил даже сильнее, чем само расставание.

– Не важно, Кейд, – фыркнула я. Теперь, когда мои истинные эмоции прорвались наружу, я не знала, как поместить их обратно под замок. – Я сегодня не в настроении.

Никто не позволял себе разговаривать с ним в таком тоне, и я это понимала. Хороший хакер может раскопать компромат, а лучший – разрушить твою жизнь, отыскать все скелеты или отправить тебя в тюрьму.

Все знали, у Кейда есть информация на каждого. И, судя по тому, что мне доводилось бывать в его обществе, никто не переходил ему дорогу именно по этой причине.

Но я презирала его не за это. Он вел себя так, будто мне нельзя доверять, а потом с легкостью перевел туда, где я была под надежным колпаком.

Не знаю, почему, но я все еще стремилась доказать ему его неправоту. Честно говоря, из-за этого ситуация казалась еще более неловкой.

– Мой бывший не станет заявлять на меня. Из-за этого пострадает его драгоценная репутация, – усмехнулась я, убирая баллончик обратно в сумочку.

– А стоило бы. Порча машины мудака – преступление. И, не исключено, что его глаза тоже пострадали.

Я внимательно посмотрела на Кейда. Честно говоря, я ожидала, что он обвинит во всем меня, но вместо этого он назвал Джеральда мудаком. Даже такое ничтожное проявление заботы с его стороны заставило меня поджать губы, ярость улетучилась. Внезапно мне стало стыдно и неловко из-за того, что меня застали за таким детским актом возмездия. Но не стоило забывать, что инициатива расставания исходила не от меня.

Я задумалась, а слышал ли он жестокие слова моего бывшего до того, как я облила его краской. На глаза навернулись слезы, и я знала, что Кейд видит, как дрожит мой подбородок.

– Не исключено, что он так и сделает. А еще ты можешь сам написать заявление и приложить к нему записи с камер видеонаблюдения.

Кейд шагнул ближе и потянул за прядь моих светлых волос, а затем потер их между пальцами.

– Я уже удалил все записи с камер.

Его признание и жест буквально заколдовали меня, что было совершенно неуместной реакцией.

– Зачем ты это сделал? – прошептала я, глядя ему в глаза.

– Ты моя сотрудница. Ситуация выставит компанию в дурном свете. – Он пожал плечами и сжал прядь так, словно пытался разгадать код. – Ты покрасила волосы ради образа?

– Всего лишь смывающаяся краска. – Я взмахнула рукой с покрытыми красным лаком ногтями и попыталась сосредоточиться на беседе, а не на ужасном начале вечера или на том, как мое тело реагировало на человека, которого я считаю своим врагом.

– Слишком много усилий для вечеринки в кругу коллег. – Отступив назад, Кейд окинул взглядом мой наряд. – Ты как следует постаралась, куколка.

По крайней мере, я приложила усилия для того, чтобы нарядиться, тогда как мужчина передо мной даже не пытался. Окинув его взглядом, я постаралась не рассмеяться над тем, что на вечеринку в честь Хэллоуина он пришел не в костюме.

– Куколка?

– После выхода фильмов все знают и Харли Квинн, и ее прозвища.

Я закатила глаза. Кейд всегда отличался скрытностью и не мог просто признаться в том, что читал комиксы. Он с радостью совал нос в чужие жизни, но о собственной всегда хранил молчание.

– Неважно. Я читала комиксы, и она мне нравится. Предполагалось, что получится забавный образ, ведь Джеральд…

– Из Джеральда получился бы ужасный Джокер, – сказал Кейд, почесывая бровь, свет уличного фонаря подчеркивал его мужественные черты лица.

С Кейдом не мог сравниться ни один мужчина. Ему бы подошли многие образы: Психо, Джокера, Майкла Майерса, Бэтмена, Супермена или кого угодно из тех, кого выбрал бы он сам. Он был высоким и сильным, а еще поддерживал отличную физическую форму, хотя я и не знала, каким именно образом. Каждый раз, когда я его видела, он, сгорбившись, сидел за монитором или другим подобным устройством.

Вот только не сейчас.

– Ты ведь понимаешь, что не должен знать даже его имя? – отметила я, потому что Кейду была свойственная плохая привычка совать нос в мою жизнь.

– Я знаю о тебе все, – прошептал он, и мое тело задрожало, я никогда не реагировала так на Джеральда, лишь на Кейда. – Вплоть до того, сколько усилий ты приложила, чтобы создать свой образ.

– Не стоит критиковать меня за старания, тогда как сам вообще ни черта не сделал, – выдала я и резко захлопнула рот. Я все еще злилась, поэтому не должна была поддаваться эмоциям и срываться на босса. А он был именно боссом, даже если его никогда не было рядом.

К моему удивлению, он вытащил из кармана пиджака маску.

– Быстро сделала выводы, решив, что я ни черта не делаю, да? – Он повторил мои слова, а затем убрал маску обратно в карман, очевидно даже не думая надевать ее.

– Маска из «Крика»? – Я подняла бровь. – Неужели тебе, как и всем остальным, нравится Скит?

– Легкий выбор, когда не хочешь участвовать, но вынужден.

– Естественно, ты не хочешь участвовать, – пробормотала я, всплеснув руками и повернувшись, чтобы направиться к лифтам.

Кейд был главным, потому что был лучшим, но отсутствие интереса к собственным подчиненным и нежелание быть частью команды казалось откровенным неуважением, особенно учитывая, что я хотела занять место руководителя группы с того момента, как стала работать в «Стоунвуд Энтерпрайзес». Работа стала смыслом моей жизни, я буквально дышала ею. Именно она помогала мне оставаться сфокусированной на важном, не позволяла отвлекаться на посторонние задачи и помогала большую часть времени оставаться здоровой, как физически, так и морально.

Если я не высыпалась, потому что работала над взломом кода или помогала другому члену команды с алгоритмом, тем лучше. Чаще всего я поступала так, потому что Кейд не отвечал на звонки или сообщения членов команды.

Полагаю, большинство из них уже удалило его номер.

– Какой мне смысл принимать участие, если я могу заниматься чем-то более продуктивным? – сказал он за моей спиной, словно не мог промолчать в ответ на мой выпад. Может, стоило сказать ему перестать идти за мной и вместо этого подняться на верхнюю площадку, которая располагалась на сто десятом этаже? Я знала, оттуда открывается прекрасный вид. Здание было спроектировано специально для «Стоунвуд», из-за выбранной формы казалось, будто в небо взлетает волна. Внутри лифт окружал искусственный водопад, который сохранял задумку архитектора и в интерьере. Благодаря стоящим в холле мягким кожаным креслам, полам из мрамора и люстрам из хрусталя не возникало ощущения, будто мы приходили на работу. Возможно, на то, чтобы подняться на самый верх, у Кейда ушел бы весь вечер, и тогда мне не пришлось бы больше его видеть.

– О, даже не знаю. Возможно, потому что у тебя есть команда, которую ты не видел год, и все они в восторге от костюмированной вечеринки, – ответила я.

– Правда? – спросил он, уголок его полных губ приподнялся. Вряд ли он понял, что я не испытывала восторг по поводу этого мероприятия. Я приложила достаточно усилий, чтобы скрыть правду. Дойдя до дверей лифта, он помахал ключом.

– Несмотря на то, что до Хэллоуина еще несколько недель и это детский праздник, я все равно нарядилась. – Я поставила руки на бедра.

Когда двери лифта открылись, он вошел внутрь.

– Да, ты оделась для вечеринки. Твоя задница на виду.

Кейд Арманелли.

Бессердечный и жестокий мерзавец.

Хотя он всего лишь повторил слова, которые произнес мой бывший, для меня они были словно удар в живот. Я сказала себе, что причина в неловкости, ведь начальник стал свидетелем моего разрыва. Тем не менее я посмотрела на него и покачала головой, мои светлые хвостики закачались из стороны в сторону.

– Да уж, знаешь, пожалуй, я подожду следующего лифта или поднимусь по лестнице.

Кейд резко вытянул руку и схватил меня за локоть до того, как двери лифта закрылись. От неожиданности я оступилась в своих белых сапогах на шпильках и едва не упала на него, но он поймал меня, когда до соприкосновения наших тел оставалась пара сантиметров.

Мы оказались настолько близко, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него, потому что он буквально нависал надо мной. Будь он милым, цвет его глаз можно было бы сравнить с медом. Но на самом деле его взгляд был таким же темным, как обжигающий горло виски.

Словно прочитав мои мысли, он провел пальцем по моей ключице, вверх по шее, а затем по подбородку.

– Харли Квинн, ты слишком ранимая.

– Нет, – прошептала я, находясь в плену его нежного жеста и того, как сильно он повлиял на меня. Меня всегда тянуло к Кейду. Даже ненавидя его, я никогда не могла игнорировать притяжение между нами.

– Ты позволила мужчине, который тебе безразличен, практически довести тебя до слез. Позволила увидеть скрытый в тебе огонь, хотя он этого не заслуживал. – Кейд задумчиво провел пальцами по моей челюсти.

– Огонь? – Я прищурилась, пытаясь осознать смысл сказанного, но понимая, что тело откликается на его слова. Возможно, то же самое происходило и с ним, ведь обычно этот мужчина держал дистанцию и не увлекался пустой болтовней, не тратя время на подобные мелочи. – У тебя все хорошо?

Кейд сжал челюсти.

– Меня бесит, что пришлось прийти сюда сегодня вечером, и еще сильнее раздражает то, что я увидел, как глупо повел себя член моей команды. К чему вообще тратить на него свой гнев?

– Твоей команды? Да ты едва ли бываешь здесь. Кроме того, у тебя команды по всей стране, сосредоточься на них. И, если честно, даже не знаю, на кого я должна больше злиться, на него или на тебя за то, что повторяешь его слова?

– На меня? – Он отпустил мою руку и достал из кармана пиджака маску, а затем медленно надел ее. Не знаю, почему у меня перехватило дыхание, ведь мы – не герои фильма ужасов. Мне не угрожала опасность.

Или я ошибалась?

Кейд мог причинить мне больший вред, чем любой из героев «Крика».

Он наклонился к моему уху и прошептал:

– Я определенно заслужил твой гнев. И порадуюсь, если ты выплеснешь его на меня, куколка.

Я ахнула от этого признания и наклонила голову, пытаясь прочитать его эмоции. Но когда он отступил назад и качнулся на пятках, увидела лишь маску.

– В твоих словах нет никакого смысла. – Я сложила руки на груди, сомневаясь, что хочу находиться рядом с ним, и не уверенная, почему меня заводит его маска. Под личиной бизнесмена скрывался мафиози, а мне нужно было выбраться из этого лифта и убраться подальше от него.

Он не был тихой маленькой гаванью, как Джеральд. Его скорее можно было сравнить с тикающей бомбой, и, останься я рядом, рисковала пострадать от ее взрыва.

– Неужели твой босс должен тебе что-то объяснять? – спросил он.

– Ну, ты только что пытался унизить меня, как сделал мой бывший…

Кейд перебил меня, из-за маски его низкий голос казался приглушенным:

– Я сказал, что твоя задница выставлена напоказ. И не говорил, хорошо это или плохо.

Лифт приближался к вершине здания, озвучивая номер каждого этажа, который мы проезжали. Оставалось всего десять, и тогда можно будет сбежать от него.

Я покачала головой. Мы оба знали, какие претензии высказал мой бывший.

– Даже если ты не указываешь на необходимость занятий спортом, мы оба знаем, что он сказал перед этим. Так что, если пытаешься намекнуть и на это, то вперед. – Я пожала плечами, изображая безразличие. Мне было плевать, увидит ли Кейд слезы в моих глазах. Он стремился довести меня до предела, и у него получилось. – Но знаешь что, к черту вежливость. Так что пошел ты, Кейд Арманелли. Можешь отправляться в ад вместе с моим бывшим.

Он поднял маску и улыбнулся безумной улыбкой. Эта зловещая гримаса пугала сильнее, чем любая маска для Хэллоуина.

– Считаешь, я такой же, как твой бывший?

Что я могла ответить? Вероятнее всего, большинство мужчин походили на Джеральда. Им нужна была женщина, которой мне никогда не стать. Милая, ухоженная, стройная и без багажа прошлого.

Пока я смотрела на Кейда, между нами разгоралась молчаливая битва. Неужели он ожидал, что я вслух признаюсь ему во всех своих чувствах? Ну нет, я точно не стала бы делать такое.

Покачав головой, я отвела взгляд.

– Все вы одинаковые, – прошептала скорее себе, чем ему.

Наше общение подходило к концу, оставалось всего пять этажей. Кейд вытащил из кармана телефон, явно подразумевая, что разговор окончен. Отлично. Меня ждала вечеринка, я собиралась провести там немного времени, а потом сбежать. Все равно вечер был безнадежно испорчен.

Но внезапно лифт со скрипом остановился.

Свет замигал, а затем и вовсе погас.

## Глава 2

Иззи

Мое тело дернулось, а сердце забилось быстрее. Раньше лифты не останавливались так внезапно. В этом современном здании никогда не случались подобные сбои.

Не успела я выругаться, как вдруг почувствовала, как Кейд обхватил меня за шею широкой ладонью и толкнул к двери лифта. Он сжимал мое горло с такой силой, что при желании мог задушить. Не знаю, зачем другой рукой он обхватил мою талию, то ли пытался не дать мне упасть, то ли просто хотел полностью контролировать меня.

Я прищурилась, пытаясь в темноте разглядеть его лицо.

– Кейд, какого черта?

– Теперь, когда у нас, мисс Харди, появилась минутка, повернитесь и дайте почувствовать, насколько велика ваша задница.

Стыдно признаться, но от этого приказа я сразу же возбудилась, его хриплый голос творил со мной то, что раньше никому не удавалось.

– Что? – прошептала я, кожа пылала так сильно, что мне никак не удавалось сосредоточиться.