Эликсир
Анастасия Свиридова

© Анастасия Свиридова, 2025

ISBN 978-5-0065-0864-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1.
Глава загадок и неопределенностей: Все становится непонятным

В те безмятежные мгновения между сном и явью, когда душа парит в океане спокойствия, а сознание еще не коснулось берегов реальности, я замираю в сладостном нерешении. Хрупкие ресницы все еще сомкнуты, укрывая мой взор от наступающего дня.

В этой блаженной тиши раздаются лишь мерные вздохи спящей сестрицы. Моя нежная Дина — единственный родной человек в ветхом доме, где мы, две осиротевшие души, обрели приют.

Внутри пробуждается жажда распахнуть глаза и с распростертыми объятиями встретить все возможности, которыми одарит меня новое утро.

Однако, если бы этот рассвет оказался последним в моей жизни, смогла бы я без сожалений провести последние мгновения именно так, в ленивой полудреме, бездействии и страхе перед вечностью, что ждет по ту сторону реальности? Душа содрогается от одной лишь мысли…

Анелия уже закончила завтракать и собиралась в дорогу. За эти годы у нее вошли в привычку ранние подъемы и прогулки по дубовому лесу, который примыкал к их с сестрой уютному дому. В этот момент в дверном проеме появилась заспанная Дина.

– Ты давно встала? – спросила Дина.

– Давненько. И уже убегаю, – Анелия улыбнулась сестре и добавила, выходя из дома. – Не забудь позавтракать, соня!

Закрыв за собой дверь, девушка остановилась на несколько секунд, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Утро было ясное, но солнце еще не успело нагреть землю, и прохладный воздух бодрил.

Ее длинные светлые волосы обычно были собраны в хвост или косу, но сегодня она едва успела расчесаться. Ее глаза – такие большие и выразительные – словно переливались всеми оттенками морской глубины, а розовые нежные губы расплывались в мягкой улыбке. Простое, но изящное платье подчеркивало естественную красоту, не скрывая ее скромности. Весь милый образ будто не соответствовал уверенной походке и той энергии, которой девушка светилась изнутри. Она выглядела сильной и готовой ко всему, но в то же время доброй и отзывчивой.

Анелия уверенным шагом отправилась по узкой извилистой тропинке, которая вела к горной гряде, навстречу прекрасному новому дню. Путь к горе был хорошо протоптан жителями деревни, которые часто отправлялись туда за водой. Ручьи и источники в этих местах были кристально чисты, и едва ли можно было найти воду чище, чем в горных родниках. Однако Анелия шла не ради воды. У нее были другие дела. Она изучала разнообразные травы и их целебные свойства и хорошо знала, что, например, медуница помогает при простуде, шлемник от головной боли, а если сделать из пассифлоры мелкий порошок, то получится замечательное успокоительное при тревожных состояниях. Но совсем недавно Анелия нашла у гор траву, очень похожую на шалфей. Когда она попыталась сделать из нее настой, запах ей показался незнакомым. Конечно, все пришлось вылить. Но траву она хотела найти и изучить.

Девушке очень нравилось исследовать местную флору, готовить из растений настои и порошки. У нее даже собралась целая коллекция разнообразных лекарственных средств, и она с радостью и регулярно ее пополняла.

Жизнь в деревне была скромной, и, конечно, той пары старых и порванных книг, которые ей с трудом удалось раздобыть, было мало, а искусству врачевания учили только в городе.

Она четвертый год растила и воспитывала сестру одна, да и денег на обучение просто не было. Но для Анелии заветная мечта превратилась в цель, а иметь цель – это уже немало.

Жизнь в деревне была простой и спокойной. Сестры жили на окраине дубового леса. До ближайшего города было полдня пути, но местные жители справлялась своими силами: кто-то держал животных, кто-то выращивал овощи. Все помогали друг другу, жили в гармонии с природой.

Единственной опорой девочек стала мудрая старушка по имени Берта, подруга их покойной бабушки. Несмотря на преклонный возраст и хрупкое здоровье, она с радостью приняла сестер под свое крыло. Она старалась заменить им мать: готовила вкусные обеды, учила вязать и вышивать, делилась житейской мудростью. По вечерам девочки часто навещали тетушку, пили ароматный травяной чай и слушали увлекательные истории из ее прошлого. Эти посиделки помогали им скрасить горечь утраты и почувствовать тепло семейного очага.

Местные жители, проникнувшись к сестрам добротой и теплотой, очень хорошо их приняли. А со временем общими усилиями удалось отремонтировать пустующий дом на окраине деревни, давно заброшенный, там и поселились Анелия с Диной.

Все вокруг знали, почему девочки оказались здесь. Их отец был очень уважаемым человеком и справедливым правителем, но его судьба оборвалась после того, как он перешел дорогу одному из богачей города – зловещему человеку из рода Харичиев. Этот жадный и мстительный богач не остановился на угрозах и поджег дом, когда не смог получить свое. Немногие знали все подробности этой трагедии, но все понимали, что этот преступник так и не поплатился за свои злодеяния. Его ожидала казнь, и он сбежал со своей семьей, увезя с собой имущество, и его след затерялся. Первое время их искали, но потом история позабылась, и лишь изредка городская стража узнавала кого-то из них в лице прохожих, но не задавала вопросов.

Анелия и Дина никогда не забывали о родителях, но здесь, в новом доме, они начали новую жизнь. Они расчистили дворик и посадили цветы. Заботливая и заразительно-радостная Динка была несомненным солнцем этой небольшой деревушки. Ее улыбка заставляла соседей улыбаться в ответ. Кругленькая, румяная, девятилетняя девочка весело бегала по улице, и, глядя на нее, все становились немного добрее. А доброта – она как цветы: порой ее становится больше, когда никто не мешает ей расти.

Четыре года сестры прожили, преодолевая трудности и радуясь простым, но счастливым моментам вместе: собирая грибы и ягоды, сажая овощи в огороде, разводя птиц и продавая часть торговцам из города, чтобы на эти деньги покупать одежду и все необходимое, что они не могли сделать своими руками. Девочки трудились на совесть, а вечера они проводили за общим столом, где согревали друг друга своим ласковым присутствием. Ведь для них было большой радостью просто быть рядом друг с другом.

– Анелия, это ерунда, перестань! – Дина толкала сестру каждый раз, утыкала руки в бока и хмурилась, стоило Анелии начать за нее беспокоиться. – Не надо звать тетушку Берту, не устраивай переполох!

– Но это серьезно, Ди! Сколько дней у тебя уже болит голова? – настаивала Анелия, волнуясь о сестре.

– Ну, пару дней, но я чувствую себя нормально, ты же видишь! – Дина сдвинула брови, решив, что ей лучше прекратить говорить об этом, чтобы не волновать сестру еще больше. С того момента, как сестры остались одни, и Анелия заботилась о Дине, больше всего на свете она боялась ее потерять. Пусть весь мир рухнет, если останется хоть один светлый островок, на котором будет счастлива ее сестра.

– Это не шутки, Дина, выпей отвар! – сестренка недовольно мотнула головой, отказываясь от лекарства. Но Анелия не сдавалась и продолжала настаивать, пока не увидела в ее глазах слабый намек на согласие.

– Ты понимаешь, что тебе нужно полежать, отдохнуть, прошу тебя!

– Позже отдохну, а сейчас я пойду в лес! Соберу ягоды. Надоело сидеть дома. Вчера я видела белку, она почти подошла ко мне. А вдруг сегодня она снова придет? – Дина с надеждой взглянула в светло-голубые глаза сестры.

Анелия тяжело вздохнула.

– Нет, дружочек, давай все-таки посиди дома. Я схожу за ягодами, а ты отдохни, прошу тебя в последний раз.

У Дины всегда было доброе сердце, и, если она видела, что Анелия переживает, капризы прекращались сами собой.

Поэтому старшая сестра уложила младшую в кровать, сделала отвар шлемника и долго ее обнимала, пока та не начала дремать. Тогда Анелия взяла корзинку, с которой Дина ходила в лес, и отправилась на прогулку по знакомым тропинкам. За годы, прожитые в деревне, девушка уже тысячу раз ходила по ним, знала каждый кустик, каждую кочку, словно дорогого друга.

Да, эта белка наверняка им уже встречалась, и не раз.

Анелия вернулась домой затемно. Не услышав никаких звуков, она предположила, что Дина все еще спит, и направилась на кухню. Положив корзинку с ягодами на стол, девушка стала громко копошиться в вещах, чтобы разбудить сестру. Но было по-прежнему тихо. И как-то неспокойно. Отогнав тревожные мысли, Анелия помыла спелые ягоды и аккуратно разложила их сушиться на полотенце. Затем она вошла в комнату, и сцена, что предстала ее взгляду, вызвала неподдельный ужас!

Дина сидела на кровати, лицо ее было бледным, словно мрамор, казалось, она не дышала. Ее глаза были распахнуты широко, словно у куклы, и изо рта доносилось лишь невнятное бормотание.

– Дина! – закричала Анелия, бросившись к сестре. Она метнулась к ней со скоростью стрелы, схватила за плечи и начала трясти изо всех сил. Анелия старалась будто пробудить сестру, но ничего не помогало.

– Дина, Дина, мое солнышко… – кажется, лишь однажды она испытывала такой страх, как в этот трагический момент.

Внезапно Дина закрыла глаза и замолчала, но только на мгновение, чтобы вновь открыть их, и продолжила сидеть, как огромная человеческая кукла, ожидающая часа для игр.

Анелия не могла ни разбудить ее, ни уложить. Казалось, Дина вросла в кровать и ничто не могло сдвинуть ее с места.

Спустя некоторое время глаза Дины медленно закрылись, ее тело обмякло, и она почти упала на пол. Но Анелия успела подхватить ее. Сестра дышала, и это было самое главное – в ее груди еще теплилась жизнь.

Анелии потребовалось много усилий, чтобы уложить сестру на кровать. Ее обычная легкость и тепло казались далекими воспоминаниями.

Когда Дина оказалась в кровати, Анелия внимательно осмотрела ее тело: бледность была будто налетом холода, вокруг глаз проступили синие круги, русые волосы будто потускнели, а дыхание было редким и ровным. Но сердце билось, и для Анелии сейчас не было ничего важнее этого биения, которое стало единственным звуком в бессильном молчании комнаты.

Глава 2.
Глава выборов: Когда решение спасает жизнь

Тот день навсегда остался в моей памяти – как несмываемое пятно. День, когда случился пожар. Он был зловещим, ненасытным, словно живое существо, рвущееся все разрушить. Я не просто ощущала страх – я стала им. Он разлился по венам, заменил воздух, мысли, голос. Огонь ревел, словно зверь, вырывавшийся на свободу, и все вокруг погрузилось в хаос.

Люди метались, кричали, пытались тушить пламя – но было поздно. Дом сгорел почти дотла. Как и наша семья. Все обратилось в пепел. Остались лишь мы с Диной – двое среди дымящихся руин.

Моя сестренка плакала, пока не иссякли силы. Маленькая, круглая, светлая – будто лучик, случайно попавший в этот мрак, и теперь – навсегда сломленная. С того дня жизнь изменилась. Навсегда. Мы не знали, какой она будет дальше. Только стояли, обнявшись, и смотрели, как догорает все, что было нам дорого: дом, родители, детство. Но одну вещь я сумела сохранить – крошечный уголок души, где все еще жила вера. Пока я могла видеть свет, пока сестра улыбалась сквозь боль, пока я дышала – я верила, что добро существует.

Дине становилось хуже. Она ослабла, почти ничего не ела. Анелия решила, что идти к тетушке уже поздно – вечер давно опустился на деревню, и дорога ночью становилась опасной. Она отложила визит до утра, а пока – устроилась рядом с сестрой. Если у Дины поднимется температура, сестра должна быть рядом. Только так она могла хоть как-то успокоиться.

Девушка проснулась на рассвете. Комната была наполнена бледным, тусклым светом, скользящим по стенам. Дина сидела на кровати. Просто сидела и смотрела в пустоту, как будто стены могли ей что-то ответить.

Анелия окликнула сестру, но та не отреагировала. Не моргала. Не двигалась. Только шептала что-то бессвязное, неразборчивое, обрывками. Ее голос звучал глухо, с хрипами, будто дыхание давалось с трудом. Иногда она замирала на полуслове – как пламя свечи, которое внезапно гасит ветер.

Потрясенная, Анелия пыталась разбудить ее, обнять, уложить обратно – но все было бесполезно. Словно сестра была где-то далеко, по ту сторону. И дорога к ней закрыта.

Оставлять Дину одну было страшно. Но страшнее – не найти помощь. Это не выглядело как обычная болезнь. Это было что-то другое. Что-то, от чего не спасали ни отдых, ни порошки из сушеных трав.

Тетушка Берта – единственная, кто мог бы понять. Она знала свойства растений, лечила полдеревни, и если кто и способен был распознать это странное состояние, то только она.

Дом тетушки стоял на самой окраине деревни – не слишком близко, но и не в глуши. Сама деревня будто пряталась в кольце древних дубов. Высокие стволы стояли, как молчаливые стражи, оберегающие покой. Узкие тропы, ведущие к городу, петляли между деревьями, а сами дома сливались с землей, будто выросли из нее, как грибы после дождя.

Анелия бежала почти без остановки. Утренний воздух был прохладен, на траве лежала роса, и птицы только начинали свою утреннюю песню.

– Тетушка! Тетушка Берта! – она ворвалась в маленький, уютный дом, где всегда пахло сушеными травами и свежим хлебом.

Эта женщина была частью их жизни с самого рождения. Она качала их на руках, рассказывала сказки – не только про рыцарей, волшебников и далекие царства, но и про то, что может быть спрятано в тенях. Про магию – белую и черную. Про предательство, верность и силу духа.

Тетушка учила Анелию находить съедобные грибы, собирать лекарственные травы, отличать полезное от опасного. Именно она однажды подарила ей книгу с подробными рисунками растений. Сначала Анелию привлекли только яркие иллюстрации – они были как сказка на бумаге. Но вскоре ее увлек сам мир флоры, и книга стала чем-то вроде амулета, открывшего двери во что-то волшебное.

Иногда Анелии казалось, что тетушка Берта знала все на свете. Не только о травах и болезнях, но и о том, что скрыто от глаз остальных. О чем не говорят вслух. И всегда делилась этим знанием с охотой.

Теперь Анелия мчалась к этой мудрой женщине с надеждой. С тревогой. С отчаянием. В сердце ее билось только одно: успеть.

– Тетушка! – Анелия почти влетела в дом, не дожидаясь приглашения. – С Диной что-то ужасное… Я не знаю, что делать… Она больна, и ей все хуже и хуже! Я… – голос сорвался, и волна отчаяния захлестнула ее.

Девушка бросилась в объятья, словно пытаясь удержаться за что-то родное в мире, стремительно ускользающем из-под ног.

Слезы хлынули, будто прорвало плотину. Все – бессонная ночь, тревога, страх – вырвалось наружу. Тетушка молча прижала ее к себе и, прочитав в глазах Анелии всю глубину страха, быстро задвигалась по комнате, собирая в корзину баночки и пучки сушеных трав.

– Пойдем, милая. Расскажешь по дороге, – сказала она спокойно, но быстро. – Мы не потеряем ни минуты!

Когда они вернулись в дом девочек, воздух внутри показался им холоднее, чем снаружи. Спальня была полутемной и странно безмолвной. Дина лежала на кровати, неподвижная, почти невесомая. Лицо было бледным, будто вырезанным из воска.

Тетушка тихо подошла, присела к изножью кровати. Осторожно коснулась лба, затем приложила ухо к ее груди, прислушалась к едва уловимому биению сердца, прощупала пульс.

– Ты говоришь, она сидела… просто смотрела в стену? – нахмурилась та, не отрывая взгляда от сестренки.

– Да. Она замирала, словно застывала. А потом… просыпалась слабая, растерянная, ничего не помнящая. Сегодня утром – опять. И становится только хуже, – голос Анелии дрожал, почти срывался на шепот.

В этот момент Дина открыла глаза. Губы чуть шевельнулись.

– Анелия… – прошептала та еле слышно. – Я искала тебя… Мне… Мне так плохо…

Сестра сделала слабое движение рукой и снова отключилась, будто последняя капля силы вытекла вместе с этими словами.

Тетушка молча отвернулась и тяжело вздохнула.

– Я не смогу ей помочь, – тихо сказала она, опуская глаза.

– Нет… – Анелия резко поднялась. – Нет, не говори так! Мы не можем сдаться! Есть же способ – должен быть! Тетушка… пожалуйста!

Словно ледяная вода хлынула ей в грудь. Мысль о том, что она может потерять Дину, парализовала тело. Но отчаяние быстро сменилось решимостью. Она упала на колени, уткнувшись в теплые, шершавые руки пожилой женщины, зарылась лицом в ее подол и зарыдала.

Берта гладила девушку по голове, не говоря ни слова. Она знала вкус горя. Знала, что сейчас важны не слова.

– Должен быть способ… – повторила Анелия сквозь слезы. – Я пойду хоть в самое темное место, отдам все, что у меня есть. Только скажи, куда идти!

Тетушка долго молчала, затем медленно проговорила:

– Есть один человек… В городе. Он не лекарь в привычном смысле. Его зовут по-разному – знахарь, колдун… Он больше, чем просто травник. И опаснее. Говорят, он может вытянуть душу с того света, но всегда требует плату. Не только в золоте. Он любит чувствовать власть.

Анелия кивнула, сжав руки в кулаки.

– Скажи, что ему нужно. Я все отдам.

– Возьми кольцо твоей матери, золотое. Оно дорогое – и ему понравится. Подарки он принимает охотно, особенно с историей. Только запомни: такие люди любят, когда их боятся и восхищаются. Не спорь с ним. Говори вежливо, даже если будет трудно. Лесть для него – как бальзам на душу.

Тетушка постаралась улыбнуться, но в ее взгляде затаилось беспокойство.

– Он может помочь, если захочет. Это наш шанс. И ты его используй!

Анелия долго смотрела на маленькую шкатулку. Внутри лежало мамино кольцо – тонкое, с затейливым узором, в который были вплетены цветы и лучики солнца. Последняя драгоценность, оставшаяся от той жизни, что сгорела в огне.

Она с трепетом подняла его, зажала в ладони. Металл был теплым, будто все еще хранил материнское прикосновение. Это наш шанс, – всплыло в мыслях. – Ее жизнь – дороже любой памяти.

Сжав кольцо, как оберег, Анелия почувствовала, как в груди разгорается пламя. Она не боялась. Впереди был путь – долгий, туманный, опасный. Но он был. А значит, надежда жива.

Тем временем Дина оставалась на грани. Лицо ее стало почти прозрачным, дыхание прерывистым, будто душа медленно ускользала. Но в глубине голубых глаз – где-то в самом уголке – теплела крошечная искра. Искра, что не позволяла ей уйти.

Тетушка сидела рядом, не сводя взгляда с девочки. В одной руке она держала влажную тряпицу, осторожно промокая горячий лоб Дины, другой – поправляла сбившееся одеяло. Компресс быстро нагревался, и приходилось менять его снова и снова. Лицо тетушки оставалось сосредоточенным, но в глазах жила тревога – такая, что прячут от детей. Она чувствовала, как жизнь ускользает, капля за каплей, и могла лишь отвоевывать у нее время.

Держись, девочка… – подумала она. – Твоя сестра найдет выход. Она доберется до города. Я просто должна тебя удержать…

Глава 3.
Дом лекаря: Встреча с мрачными тайнами

Я не должна бояться. Страх сковывает по рукам и ногам, он подобен тюрьме. Сначала это кирпичик, ты его видишь, можешь переступить, но стоит помедлить, и вокруг вырастает стена, стена страха, которая не дает тебе двигаться вперед, ни к мечте, ни к своим целям.

И единственный ключ от этой темницы к свободе – это надежда, но не пустая, нет, а та, что опирается на силу, внутреннюю убежденность и желание обрести то, что нужно тебе по-настоящему.

Там, где есть хоть капля надежды, даже самый крепкий страх даст трещину.

Дорога в город проходила через лес. Анелия вышла на рассвете, чтобы успеть добраться до лекаря и вернуться домой до захода солнца.

Тревога предстоящего дня и переживания за сестру, будто ветер в спину, подгоняли ее, но путь давался неимоверно сложно. Ноги налились свинцом, и все тело кричало: «Останься дома, не покидай Дину, ты можешь больше никогда ее не увидеть». Но Анелия знала, что помощь где-то рядом, а значит, нужно идти вперед.

Девушка остановилась лишь пару раз, чтобы напиться воды из горного источника и сорвать немного ягод и незнакомых ей трав, чтобы потом изучить. Анелия вдруг подумала, что после того, как Дина поправится, они могли бы вместе сходить в город, потратить немного из тех денег, что они зарабатывали на продаже орехов и овощей, и купить что-нибудь красивое и, главное, поискать книги, которые могли рассказать ей что-то новое о целительных свойствах новых трав.

К полудню девушка добралась до города. Величественные каменные мостовые, украшенные гербами правящей семьи Харичиев, последние несколько лет управляющей городом, переливались в лучах утреннего солнца. Завораживающий аромат свежей выпечки доносился из приоткрытых окон. Горожане в праздничных нарядах прогуливались по улочкам. На первый взгляд, все выглядело безмятежно и счастливо: черепичные крыши, развевающиеся флаги, украшающие крыши домов, – все это было весьма величественно и неописуемо прекрасно. Правда, один вид фамилии Харичиев вызывал у Анелии дрожь. Но сейчас она не хотела даже думать о других бедах. Довольно было и сестры.

Город стоял на холмах, и улицы возвышались одна над другой. Плющ спускался со стен и обвивал кирпичную кладку. А люди, гуляющие по площади, казались счастливыми. Так ли это было на самом деле? Время покажет.

Найти дом лекаря оказалось несложно. Это было одно из самых богатых зданий. Анелия привыкла к простому образу жизни, но дом лекаря помнила очень хорошо. Еще детьми они бегали смотреть на массивные сводчатые окна с витражами, украшенный резьбой парадный вход и красную черепичную крышу.

О лекаре действительно ходили разные слухи. Одни называли его волшебником, способным исцелить любой недуг. Другие – алчным шарлатаном, наживающимся на чужом горе. Но все сходились в одном – его душа погрязла в корысти. Он не делал ничего просто так, безвозмездно, и мог равнодушно наблюдать, как умирающий молит о помощи на пороге его дома, не имея чем заплатить. Никакие мольбы не трогали окаменевшее сердце этого человека.

Анелия подошла к большой овальной двери и постучала. Где-то внутри звук отозвался гулом. У Анелии замерло сердце: она стояла, ожидая, что принесет ей эта встреча.

Когда тяжелая дубовая дверь со скрипом распахнулась, на пороге появился подмастерье. Худой сутулый парень в простом костюме хотел казаться строгим, но его выдавали глаза – они были добрыми и немного грустными. И все же даже ему Анелия показалась незваным гостем.

– Чего тебе? – с наигранным пренебрежением спросил он.

– Моя сестра серьезно больна, пожалуйста, мне нужна помощь! – ученик посмотрел на нее исподлобья с явным недоверием.

– Я могу заплатить!

Еще минуту помедлив в нерешительности, юноша ее впустил. Кто знает, может, эта девчонка воровка и, несмотря на свой простой внешний вид, обладает чем-то ценным?

Пройдя сквозь сумрак нескольких переходов, Анелия оказалась в просторном зале, заставленным всяческим хламом. В углу валялись покрытые пылью фолианты: книгам здесь отводилось куда меньше места, чем дорогим винам и ружьями. В воздухе густо пахло травами и незнакомыми смесями, повсюду лежали высушенные веточки и листочки, конечности лесных зверей и камни, из которых, судя по количеству ступок, изготавливали всевозможные порошки. Анелия ожидала увидеть шкафы книг и свитков, ведь то, чем занимался лекарь, требовало знаний, и не малых. Две книги в кожаном переплете, как незваные гости, лежали в углу, у самой двери.

При других обстоятельствах эта комната могла бы показаться Анелии чудесной и невероятно интересной. Столько мелочей и неизвестных приспособлений, которые хочется изучить. Но сейчас окружающая обстановка вызывала только опасение.

Лекарь откашлялся. Его надменный взгляд и высокомерная поза выдавали самолюбование и тщеславие мелкого человека.

– Чем будешь платить? – его голос, хриплый и тонкий, отлично соответствовал слухам, которые дошли до Анелии. Мелкий, жалкий человечишка с непомерной властью крутить чужими жизнями.

– У меня есть золотое кольцо моей мамы, – девушка прижала сокровище еще сильнее. – С моей сестрой что-то происходит! Ей нужна ваша помощь. Вы величайший целитель из ныне живущих, – соврала Анелия, вспомнив наставление старушки, – о вас ходят легенды, и я прошу вас о помощи. Вы можете ее осмотреть?

– Сомневаюсь, что у тебя хватит денег даже на то, чтобы я спустился по лестнице и вышел за порог своего дома. Покажи кольцо! – лекарь не задавал вопросов ни о самочувствии Дины, ни о проявлениях болезни. «Чем будешь платить?» – это единственное, что по-настоящему его волновало.

Дрожащей рукой Анелия протянула ему украшение. Цепкие пальцы схватили предмет, а хитрые злые глаза принялись внимательно его рассматривать.

– То время, которое я уже на тебя потратил, стоит дороже этого мусора! – с гневом старик швырнул кольцо в угол комнаты. – Если у твоей сестры что-то посерьезнее чахотки, иди с этим к гробовщику!

– Но ей больше некому помочь! Выслушайте меня, пожалуйста, она уже несколько дней болеет… Сначала цепенеет и, не закрывая глаз, сидит и что-то бормочет, а потом бледная валится без сил. Вы должны ей помочь! Что это? Скажите, что это может быть? – Анелия, потеряв всякий стыд и страх, истерически кричала и размахивала букетом, из которого сыпалась трава прямо под ноги жалкому старикану.

Лекарь будто окаменел, едва услышав симптомы странной болезни. В его взгляде мелькнул страх.

– Как тебя зовут? – с подозрением в голосе спросил он.

– Анелия, я из лесной деревни!

– Нет… ты не из деревни, – задумчиво, будто сам себе произнес лекарь, но тут же взял себя в руки и вернул лицу прежнее выражение высокомерия и безучастности, – уходи немедленно! Я не желаю тебе помогать. Прочь из моего дома!

– Уходи немедленно, ты тратишь наше драгоценное время! – рявкнул подмастерье, угрожающе надвигаясь на девушку, чтобы силой выгнать ее из дома.

Внезапно старик оживился и схватил его за плечо. Взгляд старика был прикован к букету в руках Анелии.

– Постой! Девочка, – его голос стал мягок и учтив, что резко контрастировало с недавней вспышкой гнева, – откуда у тебя эти растения?

Он протянул руку к букету Анелии, аккуратно выуживая из него несколько стеблей и внимательно их рассматривая. Затем он взял один и поднес к увеличительному стеклу. После чего растер и жадно зажевал кусочек зеленой травы, прикрыв глаза от наслаждения. Стоило лекарю его проглотить, как он посветлел, выпрямился и глубоко вздохнул, будто годы слетели с его изможденного лица.

– Где ты взяла эти травы?

Слезы все еще катились по ее лицу.

– В лесу, по дороге… – девушка всхлипывала, – я раньше не встречала таких трав, и мне стало интересно. А цветы, это…

Лицо лекаря снова побагровело.

– Я не спрашивал тебя про цветы! Мне плевать на твои истории, думаешь, я поболтать с тобой хочу? Где ты взяла эти травы, отвечай!

– В лесу, у дороги…

Лекарь задумался. Этих трав он не встречал очень давно. Когда-то с их помощью дураки становились мудрецами, слабые – сильными, стоящие на пороге смерти – здоровыми и бодрыми, словно дети. Их сила, а значит, и их цена были столь велики, что только за эти два стебля девчушка могла бы купить половину его лавки. Ему нужно было больше, но что еще важнее, чтобы Анелия оставалась в неведении и ничего не узнала об их силе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.