Лили Харрис
Догоняя тени

Глава 1

Сиэтл, 2012. 17 мая 2012. 17 мая

Вирджиния Мэйсон Хоспитал

Воздух был напоен приторными ароматами попкорна и дешевой газировки, в которых явственно ощущались нотка спирта и удушливый, сладковато-гнилой запах смерти. Миниатюрная молодая женщина в нелепом наряде из пижамной рубашки и нарядной юбки нервно мерила шагами предоперационную, прижав к груди сцепленные руки в липких, полузасохших пятнах крови.

– Может, присядешь? – предложил сидевший на скамье у стены шериф Крис Пламмер.

Молодая женщина качнула головой и взглянула на часы.

– Всё будет хорошо, – почти неслышно промолвил мужчина, но она едва ли обратила на его слова внимание.

Крис Пламмер опустил голову, сжимая края висевшего на шее мутно-коричневого шарфа; в бесформенной куртке, мешковатых джинсах и залысинах на голове он напоминал неуклюжего моржа.

Секундная стрелка отмерила не одну сотню оборотов, прежде чем в освещенный люминесцентными лампами холл вышел пожилой врач.

– Доктор Морган! – бросилась к нему женщина.

– Операция прошла успешно, – без энтузиазма начал врач, – но я не хочу внушать вам ложных надежд, мэм. Он потерял слишком много крови еще до реанимации, и… – доктор Морган перевел взгляд на подошедшего Пламмера, – он не может дышать самостоятельно. Зрачок не реагирует, поэтому…

– Погиб… мозг? – севшим голосом уточнил шериф.

– Я думаю… Держите её! – воскликнул врач, когда женщина начала оседать на пол.

Пламмер посадил лишившуюся чувств молодую женщину на скамью.

– Принести тебе воды? – участливо спросил он, когда она пришла в себя.

Но женщина не слышала его.

– Доктор… доктор Морган, – с трудом выговорила она, не сводя с врача ищущего взора, – когда… когда я смогу увидеть его?

– Скоро мы переведем его в палату, – кивнул доктор Морган. – Постарайтесь взять себя в руки, – устало посоветовал он при виде покатившихся по впавшим щекам женщины слез. – Мы сделаем всё возможное, мэм…

Молодая женщина прижала ладонь ко рту, плечи её тряслись. Врач попросил вышедших из операционной ассистентов принести успокоительного.

Многим позднее женщина на негнущихся ногах вошла в палату, наполненную железно-горькой смесью острых запахов крови и медикаментов. На высокой койке одиноко лежала укрытая покрывалом недвижная фигура, в катетерах и трубочках казавшаяся и неживой, и совсем хрупкой. Половину белого, как мел, лица, скрывала кислородная маска, в знакомом до боли хаосе падали на лоб взъерошенные волосы, мерно и невозмутимо тикал кардиомонитор. Молодая женщина подошла к койке, машинально поправила одеяло и, не сдержав судорожного вздоха, расплакалась снова. Ноги подкосились от душевной слабости, и она почти упала на колени, сжимая холодными руками простынь, зарываясь лицом в одеяло и умоляя без надежды быть услышанной:

– Прости меня, прости… Я не знала… Я просто хотела помочь…

Молодая женщина так и заснула на коленях – провалилась в спасительное беспамятство, в котором не было боли, раскаяния, сожалений. Она не чувствовала времени, лишь цеплялась за обрывочные сновидения, пока не проснулась внезапно не от шума.

Её разбудила тишина.

Женщина подняла голову и огляделась в недоумении, моргая и пытаясь разглядеть во мраке хоть что-то. Но темнота была не просто густой – она окружала плотной завесой, наполняя палату неизвестностью. В открытом окне за полотнами раздвинутых занавесок на ночном небе не было ни луны ни звезд, в комнате не светилась даже тусклая тень кнопки вызова, и женщина в неожиданном диком страхе посмотрела туда, где находился кардиомонитор.

Аппарат не работал вообще.

Отдаленным эхом со стороны дверей послышались наполнившие коридор испуганные крики, тревожные возгласы, топот ног; молодая женщина встала, опираясь о койку дрожащими руками. Дверь внезапно распахнулась, в темноту ворвался яркий луч фонарика в руке медбрата, и палату наполнил оглушительный женский крик.

Койка была пуста.

Сиэтл, 2010. 15 февраля 2010. 15 февраля

Янгстаун, Ю-З Авалон-Уэй

Тучный и морщинистый, с жидкими, наполовину седыми волосами и жеванной сигаретой во рту, Крис Пламмер сидел на расшатанном кресле за своим компьютером и лениво просматривал отчёт одного из сотрудников. Широкую комнату с низким потолком и налетом на окнах наполняло мерное гудение системных блоков и сизая дымка сигаретного дыма. На спинках кресел висели стеганные куртки, на столах лежали недоеденные гамбургеры.

– Эй, Бобби, – выплюнув окурок, позвал Крис, – твоё дежурство закончилось?

Сидевший неподалеку и игравший в пасьянс Бобби Картер откликнулся, не отводя взора от экрана монитора:

– Да, кэп. А что?

– Давай сгоняем к Энрико, купим тако с курицей. У меня как раз перерыв.

– Давайте, – в голосе Бобби слышался слабый энтузиазм.

– Элиан, за старшего, – Крис поднялся с места, зашагал к выходу и остановился возле дверей, услышав звонок.

Набросивший непонятного цвета куртку Бобби хмуро посмотрел на аппарат, ответил на звонок и включил громкую связь:

– Полицейский департамент Сиэтла, сержант Картер. Слушаю.

– З-здравствуйте, – донесся из трубки детский голос. – Я… Я хочу заявить об убийстве.

Полные неуверенности и страха слова в один миг развеяли сонную атмосферу полицейского отделения; детективы отвлеклись от своих дел и подались вперед, внимательно слушая.

– Так. Постарайтесь успокоиться, – уверенным голосом начал Бобби. – Где вы находитесь? Сообщите координаты, и мы вышлем…

– Постойте, – перебили его. – Дело в том, что… оно еще не произошло.

– Не произошло? – нахмурился Бобби. – А зачем вы звоните?

– Это случится сегодня ночью, – послышалось убежденное, и детективы поняли, что детский голос принадлежит девушке.

– Откуда такая уверенность? – рявкнул Крис, подумавший о розыгрыше.

– Понимаете… Я… Он пошел за Сандрой. Он собирается её убить, – слова звенели отчаянием.

– Кто такая Сандра? – не понял Бобби.

– Моя подруга. Мы работаем вместе.

– Вы видели, что её преследует мужчина?

– Да, да, – звонившую явно обрадовал вопрос. – Он уже несколько дней её преследует, но запланировал убийство именно на этот вечер…

– Он вам сам так сказал? – грубо поинтересовался Крис.

– Нет, но…

– Бобби, отключай. Это по меньшей мере розыгр…

– Нет, нет, поверьте мне! – вскричала звонившая. – Он правда её убьёт! Повесит в ванной на шнурке от жалюзи и обставит всё, как самоубийство…

В комнате повисло потрясенное молчание, детективы переглядывались, пораженные не столько уверенностью говорившей, сколько известными ей подробностями.

– Можете просто проверить, всё ли с Сандрой в порядке? Она живет на Авалон-Уэй, – со слезами попросила собеседница. – Пожалуйста, сержант.

– Конечно, – кивнул Бобби. – Назовите, пожалуйста, точный адрес… Мисс Мэй? – вежливо поинтересовался он десятью минутами позднее. – Сержант Картер, полиция Сиэтла.

Встретившая его и Криса на засаженной цветами лужайке перед коттеджем Сандра вся состояла из параллельных прямых – от блестящих прядей выпрямленных соломенного цвета волос до идеально выглаженной юбки-карандаша и воздушного кардигана. Молодая женщина кивнула и сухо спросила:

– Какие-то проблемы, сержант?

– Ваша подруга беспокоится о вас, мисс Мэй, – напрямик заявил Крис. – Скажите, вы в последнее время не замечали ничего подозрительного? Возможно, вас что-то тревожит? Вам никто не угрожал?

– Право, всё в порядке, – улыбка Сандры светилась удивлением.

– В любом случае, мэм, звоните, если что-нибудь произойдет, – промолвил Бобби, поправив куртку.

– Несомненно, – кивнула Сандра и проводила взглядом направившуюся в конец улицы полицейскую машину.

– Мне кажется, или она пыталась быстрее проводить нас? – хмуро проговорил Бобби, останавливаясь на красный свет светофора.

– Она беспокоилась, что мы напугаем её ребенка, лопух. Или ты не заметил в окне лица той малышки? – проворчал Крис, оглядывая перекресток. – Поехали к Энрико, мой перерыв не резиновый все-таки…

Закрывшая за собой дверь Сандра без сил прислонилась к её полотну и сдержала желание сползти на пол.

– Подонок, мерзавец, тварь… – ругалась она сквозь стиснутые зубы.

– Мама?

Сандра взглянула на появившуюся в холле маленькую девочку в голубеньком комбинезоне и салатовом джемпере.

– Да, моя крошка? – ласково спросила она, приблизившись к ребенку, и присела рядом на корточки.

– Кто эти дяди? – спросила девочка.

Сандра поцеловала ямочки на маленькой ладошке и мягко сказала:

– Они уже уехали, Джеки.

– А что они хотели? – простодушно спросила Джеки.

– Просто волновались, всё ли у нас в порядке, – обняла девочку Сандра и подтолкнула её в сторону столовой. – Иди, малышка. Сейчас поужинаем.

Выпрямившись, молодая женщина выудила из кармана телефон и набрала знакомый номер.

– Хэнк? – зло бросила она, едва гудки прекратились. – Да ничего особенного… Просто хотела напомнить, что попытки убрать меня тебе не помогут…

Саннисайд, 2017. 26 апреля 2017. 26 апреля

Аллен-роуд

Сизые предрассветные сумерки звенели от мрачной тревоги собравшихся вокруг коттеджа полисменов. Испуганная тишина раннего утра изредка прерывалась сухими приказами и переговорами по рации, слышался тяжелый топот ног бегавших из дома на улицу и обратно криминалистов.

Блестящий чёрный джип с шуршанием остановился напротив крыльца, хлопнули дверцы. Соскользнувший на гравий сухой высокий детектив в длинном кожаном плаще кивнул – дернул головой – в ответ на короткие приветствия полицейских, резко снял солнцезащитные очки и окинул коттедж, клумбы и окружавшую их живую изгородь зорким и цепким взглядом хитрых, как у хорька, глаз. Проведя ладонью по чёрным с проседью волнам волос, он оглянулся на выбравшуюся из джипа женщину. Большие чёрные очки скрывали половину её белого, как снег, лица, открывая взору лишь кончик аккуратного носика, изгиб нежных губ и плавную линию подбородка; стильный джинсовый плащ подчеркивал стройность её миниатюрной фигуры, двигавшейся неуверенно, так, словно женщина была слепой. Серебристые диджейские наушники, короткая стрижка блестящих чёрных волос, капюшон серой туники, доходившей до середины бедра, и тёмно-синие узкие джинсы на худеньких ногах с острыми коленками придавали её облику какое-то мальчишеское очарование, отчего женщина со стороны казалась подростком, случайно оказавшимся в компании взрослых.

– Пойдём, Кими, майор Холивелл уже ждёт, – обронил детектив и, не дожидаясь ответа, резко зашагал в сторону крыльца.

– Да, полковник Маклаген.

Задержав взгляд на стоявших за изгородью соседей, жавшихся друг к другу, Кими глубоко вздохнула, машинально поправила лямку висевшего на плече рюкзака и направилась в дом.

– Что у вас, Джас? – донесся до неё голос Маклагена.

– Ограбление, убийство, – устало прозвучали слова Джастина Холивелла, возглавлявшего местный отдел по расследованию убийств. Майор потер глаза большим и указательным пальцами. – Мотив мы еще не определили, но погибшая, скорее всего, застала преступника в момент бегства – секретер в спальне опустошен, то же – с буфетом в столовой. Окно в подвал разбито…

– Он бежал через подвал? – переспросил Маклаген.

– Входную дверь нам пришлось взломать, – вздохнул Холивелл, – она была заперта.

Маклаген задумчиво посмотрел на Кими, которая, присев на корточки, осторожно провела ладонью по лицу убитой выстрелом Мии Ньютон, обнаруженной полицейскими в холле на первом этаже.

– Что скажешь, Кими? – тихо спросил он.

Женщина медленно, словно боясь собственных действий, сняла чёрные очки и заметно вздрогнула. Красивые, выразительные глаза неожиданного фиалкового цвета, обозначенные тенью густых ресниц, вмиг увлажнились; Кими моргнула несколько раз и с прерывистым вздохом вернула очки обратно.

– Это преднамеренно, – невпопад ответила она, поднимаясь на ноги и отступая от мёртвого тела на несколько шагов.

– Что? Убийство было преднамеренным? – удивлённо уточнил выхвативший суть Холивелл.

Кими нервно кивнула.

– Не может быть, – не поверил майор. – Зачем ему тогда стрелять, пугая соседей, которые вызвали полицию?

– Не знаю, – тихо ответила женщина, качая головой.

– Логичнее задушить жертву, если пришёл убить и замаскировал убийство ограблением, чтобы сбить полицию с толку, – продолжил Холивелл. – Думаю, вероятнее то, что преступник не ожидал встречи с жертвой и выстрелил машинально.

– Где сейчас Эмбер? – спросила Кими, едва детектив смолк.

– В своей комнате, с ней беседуют соцработники, – опешил майор. – А… откуда вы её знаете?

– Можно мне… увидеть её? – робко спросила женщина вместо ответа.

– Мейсон, проводи, – бросил Холивелл стоявшему рядом сержанту и, проводив Кими взглядом, вопрошающе посмотрел на Маклагена. – Объясни, что это было, Джош.

Маклаген понимающе усмехнулся:

– Я сам долго к этому привыкал, Джас.

– Она экстрасенс, что ли? – нахмурился майор.

– Может быть… Не знаю, – протянул ничуть не крививший душой Маклаген. – Но она здорово помогает моей команде, остальное мне не важно.

– Слышал, вы в Управлении последние полгода ни одно дело не оставили нераскрытым, – с оттенком зависти промолвил Холивелл. – Благодаря ей?

– Отчасти, – хмыкнул детектив. – Её дочь обнаружила? – он кивнул на мёртвую женщину, которую работники морга перекладывали на каталку.

Майор помрачнел:

– К сожалению… Подонок, выстрелил в голову. Травма Эмбер на всю жизнь обеспечена, – вздохнул он.

– У неё, кроме матери, ещё кто-нибудь был?

– Никого… Спасибо, что приехал, Джош.

– Не за что.

– Управление…

– Нет, Джас, – перебил друга Маклаген. – Я здесь только по твоей просьбе. Кстати, почему? – взглянул он на майора.

Холивелл огляделся и удостоверился в том, что их никто не слушает, прежде чем тихо ответить:

– Из-за девочки. Она позвонила в скорую за два часа до убийства и сказала, что её мама умирает.

Детектив прищурился:

– И?

– Бригада скорой говорит о ложном вызове – Миа была абсолютно здорова, когда они приехали, – пожал плечами Холивелл.

– Может, кто-нибудь заметил что-то странное? Как женщина отреагировала на приезд скорой?

– Фельдшеры говорят, сильно удивилась… Я ещё возьму у них показания, – кивнул майор. – Может, выясню что-нибудь. Вообще, странно всё это. Корвин и Билл обнаружили в ванной пятна крови… – Маклаген удивленно подался вперёд, и он продолжил: – В мусорном ведре – на марлевых салфетках и ещё на нескольких швейных лезвиях, мы их забрали на экспертизу… Пока не знаю, как всё это связано, возможно, твоя напарница права, и убийство действительно было предумышленным.

– А может, и не права, она ошибалась пару раз, – рассеянно заметил Маклаген. – Так что проверь все версии…

– Ты как её встретил, кстати? – с усмешкой поинтересовался Холивелл.

– Я её из психушки вытащил, Джас, – невесело усмехнулся детектив. – Её держали в Фэрфаксе.

– Тихое помешательство?

– Там мне сказали, что буйное, – криво улыбнулся Маклаген. – Хотели и меня запереть заодно. Но за неё Крис поручился, к тому же именно Кими помогла мне с поимкой «сиэтлского мясника».

– В курсе, что он снова сбежал?

– Да, – мрачно ответил детектив. – Он же ещё четверых охранников порешил, ублюдок. У федералов паника, макушкой чую, опять свалят поиски на мою команду, – он тяжело вздохнул и смолк.

Холивелл помолчал недолго, затем вдруг спросил:

– Говоришь, твою Кими Крис знал? Откуда?

– Долгая история… Крис попросил найти её, когда я сказал, что занят поисками «мясника» – знаешь, это ведь их департамент когда-то вывел его на чистую воду.

– И окрестил вдобавок, слышал эту историю, – кивнул Холивелл. – Но при чём здесь Кими… если только… Не говори, – покачал он головой в ответ на мелькнувшую в мыслях догадку. – У них такое далёкое знакомство? Не может быть.

Маклаген пожал плечами:

– Угости Криса мексиканским тако как-нибудь, он его любит. Заодно послушай эту историю. Она довольно… увлекательна, – едко добавил он и вскинул брови при виде спускавшейся в холл женщины.

Кими вжала голову в плечи и без слов проследовала мимо мужчин наружу; минутой позднее вышедший следом Маклаген обнаружил её на заднем дворе возле низкого каменного забора, доходившего женщине до пояса.

– Всё в порядке? – чуть слышно поинтересовался он, присев на забор рядом с ней.

Тонкие пальцы Кими, едва касаясь, выводили на мозаике гранита нервные узоры.

– Нет, конечно, – прошептала она. – Она напугала меня… Слишком спокойная реакция.

– У неё шок, Кими, – мягко заметил Маклаген.

Свежесть утреннего ветра наполнила его лёгкие; женщина коснулась лба пальцами, отвела от лица упавшие на очки тонкие прядки.

– Он планирует убить ещё одного человека, – внезапно сказала Кими. – Может, двух. Он должен закончить начатое.

Привыкший к столь неожиданным заявлениям Маклаген склонил голову к плечу.

– Закончить начатое? Он серийник?

Кими долго молчала, затем резко посмотрела на него:

– Да! – убеждённо воскликнула она.

– Что ж, подниму архивы, – кивнул Маклаген. – Почерк у нас есть, портрет жертвы тоже… Не знаешь, кто это может быть?

– Нет, но… у меня почему-то ощущение, что мы встречались, – неуверенно проговорила Кими.

Задумчиво глядевший на неё детектив промолчал, не мешая её размышлениям. Воздух медленно теплел, освобождаясь от угнетающих запахов недавнего убийства.

Глава 2

Нью-Йорк, 2013. 10 января 2013. 10 января

Полицейский департамент

Густой мрак позднего вечера едва разгонял синеватый свет телевизора. В неспокойной тишине кабинета комиссар полиции нервно слушал уже известные ему новости:

– Тело двадцатилетней Дженнифер Кларк обнаружено сегодня под мостом Куинсборо в три часа пополудни. По предварительной версии следствия…

– Выродок, – зло выплюнул мужчина и раздраженно снял трубку зазвонившего телефона: – Слушаю.

– Вечер добрый, комиссар Хаксли.

– Да, весьма добрый, агент Ковелла, – язвительно отозвался комиссар. – И не начинайте старую песню: всё вышло из-под контроля. Ваш парень слишком много наследил, а я, в конце концов, в няньки к нему не нанимался. Это ваша работа, чёрт побери! Ваша! Я обещал, что прослежу за прессой, и всё!

Молча выслушавший его истерику Ковелла лениво промолвил:

– Мы разберёмся с последствиями, комиссар. Вас никто и не собирался упрекать, – медленно, очень медленно промолвил он.

Хаксли насторожился: в департаменте в подобных обстоятельствах привычнее были разумная суета и немедленная реакция на происходящее. Потому понять расслабленность собеседника комиссару было нелегко.

– К чему звоните в таком случае? – без прежнего раздражения обронил он.

– Мы его потеряли, – в голосе Ковеллы слышалась столь неприкрытая ирония, что комиссар без труда проглотил нервный смех. – И вспомнили имя Дилана Росса.

– Он в отпуске, – машинально обронил Хаксли.

Агент тихо рассмеялся:

– На то и расчёт… Старик, если не ошибаюсь, работает быстро?

– Плохая идея, агент, – невесело усмехнулся как-то вмиг успокоившийся комиссар. – Половина его дел закрыта потому, что судить было уже некого.

Ответом ему послужил громкий хохот.

– Ну, вы же проследите за этим, разве нет, комиссар? Думаю, вы вполне с этим справитесь, – в неожиданно-ласковых словах скользила тень угрозы. – Иначе сенатор будет, скажем, разочарован вашей работой.

– Я постараюсь, – с нажимом произнес Хаксли, – уведомить ваших людей до того, как Дилан поймёт, с какой мразью имеет дело.

Судя по тону, Ковелла забавлялся попыткой комиссара снять с себя ответственность за последствия:

– Осторожнее с эпитетами, комиссар. Эта мразь всё-таки важна для сенатора… почему-то. Так что лучше уведомьте вашего парня. Заранее, – смех исчез из голоса агента внезапно, что вызвало у Хаксли неприятную дрожь. – До связи, комиссар Хаксли.

Мужчина мгновение глядел на трубку, затем, привычным усилием взяв себя в руки, со вздохом начал набирать номер Дилана Росса.

Сиэтл, 2010. 19 февраля 2010. 19 февраля

Полицейский участок

– Ну, и надымили вы, ребята!

На ворвавшийся в рабочий шум оклик обернулись разом все детективы – даже те, кто мгновением ранее горячо спорил с руководителем расследования.

– Ты вообще кто? – грубовато поинтересовался у гостя Крис Пламмер.

Вошедший в просторный офис молодой человек невозмутимо прошёл к его столу и бесцеремонно плюхнулся в расшатанное кресло напротив:

– Меня из Вашингтона прислали, я стажер. Вам должны были отправить приказ по факсу, – он кивнул на аппарат, который словно по волшебству загудел.

Пламмер критично ознакомился с документом и резко взглянул на гостя:

– Не знал, что ФБР заинтересуется этим…

– Это же первый случай убийства в этом районе за последние семнадцать лет, – перебил его молодой человек с непозволительным весельем в голосе. – Эй, я уже помогал старшим в расследованиях, говорят, у меня хорошая интуиция, – примирительно протянул он, когда Крис сердито прищурился. – Раскроем это дело, свалю сразу же – меня вообще сюда проклятые бюрократы направили, – пожаловался гость.

Внимательно слушавший его Картер добродушно усмехнулся и подошёл к молодому человеку с приветливым:

– Я Бобби Картер, приятно познакомиться.

Гость вскочил с кресла и ответил на пожатие:

– Кай Дэйбрейк, лучше просто Кай.

Худощавый брюнет в мятой белой футболке и поношенных джинсах отвлёкся от экрана монитора и протянул руку:

– Элиан Карр, программист. Понадобится доступ к базе, обращайся.

Дождавшись, пока приветствия охотно принявших Кая в свои ряды детективов закончатся, Пламмер бросил молодому человеку тонкий скоросшиватель:

– На, ознакомься.

– И это всё, что вы собрали? – не поверил Кай, приподняв папку двумя пальцами.

– У нас ни свидетелей ни улик, – запустив окурок точно в корзину, вмешался Бобби, хорошо знавший вспыльчивый характер своего шефа, который от нахальных слов стажера просто побагровел. – Мы её вообще случайно обнаружили.

– Она висела в ванной на шнурке от жалюзи? – пробегая содержимое папки глазами, спросил Кай и не глядя протянул детективу пачку жевательных пластинок. – Почему вы решили, что это убийство? Странгуляционная борозда неявная?

– Именно, парень, – кивнул Бобби, запустив пластинку в рот. – Ей помогли.

– Хотя дело не только в этом, – подал голос смуглый шатен в полосатом костюме, представившийся Мэттом Хьюзом. – Эксперты обнаружили под её ногтями волокна шнурка и частицы кожи – покойная явно боролась.

– И что, никаких следов ДНК? – не поднимая взгляда от фотографий мёртвого тела, вскинул бровь Кай.

– Абсолютно, – с долей раздражения фыркнул Бобби. – Преступник очень чисто сработал.

– А может, и не очень… – протянул Элиан, не отводя взгляда от экрана монитора. – Эй, шеф! – позвал он тотчас. – Мы нашли ту девушку.

– Покажи, – оживился Крис и подошёл к группе собравшихся вокруг Элиана детективов. – Ну, вырядилась! – в сердцах воскликнул он, едва посмотрев на экран. – Пойди опознай её теперь…

Рассеянно бросив пачку пластинок на стол, подошедший ближе Кай заинтересованно протянул:

– А это кто?

– Подруга покойной, они работали вместе, – ответил Мэтт.

– Откуда эта информация? – нахмурился Кай.

– Она позвонила в участок в день происшествия и сказала, что её подругу убьют. Даже сообщила детали, которые один в один совпали с картиной преступления.

– Думаете, соучастница? – обронил Кай, задумчиво изучая смутные очертания девушки, видневшейся на записи.

Одетая в чёрный плащ, с чёрными же очками в пол-лица и диджейскими наушниками на голове, незнакомка была запечатлена на видеозаписи выходящей из телефонной будки.

– Скорее всего, – буркнул Крис, резко листая отчёт психоаналитиков.

Бобби посмотрел на начальника с осуждением и перевел взгляд на молодого человека.

– Вероятно и то, что она просто свидетель, – заметил он. – Уж больно сильно она беспокоилась о подруге.

– Как бы то ни было, её нужно допросить, – Крис с досадой бросил кипу бумаг на стол, явно не обнаружив того, что искал, и недовольно проговорил, глядя на экран: – И как её теперь искать?

– Проще простого, – фыркнул Кай, не отводя взора от кадров поставленной на паузу видеозаписи. – Волосы чёрные, светлая кожа – зимний тип, достаточно редкий… Мой любимый, кстати, – доверительно сообщил он. – К тому же у покойной в списке контактов можно без труда найти номер, а уж если они работали вместе… Чем, кстати, занималась Сандра Мэй при жизни?

– Возглавляла ветлечебницу в «Луна Парке», – подал голос Мэтт, просматривая брошенный Крисом отчёт.

Кай перевёл на Пламмера лукавый взгляд:

– Ну, если позволите, я привезу эту девушку в течение получаса.

– Нет уж, останешься здесь, – отрезал тот. – Бобби, Мэтт! Поезжайте в «Луна Парк».

– Эй! – возмутился было Кай, но смолк от решительного:

– Ты, парень, давай займись списками звонков, раз такой наблюдательный. Авось, заметишь то, что мы пропустили, – Крис кивнул на стопку бумаг на краю стола. – Нужно ещё обзвонить её знакомых.

Подарив молодому человеку сочувственные взгляды, Картер и Хьюз вышли. Детективы вернулись к работе: кто продолжил работать с записями камер видеонаблюдения, кто обсуждал отчёты криминалистов. Молча чертивший схемы на прозрачном стенде Пламмер присел на ближайшую столешницу, глядя на чертёж затуманенным взором, и бросил незаметный взгляд на Кая, педантично беседовавшего со всеми, кто говорил с Сандрой по телефону последние несколько дней перед убийством.

Меньше всего молодой человек походил на стажера ФБР: густые волосы цвета тёмной карамели, разделённые стильной прической на две неравные половинки, в художественном беспорядке падали на высокий гладкий лоб, дополняя несколько вызывающий стиль одежды, хорошо сидевшей на стройной фигуре. Узкие джинсы, рассеченные в нескольких местах, расписанная неприличными фразами футболка под полами тёмно-синего пиджака, блестящий серебристый ремень, – Кай казался сбежавший со сцены рок-гитаристом. «Тебе бы моделью быть, парень, чего в полиции-то забыл?» – подумал Крис, внимательно оглядывая правильные черты молодого, почти юного лица. В выразительных глазах горел живой интерес, золотисто-каштановые дуги бровей прекрасно сочетались с тёплой бледностью ровной кожи лица, аккуратные, как у девушки, контуры носа радовали взор, в изгибе пухлых губ скользила какая-то младенческая невинность. Чем дольше Пламмер глядел на молодого человека, тем сильнее убеждался в неожиданной мысли, что тот забрел в участок по ошибке.

– Не нагляделись, нет? – невозмутимо поинтересовался Кай, заполняя ещё одно окошко галочкой.

– Что ты здесь забыл, парень? – тихо спросил Крис. – И не гони, что дело только в стажировке.

– Не гоню, – усмехнувшись, согласился Кай.

Пламмер вновь почувствовал нарастающую ярость:

– Слушай, пальцем тронешь моих ребят, я…

– Я здесь не по этой причине. – Неожиданно серьезный ответ вмиг рассеял недовольство Пламмера. – Не беспокойтесь, что я создам вам проблем. Я всего лишь хочу помочь, – добавил молодой человек, набирая новый номер на телефоне. – Помогите мне. И расстанемся, когда раскроем это дело.

– Помочь? Как?

– Не вмешивайтесь, – сухо отозвался Кай. – Добрый день! Вас беспокоит полицейский департамент Сиэтла… – тон его, словно по щелчку, стал приветливым.

Пламмер тяжело вздохнул и оглянулся на ведущую в коридор дверь, в проёме которой показались сопровождавшие девушку детективы Картер и Хьюз.

Одетая в приталенный тёмно-зеленый плащ с капюшоном, наброшенный поверх туники цвета хаки и узких джинсовых брюк, с собранными в небрежный хвост иссиня-чёрными волосами и скрытым очками лицом, она нервно озиралась по сторонам и беспрестанно вздрагивала. Крис удивлённо нахмурился и перевёл взгляд на беседовавшего по телефону молодого человека.

– Допрос сразу начнём, шеф, или как? – донесся до него голос Бобби.

Мэтт вежливо предложил девушке сесть и даже отодвинул стул:

– Хотите кофе?

– Слушай, стажер, – начал Пламмер, едва Кай завершил звонок, – а проведи-ка ты допрос.

– Я? – переспросил молодой человек, чуть не выронив трубку.

– Ну, у тебя практика. Валяй, блесни талантом, – фыркнул Крис и невозмутимо вернулся к разглядыванию заполненного им же стенда.

Кай рассеянно усмехнулся в ответ, решительно встал и подошёл к столу, за которым, потирая плечи, сидела девушка. Молодой человек плюхнулся на стул напротив, вытянул ноги и начал беззастенчиво разглядывать незнакомку.

– Эй, не тяни, – добродушно поддел его Бобби, хлопнув по плечу.

Мэтт поставил перед девушкой бумажный стаканчик:

– Угощайтесь.

– Хм, давайте начнём, – словно сделав для себя какие-то выводы, кивнул Кай, придвинул клавиатуру и защелкал клавишами. – Назовите имя и место жительства.

– К-кими… Кими Арчулета, – неуверенно промолвила девушка, потирая плечи.

– Необычное, – пробормотал стоявший возле автомата Элиан.

Вернувшийся к своему столу Пламмер опустился в своё кресло с едва заметной улыбкой: ему понравилась профессиональная бесстрастность молодого человека, бросавшего вопросы скупыми равнодушными фразами.

– Давно знаете покойную?

– Можете… звать её просто Сандрой? – как-то жалобно попросила Кими.

– Могу, если снимете очки, – Кай сверкнул нахальной улыбкой.

Послышались сдержанные смешки.

– Брось, Кай, мы разрешили Кими их оставить, – подал голос рассеянно просматривавший видеозаписи Бобби.

Кай пожал плечами и перевёл взгляд с лица девушки на экран монитора:

– Как давно вы знаете покойную?

Кими сглотнула и, как-то сжавшись, несмело потянулась к солнцезащитным очкам. Молодой человек криво усмехнулся и проглотил готовое сорваться с уст саркастичное замечание.

Аккуратно положив очки на колени, девушка прерывисто выдохнула; глаза её были закрыты. Кай склонил голову к плечу, с интересом рассматривая её тонкое личико, прилипшие ко лбу влажные прядки, изящные штрихи бровей, ямки впавших щек. С падавшими на скулы тенями длинных ресниц, молочно-бледной кожей и обрамлявшими лицо чёрными завитками волос она казалась маленькой девочкой; молодой человек был немного удивлён неожиданной, но настоятельной потребностью её защитить.

Кими моргнула несколько раз, прежде чем взглянуть на него. И отпрянуть во внезапном испуге.

– Всё в порядке? – вырвалось у Кая.

Девушка не ответила, оглядываясь с таким страхом, словно её со всех сторон окружали готовые наброситься звери.

– Мисс Арчулета?..

– Включите свет, – чуть слышно попросила девушка; голос её сильно дрожал.

Детективы переглянулись в недоумении: комнату освещало белое сияние люминесцентных ламп.

Кими с прерывистым вздохом зажмурилась, сжав голову ладонями и съёжившись, будто в попытке защититься.

– Включите свет, прошу, пожалуйста, включите свет… – повторяла она.

– Может, вызвать врачей? – неуверенно предложил Мэтт, заметив, что у девушки из носа потекла кровь. – По-моему, ей плохо…

– Да у неё с головой не всё в порядке, – отрезал Крис, решительно приблизившись в своему столу, и начал раздраженно набирать на телефоне номер.

Предложивший Кими выйти наружу Картер смолк на полуслове, когда девушка отпрянула и, не удержав равновесия, упала со стула. Стоявший рядом Мэтт протянул руку, намереваясь помочь ей встать, но Кими вскочила на ноги с пронзительным:

– Не трогайте меня!

Кай, который, в отличие от полицейских, всё это время невозмутимо наблюдал за происходящим, задумчиво нахмурился. Девушка продолжала озираться с диким страхом в глазах, повторяя в неподдельном ужасе:

– Не надо, не трогайте меня… Я ничего вам не сделала… Не трогайте меня!..

– Всё хорошо, мисс Арчулета, – беспомощно промолвил окончательно растерявшийся Бобби, невольно оглядываясь на начальника, который говорил с работниками психиатрической больницы. – Никто вас не тронет, просто…

– Она не вас боится.

Кай встал с резкими словами, обошел стол и в один шаг приблизился к девушке. Кими закричала, едва он схватил её в объятия, и стала вырываться с яростью рассерженной кошки, но молодой человек без труда одолел её сопротивление. Громко всхлипнув, девушка заплакала и внезапно обмякла, тряпичной куклой повиснув в хватке стажера. Кай бесстрастно усмехнулся и молча поднял её на руки.

– Шизик она, что ли? – пробормотал порядком перенервничавший Бобби.

– Сумасшествие какое-то… – с облегчением выдохнул кто-то.

Крис с шумом опустил трубку телефона на подставку:

– Психиатры будут с минуты на минуту.

– Хотите отправить её в психушку? – бесцветным голосом поинтересовался Кай.

– Можешь внести встречное предложение? – съязвил Пламмер.

Стажер оглядел лицо лишившейся чувств девушки, безвольно висевшей на его руках, и улыбнулся.

– Нет, – обронил он. – Но разрешите, я поеду с ней в больницу… Может, после осмотра мне позволят с ней поговорить.

Мэтт опустился в компьютерное кресло с резонным:

– Если девушку признают невменяемой, толку от её слов не будет.

– Но это наш единственный свидетель, – вмешался Элиан.

– Поезжай, – махнул стажёру рукой Крис, завершая едва начавшийся спор. – Позвони, если сможешь что-нибудь узнать… Рик, ты говорил с соцработниками? – тут же отвлёкся он одного из детективов. – Они уже беседовали с Джеки Мэй?..

– Девочка всё время молчит, они сказали, ей нужно оправиться от шока…

– Кого, как думаешь, она испугалась? – тихо спросил Бобби, глядя на Кая, бережно опустившего девушку в кресло.

– Не знаю, – покачал головой молодой человек, выуживая из кармана платок. – Зря я заставил её снять очки, – с сожалением проговорил он, осторожно собирая тканью обагрившую губы и подбородок девушки кровь.

Картер спрятал руки в карманы с тяжелым вздохом: привыкший доверять интуиции, он чувствовал, что разгадка странного поведения Кими могла бы дать им ответы на многие вопросы, связанные с убийством Сандры Мэй.

Глава 3

Сиэтл, 2017. 8 июня 2017. 8 июня

Дэлридж

– Ты любишь тако? – откинувшись на спинку пластикового стула, поинтересовался Маклаген.

– Нет, – покачала головой Кими.

– Может, попробуешь? – детектив кивнул на тарелку.

Молодая женщина печально посмотрела на дымившееся блюдо и прошептала:

– Я не голодна.

– Как пожелаешь, – сухо бросил детектив, взяв с тарелки начиненную бобами и мясом тартилью обеими руками. – Но я бы на твоём месте всё-таки перекусил.

Бережно листавшая набитый записками потрепанный блокнот Кими медленно подняла голову и едва уловимо улыбнулась.

– Вы так заботитесь обо мне, – мягко проговорила она.

– Непривычно для тебя? – проглотив кусок лепешки, резко спросил Маклаген.

Женщина опустила взгляд и, казалось, забыла ответить; детектив только вскинул бровь, когда спустя почти минуту она тихо промолвила:

– Для вас, полковник.

Маклаген усмехнулся и, довольно скоро закончив трапезу, с шумом отодвинул тарелку.

– Что ты ищешь, Кими? – взглядом позвав официанта, он выхватил из салфетницы бумажный треугольник.

– Я… – Кими смолкла и осторожно закрыла блокнот. – Я ничего не ищу.

– Это твой дневник?

– Нет, – женщина как-то виновато поджала губы. – Он принадлежал человеку, который был мне дорог, – тихо промолвила она.

– Сочувствую, – коротко откликнулся Маклаген. – Итак… Ты сказала, что последние два убийства связаны со случаем Мии Ньютон, – детектив кивком поблагодарил юношу, поставившего перед ним стакан воды, и испытующе взглянул на молодую женщину.

Кими машинально поправила очки, собираясь с мыслями: порой ей было трудно облечь в слова то, что она ощущала на уровне подсознания.

– Вы мне не верите, потому что…

– Я тебе верю, – перебил её Маклаген. – Всегда. Пусть то, что ты иногда говоришь, мало похоже на правду.

Женщина внимательно слушала его – он не видел её скрытых за стеклами чёрных очков глаз, но чувствовал её взгляд так, словно она касалась его лица. Подавшись вперёд, детектив облокотился о столешницу и добавил непринуждённо:

– Во всяком случае, я знаю человека, который до конца жизни будет жалеть, что не прислушался к тебе… неважно. Расследовать три отличных случая убийства в одном городе или говорить о преступлениях серийника – это разные вещи, Кими, – он придвинул к женщине стакан. – Миа Ньютон была застрелена – предположительно грабителем, убегавшим с места преступления. Через две с половиной недели полиция обнаружила тело Джил Мартин в кювете возле искорёженных останков машины, перевернувшейся, по результатам экспертизы, восемь раз. Предварительная версия следствия говорила о том, что женщина не справилась с управлением на мокрой трассе и вылетела в лобовое стекло, когда автомобиль съехал в овраг. После того, как ты сказала, что это убийство, команда Джаса проверила версию и обнаружила то, на что никто не обратил бы внимания, сочти полиция эту аварию несчастным случаем, а именно: одно из колес было заменено за час до произошедшего, и причиной стала лопнувшая шина… – Маклаген вздохнул и взглядом указал на стакан.

Отпив воды, Кими бессознательно проверила время на циферблате наручных часов. Детектив продолжил:

– А вчера в парке, где возвращавшуюся с работы Кендис Хофман загрыз одичавший ротвейлер, ты едва не убедила следователей, что собаку на покойную натравил тот же человек, который ответственен за смерти Мии Ньютон и Джил Мартин.

– Пусть почерк и modus operandi сильно рознятся, но ведь речь идёт о маленьком городке, – заметила Кими. – И жертвы одного возраста…

– Они совершенно не похожи друг на друга, – возразил Маклаген. – Это не напоминает работу маниакального убийцы, нет смысла говорить о мести или заказе – мирные жительницы маленького, как ты заметила, городка меньше всего подходят на роль жертв в подобного рода преступлениях.

Кими с шумом перевела дух и жалобно спросила:

– Вы думаете, я не знаю об этом?

– Как раз потому, что я так не думаю, я прошу тебя поискать аргументы, – усмехнулся детектив. – Хотя нет: мы вместе их поищем. Только скажи, откуда начнём.

– Может… – неуверенно начала молодая женщина. – Может, мы сможем найти ответы в их прошлом?

– Мыслишь, как следователь, – сдержанно похвалил Маклаген и встал. – Я в участок, хочу поговорить с Крисом. Ты?

– Я хотела… п-посетить госпиталь, – голос Кими упал до еле слышного шепота.

Детектив прищурился, но задавать вопросов не стал.

– Я позвоню, – бросил он, помолчав.

– Что насчёт Эмбер? – вдруг спросила молодая женщина.

Направившийся было к выходу Маклаген обернулся.

– Девочку взяла под опеку Натали Майер, местная сердобольная, – сухо ответил он. – С Эмбер всё ещё работают психологи, она не остаётся одна, – предупреждая следующий вопрос, добавил детектив, когда Кими подалась вперёд.

Женщина нервно закивала с облегчённым вздохом:

– Хорошо.

– До встречи, Ким, – Маклаген зашагал к дверям.

Проводившая его глазами Кими удивлённо посмотрела на официанта, поставившего перед ней тарелку с куриным тако:

– Простите…

– Ваш друг просил подать вам, когда он уйдёт, – равнодушно проговорил молодой человек, оправил засаленный фартук и вернулся к другим столикам.

Молодая женщина прерывисто вздохнула и, недолго думая, отодвинула тарелку. Обняв плечи руками, она просидела недвижно около минуты, прежде чем медленно надеть большие наушники и с прежней аккуратностью раскрыть потрепанный блокнот. Из динамиков донеслась тревожно-печальная «Things left unsaid» группы «Disciple» – песня, которая пронизывала каждый день Кими вот уже пять лет. Женщина слышала её всегда, чем бы ни занималась, – бесконечный и неизменный гимн сожалениям о невысказанном и упущенном, час за часом возвращавший её в единственный день, который она столь тщетно мечтала начать сначала. И пусть непрерывный поток рождаемых композицией воспоминаний причинял ей постоянную, тупую, ноющую боль, Кими снова и снова выбирала её безысходности слышать и видеть то, что было доступно только ей.

Бережно, почти ласково листая пожелтевшие от времени мятые страницы, она бессознательно вглядывалась в знакомую вязь почерка, каллиграфически аккуратного даже в коротких фразах, оставленных в углах листов. Она могла бы с точностью сказать, в каком настроении была оставлена владельцем каждая из них. Лаконичные записи, имена, адреса и телефонные номера, заметки и предположения, пошаговые планы действий и даже небрежные эскизы портретов. Кими тяжело вздохнула, узнав почти в каждом рисунке собственный профиль. Губы её скривились от боли, едва взор зацепило озорное: «Тащусь, когда она краснеет…».

– Кай… – прошептала молодая женщина, перевела взгляд на следующую страницу и застыла, впервые за всё время обратив внимание на прежде не имевшие значения имена.

Подавшись вперёд, Кими пролистала блокнот снова. Несколько минут поисков увенчались неожиданным ответом, и женщина поднесла ладонь к губам с удивлённым:

– Отель…

Саннисайд, тот же день. Тот же час тот же день. Тот же час

Юг-стрит

Июньский полдень был непривычно зноен и сух. Слабый ветер горстями хватал дорожную пыль и уносил её в даль безмолвных полей, присыпая усталостью и без того поникшие сорняки вдоль дороги, обессилевшие в борьбе с жарким солнечным светом. Угасающий день застыл в каком-то сонном ожидании вечерней прохлады, и дрему росших вдоль улицы деревьев едва ли прогонял беспокойный щебет неугомонных птиц.

Эмбер с шумным вздохом поправила лямку висевшего на плече рюкзака. На неё давила уже ставшая привычной тоска по матери, беспрестанно звавшая её бежать прочь – от ежедневных сочувственных взглядов испуганной толпы школьников, от быстро приевшегося сочувствия приютившей её миссис Майер, от преследовавшего её, неумело скрываемого облегчения всех, кто смотрел ей вслед – кто не хотел бы оказаться на её месте. Девочка не осуждала тех, кто невольно сравнивал, но все время ощущала сильную до дрожи тягу к одиночеству.

Её не оставляли в покое, хотя более всего Эмбер жаждала привести мысли в порядок и наконец принять то, что случилось. Она не хотела отвлекаться, не хотела прятаться от правды. Однако окружавшая её толпа не желала понимать, равнодушная и эгоистичная в своём близком к фальшивому участии. И сбежавшая с последнего урока девочка нервно сжимала лямку школьной сумки и упрямо шла вперёд, вдоль пыльной трассы, прочь из города, в котором все друг друга знали – и не знали одновременно. Ведь знай они действительно, что на душе потерявшей мать Эмбер, догадались бы, на какой шаг она решилась в отчаянном желании скрыться от их попыток помочь.

Шумное шуршание несущейся на приличной скорости машины девочка услышала задолго до того, как увидела автомобиль. Задумавшись на миг, Эмбер пожала плечами и продолжила свой путь. Она не заметила, что инстинктивно ускорила шаг, и только обернулась, закашлявшись, когда машина резко затормозила рядом с ней, подняв клубы дорожной пыли.

– Извини! – донеслось из автомобиля. – Не знаешь, как выехать на Мабтон-роуд?

Девочка прищурилась, продолжая кашлять, и постаралась разогнать пыль рукой:

– Вам лучше развер…

Эмбер не договорила: появившиеся словно из ниоткуда сильные руки сгребли её в охапку и дернули в сторону автомобиля. Она завопила в испуге, начав вырываться; крик её заглушило ладонью, хлопнули дверцы, и заброшенная на заднее сиденье девочка лишилась чувств от затопившего её ужаса.

Разбудила её непривычная качка. Эмбер с трудом пришла в себя и села, шумно, хрипло дыша: автомобиль ехал на той же сумасшедшей скорости. Бездумно схватившись за ручку, девочка едва не вырвала её в тщетной попытке открыть дверцу. Пережитая совсем недавно встреча со смертью матери хлынула в сознание страшными воспоминаниями; изо всех сил борясь с подступающей паникой, Эмбер вжалась в сиденье, оглядывая дорогой салон, и застыла, заметив сидевшего рядом мужчину.

Скользя взглядом по строкам, он невозмутимо читал книгу, не обращая внимания ни на качку, ни на Эмбер. Нервно заправив прядь волос, девочка как-то невольно успокоилась и вгляделась в незнакомца с внезапным интересом. Он показался ей джентльменом. Одухотворенное бледное лицо с правильными чертами могло принадлежать аристократу, на дымчатой ткани идеально выглаженного костюма не было ни единого пятнышка. Аккуратная причёска густых, казавшихся очень мягкими волос открывала взору высокий гладкий лоб, в изгибе чётко очерченных губ скользили печаль и задумчивость. С лёгким вздохом мужчина перевернул страницу; в такт его спокойному дыханию поднималась и опускалась тонкая ткань кипельно-белой рубашки, в расстегнутый ворот которой тонкими шнурками спускались чёрные проводки наушников.

– Что вы читаете?

Самый нелепый из возникших вопросов сорвался с уст Эмбер, едва прошло её замешательство. Она рефлексивно отпрянула к дверце, вспомнив о том, как попала в машину, и в страхе посмотрела на мужчину, который, казалось, и не услышал её слов.

Взгляд, брошенный на зеркало заднего вида, выхватил смуглое лицо водителя, который время от времени отпивал янтарную жидкость из бутылки, не сводя глаз с пыльной дороги. Проносившиеся мимо с бешенной скоростью поля вызвали в девочке граничащее с отчаянием чувство безысходности. Не замечая, что по щекам побежали слёзы, Эмбер жалобно всхлипнула.

– «Демонические женщины».

– Что?! – вырвалось у девочки.

Губы незнакомца приоткрылись, но он только вздохнул, не позволив словам нарушить молчание, и медленно, даже как-то устало взмахнув ресницами, поднял на Эмбер затуманенный взгляд.

– Кто вы? – смахнув с лица слёзы, спросила она.

В глубине его глаз блеснул слабый интерес; не опуская книги, он чуть повернулся к девочке, смутив её неожиданно внимательным взглядом, неторопливо заскользившим по её сжавшейся фигуре. Эмбер вспыхнула вся и сразу и выдохнула с облегчением, когда незнакомец вернулся к чтению. Не в силах выносить дышавшего тревогой молчания, она сглотнула и решительно промолвила:

– Отпустите меня… Остановите машину, я выйду. Пожалуйста, прошу вас.

Мужчина добродушно поджал нижнюю губу, не отводя взора от строк. Истерические нотки в повторной просьбе вызвали у него слабую улыбку.

– Зачем, Эмбер? – тихо спросил он. – Ты ведь и так собиралась свести счёты с жизнью…

Несколько мгновений девочка не могла понять его слов. Последовавшая за этим истерика оставила незнакомца равнодушным, равно как и отчаяние понявшей, что её ждет, жертвы, забившейся в рыданиях на соседнем сиденье.

Киркланд, 2010. 5 марта 2010. 5 марта

Психологическая лечебница Фэрфакс

Кими нервно рисовала узоры на ткани выцветших пижамных брюк. Волосы падали на её лицо, скрывая его выражение от Кая, устроившегося прямо на полу возле радиатора. Молодой человек не нарушал безмолвия, царившего в палате с момента его появления, и только скользил взглядом по очертаниям девичьей фигуры, беззастенчиво любуясь сидевшей на койке девушкой.

– Вы… Вы нашли… убийцу Сандры? – наконец тихо спросила Кими.

– Даже не приблизились к разгадке, – не стал обманывать Кай.

Девушка прерывисто выдохнула, приоткрыв уста, и понявший, что она сейчас расплачется, стажер резко произнёс:

– А чего вы ждали? Чуда?

Кими вскинула голову, глаза её сверкнули гневом, и восхищенный их ярким блеском Кай нахально добавил:

– От вас же помощи не дождёшься… Устроили истерику вместо того, чтобы помочь честным следователям.

– Но я… – девушка вмиг растеряла весь запал и пробормотала, виновато опустив голову: – П-простите, пожалуйста, – она отчётливо всхлипнула. – Я правда не хотела.

– Хотите секрет? – Кай вдруг подался вперёд с проказливой улыбкой на губах. Кими инстинктивно сжала ладонями край одеяла. – Врачи говорят, что ни один тест не показал наличия у вас какого-либо отклонения, Кими…

– Даже паранойи нет? – недоверчиво откликнулась девушка.

Стажёр покачал головой и прищурился:

– В связи с чем мне дико интересно, в чём была причина вашего, мягко говоря, странного поведения.

Кими склонила голову, волосы вновь упали ей на лицо, и не отводивший взгляда молодой человек понял, что она не ответит. Он усмехнулся и, расслабленно откинувшись назад, неторопливо начал:

– Так или иначе, вам предписано пройти здесь лечение: в участке не верят, что вы здоровы, опекуна у вас нет, докторам всё равно… Боюсь, вас продержат в Фэрфаксе пару месяцев, а то и полгода, – бесстрастно глядя на то, как бледнеет с ужасом глядевшая на него девушка, добавил Кай. – Воспротивитесь, будете буйствовать – вас быстро успокоят, попробуете сказать правду – никто не поверит, потребуете доказательств – сфабрикуют… Скажу больше: кому-то нужно, чтобы вы здесь задержались, – меня уже отозвали обратно…

Потиравшая подбородок дрожащими пальцами Кими выглядела такой беспомощной, что он вновь испытал неожиданно сильное желание защитить маленькую девочку, которой она ему казалась.

– Что… Что вам нужно?

Спокойные слова девушки, постаравшейся взять себя в руки, вызвали у молодого человека слабую довольную улыбку.

– Правда, Кими, и ещё, пожалуй, – пусть я и кажусь наглым, – сотрудничество, – он взъерошил и без того взлохмаченные волосы, в хаосе падавшие ему на лицо.

– Вы не поверите, – с болью промолвила Кими, отвернувшись.

Стажёр встал и пересел на край койки. Девушка не отпрянула, как он ждал, а лишь взглянула на него с тщательно скрываемым страхом.

– Кими, – начал Кай, поняв, что она будет слушать. – У меня есть власть вытащить вас отсюда. И, уверен, не меньше, чем я, вы хотите поймать убийцу Сандры, – он добродушно улыбнулся, когда Кими согласно закивала. – Что ж, давайте сделаем это вместе. Вы расскажете то, что знаете, а я приложу все усилия, чтобы направить расследование в нужное русло, – молодой человек протянул руку и склонил голову к плечу с почти ласковым: – Ну, как? Честная сделка?

Девушка недоверчиво глядела на него ещё несколько мгновений, затем опустила взгляд на его ладонь и робко протянула свою. Она вздрогнула, когда Кай схватил её кисть обеими руками, подняла испуганный взгляд и прищурилась в ответ на лукавый блеск его тёмно-шоколадных глаз.

– А вы дипломат, – тихо заметила она.

Молодой человек не ответил, продолжая рассматривать её с неожиданным наслаждением, и удержал её руку, сжав пальцами ладонь, которую она попыталась вырвать. Кими отодвинулась, почти наощупь ощутив, как близко он сидит, и сжалась в попытке сбросить напряжение, дрожью охватившее её плечи и сделавшее болезненно чётким зрение глаз, отвыкших видеть мир не в чёрном цвете и теперь на удивление ясно видевших волнующие детали: и манящие линии приоткрытых губ, с которых сбежала улыбка, и часто вздымавшуюся грудь, и потемневший взор.

– Что вы хотите… узнать? – запнувшаяся девушка быстро завершила фразу и моргнула, когда Кай залился искренним смехом.

– Всё, – коротко ответил он, поднявшись на ноги.

Кими закрыла лицо ладонями и облегчённо выдохнула; прошедший к окну молодой человек спрятал руки в карманы с тихим:

– Не думайте о том, что я не поверю, рассмеюсь или сочту вас сумасшедшей, Кими. У меня у самого много историй, которые даже вы назовете невероятными, – он развернулся и присел на подоконник. – Рассказывайте. Расскажите всё, что посчитаете важным.

– Вы требуете слишком многого, – вдруг строго проговорила девушка.

– Доверия, знаю, – стажёр не дал ей договорить. – Неужели вы никому никогда не доверяли своей тайны? – мягко спросил он.

Кими вздохнула.

– Это… Никто и просил… рассказать, – тяжело вымолвила она после недолгого молчания. – Ни в резервации, ни на работе… никто не спрашивал. Никто…

– Кроме Сандры, – проницательно заметил Кай, шумно вздохнул, когда девушка расплакалась, как он и ожидал, и прошёл к прикроватному столику. – Вы всё сделали правильно, – он набрал в стакан воды из бутылки и протянул Кими. – Детективы нанесли визит вашей подруге, как вы и просили… Вы сделали всё, что могли, Кими.

Девушка глотнула и просипела:

– Спасибо, м-мистер Дэйбрейк.

– Какой я вам «мистер»? – скривился молодой человек. – Давайте просто «Кай», мне, в конце концов, всего двадцать три.

Кими невольно улыбнулась и выговорила:

– Хорошо, К… Кай.

– А вам сколько? – Кай с видимым удовольствием отпил прямо из бутылки.

Наблюдавшей за бегом капель, стекших по его подбородку и шее, девушке показалось, что это было сделано намеренно. Усилием воли сдержав улыбку, Кими с упрёком заметила:

– Какой неважный вопрос.

– Для меня очень важный, – уверил её стажёр, вернув бутылку на столик.

Она медленно взмахнула ресницами и слабо усмехнулась:

– Семнадцать.

– Да вы совсем ребёнок, – фыркнул Кай. – Теперь ваш поступок кажется мне не только разумным, но и храбрым. Не боитесь, что убийца будет вас искать?

– Искать?! – в испуге переспросила Кими и покосилась на дверь, словно ожидая, что она откроется и в палату войдёт преступник.

Молодой человек присел на край койки с рассудительным:

– Ну, я просто обязан вас защитить. Доверьтесь мне, Кими.

Он без колебаний встретил её ясный взгляд, в который раз за эту встречу залюбовавшись редкой красотой её фиалковых глаз. Девушка долго молчала, не в силах принять решение, а он не вмешивался в её размышления, рассеянно ковыряя края разреза на брюках.

– Но вы… Знаете, – неуверенно начала она наконец, – у меня ведь нет причины вам доверять, – выдохнула она, глядя на него почти виновато.

– Разве? – тихо спросил Кай. – Вы не верите, что я хочу поймать преступника, защитив при этом невиновных?

– Нет, просто… Как насчёт обмена? – робко предложила Кими.

Стажёр покачал головой:

– А вы очень осторожны… Что ж, я понимаю ваше желание перестраховаться, – пожал он плечами. – В конце концов, – молодой человек вдруг подался к девушке с вкрадчивым: – я ведь тоже никому не поверял своих секретов…

Глава 4

Саннисайд, 2017. 9 июня 2017. 9 июня

Харрисон Мидл Скул

Никто не знал, почему с утра неожиданно отменили занятия. Ходили слухи, что школа будет закрыта вплоть до уик-энда. Но самые нелепые предположения студентов обратились в пыль, едва благодаря нескольким задержавшимся в кабинетах старшеклассникам стало известно, что в школу прибыла полиция.

Бывалые криминалисты были потрясены увиденным, несколько детективов без раздумий бросились к ближайшим кустам, и лишь самые стойкие остались шокировано смотреть на лежавшее возле склада тело тринадцатилетней девочки.

Липкой остывшей кровью было залито всё: и ведущие в подвал ступени, и тускло-желтые полотна дверей, и даже грязно-зеленые стены. Дуги тёмных брызг достигали окон, и насквозь пропитались соленым железом изорванная школьная форма и потускневшие светлые волосы.

– Я… я за п-п-продуктами пош… пошла… – обнаружившая девочку заведующая столовой заикалась от слёз, без конца текших из её больших покрасневших глаз.

Бледная, как полотно, директор и заведующая учебной частью вместе с майором Холивеллом обсуждали, как скрыть случившееся от студентов.

– Может, стоит рассказать? – робко предложила завуч.

– Как вы предлагаете это сделать? – в голосе директора не было раздражения, одна бесконечная подавленность. – Дети всё равно узнают о случившемся рано или поздно, тем более, что мы должны защитить их до тех пор, пока преступник на свободе…

– Согласен, – закивал майор. – Пожалуй, лучше уведомить об этом родителей, а уж они сами сумеют правильно преподнести информацию своим детям.

Директор с шумным вздохом протерла лицо дрожащими руками:

– Нужно будет провести с ними беседы, и…

– Джош? – ответивший на звонок Холивелл её уже не слышал. – Проходите, мы на заднем дворе возле склада.

– Окей, – бросил в трубку Маклаген, завершая вызов, и резко обернулся, поняв, что шедшая следом Кими давно отстала. – Кими? – он подошёл к застывшей на углу здания молодой женщине.

Кими держалась одной рукой за стену и прижимала ладонь к трясущемуся подбородку.

– Я туда не пойду, – выдавила она, привалившись к стене.

Детектив хмуро оглядел её бескровные губы, лицо, которое приобрело зеленоватый оттенок, капли пота, выступившие на лбу.

– Ты уверена? – он выудил из кармана миниатюрный контейнер. – Может, примешь успокоительные?

– Но я… – женщина прижалась щекой к камню здания, шумно дыша ртом.

Понявший, что она на грани обморока, Маклаген решительно взял её за локоть и увлёк за собой:

– Пережди в машине, Кими. Если… – он не договорил, инстинктивно подхватив лишившуюся чувств женщину.

Детектив устроил её на переднем сиденье машины почти автоматически, теряясь в догадках о причине плохого самочувствия своей спутницы: прежде Кими никогда не реагировала так остро. Включив кондиционер, Маклаген сбрызнул ей лицо водой и, дождавшись еле слышного стона, бодро проговорил:

– Потерпи немного, Кими. Я переговорю с Джасом и отвезу тебя в больницу…

Устремившийся к складу полковник замер только на миг, увидев кровавые лужи на траве перед складом и прикрытое тканью тело, затем так же решительно продолжил свой путь.

– Джас, – коротко позвал он майора, приблизившись и мрачно взирая на залитые кровью ступени.

– Всё плохо, Джош, – без приветствия начал Холивелл. – Вчера весь вечер не было света, так что записей у нас нет. Свидетелей тоже.

– Как же охрана? – резко спросил Маклаген.

– Говорят, в школе накануне никого не было. Джош, похоже, это тот же парень, – в ответ на взгляд друга майор бесцветным голосом пояснил: – Мы её опознали… – он сглотнул, чтобы добавить: – Это Эмбер Ньютон.

Чёрные глаза полковника сверкнули, он опустился на корточки, откинул ткань и окинул покойную внимательным взором.

– Судя по пятнам крови, он убил её прямо здесь, Джас, – глухо проговорил он. – И ни один человек не слышал шума? Никто не кричал?

– Рано делать выводы, нужно сначала провести экспертизу.

– Думаешь, он ввёл ей что-нибудь? – догадался детектив.

Майор только кивнул.

– Что ты выяснил насчёт ложного вызова скорой? – Маклаген встал на ноги и отошёл, кивнув работникам морга.

– Мы попросили психологов побеседовать с Эмбер, узнать, почему она сделала вызов, – бодро начал Холивелл, спрятав руки в карманы. – Девочка только вчера заговорила, сказала, что у матери сильно шла кровь из горла. Лезвия, которые мы нашли в мусорном ведре, судя по словам Эмбер, Миа выплюнула.

– Вы сделали вскрытие? – быстро спросил полковник.

Майор кивнул:

– Её гортань была вся в глубоких порезах, частично поврежден пищевод. Едва мы это выяснили, нас вызвали сюда… – он смолк и выудил из кармана пачку сигарет. – Будешь? – предложил он другу.

Маклаген в ответ протянул зажигалку:

– Нелогично всё это. Как лезвия могли попасть в желудок Мии, если она их не глотала? Если проглотила – то зачем? – он хмуро посмотрел на нервно затянувшегося Холивелла. – Это никак не связано с убийством, но если и связано и Эмбер была невольным свидетелем, то почему убийца ждал полмесяца? И убил именно таким образом? – он оглядел лужи крови. – Такое ощущение, что он хотел напугать кого-то… Но кого?

– Не знаю, – шумно вздохнул майор, выпустив щедрую струю дыма. – Кстати, где Кими? – нахмурился он. – Ты её не привёз?

– Привёз, – невесело усмехнулся Маклаген. – Но ей стало плохо, я оставил её в машине, – он взглянул на наручные часы. – Ладно, Джас, появятся новые детали, звони. Результаты экспертизы…

– Вышлю на почту, – кивнул Холивелл. – А ты…

– Это не он.

Детективы дружно оглянулись, услышав голос Кими. Молодая женщина дрожащими руками вернула чёрные очки на место и закуталась в джинсовый плащ, всё так же глядя скрытое тканью мёртвое тело, загруженное работниками морга в машину.

– Кими? – позвал её Маклаген. – Тебе уже лучше?

– Это не он, – повторила Кими.

– Ещё одно нелогичное совпадение? – раздражённо спросил Холивелл. – Неслучайная случайность? Бог с вами, Кими, сколько можно?

– О случайностях, – молодая женщина раскрыла висевший на плече рюкзак и выудила оттуда небольшую стопку бумаг, – речи нет. Отдел психоанализа нашёл аргументы, – она протянула отчёт майору. – Все жертвы переехали в Саннисайд из одного и того же города.

Пробежавший текст глазами Холивелл рассеянно передал бумаги полковнику и взглянул на Кими с мрачной решимостью человека, который вынужден поступать не так, как хочет:

– Это существенно меняет область поисков, Кими.

Кими кивнула и как-то виновато промолвила:

– Я знаю, что усложнила вам задачу…

– Чушь! – оборвал её майор. – Главное – найти убийцу, неважно, как.

– Джас, можете провести повторную экспертизу? – подал голос Маклаген. – Если эти случаи связаны, то…

– Думаешь, мы обнаружим у этих женщин те же повреждения? – не дал ему договорить Холивелл, осенённый той же догадкой.

Полковник пожал плечами, возвращая ему бумаги:

– Может, он так помечает свои жертвы, Джас.

Кими, которая вовсе не выглядела удивленной их странным диалогом, медленно прошла ко входу в склад и присела на корточки, чувствуя на себе взгляд Маклагена. Кровь сквозь призму очков казалась разлитой нефтью, но впечатление портил металлический аромат, пропитавший тревожное утро. Молодая женщина с трудом сглотнула, подняла было руки в чёрным дужкам и бессильно уронила их. С губ сорвался прерывистый вздох, Кими обхватила плечи руками и, поколебавшись, протянула кисть к липкой луже.

– В чём дело, Кими? – тихо спросил присевший рядом на корточки полковник. – Что ты ищешь?

– Н-не знаю, – промолвила женщина, проводя ладонью над окровавленной поверхностью ступеней. – Только… убийство произошло не здесь.

– Уверена? – нахмурился Маклаген и с сомнением оглядел забрызганные тёмной жидкостью стены. – А откуда кровь, по-твоему?

– Поблизости есть заброшенный дом? – спросила вместо ответа Кими. – Большой, с огромным залом… и камином.

– Есть, – послышался голос Холивелла, отвлекшегося от беседы с криминалистами. – Усадьба Спенсеров. Пустует уже полвека.

Молодая женщина закивала, соглашаясь:

– Поищите там, майор Холивелл.

– Минутку… Мэйсон! Кларк! – бросил майор в рацию. – Проверьте дом Спенсеров…

Посмотревший на друга Маклаген не заметил, как Кими вдруг дернулась, и поднялся на ноги вслед за ней.

– Ты в порядке? – настойчиво спросил он, оглядывая бледные щеки и побелевшие губы своей спутницы.

Молодая женщина молчала несколько секунд, прежде чем выдавить:

– Простите, что напугала…

– Глупостей не говори! – оборвал её полковник. – Тебе точно не нужно в больницу?

– Нет, я хорошо себя чувствую… Просто вдруг… – Кими смолкла, потерявшись в словах. – Я не знаю, – жалобно заключила она.

– Давай я отвезу тебя в госпиталь, – вздохнул Маклаген и язвительно поинтересовался в ответ на немой протест женщины: – Можешь гарантировать, что в следующий раз снова не грохнешься в обморок?

Кими вжала голову в плечи, пролепетав:

– Простите, полковник…

– Пойдем, – коротко бросил детектив, кивком попрощался с другом и зашагал к своей машине.

Последовавшая за ним женщина стиснула пальцами запястье правой руки и без слов проследовала за ним на парковку. Молчавшая весь путь до автозаправки, она осторожно подняла рукав и посмотрела на предплечье, лишь когда Маклаген выбрался из джипа, чтобы заплатить за топливо.

Кожа, стрельнувшая пронзительной болью ещё возле склада, была рассечена двумя глубокими бороздами. Испуганно выдохнув, Кими опустила ткань и прижала к боку трясущуюся руку. Чёрное полотно плаща скрыло от взора детектива пропитавшую его кровь. В больнице же оставшаяся наедине с врачами женщина выдала порезы за причину своего приезда.

Сиэтл, 2012. 7 мая 2012. 7 мая

Отель «Кроуфорд Хотелс»

Стоявшая на пороге приюта молодая женщина расцвела улыбкой, едва Кай вышел из машины. Молодой человек не сдержал ответной и распахнул объятия, когда она бросилась к нему со сдавленным:– Кай!– Соскучилась? – мягко поинтересовался он, слегка отстранившись и заглядывая ей в глаза.Но Кими не ответила, только спрятала лицо у него на груди, незаметно наслаждаясь родным запахом, шедшим от чёрной рубашки. Кай усмехнулся и лукаво спросил:– Может, всё-таки переедешь ко мне?Девушка замотала головой:– Я не могу оставить приют.– Упрямая, – фыркнул Кай и прижался щекой к её макушке. – Поедем к Энрико?– Снова тако кушать? – прищурилась она, отстранившись.Молодой человек жизнерадостно закивал:– Конечно.– У меня встречное предложение, – рассеянно проговорила Кими, проводя горячими ладошками по его груди и не замечая, что у него сбилось дыхание.Кай сглотнул и крепче прижал её к себе:– Планируешь приготовить сама?– Как ты понял? – в неподдельном изумлении спросила молодая женщина, вскинув голову. Он только улыбнулся, и она настойчиво промолвила: – Я уже пробовала, у меня правда хорошо получается… Ну, давай, а?Молодой человек кивнул с ласковой улыбкой, прикрыв на миг глаза.– А фильм уже подобрала? – поинтересовался он, провожая её к машине. – Только давай без мелодрам, или я взвою, – шутливо пригрозил он.Кими со смехом заметила:– Было бы интересно на это взглянуть.– Ты тиран, родная, – покачал головой Кай, застегнув на ней ремень безопасности. – Как Роди? Не скучает?– Что ты, ему некогда, – улыбнулась девушка. – Недавно он нашёл себе нового друга. Сенбернара с соседней улицы, – со смехом добавила она.– А как же тот лабрадор… как его? – нахмурился молодой человек, заводя двигатель.– Бакстер? Его хозяева месяц назад переехали в Теннесси… Роди очень тосковал, – вздохнула Кими.– Видимо, утешился…– Что нового на работе? – посмотрела на Кая молодая женщина, когда он выехал со стоянки.– Да всё тот же Армагеддон, – хмыкнул молодой человек. – Семнадцать новых дел за последние сутки… Начальник отправил меня домой на пару дней, когда понял, что я скоро на людей кидаться начну.– Ты на два дня приехал? – обрадовалась Кими.– Я тебя серьёзно прошу, подумай над тем, чтобы переехать ко мне в Вашингтон, – легким тоном обронил Кай в ответ.– Я и так в Вашингтоне, – парировала молодая женщина.– Нет, я знал, что у тебя пробелы в образовании, – вздохнул молодой человек, – но чтобы штат с городом путать…Он расхохотался, когда Кими изменилась в лице.– Да ты… Я колледж окончила, между прочим! – возмутилась она и, скрестив руки на груди, обиженно отвернулась к окну.– Ах, неужели? – наигранно поразился Кай. – По-моему, география не входила в перечень изучаемых дисциплин, – вспомнил он.Кими резко посмотрела на него и, поразмыслив, отмахнулась:– Ну, всё, проехали…– Думаешь? – добродушно поддел её молодой человек.– Проехали! – почти взмолившись, повторила молодая женщина и расстроенно добавила: – Мы давно не виделись, обязательно надо мной смеяться?.. Чему ты улыбаешься? – возмутилась она, когда Кай ответил широкой улыбкой.– Да так, – качнул он головой и пояснил хриплым голосом: – Рад тебя видеть.Кими промолчала, обезоруженная неожиданной откровенностью, затем цокнула языком с ворчливым:– Ты мне даже не звонил…– Я был занят, – коротко ответил молодой человек, останавливаясь на перекрестке, и внимательно взглянул на неё. – Потерпи немного, Кими, – тихо промолвил он. – Я уйду с этой работы, как только закончу с расследованием…– Ты до сих пор не нашёл доказательств? – прошептала молодая женщина, в глазах её светилась тревога. – Но я думала…– Всё сложнее, чем я представлял, – Кай откинулся на спинку сиденья, оглядывая образовавшуюся возле светофора дорожную пробку. – Мне нужно лишь немного времени… Кими? – нахмурился он, когда молодая женщина без слов открыла дверцу и вышла наружу. – Кими!Припарковавший машину Кай догнал её возле лобби отеля и схватил за локоть:– Кими! В чём дело?Кими подарила ему полный ужаса взгляд и собралась было ответить, как молодой человек внезапно затряс головой:– Нет! Нет, только не это, Кими… Мы же договорились! – воскликнул он. – Ты мне обещала…– Но, Кай, – со слезами начала Кими, – я так не…– Нет! – отрезал Кай и молча увлёк её к машине.– Кай! – вскричала молодая женщина. – Постой, это важно!..Молодой человек без слов открыл дверцу и кивнул на сиденье:– Мы уезжаем, Кими. Ты собиралась… – он осекся, когда Кими внезапно прижалась к нему с отчётливым всхлипом:– Послушай меня, прошу тебя…Кай сокрушённо зажмурился.– В чём дело? – сдался он.Кими отстранилась и смахнула со щёк влагу:– Тот человек… в сиреневой куртке, – она кивнула в сторону отеля.Бросивший взгляд на роскошную вывеску молодой человек помрачнел и посмотрел на хлипкого мужчину в потрёпанной униформе, который нервно курил возле служебного автомобиля.– Это работник отеля, Кими, – терпеливо промолвил Кай, переведя взгляд на молодую женщину.Кими закивала:– Понимаешь… – она несколько секунд собиралась с духом, прежде чем выпалить: – Он планирует взорвать это здание. Через четыре дня.– Зачем ему это? – молодой человек задумчиво прищурился.– Не знаю…– Ты уверена? – тихо спросил Кай с тяжелым вздохом.– Да.– Подожди меня здесь, – бросил он и зашагал в сторону отеля.Устроившаяся на переднем сиденье Кими молча наблюдала за тем, как молодой человек разговаривает по телефону, незаметно следя за работником отеля, удивлённо вскинула брови, когда к зданию подъехала полицейская машина и полисмены без объяснений арестовали порядком напуганного их действиями мужчину. Нервно сжав тонкую ткань летнего платья, она хмуро взглянула на задержавшегося Криса Пламмера и закусила губу, гадая, что обсуждают крепко сдружившиеся во время памятного расследования детективы.– Не нужно допрашивать, – покачал головой Кай, не глядя в сторону своего автомобиля. – Недельку продержать получится, Крис?– На каком основании, Кай? – грубовато ответил Пламмер. – Хочешь, чтобы меня за параноика приняли?Молодой человек спрятал руки в карманы, отведя взгляд. Крис прищурился:– Что, снова твоя ясновидящая супруга воду мутит? – догадался он.Кай поневоле взглянул на жену, наблюдавшую за ним огромными от испуга глазами.– Ты же её знаешь, Крис, – печально отозвался он.– Я думал, у неё это прошло, – в недоумении протянул Пламмер.– И не проходило, просто… – молодой человек словно сбросил маску с лица и посмотрел на друга со знакомой ему нахальной усмешкой: – Я тебе подброшу улик, приятель, а пока спрячьте этого малого подальше от мирных, а то он грозится испортить им здоровье.– Может, я его всё-таки допрошу? – хохотнув, предложил Пламмер.Кай пожал плечами:– Попробуй. Может, он и расколется. Хотя… – он поднял взгляд на богатый узор названия, венчавшего вход в отель, и сузил глаза; по лицу его скользнула тень. – Возможно, и промолчит.– Темнишь ты, парень, – недовольно заключил Крис.– Грешен, признаю, – обезоружил его улыбкой молодой человек и хлопнул по плечу с бодрым: – Спасибо, друг. С меня тройная порция тако с курицей.– Про пиво не забудь, филантроп, – бросил Пламмер вслед зашагавшему к своей машине другу.Захлопнувший дверцу Кай без слов включил зажигание и выехал со стоянки.– За что его арестовали? – робко спросила Кими после недолгого молчания.– Забудь про это, – обронил молодой человек и незаметно сжал руль, услышав сдавленное:– Прости…Не проронивший ни слова всю дорогу до их коттеджа Кай тихо спросил, едва затих мотор:– Что тебя так напугало, Кими?И дернулся от испуга, когда она выдавила чуть слышно:– Имя твоей матери.– Сердишься? – мягко промолвил он многим позднее, заключив жену в объятия.Убиравшая посуду после ужина Кими покачала головой:– Да нет… Тебе точно понравились тако? – с долей беспокойства поинтересовалась она.– Конечно, – успокоил её Кай: с наслаждением вдохнув тонкий аромат её парфюма, вопрос он почти не расслышал. – Спина болит? – нахмурился он, когда молодая женщина бессознательно высвободилась из его рук, потирая лопатку.Кими повесила полотенце на сушилку, обронив:– Сегодня привезли новое оборудование для диагностики… Немного помогла с расстановкой, – пояснила она, обернувшись и с улыбкой встретив его потемневший от недовольства взгляд.– И какой идиот позволил тебе таскать тяжести? – сдержанно спросил молодой человек.Кими склонила голову к плечу: в лёгком сиреневом платье, с собранными в ракушку волосами и лукавой улыбкой на губах, она вдруг напомнила Каю нашкодившую девчонку.– Не заметишь, что я сама виновата?– Давай сделаю массаж, – с энтузиазмом предложил вдруг молодой человек.Улыбка сбежала с лица Кими:– Что?..Она ахнула, когда Кай подхватил её на руки, и уже в спальне испуганно отодвинулась от мужа, без слов опрокинувшего её на кровать:– Что ты… – молодая женщина осеклась и, не удержав равновесия, упала на подушки, глядя на нависшего сверху Кая в смеси страха и предвкушения. – Что ты делаешь? – прошептала она, растаяв в знакомой проказливой улыбке.– Я же сказал, – молодой человек отвел от её лица упавшие на него прядки. – Хочу сделать тебе массаж.– Не нужно, – слабо возразила Кими, с трудом игнорируя сладкую дрожь, которую, как всегда, вызвала близость мужа.– Зря отказываешься, – поддразнил её Кай, – у меня, между прочим, есть диплом специалиста.– Будет тебе сочинять, – обличила его жена, – в твоём резюме об этом ни слова не было.Молодой человек не ответил и перевернул её на живот; Кими поневоле расслабилась и закрыла в неге глаза, едва тёплые ладони начали разминать её затекшие плечи – сначала мягко, почти не нажимая, затем всё усиливая давление, прогоняя усталость и заставляя кровь бежать быстрее. По позвоночнику пробегала и пробегала дрожь, отзывавшаяся покалыванием под ребрами; зарывшаяся лицом в подушку молодая женщина с трудом сдержала стон наслаждения – она и не понимала до этого, насколько сильно устала. И вновь, как каждый раз, Кими почувствовала себя хрупкой и восхитительно слабой в неожиданно сильных руках молодого человека, вновь отчётливо осознала, почему кажется ему такой беспомощной.– Спасибо тебе большое, – признательно выдохнула она, едва Кай закончил, и, перевернувшись, порывисто обняла мужа. – Ты просто волшебник, Кай!По губам молодого человека расплылась счастливая улыбка; скользнув ладонями по обвившим его шею тонким рукам, он обхватил стройный стан жены и привлёк её ближе.– Теперь твоя очередь, – коснулось уха Кими его горячее дыхание.– М-моя? – запнувшись, переспросила Кими; она попыталась отстраниться, но муж удержал её в кольце рук. – У тебя тоже болит спина? – робко проронила она.Кай сверкнул нахальной усмешкой:– А должна болеть, чтобы ты сделала мне массаж?– Н-нет… Нет, наверное, – окончательно смутилась молодая женщина, внезапно почувствовав себя эгоисткой.На пальцы мужа, начавшие одну за другой расстегивать пуговицы рубашки, она взглянула почти обречённо, вызвав у Кая весёлый смех. Схватив её за руку, он прижал маленькую ладонь к своей груди:– Давай дальше сама.Залившаяся краской Кими не поднимала взгляда… и не видела, каким теплом светятся карие глаза, не догадывалась, как искренне молодой человек наслаждается каждой деталью: и её смущением, и сбившимся дыханием, и неловкими движениями её тонких пальцев, медленно и аккуратно вынимавших пуговицы из петелек, и влажными прядками, выбившимися из причёски и прилипшими к её лбу и шее… Не удержавшись, Кай выудил из её волос державшую их заколку, жадно запустил пальцы в рассыпавшиеся мягкие локоны и, обхватив ладонью её затылок, скользнул по нежным устам лёгким поцелуем, чтобы, отстранившись, ответить улыбкой на стыдливый румянец вспыхнувшей от ласки молодой женщины…– До утра будешь возиться? – шутливо поддел он жену.Кими затрясла головой:– Я уже закончила… Можешь повернуться? – неловко спросила она, с трудом стянув с него рубашку.– Без проблем, – Кай охотно развернулся к ней спиной и широко улыбнулся, когда молодая женщина прикоснулась к его плечам горячими ладонями. – Первый раз массаж делаешь? – догадался он в ответ на её неуклюжие попытки.– Да, – еле слышно промолвила Кими и с тревогой спросила: – Тебе не нравится?– Нет, я в восторге, – безбашенно выпалил молодой человек.Кими рассмеялась:– Рада слышать… Что такое? – удивилась она немногим позднее, в недоумении глядя на резко обернувшегося к ней мужа.– Достаточно, – покачал головой Кай и, обхватив её запястье, поднёс кисть к лицу. – Такая ладошка маленькая, – ласково прошептал он и поцеловал её в середину ладони. Кими закусила губу почти виновато и едва не рассердилась от ехидного:– Не пальчики, а гвоздики… Спасибо за сеанс иглоукалывания.– Ах, ты… – запальчиво начала молодая женщина и тут же осеклась. – Никудышный из меня массажист, да? – расстроилась она.– Возможно, – не стал спорить Кай, забавлявшийся её реакцией: жена не догадывалась, что он намеренно подшучивает над ней. – Зато повар ты замечательный, – подмигнул он ей со шкодливой улыбкой.Сдавшись нежности, которую в ней всегда вызывала улыбка мужа, Кими с тихим смехом ответила на поцелуй молодого человека, повалившего её в следующий миг на подушки…

Глава 5

Нью-Йорк, 2013. 23 января 2013. 23 января

Полицейский департамент

Лейтенант Дилан Росс со слабым интересом перебирал протянутые адвокатом фотографии. На снимках мелькали то гармошка бревен на стенах загородной дачи, то тёмные силуэты сосен в бору, то медные языки разведенного перед домом костра. И на каждом, словно печать, в разных позах виднелась высокая фигура молодого человека в кобальтовом пальто, оставляя впечатление тщательно продуманной фотосессии.

– И что? – грубовато отрезал детектив, отбрасывая последнюю фотографию, и вскинул взгляд на одетого в строгий серый костюм адвоката со сверкающими от избытка лосьона залысинами и внушительным кейсом на коленях.

– Это алиби, – терпеливо пояснил барристер и коротко взглянул на сидевшего слева молодого человека. – Моего подопечного не было в тот день в Нью-Йорке, о чём свидетельствуют эти снимки.

Дилан обжег адвоката взглядом, посмотрел на его подзащитного.

– Какое совпадение, – в ровном голосе лейтенанта слышались саркастические нотки. – Записи с камер возле Куинсборо свидетельствуют об обратном.

– А, это… Вы обознались, детектив.

Дилан подарил молодому человеку, впервые нарушившему молчание, почти удивлённый взгляд.

– Надоело играть в молчанку? – язвительно обронил он.

Ответом ему послужила безмятежная улыбка; Дилан прищурился и, подавшись вперёд, процедил:

– Улыбаться судье будешь, дерьма мешок. Думаешь, твою смазливую физиономию можно спутать с чьей-то ещё?

Молодой человек склонил голову к плечу, улыбка не сбегала с его красивых, пухлых, как у ребёнка, губ. Улыбка, не находившая отражения в глубоких и странно пустых чёрных глазах, натянутая, кривоватая – словно вырезанная неумелой рукой на губах марионетки, оттого застывшая уродливой прорезью вместо рта на его кукольно-идеальном лице. Детектив сам не понимал, отчего эта лишенная эмоций реакция вводит его в бешенство, и только интуиция видела за этой улыбкой нахальную уверенность преступника в собственной безнаказанности. С трудом уняв желание украсить красивое лицо фингалом, Дилан вновь невольно скользнул взглядом вниз, к вороту тонкого джемпера, на белом полотне которого виднелся миниатюрный ловец снов двух сантиметров в диаметре, чей путаный орнамент своеобразным амулетом висел на бледной шее.

– Его алиби может подтвердить свидетель, – донесся до них голос адвоката.

– Кто? – обронил Дилан, продолжавший сверлить взглядом того, кого убежденно считал повинным в убийстве Дженнифер Кларк.

– Эмилия Браун, это…

– Его девушка, – договорил лейтенант и перевел взгляд на барристера. – За идиота меня держите, мистер Доусон? С каких это пор мы исключаем личную заинтересованность?

– С каких вы арестовываете без доказательств, – парировал Доусон.

– Этих записей было достаточно для ордера, – огрызнулся Дилан, откидываясь назад. – А так у меня есть чуть меньше суток, чтобы отыскать улики, – он вновь взглянул на молодого человека, подавил волну ярости, вызванную неизменившимся выражением его лица, и проговорил почти шёпотом: – И я с микроскопом буду искать, а найду твою ДНК на теле этой девушки.

Детектив резко встал, повернулся было к выходу, но, шагнув ко всё так же хранившему молчание преступнику, навис над ним с тихим:

– Я не раз встречал таких, как ты, неуверенных в себе подонков, не способных на элементарные ухаживания. Она отказала тебе, и ты пришёл в бешенство, так ведь? А потом потерял голову от власти и изуродовал её тело… Полагаешь, я позволю тебе уйти безнаказанным?

Молодой человек поднял голову и посмотрел на Дилана спокойно, без единой страсти в ясных глазах. Удивление, мелькнувшее в их чернильной глубине в следующий миг, было столь искренним и трогательным, что лейтенанта задела за живое какая-то детская наивность, появившаяся в облике арестованного.

– Отчего же? – тон его был безупречно вежлив. – Я ведь заплёл ей волосы… Возможно, стоило предложить прогулку в Аквариуме, – задумчиво продолжил он, будто обращаясь к самому себе, – но я не уверен, что ей понравились бы акулы.

Детектив прищурился, не успев скрыть потрясение во взгляде. Проигнорировав обеспокоенный вопрос адвоката, он резко развернулся и покинул комнату допроса, не сказав ни слова. Глядевший вслед Доусон только покачал головой, вспомнив записи криминалистов, отметивших тот факт, что волосы Дженнифер Кларк были аккуратно заплетены в бесчисленное количество тонких, миниатюрных косичек. Всплыли в памяти и горячие споры следователей, не веривших тому, что почти ювелирная прическа могла быть сделана человеком. Адвокат шумно вздохнул, мысленно набрасывая план дальнейших действий, и покосился на молчаливого подопечного. Ему было невдомёк, что много лет назад Дилан Росс пригласил свою будущую жену в Нью-йоркский аквариум на свидание, которое быстро закончилось потому, что девушку напугали акулы.

Киркланд, 2010. 22 апреля 2010. 22 апреля

Психологическая лечебница Фэрфакс

– Ты уверен, Кай? – в голосе Пламмера слышалось беспокойство.

Молодой человек беззаботно повел плечом:

– Есть пара деталей… плюс ко всему у меня колоссальное предчувствие.

Шериф припарковал свой «Форд» перед больницей, окинул взглядом непримечательные клумбы перед входом в здание, его простенькую геометрию, карамель и песок его тускловатой цветовой гаммы. Вечерние сумерки добавляли унылых красок поникшему виду лечебницы, потрясенной жестоким убийством одного из своих целителей накануне.

– Опять дымить собрался? – с долей раздражения проворчал Кай, когда Пламмер выудил из кармана пачку сигарет.

– Поработаешь с моё в этом дерьме, тоже с никотином подружишься, – буркнул шериф, закуривая. – Почему не возвращаешься в Вашингтон? – бесцветным голосом поинтересовался он, выпустив в окно щедрую струю дыма.

Кай долго глядел на приборную панель, прежде чем взглянуть на детектива с тихим:

– Не думай об этом. Начальство вмиг забудет о моих вольностях, когда резонанс, вызванный этим убийством, толкнет его забрать чужие лавры. Я раскрою это дело, ты приведешь в порядок подпорченную отчётность, и мы разбежимся, каждый своей дорогой. Лучше скажи, что показала судмедэкспертиза?

– Что этот парень – конченый садист, – недовольно бурчавший Пламмер в это мгновение особенно отчётливо напомнил молодому человеку моржа, поднятого с лежанки. – Семь ударов, все в живот. Судя по очертаниям ран, он каждый раз повернул лезвие вокруг оси на все триста шестьдесят…

– Это месть, Крис, – покачал головой Кай, голос его звенел убеждением.

– Пургу не гони, – оборвал его шериф, едва не поперхнувшись дымом. – Какая месть у умалишенного?..

– Для двинутого по фазе у него слишком логичные и осторожные действия, – резко сказал стажер. – Он сбежал, не встретив при этом ни одного сотрудника, сгинул, как фантом, умудрившись не попасть на камеры наблюдения. И вместе с ним исчезли его личное дело и все записи в архиве больницы, из-за чего мы вынуждены составлять фоторобот со слов тех немногих, кто знал этого пациента. Плюс доктора Онейду Миллс обнаружили только спустя семь часов в его палате, никто вообще не знал, что она заходила к нему. Кого вы ни спрашивали, все как один думали, что она уехала домой после дежурства. Она даже не была его лечащим врачом… Совпадения? – слова сочились сарказмом.

– Послушай, то, что этому психу, убившему человека в каком-то зверином приступе кровожадности, просто повезло, звучит куда логичнее, чем заявление о тщательно спланированном убийстве без мотива и намёка на логику, – в отличие от бодрого тона Кая голос Пламмера нагонял сон меланхолией и титанической усталостью детектива, не спавшего вторые сутки. – Сам посуди, застали бы его на месте преступления… Какой спрос с сумасшедшего?

– Он не сумасшедший, и побег – тому подтверждение… – начал было Кай, но Крис не дал ему договорить:

– Напротив, спланируй он убийство, остался бы на месте, зная о том, что невменяемого судить не будут. Побег же как раз свидетельствует в пользу того, что после нападения на врача он воспользовался появившейся возможностью сбежать из больницы – доктор Миллс оставила дверь открытой.

В повисшем после аргументов шерифа молчании стажер размышлял долгую минуту, затем обронил язвительно:

– За каким же, интересно, чёртом она вообще потащилась в эту палату? – не обратив внимания на побагровевшего от возмущения Пламмера, Кай откинулся на спинку сиденья с шумным вздохом и промолвил уже спокойно: – Я знаю, сколько проблем у тебя будет, если этот случай пойдёт как преднамеренное. Так что давай пусти по бумагам непредумышленное, а расследовать будем холодную, расчётливую месть отморозка, который слишком долго ждал своего часа.

Крис медленно моргнул, прогоняя сонливость, и негромко спросил, отняв от губ сигарету:

– Что ты задумал, Кай? И не вешай мне лапшу на уши, будто бы ты не знаешь больше того, что говоришь.

– Тебе можно, значит, а мне нельзя? – весело возмутился стажер.

– Кай, – терпеливо ответил Пламмер, вмиг потушив веселье молодого человека.

– Это… личное, Крис, – тяжело выдавил Кай, удивив шерифа откровенностью. – Я должен узнать правду, я здесь только по этой причине.

– И эти два случая… связаны между собой? – шериф понял, что не договаривает стажер.

– Более, чем уверен, Крис, – взглянул на него Кай.

– Хорошо… Хорошо, Кай, – вздохнул Пламмер и потушил сигарету. – Давай закончим это вместе. Я закрою глаза на твои недомолвки и странные методы, не буду спорить, и о бумагах можешь не волноваться. Главное – найти преступника, – как-то обреченно закончил он, опустив стекло и запустив окурок в стоявшую рядом урну.

Молодой человек посмотрел на него, в глазах его пристальное внимание сменило тепло понимания, и, светло улыбнувшись, Кай закивал своим мыслям. Крис был одним из тех нередко встречавшихся ему детективов, сознание и мотивы которых подчинялись чёткой, не допускающей компромиссов системе ценностей, и стажер осознавал, что даже нежелание иметь дело с тревожащими его ленивый покой проблемами не потушит в шерифе привычное справедливое стремление поймать и обезвредить убийцу.

– Ты к этой девушке? – отвлёк его от размышлений вопрос детектива.

– Ага…

– Зачем? Её уже признали невменяемой, и вряд ли она может помочь следствию.

– Возможно, как свидетель Кими и бесполезна, но её слова дали мне больше, чем все улики, которые мы смогли найти, – беспечно заметил молодой человек, протягивая шерифу свежую пачку жевательных подушек. – Себе оставь, тебе нужнее… И, Крис, – он смолк, открыв дверцу, и, помолчав, бросил, прежде чем выйти: – Она не сумасшедшая.

Проводив глазами его бодро зашагавшую к лечебнице фигуру, Пламмер только покачал головой и, закинув подарок в бардачок, завёл двигатель. В участке его ждала команда, расследующая убийство доктора Миллс, кипы отчётов и пугающий вихрь вопросов, ни на один из которых он пока не знал ответа.

Шагавший по коридору Кай отвечал на приветствия сотрудников короткими кивками и рассеянной улыбкой, не обращая внимания ни на недовольство некоторых санитаров, вынужденных мириться с нахально вторгшимся в мирок психлечебницы чужаком, ни на кокетливые взгляды медсестер и даже некоторых докторов, очарованных его естественным обаянием и волнующей красотой. Стремительно взбежав по лестнице на второй этаж, молодой человек прошёл к распахнутой двери в знакомую палату да так и замер на пороге, заметив массивные ремни, которыми были пристёгнуты к изголовью тонкие руки беспокойно дремавшей девушки. Прищурившись, Кай перевёл потемневший взгляд с её разметавшихся по подушке чёрных волос на лицо поднявшейся со стула сиделки и внимательно посмотрел на медсестру, которая вставила шприц в катетер на запястье пациентки.

– Поясните, – коротко обронил он, шагнув в палату.

– Мистер Дэйбрейк, – неуверенно начала девушка, забыв про шприц, – у мисс Арчулеты вчера случился приступ.

– Приступ? – вскинул бровь молодой человек.

– Да, – закивала медсестра. – Она внезапно начала кричать, когда к ней зашёл доктор во время вечернего обхода. Санитары с трудом с ней справились… Она хотела убежать, плакала и просила её отпустить…

– И? – решительно отрезал Кай, едва девушка смолкла.

– Мы ввели ей успокоительного… – голос медсестры упал до еле слышного шепота.

Стажер нахмурился, посмотрел на забытый сотрудницей шприц и, почти не видя, как опомнившаяся девушка вводит лекарство в катетер, задумчиво оглядел бледное, осунувшееся личико Кими, её впавшие щёки, бескровные губы, чёрные тени под глазами. Девушка казалась смертельно уставшей, и, поневоле вспомнивший тронувшее его: «Я так устала… но мне некуда деваться от самой себя», Кай инстинктивно вздрогнул, когда плотную тишину палаты нарушило неожиданное:

– Одиноко… мне одиноко, одиноко.

Справившись с удивлением, молодой человек подошёл к койке и посмотрел на хранившуюся молчание сиделку. Та пожала плечами:

– Вчера она тоже бредила, мистер Дэйбрейк. Доктор Грин полагает, что это реакция на транквилизаторы.

– Мне одиноко, мне одиноко, так одиноко…

– Не пробовали сменить препарат? – поинтересовался Кай у медсестры, присев на край постели.

Голова Кими металась по подушке, девушка слабо натягивала ремни, временами приподнимаясь и тут же без сил падая обратно; пересохшие губы шевелились и без передышки сыпали словами. Стажёр протянул руку и коснулся ладонью влажного от пота лба.

– Одиноко, одиноко.…

– Это единственный, на который у неё нет аллергии, – девушка убрала шприц на переносной столик и бездумно поправила стоявшие на нём флаконы с лекарствами.

– Мне так одиноко…

– Час от часу не легче, – проворчал Кай. – И долго это будет продолжаться?

– В прошлый раз она два часа кряду повторяла, что ей нужно на стоянку… Принести чего-нибудь? – вежливо спросила сотрудница. – Я могу позвать доктора.

– Одиноко, мне так одиноко…

– Не нужно ничего, – отмахнулся стажёр и проронил, не глядя на сиделку: – Оставьте нас, пожалуйста… Ох, Кими, что же мне с тобой делать? – ласково спросил он, едва девушки вышли, и аккуратно отвёл чёрные прядки от личика продолжавшей бредить Кими. – Потерпи немного, солнышко, я вытащу тебя отсюда… Просто пока тебе безопаснее быть здесь, – словно пытаясь оправдаться в собственных глазах, прошептал молодой человек.

Он так и просидел рядом с девушкой до тех пор, пока, вконец обессилевшая, она не провалилась в спасительное беспамятство. Просидел, разглядывая каждую чёрточку столь неожиданно полюбившегося лица; время от времени промокал лоб, щёки и нос девушки мягкой салфеткой, размышляя и сопоставляя детали, давно уже сбросившие маску случайностей; и бессознательно массировал подрагивавшие холодные пальчики маленьких ладоней, словно пытаясь согреть ту, что была столь близко и одновременно так далеко…

«Она не спрашивала, просто дала мне чёрные очки. Но смотрела так, как будто всё знала. Тогда я побоялась спросить, а сейчас жалею… Она умерла через полтора года, задохнувшись во сне. Говорили, что кто-то положил ей подушку на лицо, а она почему-то не сбросила её с себя», – вспоминал Кай, наполнив стоявший на прикроватной тумбочке стакан водой.

«У неё в тумбочке лежало много иголок и лезвий… И ещё несколько были вшиты в карманы. Мы были маленькие и рассказывали друг другу истории, что она так отпугивала призраков… Такая глупость».

Молодой человек отпил половину стакана, поставил его обратно.

«Но она сама о них много рассказывала. Запрещала оставлять ночью на столе кружки с водой, пугала, что они туда могут плюнуть и я смертельно заболею».

Стажёр с минуту глядел на стакан, криво усмехнулся и, поднявшись, вылил остатки воды в цветочный горшок, стоявший на окне.

– Ты не представляешь, как ты мне помогла, Кими, – тихо промолвил он и, склонившись, чуть коснулся губами её тёплого лба.

Позвав сиделку обратно, Кай спустился вниз и, выйдя из больницы, прошёл вглубь расположенной позади неё стоянки. Несколько минут поисков быстро увенчались успехом, и, глядя на мигавший в ночи красный огонёк видеорегистратора одной из служебных машин, молодой человек не сдержал широкой довольной улыбки.

Ричланд, 2017. 10 июня 2017. 10 июня

Парк Колумбия Пойнт Марина

Вернувшийся с кассы Маклаген завёл двигатель и выгнал джип с заправочной станции.

– Нам далеко ехать? – тихо спросила Кими, отводя взгляд от приборной панели, один из датчиков которого показывал максимальный уровень топлива.

– Достаточно, – резко ответил полковник, выезжая на автомагистраль, и кивнул на бардачок. – Ознакомься.

Ничуть не задетая его грубостью молодая женщина потянулась и переложила на колени стопку документов. Детектив был не в духе с самого звонка коллеги из Ричланда, и Кими с присущим ей женским чутьём решила дать ему время.

– Есть вопросы? – спросил Маклаген полчаса спустя, сворачивая на трассу SR 240, и коротко посмотрел на спутницу.

Она неуверенно кивнула.

– Происхождение ран… так и не установлено? Никаких предположений?

– Никаких, – отрывисто ответил детектив. – При отсутствии всяких признаков внешнего и внутреннего давления невозможно представить, что именно рассекло её кожу. Она словно сама разошлась… что странно. Такие глубокие раны нельзя нанести даже иным лезвием, судя же по толщине борозд, оно явно не было тонким. Если было вообще. Гематом нет, что исключает нанесение побоев, – полковник говорил будто сам с собой, но Кими знала, что, озвучивая уже известные ей факты, Маклаген пытается привести в порядок собственные догадки.

– А больше у Эмбер… никаких повреждений… – подбирая слова, начала было молодая женщина, но детектив не дал ей договорить:

– Никаких, Кими. Разве что странгуляционная борозда. Она была задушена. Шарфиком. Носила его в школу. Подарок матери, – полковник кидал фразы бесцветным голосом, и Кими догадывалась, что Маклаген маскирует ярость и сожаления. Побелевшие костяшки сжавших руль ладоней были ярким тому подтверждением.

Женщина заглянула в отчёт и тихо спросила спустя полминуты:

– П-почему раны только на животе и груди? В смысле…

– Понятия не имею, – снова перебил её детектив. – Хотя не мешало бы знать, с чего вдруг, – согласился он. – В глазах и носу лопнули сосуды… она была ещё жива, когда – чем бы то ни было – он вспарывал её кожу… – повернувший на Риверфронт Трейл Маклаген вдруг выругался, и Кими отложила бумаги обратно, решив сменить тему.

Мысли снова и снова возвращались к воспоминанию о брошенной возле склада тринадцатилетней девочке, и в попытке сбежать от рождаемой их ясностью душевной боли, молодая женщина взглянула на полковника с робким:

– Команда майора Холивелла обнаружила что-нибудь в доме Спенсеров?

– Сигареты «Black&Gold» и виски «Макаллан» в зале на первом этаже, которые явно принесены туда совсем недавно. Судя по стёртой пыли на столешнице и полу, там кто-то был. Это подтверждает и использованный камин. Ну, и пятна крови на дубовом столе, – Кими вскинула голову, и он невесело усмехнулся: – Уже отправили на экспертизу, Ким.

Джип на скорости въехал в парк Колумбия Пойнт Марина и остановился недалеко от берега реки, возле которого уже собрались полицейские машины и карета скорой.

– Ты в порядке? – посмотрел на молодую женщину детектив, открыв дверцу.

Сжавшаяся на своём сиденье Кими нервно кивнула и слабо улыбнулась:

– Я справлюсь.

Маклаген прищурился, выждал пару секунд, затем решительно выбрался из машины и зашагал к берегу реки Колумбия, где под одним из деревьев отдыхающие обнаружили утром бездыханное тело маленького мальчика. Последовавшая за ним женщина плотнее запахнула дымчато-серый плащ и окинула быстрым взглядом детективов и криминалистов, перебрасывавшихся короткими фразами и едва ли не потерянно слонявшихся по парку. Спустившая к реке Кими замерла и с прерывистым вздохом зажала рот ладонью, заметив лежавшего в луже крови ребёнка, брошенного, как сломанная кукла. Переговаривавшийся с полицейскими Маклаген отметил её заминку, но не стал привлекать внимания, жестом остановив двух детективов, шагнувших навстречу молодой женщине. Проводив взглядом направившуюся к мальчику Кими, полковник испытующе посмотрел на лейтенанта Эрона Уэми, возглавлявшего отдел убийств полицейского департамента Ричланда.

– Родители накануне написали заявление, – фальшиво-бодрым тоном поведал детектив. – Искали его несколько часов… А утром – звонок. Нашли за пять миль от дома.

– Как он пропал, Эрон? – хмуро спросил полковник, рассеянно наблюдая за молодой женщиной, которая бережно поправила головку мальчика и бессознательно коснулась его слипшихся от крови волос.

– Не вернулся со школы, – откликнулся Уэми. – Судя по всему, его похитили именно на дороге.

– Собираетесь проверить все камеры вдоль улиц? – отрывисто спросил Маклаген.

– Именно. Может, появятся свидетели.

– А кто нашёл?

– Местная жительница, пятидесяти лет. Её увезли с приступом. Мы её позже допросим.

Полковник несколько мгновений смотрел на недвижного мальчика, затем промолвил почти неслышно:

– Неудивительно… Почему ты решил, что это убийство связано со случаем Эмбер Ньютон? – не глядя на друга, бросил он.

– Почерк тот же, не находишь? – вернул вопросом Уэми. – Пропал по дороге домой после школы. Свидетелей нет. Заключения экспертизы пока нет, но я уверен, раны окажутся того же характера. И он задушен, Джош.

Погруженный в глубокие размышления, Маклаген подарил ему невидящий взгляд:

– Поблизости нет заброшенного здания?

– Несколько нежилых ферм есть, – свёл брови на переносице детектив. – Может, пустующие амбары… А почему спрашиваешь?

– Проверьте их все. Если твои подозрения верны и это тот же преступник, то мальчик убит не здесь. Для подтверждения твоей версии, Эрон, хотя бы ДНК должна совпасть.

– Хорошо, проверим. Что у вас?

– Ждем результатов анализов, – лаконично ответил Маклаген. – Ты в курсе, что сюда могут нагрянуть федералы?

– Из-за убийств в Саннисайде? Или побега «сиэтлского мясника»?

– И того и другого. В Управлении паника – поиски зашли в тупик, а моя команда занята серийником, и, кажется, не одним, – задумчиво протянул полковник, наблюдая за Кими, всё так же сидевшей возле ребёнка. Рядом стояли работники морга и терпеливо ждали, когда молодая женщина закончит осмотр.

Они не догадывались, что чёрные стекла очков скрывают полные слёз глаза. Кими с трудом сдерживала необъяснимый, невероятно сильный порыв наклониться и прижать маленькое холодное тельце к груди; забыв о времени и приведших её сюда причинах, думала только о жизни, оборвавшейся почти в начале своего пути, и впервые ощущала сильную до дрожи, граничащую с исступлением ненависть, рождённую присущим ей материнским инстинктом.

– Кими? – донесся до неё голос Маклагена.

– Да, полковник? – сипло отозвалась молодая женщина.

Детектив протянул ей платок и, взяв за руку, помог встать. Кивком разрешив забрать мальчика, он взглянул на Кими:

– Хочешь воды?

Сухой голос был полон сдержанного беспокойства; ощутив внезапную легкость, молодая женщина промокнула глаза уголком платка и покачала головой:

– Я, пожалуй, в порядке… Убийца – это…

– Тот же человек, который лишил жизни Эмбер, – договорил за неё полковник и, почувствовав её удивление, пояснил: – Простая логика, Ким, и схожий почерк.

– П-полагаете, он ездит по штату? – предположила Кими.

– Я подниму недавние случаи, может, найду похожие, – кивнул Маклаген. – Что не так, Кими?

Молодая женщина зябко поёжилась и неуверенно проронила:

– Я… Я, кажется… Кажется, я знаю его, полковник.

– Думаешь? – засомневался детектив. – Про убийцу Мии Ньютон ты сказала то же самое.

– Помню, – сглотнула Кими. – Надеюсь, я ошибаюсь… – вздохнула она и рассеянно поправила очки.

– Получим результаты судмедэкспертизы, выйдем на след преступника, – проговорил полковник, словно в попытке её успокоить.

Обнявшая себя за плечи молодая женщина удивилась посетившему её внезапно страху: она вдруг поняла, что не хочет встречаться с этим убийцей.

Глава 6

Киркланд, 2010. 7 мая 2010. 7 мая

Психологическая лечебница Фэрфакс

Стоявшая возле распахнутого окна в вестибюле второго этажа Кими потерла плечи и втянула полную грудь воздуха. В глазах горели непрошенные слёзы. Разговор с доктором Грин не увенчался успехом, и девушку мучило тошнотворное предчувствие, что ей придётся надолго задержаться в лечебнице.

Самый воздух в больнице был для Кими губителен; она не могла никому объяснить, почему. Ей никто не верил. Никто не слушал. Запертая в белоснежных стенах и рамках прописанного расписания, не видящая и не имеющая возможности вырваться из личной тюрьмы доступных только ей ощущений, болезненно обострявшихся в Фэрфаксе, Кими со страхом ждала, когда её состояние ухудшится. И мрачные перемены не заставляли себя ждать. Девушка понимала, что в скором времени может сойти с ума.

Посещавший её время от времени Кай не приходил уже вторую неделю. Его слова и обещания медленно, но неотвратимо теряли подаренную убеждением громкость; девушка начинала забывать и переставала надеяться.

Прерывисто вздохнув, Кими машинально закрыла окно и заковыляла обратно в палату. Лечебница к полуночи застывала в тонком усталом безмолвии, хрупком и ненадежном, изредка прерываемом неожиданными всхлипами, стонами или криками, что прорывались в реальность сквозь трещины сна. Потянув на себя дверцу, девушка шагнула в палату и замерла в инстинктивном испуге, заметив в сумерках, наполнявших комнату, расположившегося возле радиатора молодого человека.

Кай сидел прямо на полу, подтянув ноги к груди, и, задумчиво выпятив пухлую нижнюю губу, сосредоточенно чесал свод стопы. В шоколадных глазах его заплясали озорные огоньки, едва он поднял на Кими лукавый взгляд, и на губах расцвела светлая улыбка.

– Давно ты пришёл? – полушепотом поинтересовалась девушка, войдя и закрыв за собой дверь.

Молодой человек проигнорировал её вопрос:

– Привет.

Кими неловко прошла к койке и присела на край. Бессознательно включив стоявший на прикроватной тумбочке ночник, она тихо ахнула при виде маленького щенка норфолк-терьера, свернувшегося в клубок и спавшего прямо на одеяле.

– Я привёл тебе друга, – Кай подался вперёд с проказливой улыбкой.

– Но это… Здесь больница. А вдруг… – Кими запуталась в словах, испытывая одновременно впитанный с воздухом Фэрфакса страх и умиление вместе с детским восторгом при виде мягкой мордочки и аккуратных ушек. – Как ты…

– Оцени мои старания, – беззаботно откликнулся молодой человек.

Кими улыбалась еще несколько мгновений, затем поникла.

– Я не смогу его оставить, – печально заметила она.

– О, да у тебя депрессия, как я погляжу, – присвистнул Кай. – Прости, это моя вина. Я ж обещал тебя отсюда вытащить, – с виноватой улыбкой стушевался он. – В этой больнице какая-то ненормальная атмосфера, неудивительно, что ты захандрила.

– Ничего страшного, – смутилась Кими, потупившись.

Она не знала, скрывает ли полумрак, еле разгоняемый тусклым сиянием ночника, её пылавшие щеки и залившуюся краской шею. Плечи, как всегда в присутствии молодого человека, охватила легкая дрожь, ладони вспотели. Девушка невольно прятала взгляд. Падавший на лицо Кая свет золотом плясал в хаосе и тёмной карамели его стильной прически, слабо освещая его стройные ноги в чёрных брюках, и, нахально проникая сквозь дыры на молочно-белом тонком свитере, беззастенчиво открывал взору контуры рельефного торса и тёплую бледность гладкой кожи.

– Как продвигается расследование? – глухо спросила девушка и прокашлялась, окончательно теряясь в ощущениях.

Понимающей ухмылки молодого человека она не увидела и вскинула голову, услышав:

– У меня прекрасные новости.

– Да? Какие?

– Мы поймали преступника.

Лицо Кими просветлело:

– Правда? Какое облегчение…

– Последние две недели получились очень насыщенными, – поведал молодой человек. – Появилась деталь, связавшая убийство твоей подруги с гибелью доктора Миллс, – девушка ахнула, и он закивал: – Именно. Человек, убивший Сандру, два месяца был так близко от тебя, Кими. Он находился в соседней палате.

Кими прижала ладонь ко рту, но не перебивала.

– Спасибо записям на видеорегистраторах машин на стоянке больницы, – лёгким тоном начал Кай. – С трудом, но мы установили личность убийцы, два месяца находившегося в Фэрфаксе в качестве пациента. Карло Паоли, страдает диссоциальным расстройством личности и зависимостью от фентанила. Нам удалось обнаружить его на материалах с камер возле дома Сандры Мэй. К тому же… пусть это и было жестоко… – он смолк и с тяжёлым вздохом ответил на вопрос в глазах девушки: – Его опознала дочь Сандры.

Он помолчал, внимательно глядя на Кими, которая сидела, опустив голову и рисуя узоры на ткани голубого халатика, накинутого поверх больничной пижамы. С падавшими на плечи кольцами иссиня-чёрных волос, хмурившимися изящными бровками и бледным точеным лицом, она поневоле притягивала его взгляд, вновь и вновь с жадным наслаждением скользивший по её маленькой фигурке. Кай встряхнул головой, медленно пьянея от страсти.

– Осталось найти пару улик… Но это формальности, – его сильно охрипший голос вызвал в Кими новую волну дрожи, сгустившуюся и собравшуюся в комок глубоко внутри.

– Ты… получается, закончил расследование? – запнувшись, проронила девушка и подняла голову.

Кай только кивнул.

– Я уезжаю в Вашингтон. В любом случае, здесь мне делать больше нечего.

Кими снова потупилась и незаметно вздохнула. Напоминать о его обещании у неё почему-то не хватило смелости.

Она вздрогнула, когда он неожиданно встал и присел рядом.

– Что? – вырвалось у неё.

Кай подался вперёд, и девушка тяжело подавила порыв отодвинуться: от его близости кружилась голова.

– Поедешь со мной? – прошептал молодой человек.

Кими моргнула.

– С тобой? – неуверенно переспросила она.

– Я уже говорил с твоим врачом: тебя выпишут на днях. Ну? Поехали вместе, а?

От его ласковой и одновременно шкодливой улыбки девушку накрыло волной тепла.

– Я… не знаю. Нужно же решить дела с работой… Ещё я училась до госпитализации… заочно, – Кими тяжело вздохнула, погрузившись в неприятные воспоминания.

– Мелочи, – успокоил её Кай. – Ты подумаешь, Кими?

Девушка молча кивнула; сидевший непозволительно близко молодой человек упирался ладонью в одеяло как раз за её спиной, и мысли её путались. Внезапно вторая его ладонь обхватила её подбородок, и Кими только втянула в себя воздух, ощутив прикосновение его горячих губ к своим.

Она отпрянула с испугом в округлившихся фиалковых глазах, не замечая ни своего сбившегося дыхания, ни сладкой волны незнакомых прежде чувств, ни охватившей её предательской слабости.

– Что ты… – поперхнулась Кими.

Кай продолжал спокойно смотреть на неё, и только потемневший взгляд выдавал его чувства.

– Я серьёзно, Кими, – наконец ровным голосом промолвил он. – Я мечтал об этом с самого утра.

Несколько мгновений девушка боролась с противоречивыми чувствами, наконец выдавила с фальшивой решительностью, вскочив на ноги:

– Кажется, я не еду с тобой в Вашингтон.

Молодой человек только вскинул бровь в ответ, и Кими продолжила, словно подбадривая саму себя:

– Если подобное повторится, я… Я подам на тебя в суд…

От его снисходительной усмешки в ней проснулось негодование, и, не отдавая себе отчёта в действиях, она поспешила прочь из палаты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.