Михаил и Мишель Саталкины
МИКА И ГЕКА

Что жужжит?

Микаэла сидела у открытого окна в своем домике. Перед ее глазами была лужайка, небольшая, но достаточно просторная для того, чтобы на ней можно было играть в мяч, загорать на солнце и обливаться водой из шланга. У Микаэлы была своя комната, самая большая в доме, если не считать гостиной, которая была просто огромной! Не вообще огромной-огромной, а по сравнению с их небольшим домиком.

В комнате стояла двухъярусная кровать, вернее, две кровати, расположенные одна над другой. Микаэла спала на нижней, а ее сестра Настя на верхней. Но когда Насте исполнилось тринадцать, она переехала в отдельную комнату, где у папы раньше был кабинет, а папа со своим кабинетом переехал в комнату на первом этаже, где раньше жила няня Халида.

Халида была из другой страны, где остались ее дети. Она очень по ним скучала, все время разговаривала с ними по телефону и часто плакала.

Микаэла то же иногда разговаривала с детьми няни по телефону. Хотя они плохо понимали ее язык и английский тоже, но радовались возможности немного поболтать с Микаэлой, потому что мама рассказывала им про нее. «Вот бы существовал такой волшебный приборчик, который переводит на любой язык», – думала Микаэла.

Так что Микаэла осталась в комнате одна. Перед сном она обнимала свою любимую игрушечную собачку и думала о своей мечте…

Мечта ее называлась померанский шпиц! Померанский шпиц – это настоящая живая собака, но очень похожая на игрушечную. Она совершенно пушистая, как большой рыжий комочек пуха, из которого торчит острый носик, поблескивают два черных глазика, похожих на ягоды голубики, которую так любит Микаэла.

Еще у этого чудесного комочка четыре маленьких ножки, на которых он может быстро-быстро бегать, хотя, когда Микаэле встречались померанские шпицы, они чаще всего сидели на руках у тетенек с большими губами или у них под мышкой… Кстати, почему это место у человека называется «мышка» и как под ней можно сидеть, тоже совершенно непонятно!

У ее померанского шпица был бы очень веселый характер, звонкий лай и неутомимый нрав! Микаэла представляла, как бы она бегала с ним по поляне, играла в мячик и в догонялки, кормила вкусными косточками и тискала, тискала, тискала… Но завести собаку не разрешали родители.

Ее сестра Настя все время сидела в своей комнате и переписывалась по телефону с подругами, мама и папа были постоянно заняты на работе или смотрели в свои телефоны. Микаэла часто оказывалась предоставлена сама себе, хотя, честно сказать, иногда ей даже нравилось оставаться одной и мечтать.

Вот только когда долго мечтаешь, в какой-то момент понимаешь, что все, что ты намечтала, – только мечты, и тогда становится грустно и мечтать уже не хочется. Хорошо, конечно, если в этот момент проголодаешься, тогда можно пойти и поднять себе настроение, а если есть не хочется? Хотя такое бывает редко…

Вот с такими мыслями Микаэла смотрела на дворик своего дома, где, помимо лужайки, были еще деревья и кустарники. Там росли яблони, на которых почти не было яблок, и кусты, на которых почти не было ягод. Зато у забора возвышалась, отбрасывая тень почти на весь двор, огромная береза. Папа и мама рассказывали, что посадили березу, когда построили этот дом, и что тогда она была тоненьким прутиком, совсем тоненьким! А теперь это было гигантское дерево, с толстенными ветками, закрывающими полнеба.

Еще во дворе росла большущая елка. На Рождество мама вместе с Микаэлой, Халидой и Настей вешали на нее гирлянды и игрушки, а когда праздники проходили, елка еще долго стояла украшенной, до самой весны, когда уже таял снег и проступала первая зеленая трава. Тогда мама просила Халиду снять гирлянды и игрушки. А теперь, когда Халида уехала, игрушки, наверное, будут висеть весь год. Нужно придумать летние игрушки, чтобы не казалось, будто зима остается здесь навсегда.

Так думала Микаэла, глядя на двор из окна, и ей было то радостно, то печально, как это обычно бывает у маленьких девочек, а может, и не только у маленьких, потому что и у ее мамы тоже быстро менялось настроение, и у Насти. Да и в кинофильмах, которые любила смотреть Микаэла, женщины то веселились, то грустили. Может, это и хорошо, что настроение не остается все время одинаковым: не так скучно ни тебе, ни окружающим…

Было тихо, слышно было только, как жужжит шмель во дворе. Какой-то очень большой шмель!

Мика не боялась шмелей, ведь папа как-то сказал ей, что главное – не махать на них руками, тогда они не ужалят. Но шмель жужжал все громче, уже прямо возле окна, и Микаэла даже разволновалась. «Какой, должно быть, это гигантский шмель», – подумала она, выглянула из окна и принялась вертеть головой.

Звук шел откуда-то сверху… Шмеля нигде не было видно, создавалось впечатление, что он вьет гнездо прямо на крыше, над головой девочки. При этом шум стоял такой, что казалось, это не один шмель, а целая стая строит огромную шмелиную колонию!

Такой звук Микаэла слышала у мамы на репетиции, когда один из музыкантов, дядя Виктор, играл на виолончели. Та музыка так и называлась: «Полет шмеля». Интересно, где дядя Виктор услышал эту музыку? Неужели летал вместе со шмелиной стаей?

Или шмель залез ему в ухо и нажужжал? Надо будет при случае спросить… Но дяди Виктора с виолончелью на крыше явно не должно было быть. Что же это тогда?

Микаэла высунулась из окна так далеко, что чуть не упала на террасу. Но это было бы не страшно, потому что над террасой была веранда, и вряд ли бы она упала вниз, наверняка осталась бы лежать на крыше навеса. Но на всякий случай девочка спрыгнула с подоконника, села на кровать, которая стояла рядом с окном, и задумалась… Что же это за шум?

Не могла же Настя с газонокосилкой залезть на крышу? Конечно, нет! Вон же косилка стоит на лужайке с нескрученным проводом (ой, влетит сестре от папы!), да и сама Настя дрыхнет в своей комнате.

Вот человек! Может до обеда проспать! И не слышит, что у нее над головой так загадочно жужжит. От этих раздумий у Микаэлы зачесался нос.

Когда у нее чесался нос, она закрывала глаза, сжимала мордашку так, что делалась похожей на померанского шпица, подтягивала к носу губы, брови и щеки и начинала им крутить. И это помогало, и можно было не трогать нос руками. Вот и сейчас она закрыла глаза и начала крутить носом. А всем известно, что, если сильно-сильно зажмуриться и сморщить нос, в ушах начинает гудеть, а потом проходит. Вот попробуйте сами!

Микаэла почесала нос, но это не помогло, тогда она решила почесать рукой и открыла глаза. Но рука ее так и остановилась на полпути к носу, глаза расширились, а рот открылся, как будто она хотела хорошенько лизнуть подтаявшее мороженое. Звук жужжания заполнил уже всю комнату! Микаэла не заметила этого потому, что долго чесала нос своим способом. И это был не гигантский шмель! Это было… Это было совершенно невероятно! Прямо за ее окном в воздухе висела такая же маленькая девочка, как сама Микаэла!

Она была пухленькая, конопатая, на голове ее бы ли четыре рыжие косички, которые торчали, как антенны, а за спиной ее работали четыре пропеллера! Это был маленький толстенький квадрокоптер с косичками и веснушками на носу!

– Привет! Ну, чего смотришь? Закрывай рот и разреши посадку…

– Залетай, пожалуйста, – Мика от неожиданности не сразу даже и ответила.

Толстенький квадрокоптер влетел в комнату и медленно и плавно опустился на верхнюю кровать.

Мика во все глаза смотрела, как толстушка усаживается на край кровати и свешивает свои маленькие толстенькие ножки, обутые в ярко-красные кроссовки на толстенной белой подошве почему-то большего размера, чем должны быть у девочки.

Приземлившись, вернее, прикроватившись, девочка выключила все четыре мотора, нажав кнопку на животе, затем повернула косички параллельно земле – так, что они стали напоминать спицы старого сломанного зонтика, торчащие в разные стороны, уперлась руками в бортик кровати и посмотрела вниз на совершенно растерянную Мику:

– Тебя как зовут?

– Микаэла!

– Это слишком длинно! Я буду звать тебя Мика… А меня зовут Гомозигота.

– Ка-ак?

– Шучу… Меня зовут Кейсинелла Фрайгатенская! Опять шучу, – сказала незнакомка и громко засмеялась. – Гы-гы-гы, не обращай внимания, это я вся в дедушку. И в меру упитанная тоже в него… Как говорится, ерунда, дело житейское. Зови меня Гека! Приятно познакомиться!

– Взаимно… Ты откуда вообще взялась?

– Из окна… – Мика укоризненно смотрела на Геку. А конопатое лицо гостьи светилось радостью. Когда она улыбалась так широко, то у нее даже уши шевелились. Мика сто раз пробовала научиться шевелить ушами, но у нее ничего не получалось. А вот Геке и стараться было не нужно. Улыбнется – и уши шевелятся… Как у померанского шпица! Ведь не все знают, что у этой собаки-мечты есть еще одно название: собака-улыба-ка! В этот момент Гека была так похожа на нее, что еще больше понравилась Мике.

– Может, ты спустишься? – спросила Мика гостью. – A то у меня голова отвалится на тебя снизу вверх смотреть!

Гека посмотрела на Мику, снова шевельнула ушами, улыбнулась еще шире, нажала кнопку на животе, пропеллеры за ее спиной тихо зажужжали, и она плавно опустилась на пол. Гека оказалась почти одного роста с Микой, только немного… ну, не толще, а круглее, что ли. Оказавшись на полу, она перестала улыбаться и деловито пошла по комнате, осматривая все вокруг.

У одной из стен в комнате Мики стоял большой шкаф, прямо во всю стену, сверху на нем лежала гора, прямо до потолка, плюшевых игрушек. Гека задумчиво посмотрела наверх, где друг на друге лежали дельфин, собаки, обезьяны, медведи и прочие животные, нажала кнопку на животе, медленно взлетела к потолку и потянула рукой за зеленую лапу. Зверь не поддавался…

– Никогда не видела плюшевого зоопарка на шкафу, – сказала она и потянула сильнее.

Вся звериная пирамида зашаталась, но хозяин лапы все не показывался. Тогда Гека взялась за нее двумя руками, уперлась в дверку шкафа ногами и да ла газу своим четырем моторам! Они резко взвизгнули, как взвизгнул бы померанский шпиц, которому отдавили лапку, и из кучи игрушек вынырнула плюшевая зеленая черепаха и на бешеной скорости вместе с Гекой резко впечаталась в противоположную стену! Блямс! Хорошо, что девочка успела перевернуться в полете и черепаха ударилась в стену первой, а уже в нее шмякнулась летчица.

В ту же самую секунду гора игрушек на шкафу закачалась и рухнула вниз, стряхнув с себя всю собравшуюся за время, пока они там лежали, пыль. Получилось целое облако!

– Ух ты! – закричала Гека. – Плюшевая лавина! Никогда в жизни не видела ничего подобного! У тебя так много плюшевых игрушек, что они вызвали плюшевую лавину! Знаешь, что такое лавина? Это когда в горах выпадает много снега, много-премного, и в какой-то момент его накапливается столько, что он не выдерживает своего веса и катится вниз, весь-весь, что нападал за зиму, сметая все на своем пути! Очень весело, если, конечно, какую-нибудь деревню не сметет… Прямо как снег с крыши! Видела, как весной с крыши сползает снег? Да? Вот так же! А у тебя за сколько лет нападало столько плюшевых игрушек? У вас тут что, плюшепад происходит? Столько нападало, что они устроили целую плюшевую лавину!

Мика смотрела на последствия обвала, размышляя, что со всем этим вповалку лежащим на полу зверинцем теперь делать. Как она закинет этот зоопарк обратно на шкаф? Идей пока в голову не приходило.

– Ты чего замерла? – спросила Гека.

– Думаю, как я теперь все это назад складывать буду, – задумчиво сказала Мика.

– Тоже мне проблема, – с этими словами Гека запустила моторчики и взлетела к самому верху шкафа.

– Внимание! – крикнула она и зависла спиной к потолку параллельно полу, опустив руки и ноги так, что они собрались в одной точке. – Ты когда-нибудь пыталась достать плюшевую игрушку в автомате, которые стоят во всех развлекательных центрах? Готова спорить, что пыталась, только никогда ничего не получалось, так?

– Да, сто раз пробовала, и ничего не выходило, – растерянно отозвалась Мика.

– Теперь у тебя есть шанс наверстать упущенное. Что это у тебя под кроватью?

– Бейсбольная бита… А вдруг бандиты влезут! – пояснила Мика, увидев изумленные глаза Геки.

– Правильно, молодец… Вытаскивай.

Мика с некоторой настороженностью вытащила биту.

– Ставь на пол – это будет джойстик. Теперь направляй! Начинаем тренировку.

Мика поставила биту на пол тонкой стороной вверх и наклонила ее в сторону окна – Гека полетела в этом же направлении; Мика повернула биту в противоположную сторону – Гека полетела обратно.

– Получается! – закричала Гека. – Бей сверху по бите ладонью!

Мика ударила, Гека стремительно нырнула вниз и схватила с пола плюшевую собаку.

– Бинго! – И собака была моментально водружена на место. – Давай дальше!

Впервые в жизни Мике удалось выиграть в хватайку! На все про все у подруг ушло пять минут. Мика наклоняла биту, целилась на игрушку и била по рукоятке ладонью, Гека ныряла вниз, хватала игрушку и тащила на шкаф. Было очень весело!

Вскоре все животные были на месте. Теперь плюшевые зверюшки стояли ровными рядами, и казалось даже, что они выглядят довольными.

Гекокоптер

Мика и ее новая подруга сидели в кресле и переводили дух после успешно проведенной «операции». Отдышавшись и выдохнув, свернув губы трубочкой, Гека повернула голову, посмотрела на себя в зеркало и недовольно скривилась:

– Честно сказать, я, конечно, не из окна взялась, – сказала она и сделала «рожицу», глядя на себя в зеркало, выражая недовольство своей внешностью.

– Я понимаю, конечно, что не из окна, – улыбнувшись, отозвалась Мика. Она во все глаза глядела на Геку.

– Я из Швеции прилетела…

– Отку-у-уда? – Мика даже привстала от удивления.

– Из Швеции, страна такая есть… – спокойно ответила Гека.

– А как ты сюда попала?! На этих моторчиках? Это же далеко! – Микаэла с недоверием смотрела на Геку.

– Конечно, нет! На гекокоптере…

– Ты живешь в Швеции, так? Ты что, умеешь говорить по-русски? Почему я тебя понимаю?

– Нет, по-русски я говорить не умею. Я просто использую свампфоны. Это как наушники, но с переводчиком. Только свампфоны переводят не только звук, но и речь. Вот смотри!

Гека поковырялась пальцами одновременно в обоих ушах и вытащила из них два маленьких розовых мягких шарика.

– Titta, se de här plysch hörlurarna. Med deras hjälp kan jag förstå och tala. Jag talar svenska och de översätter mitt tal till det språk jag behöver. Till exempel på ryska. Svampfone, – заговорила Гека по-шведски.

Гека снова засунула шарики себе в уши.

– Поняла что-нибудь? Нет? – Уши Геки оттопырились, она улыбалась во весь рот. – Сейчас скажу еще раз: «Смотри, видишь, это наушники. С их помощью я могу понимать и говорить. Я говорю по-шведски, а они переводят мою речь на тот язык, который мне нужен. Например, на русский. Свампфоны!» Видишь, все просто.

– Обалдеть! – Микаэла с завистью смотрела на Геку. – Вот мне бы такие!!!

– У меня на гекокоптере еще одни есть, могу дать поносить.

– Ой, здорово! – Микаэла захлопала в ладоши и исполнила какой-то танец из тиктока, подпевая сама себе.

– У кого есть свампфон, тот всегда чемпион, он как мудрый дракон, он как слон, он как собственный клон…

Мика танцевала, глядя на Геку, явно приглашая присоединиться. Гека смотрела за ее руками и ногами, недоуменно вращая головой. Мика остановилась, удивленно глядя на гостью.

– Ты чего не танцуешь? – вытаращив глаза на подругу, спросила она.

– Я не умею… Свампфоны могут не только переводить, но и объяснять значение незнакомых слов. Взрослые, например, часто используют слова, которые мы не понимаем. А свампфоны сразу все объясняют нормальным языком, который понятен детям. И это еще не все! Если сказать им потихоньку: «Умный режим», то они и твои слова переделывают во взрослые. Ты говоришь детским языком, а они переделывают твою речь, как будто какой-нибудь ботан-заучка говорит! Я не знаю этот танец… не знаю этот танец… – Во время монолога Геки Мика отплясывала и пыталась потянуть новую знакомую на танец то за руку, то за футболку на животе, но та явно смущалась, явно не хотела танцевать и продолжала говорить…

– Не знаешь? Все девочки мира его знают! Вот, смотри, – Мика начала опять бодро скакать и двигать руками. – Давай! Ну же! – Мика остановилась и возмущенно посмотрела на Геку.

– Хочешь полетать? – неожиданно спросила Гека у Микаэлы.

– А как? – Мика остановилась и смотрела на подругу.

– На гекокоптере.

– А что такое гекокоптер? – спросила Микаэла. Гека загадочно улыбнулась.

– Сейчас увидишь… – Она подняла все свои четыре косички вверх. – Флиге хит![1] – строго сказала она и подошла к открытому окну с видом на сад, лужайку и большущую березу.

Микаэла подошла к ней и встала рядом.

– Что теперь? – спросила она.

– Подожди немного… Снаб, со яг!

Ничего не изменилось. Светило солнце. Листья не шевелились. Не было и померанского шпица на поляне.

Вдруг подул сильный ветер, ветви березы затрепетали, с кустов осыпались последние ягоды, газонокосилка сама уехала на место. На поляну прямо с неба опустился, переливаясь антрацитно-лиловым светом, то ли домик, то ли вагончик округлой формы. На крыше у него были четыре винта, которые и подняли ветер на участке. Хорошо, что шпица там не было, а то бы улетел через забор!

Звук от пропеллеров, на удивление, был негромкий, даже приятный, как контрабасовая струна, вернее, четыре струны… У контрабаса их четыре, Микаэла это знала, ведь контрабас стоял у нее дома на первом этаже, и она иногда тайком за них дергала.

– Это гекокоптер! Пошли…

– А куда? Куда мы полетим? – у Микаэлы от удивления вспотел нос. Крупные капли выступили на нем.

– В Швецию! – Гека торжествующе-снисходительно смотрела на Мику. У нее был вид заносчивого пацана-хвастуна. – Собирайся быстрее! – сказала Гека и мучительно почесала голову под одной из косичек.

Микаэла открыла дверь своей комнаты и стремглав побежала вниз по лестнице, мимо портретов родителей на стене, мимо корабля, стоящего на лестничной площадке между маршами, мимо гигантского белого медведя, сидящего под лестницей. Пробегая мимо контрабаса, она провела пальцами по четырем струнам – струны отозвались четырьмя нотами и сами заиграли какую-то песенку низкими звуками. Она добежала до шкафа в прихожей, схватила шапку и куртку и понеслась обратно, но остановилась. И поникла. Глаза ее наполнились слезами, она медленно вошла в свою комнату на втором этаже.

Гека делала стойку на спинке ее кровати. Моторы работали. Увидев Мику, она спрыгнула, стараясь это сделать по-спортивному, но, покачавшись, шлепнулась.

– Там дверь закрыта… Мама ключ забрала, а та дверь, которая на террасу выходит, тоже закрыта, а я ее открывать не умею…

И Микаэла разрыдалась во весь голос.

– Тоже мне проблема! – Гека нажала кнопку на животе и зависла в воздухе между полом и потолком.

– Ситплатс[2], – громко сказала она, и у нее из-за спины выехал на блестящем металлическим тросе черный шарик и повис над полом.

– Паут![3] – громко сказала Гека, и черный шарик увеличился в размерах и превратился в резиновый диск.

– Садись и держись крепко! Это спасательный вариант! Видишь, пригодилось! – прокричала Гека.

Ее пропеллеры работали громче, чем винты гекокоптера. Микаэла села на диск, зажав канат между ногами и крепко в него вцепившись, и они обе мигом вылетели в окно. Раз – и они уже стояли напротив не обычного транспортного средства. Микаэла вся светилась от предвкушения необычайного приключения! Правда, она не предупредила маму (она представила ее строгое лицо)…

– Ты чего опять задумалась? – спросила Гека, заметив замешательство Мики.

– Да… Сестру не предупредила, правда, она спит. Она вообще долго спит, а если ее разбудить, ругается и сердится.

– Понятно… У нас таких называют шляфенмуффель! Пусть спит, мы недолго, полетаем и вернемся, она и не заметит.

Гека подошла к двери диковинного летательного аппарата, поверхность которого начала переливаться разными оттенками, словно радовалась гостям.

– Оппна дорра![4] – сказала она.

Открывается дверь, и Микаэла видит, что внутри все стального или матово-серого цвета: кресло пилота, кресла пассажиров, удобные диванчики, полочки на стенках. Дверки были закрыты.

– Зах-ходи, – сказала Гека и шагнула внутрь.

Мика зашла следом, дверь за ними закрылась – и оказалось, что стены гекокоптера были совершенно прозрачными! Сквозь них было видно все-все вокруг: двор, дом, террасу, забор, а через пол – траву и оранжевый шланг на лужайке!

– Вот здорово, – воскликнула Мика. – Все видно!

– Эт-то спец-циальные стенки! Он ж-же еще и солнеч-чные бат-тареи, заправлять бен-нзин не нуж-жно! – улыбнулась Гека, усаживаясь в кресло пилота. При этом опять чешет рукой под косичками, смешно морща лицо.

– Сад-дись ряд-дом! – кивнула она Мике в сторону соседнего кресла.

– Спэн опп![5] – сказала она, и из сиденья выползли белые ремни и мягко пристегнули обеих девочек к креслам.

– Куд-да полетим-м? – Гека прикоснулась рукой к большому экрану, и он высветил карту, на которой сверху было видно деревню, где жила Мика, ее дом и поляну, на которой стоял летательный аппарат.

– Не знаю, – сказала Микаэла и начала осматривать внутренности летательного аппарата. – Я еще одна никуда не ходила… И не летала.

– Уп[6], – приказала Гека, и они начали медленно подниматься.

Мика опустила голову вниз и увидела, что пол совершенно прозрачный. Она с замиранием духа смотрела, как они поднимаются вверх. С одной стороны была елка, с другой береза. Когда они поднялись над деревьями, над крышей дома, стало видно весь поселок, дороги, по которым ездили машины. Было немного страшно, но очень здорово. Винты работали почти бесшумно, и в салоне было необычайно тихо, светло и радостно!

Мика подняла голову и огляделась. В ее расширенно-восхищенных глазах отражался внешний пейзаж. В одном глазу – огромный город с высоченными зданиями, трубами, площадями и дорогами, заполненными машинами. В другом – лесочки и перелески, небольшие города, аэропорт и снова дороги, уходящие за горизонт.

Вид с еще большей высоты. Дороги начинались в центре города, который сверху стал похож на гигантский торт с украшениями в виде домов, а улицы напоминали следы разрезов гигантским ножом, чтобы всем досталось по кусочку. Разница была только в том, что обычно кусочек торта оказывался внутри человека, а тут все было наоборот! Люди внутри торта и шевелятся.

Внезапно Микаэлу озарило.

– Я знаю, куда мы полетим! К крестному! Он живет не очень далеко, на машине всего час к нему ехать. Только я не знаю, в какую сторону… – Мика опустила голову и надула губы.

– Не бед-да! – сказала Гека и прикоснулась пальцем к экрану. – Мы подключены к сам-мому мощномму в мире компьютер-ру. Как его зовут?

– Александр, – ответила Микаэла. – Он раньше был физиком, а теперь стал клоуном, как в детстве мечтал, кошек дрессирует.

Ее слова тут же появились на экране. Всего через какую-то секунду там появилось лицо Александра с рыжими волосами и длинным носом.

– Эт-то он-н? – спросила Гека.

– Он-н… – ответила изумленная Микаэла. – Он, правда, всем говорит, что он директор цирка, но мы-то знаем, что он добрый клоун с котятами!

– Полет-тел-ли… Только его дома нет…

– А котята дома? – поинтересовалась Микаэла, сообразив, что лучше уже ничему не удивляться.

– Котят-та дом-ма…

– Тогда летим! – скомандовала Мика, позабыв про все на свете от переполняющего ее радостного чувства.

Аппарат взмыл стрелой в небо.

Гека нажала на нос рыжего человека на экране, и гекокоптер помчался вперед. Все замелькало так, как бывает, когда въезжаешь в туннель метро, и стена за окном несется с бешеной скоростью.

Мика посмотрела наверх. Над головой бездонное голубое небо, которое почему-то совершенно не двигалось, но стоило опустить голову, и под ногами все так и мелькало. Какое-то время Микаэла развлекалась тем, что смотрела то вверх, то вниз, то вверх, то вниз, пока у нее не закружилась голова и не зачесался нос. Она закрыла глаза и почесала нос своим особенным способом… Начала им крутить.

– Пок-ка ты носом-м крутишь, мы уже прилетел-ли, – сказала Гека и почесала, поморщившись, голову под косичкой: одной, другой, третьей, четвертой. Посмотрела вниз. Гекокоптер медленно опустился на идеально подстриженную лужайку между деревьями. Посредине лужайки стояла огромная черная бочка.

– Эт-то для котят бочка? – спросила Гека. – Там у них цирк?

– Нет! Там он костер зажигает, когда фокусы показывает!

– Как-к интер-ресн-но! – заметила Гека, и в этот момент гекокоптер опустился на поляну.

Девочки вышли и огляделись по сторонам.

Александр жил в деревянном, очень уютном, маленьком домике с небольшой террасой и крохотным балконом. На этом балкончике сидели четыре котенка и с удивлением смотрели на диковинную то ли птицу, то ли гигантскую стрекозу, которая приземлилась на участке.

– Вон они! – радостно закричала Микаэла. – Идите сюда! Кис-кис-кис!

Котята узнали ее и, задрав хвосты, понеслись вниз, предвкушая возможность чем-нибудь поживиться.

Две девочки стояли посредине поляны, окруженной старыми фруктовыми деревьями. Вокруг них летали стрекозы в таком количестве, в котором бывают только пчелы возле улья. Возле одного из деревьев стоит лестница. Подбежав к Микаэле, котята окружили ее, встали на задние лапки и принялись жалобно, но требовательно мяукать.

– Они голодные, – сказала Мика и подняла руки вверх. – Но у нас ничего нет! Чем мы их кормить будем?!

Котята мяукали изо всех сил и смотрели на Мику своими большими глазами. Один из них, самый черненький, вдруг подпрыгнул и сбил лапкой пролетающую стрекозу, которая упала прямо под ноги Геке. Она подняла ее, поднесла к носу, шевельнула ушами, почесала голову под косичкой и, расплываясь в улыбке, произнесла:

– Вот и обед!

Она хитро взглянула на Микаэлу. Та сделала круглые глаза:

– Что они, стрекозой одной наедятся? Да они всех птиц тут в округе переловили! А ты говоришь, стрекоза!

– Смотр-ри! – Гека шагнула в салон аппарата. Микаэла отправилась следом за ней, туда же побежали и котята, высоко подняв головы.

Гека подошла к стенке со шкафчиками, прикоснулась к одному из них, и дверца открылась. Внутри все выглядело, как обычно в сейфе, только пусто, но с подсветкой, а нижняя полочка была вогнута на манер большой глубокой тарелки. Гека положила стрекозу на дно этого углубления, захлопнула дверку и торжествующе посмотрела на Микаэлу и котят:

– Что желаете на обед, мои друзья?!

Друзья смотрели на Геку с подозрением. Котята не понимали, почему у них забрали стрекозу. А Мика не понимала, зачем нужно закрывать стрекозу в сейф и задавать глупые вопросы.

– Эт-то биореак-ктор! – раскатисто протрубила Гека. – Повторяю вопрос! Чт-то желает-те на обед-д?! Чикен макнаггетс? Сосиски из ИКЕА? Бургер без хлеба? Может быть, стейк? Или фрикассе по-орлеански?

– Сосиски, наверное, – тихонько говорит Микаэла, смотрит на Геку с участием, полагая, что ее подруга совершенно сошла с ума.

– Сосиски так сосиски.

Гека поворачивается к «сейфу», захлопывает дверку, набирает на маленьком дисплее слово KORV[7], нажимает кнопку «Старт» и поворачивается к публике. Она многозначительно посмотрела на пять пар изумленно уставившихся на нее глаз, подняла все четыре косички вертикально вверх, потом посмотрела на свое отражение в блестящей поверхности стенки шкафа, уложила их в пучок, превратившись в очень серьезную даму, – прямо училка, только без указки, – и начала важно говорить:

– Хочу вам напомнить, мои друзья, что насекомое состоит почти на семьдесят процентов из белка! Наш биореактор отделит белок от хитинизированной кутикулы, из которой формируется экзоскелет, добавит питательный раствор, катализатор, клетки белка начнут делиться, и через семь минут будет готово!

Гека гордо задрала голову. Котята, конечно, ничего не поняли и следили за ней, смешно покручивая головами, Микаэла, честно сказать, тоже…

– Гы-гы-гы! Попались?! Я же просто включила в свамп фонах умный режим! А вы подумали, что я сошла с ума?

– Вот ты нас разыграла, – засмеялась Микаэла. – Я чуть было не поверила, что ты из стрекозы сосиски сделаешь! Ха-ха-ха!

Она расхохоталась так звонко, что ее смех прервало только пищание «сейфа».

– Готово, – сказала Гека, открыла дверку и вытащила из него целый пучок сосисок, которые еле вместились ей в руки. – Жарить будем или так съедим?

Котята, встав на задние лапки и уперев передние в Геку, мяукали на разные голоса.

– Котятам жареное не надо! – от удивления у Микаэлы почти пропал голос и вспотел нос. – А у меня что-то аппетита нет.

Она подозрительно смотрела на сосиски из стрекозы, и ей представилось, что у них вдруг появились стрекозиные крылышки и они взлетают из тарелки вверх маленькой стайкой.

– Ну как хочешь! – Гека и котята радостно выскочили на лужайку, причем косички Геки торчали точно так же, как хвосты котят. Четыре косички и четыре хвостика (Микаэла даже немного приревновала своих котят к подруге) уселись на траву и в мгновение ока расправились с сосисками, потом развалились на солнышке и блаженно закрыли глаза. Микаэла тоже зажмурила глаза, только не от сосисок из стрекозы, а от того, что у нее страшно зачесался нос и она усиленно им крутила. Все происходящее никак не вписывалось в ее картину мира!

Еще утром она сидела в своей комнате и тосковала по померанскому шпицу, а к обеду уже столько всего произошло… И что-то подсказывало ей, что это только начало.

Гека открыла глаза, посмотрела на задумавшуюся Микаэлу, поднялась, отряхнулась. Сытые котята даже не пошевелили ушами.

– Пора лететь, – сказал пилот. Девочки забрались в свой летательный аппарат, уселись в кресла, Гека нажала несколько кнопок на дисплее, и гекокоптер взлетел. Микаэла всю обратную дорогу молчала, находясь под сильнейшим впечатлением от того, что с ней произошло.

– Завтра расскажу в школе про мое первое путешествие! – сказала она, повернувшись к Геке.

– Не советую, – не оборачиваясь, ответила Гека, усиленно скребя ногтями голову под косичками, – не поверят и еще засмеют. – Мика промолчала… – Уж мне можешь поверить… – Мика внимательно посмотрела на новую подругу. Что-то было не так… Она опустила голову и взглянула на красные кроссовки явно большего, чем нужно, размера.

– Гека, – тихонько спросила она, – а ты правда из Швеции?

Братодедушка

– Мой дедушка и брат моего дедушки из Швеции. Они близнецы – они родились в один день и были так похожи друг на друга, что их мама путала. И были они такими до десяти лет, пока с ними не произошло одно совершенно невообразимое происшествие.

Их папа, значит, мой прадедушка, был биолог. Он изучал грибы. И от шведской академии наук его отправили в Сиам в экспедицию в джунгли. Он там был очень долго и сильно соскучился по своим детям. И тогда их мама, значит, моя прабабушка, решила отправить их на каникулы к папе, потому что туда из Швеции собиралась целая большая делегация по приглашению короля Сиама. Они все должны были сначала плыть на корабле, а потом лететь на самолете.

И случилось так, что, когда они летели, началась гроза, в самолет попала молния, и он начал падать! Но пилоты сумели удержать его и решили сделать посадку прямо в джунглях. Братья сидели рядом, только брат моего дедушки не был пристегнут! И когда самолет стукнулся о верхушки деревьев, у него оторвалась дверь, и братодедушка вылетел из салона самолета – никто и ахнуть не успел. Когда самолет остановился в джунглях, все страшно радовались и благодарили пилота за то, что он их спас, только мой дедушка плакал и дергал всех за рукава, чтобы сказать, что у него брат пропал! Сначала никто его не слушал, а когда все успокоились, решили, что утром пойдут его искать!

Он все время плакал и не мог дождаться рассвета.

Наконец, встало солнце, люди разделились и пошли на поиски. Они искали его три дня и не могли найти. Через три дня за ними приехали машины – они сообщили по рации, где находятся, и их нашли, что тоже было трудно. Ведь раньше смартфонов с навигаторами не было. К ним приехал и их папа, мой прадедушка, получается, который ждал своих сыновей.

Мальчик не хотел уезжать, плакал и говорил, что останется искать своего брата. И его папа сказал, что он тоже останется и будет искать, а с ними еще несколько его друзей, с которыми он работал вместе. Они говорили, что для них джунгли – это открытая книга, они все время там бродят в поисках новых грибов. И что они обязательно найдут потерявшегося мальчика. И все уже собрались уезжать и погрузились в машины, как вдруг увидели, как по небу как ни в чем не бывало летит – Чарлсон! Который потерялся и выпал из самолета.

Он летел так спокойно, будто всю жизнь это делал. Приземлился рядом с папой и братом и сказал: «Привет! А я летать научился». – Все бросились его обнимать, тискать, расспрашивать, и он рассказал: «Когда я вылетел из самолета, я даже ничего не понял! Меня как будто сдуло с места! Я полетел кубарем и влепился в дерево, но мне страшно повезло. Это было не обычное дерево, а как гигантская мягкая губка, которой мы моем посуду! Поэтому я совершенно не ударился и оказался внутри него. Мне было очень уютно, но, когда я пришел в себя, я начал думать, что мне делать дальше? В этот момент я сильно захотел есть. Внутри этого губчатого дерева, где я сделал себе гнездо и тоннели для перемещения, росли необычные плоды. Я решил попробовать один из них. Откусил – он показался мне вкусным! Я съел! Ничего со мной не произошло, я съел еще один, потом еще… А потом я решил из одного из них выжать сок. Сжал его в кулаке и вдруг – взлетел! Я взлетел над моим спасительным деревом, над самыми высокими пальмами, я летал рядом с птицами! Летать было так просто, нужно было только повернуть голову и посмотреть туда, куда хотел лететь, – и уже летишь. Был уже вечер, солнце садилось, и я решил вернуться переночевать на мое дерево и подумать, что делать дальше. Решение пришло само по себе! Я решил подняться повыше и посмотреть след от самолета: когда он падал, он обрубал ветки по пути следования. Так и получилось! Утром я поднялся высоко-высоко, там даже уже было очень холодно, и увидел блестящий на солнце самолет, машины и людей, и вот я прилетел!»

Все слушали его, затаив дыхание! Какая необычная фантастическая история! Никто бы и не поверил, если бы они сами не увидели прилетевшего с неба пацана. Особенно счастлив был, конечно, мой прадедушка, их папа! Он спросил: «Чарлсончик! Дорогой! Ты сможешь показать, где это дерево растет?» – Но тут все за шу мели, зашевелились, начали садиться в машины, чтобы ехать в город. Ведь их самих уже ждали их родственники и друзья.

«Нет, – ответил Чарлсон, – но у меня есть один плод с этого дерева». – Он засунул руку за пазуху, вытащил шарик размером с теннисный мячик, напоминающий мозг человека или грецкий орех без скорлупы, показал папе, засунул за пазуху и пошел в машину.

Надо сказать, что он очень сильно изменился с этой минуты. Он совершенно перестал расти, а только полнел. Папа строго-настрого запретил братьям рассказывать эту историю, а Чарлсону – летать на виду у других людей. Но как ты можешь запретить летать человеку, если он один раз уже сделала это? Особенно такому, как один из моих дедушек!

Они нашли в сарае мотор с пропеллером, каким-то загадочным образом приладили его на спину, и, представь себе, этот толстяк начал летать, делая вид, что он летает с помощью вентилятора. На живот он приспособил кнопку от старого торшера, винт крутился от потока воздуха, а звук первое время он делал губами, вот так, – и Гека надула щеки и смешно изобразила работающий вентилятор. – Естественно, он начал летать. Сначала облетел вокруг дома, потом вокруг церкви, которая стояла посредине деревни, а потом вообще куда-то улетел. И очень долго про него ничего не было слышно.

Только через несколько лет мы про него узнали из газет. Оказывается, он жил на крыше в Стокгольме, причем там, на этой крыше, у него был свой собственный маленький дом! Его показали по телевизору, он стал знаменитым, и его пригласили рекламировать плюшки, которых он мог проглотить за пять минут целый тазик. Когда ему предложили прочитать контракт и согласовать сумму, он ответил, что читать не умеет, а деньги принимает только мелкими монетами. Но у него есть мечта: он хочет объехать весь мир на большом белом корабле!

Тогда компания, которая делала знаменитые плюшки, купила ему пожизненный мировой тур на любом корабле по его выбору. Ему надо было только во всех портах, куда заходил корабль, внезапно прилететь из ниоткуда с тазиком плюшек, угостить всех на центральной площади и неожиданно улететь, чтобы никто ничего не понял. С тех пор больше мы его и не видели! Только иногда в новостях из разных стран мира появляются сообщения, что обнаружено НЛО.

Знаешь, что такое НЛО? Неопознанный летающий объект, инопланетяне, значит! Вот хохма! Мы-то знаем, что это мой братодедушка! А недавно нам пришло сообщение, что наша семья страшно разбогатела!

Хочешь, я расскажу как? У моего смешного толстенького родственника сломался его пропеллер, на котором он так долго летал. Поскольку он человек решительный, но не очень образованный, он решил его починить сам. Разобрал-то он его быстро, а вот собрать обратно шансов у него не было. Он долго думал, как присоединить обратно пропеллер к мотору, который он тоже разобрал. Для прояснения деятельности мозга он просунул в середину мотора палец, туда, где подшипник, и начал другой рукой крутить лопасти. Это дело ему очень понравилось!

Он начал крутить быстрее и быстрее, видимо, думал, что сможет таким образом взлететь, но в итоге, конечно, он не взлетел, а его палец посинел и раздулся. Тогда мой бедный братодед подумал, что все, пришел его последний день. Он так расстроился чуть ли не впервые в жизни, что пошел к нотариусу и заявил, что умирает и хочет написать завещание. Нотариус спросил, а что он хочет завещать своим родственникам. «Вот этот самый предмет», – ответил тот и крутнул лопасти на пальце перед носом у нотариуса. «Так как называется эта штука? Что я должен указать в завещаний» – «Хм… Ну, раз он у меня на спине был, назовем его спиннер!» – «Хорошо, – сказал нотариус, – так и запишем. Спиннер! Кстати, слушай, хочешь, вместе с завещанием я оформлю тебе и патент на этот агрегат?» – «А это не больно?» – спросил наш толстячок с синим пальцем и пропеллером на нем. «Это совсем не больно, это право на изобретение! Это документ, подтверждающий, что ты это изобрел!» – «Ну давай, если не больно!» – согласился наш герой.

После этого нотариус подошел к нему, осмотрел палец, который уже стал лилового цвета, потом достал из своего стола катушку с нитками и обмотал рядок за рядком несчастный палец туго-претуго. «Крути!» – скомандовал он, держась за многострадальный палец, и, пока толстячок хлопал изумленными глазами, сам крутнул пропеллер, и вся конструкция аккуратно съехала ему в руки! После этого нотариус насадил пропеллер себе на палец и начал весело его крутить и кричать: «Спиннер! Спиннер!» – и докрутился до того, что уже его собственный палец пришлось спасать тем же способом.

Короче, вскоре после этого весь мир буквально заболел спиннерами! Их крутили все от мала до велика! Нас просто завалили деньгами! В общем, гекокоптер и все, что ты видела, это все благодаря ему! Вот такая история… Прилетели!

Гекокоптер приземлился точно на поляне.

– Пока, моя новая подруга, мне пора… И вот – держи на память!

Гека вложила в руку Мики небольшую коробочку в форме ракушки, в которых растут жемчужины.

– Это тебе от меня!

Она шевельнула ушами, широко улыбнулась и закрыла дверь. Гекокоптер поднялся над крышей дома, Микаэла смотрела вверх, задрав голову… Когда он скрылся, она разжала кулачок и открыла ракушку. В ней были две перламутровые жемчужины, видом своим очень сильно напоминающие наушники!

– Свампфоны! – догадалась Мика.

Вдруг Мика услышала мелодичный сигнал. Сначала она не поняла, откуда он доносился: телефон ее лежал в тайнике и был выключен, планшет разряжен. Но вдруг поняла! Звук шел из ракушки с жемчужинами. Она схватила ее, открыла, потянула за одну и стало понятно, что это маленький гриб, она оторвалась с незначительным звуком, потом за вторую и быстро вставила маленькие шарики себе в уши.

– Привет, Микаэла! – раздался знакомый голос. – Включи планшет!

– Он у меня разряжен! – расстроенно сказала Мика.

– Не беда, я его заряжу на расстоянии. Возьми его и положи рядом ракушку.

Микаэла быстро вытащила планшет из-под матраса, куда она его прятала, и поставила на стол рядом с раковиной. Экран сразу замигал, и на нем появилось широко улыбающееся лицо Геки, которая тянула себя за косички, а когда увидела Мику – сразу прекратила.

– Привет, как дела! Угадай, где я? – за спиной у Геки через прозрачное стекло гекокоптера был виден гигантский поток воды, который низвергался откуда-то сверху и гигантскими струями падал вниз.

– Не знаю! – недоуменно протянула Микаэла.

– Это водопад Ньяхуруру! Сейчас прокатимся. Смотри! – Гека нажала на экран пальцем. – Включаю камеру обзора на твой экран!

Мика увидела, что в ослепительных лучах солнца гекокоптер висит над гигантским водопадом, где огромная река обрывается миллионом струй. Гека находилась на самом краю обрыва, с которого река устремлялась вниз.

– Как красиво! – закричала Микаэла.

– И очень весело! – захохотала Гека.

Вдруг ее гекокоптер резко полетел вниз следом за струями воды.

– Осторожно! – охнула Микаэла.

– Не бойся, смотри! Я не пристегнута, смотри, что будет! – Гека оторвалась от своего кресла и зависла посреди кабины. Она просто парила в воздухе!

– Невесомость! – закричала она и крутанулась волчком.

Гекокоптер продолжал падать вместе с висящей посередине него Гекой на фоне каскада воды. Зрелище было фантастическое! Мика прилипла к экрану планшета и смотрела во все глаза. Она испытывала одновременно страх и восторг, как будто сама летела вниз в водяную бездну.

– Хей-хоп! – крикнула Гека, взмахнула руками, подлетела к креслу, ловко пристегнулась и нажала на дисплей.

Аппарат уже влетел в мириады брызг, которые отскакивали от него в том месте, куда падали. Зрелище было такое, как будто стоишь под гигантским душем, который льет сразу с двух сторон! И в самый последний момент перед тем, как нырнуть, гекокоптер ловко взмыл вверх и вылетел из мириад капель к вершине озаренного солнцем водопада. На экране появилось конопатое улыбающееся лицо Геки.

– Пока! До завтра! Жди моего сигнала! – прокричала она и исчезла.

У Мики захватило дух от увиденного. Она держала погасший планшет в руках, смотрела на него и хлопала длинными ресницами.

«Вот это да! – думала она. – Вот бы мне так!»

Она шмыгнула в постель, укрылась с головой одеялом и неожиданно быстро уснула. Какой у нее был чудесный день!

Гека не Гека

Мике снилось, что ее любимый котенок, темненький, который живет у Александра, жалобно мяукает, а она не понимает, где он спрятался, и не может его найти. Ей снилось, что он залез в какую-то щель под домом, мяукает и не может вылезти, а она его не видит и не понимает, куда же он делся… А он мяукает все громче и громче! Ну где же он? Где? И тут Микаэла проснулась.

Перед ее кроватью, положив передние лапки на край постели и вытянув шею, стоял ее любимый котенок и громко мяукал. Только теперь Мика понимала, что мяукает он не жалобно, а радостно! А во сне ей казалось, что жалобно. Напротив в кресле сидела Гека и, широко растопырив уши, улыбалась во весь рот.

– Привет, Микаэла! Тебе сюрприз! – сияя синими глазами, сказала Гека. – Твой любимый котенок!

– Где ты его взяла? – Мика все еще думала, что это сон.

– Я, когда летела с водопада, вдруг подумала, что котята ведь наверняка опять проголодались! Залетела к Александру, нашла у него в огороде пару слизня ков, закинула в биореактор – в результате получились роскошные куриные грудки! Ты бы видела, с каким удовольствием они их слопали! Когда я собралась лететь дальше, вот этот темненький котенок начал тереться об мою ногу и никак не хотел выходить из гекокоптера. Вот я и решила взять его с собой! Ты рада?

– Конечно, рада! Ты не представляешь как! – восторженно сказала Микаэла.

– И я рада, что ты рада! – не переставала улыбаться Гека. – Ну, давай собирайся, я тебя вчера предупреждала. – Она засунула пальцы под косички и начала чесать затылок, зажмурив глаза.

В это время в комнату залетела стрекоза и начала летать над ее головой, котенок бросил вылизывать себе лапы и начал внимательно смотреть на стрекозу, провожая ее глазами.

– Собирайся, мы летим в путешествие!

– А куда? – несколько обеспокоено спросила Микаэла. Она никого не предупреждала о том, что собирается покинуть дом. – Я еще зубы не чистила, и вообще нужно родителей спросить.

– Если спросишь, точно не отпустят… Спокойно! – громко сказала Гека, когда увидела широко открытые глаза Мики. – Сейчас все устроим. Во-первых, зубы. Ты их чем чистишь?

– Зубной щеткой, чем еще? – удивилась она.

– С пастой?

– Конечно, с пастой, не с порошком же!

– Вчерашний день, – заявила Гека, вытягивая из кармана какую-то трубочку, по виду напоминающую конфеты «Ментос», только с колпачком сверху. – Ты какой вкус любишь?

– Клубничный…

Гека покрутила трубочку за колпачок – трубочка моргнула оттенком спелой клубники.

– Открывай рот, – скомандовала она.

Микаэла безропотно подчинилась.

– Закрывай!

Мика закрыла – и почувствовала вкус клубники во рту и легкую вибрацию на зубах, небе и языке. Так бывает, когда на губной гармошке играешь или, наверное, когда муха в рот залетит. Микаэла стояла с закрытым ртом, как будто воды в него набрала, и таращилась на Геку.

– Не бойся! Это я синтезировала звуковой импульс, как шаровую молнию, только в ультразвуке. Знаешь, что такое шаровая молния?

Мика помотала головой.

– Ничего, включишь потом умный режим, поймешь! Кстати, ты свампфоны не потеряла?

Мика опять помотала головой. Во рту приятно жужжало.

– Сейчас твои зубы станут такими чистыми, какими никогда еще не были. Я, кстати, тоже почищу! – Гека повернула колпачок на трубочке, та моргнула синим. – Я люблю классический мятный вкус, – сказала она, открыла рот и направила туда свой в кавычках «Ментос».

От трубочки отделился синий прозрачный шарик, как маленькое облачко, и залетел Геке в рот. Она захлопнула его и уставилась на Микаэлу. Теперь обе девочки смотрели друг на друга с закрытыми ртами и надутыми щеками. Им обеим очень хотелось смеяться, представляя, как они выглядят со стороны.

Стрекоза летала по комнате, котенок начал охотиться на нее, стрекоза дразнила котенка, крутясь у него над носом. Он замахал лапами и погнался за ней. Стрекоза вылетела в окно, котенок прыгнул за ней. Трубочка пискнула, Гека жестом показала, что Мика может открыть рот, трубочка пискнула во второй раз, и уже Гека широко улыбнулась своими белоснежными зубами.

– Смотри в зеркало, – сказала она. – Видишь разницу? Вот то-то!

Обе девочки стояли напротив зеркала, смотрелись в него и улыбались во весь рот белоснежными зубами.

В это время котенок гнался за стрекозой по поляне около дома, подпрыгивал и пытался сбить ее лапами. Стрекоза уворачивалась. Она подлетела к стволу гигантской березы и начала подниматься вверх вдоль него все выше и выше. Котенок полез по стволу за ней.

Девочки смотрели на себя в зеркало, любуясь своими зубами, и, конечно, начали кривляться. Мика сделала «большие губы» и позировала, как для инстаграма. Гека же в этот момент опять начала чесать голову под косичками.

Котенок лез за стрекозой все выше и выше.

– Ультразвук, – деловито констатировала Гека. – Одевайся теперь. Лучше в спортивный костюм.

Мика открыла полный одежды шкаф и начала вытаскивать из него все вещи на пол, пока, наконец, не нашла спортивный костюм. Гека смотрела на нее, смотрела, а потом отвернулась со смущенным лицом, и щеки ее неожиданно покраснели.

В это время котенок долез до самого верха березы, охотничий инстинкт гнал его все выше, в итоге он оказался на самой тоненькой ветке, на макушке. Он с ужасом посмотрел вниз, где виднелся маленький домик, малюсенькая газонокосилка и ниточка шланга, об который он запнулся, когда гнался за стрекозой. Внизу же, но не так далеко, осталась верхушка елки, на которой надета забытая с зимы пирамидка. Глаза котенка наполнились ужасом. Он обхватил ветку всеми четырьмя лапами, как спасительный канат! В этот момент стрекоза щелкнула его по носу крыльями, как дама кавалера веером. Котенок так истошно завопил, что стрекозу как ветром сдуло.

Мика проворно надела спортивный костюм.

– Все? – спросила Гека.

– Все, – ответила Мика, и Гека повернулась. Мика сделала балетную стойку и прокрутилась на одной ноге, это получилось очень элегантно, щеки Геки опять покраснели.

– Есть у тебя теплая жилетка? – спросила Гека. – Бери с собой. Там, куда мы полетим, бывает неожиданно холодно!

В этот момент они услышали вопли котенка со двора, подбежали к окну и увидели, что на самой вершине березы сидит обезумевший от страха котенок и орет. Он вот-вот упадет, ветка раскачивается, он еле держится.

– Гека! Его надо спасать! Дверь внизу закрыта! Как я выйду? – В глазах Мики ужас и слезы. – Он разобьется!

– Спокойствие! Только спокойствие! – Гека нажала кнопку на плече и вылетела в окно. Она летит к котенку вверх вдоль березы, которая машет на ветру гигантскими ветками. Подлетает к котенку, сидящему на качающейся верхушке, показывает Мике знаком: «Все круто! Сейчас сниму!» Протягивает руки, котенок отцепляет две лапы, не удерживается и падает вниз. Пролетает, стукаясь о ветки, несколько метров. Зацепляется за ветку, вскарабкивается на нее, обхватывает четырьмя лапами и, дрожа от ужаса, прижимается к ней всем телом! Гека пытается подлететь к нему, но ветки дерева не дают ей этого сделать! Она пытается протянуть руку, но не достает. Машет котенку рукой, чтобы он шел к ней. Тот крутит головой, отказываясь, и отползает еще дальше. Гека пытается прорваться сквозь ветки – ничего не получается. Мика наблюдает за всем этим из окна и мечется, не зная, что делать.

– Гека! – кричит она, – нужно по стволу залезать! – И показывает руками, что Гека должна спуститься и залезть по дереву наверх. Гека вздыхает, качает головой, как бы показывая: «Ну офигеть!» И летит вниз на своих моторчиках. Останавливается у основания ствола и начинает лезть по нему наверх. Ее движения неуклюжи, лезть ей трудно, но она лезет, мучается, пыхтит, но лезет! Мика наблюдает за ней из окна, пытаясь за нее делать движения, как будто это она сама лезет по дереву. Котенок смотрит на них обеих, в глазах его уже не ужас, а любопытство. На одну, потом на другую. Гека лезет уже поувереннее, но ветки становятся все тоньше. Она уже вплотную подобралась к котенку, протягивает к нему руки, берет, тянет к себе, тот цепляется когтями за сук, на котором сидит, Гека тянет двумя руками, ветка под ее ногами в красных кроссовках прогибается, хрустит, и Гека вместе с котенком начинает падать вниз. Моторы за ее спиной включаются и тормозят падение, в этот момент Гека вместе с котенком бьются о ветку, моторы отключаются, и они продолжают падать. Так несколько раз подряд. Наконец, шандарахнувшись о самую нижнюю гигантскую ветку, они шлепнулись за забором на соседский участок.

Мика в ужасе! Она не знает, что делать! Мечется в окошке, наконец, машет рукой, будь что будет, перелезает через подоконник! Проходит по карнизу до водосточной трубы, ловко скатывается по ней вниз, бежит через полянку к березе, проворно забирается по стволу, идет по большой ветке, которая свешивается через забор на соседский участок, и спрыгивает вниз.

На траве, среди осыпавшихся березовых листьев и сломанных веток валялся, держа себя за колено, как травмированный футболист, рыжий пацан со сморщенным от боли лицом в джинсовом комбинезоне, красных кроссовках и с всклокоченными потными волосами. Рядом с ним сидел котенок и удивленно смотрел на происходящее. Мика озадаченно уставилась на него:

– Ты кто? Где Гека? – Парень отрицательно закрутил головой, показывая своим видом, что не может говорить, так ему больно!

Мика посмотрела на него еще раз, потом на котенка… Котенок поднял голову и посмотрел вверх. Мика тоже задрала голову вверх. Там летала стрекоза, она поднималась по спирали все выше и выше и остановилась у ветки, на которой, как скальп индейца, висел рыжий парик с четырьмя косичками.

Мика опустила глаза вниз и опять посмотрела на парня, грозно сдвинув брови. Он открыл один глаз, взглянул на нее и опять зажмурился, всем своим видом показывая, что ему очень больно!

– Ты кто?! – еще раз сердито спросила Мика.

– Гектор…

– Какой еще Гектор?

– Фрайгатенский! Меня так родители назвали…

– Та-а-ак! Значит, ты пацан?! – совсем уж рассердилась Мика. – Ну-ка, быстро вставай! – И она потянула парня за шиворот. Тот попытался встать, но не смог и свалился на траву. Котенок отпрыгнул и отбежал. – Рассказывай! Зачем ты нарядился в девочку, зачем прилетел ко мне в комнату, зачем свалился с дерева, зачем напялил парик, зачем, зачем, зачем???

– Хотел с тобой познакомиться…

– А просто по-человечески нельзя было?

– Нельзя… да и скучно…

– Скучно? А ну давай руку, вставай, пойдем к нам во двор. Наш сосед очень не любит, когда к нему во двор пацаны запрыгивают, да еще и в девчонок переодетые! Вставай, говорю! Гектор… – Мика протянула руку мальчику и потянула с такой силой, что он подлетел над землей. – Включай свои моторчики!

– Они не работают!

– Тогда иди! Я тебе помогу, обопрись на меня!

Мика подставила свое плечо, и они с Гектором заковыляли прочь из соседского двора, котенок побежал рядом, потом увидел странный шарик, напоминающий одновременно и орех, и гриб, и начал играть с ним лапкой. Шарик стремительно выпустил несколько тонких белых волосков и обвил ими лапу котенка. Котенок тряхнул лапой несколько раз, сбросил шарик и помчался за Гекой и Микой, но несколько волосков остались на его лапке.

Мы грибы

– Скажи мне, а что ты знаешь о грибах? – спросил Гека, заложив руки за голову и глядя в небо. Он сидел в гамаке, который был привязан одним концом к гигантской березе, а другим к елке, растущим во дворе дома Микаэлы. – Только, чур, не включать умный режим! – Одна нога Гектора была перебинтована в колене и вытянута вперед, вторая, обутая в красную кроссовку, раскачивалась против движения гамака…

– Кое-что знаю, – ответила Мика, которая сидела на большущем мягком мешке. – Я же в специальной школе учусь… медико-биологической. Нам рассказывают иногда то, чего нет в учебниках… Например! Я знаю, что грибы – это и не растения, и не животные… Что-то среднее! Еще я знаю, что грибы растут везде-везде! На асфальте, на железе, в Антарктиде и под водой на глубине десять тысяч метров! Когда у нас во дворе копали яму, чинили водопровод, то повредили корни березы, она тогда была маленькая, да и мне было всего семь лет. Я тогда впервые увидела, что у дерева есть корни… Раньше я думала, что только ветки… и ствол… А когда заглянула в яму, то увидела, что там тоже есть ветки, только без листьев… Вместо листьев на них были такие тоненькие, как ниточки, червяки… Папа сказал, что через корни дерево получает воду и питательные вещества из почвы…

– Червяки, говоришь? Ну-ну… И что дальше?

– Я их собрала в одну ладошку, другой накрыла и пошла маме показывать!

– И что мама сказала?

– Она спросила: «Где ты это взяла?» – и так нахмурила лоб! Хоть ей и нельзя лоб хмурить, что бы морщин не было… «В яме, – говорю, – возле березы, там ее корни торчат, и на них эти червячки!..» – «Иди, Мика, брось своих червяков обратно в яму и приходи блинчики кушать, только руки помой! Береза, наверное, засохнет, если корни повредили…» – Я побежала быстро назад, червячков ладошкой накрывала, чтобы не разлетелись, и бросила их обратно в яму, еще потом засыпала землей, а то корень так жалобно торчал… Я еще постоя ла и подумала: «Хоть бы она не засох ла, хоть бы она большая выросла…»

– Очень интересно. – Гека уже сидел в гамаке, хотя это самое неудобное положение, какое только можно себе представить. Одно колено упиралось ему в ухо, но он не обращал на это внимания – он во все глаза смотрел на Мику. – И что было дальше?

– Я помыла руки и пошла кушать! – Мика радостно засмеялась. – Оладушки мамины не хуже твоих плюшек будут…

– Я не про еду! С березой что случилось?

– Ну ты же видишь! Она не засохла! Более того, она за три года так выросла! Смотри, какая гигантская! Прямо баобаб! – Мика даже подпрыгнула от счастья. – Все удивляются! Была тоненькая палочка, а за три года выросла выше домов, и ветки такие огромные, широкие, не березовые… А папа говорит, что это я наколдовала… Смешной такой! Как я могу березу наколдовать?

– Можешь, можешь! Ты все можешь! – проговорил Гека, пытаясь выбраться из гамака, но у него никак не получалось. – Кто этот дурацкий гамак придумал?..

– Давай помогу!

– Не надо! Я сам! – гамак крутнулся, и он упал прямо под ноги Мики.

– А еще я вспомнила… – глаза Мики заблестели. – Я вспомнила, когда еще папа назвал меня маленькой колдуньей! Когда я слизняка вылечила.

– Кого?

– Мне было шесть лет, и я очень хотела домашнего питомца! Мечтала я о померанском шпице, конечно, но понимала, что это несбыточно. В это время у всех моих подруг были какие-то кошки, черепашки, хомяки, попугайчики… Питомцы, одним словом. Однажды я прихожу со школы домой, а папа мне говорит: «У тебя теперь есть питомец…» И показывает такого толстого червяка. С рогами… Он-то пошутил, а я поверила, посадила червяка в банку и радовалась, всем показывала, хвасталась, что у меня тоже есть питомец… Взрослые улыбались и глаза отводили. Теперь я понимаю, что им меня жалко было… А я его выгуливала, сажала на травку и в банку лепестки цветов насыпала… Маленькая была… А потом его сестра газонокосилкой на две части нечаянно перерубила, я не успела ее предупредить, что у меня питомец гуляет… Я так испугалась, когда увидела! Схватила их, положила на одну ладошку обе половинки, другой ладошкой накрыла и побежала в угол сада… Даже не знаю, почему я так сделала… Спряталась за кусты и сижу, боюсь открыть… Вдруг чувствую, а он шевелится… Я ладошку приподняла, а он живой и невредимый, питомец мой… Я про это никому еще не рассказывала… только тебе… и папе… Никто бы не поверил… – Мика испытующе посмотрела на Геку. Но тот был совершенно серьезен, гораздо серьезнее, чем обычно…

– А еще в прошлом году, когда я у котят гостила, с крыши, где гнездо было и котята все время хотели туда залезть, птенец упал на землю… и разбился… Он еще без перьев был… Лежит на земле… Котята даже не поняли, кто это! Начали обнюхивать. А я поняла, что они сейчас принюхаются и съедят его, и схватила себе в руки! Котята за ним к моим рукам бросились. А я его ладошкой накрыла и над головой подняла, от этих вечно голодных… Они вокруг моих ног крутятся и такими злыми глазами на мои руки смотрят… Скушать хотят этого птенчика… А мне жалко… Я его похоронить хотела… Вдруг чувствую, а он у меня в ладошках бьется! Я в щелочку между пальцев посмотрела, а он живой! Представляешь! Сидит у меня на ладошке и так смешно рот открывает! Кушать хочет!!! Мы его потом обратно в гнездо посадили… – Мика рассмеялась и захлопала в ладоши. – Вот котята злились! Я даже на них немного обиделась… А причем здесь грибы?

– Грибы причем? – Гека заложил руки за спину и с важным видом начал двигаться вокруг березы. – Грибы при всем… Ты знаешь, что мы с грибами почти наполовину совпадаем по молекулам ДНК и РНК? Нет?

– Я не знаю, что такое ДНК и РНК.

– Не страшно… Ты же в биологической школе учишься, расскажут… Короче… Это молекулы, из которых мы состоим, да и весь живой мир…

– То есть мы с грибами родственники?

– Точно! Обрадовалась?

– Не очень…

– От этого никуда не деться. Мы живем в царстве грибов! Вся наша планета опутана мицелиями… Это грибница… И все грибы в мире друг с другом связаны… И обмениваются информацией.

– Как это?

– А так: как в интернете все компьютеры связаны между собой, так и грибы. Только… Если электричество отключится, то и весь интернет пропадет. А грибы останутся. Это и есть самая большая компьютерная сеть на Земле…

– Ха-ха-ха… Ну ты сочиняешь! Просто как твой братодедушка… Может, он точно был гриб?

– Можешь не сомневаться… Самый настоящий… Даже похож. Так вот, примерно миллиард лет назад грибы заселили нашу планету, и все, что ты видишь вокруг себя, – это результат их деятельности.

– И мы?

– И мы! И все растения! Грибы создали растения, чтобы ими питаться. Растения не могут жить без грибов, а грибы без растений – запросто. Вот ты думаешь, ты белых червячков под березой собрала?

– А кого?

– Это были грибы, дорогая подруга! Да-да! Грибы! С их помощью твоя береза получает минеральные вещества из земли…

– Ты меня совершенно запутал! Причем здесь я? Береза? Червячки-грибы какие-то…

– Я тебе говорил, что все грибы в мире соединены между собой и обмениваются информацией… Они знают все! То, что сейчас пытается придумать человечество, – это жалкий лепет! Все давно придумано. Грибы просто не вмешиваются до поры до времени. Они присматриваются и эволюционируют. На самом деле, эволюционируют только они, а потом меняют окружающий мир под себя. Но на процесс одного генетического изменения у грибов уходит тридцать – сорок лет. Это с точки зрения возраста грибов на земле в миллиард лет – ничего. Но с точки зрения человеческой жизни – два поколения. Это долго… Недавно Директория грибного мозга Fungus cerebri, которая отвечает за связь с людьми, получила сигнал, что где-то был синтезирован новый гриб в течение менее чем одной минуты. Это было феноменально. Мне прислали координаты, и я сразу вылетел…

– К-куда?

– К-куда-к-куда?! Сюда!!! Ты думаешь, я случайно тут оказался? Из Швеции прилетел на котят посмотреть? Нет, милая! Я прилетел понять, что тут за аномалия произошла! Что за секретная лаборатория тут работает? А выяснилось, что лаборатория сидит напротив меня и еще и носом крутит. – Мика действительно зажмурилась и чесала свой неожиданно засвербевший нос, вращая им из всей силы. Она ничего не понимала…

– Какая лаборатория? Ничего не понимаю… Ты же сказал, что хотел со мной познакомиться?

– Я, когда вылетал, не знал еще, кто тут объект нашего внимания! А когда тебя увидел, захотел познакомиться!

– Вот врешь ты все! Как все мужчины!

– Честное-прелестное слово! Этим объектом, к которому я летел, мог оказаться любой человек из вашего дома! Я посмотрел на всех и сразу захотел с тобой познакомиться!

– Да? – спросила Мика и глаза ее слегка блеснули радостью. – Врешь ты все… Переоделся в девчонку, потому что со мной проще всего было! А если бы это мама оказалась? В кого бы ты переоделся? В Паваротти?

– Ну перестань ругаться! Я очень рад, что это ты оказалась! Честное слово! Смотри, что с березой произошло! Она почему так выросла за три года? Те «червячки», которых ты бросила в землю, генномодифицировались, впитали в себя гормон роста и «вы растили» березу размером с баобаб. Ты же еще и заклинание прочитала?

– Ну, можно и так сказать…

– Вот! – Только сейчас Мика заметила, что Гека не ходит вокруг березы, а летает вокруг нее. – После того, как ты рассказала мне про березу, слизняка и птенца, я понял, что биолаборатория – это ты! Твои руки! Они умеют менять структуру молекул и вносить генетические изменения. Как ты это делаешь – непонятно… Но факт остается фактом! – Мика перестала следить за своей разлетавшейся от возбуждения подругой, которая оказалась другом, и опустила глаза на свои ладони, которые она, растопырив пальцы, держала перед собой. Руки как руки… Правда, они холодеют, когда Мике страшно… Но вот у папы они всегда горячие.

– Я вспомнила одну историю, – не отрывая глаз от своих ладошек, произнесла Мика. – У папы была прабабушка, значит, это моя прапрабабушка, которая жила в деревне, ее звали колдуньей за то, что она лечила «наложением рук». У нее были невероятно горячие руки, всегда… почти всегда, она даже белье в проруби полоскала для соседей. И она лечила тем, что просто руку к больному месту прикладывала. Но у меня не горячие руки… – Мика посмотрела на друга. – Обычные…

– Обычные, да необычные… Похоже, ты маленький ходячий генномодификатор. Будем тебя исследовать!

Мика с недоумением посмотрела на свои руки и увидела, что у нее под ногами сидит котенок и смотрит на нее. Она взяла его на руки и заметила, что его лапки опутаны белыми тонкими ниточками. Она сжала лапку котенка в своем кулачке, чтобы убрать их, и вдруг котенок стал большущим, размером с Мику, и она уронила его на землю! Он встал и стал тереться о ее ногу так, что чуть не сбивал ее с ног! Гигантский маленький котенок! Гека аж вскочил с земли, нога подвернулась, и он упал на четвереньки! Глаза его уставились прямо в глаза котенку! Они так и смотрели друг на друга: рыжий пацан и гигантский котенок.

– Работают! – закричал Гека и от радости схватил котенка за уши. Котенок отмахнулся лапой так, что Гека опять шлепнулся на траву.

– Кто работает? – с удивлением спросила Мика.

– Руки! Руки твои работают! – Гека с трудом встал и начал шарить по карманам. – Где же он?!

– Кто?

– Свамп мой!

– Что такое свамп? – Но Гека не отвечал, он ползал на коленях по двору и что-то искал. Котенок тоже вынюхивал что-то в траве, потом побежал в сторону соседского двора и вернулся с шариком в зубах, а весь нос его оплели тоненькие белые ниточки. Шарик он принес Мике и бросил у ее ног. Она и начала тереть ему нос, чтобы почистить его, и в этот момент котенок стал огромным, размером с Мику, как лев! Мика замерла от изумления, глядя на него.

– Вот он! – закричал Гека и подскакал на одной ноге к Мике, наклонился и взял шарик в руки. – Вот он, мой свамп! – он начал сжимать его в кулаке, будто хотел потренировать руку, но ничего не происходило. На его лице читалось огорчение.

– Не работает… – сказал он и грустно наклонил свою рыжую голову.

– Дай мне, – сказала Мика. Он протянул шарик, не глядя ей в глаза. Она взяла его в руку. Котенок глядел на все это, крутя своей огромной головой. Мика погладила его по голове, он замурлыкал, как дизельный мотор, она сжала шарик – котенок стал в два раза меньше. Она нажала еще раз – хоп! Он стал своего нормального размера, увидел стрекозу и погнался за ней.

– У тебя работает! – сказал Гека, с восхищением глядя на Мику. Он протянул руку, чтобы взять свамп. На мгновение их руки оказались вместе на шарике. Бум! Что-то произошло, и Гека превратился в дракончика-геккона, Мика нажала еще раз – он превратился в папуаса, еще раз – в слоненка с рыжими волосами, еще раз – в индейца, еще раз – в девочку Геку, еще раз – в фантастического суперчеловека в необычном костюме, еще раз – обратно в Геку…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Лети сюда!

Вернуться

2

Сиденье.

Вернуться

3

Надуйся!

Вернуться

4

Открыть дверь!

Вернуться

5

Пристегнуть!

Вернуться

6

Вверх.

Вернуться

7

Сосиски.

Вернуться