# Волшебный холст желаний

Мария Буравлёва

Молодая исследовательница, вынужденная собирать части магического полотна, чтобы сбежать от своего похитителя, разрывается между свободой и соблазнительной силой артефакта, в то время как безжалостные охотники за сокровищами приближаются, полные решимости заполучить его.

## Глава 1 Загадка похищения


Октябрь щедро одарил город дождями, и на улицах стало холодно. Небо затянули серые облака, словно толстый, грустный плед, накрывающий землю. В воздухе витала свежесть, пронизанная осенним шёпотом ветра, который шёл парой с потрескиванием жёлтых листьев. В уютной комнате, обставленной простыми вещами: мягким креслом в углу, деревянным столиком, на котором стояла ваза с увядающими цветами и старинной лампой. Алиса крепко спала в своей кровати, укрывшись с головой мягким тёплым одеялом, на котором были вышиты розы. Сладкий сон, даривший ей небольшой отдых после тяжёлого дня. Полного забот и переживаний, ужасной ночи, полной конфликтов и слёз, прервал резкий сигнал будильника на её телефоне. Он звучал настойчиво, словно не понимая, что сейчас не время для пробуждения. На часах было 6:00. В её голове оставалось только одно желание — продолжать спать, оставив все тревоги на потом.

Алиса, с трудом борясь с реальностью, пытаясь не думать о том, что её ждёт сегодня, решает отложить будильник ещё на 10 минут, чтобы хоть ненадолго снова погрузиться в объятия сна, от которых, казалось, ей не хотелось расставаться. В её сознании проносились обрывки мыслей о том, что ей предстоит сделать за день, но они сталкивались с желанием просто оставаться в этой уютной полузабытьи, где не было места боли и страха. Ей не хотелось вспоминать, как всю прошлую ночь её мучил бывший парень Михаил, его крики и истерики, которые эхом отдавались в её голове. Она приняла решение расстаться с ним, хотя в глубине души понимала, что это было правильное решение. Ей все время казалось, что отношения с Михаилом становятся всё более невыносимыми, и его ревность превращала их в настоящий ад.

Михаил, словно шпион, следил за каждым её шагом. Он не раз заставал её с друзьями в кафе, приходил с яростным взглядом и отрывал её от общения. Всё из-за своей жуткой ревности. Каждое такое вмешательство вызывало у Алисы лишь раздражение и чувство всепоглощающей печали. Она не могла понять, что стало причиной его поведения: любовь или паранойя, забота или собственнический инстинкт? Постепенно эти вопросы подтачивали её уверенность в том, что она была права в своём выборе. Теперь, когда она пыталась найти трезвое решение, чтобы разобраться в своих чувствах, в голове вновь возникали образы их совместного времени. Счастливых моментов и обманчивого спокойствия, за которыми скрывались непонимание и боль. Каждый фрагмент воспоминаний напоминал ей о том, что реальность полна серых будней, словно жгучий ветер, пронизывающий её насквозь.

Прошлой ночью, оказавшись под воздействием алкоголя, Михаил снова не удержался и решил позвонить. Он истерически плакал, умоляя её вернуться, словно это могло изменить их ситуацию. Но когда Алиса, усталая от его постоянных попыток манипуляции, отказала ему, его эмоции выплеснулись в грубые оскорбления и угрозы. Он не сдерживал себя и переходил на личные нападки, пытаясь задеть её за живое и заставить сдаться. Это не было для неё новостью. Она знала, что его ночные телефонные атаки стали уже привычным делом. Поэтому, в конце концов, Алиса, преодолев временные слабости, решительно добавила его номер в чёрный список. Это было её многообещающее решение. Её способ навсегда избавиться от мужчины, который вызывал в ней только страх и ненависть.

Тем временем, когда ночь уже уступала место утренним тёмным оттенкам. Сигнал будильника вновь раздался в тишине. Он словно напоминал о том, что время вставать и жить дальше.

— Нужно вставать, — прошептала она себе, стараясь вырваться из состояния полусна, в которое её затянули переживания. С трудом она поднялась с постели, ощущая покалывание в теле, словно каждое движение приносило ей боль. Накинула халат, который был слегка помят, и направилась в ванную, чувствуя, как усталость давит на её плечи.

Включив свет, она быстро разделась, как будто пыталась сбросить с себя не только одежду, но и тяжесть ночных страданий. Включив душ, Алиса позволила тёплой воде стечь по своему телу, надеясь, что это немного облегчит раскалывающуюся от боли голову. С каждым каплями, скатывающимися по её телу. Алисa пыталась вымыть из своей памяти пережитую боль.

После водных процедур, вытирая лицо полотенцем, она взглянула в зеркало. Образ в отражении не внёс в её душу утешения. Её опухшее от слёз лицо ужаснуло и шокировало её. Вся тяжесть ночных переживаний свалилась на неё в этот момент.

— Какой кошмар! Лицо всё помятое. И опухшее от слёз. Дура я, что связалась с этим придурком. Надеюсь, он больше меня не побеспокоит, — проговорила Алиса громко, обращаясь к своему отражению. Открывая шкафчик, она натолкнулась на несколько масок, лежащих на полке. Она выбрала освежающую тканевую маску, словно надеясь, что маска поможет смыть с неё следы вчерашнего вечера и восстановить её уверенность.

Выйдя из ванной, девушка направилась на кухню, мечтая о том, чтобы сегодня почувствовать себя живой и полной энергии. Поэтому она решила завтрак начать с кофе. Алиса достала из верхнего шкафа пакетик «Жокей» по-восточному, который долго ждала своего часа. Внимание её притянула турка, лежащая на сушилке с остальной посудой. С лёгкостью, которая сейчас её удивила. Она начала готовить кофе. Насыпала одну чайную ложку молотого кофе и добавила сахара, но что-то внутри неё подсказывало, что одной ложки будет недостаточно.

«Лучше добавить еще одну ложку, — решила она. «Нужен мощный заряд энергии», — подумала Алиса. В этот момент турка неожиданно выскользнула из её рук и с глухим стуком упала на пол, разлетевшись вместе с молотыми кофейными зёрнами по всей кухне и задев ногу Алисы.

— Ай, блин, как больно! — вскрикнула она. Несмотря на неожиданную боль и хаос вокруг, быстро смогла прийти в себя. Она была готова справиться с этими мелкими неприятностями и двигаться вперёд. Каждая мелочь, будь то кофе или битая посуда, напоминала ей о том, что жизнь продолжается. И её задача — выйти из этой тёмной полосы.

В итоге ей пришлось пройтись по кухне с веником и метлой, аккуратно собирая рассыпанные крошки и вытирая капли, которые остались после её утренней суеты. Балансируя между плитой и столом, она старалась убрать всё как можно быстрее. Ведь время поджимало. Снова вымыв турку, Алиса насыпала в неё ароматный кофе, добавила ровно столько сахара, сколько любила, налив при этом свежую холодную воду. И, наконец, поставила её на плиту. Как только кофе начало закипать, она почувствовала нежный, но настойчивый аромат, который наполнил кухню. Алиса поняла, что надо спешить.

Алиса быстро направилась в свою комнату, чтобы одеться. Натянув на себя тёплые штаны, она вдруг услышала резкий звук. Кофе выливалось из турки, заливая плиту. В панике она бросилась на кухню, где её встретил хаос. Горячая жидкость стекала по поверхности, смешиваясь с каплями воды и оставшимися крошками. Вся её тщательно продуманная утренняя рутина пошла насмарку, и теперь ей предстояло справляться с последствиями своей нерасторопности.

— Убираться уже некогда. Придется выпить кофе в аэропорту, — проговорила Алиса, не скрывая раздражения в голосе. Понимая, что день явно не задался с самого утра. Каждый раз, когда она думала о том, как хорошо организовать своё время, что-то шло не так. И похоже, это был тот самый случай.

Неизбежно взглянув в окно, Алиса увидела, как за окном разразился ливень. Капли дождя котились по стеклу. И словно в унисон с её мыслями. "Нужно вызвать такси. Иначе не успею", подумала она, осознав, что, как всегда, столкнулась с непредвиденной проблемой. К тому же, если бы она просто заранее заказала такси, сейчас всё прошло бы гораздо быстрее.

Однако, когда Алиса зашла в приложение и ввела маршрут, её приятно удивило, как быстро нашлось такси. Мгновение спустя пришло уведомление: машина уже заказана. Это моментально подняло ей настроение.

— Ого, так быстро. Мне сегодня везёт, — подумала она, ощущая легкость в душе, которая контрастировала с холодным дождливым утром. Это дало ей надежду, что даже в такой непростой день судьба может подарить ей маленький, но приятный сюрприз. С этими мыслями Алиса снова взглянула на вытекший кофе на плите, готовясь к следующему этапу своего утреннего приключения.

Красный автомобиль марки «Хонда» с номерами С120УУ должен был забрать её в назначенное время. И Алиса не могла позволить себе опоздать. На часах уже было 7:00, а это означало, что пора спешить. Её сердце немного забилось быстрее от волнения, но она старалась не поддаваться панике.

Быстро переодевшись, она оценивала себя в зеркале, поправляя края своей тёмной блузки. Алиса знала, что ей предстоит провести несколько часов в воздухе, и хотела выглядеть на все сто. Высушив длинные волосы с помощью фена. Девушка ловко собрала их в аккуратный высокий пучок, который выглядел стильно и практично. Это предстоящее путешествие было важно для неё. И она хотела присутствовать на нём в лучшем виде.

В коридоре уже стояла её сумка, в которой были тщательно упакованы все необходимые вещи. Алиса потратила много времени на выбор, что взять с собой. Её любимый блокнот для заметок, книги на случай долгого ожидания и, конечно, зарядное устройство для телефона. Она старалась предугадать все возможные ситуации и готова была ко всему.

По её расчётам, такси должно было подъехать в ближайшие пять минут. Не теряя времени, она решила ещё раз проверить, всё ли в порядке с документами и билетами. На этот раз это был рейс Самара-Москва, вылетающий в 08:55 и прибывающий в 11:45. Алиса понимала, что у неё есть достаточный запас времени, чтобы добраться до аэропорта без лишней спешки и стресса. На часах уже было 7:20, что не вызывало у неё почти никаких волнений. Путь до аэропорта занимал около 45 минут, и её уверенность лишь росла.

Однако внезапно её телефон издал характерный звук — новое сообщение. Алиса быстро взглянула на экран и прочитала текст: «Машина вас ожидает, 1 минута ожидания бесплатно». В этот момент её сердце пропустило удар. Она знала, что не может терять ни секунды. Быстро накинув на себя ярко-зелёную тёплую дутую куртку, которая за последнее время стала её настоящей находкой, обула чёрные ботинки с устойчивой подошвой и надела тёплую чёрную шапку, чтобы не замёрзнуть в дороге.

Перед выходом из квартиры Алиса захватила маленькую сумочку. В которую положила все необходимые мелочи: паспорт, билеты, кошелёк и несколько других аксессуаров: зеркальце для быстрой проверки своего внешнего вида, помаду для освежения губ. И даже блокнот с ручкой на случай, если ей захочется записать что-то важное. С такими мыслями и собранной энергией она покинула свою квартиру и направилась в подъезд. Время поджимало, но Алиса была готова к путешествию, полна надежд и ожиданий, которые приносило грядущее.

Спускаясь с третьего этажа своего дома, Алиса вдруг столкнулась со своим соседом Антоном. Это был молодой, привлекательный и очень перспективный мужчина, который на тот момент едва пересек порог тридцатилетия. Несмотря на его успешную карьеру и множество других достоинств. Он оставался холостым. О его личной жизни среди жильцов дома ходило множество слухов. Многие говорили, что он либо запутался в отношениях, либо просто еще не встретил ту самую девушку, с которой хотел бы связать свою жизнь.

Алиса взглянула на часы, и её лицо озарилось улыбкой.

О! Успеваю! Привет, Антон! - сказала она с искренней радостью, словно встреча с ним была для неё хорошей новостью.

Антон, выходя из своей квартиры и потирая глаза от утренней сонливости, ответил:

— Привет, Алиса! Куда так спешишь? Его голос был полон интереса.

Алиса, быстро поправляя свою сумочку, пояснила:

— На научную конференцию! У меня там доклад! Но сначала ещё надо доехать до аэропорта.

В её глазах светилась искорка волнения. Она всегда мечтала делиться своими идеями с другими учеными.

— Конференция, говоришь? Это здорово, - отозвался Антон. Он всегда восхищался её целеустремленностью.

— О чем ты будешь рассказывать — с любопытством поинтересовался он.

Алиса, почувствовав прилив адреналина, ответила.

— О новых методах в исследовании нейронных сетей. Это очень интересная тема, особенно сейчас, когда технологии активно развиваются-Алиса с энтузиазмом пояснила.

— Как на наших глазах меняются подходы и как это может повлиять на будущее.

— Впечатляет, — выделил Антон, кивая головой. Я сам интересуюсь IT, но больше с практической стороны. А ты планируешь, когда закончишь, вернуться к нам — спросил он, показывая, что ему не безразлично её будущее.

Алиса с надеждой в голосе сказала.

— Надеюсь, что после конференции смогу вернуться. С новыми идеями и вдохновением!

Алиса мечтала о том, как её исследования и идеи станут полезными для других.

— Классно, — ответил Антон.

Он всегда думал, что Алиса была очень увлеченной своим делом.

— Знаешь, мне всегда казалось, что ты очень увлеченна своим делом. В нашем доме говорят, ты скоро станешь известной!

— Спасибо, — смущенно улыбнулась Алиса. Но, если честно, мне важен не статус, а сам процесс. Кстати, а ты где работаешь — переключила она тему.

Антон немного гордо ответил.

— Я в одной небольшой стартап—компании. Мы занимаемся разработкой приложений. Сейчас как раз в поиске новых идей.

Ему нравилась динамика стартапа, и он чувствовал, что это место подходит ему.

— Наверное, это сложная работа? Поинтересовалась Алиса.

— Да, бывает, — подтвердил Антон.

— Но работа интересная, так что не жалуюсь. А вот личная жизнь порой оставляет желать лучшего, — добавил он с легкой ухмылкой в голосе.

Алиса, чувствуя ностальгию по своим собственным переживаниям, устало засмеялась.

— Да уж, слухи не утихают. Но мне кажется, ты просто не торопишься обзаводиться семьей.

Она знала, что каждый выбирает свой путь, и понимала его.

Антон с усмешкой ответил.

— Вполне возможно. У каждого свои приоритеты. А ты, как я слышал, не так давно закончила отношения. Как ты справляешься?

В его голосе звучало искреннее беспокойство.

Алиса вздохнула, вспоминая последние события.

— Это было сложно, но сейчас я сосредоточена на своих целях. Главное — не терять фокус!

Алиса была готова двигаться дальше. Несмотря на трудности.

— Молодец, — похвалил её Антон. Я тоже так стараюсь. Ладно, мне пора. Удачи на конференции!

Он чувствовал искреннее уважение к её стремлениям.

— Спасибо, Антон! Надеюсь, скоро увидимся и обменяемся новостями, — ответила Алиса, с улыбкой прощаясь с ним.

Она была уверена, что их пути пересекутся снова.

— Да, обязательно! Удачи, — заключил Антон, уходя.

Но его голос ещё долго звучал в её голове, придавая ей уверенности в том, что всё получится.

— Странно, — пробормотала Алиса.

Когда Антон, поглядывая на часы, вдруг развернулся и поспешил к своей машине. Она надеялась, что он задержится хотя бы на секунду. Но он быстро сел в автомобиль и, к сожалению, уехал по делам.

Едва она огляделась, как её телефон снова зазвонил. В этот раз это был звонок диспетчеру такси. Алиса заволновалась, поскольку не могла найти своё такси. Она ожидала, что автомобиль должен был уже подъехать, но, увы, вокруг не было ни одной машины.

— Алло, здравствуйте, Меня зовут Екатерина. Как я могу вам помочь? Куда вам нужно прислать машину — произнесла девушка на другом конце провода, стараясь звучать максимально вежливо и профессионально.

— Екатерина, моё такси уже должно было приехать. Я вышла, а машины нет, — с растерянностью и беспокойством произнесла Алиса. Она понимала, что время идет, и её поездка была весьма важной.

— Я вас поняла, Сейчас посмотрю в программе. Возможно, ваше такси скоро подъедет, — ответила Екатерина.

Но Алиса почувствовала, что её терпение начинает иссякать.

— Да, пожалуйста, посмотрите, — произнесла она, стараясь сохранить спокойствие. Хотя внутри неё нарастало недовольство. Она знала, сколько времени у неё еще осталось до вылета самолета. И каждую секунду нужно было использовать с умом.

— Девушка, ваше такси вас ожидает, — наконец произнесла диспетчер. Но её слова не принесли Алисе облегчения.

— Катя, вы издеваетесь? Я стою на улице, у меня скоро самолёт. Я же говорю вам, машины нет! — в отчаянии воскликнула Алиса. Её голос дрожал от нервов, и стало ясно, что она находится на грани.

На другом конце провода Екатерина на мгновение замешкалась, затем приняла более успокаивающую интонацию.

— Пожалуйста, не нервничайте. Возможно, где-то неподалеку стоит ваша машина. Чёрная Лада Гранта.

Словно судьба играла с ней в нечестную игру. Алиса сглотнула комок нервозности в горле и посмотрела вдаль, искренне надеясь на то, что её такси всё-таки появится.

— Должна была приехать красная "Хонда", — поправила её Алиса. Чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Её голос звучал слегка резко, и она понимала, что напряжение, которое накапливалось в ней последние часы, вот-вот вырвется наружу.

— Я понимаю вас. Возможно, она сломалась, и поэтому приехала другая машина, — мягко ответила диспетчер. Но это не дало Алисе успокоиться. Все её мысли крутились вокруг того, как важна была эта поездка, и как всё пошло не по плану.

— Короче, диктуйте номер машины. Мне нужно ехать, — резко произнесла она, не желая больше обсуждать возможность простоя. Каждая минута имела значение, и Алиса не могла себе позволить терять время.

— Простите. Да, конечно. Гос. номер - Л 710 КУ, — пролепетала оператор, но Алиса уже отключила телефон, не дождавшись, пока женщина что-то ещё скажет.

Алиса направилась к стоявшей неподалёку чёрной машине с решимостью, но внутри неё поднималось всё больше раздражение и тревога. Почему она так запустила свой отъезд на важную научную конференцию, которая могла серьезно повлиять на её карьеру? Алиса ругала себя за то, что не смогла лучше организовать своё время, за то, что оставила всё на последнюю минуту. Только сейчас, когда чутьё подсказывало ей об опасности, она осознавала, насколько неосторожно поступила.

Сев в машину, Алиса заметила, что водитель даже не обернулся в её сторону. Он сидел в капюшоне, словно пряча своё лицо, что ещё больше усиливало её беспокойство. Не зная, что и думать, Алиса почувствовала, как внутри нарастает странное чувство тревоги, закрадывающееся в её мысли, словно тень надвигающегося шторма.

Алиса пыталась отвлечься, глядя в окно на мелькающие мимо здания и деревья, но мысли о том, что оставила позади, не давали ей покоя.

С того утра прошёл месяц, а мир вокруг словно застыл в ожидании. Алису искали все службы, полиция, волонтёры, даже простые неравнодушные граждане. Никто не знал, что с ней случилось, а каждый новый день приносил с собой лишь растущее беспокойство и страх. Все её самые близкие люди были в состоянии глубокой тревоги и отчаяния. Ночи были полны беспокойных снов и размышлений о её местонахождении. Лица родителей натянулись, как уставшие маски, в которых отразилось постоянное беспокойство.

Последним, кто видел её в тот день, был сосед Антон. Он вспоминал, как они обменивались любезностями перед её отъездом. Не подозревая, что это был их последний разговор. Антон чувствовал себя виноватым за то, что не заметил ничего необычного. Теперь его мучила догадка, что могло случиться с Алисой. И в каждом молчании соседей он искал ответы, задавая себе вопросы, на которые не мог найти ответ. Каждый раз, когда он проходил мимо её квартиры, его охватывало неприятное предчувствие. И он чувствовал, как сердце сжимается от неопределённости. Время, казалось, застыло, а мир вокруг него продолжал жить своей жизнью, не замечая потерь и тревог, которыми были полны сердца тех, кто любил Алису.


## Глава 2 Сила волшебного холста

Алиса резко распахнула глаза, словно вынырнув из глубокого колодца. Резкая вспышка осознания пронзила её на мгновение, но тут же её поглотила непроглядная тьма. Тишина окружала её со всех сторон - давящая и полная неопределенности. В ушах ещё звучал отголосок сна – ускользающего и непонятного. Сердце болезненно сжалось в груди, а волна беспокойства накрыла её с головой, когда первые неясные образы начали обретать форму. Сонная пелена постепенно рассеивалась, позволяя мыслям пробиваться наружу сквозь туман непонимания.

Она медленно повернула голову, напрягая зрение в попытке разглядеть хоть что-то в этой непроглядной тьме. Глаза постепенно привыкали к недостатку света, и перед ней стала вырисовываться картина заброшенной комнаты. Грубые неровные стены из холодного цемента угрюмо возвышались вокруг, напоминая каменный склеп. Такой же серый и безжизненный цемент покрывал пол, от которого веяло ледяным холодом. Единственным источником света было небольшое тусклое окошко, расположенное где-то высоко под потолком. Слабые лучи проникали сквозь грязное стекло, едва освещая мрачное пространство и отбрасывая длинные зловещие тени, которые словно танцевали на стенах. Картина была гнетущей: неживая и жуткая комбинация холода, серости и тишины, вызывающая смутное чувство тревоги и одиночества. В воздухе витал застарелый запах пыли и запустения, от которого першило в горле. Алиса сглотнула, пытаясь прогнать нарастающую панику и понять, как она здесь оказалась.

При виде тяжёлой, массивной, запертой на несколько оборотов ключа железной двери сердце Алисы забилось в бешеном испуганном ритме. Её мысли, до этого момента ещё сохранявшие подобие порядка, смешались в хаотичный вихревой клубок, где страх и недоумение боролись за первенство. «Это, что похищение?». С трудом выдохнула она, чувствуя, как по спине, словно ледяная лапа, ползёт сковывающий её до дрожи страх. В животе болезненно сжалось, а в горле пересохло. Она попыталась унять дрожь, вцепившись пальцами в рукава лёгкой куртки. «Но кто за этим стоит? И самое главное, какова их цель?» Эти вопросы, как назойливые осы, начали жужжать в её голове, не давая сосредоточиться.

Для Алисы это было совершенно невероятно, парадоксально, словно сцена из плохого фильма, в котором она почему-то оказалась главной героиней. До этого момента её жизнь всегда была тщательно спланирована до мелочей. Уверенная в себе, целеустремлённая и находчивая, она привыкла полагаться на свой острый ум и логику, считая, что именно она, а не слепой случай, управляет своей судьбой. Но теперь всё, что она знала о мире, все шаблоны, по которым она жила, оказались под угрозой, словно хрупкие стекляшки, готовые разбиться от одного неловкого движения. Её судьба, свобода, всё, что составляло смысл её существования, внезапно оказалась в руках неизвестного безликого человека, чьи мотивы были совершенно неясны и оттого пугающе непредсказуемы. Она чувствовала себя марионеткой, чьи нити крепко держат в чужих ладонях. Ей предстояло понять, кто или что держит её в этой ловушке, и найти в себе силы вырваться, преодолев навязанные обстоятельства.

Противоречивые образы, фрагменты, как осколки разбитого зеркала, всплывали в её сознании с того момента, как она села в то роковое такси тем зловещим утром. Солнце еще не взошло, и серый промозглый рассвет окутал город зябкой пеленой. Она помнила, как торопилась в аэропорт. И обычный вызов такси казался рутиной, чем-то совершенно безобидным. Но с первой же секунды что-то пошло не так.

Внешний вид водителя, его силуэт вызывал у нее острое, иррациональное беспокойство. Он сидел, как каменный истукан, не произнося ни слова, не здороваясь. Конечно, она видела и похуже водителей, но этот был другим. В нем чувствовалась скрытая угроза, напряжение, которое пронизывало даже воздух. Он был в капюшоне, который тщательно скрывал его лицо. Она не могла разглядеть его глаз, лишь темный провал под козырьком капюшона. Это отсутствие лица казалось пугающе безликим, как будто за рулем сидел не человек, а какой-то призрак. В животе у нее зародилось смутное беспокойство, липкое и неприятное ощущение, словно ледяная рука сжала ее внутренности. Но она решительно отмахнулась от него, посчитав это обычной паранойей, плодом ее богатого воображения. «Наверное, просто плохое утро», промелькнула мысль. Она всегда была осторожна, по крайней мере, старалась быть такой. Но в этот раз, поддавшись обыденности происходящего, ощущение нормальности заставило ее почувствовать ложную безопасность. Её бдительность, казалось, была ослеплена утренним туманом, и она позволила себе расслабиться, что в конечном итоге привело к катастрофе.

Смутное воспоминание прошлого о том, как такси медленно двигалось по сонным пустынным городским улицам, то и дело проезжая под одинокими жужжащими фонарями, всплыло в памяти, как кадр из испорченной плёнки. А затем наступила абсолютная зияющая пустота, чернота, когда она полностью погрузилась в бессознательное состояние. Ей казалось, что она провалилась в бездну, откуда нет выхода. Алису охватило острое чувство потери контроля, как будто ее тело и воля теперь принадлежали кому-то другому. В ней начала закипать паника – как вода в перегретом чайнике. Теперь, оказавшись в совершенно незнакомом и пугающем месте, она с трудом пыталась сфокусировать взгляд на окружающем ее мраке. Место было лишено каких-либо ориентиров и признаков жизни. Она отчаянно пыталась восстановить хронологию событий, как будто в спешке набросала схему, но в голове царил хаос, как после сильного урагана. Ее воспоминания были искажены, смазаны, как будто кто-то специально их стёр. Что с ней случилось за последние несколько часов? Или, может быть, дней? Время потеряло свою протяжённость, и она не имела ни малейшего представления о том, сколько прошло с тех пор, как она в последний раз видела городские улицы. Вопрос о том, как она здесь оказалась, не давал ей покоя, как зудящая заноза. И с каждой секундой её неуверенность исчезала, сгорая в пламени паники, оставляя после себя только леденящую кровь. Страх проникал в каждую её клетку, и она чувствовала себя маленькой и беспомощной, как загнанный в угол зверек.

Сидя на жестком холодном полу, словно высеченном из льда. Алиса с трудом пыталась вырвать свои мысли из тисков паники. Она понимала, что отдаться отчаянию было бы равносильно смерти, моральной, а возможно и физической. Внутренний голос, тихий, но настойчивый, как биение сердца, напоминал ей: «Не паникуй». Несмотря на весь ужас этого положения, важно сохранить хладнокровие и действовать рассудительно. Взяв себя в руки, Алиса начала медленно, пристально оглядываться вокруг. Темнота комнаты окутывала ее, словно саван, но она все равно пыталась разглядеть хоть какую-то зацепку, хоть маленький путеводный огонек, который помог бы ей выбраться из этого кошмара. Может быть, что-то в этой зловещей темнице укажет ей путь к спасению? Каждая деталь, каждый предмет, даже самая незначительная мелочь могли стать ее единственным шансом.

Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем глаза Алисы привыкли к густым сумеркам, и она смогла различить детали окружающей её комнаты. Слабый призрачный свет, проникавший сквозь узкие щели в заколоченом окне, едва касался стен, покрытых паутиной и толстым слоем пыли. В одном из углов, её внимание привлекла небольшая коробка. Она выглядела так, словно её не трогали много лет: деревянная, с выцветшим лаком и потрескавшейся поверхностью, покрытая густым слоем серой пыли. Осторожно подойдя к ней, Алиса, стараясь не поднять облако пыли, открыла тяжёлую крышку с металлическими петлями, издавшими протяжный скрип. Внутри она обнаружила пару неожиданных сокровищ. Первым был небольшой ручной фонарик, потемневший от времени, но на удивление всё ещё работающий. Его слабый, но уверенный луч озарил окрестности. Под ним лежал сложенный в несколько раз клочок бумаги. Аккуратно развернув его, Алиса увидела на нём строки загадочных чернильных букв. Неровным почерком кто-то написал: «Ты не одна». Эти слова показались ей спасительным глотком воды в пустыне. Сердце забилось в тревоге, и волна уверенности неожиданно накатила на неё, разгоняя сковывающий страх. Луч фонарика, словно верный проводник, освещал Алисе путь, пока она медленно осматривала комнату, всматриваясь в каждый уголок. Она водила лучом по стенам, заглядывая в тёмные ниши под окнами, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому звуку, который мог бы проникнуть сквозь толстые стены старого дома. Внутри у нее все сжималось от нахлынувшего волнения. Тревожные ожидания накаляли атмосферу.

Вместо того чтобы пассивно ждать, пока кто-то или что-то придёт ей на помощь, она отказалась от роли жертвы. Она приняла решение взять ситуацию под контроль и активно искать выход из заточения. В ней проснулось чувство ответственности за свою судьбу, и она ощутила, прилив внутренней силы. Развернувшись, она снова подошла к массивной двери, которая, казалось, поглощала любые звуки. Прижавшись ухом к её холодной, как лёд, поверхности, она напряжённо прислушивалась. Может быть, донесётся слабый шёпот, крик или даже просто шорох — любой признак жизни за пределами её темницы. Но в ответ ей была лишь зловещая тишина, давящая и беспросветная. Однако эта тишина не сломила её, а наоборот, укрепила её решимость. Внутри неё вновь вспыхнуло чувство цели, жгучее и неотступное. Оперившись ногами, она начала яростно толкать дверь, используя вес своего тела и всю накопленную энергию. Она чувствовала, как напрягаются и горят от усилий мышцы, но не останавливалась, уверенная, что ее настойчивость обязательно принесет результат.

С каждым новым толчком, с каждым изнурительным усилием надежда и страх вступали в яростную борьбу в её душе. Образы свободы, манящие и такие желанные, становились всё более чёткими и яркими в её сознании, словно солнечный свет, пробивающийся сквозь плотные тучи. Стена отчаяния, которая ещё недавно казалась непреодолимой, начала трескаться и, казалось, вот-вот рухнет под напором её воли. Несмотря на всё ещё терзающие её сомнения и неуверенность, она поклялась себе, что не сдастся. Что будет сражаться до конца, независимо от того, каков будет конечный результат. Она была готова принять любой исход, но без борьбы она не отступит.

Внезапно тихую гнетущую атмосферу разорвал резкий навязчивый звук. Уверенные приближающиеся шаги. Они звучали, как барабанная дробь, возвещая о неминуемой встрече. Сердце Алисы, секунду назад бившееся в ровном ритме решимости, словно сорвалось с цепи. Каждый удар, отчаянный и мощный, отдавался невыносимой болью в груди, как будто в ней поселился огромный неистовый зверь, разрывающий плоть когтями. Страх, ледяной и всепоглощающий, нахлынул, захлестнул её, отбросил от двери, как щепку, волной к противоположной стене. Это был инстинктивный рефлекс – бегство от невидимой, но ощутимой угрозы, от предчувствия беды. Она застыла, словно окаменев. Дыхание застряло где-то в горле, отказываясь покидать грудь. Она прижалась спиной к холодной бездушной стене, ища в её гладкой поверхности хоть какую-то защиту. В лихорадочной попытке понять, кто притаился по ту сторону двери. Её буйное, разгорячённое воображение, подстёгиваемое страхом, рисовало самые кошмарные, самые ужасающие образы, один страшнее другого. Каждая тень, каждый шорох казались предвестниками грядущей трагедии. Она чувствовала, как её охватывает безысходность.

Неумолимые шаги, тяжёлые и размеренные, становились всё громче, эхом отдаваясь в тишине коридора. Звук приближался, как надвигающаяся буря, неумолимая и неизбежная, предвещая что-то тревожное. От каждого шороха половиц под этими тяжёлыми башмаками, от каждого шарканья по затёртому полу её пробирала дрожь, мелкая, почти судорожная. Сердце бешено колотилось в груди, словно пойманная в клетку птица, готовая вырваться на свободу. Алиса зажмурилась, крепко стиснув веки, отчаянно пытаясь заглушить нарастающий ледяной страх, расползавшийся по всему её телу, как ядовитый плющ. Она затыкала уши руками, но не могла избавиться от зловещего эха, которое только подчёркивало приближение стука. Затем внезапно она услышала резкий пронзительный механический щелчок ключа в замке. Металл врезался в металл. Звук разорвал тишину, как внезапный выстрел, оглушительный и резкий, заставив её подпрыгнуть на месте. Это не было просто открытие двери, это было вторжение.

Когда дверь, наконец, медленно и со скрипом открылась, вошёл высокий мужчина. Его фигура казалась ещё более внушительной благодаря длинному тёмному плащу с капюшоном, который полностью скрывал его очертания. Ослепительный яркий свет, исходивший от него, словно прожектор, ворвался в полумрак комнаты, заставив Алису на мгновение крепко зажмуриться, болезненно щурясь от резкой смены освещения. Свет очерчивал контуры его фигуры, создавая странный, почти неземной ореол, но лицо было искусно скрыто в глубокой тени капюшона, что делало его ещё более таинственным и пугающим. В ней зародились два противоречивых чувства: страх, сковывающий всё её существо, и любопытство, разжигающее огонь в её душе, желание узнать тайну, которая, казалось, скрывалась за его образом. Кем был этот таинственный незнакомец, словно сошедший со страниц готического романа. И чего он хотел от неё? Она не могла ни понять, ни осмыслить это. Волосы на её затылке непроизвольно встали дыбом, и по спине пробежала волна холодного ужаса. Дрожь прокатилась от макушки до кончиков пальцев. Ошеломлённая и парализованная внезапностью происходящего, Алиса пыталась осознать свалившуюся на неё ситуацию, осмыслить происходящее и лихорадочно понять, как ей следует реагировать, какие действия предпринять, чтобы избежать опасности.

— Кто... Кто ты? — прошептала Алиса, с трудом выговаривая слова, словно комок в горле мешал им вырваться наружу. Она изо всех сил старалась придать своему голосу хоть каплю храбрости, но получалось лишь заикаться. В груди бушевал настоящий ураган, сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется наружу.

Мужчина медленно, с ленивой грацией сделал шаг вперёд, и тень, казалось, потянулась за ним, словно покорный слуга, сопровождающий своего господина. Она окутала его ещё плотнее, скрывая черты лица и делая его ещё более пугающим.

— Ты зря это сделала, — произнес он. Его голос, глубокий и бархатный, прозвучал в ночной тишине, словно раскат грома, от которого по коже побежали мурашки. В его тоне не было ни капли сомнения, лишь жесткая властная уверенность. Слова, словно тяжелые камни, повисли в воздухе, нагнетая напряжение, подобно тяжелой свинцовой тучей, предвещающей шторм.

Алиса застыла на месте, словно парализованная, ошеломлённая и напуганная до глубины души. Она не отрывала взгляда от незнакомца, не в силах отвести его от тёмной фигуры. Дыхание перехватило, а сердце бешено колотилось, отбивая какой-то лихорадочный ритм, совсем непохожий на её обычное сердцебиение.

— Что я наделала! Слова сорвались с ее губ, словно порыв ветра, слабые и дрожащие, не в силах скрыть ее внутреннюю панику. Она изо всех сил старалась казаться спокойной, но голос предательски выдал ее страх.

— Ты зашла слишком далеко, — сказал он, словно вынося приговор. И, наконец, лениво, но с каким-то зловещим спокойствием снял капюшон, скрывавший его лицо. Взгляд, который он устремил на неё из-под опущенных век, был подобен огню: тёмный, пылающий мощной энергией. Мужчина был поистине красив. У него были жгучие короткие темные волосы. В резких, но притягательных чертах его лица читалась таинственность и в то же время какая-то безграничная властность.

— Тебе придётся столкнуться с последствиями. Его слова звучали как зловещее обещание, эхом отдаваясь в наступившей тишине.

— Последствия? Какие последствия — прошептала Алиса. Страх сковал её тело, и её голос едва слышно коснулся этого мрачного молчания. В глазах стояли слёзы, но Алиса не позволяла им течь, сжимая кулаки и не отрываясь глядя на незнакомца.

— Что я сделала — она повторила свой вопрос, на этот раз практически беззвучно, надеясь на хоть какой-то ответ, понимание или объяснение того, что происходит.

Мужчина прищурился, и от едва заметной перемены в его лице по спине Алисы пробежала дрожь, холодная и тревожная. Дело было не только в выражении его лица, но и в том, как он держался неподвижно и хищно, словно сжатая пружина, готовая распрямиться. Его пронзительный голубой взгляд, казалось, раздевал её, заставляя чувствовать себя обнажённой и уязвимой под его пристальным вниманием.

– Ты не должна была лететь на научную конференцию, – заявил он низким хриплым голосом, который, казалось, вибрировал в тесном пространстве. – Мы приняли все меры, чтобы предотвратить твою поездку. Создавали препятствия, и все это для того, чтобы остановить тебя. Но ты. – он сделал паузу, и в его проницательных голубых глазах промелькнуло что-то похожее на невольное восхищение. – Ты оказалась упрямой. Очень упрямой. И поэтому мы были вынуждены принять срочные меры. Он позволил своим словам повиснуть в воздухе. Последствия были такими же леденящими, как внезапный сквозняк, который, казалось, закружил Алису. – Мы должны были забрать тебя. Теперь ты стал их целью.

Из груди Алисы вырвался сдавленный всхлип. Грудь вздымалась от смеси страха и замешательства. Её голос был едва слышен. Он дрожал от отчаянной мольбы загнанного в угол животного.

– Я... Я не понимаю ни слова из того, что вы говорите, — заикаясь, произнесла Алиса. И на её глазах выступили слёзы, размывая и без того неясные черты лица её похитителя. – Пожалуйста, — взмолилась она, и её голос дрогну. — Пожалуйста, просто отпустите меня. Я думаю… Я думаю, вы, должно быть, ошибаетесь. Я просто… Я думаю, вы меня с кем-то путаете. Она отчаянно пыталась встретиться с ним взглядом, но вместо этого уставилась на поношенную ткань его тёмной мантии, лихорадочно пытаясь найти рациональное объяснение этому кошмару.

Мужчина шагнул ближе, сокращая расстояние между ними, и она почувствовала себя ещё меньше и в ещё большей ловушке. Воздух вокруг него, казалось, потрескивал от напряжения. Его голос, хоть и стал тише, даже с тревожным подтекстом чего-то похожего на жалость, не уменьшил исходящую от него угрозу. Вместо этого он был похож на хищника, успокаивающего свою жертву перед убийством.

— Не утруждай себя притворством, Алиса. Мы знаем о тебе всё. Не притворяйся, что не понимаешь. Мы осведомлены о шагах, которые ты предприняла. И путях, которые ты выбрала. Ты ввязалась в дела, которые тебе не по силам. Он сделал паузу, слегка наклонившись. Его прохладное дыхание коснулось её щеки, а голос понизился до заговорщического шёпота. — И это… очень опасное место.

— Я просто... обычный человек, — пробормотала она, и её голос едва заметно дрожал, а колени предательски подгибались. Она смотрела в пол, пытаясь скрыть панику, но непроизвольная дрожь выдавала её с головой. — У меня нет никаких секретов! Ничего особенного!

Он усмехнулся. Короткий недобрый звук, не имеющий ничего общего с весельем. В его улыбке не было и намёка на теплоту, только холодное, почти ледяное презрение, от которого по коже бежали мурашки. Его глаза, тёмные и проницательные, изучали её, словно насекомое под микроскопом.

— Ты сама не знаешь насколько ты особенная на самом деле, — медленно произнес он. И каждое слово звучало как удар хлыста. — Твое неведение делает тебя еще более ценной… для них. Эта наивность, эта неподдельная «обычность» вот что им нужно.

— Для кого это «для них» — её голос надломился, превратившись в слабый шёпот. Страх клубился в её груди, словно ядовитый дым, отравляя каждый вздох. Её сердце колотилось, отчаянно пытаясь вырваться.

— Для тех, кто жаждет заполучить твою силу, — ответил он, отступая на шаг, не допуская фамильярности, словно устанавливая невидимую границу, которая позволяла ей почувствовать и его силу, и свою беспомощность.

— Но пока ты здесь, под моей защитой. Я буду решать, что с тобой делать. Не забывай об этом.

Алиса глубоко вздохнула, пытаясь отогнать подступающую истерику и взять себя в руки. Она чувствовала себя загнанной в угол, словно маленький зверек, которого настиг хищник. Она на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями, понимая, что ей нужно сохранять спокойствие, если она хочет выжить. Ей нужно понять, в чем ее особенность, кто эти «они» и как использовать эти знания, чтобы сбежать.

— Послушайте, — начала она, вздёрнув подбородок. Её глаза сверкали решимостью. Она стояла перед ним, маленькая, но упрямая фигурка на фоне его внушительного роста. — Я не знаю, о какой силе вы говорите, — произнесла она с неприкрытой подозрительностью, — но я не собираюсь участвовать в ваших играх. Я просто… просто хочу вернуться домой. Мне здесь не место. И я не понимаю, что происходит. Она сжала кулаки, и надежда на то, что это дурной сон, таяла с каждой секундой.

Мужчина на мгновение замолчал. Его взгляд, казалось, проникал в самую её душу, прежде чем он медленно, словно неохотно, произнёс:

— Возможно, у нас будет шанс прийти к соглашению. Его слова были полны двусмысленности, словно он играл с ней, как кошка с мышкой.

— Я просто хочу уйти, — повторила она. Стараясь, чтобы её голос звучал твёрже, чем она чувствовала на самом деле. Внутри неё нарастало отчаяние, и она боялась показать ему свою уязвимость. Она цеплялась за знакомое, за возможность вернуться к нормальной жизни.

— Уйти! — он усмехнулся. И в его тоне послышался намек на насмешку, даже превосходство. Казалось, он почти забавлялся ее наивностью.

— Прежде чем ты об этом подумаешь. Тебе нужно осознать, во что ты себя втянула, — он сделал паузу, намеренно затягивая момент. — Ты попала сюда не просто так.

— И куда я попала? И чего вы от меня хотите, в конце концов — произнесла Алиса, чувствуя, как нарастает напряжение. И её голос дрогнул, выдавая растущую тревогу. Она чувствовала себя загнанной в угол, и ей хотелось кричать, лишь бы сбежать от всего этого.

Заметив её решимость, а может и что-то ещё, мужчина смягчил тон, убрав из него насмешливые нотки, и продолжил более спокойно:

— Я хранитель волшебного холста.

— Что за бред! — рассмеялась Алиса, не веря своим ушам. Она отмахнулась от его слов, как от назойливой мухи, стараясь сохранить хоть какое-то подобие самообладания. «Волшебный холст? Этот бред не может быть правдой», подумала она. Ей начинало казаться, что она находится в кошмаре, из которого нет выхода.

Звук её смеха, лёгкого и звонкого, всего несколько мгновений назад, повис в воздухе диссонирующей нотой. Это был резкий контраст с тяжёлой тишиной, которая внезапно обрушилась на них. Увидев вопиющую неуместность её веселья, он нахмурился. Игривое поддразнивание, которое было прикрытием для того, что скрывалось за ним, исчезло, сменившись резким, почти язвительным тоном. Это было настолько внезапное изменение, что казалось, будто сам воздух стал холоднее.

— Хорошо, — начал он, произнося слова отрывисто и чётко, без всякой теплоты. — Слушай внимательно и не перебивай. Ты сможешь задать свои вопросы позже. Ясно!

Вопрос был неискренним. Это была команда, произнесённая с леденящей душу решимостью.

Холодный ужас, настоящий страх, какого она раньше не испытывала, скрутил живот Алисы. Дело было не только в его словах, но и в резком, неумолимом тоне его голоса, от которого у неё по спине побежали мурашки. Приятное ощущение игры, какой-то замысловатой шарады разбилось вдребезги. Это была не забавная головоломка, а что-то настоящее, потенциально опасное, особенно в этом странном тревожном месте. Серьёзность их положения, тяжесть невысказанной угрозы давили на неё, как физическая ноша. Она выдавила из себя одно дрожащее слово, едва громче шёпота.

– Понятно.

Мужчина, на лице которого читалась пугающая напряжённость, продолжил говорить, и его голос звучал монотонно и непоколебимо. От прежней расслабленности не осталось и следа. Он говорил о серьёзной, пугающей ответственности.

– Я хранитель полотна, который обладает огромной силой. Его голос понизился, каждое слово было наполнено такой серьёзностью, что у неё по коже побежали мурашки.

– Слова, написанные на нем ... они становятся реальностью. Но его забрали. Украли охотники за золотом. Ослеплённые жадностью и необузданными амбициями. Они стремятся подчинить его магию своим порочным желаниям. Он сделал паузу, пристально глядя ей в глаза.

– Они не могут управлять им в одиночку. Полотно сопротивляется им, отказываясь подчиняться их командам. Но и это очень важно, у тебя есть ключ. Способность, которое помогут им управлять холстом.

Хотя беспокойство никуда не делось. После того ужасного признания, которое он только что сделал. В Алисе начало зарождаться что-то вроде неповиновения. Первоначальная паника отступала, сменяясь всплеском недоумённого любопытства. Сама наглость этого заявления, странные обстоятельства, его окружавшие, пробудили в ней странное чувство уверенности, решимость разобраться в этой безумной ситуации, какой бы странной и непонятной она ни была.

Голос женщины был мягким, с осторожной нейтральностью.

— Чем я могу помочь — спросила она, подбирая каждое слово с точностью хирурга. В её взгляде, внешне спокойном, промелькнуло опасение.

Мужчина, стоявший перед ней, казалось, излучал почти благоговейную тишину. Он ответил, и в его голосе звучала серьёзность, которая противоречила фантастичности его заявления.

– Ты — главный летописец нашего мира, — заявил он, и в его словах звучала глубокая убеждённость. В его пронзительных синих глазах читалось неподдельное уважение, почти благоговение.

– До сих пор мы скрывали тебя, оберегая твои таланты от посторонних глаз. Мы скрывали тебя, защищали от тех, кто не понимал, какой силой ты обладаешь. Но каким-то образом алчные стервятники, охотники за богатством и властью, узнали о твоём существовании. Они понимают, кто ты, и не собираются быть добрыми. Они хотят причинить тебе вред, использовать твои способности в своих гнусных целях.

Он сделал паузу, давая осознать серьёзность своих слов, а затем продолжил. Твёрдым и настойчивым голосом.

– Они выманили тебя из города под ложным предлогом, используя научную конференцию в качестве приманки. Жалкую, но эффективную уловку. Мы перехватили их в самый последний момент. Мы спасли тебя, но наши проблемы далеки от завершения. Теперь мы должны действовать сообща, чтобы вернуть то, что по праву принадлежит нам — холст, который они украли, и, в конечном счёте, остановить их коварные планы».

Весь этот сценарий казался Алисе совершенно нереальным. Как будто её вырвали из привычного ритма жизни и поместили в фантастическую историю. Она моргнула, пытаясь сопоставить слова мужчины со своим собственным опытом. И всё же под слоем недоверия в ней зародилась хрупкая надежда. Если хотя бы крупица того, что он сказал, была правдой. Это означало, что она была на пороге чего-то гораздо более грандиозного. Более значимого, чем обыденное существование, с которым она привыкла мириться. Это был глоток волнующей возможности, о которой она и не подозревала, что жаждет.

В её поведении произошла едва заметная перемена: первоначальное опасение сменилось зарождающимся чувством целеустремлённости.

— Итак, каков мой следующий шаг — спросила она решительным тоном, в котором не было ни тени робости или даже удивления. Вопрос повис в воздухе, словно вызов.

Он прямо посмотрел ей в глаза, и в его синих глазах появилось выражение глубокого понимания. Он увидел не страх, а проблеск того же огня, что горел в нём. Он ожидал недоверия, но знал, что нашёл человека, которого так долго искал. В уголках его губ появилась едва заметная улыбка.

– Пришло время тебе научиться пользоваться своими способностями. Нам нужно вернуть холст. И сделать это нужно как можно скорее. Чтобы это сработало, ты должна довериться мне и делать то, что я говорю. Это будет непросто, но в тебе есть сила, которую тебе ещё предстоит открыть.

Глубоко вздохнув, Алиса отбросила страх и сомнения. И произнесла.

– Я готова.

## Глава 3 Охота за первой книгой началась

Внезапный переход от тусклого темного помещения, возможно, подвала или узкого коридора, к ослепительному свету архива ошеломил Алису. Свет, казалось, проникал в каждую щель, отражаясь от полированных поверхностей и создавая игру теней, от которой рябило в глазах. Ее глаза с трудом привыкали к освещению, и, постепенно проясняясь, она увидела высокие полки, словно вознесенные к небесам, заставленные бесчисленными книгами в золотых и кожаных переплетах. Старинные фолианты, хрупкие свитки, массивные тома — все они уходили вглубь, скрываясь в бесконечной пустоте, словно лабиринт, у которого нет конца. Это была не просто библиотека, где можно было взять почитать книгу, это был архив – сокровищница знаний, окутанная аурой тайны и величия.

Алиса, погружённая в созерцание пыльных томов на полках, вздрогнула от неожиданного звука.

— Это не материал для чтения, — низкий, ровный голос нарушил тишину библиотеки. Это был Хранитель, чьё обычное отстранённое выражение лица теперь было резким и напряжённым. — Это не просто слова на странице, это порталы в другие миры.

Глаза Алисы, большие и карие, расширились от изумления до такой степени, что казались бездонными озёрами, в которых плескалась смесь тревоги и любопытства. Этот внезапный прилив эмоций заставил её дыхание на мгновение остановиться. Её пальцы, которые до этого легко и непринуждённо скользили вдоль корешков старых книг, словно танцуя по их пожелтевшей от времени поверхности, вдруг застыли, словно тронутые невидимой рукой. Она словно окаменела, сосредоточившись на единственной идее, которая пришла ей в голову.

Перед её мысленным взором возникли образы старинных потрёпанных обложек, исписанных непонятными иероглифами и украшенных тусклыми, давно выцветшими рисунками. Но теперь они казались ей не просто защитными оболочками, а своего рода порталами, своеобразными вратами, за которыми скрывалось нечто большее, нечто гораздо более значимое, чем просто напечатанные на бумаге истории. Теперь эти обложки казались ей ключами к неизведанным мирам, полным тайн и загадок.

– И любой может просто войти в него — спросила она, и её голос слегка дрожал, выдавая как волнение, так и зарождающийся страх. Мысль о том, что эти книги, эти хрупкие хранилища слов могут быть проходами в другие реальности, была одновременно захватывающей и пугающей. В её воображении тут же возник хаос, который мог бы возникнуть из-за межпространственных путешествий. Неуправляемый поток искателей приключений, беспечно вторгающихся в миры. Которые, возможно, вовсе не готовы их принять. Миры, которые могут оказаться уязвимыми перед их любопытством и уж тем более перед их не всегда благородными намерениями. Она представила себе толпы авантюристов, бездумно прокладывающих себе путь в чужие культуры, разрушая хрупкие экосистемы и нарушая естественный порядок вещей. Эта перспектива заставила её почувствовать холодный озноб, охвативший всё её тело.

Её взгляд, в котором всё ещё читалось изумление, наполнился тревогой и ответственностью. Она поняла, что речь идёт о гораздо более серьёзных вещах, чем просто чтение приключенческих романов. Это была вероятность того, что её собственное невежество и неосторожность, равно как и невежество и неосторожность других, могут привести к катастрофическим последствиям.

Хранитель выпрямился. Его плечи слегка напряглись.

– Нет, – ответил он серьёзным тоном, нарушив её фантазии. – Только те, кто обладает такой же врожденной силой, как у тебя, могут безопасно пройти через них. И даже тогда это не гарантирует безопасности. Он покосился на неё. Его взгляд выражал смесь беспокойства и уважения.

– Ух ты, как круто! – прошептала Алиса едва слышно, словно боясь нарушить волшебную тишину. Её глаза, до этого широко распахнутые от изумления, в котором сквозила лёгкая тень испуга, теперь сияли ярким, почти детским восторгом. Щеки слегка порозовели, а в груди что-то радостно затрепетало. Первоначальное замешательство отступило, уступив место мощному порыву, желанию немедленно погрузиться в это необычное место. Это было не просто любопытство, а настоящее чувство приключения, которое пронзило её насквозь.

Хранитель – фигура, закалённая временем и отголосками бесчисленных реальностей. Медленно покачал головой. Едва заметное движение, выдававшее глубоко укоренившийся скептицизм. В его глазах читалось лёгкое веселье, смешанное с беспокойством, когда он наблюдал за необузданным энтузиазмом Алисы. По его мнению, её реакция была слишком наивной, слишком легко она приняла романтическую идею о том, что находится за пределами.

— Не совсем, — вмешался он. И его низкий, ровный голос прорезал её восторженную болтовню, как прохладный ветерок в летний день. Он не повышал голос, но в его словах чувствовался опыт, мягкое, но твёрдое порицание её блаженного неведения.

— В этих мирах, помимо чудес, превосходящих твои самые смелые фантазии, таятся скрытые опасности. Каждая книга — это уникальное полотно, сотканное по своим собственным правилам и изобилующее как доброжелательными, так и чудовищными существами. Отправиться в путь, не имея чёткого представления о конкретном мире. Его законах, обитателях, самой его сути — значит рискнуть своей жизнью, подвергнуть её неоправданному риску.

Его взгляд, обычно спокойный и наблюдательный, теперь стал острым, в глазах заплясали мрачные огоньки. Этот взгляд был полон мрачного предостережения, сурового напоминания о жестоких реалиях, которые царили за пределами известного мира. На Алису это подействовало мгновенно, как плеск холодной воды на разгорячённый лоб. Её бурлящая радость резко угасла, а часть кипящего восторга сменилась растущим беспокойством.

Между её бровями появилась морщинка, нарушившая гладкую поверхность лба. Юный оптимизм, который совсем недавно светился в её глазах, теперь сменился нерешительной хмуростью. Алиса явно пыталась осознать отрезвляющие истины, которые преподнёс Хранитель, и картина идиллического приключения внезапно столкнулась с суровой реальностью потенциальной опасности.

– Тогда зачем мы вообще это делаем – прозвучал вопрос, полный разочарования и раздражения, вырвавшийся у Алисы.

– Разве ты не можешь… С твоей-то магией просто взять и найти холст? Чтобы мы не тратили столько времени, бегая по этим лабиринтам, когда могли бы просто щёлкнуть пальцами и забрать его! Зачем такие сложности? Просто забрать его и уйти! Я уже на грани терпения.

В ответ на эту вспышку эмоций взгляд Хранителя, прежде спокойный и рассеянный, стал пристальным, проникающим в самую душу. Его лицо, всегда излучавшие мудрость и доброту, теперь выражало серьёзность и глубокую озабоченность. Между его бровями залегла морщинка, подчёркивающая важность сказанного.

— Если бы всё было так просто, — медленно и отчётливо произнёс он. И каждое слово, как камень падало в тишину.

— Полотно не просто спрятано, оно было разорвано на части. Четыре части, каждая из которых заброшена в разные миры. Миры, которые могут сильно отличаться от этого. Здесь, в Библиотеке Бесконечных Миров, миллионы книг, а значит и миллионы миров. Каждый из них — потенциальное место, где может находиться фрагмент полотна. Мы не можем просто броситься, бездумно открывая портал за порталом, и прочесывать каждый из них. Это займёт целую вечность, возможно даже больше, чем мы можем себе представить.

Он вздохнул, и в его голосе прозвучала нотка горечи.

– Необходимо действовать быстро и точно. Нам нужно найти эти четыре мира, где спрятаны отрывки холста, и сделать это как можно скорее, пока последствия его уничтожения не стали необратимыми. Пока не стало слишком поздно.

– Хорошо, но как нам выяснить. Какие книги нам нужны? Спросила Алиса, теперь чувствуя всю сложность ситуации.

— Ты, — сказал Хранитель, не сводя с неё глаз. — Ты должна почувствовать это и найти их.

— Но я всего лишь летописец, а не какой-нибудь экстрассенс, — в замешательстве возразила Алиса.

— Ты больше, чем просто летописец, — возразил Хранитель. — У тебя глубокая связь с этим холстом.

Они стояли в самом сердце архива колоссальными книжными полками, которые, казалось, доставали до самого неба. Алиса почувствовала укол страха. Она всегда чувствовала себя комфортно среди книг, но это было нечто совершенно иное.

— Послушайте, э-э... Хранитель... – упирая руки в бока, и в её голосе проскальзывает раздражение. – Перестань говорить загадками и просто скажи мне прямо, что я должна делать.

– Меня зовут Лекс.

— О, классное имя! — перебила Алиса. — Тебе не стоило держать его в секрете!

Хранитель вздохнул, по-видимому, привыкнув к тому, что его перебивают.

– Алиса, закрой глаза. Сосредоточься на том, чтобы найти нужную книгу. К тебе придёт образ, который приведёт нас к первой книге.

Алиса фыркает, скрестив руки на груди.

– И это всё? Это всё, что мне нужно сделать? Звучит… до смешного просто. Она скептически смотрит на Хранителя. – Ладно, наверное. Я в деле! Давай найдём книгу с помощью вибраций. Просто скажи слово.

Алиса закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Но все, что она могла видеть, были кружащиеся цвета и расплывчатые формы.

– Нет, – объявила она, открывая глаза. Ко мне ничего не приходит.

После этих слов чаша терпения Хранителя, казалось, переполнилась. Его спокойное, почти задумчивое выражение лица сменилось гримасой раздражения, а в глазах вспыхнул зловещий огонёк. С резким хлопком, эхом, разнесшимся по пыльной тихой библиотеке, он со всей силы ударил ладонью о ладонь. И сразу же откликнулся мрак. С потемневших полок, словно зловещая река, потекли ужасающие твари — рой пауков размером с детскую ладошку. Они спускались, скользя по книжным переплётам, спускались на пол, где превратились в единую извивающуюся, шевелящуюся массу чёрных и коричневых тел, покрытых мерзкими густыми волосками. Они хрустели крошечными лапками по-каменному пола. Их жуткое передвижение казалось живым пульсирующим ковром, который неумолимо расширялся. В воздухе закружились тончайшие нити паутины. Они плелись с невероятной скоростью, словно их направляла невидимая рука, образуя вокруг Алисы мерцающие полупрозрачные барьеры, сверкающие сети, словно искры, пойманные в мрачном воздухе. Эти пленки переливались в тусклом свете, делая тварей еще более зловещими, словно они плавали в невидимом море.

Алиса, которая до этого момента держала себя в руках, не смогла сдержаться. Она закричала. Не от страха, нет. Ужас отступил перед чувством всепоглощающего отвращения. Крик вырвался из ее горла, полный отвращения и неприязни к мерзкому шевелящемуся рою. Она отшатнулась, стараясь отпрыгнуть подальше от этого кошмарного зрелища, от их многочисленных лапок и мерзких тел, которые неумолимо надвигались на нее.

— Хорошо, хорошо! Я поняла! Просто… просто останови их, пожалуйста! — взмолилась она дрожащим голосом.

Алиса вздрагивает. Когда исчезает последний паук. Хранитель остаётся невозмутимым. Он щёлкает пальцами, и паутина полностью исчезает.

– Так… Намного лучше, – выдыхает, чувствуя облегчение. Алиса на мгновение крепко закрывает глаза, чтобы собраться с мыслями.

– Ладно, думай, Алиса, думай. Дело не в том, чтобы убегать от пауков, а в том, чтобы решить загадку. Открывает глаза и бормочет себе под нос, словно пытаясь убедить себя.

Голос Хранителя звучит тихо, с лёгким эхом.

– Задача остаётся прежней. Пауки лишь напомнили тебе о… неотложности.

Алиса, не обращая на него внимания, сосредотачиваясь на себе.

– Верно. Новый подход. Давайте превратим это в игру. Если бы я была книгой, хранящей важную тайну, как бы выглядела моя обложка? – она качает головой. – Нет, это слишком очевидно. Ладно, сменим тактику… Если бы я была золотоискателем, где бы я спрятала сокровище?

Алиса расхаживает взад-вперёд, сосредоточенно нахмурив брови. Но в её взгляде начинает проглядывать отчаяние.

Её голос становится более напряжённым. Игровой фасад трещит по швам.

– Золотоискатель... Но это не золото. Это что-то... гораздо большее.

Она перестаёт расхаживать по коридору, оглядывается по сторонам. Её плечи опускаются.

– Это Архив, не так ли? Всего...

Взгляд Хранителя непроницаем.

– Архив миров. Ты права.

У Алисы по телу пробегают мурашки. Она чувствует, как на неё наваливается тяжесть её задачи.

– И я должна… Я должна найти это. То, что они хотят использовать на ткани, не так ли? Чтобы… – её голос дрожит. – Изменить её.

– Потенциал... Значительный, – ответил Хранитель.

Алиса поднимает взгляд. В её глазах смесь страха и решимости.

– Это… это не просто какая-то маленькая головоломка, не так ли? Это… это может повлиять на всё. На мой мир… Может быть, не только на мой? Ткань. Может быть, они смогут использовать её в нашем мире. Всё зависит от этого, не так ли? От меня.

Она сжимает кулаки. Паника слегка отступает, сменяясь мрачной решимостью. Она смотрит прямо на Хранителя, и её голос становится твёрже.

– Мне нужно сосредоточиться. Я найду его. Обещаю.

Хранитель не отвечает. Но Алиса чувствует, как в ней появляется новая сила, подпитываемая тяжестью её ответственности.

Внезапно Алиса почувствовала, как ее сознание наводнили образы. Не просто мысли, а яркие, конкретные картинки, проносящиеся в ее голове с головокружительной скоростью. Они мелькали, как кадры старой кинопленки при быстрой перемотке, оставляя после себя лишь размытое, хаотичное впечатление. Она пыталась ухватиться хоть за один из них, рассмотреть деталь, понять смысл, но тщетно. Это было похоже на калейдоскоп, который вращается с такой яростью, что все узоры сливаются в одно неразличимое пятно.

– Нет! – Алиса вскрикнула. Резкий звук разорвал густую тишину. Ее голос, несмотря на отчаянную нотку, слегка эхом отозвался в просторном помещении с высокими потолками, подчеркивая ее одиночество в этой странной ситуации. Слова вырвались из нее прежде, чем она успела их обдумать, полные отчаяния и раздражения. «Это слишком быстро! Я не могу разобрать ни одной картинки!» – пронеслось в ее голове, как вопль разочарования.

Разочарование, холодное и острое, клокотало в ней, как кипящая лава, угрожая затопить её решимость. Оно было подобно волне, накатывающей на берег, и казалось, что ещё немного, и она просто сдастся, отступит перед невидимым барьером, который выстроился между ней и её целью. Головоломка, которая с таким трудом давалась ей, казалась непостижимой, рассыпавшейся на миллионы мелких осколков. Казалось, что в каждой из этих древних пыльных книг, окружавших её, содержится жизненно важный ключ, но все они представлялись ей лишь мимолетными, хаотичными фрагментами, бессмысленными и не поддающимися никакой интерпретации. Она чувствовала, как её надежда с каждой секундой угасает, подобно свече на ветру. Это ощущение беспомощности и бессилия было невыносимым.

Внезапно чья-то рука, тёплая и мягкая, обхватила её, как заботливое одеяло. Это был Хранитель, в котором Алиса чувствовала надёжную гавань. Его присутствие словно рассеивало тьму в этом вихре мучительных образов. Его прикосновение, пропитанное спокойствием и силой, было тем, в чём Алиса так отчаянно нуждалась. Когда его пальцы сомкнулись на её руке, хаос, бушевавший в её сознании, отступил, словно напуганный дикий зверь. Картины в ее сознании, которые раньше мелькали с бешеной скоростью, начали замедляться, словно затихая перед рассветом. Алиса, продираясь сквозь густую пелену образов, сумела сосредоточиться. Ее взгляд зацепился за книгу, словно магнит притянулся к металлу. Её обложка выделялась ярким пятном на фоне тусклых полок библиотеки. На обложке пульсировало изображение: классическая кухня, словно фрагмент из ее собственного прошлого, со всеми деталями, выписанными с завораживающей точностью: блестящие столешницы, отражающие мягкий свет, массивная белоснежная раковина в фермерском доме и, что было особенно странно, вода, непрерывно льющаяся из крана. Вода, как символ неиссякаемой жизни, неустанно лилась вниз, и этот, казалось бы, простой, но полный намёков символ запал ей в душу, как навязчивая мелодия, требующая разгадки.

Алиса резко выдохнула и отдернула руку от Хранителя. Ее глаза широко распахнулись, выражая одновременно удивление и внезапное понимание. Повисшая между ними тишина была нарушена восклицанием Алисы.

– Я поняла! В ее голосе звучала уверенность, граничащая с возбуждением. «Первая книга… Она должна быть о воде!» Мысль озарила ее, словно вспышка молнии. «Что-то связанное именно с водой. Вот с чего нам нужно начать наше путешествие!»!

Хранитель, внимательно наблюдавший за реакцией Алисы, одобрительно кивнул. На его обычно сдержанном лице промелькнула едва заметная, но тёплая улыбка. Казалось, он был доволен её проницательностью.

– Отлично, — спокойно проговорил он. — Я чувствовал, что все подсказки будут неразрывно связаны между собой. Это логично. Давай разделимся, — предложил он, подавая пример рационального подхода к решению задачи. «Ты сосредоточься на одном книжном шкафу, а я тем временем осмотрю другой», — он указал на противоположную сторону коридора. «Мы будем внимательно искать, пока не найдём книгу, которая соответствует увиденному тобой образу», — пояснил он, делая акцент на важности её видения.

Собравшись с мыслями, они синхронно разделились и начали неспешно продвигаться вдоль длинного коридора, внимательно изучая бесконечные ряды стеллажей, заставленных книгами. Каждый том был для них потенциальным ключом к разгадке. Внезапно, когда Алиса пристально рассматривала книги на нижнем ярусе, ее взгляд зацепился за нечто странное. Под одним из стеллажей, прямо на полу, растеклась небольшая лужа воды, нехарактерная для этого, казалось бы, сухого места.

– Я нашла! — закричала Алиса, не сдерживая своего волнения. Ее голос эхом разнесся по коридору, привлекая внимание Хранителя.

Хранитель, услышав ее взволнованный крик, быстро подошел к девушке. Он наклонился и тоже посмотрел на странную лужу, собравшуюся под стеллажом. Его брови слегка приподнялись, выражая не только удивление, но и заинтересованность. Загадка становилась все более интригующей.

– Отличная работа, Алиса. «Ты начинаешь учиться», – произнес Хранитель, и его голос был полон похвалы и тепла. Легкая улыбка скользнула по его губам, отражая удовлетворение от успехов девушки.

– Конечно, я способная ученица, – ответила Алиса с лукавой улыбкой, и её глаза озорно блеснули. Она слегка наклонила голову, принимая комплимент с непринуждённой гордостью.

– Осталось совсем немного, – Хранитель слегка прищурился. – Найти среди этих бесчисленных книг ту единственную, с которой капает вода. Он обвёл рукой огромное пространство библиотеки, где книжные полки тянулись до самого потолка, словно каменные исполины, хранящие тысячи историй.

Алиса подняла взгляд вверх, и её улыбка тут же померкла. Наклонив голову, она с явной тревогой смотрела на бесконечные ряды полок, уходящие вверх, словно лестница в небо.

– Но как мы поднимемся наверх – ее голос звучал чуть тише, чем обычно, выдавая ее волнение. Она представила, как карабкается по этим неустойчивым книжным полкам, и ее сердце екнуло.

Хранитель снова одарил ее своей успокаивающей улыбкой, в которой не было и тени сомнения. Его глаза искрились уверенностью, как будто он мог управлять всем в этом мире.

– Это не проблема, – заверил он. И в его взгляде промелькнуло веселое озорство. Он не торопился, словно у него была целая вечность, чтобы позволить Алисе насладиться этим моментом.

Вместо того чтобы подойти к высоким книжным шкафам, он плавно потянулся к тонкому деревянному посоху. До этого момента Алиса его не замечала, но теперь он казался неотъемлемой частью этого места. Посох стоял у стены, словно ожидая своего часа, и был украшен сложной резьбой, напоминающей переплетающиеся листья и таинственные символы.

Хранитель взял посох в руки, и Алиса увидела, как он с грацией и лёгким щелчком дважды постучал концом посоха по каменному полу.

В тот же миг каменная плитка под их ногами вспыхнула загадочным сиянием, словно внутри неё пробудилась дремлющая магия. Затем воздух вокруг них задрожал от едва слышного гула, который, казалось, доносился из глубин земли. Книжные полки, которые до этого казались незыблемыми, начали медленно, но заметно смещаться. Их нижние полки ушли вглубь, а из образовавшихся промежутков стали подниматься широкие платформы, образуя импровизированную лестницу, элегантную и прочную, ведущую к самой высокой точке книжных полок. Платформы, казалось, были созданы из воздуха. И в её глазах мелькнул отблеск неземного света.

Алиса застыла на месте, слегка приоткрыв рот от изумления. Она знала, что Хранитель могущественен и способен на чудеса в этом необычном мире библиотеки, но всё равно не могла скрыть своего изумления от лёгкости и изящества, с которыми он решил эту проблему. Ни одна книга не сдвинулась с места, не покосилась и не упала, словно невидимая рука бережно удерживала их на своих местах. Но теперь перед ними была идеально ровная лестница. По которой они могли легко добраться до книги. С которой капали редкие капли воды. Это место, окутанное тайной и волшебством, не переставало удивлять её своими сюрпризами.

Она посмотрела на Хранителя, и на её лице расплылась широкая улыбка, словно она разгадала какую-то древнюю загадку. В её глазах заплясали огоньки, предвещая грядущие приключения. Тишина вокруг казалась наэлектризованной от ожидания.

— Ладно, думаю, это не проблема, — признала она, чувствуя, как по коже бегут мурашки. В тот момент, когда ее нога коснулась первой ступеньки, лестница словно выросла из тонкой дымки, зависшей в воздухе, подобно видению из другого мира. Охота за первой книгой началась, и она чувствовала, как древние силы пробуждаются вокруг нее, подталкивая вперед.

## Глава 4 Мир Слёз

Подъём не потребовал усилий. Ступени, хоть и казались сделанными из ничего, были твёрдыми, как гранит под её ногами. Поднимаясь, Алиса провела рукой по полкам, касаясь пальцами корешков древних фолиантов. Названия на незнакомых ей языках нашептывали ей секреты. Она чувствовала себя ныряльщицей, погружающийся в глубины огромного океана, где каждая книга была уникальным и завораживающим существом.

Наконец они добрались до самой верхней полки. Книга, небольшой томик в кожаном переплёте, действительно плакала. Вода стекала с её страниц, оставляя пятна на полке. От влаги пахло солью и древней печалью.

— Что это — спросила Алиса едва слышным шепотом.

Хранитель ничего не сказал. Только жестом показала ей, чтобы она взяла книгу.

Алиса нерешительно протянула руку и взяла его. Кожа была прохладной и влажной под её пальцами. Когда она прикоснулась к нему, её захлестнула волна эмоций. Огромная, душераздирающая печаль. Ей показалось, что она ощущает тяжесть бесчисленных слёз, отголоски утраченных историй и разбитых сердец.

— Это… печально, — выдохнула она. И её голос дрогнул от волнения.

Хранитель кивнул, не отрывая взгляда от книги.

– «Книга слёз. В ней заключена печаль всего мира».

— Зачем оно здесь — спросила Алиса. — Зачем кому-то хранить что-то настолько печальное?

— Потому что, — сказал Хранитель едва слышно. – Печаль, как и радость — это часть истории. Это нить в узоре бытия. Мы должны помнить об этом, учиться на этом.

Пока он говорил, вода из книги начала светиться мягким биолюминесцентным светом, озарившим пространство вокруг них. В этом свете Алиса могла видеть мерцающие образы, мелькающие лица, моменты боли и потерь, невысказанные истории.

Лекс торопливо оглянулся на Алису, подгоняя ее взглядом.

– Нам нужно поторопиться. Прикоснись к книге, — скомандовал он, протягивая руку к древнему фолианту.

Алиса с некоторым сомнением, а Хранитель с более уверенным видом положили руки поверх книги на обложку, испещрённую непонятными символами. В тот же миг их ослепила резкая яркая вспышка. Когда зрение вернулось, они обнаружили, что стоят на мощеной улице маленького мрачного городка. Тяжёлые свинцовые тучи нависали над головой, погружая всё вокруг в полумрак. Пасмурно и темно — казалось, само небо оплакивало этот уголок.

– Теперь пойдем искать первый кусок холста, — произнес Хранитель, его голос звуча