Анатолий Ян
Его Сиятельство граф Андреев

Пролог

На руинах храма пантеона демонических богов, где силы света только что дали последний бой и победили, происходил не менее отчаянный бой против Бога-Героя, сразившего Верховного Демонобога. Ослабший и уставший Бог-Герой получил удар в спину от своей богини избранницы, которую так любил и прошел с ней всю войну богов против демонов. Остальные же его соратники не только не попытались остановить богиню, но и присоединились к ней в вероломной атаке на него.

– Какого вы творите? Вы сошли с ума? – взбешённо ревел он, отбиваясь из последних сил в небе от крылатых божеств, несущих свет.

– Такие вот дела, но, миру не нужен Герой, в котором не будет демонов. – сказал один из сияющих золотом божеств.

– Такая сила в одних руках никого из нас не устраивает. – сказал другой.

– Да много ли вы понимаете? Вы же передеретесь за власть! Без того, кто бы вас остановил, вы не лучше демонов. И ради ваших амбиций, вы уничтожите миллионы людей в войнах, которые вы будете развязывать друг с другом!

– Мы уже обо всем договорились. Ты нам не нужен чтобы править этим миром. Да и как мы можем позволить себе править собой такому молодому божеству? Ты самый молодой из нас! – высказался еще один.

– Ради чего этот мир спасать от демонов стоило? Вы его растерзаете! Любимая, но почему ты пошла против меня? – вопросил Бог-Герой.

– Дорогой, извини конечно, но, тут такое дело, я просто не могу и дальше быть в твоей тени. Как я могу быть лишь приложением к кому-то? Я хочу сама быть в своем праве. Ты мне больше не нужен, и ты не нужен этому миру!

– Ах ты лживая стерва! – взбесился он.

Бог-Герой засверкал пурпурным светом, собрав в себе все силы, что у него остались, и совершил мощнейшую атаку, что он проводил за те тысячелетия, что существовал как бог. Он промчался с огромной глефой в божественных руках, оставив за собой остаточный силуэт пурпурного цвета. В этот момент золотой свет смешался с пурпурным, а тело богини, предавшей своего спутника, начало распадаться, так как божественная душа была разрушена.

Но остальные боги не стали долго ждать своей очереди. Они разом атаковали Бога-Героя, израсходовавшего силы на самоубийственную атаку в порыве гнева. Золотые стрелы и копья, косы от ударов меча с расстояния. Всё это добило Бога-Героя.

– Идиоты. Этом мир не проживет и столетия! Или вы думаете демоны из междумирья не вернутся? Вы глупцы! Они вернуться в тот самый момент, когда вы разорвете сами мир на части!

Бог-Герой стал заполнять всё фиолетовым светом вокруг, но при этом все вокруг стало тянуть к нему. Лишь боги могли противится притяжению, которое случилось внутри божества, которое оказалось в процессе распада его божественного тела.

– Улетаем! Он сейчас взорвется! – крикнул один из золотых богов.

– Ты решил прикончить нас вместе с собой?

Спустя еще несколько десятков секунд взрыв создал огромный шар пурпурной энергии, а когда буря пурпурных молний утихла над этим местом спустя несколько лет, на месте остался глубокий кратер, и его радиус был несколько десятков километров. Бог-Герой не смог унести с собой еще кого-нибудь. Но ему уже было всё равно. Он знал, тот мир будет обречён. Ведь Воля Мира слаба, иначе бы не допустила не то что демонических богов в мир, но и демоны не смогли бы закрепиться на тысячелетия.

«Где я?» – очнулся я непонятно где, и явно лицом в пол. – «Все тело ломит». – подумал я, пытаясь подняться. Кое как на дрожащих ногах я поднялся и огляделся. Богато обставленная комната, со вкусом. Шелковое постельное белье, мебель из благородных сортов древесины.

Я увидел зеркало и что-то меня сильно потянуло в него посмотреть: – «Эй, ты кто?» – задался я, увидев юношу, русый, почти блондин, с голубыми глазами, прямой аристократический нос, в меру высокий, но не дылда, подтянутый юноша с короткой стрижкой, но не под ноль. Фу, благородный мужчина должен растить длинные волосы, иначе как показать, что у тебя есть деньги на мытье волос каждый день? И вообще, что это за холоп? А что за слово такое, холоп? Разве правильно не плебей? Эй, плебей, ты кто? – «СТОП! ЭТО ЖЕ ЗЕРКАЛО!» – выкрикнул я в свое сознание, смотря на… себя. Не, так-то красавец, но волосы отрастить… Но кто я? Почему я в смертной плоти? А… точно… я смог в последний момент сбежать сквозь дыру меж измерениями. Разрушение моего божественного тела… столько энергии. Да, это разорвало пространство. Но, как я попал в это немощное тело смертного? Хотя… в нем немного есть магии. Правда, магия отличается от моего мира. Хм… в моей памяти возникает логическая картина системы магии этого мира. Это из памяти этого паренька? «Да, я кажется получил воспоминания реципиента. Хм, Граф… уже не плохо.» – кивнул я на «себя» в зеркале. – «Ладно, посмотрю на прически мужчин, может так принято? Но, если можно, сразу будем растить прическу подлиннее!» – я дотронулся до правильной формы подбородка. – «Хм, Мое Сиятельство, Граф Андрей Александрович Андреев, прошу любить и жаловать. Пожалуй, начну всё с белого листа.» – я попытался наполнить тело божественной энергией… – «Что? Ну хоть чуть-чуть! Да что за нахрен?! Как я должен защищать мир без силы божества?! Я что, много прошу? Ну не десятую долю, хоть сотую!!!» – сел я на колени и вдруг засмеялся. – «Ну что же, раз я не могу быть богом, то возвеличусь как смертный!»

Ведь так даже лучше. Смертные не ограничены законами мироздания, как боги. Я смогу развернуться на полную. Реципиент только что похоронил родителей, а значит, я в своем праве.

Глава 1

Я жал на тапочку Asura NSR. Хорошая машинка 2017 года. И да, сейчас на календаре начало июля 2020 года по местному летоисчислению. Красивая и быстрая. Со своим характером. А жму я на тапочке не ради драйва. Просто потому что за мной хвост.

Я сейчас в Японии. И прошло чуть более месяца с моего пробуждения. Так уж получилось, что работать нужно для достижения целей. А лучшие станки-чпу в Российской Империи производятся в Японии. В этом году ровно сто лет, как Япония по результатам Великой Войны 1905-1920 года перешла под руку Русского Императора. Ровно, как и Персия. А вот Польши лишились. Австрияки нагадили вместе с бриташками. И да, убеждения этого паренька теперь и мои убеждения тоже. По-моему, это честно. Да и откуда мне брать стройную картину нового мира? Вот и принял его.

О преследователях. Не знаю я нахрен что за черти. Но как только я попытался удрать, в меня полетели сосульки и огненные шары. Пришлось экстренно создать стену льда и тикать с шоссе. Нет, я подозреваю, что это мои любимые родственнички, которые отравили реципиента.

Ага, именно отравили. Ну не сам же он сдуру принял яда после похорон родителей? Нет, так вероятно и хотели преподнести. И да, 99 % даю, это родственнички траванули меня. Может быть, даже моя сестренка. Катенька. Её приняли в основную ветвь рода по соглашениям с троюродными родичами. Вот только там своя история, и сама сестренка мне не через три колена родственница, а аж седьмого. Законы странные. Я могу на ней жениться, потому что не родная сестра. Но при этом она такой же наследник, ведь принята в род, и сейчас моя сестра. И если я помер бы, она стала новой сиятельной графиней. Но тут вот какое дело, по происхождению она из ветви рода, приходящейся мне троюродной. А так как у неё пока что нет детей, то ей уже наследуют та, боковая ветвь рода. Как интересно! Но тут еще есть родственнички матери, которая из княжеского рода. И княжеский род матери ой как не любит наш род за то, что та ушла в довольно-таки бедненький графский род, графское достоинство которому даровали моему прадеду, молодому офицеру, отличившемся на кавказском фронте во время Великой Войны. То есть, почти вчера по меркам аристократии. Более того, у нас почти земли нет своей. Ну, есть, но, формально. В Польше она. А где сейчас та Польша? Одни претензии. Графское достоинство пожаловали, шубу с плеча Императора Всероссийского одели, но, по мнению княжеских родов, как были в лаптях, так и остались.

Кстати, родители у меня познакомились на войне. В Эфиопии. Защищали интересы веры православной. Эфиопы может и цвета кожи другой, и может их можно считать немножко заблуждающимися, дохалкидонская у них церковь. Но это свои, а не вот эти вот католики и протестанты с запада. Британцы, Австрияки и их родственники из Иберийского Союза, через наемников с Итальянского сапога и Кальмарской Унии, так внешне похожем на другую часть тела, но очень неприличную, попытались свергнуть эфиопского царя, который ну ни в какую не хотел вводить свободную торговлю, рыночную экономику, и вообще открывать страну для империалистического капитала с запада. Царь конечно поменялся, но это наш царь. И туда пришел наш капитал, и вот уже двадцать лет мы с удовольствием пьем эфиопский кофе, а японские корпорации добывают там железо и уголь. И да, Князь Еринеев привозит эфиопский мрамор. Говорят, царевич себе из него усадьбу отгрохал. Да и немало завозится драгоценных камней и золота. В общем, против чего боролись тем и занялись, но, со всем уважением и щедростью к местному населению. За успехи в войне нам пожаловали мебельную фабрику в Новороссийске. Городе Штормовых, так, к слову, родственников матери. Хороший пакет, деревообработка, бумага, типография, мебель. Кстати, для бумажной фабрики, и типографии, выросшей из неё, я сюда и приехал. В первую очередь. Да и для других семейных дел нужна обнова. Однако, более всего физически устарела именно техника на бумажке.

Вот засада, догоняет один. Ну что-же, ручник, блокируем задние колеса, входим в занос, скользим по прямой, и шлепаем огненным шаром из окна. Жмем на тормоз и газ, блокируем снова задние, выворачивая обратно. Фууух. А это мне понравилось!

Как хорошо, что я попал в мир с более продвинутыми технологиями. Такие игрушки придумали люди. Сколько там лошадок? 575? Или 573? Сколько мне там автомобильный агент на прокатной стоянке сказал? Ну, лошади к лошадиным силам отношение не имеют, дань поколению гужевой тяги, так сказать, но звучит смешно, сколько там лошадей запряжено в телегу? Пятьсот? Представил я себе экипаж с пятью сотнями лошадей в упряжке. Сколько бы это было метров? Если по двое… да где-то 600-800 метров длиной упряжка. Смешно?

Чтобы оторваться, я поехал в ближайшие горы. Объеду гору, выехав с другой её стороны. Пара кнопочек на приборной панели, и поменял дифференциал. Правда, руль заблокировался, так что такой фокус только по прямой. Японцы любят дрифт, он же занос. Поэтому увеличим значение на задний привод. Реципиент и не знал, что на ходу можно. Но это же суперкар! Вот точно не угонятся. Ну кто по горным дорогам гоняет со средней скоростью больше ста километров? А по прямой так как нажму!

Интересно, а местная полиция меня попросит проехать пояснить за применение магии и опасную езду? Или паспорт аристократа работает как объяснительная? Зелёненький такой, с двуглавым да золотым.

Я ехал уже с другой стороны, снова въезжая в Сайтаму. В этот момент мне звонит один из членов совета директоров Кирин Групп. С ним мы и начали переговоры изначально, когда я купил 1,67 % акций компании, которая принадлежит в основном пяти кланам из Сайтамы. Двадцать процентов акций на свободном рынке, еще пять у высшего менеджмента, некоторые из них получили их в наследство вместе с должностью. Компания имеет давнюю историю. И тут покупает акции аристократ с материка.

Русские аристократы очень, ну очень редко делают предприятия акционерными или делят их на доли. Единым и неделимым пирогом конкретный заводик. Впрочем, как и персидская и тюркская аристократия Империи. Вот и со мной связались, узнать, какого хрена я хочу? Ну а я сходу, хочу это, это и это. И с ценником для своих. Ну вот ко мне и со всем уважением.

– Андреев-Сама, простите, что беспокою так поздно, но это случилось только сейчас. – сказал тот.

– Токуши-Доно, как вы можете понять по фону, я за рулем, так что, все в порядке. Говорите смело, что стряслось? – мы использовали в обращении местный этикет, а конкретно суффиксы, хотя и говорили мы на русском.

– На производстве авария. Она остановит производство на минимум два дня. Мы очень виноваты перед вами. Мы не успеем в оговоренный срок.

– Оставьте это, я закладываю в свои планы возможность форс-мажоров, а это он и есть. Пара дней не имеет большого значения. Но спасибо за предупреждение. А знаете, что? А почему бы не потратить три дня на полную проверку вместо двух? Не хотелось бы чтобы еще что-то не вовремя приказало долго жить. – намекнул я директору.

– Это хорошая идея. Стоит провести профилактику, раз имело быть такое происшествие. – согласился директор Токуши.

В этот раз я решил не играть смыслами и сказать прямо:

– Есть вероятность диверсии от конкурентов? Как никак на рынке 27 компаний, а сам рынок чпу один.

– Я не исключаю, но, на первый взгляд имеет техногенный характер. Ну, может еще отсутствие должной профилактики, поэтому следует действительно все тщательно проверить. И заодно и злонамеренное вмешательство проверим.

– Вот и хорошо. И да, меня тут преследовали, магией атаковали. Возможно, мои знакомые, но, могли быть и ваши. Так что, будьте осторожны.

– Благодарю за доверие такой информации. Предупредим наши службы безопасности. – кивнул, ну, наверное, кивнул директор.

А я подумал над тем, что я знаю о местных традициях пакостить ближнему. Ну, диверсия на производстве, это распространённая вещь. А вот такая топорная попытка сделать нехорошо лично? Это скорее наша русская традиция все сделать через одно место. Ну, которая жопа. Впрочем, события произошли в один день.

И с каких пор я себя к ним причисляю к ним? Я русский дворянин слегка более месяца. Как же память предшественника меня поменяла. Хм, но это тоже хорошо. Иначе бы меня сразу раскрыли.

Я поднажал газу, так как собирался побыстрее оказаться в отеле. И черт возьми, почему в моем родном мире такое не придумали? Теперь обожаю быстро ездить. Просто влюбился в скорость. В конце концов, какой русский не любит быстрой езды?

Глава 2

– Катя, это хорошо, что ты не спишь.

Я вошёл в комнату небольшого загородного отеля. Ну как небольшого? Стены вокруг три метра. Отель с одним номером для аристократов с материка. Тридцать тысяч рублей за съём номера. Жаба душит. Но! Я сейчас не бог. Я сейчас аристократ со всеми заморочками по этому поводу. И, вот сука, нужно не уронить себя перед окружающими. Прежде, чем я получил божественность, мне часто приходилось общаться с аристократией, и я её ненавидел. А став богом, общался с королями и императорами, мудаками в кубе… А теперь сам один из них…

Сестренка сидела за ноутбуком на своей кровати в откровенной белой ночнушке. Она высокая, 181 сантиметр роста подтянутая блондинка с внушительным бюстом и спортивными бедрами, словно у бегуньи на длинные дистанции, и конечно же такой же спортивный животик. При этом она не физик, но тело превосходно. А если говорить о прическе, то она предпочитала высокий хвост из объемных кудрявых локонов. Вот только сейчас она была после онсэна, поэтому опустила волосы, и её прическа выглядела несколько беспорядочно.

– Так по нашему времени день еще. Мы с Фаррухом обсуждали приложение для клиентов. – она оторвалась от ноутбука с логотипом кренделька и хмуро посмотрела на брата. – Выглядишь расстроенным, Андрей. Что такое? Японцы заартачились?

Фаррух – перс программист, которого нашла сестра. Сестренка разносторонний талант, один из них, это информационные технологии. И вместе они уже месяца четыре что-то мутили.

– Японцы как раз были рады работать со мной. Тут другое. Из тебя плохой безопасник. Мне пришлось уходить от погони.

Сестру справедливо подозревал. Могла ли она отравить? Да, возможность была. Причины были? Наследство делить. Смогла бы она им управлять? Вообще да, но даже если нет, то, ну мы же все понимаем, что каждый второй аристократа проматывает родительское состояние. Но, сестра бы могла справиться. Даже с приростом. Поэтому и не отдаляю её от себя.

– Прослушка? Маячок?

– Сходи посмотреть тачку. – кивнул я.

Я смотрел, как она копалась под левым порогом. Взрывчатку подложить сложно, сканер взрывчатки есть у почти всех одаренных аристократов. Обязаны изучить такое. А вот жучок? Ну он маленький, и он не сразу включается. Да и не каждый маг почувствует радиоволны, а только поднаторевший в стихии электричества.

– Нашла суку. Вот он радиомаячок. – вылезла она из под машины и осмотрела находку. – Швейцарский. И вашим, и нашим за монету спляшем. Гибкая, бляди, позиция.

Я посмотрел на нее с осуждением:

– Не выражайся. Ты девочка и благородная. Хоть ты и права. И? Когда могли подкинуть? Машину ты проверяла при получении. – прищурился я.

Ох уж эти швейцарцы. Действительно, и вашим, и нашим. Австриякам продали антенны управления дронами. А арабам в Леванте продали средства их подавления. Из–за этого османы, руками которых там австрияки наводили порядок пять лет назад, понесли потери, так как вынуждены штурмовать места расположения станций. В итоге трубу они таки построили. Но несколько месяцев назад её взорвали. Вой стоит до сих пор. И никто не поймет, кто же подготовил диверсантов и взрывчатку? Мы показательно тоже. А нефиг провоцировать, мы тоже так умеем. Редко только так делаем

– Ты сомневаешься в том, как я проверяла? – возмутилась та.

– Ты скажи варианты.

– Магией телекинеза запросто. А ты как раз покидал машину. Узнать, что мы приехали сюда, тоже просто, если очень хочется. Как и понять, к кому ты поедешь. А дальше дождались удобного случая. Андрюша, нет, я понимаю, ты не хочешь нанимать новый состав охраны, тоже не доверяю, но уж лучше так, чем вот это. – она покрутила в руках маячок и бросила его брату.

Я, поймав его, осмотрел его. И сжал его. Пробубнив местные ругательства, я прислонился к машине спиной.

– Службу безопасности рода с улицы не берут. Отец и матерью погибли меньше суток, а половина уже написала заявление. Я займусь этим. Пройдусь по ветеранам. Поищу людей, двадцать лет назад воевавших в одном окопе с родителями.

– Мало кто согласится, кто-то устал, кто-то при деле, но, хоть кто-то. – кивнула Катя. – Кого из наши жадных и бесполезных родственников подозреваем?

– Да всех. А еще родственники мамы, хотя и меньше остальных.

Катя разинула рот:

– Они-то каким образом?

– Если меня грохнуть, ну, пока я в статусе главы рода, а тебя, пока не вступила, то они все могут заявить права. Так делают редко, но недавно был похожий случай. Я про заявление прав, не грохнуть. Его разрешал лично император. И, как и там, троюродная ветвь не воевала, а князья Штормовые послали десятки юношей и девушек. В случае одинаковых прав, император отдаст предпочтение исполнившим долг дворянам.

– Им денег не хватает?

– Денег всегда мало. – пожал я плечами. – Вот только они за двадцать лет просто нас показательно игнорируют, а не гадят. А троюродная ветвь что только не устраивали.

– И их есть основание подозревать…

Катя права. Пока я приходил в себя, наши родственники приперлись на следующий день после похорон. Мол, помочь чем, утешить и тому подобное. Они? Ага. Сестре я рассказал про попытку отравить. В первую очередь, проверял реакцию. А вот реакция родственничков, что у меня лишь недомогание, которое можно списать на шок, ну, наглые, даже не пытались не палиться.

Сестрёнку хотели посадить во главе стола, или просто дать ей наследовать, а потом случайный случай? К сожалению, это тело еще слишком слабо для божественной мощи, чтобы игнорировать мирские законы. А положение графа средней руки, живущий за тысячу километров от императора, не позволяет безнаказанно вершить правду и творить истину.

– Пока мы ничего не можем сделать. Мы даже не знаем, случайна ли была автокатастрофа, в которой погибли папа с мамой… а тут мы не знаем, как отравили меня. Более того, ИСБ даже не заинтересуется сегодняшним…

Я перевел внимание на тачку. Хороша, чертовка.

– И, хочу эту дикую кошечку. Закажешь её к нам в поместье?

– С каких пор ты интересуешься агрессивным вождением? Ну да ладно. Нам нужно показать, что ты выбрался из депрессии. Или что пытаешься жить полной жизнью. – скептически она отнеслась к покупке суперкара. Как никак, это развлечение для богатых простолюдинов, а не благородных породистых, как пудели на выставке, аристократов.

– И подготовь мне детальный, но без воды, отчет по текстильной фабрике. По возвращению она первая на очереди к экзекуции. Будем пороть управляющий состав. Бумажка будет потом, там просто все старое, от того никто особо и не старается.

Я сказал это и направился отдохнуть. Вот только буквально на этом же шагу меня вызвонила ИСБ. Заинтересовал-таки царскую охранку. Еще три часа они меня мурыжили по поводу погони. И пришлось на островах задержаться на три дня. Зато узнал, что напавшие местные, кого-то даже задержали. Но вот их нанимателя нашли на обочине с простреленной башкой. Посредник. А у посредников работа рисковая, чуть что, концы в воду. Еще в прошлом мире я знал аксиому, если работаешь чужими руками, работай минимум через двоих, чтобы если что, можно было их, руки, отрубить.

Глава 3

Я смотрел на фиолетовый NSR. Ну, цвет выбирала сестрёнка, но с цветом она угадала. Люблю цвета этой длины спектра. Ну, в гараже было несколько машин представительского класса, и еще RD5S, ядовито-зелёный. Я не знаю, откуда там эта машина, но, стоит там с тех пор как себя помню. Ну, я про память этого тела.

– Maeda RS 7? Так это мамин. Ты не знал?

Я покачал головой. И действительно, моему предшественнику было совершенно некогда. Мы, Андреевы, выскочки. И чтобы заслужить принятие в узкий круг людей, большинство из которых снобы, мы должны постоянно быть лучше всех. Те же Демидовы из-за Урала признали нас достойными. Отец с их главой рода, как я знаю, дружил еще с офицерского училища и воевал с ним в Эфиопии. Просто потому что зауважал. А Демидовы – это сердце военной промышленности империи.

– Она была знатной любительницей спуска по серпантину в молодости. Подростковый бунт, и вообще «тусоваться» с простолюдинами любила она, как и ты. Она обещала мне её отдать, когда поступлю в академию. Вот только не знаю, найдется ли у меня времени. Мне придется взять много на себя, чтобы дать тебе время на учёбу. Машина так и будет стоять.

Я удивился. Учёба? Про это я еще не подумал. Да и вообще, я итак много знаю нужного.

– Это вот так прям обязательно?

– Окружающие не поймут. Ты не третий сын боярский, а целый граф. Должен закончить высшую академию, получить специальность и магический сертификат. И наше положение…

– Ну уж нет. Корочка не важна, это… прости за сленг пребеев, но это понты. Но, знакомства и связи из академии, вот что важно! Ты идёшь со мной искать верных друзей.

Катя аж вся заулыбалась. По её виду я понял, что она от счастья готова кинуться мне на шею. Я поспешил сменить тему.

– Слушай, сестрён, а это же не Asura?

– Это та же самая, только руль с другой стороны. Внутри, как я узнала, начинка идентичная. Asura бренд для Западной Европы и их колоний. Нам бы пришлось ждать её недели три. Да и стоит она в три раза дороже. А Kudo, основной бренд, пригнали за три дня из выборгского княжества за двести тысяч рублей. И все по-русски везде написано, а не на бритском наречии. Ну, руль справа. Ну так островитяне выказывают протест нашему над ними правлению. Даже титулы дворян не переводят на нашу систему, или хотя бы европейскую.

– Рука-лицо. – усмехнулся я.

Я промолчу про стоимость. Сейчас важно показать, что у рода есть звонкая. А что касается японцев, я и сам бы на их месте стремился сохранить свою самобытность.

– Я уже прокатилась на ней. На меня таааак посмотрели из Руссобалта с заднего сидения. По гербу, вроде род графа Фомского. Кстати, странно, что они на Чайках не ездят.

Вот уж у кого денег куры не клюют. Банкиры кубанские. И да, именно у него отец несколько лет назад выиграл целый цементный завод в карты. И на утро он не знал от чего голова болит, от того, что выпил дохера, или от осознания какую черную дыру приобрел. И теперь завод моя головная боль.

– У тебя же прав нет.

– В меня есть такой зелёненький документик с золотым двуглавым. – двумя указательными пальцами она в воздухе нарисовала небольшой прямоугольник.

– Дворянские привилегий на для того. Не пользуйся ими бездумно. Из-за вот такой-то привычки пшеков уже третий раз лихорадило за столетие.

– Да знаю я, брат. Я запишусь на сдачу.

– Водишь ты хотя бы уверенно?

– Ну, сигналить мне с криками «тупая блондинка» мне точно не будут. И сдам я сходу. Но до тебя мне далеко. – Сестра у меня блондинка, это правда. Но точно не тупая. И не крашенная. Однако, она сильно боится, что с ростом её силы поседеет, всё же, маги, изучающие электричество, часто беловолосы. Пигмент выгорает.

– Я слышал, что в тоже время, когда ты якобы должна была родиться, разбился недалеко от города корабль инопланетян. Может быть, ты инопланетянка, и на твоей планете нормально, что блондинки умные?

– Как ты узнал, что я инопланетянка? – преувеличенно она вылупила на меня глаза. – и вообще… – она подергала себя за локоны. – это парик, так как на моей планете все лысые.

Я легко посмеялся и указал на ярко-зеленую девочку с плавными изгибами.

– RD, забери ее. Только пусть герб рода будет. И найди время отправиться на гоночный трек. Мало ли когда понадобится уметь уходить от погони.

– Но воля мамы…

– Катя, мать не хотела тебе баловать и давать игрушки не по возрасту. А я считаю, что это не игрушка, а инструмент.

– Ты прав, брат. Кстати, почему ты вырядился как простолюдин?

Ну, прямо плебей плебеем. «Рванные» джинсы KUROI, худи Anqlo красного цвета, спортивные кроссовки Exics. Ну и поясная сумка–кошелек вместо ремня, идеально дополняющий стритвир. На мне двухмесячная средняя зарплата простолюдина, в рот компот! Да я красавчик и на мне написано: есть деньги. И да, с первыми двумя я успел провести переговоры по поставкам ткани в их московские производственные линии. Хоть какой-то плюс от задержки на островах. А сейчас я собираюсь поехать на фабрику, вставлять опиздюлину руководству фабрики, а может и попрошу кого-то нахер с пляжа.

– Слышала про такую забаву, как пранк?

– Удобно. Они же нас в лицо не знают еще. А если ты во всем дворянском, да с гербовой вышивкой, они же раскланяются все.

– Зайдёшь следом через полчаса. Но уже светя всеми регалиями и привилегиями.

Мы приехали в Майкоп. Какие-то 130 километров за 45 минут. Я не гнал! Здесь в нас расположена текстильная фабрика “Яркая Пташка“. Почему пташка? Ну сто лет назад так назвали, поди спроси, зачем. И сейчас тут работает пять сотен сотрудников. Многие наняты в последние года четыре. Вот только роста я не увидел в удельном выражении. Прибыль на сотрудника только падает, несмотря на то, что выручка только растет. А это значит что-то в чей-то карман из недополученного перетекает. А должно в мой.

Встал я на стоянку торгового центра по соседству. ТЦ кстати принадлежал простолюдину, и мы вроде как знакомы, он иногда приезжал к отцу в карты поиграть вместе с остальными бизнесменами, офицер в отставке, вот только личного дворянского достоинства ему не дали из-за какой-то истории с командованием. Катя, возбужденная от моей агрессивной езды, осталась сидеть в машине после того, как мы за 5 минут пробежались по имеющейся информации на счёт идиотии в отчетах. Сам же я пошел к проходной.

На воротах стояли двое охранников, вооруженные новенькими Автоматами Демидова, АД–17СпН, они отдали честь, и я им кивнул. Уж гвардия рода знает меня в лицо, и я уверен в тех, кто меня не покинул после смерти отца. Примечательный автомат тем, что его новая версия рождена по следам Эфиопии и Леванта. Хоть и стал вдвое дороже, для гвардии рода такой автомат один из лучших. Как и для подразделений СпН, собственно.

Но внутри меня ждал сюрприз. Что за чоповцы? Ну и рожи. Амбалы два на два одинаковые с лица. Я не понял? Они что, офисное крыло сторожат? Накой хер за это платить?

Я вернулся к гвардейцам:

– Что за рожи дублируют ваши функции?

– Василий Кириллович зачем-то нанял их.

– Когда?

– Пару лет как.

– Нихера не понял. Пойду разбираться. Если что, сестра подойдет через некоторое время. Пусть один ей поможет.

Я собирался с первого этажа подняться дальше, и, как ожидаемо, меня один из чоповцев тормознул.

– Хуйли надо? Наверх нельзя. – выдал один.

– Мне нужно к руководству. Так что пустите.

– Нехуй там делать. – сказал второй.

– Мне есть. Виталию Кирилловичу будет интересно со мной встретиться. – уверенно сказал я, держа руки в карманах худи.

– Нам похуй, у нас инструкции.

– Постой, давай доложим о нем. Может он один из тех?

Первый предложил, а второй достал мобильник и большими пальцами в него потыкал:

– Босс, тут шкед какой-то в обносках. Говорит к вам. Выглядит как нищий студент. Проводить в отдел кадров? Принято.

Я прямо сейчас представлял себе, как директор ворчит по поводу того, что студентики устраиваться лезут к нему. И мне прямо сейчас повезло. К кадровику ведут. Увижу картинку с другой перспективы. Будучи богом, мне часто самому приходилось собеседовать кандидатов в свои жрецы. Тут конечно другая сфера, но, работа есть работа. А кадры, ну они решают всё.

Пройдя в кабинет, чоповец сходу заявил:

– Лидия Семёновна, Василий Кириллович сказал к вам проводить. Пацан устраиваться пришел.

– Сколько раз говорить, трудоустройство с вторник по пятницу с десяти до часу. А, ладно… табель уже закрыла, остальное подождет. Пусть проходит.

Шкаф вышел, а я оказался в кабинете кадровика. Женщина примерно тридцати лет, черные волосы заплетены в косу, на пальце нет обручального кольца, несмотря на русское имя, адыгейка.

Она отвела взгляд от монитора на меня и я увидел в её глазах сканер ценников моей одежды.

– Ты, должно быть программист? – с надеждой спросила она.

– Хотелось бы устроится председателем совета директоров, Лидия Семёновна, но, давайте сперва посмотрим, что у вас в реквесте.

– Я предпочитаю наши русские слова. В поиске на замещение должности.

– Уважаю. А то понавезли тут словечек новомодных. Зачем вообще отпускают учиться по обмену? Привозят не наши идеи. А должны были знания. – стал я проверять реакцию, и, она оказалась такой, как я ожидал, раз уж она меня поправила на тему иностранных заимствований.

– Для справедливости скажу, что мы их студентов тоже на предмет консервативных идей хорошо перековываем.

– Пат. – пожал я плечами.

– Вот эти должностные позиции сейчас у нас открыты для замещения. – протянула она распечатку в виде таблицы.

Я всмотрелся и несколько… удивился. Ни одной позиции рабочих.

– Простите… а почему тут нет рабочих специальностей? Операторы ЧПУ и ЦПУ, к примеру, этого нет.

– Если вас интересует работа на линии, простите, но поиск закрыт. – она еще раз осмотрела меня с сомнением и удивилась.

– “Менеджер“ по рекламе, маркетинговый аналитик, логисты, а зачем вам четыре специалиста по информационным и компьютерным системам? Вы же производите ткань, а не банковский продукт.

– Это утверждает директор фабрики. Моя бы воля, и не думала искать в штат программеров. Нужно что-либо, написала техническое задание и привлекла бы внешний ресурс. Они же на фиксе будут сидеть, при этом, не профиль. У меня есть знакомые самозанятые компьютерные умельцы, но они не пойдут в штат в офис, который не в Екатеринодаре или на Черкесской Стороне на берегу моря. Да и… на месте нашего бухгалтера… это же пипец, мы производственная компания с оптовыми продажами. Накой, простите, хрен, нам пиар, реклама, узнаваемая репутация? Куда столько сотен тысяч рублей на рекламу?

Вижу, что у неё по этому поводу накипело. Не в первый раз исповедую. Обожаю, когда они сами все про себя говорят. Кстати, это она потому что я бог в отставке, или потому что душа болит и сердце не на месте? Вот и выдает по собственной воли.

– Директору пробовали объяснить? – я увидел в её глазах легкий гнев. – Понял, не тупой, тупой бы не понял.

– Эх, если бы владельцы фабрики хоть иногда приезжали, можно было бы нашептать. А сейчас новому графу, наверное, вообще не до нас. Такие страсти у них, аристо, там происходят из-за дележа наследства… а тут, я даже посоветовать не могу директору. Попросит на выход или заткнуться нахрен.

– Бухгалтерия тоже заткнулась?

– Тут скорее перепадает доля. Да и все знают, что она как минимум сосет у него. Это… лишнего говорю.

– Чепуха. Я же всё равно об этом узнаю потом.

– Выбрали интересующую работу?

– Аналитика больше по плечу моей сестре, но и я неплох. Давайте на неё.

– Мне нужен будет ваш паспорт. Мы подключены к базам имперских государственных служб, поэтому всё остальное подтягиваются по паспорту.

– Удобно. – я протянул зеленую книжечку с золотым гербом, а женщина слегка покраснела от её вида.

– Вы аристократ, господин? – поменяла она манер речи.

– Это проблема?

– Аристократы не устраиваются на работу в подобные места. Впрочем, если мы никому и ничего, то, плохого не случится?

– Я буду признателен, если мы продолжим общаться в простолюдинской манере. Мы род военный, со своими бойцами на ты, а не “чего извольте, сдрь“. – развел я руками.

Она начала заполнять мою анкету и тут побледнела от прочитанного в паспорте. Я был в предвкушении от ожидания её реакции.

– Г…гра…граф Андрей Александрович?

– Ага. – кивнул я. – Мое Сиятельство развесило уши. Вот вы и нашептали владельцу. Радуйтесь

– Может, все же, будем устраиваться председателем совета директоров? – порадовалась она.

– Да, но не сегодня. – улыбнулся я. – Как только произойдет реорганизация, простите за термин, всего моего имущества в один единый и неделимый холдинг, опять простите за не русское слово. И да, мне понадобится директор кадровой политики корпорации, опять же, не русские слова, извините. Жди повышения.

– А что мне для этого сделать нужно? – в надежде спросила она.

– Не бойся, не сосать как бухгалтер. Я же не старый извращенец Зотов. Нужно будет въебывать по-чёрному, Лидия Семёновна. Кстати, а у вас какая фамилия?

– Джаримова я.

– Хорошо. Прежде, чем ты меня поводишь по моим владениям, что за чоповцы?

– Еще одна схема директора. Они не через меня устроены, а через бухгалтерию.

– Сколько неустойка знаешь?

– Нет никакой неустойки, что странно.

– Хм…

Джаримова спустилась и подошла к чоповцам. Сейчас будет представление. Я посмотрел на время, сестра скоро войдет.

– Ребята, сожалею, но граф больше не нуждается в ваших услугах. Сегодня вы можете идти домой. За этот месяц сумма будет перечислена, однако после пролонгации не будет.

– Чё? Ты не можешь нас уволить. Мы подчиняемся директору, Василию Кирилловичу Зотову.

– Платит вам кто? Он? Нет. Из бюджета фабрики. И даже если из своего, то данное действие не согласовано с владельцем.

– Босс, тут… важно, босс. Это важнее. Тут кадровик спустилась и заявляет, что уволила нас. – вызвонил човопец.

– Да ты охуела, сука тупая. Это ты уволена, а охрана остается на месте.

– Нет, не уволена. Статьи такой не найдётся.

– Да мне плевать! С вещами на выход. Иначе Стёпа с Ваней тебя выбросят как есть. Эй, пиздюк, ты чего там сидишь на ступеньках и ухмыляешься?

– Зотов, вы тоже уволены. Сообщение прочитайте на телефоне.

– Пацан, пошел прочь!

– Босс, именно этот шкед к вам пытался прошмыгнуть. – указал на меня пальцем один из охранников, аж вырвать тыкалку захотелось.

– Да я по дешёвым шмоткам вижу. Здесь не цирк, пошел нахуй, иначе вынесут! – раскричался вороватый директор фабрики.

– Зотов, эти кроссовки стоят больше, чем твой костюм с ботинками, 643 рубля, между прочим. – приподнял я ногу. – я удивляюсь, как не знающий бренды директор может работать в текстильной сфере? Ты на пищевом учился что ли? Еще один повод уволить.

И да, он пищевик, и я с удовольствием ткнул в это.

– Да как твои обноски столько могут стоить?

– Могут. – вошла с гвардейцем Катя, держа в руках папку и планшет. – Если бы вы занимались продвижением продукции, а не обучали кадры для Кропоткина и Васюнина, то, может быть и знали, что KUROI давно к нам присматривается. А стритвир удовольствие не для безработных. Я, Андреева Екатерина Александровна, на правах заместителя главы рода, Его Сиятельства Андрея Александровича, разрываю с вами отношения. Вы более не являетесь работником данной фабрики. А так как мы вас подозреваем в мошенничестве и хищении собственности фабрики, прошу пройти в изолятор до приезда полиции и следователя. Молодые люди, а вас попрошу сдать ваши волыны и последовать следом. Вы можете быть соучастниками преступлений директора, а также, вы были крайне грубый с моим братом. Такое не прощаю!

Тут директор выхватил пистолет из кобуры амбала и развернулся ко мне. И, слава камерам, нам не придется ничего доказывать царской охранке, ведь теперь уже ИСБ вызывать нужно. Мозги Василия Кирилловича вышли погулять благодаря рефлексам гвардейца рода.

– Кролик, елы палы, ну его же надо было допросить! Ай, ладно, бухгалтершу ведите.

– Я Заяц. – поправил он за свой позывной.

– Сунул руку, нет яйца, так ебнулся с крыльца. – не остался в долгу. – А вы двое, заперлись и сидите тихо, иначе раз–раз, и в гробас.

В итоге совместно с ИСБ, мы вытянули из бухгалтерши схему их мутных махинаций на сумму по пол ляма на двоих в месяц. И это уже более трех лет происходило. Вот только ИСБ качает головой, денежки смогли перевести в швейцарский банк. А из Женевы выдачи нет. Они собирались вот-вот уезжать, но тут они придумали тему с компьютерщиками и хотели еще немного подоить фабрику и мой род. Не успели.

Глава 4

– А ты ей понравился, Андрюша. – мы оба провожали взглядом уходящую из ресторана и.о. директора Яркой Пташки.

После завершения всех мероприятий на фабрике, Лидия Семёновна согласилась отужинать с нами в ресторане при соседнем ТЦ. За ужином мы обсудили перспективную сделку с KUROI и Anqlo, а также видение по развитию корпорации. Раз уж мы все собираемся сделать под единой вывеской такую разностороннюю корпорацию, то почему бы дирекцию маркетинга не поселить в Майкопе? По что. Правда, часть всё равно уйдет к тем самым заказчикам. А вот логисты оказались бесполезны, их брали с улицы. Придется дать расчет и пожелать всего самого. А вот пять арендованных складов завтра посетит с гвардией Катя. Возможно, логисты могут тоже сесть. С порога на нары. У нас столько продукции нет, чтобы иметь столько арендованных складских площадей. А значит, логисты там держат не наш товар. Вот беда, склады проплачены на еще два года. Ну ничего, есть еще мебель, бумага, цемент и так далее.

– Я сходу её повысил. Конечно, она меня будет превозносить. И есть за что её повысить.

– Попу она явно накачала. Такому орешку и я завидую. За это?

– Катя, не рекламируй. Не готов я безвенницу заводить. Я мужчина с властью и мозгом. Конечно, подсознательно я её интересую. Кстати, я не вижу у нее кольца. В 29 лет.

– Я немного с ней пошушукалась. Ее бросил жених прямо в день свадьбы. Ему нашептали, будто она не девственница. А тот и поверил.

– Ой, и что, если нет? Они же простолюдины. Это у нас все по-своему, а у них давно свободные отношения и гражданские браки.

– Горец, да еще из богатой семьи. Его отец, скорее всего, в личном дворянстве. Правда, городок маленький, вот и должности могут быть только на личное. Традиции, типа чтут. А сам проституток пользуют. Он потом извинялся, когда понял, что она чиста. Вот только она уже ему не верит и не простила. И да, если ты сделаешь её безвенницей, ей это не повредит. Её же бросили прямо из-под венца. – вздохнула Катя.

– Когда она увидит корешок своей зарплатной ведомости, она просто сможет купить себе мужа.

– Собираешься держать её на двух должностях?

– Директор по кадровой политике нам нужен. Да и в отрасли она оказывается разбирается лучше всякого Зотова. – пожал я плечами. – Как минимум, она сходу определила на мне бренды.

– Андрюша, скажи… а почему мы раньше не обедали в простолюдинском ресторане? – спросила Катя.

Я посмотрел на блюда русской и кавказкой кухни на столе, а потом подумал о «высокой» французской.

– Потому что родители наши дворяне. Они с детства приучены показывать на людях свой статус. Непрерывно показывать во вне свой ценник. А мне все равно. Кому надо, зайдут на Путеводную Нить и наберут в поиске NSR. Да, цену размазанной картофельной дрисней по маленькой тарелочке, и положенной наверх зеленой травкой в дорогом французском ресторане знают все. Но, я пожалуй откушаю чего-то более питательного.

– Тут ты прав. Лучше NSR, чем дрисня на тарелке. – похихикала Катя. – Особенно после тренировок. Ты завтра на бумажку? – перевела она тему, хоть и сама её подняла вначале.

– Да. – согласился я. – Ничего серьезного. Завтра приедет первая партия нового оборудования. Не думаю, что у меня будут с ними проблемы. Если успею, скатаюсь на деревяшку, они близко друг от друга. Первая в Энеме, вторая в Афипском.

– А мебель? – уточнила сестра.

– Пожалуй пока нет. Там развивать сложно, мебель для благородных господ делают. Рынок вроде с высокой покупательской способностью, но он маленький. Прежде нужно деревяшку хорошо развить, чтобы вносить разнообразие в производство мебели.

Действительно, пока непонятно с сырьем. Из-за военных действий в Шривиджае рушутся цепочки поставок. Надо с этим что-то решать будет.

– Вот как? Хочешь выйти на широкий рынок? Будет сложно.

– Мы одни из самых бедных графов в губернии. Есть бояре богаче.

– Есть предложение. Давай обрубим содержание. На родственников уходит под половину миллиона в месяц. Пусть, тунеядцы, работают.

– Уже. Вчера заблокировал ежемесячные платежи.

Катя довольно похихикала в кулачок:

– Жаль что они уже через несколько дней придут требовать им «заплатить».

– Найти бы кого из них хоть сколько-нибудь толкового. Дармоеды. Работали бы на род лучше. Вон как в Империи Новая Хань, любой член клана, даже самый дальний главному роду, должен на клан так или иначе работать. А тут: мы аристократы, мы в белых перчатках, на нас все должны работать.

– С другой стороны, это балансирует систему, благодаря такому балласту у дворян, Император сильнее любого из нас. – Катя указала на разрезанную на кусочки мясную вырезку и на целый. – Иначе бы это мы диктовали ему волю, а не он спускал нам указы «как быть и что делать». У нас слишком много индивидуализма в головах, поэтому только единовластие поможет нам не пересраться, поэтому, так и надо. – облепила она кусочками целый кусок мяса.

Я бесконечно рад, что сестра одних со мной взглядов. Я и будучи богом считал, что нечего разводить тут обсуждение, как решу, так и будет. Все эти коллегиальные решения – это все компромиссы между очень плохим и совсем плохим. Можно выслушать подчинённого. Даже нужно. Но давайте без демократии. Римская Империя полторы тысячи лет назад поиграла в неё. Дважды, для закрепления опыта. Третьему Риму в демократию играть не стоит. Что уж говорить о людях, если боги не смогли?

– На этом фоне забавно смотрятся либералы новой волны. Раз в поколение появляются, набуянятся, и пропадают. Но тут выглядят серьезно. Тревожно. – вздохнула сестра.

– Парламент, ограничение власти монарха, разделение властей, свобода варежки. И последнее самое опасное. Итак разучились за словами следить, так еще и говорить что попало разрешат. – вторил я ей.

Тут администратор зала прибавил громкость телевизора в зале, переключив на новости. На экране показывали Императора Владимира Второго. Владимир Петрович Романов сидел в своем кабинете и оглашал следующее:

– Таким образом Российская Империя считает незаконной вторжение англафранкских вооруженных формирований на территорию Шривиджаи и будет правительству возрожденного королевства оказывать поддержку оружием и разведданными. Действия империалистских захватчиков, выполняющую волю финансового капитала Британской и Франкской империй, привели к коллапсу в торговле и перевозке пассажиров для королевств Малайа, Сиам, Камбоджидеша и Республики Намбо из-за закрытия воздушного пространства и судоходства в Малаккском проливе. Российская Империя готова помочь этим странам перенаправить эти потоки через инфраструктуру Японии и Владивостока. Также мы одобряем поставку Королевству Сиам три комплекта зенитно-ракетного дивизиона Сеть Нептуна, Семь комплектов для артиллерийской бригады Длань Кагуцути, двести танков Медведь Шатун, шесть сотен боевых бронированных машин разного типа.

Ради обеспечения собственной безопасности Империя начинает наращивание военной промышленности, а также закладывает двадцать новых кораблей классов Сусанно и Петр Великий. В качестве поддержи им еще шесть десятков корветов классов Эмир Халез, Адмирал Глубоководов и Барон Шмидт. Также мы объявляем об увеличении имперской составляющей штата армии с одного миллиона до двух в течении следующих десяти лет, таким образом, вместе с дворянским ополчением доведя её до четырех миллионов штыков. Также рассматривается вопрос о возвращении воинской повинности для граждан японского происхождения, учитывая, что они изъявляют желание служить в Тихоокеанском Императорском Третьем Флоте.

Ради обеспечения вооруженности дворянского ополчения, Империя увеличивает лимиты легкой и средней техники, которую могут приобретать рода для своих гвардий вдвое. Для заполнения лимитов будет выставлены на продажу запасы законсервированных боевых машин прошлого поколения, более не поступающих на вооружение Имперской Армии.

Еще несколько фраз, показывающие серьезные намерения Российской Империи, и выступление Владимира Второго закончилось. Вот только если воевать с нами себе дороже, всегда есть возможность расшатать нас изнутри. Был я в столице. Чего хотят «юные» аристократики до сорока? Чтобы жить как в Версале и делать деньги как в Лондоне, а еще, чтобы гулять как в Толедо. Чего хотят окраины? Парадокс, но, чтобы все оставалось как остается. Им нужно, чтобы была стабильность, а не вот эти все свободы. Кроме пшеков. С пшеками всегда были проблемы. Они что в составе проблемные, что независимые напрашиваются на цатый Раздел Польши. Даже появилась поговорка: «При любой непонятной ситуации надо делить Польшу». Я сейчас просто уверен, наши нетрадиционные коллеги предлагают нам обратить внимание на другую сторону планеты, а сами подпустят их под непонятное, заставив нас на два фронта. Если не на три, если вдруг с ханьцами договорятся. Те мечтают о том, чтобы мы дали независимость Японии. Почему? Да потому что наши ресурсы и их фанатичное трудолюбие не дает ханьцам развиваться. Да еще наши равноправные торговые договора с государствами Юго-Восточной Азии. Японские и Имперские компании используют местные фабрики, которые принадлежат местным, чтобы, к примеру, ту же обувь шить. Это более честная и справедливая схема, чем иностранцы открывают фабрику и увозят всю прибыль, как это делают европейские империалисты.

Забавно, род Романовых обожает называть их этим словом, которое любят социалисты. Социалисты вроде хотят самых радикальных преобразований в стране. Но! Не могут ничего добиться, потому что Романовы их постоянно опережают. То сорокачасовую неделю введут, то пособие по болезни обяжут выплачивать, то прочие меры социальной поддержки, то расширят и без того большой перечень бесплатных медицинских услуг. А иной раз, так разводы по инициативе женщины разрешат, при этом попросив патриарха и верховного муфтия и дальше заниматься своей работой, а не умничать на важные политические темы. Естественно, разводы разрешили среди простолюдинов. Аристократам не положено! А вот успокоить аристократов не получиться. Сделать как в тех странах, что они обожают, не получится. А если попытаться, страна развалится.

– Что задумался? Император тебя так потряс? – спросила Катя.

– Ай будто тебя нет? – перекинул я. – Будет война покруче Эфиопии. Ачех и Сиак. Сейчас там идут бои. Особенно серьезная ситуация вокруг Медана. Британцы по итогам Великой Войны потеряли больше всех. Им необходимо сейчас снова кого-то доить. С Эфиопией не получилось. Сейчас они хотят взять реванш… за все. – Я посмотрел на сестру. – Польшу делить не пущу.

– Только попробуй сам пойти!

– Император может приказать. А мы военный род, послать гвардию без члена рода никак.

– Ты глава рода без достаточно взрослого наследника, вернее, вообще без него. А я всего лишь запасной вариант. Если война, то лучше я, чем глава.

– Тогда я сделаю так, чтобы мы могли откупиться. Война будет не завтра. Отправляйся домой с гвардией. Я поеду покатаюсь, нужно обдумать, как нам быть.

Я вышел из-за стола и вошел к выходу. Да, я стал ей больше доверять. Но, это еще не о чем не говорит. Тем не менее, она моя сестра, и, как брат, я не могу отпустить её воевать, сам оставшись в тылу. Так что я поспешил сбежать, но развернулся.

– Скинь мне всю инфу на бумажку.

– Через пару часов. Собрать все нужно в удобном виде. В машине проработаю.

– Хорошо.

Обратно я поехал, повернув в Усть-Лабинск, а потом сельскими дорогами выехать в Кореновск. Там такая прямая дорога из Кореновска в Екатеринодар, что грех не разогнаться. Хочу попробовать выжать из неё всё. Хе, сам терпеть не могу аристократов с их безнаказанностью, даже будучи богом не мог с этим что-то сделать. А вот стал одним из них, так начал пользоваться. Как же я низко то пал, а? Ну это ладно. По мелочи, не ради злых деяний же.

«О, коровник, который подумывал купить у Фомских отец.» – проехал мимо одного агропроизводства и вспомнил о нем. Коэффициент прибыли к фундаментальной стоимости объекта очень приличная, 0,15-0,20. Многие недотягивают и 0,05. Кстати, поэтому коэффициенту у нас лидирует текстильная фабрика, 0,16. Поэтому отец не замечал проблемы. Или игнорировал. Хуже всех цементный завод, коэффициент идет с минусом. Надо его хотя бы в ноль сейчас вывести, чтобы не был головной болью. Фомские конфликтуют с парой родов в Усть-Лабинске и Армавире. Так что, они предпочтут избавиться от имущества за сумму, чуть выше фундаментальной. Надо бы найти лишние два с половиной или три миллиона и предложить обменяться чемоданчиками с разными бумажками. Да и вообще, это не основной бизнес Фомских. Недвижка, банк, торговые центры, отели. Цементный они держали потому что он в строительстве помогал снизить издержки, да и просто потому, что когда-то давно получили его в виде виры, поэтому, получив его, мы ломали голову, кому продавать продукцию. Да и сейчас он не работает как должен в том числе по этой проблеме. Еще одна проблема, это несколько застройщиков, которые закупались в нем, к нашей головной боли, подконтрольны интересам Штормовых. Да и сами Фомские дружны с теми. Приказов они не получали, но, сработали на опережение, как говорится. Вряд ли Штормовые бы отдали такой приказ. Их политика игнорировать наше существование, а не вредить. Но, все решили пойти дальше владельцев побережья.

Отцу следовало сразу продать его, несмотря на репутационные издержки. Ну, или проиграть его, со словами: «легко пришло, легко ушло». Но, в него столько сил и денег вложено, что уже поздно. Придется продавливать продажу новыми современными инструментами. Например, сестренка вместе с одним персом разрабатывают приложение для клиентов. Это будет прорыв. Куда проще нажать несколько кнопок на телефоне, чем все эти вот сложности.

Штраф мне точно придет на имя рода. Разогнал до 280 километров в час, добрался до девятой передачи. Дальше просто длины магистральной трассы не хватило, иначе бы перешагнул триста. Вообще максималка у неё 308, но, как известно, это идеальные цифры. На деле скорее на несколько километров меньше. Впрочем, если с горки, то может и больше, как известно, с горки и бежится легче.

Уже стемнело, когда я въехал в наш элитный поселок. И увидел странную картину на единственной остановке автобуса. Двое боярских отпрыска пристают к еще одной боярской девочке. Всех троих знаю, а с девочкой учился. Ну вот, я уже время до моего вселения в тело начал воспринимать своим собственным. Вроде аристократы, а ведут себя так не подобающе. Естественно я тормознул перед ними.

Я опустил окно:

– Эй, Конев, Зверев, вы очумели? Даже если сумерки упали, это не повод приставать к дамам. Забейте в поисковик: Проститутки Екатеринодара и выберете плашку дешевые. Будите довольны, вам под стать.

– Откуда такие сайты знаешь? – оскалился Конев.

Я вышел из машины, готовясь подраться.

– Тебе вызывал, когда ты валялся бухой, а потом снимал на камеру.

– Так это ты! – взревел Конев и бросился на меня с кулаками.

Ну было дело. С обоими у меня отношения напряжные. Нагадил.

Перехват руки, подножка, правильно потянул, и он уже разбирает фанеру об асфальт. Второй решил применить магию огня, но я мгновенно создал шар вод, остудив его:

– Я тоже могу магией, так что выбирай, кулаки, или магией, по-взрослому. – сказал я Звереву.

– Андреев, иди нахуй, а? – предложил он.

– Я ведь тоже нагрубить по-плебейски могу, не ты один обучен сквернословию. Олеся, живо в машину!

Она, между прочим, уже собиралась, не глупая, я просто её поторопил.

– Андреев, вот что ты вмешался, а? Не твое же дело.

– Вы позор благородного сословия, господа. – сказал я, садясь обратно за руль.

– Спасибо, Андрей. – тихо прошептала девушка, у которой глаза уже на ровном месте.

Прежде чем представлять эту девушку, уточню, чем боярин отличается от дворянина. Когда-то давно бояре были по статусу выше дворян. Дворяне лично зависели от князя. Люди, кормившиеся со стола князя, его двор. А бояре сами себе господа были. И землей они владели на безусловных основаниях. Просто потому что владели. Не за службу, а потому что. Лишить их её было попросту никак. И призвать на войну… ну очень попросить и обещать поделиться. По мере централизации власти и земель, бояре начали терять свой статус. Теперь же это благородные землевладельцы самого низшего порядка. И да, Император не может их заставить отдать землю, потому что наследственная собственность. И да, не может их призвать служить. Вот только из-за отсутствия обязанностей и нет прав у них таких же, как у дворян. К примеру, дворянское собрание, оно для дворян. Из обязанностей дворян участвовать в самоуправлении проистекает право что-то решать, как и капать на мозг: князю, великому князю, губернатору, предлагать законы и реформы, оспаривать их. И самая главная привилегия, недоступная боярам – при поступлении на государственную или военную службу начинаешь с более высокого чина. Потому что дворянин должен закончить высшую академию, а боярин от неё освобожден, и более того, если захочет, поступить, должен сдать экзамен, потому что должен доказать право, а для дворянина обязанность. Вот так и получается, что бояре, поступая на службу, начинают только с 14 ранга, а дворяне, либо с 13, если плохо учились, либо с 12, если с отличием закончили. Бояре могли стать дворянами в двух случаях: войти в род дворянина или дослужиться до 4 ранга, получив при этом потомственное дворянство в статусе графа. Они вроде аристократы, но не дворяне. От того они показательно пытаются быть не хуже людей.

Олеся Коноплёва. Боярская дочь. Девятнадцать лет. Слегка зеленоватые волосы в кончиках, у корней русая. Предрасположенность к природе. Очень худая, что странно для природника. Но гибкая. Возможно, воздействие другой достаточно близкой ей стихии.

Её род владеет пусть и не большим куском земли к северу от Екатеринодара, но, как и все земли вокруг, очень плодоносной. Вот только они её не сами обрабатывают, а сдают её в аренду агрохолдингам. Также есть у них есть хлебозавод в станице к сорока километров на север от столицы губернии. Он обеспечивает хлебобулочными изделиями ближайшие окрестности. Вот только есть проблема. Из-за повышения мировых цен на зерно, многие агрохолдинги повадились продавать за границу зерно. Из-за это семь лет подряд растут внутренние цены на зерно. Основным фондам предприятия изнашиваются, однако норма прибыли настолько упала, что стало сложно восстанавливать их. В особенности, проблема с фургонами. Треть фургонов вообще стоит сломанной. Род Олеси итак не сильно богат, а тут производство загнивает. И такая проблема много где. Вот только государство ничего поделать не может, нужна валюта.

А торговля продукцией сельского хозяйства главный источник валюты. Вот вроде бы у нас есть нефть, газ, уголь, руда. Да только все это есть в колониях наших соседей, да и с нашими торговыми партнёрами мы на основах взаимозачета торгуем. Так Сиам пятое место в мире по выпуски полимерной продукции, а частности, поливинилхлорид. Они перекрывают четверть наших потребностей в трубах. Остальное сами производим. Но не всё. Главная проблема – это лекарства. Если самые важные у нас самих навалом, то некоторых у нас нет. А для психологического спокойствия населения нужен доступ к лекарствам. Очень неприятно, когда твой ребенок болеет редкой болячкой, а лекарства в твоей стране нет. С этим пытаются справится, но, у нас нет столько возможностей для экспериментов над людьми с черным цветом кожи, как у охреневших джентльменов, месье и сеньоров. Берут сто африканцев, вкалывают им различные составы, двадцать сдохло, семьдесят ели оклемались, некоторые никак не показали себя, одному помогло. А потом оказалось, что это случайность, и повторный эксперимент с сотнями загубленными душами, о которых никто не узнает, потому что всем положить с прибором. Вот причина успеха их фармацевтики.

Что касается личных проблем Коноплёвой, это излишняя традиционность родителей. Они запретили ей работать, даже внутри рода, несмотря на бедность их рода. Даже для бояр, их род ну очень беден. Так что ей пришлось сбежать в город из станицы в шестнадцать лет. Из-за традиционных взглядов она пропустила целый год, поэтому поступила в старшую школу на год позже сверстников. Причем смогла поступить не за счет происхождения. Она получила стипендию. На неё и жила, словно простолюдинка. Одевается скромно, не красится (впрочем, ей и не нужно), обедала за счет школы. Вот только мы это элитное учебное учреждение закончили. На что она живет?

– Чего им надо было от тебя? И пристегнись. – сказал я, быстро разогнавшись до сотни, ревя мотором.

– Чтобы я согласилась выйти за кого-то из них. – жалобно сказала девушка.

– Как интересно. Им все равно за кого? – удивился я.

– Договоренности родов. Осталось только меня заставить. Вместе со мной уходит половина земли Коноплёвых, а обратно огромные отступные Конаплёвым и поменьше роду, которому я не досталась бы.

– Что за глупость? Такую красивую девушку нельзя менять на нули в чеке. На месте Конева и Зверева я бы дрался про меж себя за право тебя добиваться.

– Я не более чем печать на договоре. – вздохнула девушка.

– Мерзость и мракобесие. Сейчас на дворе год 2020-ый, а не 1020-ый год. Не поддавайся, у тебя есть права. Оно того не стоит.

Да и в моем родном мире так лет сто или двести почти не делали, хотя у нас там полный феодализм процветал.

– Я готовлю документы с прошением к Императору лишить меня благородного статуса. Тогда я точно смогу решать за себя.

– Вот даже не думай. Зеленый паспорт тебе слишком много дает, чтобы отказываться от него. Найди работу, девочка ты умная, и зеленый паспорт не повод не работать.

– Я не пойду официанткой. Как ты и сказал, у меня зеленый паспорт, не серый.

– Ой, ну кто тебя заставляет работать руками… Тебе куда? Я отвезу.

– Я все там же снимаю. Если тебе не сложно.

– Я все равно бездельничал.

– А что за машина?

– В Японию по делам рода летал. Там присмотрел и купил. Только что по трассе 280 выжал из неё. Машина зверь, и при этом маневренная.

– Сам водишь? – удивилась она.

– Такое удовольствие и не сам? Конечно сам. И нет, купил не простолюдинок цеплять рядом с барами. – улыбнулся я.

– Само собой. И не думала!

– Вот и славно… Что делала в нашем районе?

– Продавала свои конспекты за выпускной год. Пять тысяч рублей, между прочим. Лучше только ты закончил, между прочим.

– Это кто покупал?

– Алания Шамилова.

– А. Понятно. Денег дофига, мозгов нихрена. Еще и пропускает без причины. Папенька у нее поднялся на пошиве сумок для девушек, фабрика есть, даже московские дамы носят их. Все хвалится, что за папеньку хлопочут личное дворянство получить. И не мудрено, за такое количество налогов давно должен уже получить орден кого-то там четвертой степени. – дал свою оценку купеческому роду.

– Ага, личное. Личное это чушь. Вот если твой потомок сможет повторить твои успехи, вот тогда ему может и потомственного дадут. А так, не о чём. А что Алания Арслановна, что что Алик Арсланович, оба детки нуворишей, которым вдруг повезло. Вот внуки, может быть Арслан Азизович и сможет их воспитать как положено.

– Кстати, на днях мне нужно будет поговорить с ним по поводу долгов. Платить то он их платит… хотелось бы ему предложить сделку. Хочу акции. – забегая вперед, я так до него и не добрался, сестра предложила ему такой обмен не спрашивая меня.

– Акции? Ты работаешь с ними? – удивилась девушка.

– А что такого? Мой род владеет пакетом акций нескольких кабусики-гайся. – назвал я японский термин, обозначая происхождение корпораций. – Удобный инструмент. В общем, я хочу плотного сотрудничества, а покупка его акций расположит нас к этому. Возвращаясь к торговле конспектами, так не пойдет. Ты ведь мозговитая.

– И кто меня без диплома возьмет? Да еще благородную. Это же проблемы, что для промышленников-простолюдинов, что для другого благородного рода.

– Хм… Теперь понимаю твое желание отказаться от благородного достоинства. А приезжай послезавтра ко мне домой. Вместе подумаем. Может у Кати идеи появятся… И да, в Высшую Академию пойдешь, или выберешь Екатеринодарский Политехнический?

– Попробую пробиться в Академию. Денег купить место нет, даже если бы род просить, чего я категорически не стану делать. Проще простолюдину туда попасть, чем боярину.

– У тебя высокий магический потенциал, да и для твоего возраста ранг высокий, пусть и в магии природы, но восьмерка в 19 лет, это много.

– Вот за восьмой ранг в природе меня уже на биотехнологический факультет приглашают бесплатно и без экзаменов, с стипендией десять тысяч в год.

– Десять? Персональное предложение?

– Да. – кивнула она. – Высшая академия – это статус и знакомства, Андрей, но, кроме хорошей магической школы, образование там устаревшее. Максимум, хорошего юриста выпустят. Ну, ладно, диспуты там можно научиться вести, но мне же не в дворянском собрании выступать, меня и не пустят туда. Вот я и думаю, знакомства или качественные современные знания. Пока что проще второе. Да и стипендия…

– Понимаю. Ты не дворянка, только боярская аристократия, тебе не критично. А вот для меня головная боль эта высшая академия. Положение обязывает, а мне некогда, черт побери. У меня несколько заводов да фабрик, за которыми приходится лично следить, потому что отец слишком сконцентрировался на цементном заводе. Думаю, это уже завтра будут все обсуждать, но директора Яркой Пташки сегодня застрелили мои гвардейцы. Мы его пришли задерживать, он схватил пистолет и попытался в меня выстрелить, но пуля гвардейца его догнала быстрее. Он обворовывал нас на половину миллиона рублей в месяц… Скотина. Он даже нанял ЧОП на предприятие, дублируя наших гвардейцев. Причем за неадекватную сумму. Нагло, очень нагло. Ну десять тысяч. Ну двадцать. Честных директоров найти сложно, ведь нельзя держать во рту мед и не попробовать. Но не так же, а? Род недополучал миллионы в год. И это я приехал на первую фабрику. Что будет в остальных? Когда мне еще и учиться, если такой пи… беспорядок творится. – вовремя я проглотил ругательство. – Все, приехали.

– Ну ты быстрый.

– Напиши во сколько приедешь, я вызову тебе такси.

– Хорошо. И спасибо тебе.

Тот же вечер, особняк Андреевых-Динских, потомственных дворян.

– То есть как застрелили? – спросил в прокуренной комнате упитанный мужчина пятидесяти лет с залысиной, сидя в красном кожаном кресле.

– Отец, говорю известные факты. Гвардия главного рода ему прострелила голову при задержании. Подключилась ИСБ. Царская охранка вдруг заинтересовалась делом. Бухгалтершу скорее всего посадят на лет десять, и это минимум. Учитывая, что она может знать про художества Зотова по двум эпизодам… эээ… скорее всего, все тридцать. – доложился молодой мужчина едва ли тридцати лет в дворянской ливрее, пусть и без титула, стоя перед более взрослым.

– Наше участие она может знать в этом деле?

– Нет. Да и мы только участвовали. Максимум, штраф тысяч сто нам повесят.

– Тогда плевать. Про Японию. Всё чисто?

– Да. Мы использовали четыре уровня посредников. Хотя это и сказалось на качестве людей, провал к нам не приведет. Отец, прости, я знаю, что ты был против, но, это был шанс, пока он не дома. Он туда поехал без гвардии и слуг.

– Павел, мальчик мой, нечего извиняться, действительно стоило попробовать. Но он вдруг оказался сильным магом. Он умудрился скрывать свой талант эти годы. Лед и огонь одновременно. Стена явно восьмого ранга. Я рассматривал созвать совет побочных родов и предложить избрать новую главную ветвь, считая, что он слабак.

– А он в восемнадцать владеет льдом на минимум восьмом. И швырял огненные шары с хорошей точностью. Даже если это четвертый или пятый, две стихии на таком развитии, еще не поступив в высшую академию, это о многом говорит. Будет сложнее.

– Ну, не факт. Он уже начал просаживать деньги. Он купил гоночную машину за двести тысяч рублей. И… гоняет на ней. Авось и сам справится. Kudo NSR, там более пятиста лошадей. Мне казачий старшина прислал фото, где-то с час назад он промчал мимо их со скоростью почти триста километров в час.

– Сколько? – и далее последовал поток отборного мата.

Глава 5

Днем ранее, Бранденбург, летняя резиденция Кайзера Великогерманского Рейха.

Хотя Зимой Вильгельм Пятый предпочитал жить в столице, Берлине, Летом жил в Бранденбурге. Это всегда для всех было головной болью, когда столица на два-три месяца переезжала. Но Вильгельм и слышать ничего не хотел. Ему было в зимней резиденции, видите ли, душно работать. И именно с этой целью уже к третьему году его правления был построен дворец в Бранденбурге вместе с огромным жилым комплексом кайзерского двора. Таким образом, население Бранденбурга летом увеличивалось почти на десять тысяч за счет самодурства Вильгельма Пятого.

Цесаревич Владимир приехал максимально тайно в Бранденбург. Для этих целей на людях даже показали его двойника в Москве. Естественно, никакой пафосной встречи не было, поэтому он просто без помпы последовал в рабочий кабинет Кайзера.

– Владимир Владимирович… Вы все-таки решились на эту авантюру… – не вставая на русском поздоровался северогерманский повелитель, у которого были круги под глазами от недосыпа.

Цесаревич кивнул ему.

– Вильгельм Вильгельмович, происходящее слишком… серьезно, чтобы всем показывать, что мы ведем разговор. – обратился он по отчеству, имея в виду, что они тезки.

– Вторжение на Суматру, Шривиджая или как-то так… – Кайзер неожиданно закашлялся в платок, и цесаревич заметил, что кашляет он кровью. – Простите… Цесаревич Владимир, я не могу выполнить долг союзника. У меня не так много времени осталось, чтобы подчистить за собой дела, которые должен подхватить мой наследник. Максимум, это месяц. А учитывая, что я работаю из последних сил, возможно и пару недель. Последняя стадия рака легких. Слишком поздно заметили.

– Но… Вы один из наиболее могущественных магов! – потрясенно сказал Цесаревич.

– Именно это и сыграло злую шутку. Был здоров как бык, пока болеть в груди не начало месяц назад. И именно из-за магии я сижу в кресле, а не хожу под себя в кровати в окружении медсестер. Я может быть и заявил бы, что вторжение в Ачех и Сиак, и возможное продвижение дальше на юг – это нарушение всего что только можно, но, мне нужно сделать так, чтобы Вильгельм Шестой не был последним… Я сожалею.

– Это я сожалею. Примите мои соболезнования. Тяжело сознавать, что умираешь, и при этом не закончил все дела…. Вильгельм Пятый, я обещаю, что мы будем поддержкой Вильгельму Шестому. – торжественно выпрямился цесаревич.

– Рад это слышать. Наследник, он сейчас здесь. Готовится к правлению, изучает положение дел. Вы можете обговорить будущие дела. Но учтите, в дела с Шривиджаей мы пока вмешиваться не будем.

– Понимаю. Тем не менее, ваши военные могут решить иначе.

– Если они захотят поучаствовать, то отпускников еще никто не отменял. Вы на полном серьезе хотите участвовать в проксивойне?

– Прокси, квази, мини… это прелюдия перед грядущей следующей Великой Войной. И нам нужны обстрелянные войска. Причем и имперские, и родов. Понятное дело, что дворяне нет-нет, между собой воюют. Но это опыт войн низкой интенсивности. Это не в окопе месяцами под артобстрелом сидеть, без снабжения и связи, и линией фронта от моря до моря.

– Но зачем вам нужно наше осуждение? – спросил Кайзер.

– Остудить их наглость. Выиграть больше времени… Но… смена Кайзера… К сожалению, это может осложнить наше положение во временной школе.

– Это как же?

– Вы венчались на царство в 30 лет, Кайзер. Какие у вас были проблемы тогда помните? А теперь какие у молодого, 20-и лет от роду, Кайзера будут трудности со всех сторон?

– Поляки?

– Это у нас будут поляки. А у вас внутренние враги. Бавария еще независимости не просила? А Ганза не требовала автономии? Некоторые корпорации слишком разрослись, Кайзер. В Силезии не начали говорить по-польски или по-чешски? Да и Австрияки, не предлагали свою дочку за Вильгельма?

– Фу какая гадость, австриячка с косой мордой. Даже шутить по этому поводу не будем, не то, чтобы рассматривать. А вот Богемская Республика хочет войти в состав Австрийской Империи.

– Это жопа… – огорчился цесаревич.

– С которой течет дерьмо, Ваше Императорское Высочество. Австрия получит промышленную мощь, равной одной пятой от уже имеющейся. И буфер между столицей и границей с еще одной из сторон. А мы его уменьшение. И претензии на Судеты от них.

– Кайзер, так или иначе, вы будете втянуты. Австрия выступит на стороне британцев, франков и иберийцев. Они мечтают о возрождении Священной Римской Империи.

– Пусть и дальше тешат себя разными надеждами. Это пройденный этап. Великогерманский Рейх един, а власть Кайзера крепка. Мы займем наших общих врагов на своих фронтах.

– Благодарю… У нас не так много времени подготовиться. Я…, пожалуй, встречусь с будущим Кайзером.

Цесаревич Владимир был молодым человеком двадцати четырех лет. Он понимал, что слишком молод для такой самостоятельности. Тем не менее, отцу больше некому доверить переговоры лично с Кайзером. Не сестер же посылать, да? А сейчас перед ним в беседке сидел бледный, хрупкий, крайне изнеженный юноша двадцати лет. Он разве что лицом походил на своего отца, но никак не фигурой. Отец был мощный плечистый богатырь. А пацан… имел осиную талию и слишком длинные для мужчины ноги. Когда цесаревич Владимир видел принца Вильгельма в прошлый раз, им было на десять лет меньше, и о том, каким они вырастут еще было рано говорить. Мальчики могут и в семнадцать резко разрастись за год в плечах и вырасти на целую голову. Эх, не будут его воспринимать в серьез. Разве что, ближайшие сподвижники будут знать за что его уважать.

Принц с изяществом, достойным более пафосной страны на островах к западу, поставил чашку чая на столик, тем самым предлагая начать разговор.

– Кронпринц Вильгельм. – кивнул ему Цесаревич.

– Присаживайтесь, Цесаревич Владимир. Отец, должно быть, отказал вам, и вы пошли ко мне? – принц, в отличии от отца, стал говорить на немецком, как никак, в отличии от отца, он не был в оправдательной позиции, и ему не нужно проявлять столько гостеприимства.

– Отказал, но, причина понятна, и мы приняли её. Пошел я к вам обсудить наши дальнейшие планы. – посчитав, что не у себя дома, да и не под протокол, продолжил на чистейшем берлинском диалекте немецкого Цесаревич.

– Понятно.

– Во-первых, нам нужно по нашим спецификациям корабельные силовые энергетически установки. Двадцать ДМ-11440.

– Петр Великий? – записывая в блокнот, удивился молодой принц, но догадка принца понравилась цесаревичу, и он посчитал, что это хороший знак, и с ним получится работать.

– И Сусанно. К сожалению, наши мощности будут забиты заказом на ДМ-22340 и ГДМ-21340.1

– Корветы разных типов, Второй, это же гибридный дизельногазовый форсажник, разве нет? Нужны быстроходные корветы?

Цесаревич про себя удивился подготовкой кронпринца в таких сложных вопросах, как какие двигатели стоят на военных кораблях соседа. Вероятно, об этом не знали адмиралы немцов, а хрупкий мальчик об этом знал.

– Да. Будем брать под контроль Филиппины. Это наша цель в этой войне.

– От нас нужны транспортники? – попытал счастье кронпринц.

– Не получится. – вздохнул Цесаревич. – БДК мы будем закладывать на верфях в Сиаме. Под их флагом. Но для себя. Обманем наших западных друзей.

– А во-вторых?

– Вильгельм, вы ведь еще не имеете невесту?

Юноша слегка погрустнел, отложив блокнот, что не ушло от внимания Цесаревича.

– Не нужно мне предлагать сестру. Как и других благородных на выданье. Может у меня и нет никого, но в ближайшие годы мне будет некогда. Как и отцу когда-то. Я, пусть и первый, но поздний ребёнок. Не первый раз сначала обращать внимание на работу. Да и маги дольше живут, успею.

– Похвально. Тогда снимаю этот вопрос.

– А следующий?

– Промышленное производство и торговля… Но, я думаю, мы ничего сейчас не решим. Только обсудим возможные моменты.

– Подождите… Владимир, я хотел бы обсудить обмен студентами.

– А? Студентами?

– У вас… отличные промышленные вузы. У нас не хуже. Поэтому, обмен опытом будет равнозначным. А если честно… я хочу на годик сбагрить детей самых неблагонадежных.

– Обожаю прямоту. Мы о них позаботимся.

Далее наследники обсудили чисто экономические темы, как никак, несмотря на то, что Великогерманский Рейх имел торговые связи со всем миром, треть внешней торговли приходилось на Российскую Империю, крупнейший рынок в мире, хотя Конфедерация Индостан с Новой Хань были более населённые, обе были менее богаты, в особенности индийцы с непредсказуемой инфляцией и низким уровнем образования среди основной массы населения. У Хань были другие проблемы, им развиваться не дают. Только падение колониальной системы может привлечь интерес к их трудовым ресурсам, а сейчас, гораздо проще доить колонии. Северным немцам было не откуда брать ресурсы, кроме как покупать. Так уж получилось, что колоний у них нет. Нет, ресурсы у них есть. Но не все. Нефтегазовые, к примеру, их нет. Зато есть залежи магических кристаллов. Так и подружились две империи в середине 19 века. А еще добавляют общие враги, Австрийская Империя.

В чем разница между северным и южным осколком Священной Римской Империи? Южная многонациональная, а северная на 95 процентов – германцы, остальные либо близкие родственники, либо поляки с чехами на границе с их странами. Поэтому любые сепаратистские настроения в ней только экономические. В то же время, у южан в первую очередь этнические, и, как следствие, религиозные, много православных и мусульман, а экономика региона наслаивается как модификатор явления. А если сравнивать с Российской Империей, то сепаратизм носит строго элитарный характер, поэтому его сложно предотвратить, но легко остановить. Ну в Берлине живет где-то 3 процента населения. В Москве и её пригородах примерно 17-18 процентов. Ни один регион просто не способен превзойти по экономическому потенциалу столицу, как это бывает в Европе. От того и не возникает вопроса, с хера ли налоги собирают? А этнические? Парадокс, но всем всё равно пока центр обеспечивает порядок. А вот как порядок поменяется на свободу, половина территорий, не взирая на экономическую оправданность, разбегутся. Потому что будет выглядеть как этнический сепаратизм. На самом деле, это элиты захотят быть сами себе царями. Более того, это элиты будут провоцировать местный национализм как оправдание.

Задачу, которую себе ставил принц, помимо войны, увеличить население столицы вдвое. Как угодно. Миграция внутренняя, внешняя, стимуляция рождаемости, беженцы. Но, нужно больше заводов, от них спальные районы, от них торговые центры и офисы. Да хоть те же русские. У них дурацкая идея, что на западе хорошо. Вот только мать, которая, кстати, русская немка, дочь очень влиятельного барона промышленника, постоянно ворчит, что «лучше бы я осталась дома». Особенно, когда ей приносят на тарелки квашенную капусту и еще зелень разную. Принц постоянно удивлялся, пока инкогнито не посетил Выборгское Княжество год назад. Еда дешевле, бензин дешевле, одежда дешевле, НАЛОГИ, и те меньше. Даже для бизнеса. Да, жилье дороже. Ну так и оно более капитальное и качественное. Не такое вычурное. Зато построено так, что зимой тепло, а летом не жарко. Отопление центральное, а не от обогревателя в доме. Вода горячая круглый год. Кран один! Не вот эти два отдельных для горячей и холодной. Затычками они не пользуются. Зачем? Вода стоит чуть дороже воздуха. Да, мобильная сеть не везде есть. Ну так и в радиусе двадцати километров почти никого, зачем там связь? Правда, зарплаты у них меньше. Но, на круг у них выходить жить дешевле и проще. Как же привлечь их так, чтобы они через год не сбежали обратно? Впрочем, русские, это не только славяне.

Цесаревич же при разговоре с принцем чувствовал себя странно. Принц ему очень понравился. С ним слишком приятно разговаривать. Чем-то он притягивал к себе. Располагал. И это его смущало. Особенно в свете докладов разведки. Разведслужбы, независимо от принадлежности к дипломатам или военным, или же непосредственно к Имперской Внешней Разведке, докладывали, что принц, сидя в своем бронелимузине, постоянно листает модные журналы с мужчинами. Тут два вывода, либо он хочет одеть модные шмотки, либо он любуется мужскими моделями. Да еще его отказ от брака в ближайшее время… Это цесаревича заставляло задуматься о собственной ориентации, если этот хрупкий женственный мальчик ему нравился. Поэтому он первое, что собирался сделать по приезду домой, это вызвать не болтливую, но страстную фрейлину матери, чтобы успокоить гормоны. И вообще, ему самому нужно найти невесту и побыстрее сыграть свадьбу. Гормоны у него играют… «Фу, еще и слухи пойдут. Может случайно быть пойманным с поличным с фрейлиной? Чтобы нормальные слухи пошли? Хотя, я же тут инкогнито. А нет, надо, цесаревич, которому двадцать четыре, и ни одного слуха об интрижках? Не гоже такому случаться.» – думал про себя молодой Владимир Романов.

Глава 6

Бумажка была лучше, чем текстилка. Не в плане доходов. В плане порядка. Единственное, оборудование старое. Первая партия нужных машин пришла сегодня. На удивление, у Кирин Групп был запас в Москве, но, небольшой. А вот остальное ждать от трех недель до месяца. Я присутствовал при выгрузке и проверке комплектации двух нужных нам аппаратов. Один, это пресс, а другой нарезает готовую бумагу. Но таких, и некоторых других, нужно много. Поэтому этот я решил сделать учебными пока не придет заказ.

Ну как хорошо на бумажке? Подворовывают на расходниках. Бейджи, упаковка, липучка, ручки, маркеры, бесплатные обеды. В пределах десяти тысяч в месяц. Это не много. Уволить начальника АХО? А толку? Через полгода новый будет также делать. Да и директор бумажки в доле малой. Правда, выходка Зотова мне на руку, все увидели, что я не мальчик, я могу и круто обойтись, на шею не сядешь.

Но с обедами надо что-то делать. Да, бесплатно кормим. Но это не значит, что должно быть сердито. Мне не понравилось. Работа должна быть прежде всего комфортной. Условия должны быть как минимум выше среднего, чтобы нас выбирали как работодателя. Да, регион населённый, тут живет семь миллионов человек. Еще достаточно много крупных аристократов, которые не сдают землю, а сами ею управляют. А еще много купцов-промышленников, которые тоже создают рабочие места в значительной мере. Есть ли дефицит кадров? Есть. Некоторые даже поговаривают о возвращении крепостного права.

Кстати, по попадании сюда я был более всего удивлен именно тому, что простолюдины лично свободны. Ну, разве что, гвардейцы, принесшие клятву, имеют ряд ограничений. Но, гвардейцы и не совсем уже простолюдины. А вот на западе люди не свободны. Совершенно. У них есть контракт перед корпорацией. У нас такое практикуется только на островах. И то, это в силу их традиций. На вроде, большая корпоративная семья.

Я уже выезжал из Энема в сторону деревяшки. Встал на последнем светофоре, потом дорога до Афипского. Там деревообрабатывающая фабрика. Туда скоро тоже новое оборудование приедет. Туда не к спеху, но, раз рядом, надо устроить внезапное знакомство.

И тут мне с боку гудком обозначают свое присутствие. А? Ropsche. Не очень старый, но и не новый. Он красиво заурчал, а мне улыбалась рыжая девушка за рулем. Красавица. Я опустил окно.

– Красавчик, классная тачка. Как насчет отсюда до кольцевого съезда кто первый?

– Это же прямая. Так не интересно. – скептически я отнеся на слова рыжей владелице немецкой девочки.

– Давай сначала так, а там посмотрим. – многообещающе сказала она.

– На эмоции или интерес? – спросил я.

Она оглядела мою тачку и выдала:

– Десять.

– Щелбанов?

– Тысяч. Рублей.

– Наличкой?

– Без разницы. – улыбнулась она.

– Как загорится, я стартую.

– Аналогично.

Я переключил дифференциал, отрубил передний привод, прогрел шины небольшой пробуксовкой. Светофор замигал… и… Первая, вторая, третья… я девушку обошел уже на корпус.

Сбавил газ, чтобы ярко-красная девочка не отстала сразу от моего фиолетового гибридного монстра. Она недовольно посмотрела на меня, когда мы поравнялись. Я лишь сделал ей рожицу с выражением: «не, ну а что?»

Пятая, и почти сразу шестая. Преимущество гибридных автомобилей в том, что, когда переключается передача и сдвоенная турбина снова нагнетает давление воздуха, электродвигатели продолжают подавать крутящий момент на ось. Поэтому, даже если у ней было столько же мощности под капотом, я бы выиграл по прямой за счет крутящего момента, непрерывно подающегося на ось. У неё, на вскидку, туда-сюда, 450 лошадиных сил. У меня 575. Вес у меня правда точно больше.

Я выжал до девятой и доехал до точки рандеву. Ждал я её примерно 20 секунд на обочине. Она не спешила.

– Меня еще никогда так не обставляли. Гиперкары не в счет. – кинула мне свернутую в цилиндр пачку денег, которую я с легкостью поймал, и не стал пересчитывать. – Кто ты? Первый раз тебя вижу на дорогах.

Красивая красная спортивная тачка и красивая, спортивная рыжая девушка в белом топе и синих джинсах. Ну, из тех, что плоский животик, подкаченный орех, сильные бедра. Грудь… четверочка? Или больше? И, кажется, маг металла двенадцатого ранга. Или около того. Еще физик девятый. Ну, и еще огонь седьмой, остальные по мелочи. И да, видеть примерный ранг может сходу один тысячи магов, но я вижу еще и сферу магии.

– Так я и не гонялся раньше. Это ты предложила. Андрей Андреев.

– Лэйла. Лэйла Керн. – вздохнула она. – На поворотах ты такой же быстрый?

Немка, значит. И на немке. Машина не для бедных. А если немка и богата, значит из баронской семьи. Но, она не представилась как положено. Впрочем, как и я не стал заявлять о своих породистых кровях. Ну и правильно, мы тут не длиной родословной породы меряемся.

– Я предпочел бы спуск, если хочешь погонять на виражах.

– А сильно занят? – уточнила она мгновенно.

– Не к спеху, хоть я уже и на месте. Я из любителей применить такую мощь в дело ни с кем не пересекался до этого. Так что, дела перенесу.

– Тогда в горы. Знаю спуск хороший. Я буду вести, ты подстраивайся. Только не обгоняй с первого раза, выучи сперва повороты.

– А что у тебя за красавица?

– Ropsche 795 GT-R turbo 1995 года. – с гордостью сказала девушка.

– Kudo NSR второго поколения, 2017 год в дополнительной комплектации 2019 года, 575 коней, V6, три с половиной литра, сдвоенный турбо, три электромотора. Правда весит сильно больше первого поколения. Но и класс другой, это суперкар, а родоначальник спорткар. – нежно похлопал я по корпусу фиолетовой хищницы. Нет, ну а что? Можно же мне побахвалиться иногда?

– Гибрид? – удивилась девушка.

– Да там на самом деле по минимуму. Два по 27 киловатт, и один 35 киловатт.

– Ну-ну. – покачала та головой. – Моя весит значительно меньше, компенсировала бы. Гибрид ну очень нечестное преимущество.

– И девять передач. – ухмыльнулся я.

Она села в машину:

– Посмотрим, так ли хорошо справишься на спуске. Дуй за мной.

Сейчас бы RD5S. NSR второго поколения для дрифта подходит хуже, чем RD5S. Да и немка ничего. Тем не менее, дадим ей выиграть с небольшим преимуществом. Ну, или посмотрим, вдруг будет возможность выиграть красиво? Кроме того, это спуск, а не парный дрифт. И раз она меня приведет на трассу, значит она выступает на домашней, а значит, будет вести.

– Сначала подъем. Разминка.

Она закрыла окно и дала по тапочке. Я за ней увязался в слипстриме. На что она мне начала сигналить. Ей ну очень не понравилась недостаточная поворачиваемость из-за слипстрима. Ладно, отпустил поводок с неё и подмигнул фарами. В ответ она вдруг увеличила тягу.

Вот черт! Она обманула меня, разогнавшись перед поворотом. Она неожиданно впустила машину в управляемый занос, начав рулить газом. Ну так я сначала бросил машину в противоположную сторону от поворота, отпустил газ, а потом, резко повернув машину в сторону поворота, выжал газ до пола, от чего задняя ось сошла с ума, пытаясь победить передние колеса, которые начали создавать эффект торможения. Машина вошла в занос, я вывернул руль против поворота и также стал рулить газом. Вот только мощи у меня больше, и наши траектории пересеклись при выходе из заноса. Я её случайно обошел.

Род реципиента военный, а это значит всё должен уметь сам. Например, в случае войны запрыгнуть за баранку САЗика и прыгать по кочкам на не убиваемой подвеске чудобуханки из Симбирска. Так что крутить руль я умею. Вот только я же бывший бог, поэтому, все что умел предшественник, я умею еще круче. Так что удержать такой автомобиль в управляемом заносе у меня вышло играюче.

Я увидел, как девушка начала выкладываться по полной. Ну извини, так случайно вышло, я заходил в занос газом, а не с ручника, поэтому не потерял в скорости, да и смог выбрать пересекающуюся траекторию в повороте, тем самым выставив уже свой задний бампер перед её передними большими глазками. Кстати, я про её Ropsche, но и у неё глаза такие большие большее.

Как металлист, она хорошо чувствует свою крошку, так что она наверняка сложный противник на спуске. А вот в подъеме… я тут еще схитрил, я на бортовом компьютере заранее настроил распределение дифференциала 30 на 70 в пользу заднего привода, так что в подъеме у меня преимущество. Правда турболаг после выходи из заноса сейчас сыграл злую шутку, прямо сейчас она поравнялась со мной корпусом. Но, у неё тоже же есть турбина, как так-то? Почему у неё давление не провалилось? «Ладно, пусть ведёт, потом спросим, как она избежала турболага». – прошептал я, сбрасывая скорость.

Я подъехал к ней и открыл окно:

– Лэйла, как тебе удалось подловить меня на турболаге? У тебя у самой должно было провалиться давление.

Она улыбнулась во все свои белоснежные зубы мне с видом победительницы:

– У тебя дефолтное шасси, а я свою полностью перебрала. Кроме самого корпуса. У меня антилаг стоит, система такая. Да и девять скоростей не такое уж и преимущество, чем шесть, когда ты разогнаться не можешь. Но удивил ты меня знатно, когда перекрестил со мной траекторию. Но прощаю, мы вполне друг другу ударили по носу.

– Хорошую мастерскую посоветуешь? Надо будет покопаться под капотом.

– У тебя под капотом, как и у меня, багажник. – посмеялась Лэйла.

– Образно говоря уж. И нет, багажник у меня сзади, маленький такой, а спереди электромоторы.

Она поднесла к моему окну телефон:

– Принимай передачу, обменяемся контактами.

Раз уж девушка проявила такую инициативу, то, как уж мне отказываться от обмена контактами? Протянул и обменялся. И тут же мне пришло сообщение, в котором только адрес и название.

– Вопросов не задают, своих не сдают. Документы, если надо, выправят. Впрочем, я сама вопрос с техпаспортом решала.

– А что не так?

– По дефолту у меня было 430, сейчас 480. Плюс объем увеличился на двести кубиков, расточили. Постоянно патрульные тормозят посмотреть на документы. Сравнивают идентификационный номер на двигателе, кузове и в документах. Ну что, готов удивить меня на спуске?

Вообще, механики есть у меня, вот только, это не совсем их профиль. И вообще, мне понравилось гоняться. Попробуем и дальше.

– На спуске твой антилаг не будет таким уж преимуществом, или как?

– У меня тачка весит лишь не многим больше тонны. Я уступаю тебе только на прямой.

– Спорить будем? – спросил я.

– На слабо берешь? Если ты выиграешь, то выпивка и вип-кабинка в одном из лучших ночных заведений за мой счет.

– А если проиграю?

– Тогда то же самое, но наоборот. Десятка то у тебя в кармане есть? Не обеднеешь.

Она была права, преимущества у меня сейчас нет. Она преспокойно проходила повороты, но уже не силовым заносом с ручника, а газом. От того и не было у меня возможности подловить её на торможении и перекрестить траекторию в заносе. Ну, и еще не хватило опыта.

И еще этот её БУМ-БУМ. Бесит слегка.

О, она явно ошибается с оборотами… Ей не хватит мощности…

Я нажимаю на тапочку и торможу «левой ногой». Мою задницу сносит в сторону, но при этом я избегаю пробуксовки до момента, пока я не выравниваю машину, отпускаю газ с тормозом, понижаю передачу, и обороты уходят в потолок. Вот если бы не с горки, у меня бы не получилось её обойти. А тут, подмигивая, я с ревом мотора сзади меня, обхожу её слева по борту. По губам читаю: «удачливая задница».

Мы остановились у придорожного кафе на окраине станицы Смоленская. Встали мы не корпус к корпусу, а напротив друг друга. У меня под капотом были электромоторы, а не багажник. А вот у Ropsche как раз-таки был багажник. И сейчас в этом багажнике рылась рыжая немка.

– Да где же… А… Тьфу ты, забыла, я же их в рюкзак побросала.

Я смотрел как она с головой ушла под капот багажника, виляя при этом своим большим подкаченным бампером. Загляденье. Миленькое личико, объёмы и сверху и снизу мое почтение. Так, стоп, это во мне играют гормоны восемнадцатилетнего юноши. Ох, невозможно! Я был богом, и я был выше этого. Да, боги создают аватаров для того, чтобы прикоснутся к мирским страстям. Но, я использовал аватаров для дела, а не похотливых устремлений. Видимо, с непривычки я и сейчас испытываю бурю в… И вообще, она дворянка, как и я, а это накладывает разные обстоятельства не преодолимой силы. Ну его в сторону. Пока что.

Она обернулась и бросила мне банку чего-то, и сама открыла такую же, сразу став пить. И, она сразу призналась, когда мы приехали на место, что я заставил её попотеть и понервничать. От того она и совершила глупую ошибку при входе в занос. И капельки пота на её слегка загорелом лице не дают соврать.

– Что это?

– Энергетик. Я бы минералки сообразила, но, вот что было. Ты ведь не против напиток офисного населения выпить?

Я вчитался в надпись на цветастой упаковке:

– Лэйла, это скорее для физических нагрузок, тут не кофеин, а левокарнитин.

– А? Так вот почему мой закупщик именно его берёт. Ну что, ты как по поводу алкоголя?

Я посмотрел на наручные часы. Время восемь. Ночные заведения бывают либо в центре, либо на окраине. Смотря с какой окраины. И алкоголь я еще не пил в этой жизни. А по воспоминаниям реципиента, он пил три раза, фужер шампанского на новый год, бокал коньяка на выпускной, и стакан водки на похоронах… Хорошо, что сорок дней пришлось в Японии устраивать. Опять бы приперлись Андреевы-Динские. Троюродная ветвь… чтоб их.

– Предлагаешь продолжить знакомство в ночном клубе?

– А почему бы и нет? За мой счет, ты же победил меня. На тяжелой машине, да еще и новичок. Мы же забились, кто проиграл, тот и платит, а? – начала напирать она.

Не понял, она поставила меня перед фактом? Какое интересное поведение у аристократки. А она поняла, что я тоже благородный? Или она решила меня снять? Стоп, я выгляжу как вполне богатый человек. Может у неё род бедствует, и она готова на мезальянс, пусть и с богатым, но купцом? Или, у неё все по-своему? И попой она вертела сейчас мне на показ, не иначе. Меня… клеят.

– Куда ехать то? – вскрыл я банку с напитком.

– Озеро Старая Кубань, остров там есть. Там ночное заведение танцевального типа.

– О, знаю. Лунная Пристань?

– Ага. – радостно кивнула она.

Я осмотрел её. А еще просканировал. Девственница. Вряд ли она потащит меня совершать половой акт.

– Что? – она засмущалась, либо от взгляда, либо почувствовала касание магической аурой.

– Да так. Меня зовет выпить в ночном клубе не дурная собой девушка, о которой я пока ничего на знаю, кроме того, что она разбирается в автоспорте. Ну, а почему бы и нет? За бокалом хорошего виски хорошо и познакомимся. – сразу намекнул о качества и цене алкоголя. – Кстати, а какой у тебя ранг?

– Двенадцатый. Не беспокойся, к утру буду как огурчик.

– А, это замечательно. Значит, крепенькая. Ну, поехали.

Про ранг она сказала правду. Обычно такое скрывают. Пока что ничего не говорит о ней, но в контексте скажет. Вот только его надо дождаться. Зачем она себя навязывает мне? Что ей нужно от меня? Или её кто-то подослал?

Баронское достоинство, как правило, оно достается иностранцам, чей род перешел по тем или иным причинам под руку нашего царя. Как правило, большинство родов северные немцы, пруссаки, саксонцы, вестфальцы и тому подобное. И баронские рода варятся в основном друг с другом. Если потомственное нетитулованное дворянство и графы с князьями вполне варятся в одном обществе, то баронские рода с нами сталкиваются исключительно на деловом уровне. Я пока не знаю, почему так. Но, вот прямо сейчас я разговариваю с представительницей рода Керн. Вроде и в списках дворянского собрания есть такой. И вроде баронский род.

Глава 7

Ого. Первый раз в ночном клубе. Вот так значит развлекаются плебеи? Так, не плебеи, простолюдины, плебеи здесь оскорбительное определение.

Пропустили нас быстро. Без очереди. «Он со мной» бросила вышибале на фейсконтроле Лэйла, и на меня даже не бросили взгляд. Видимо, она здесь частый гость. В зале под лучами лазеров в сумраке танцевали девушки в очень откровенных нарядах. Парней было не много. Наверное, они будут приходить, когда девушки сами нарежутся.

– Семен, где Валёк?

– Выходной взял. – ответил за барной стойкой парень. – Сегодня выйдет Машуня. Примерно через час придет.

– Сегодня женский день. Нафиг нам Машуня?

– Ну хоть кто-то.

– Ладно. – кивнула рыжая. – Вальку передай, что я очень недовольна. Девочки предпочитают заказывать у мальчиков коктейли.

– Я его предупреждал. Ну что поделаешь, ему завтра нужно в суд в десять утра.

– Тогда понятно… Ладно… Если его бракоразводный процесс затянется, пусть хотя бы на пару часов выходит. И вообще, его тупая манда – дура, раз подала на развод, такого сладкого красавчика мало где найдет. Да и те гомики обычно. Передай фейсам, пусть сегодня больше парней пускаю чем обычно. Процентов на десять.

– Хорошо.

– Я буду у себя на четвертом. Если припрется прокурорша, можешь впустить. – отдала указания Лэйла.

– Да куда я денусь то от неё? Опять будет стращать проверками моего разрешения на работу.

Похоже за барной стойкой был управляющий клуба… а владелец клуба эта рыжуля. Вот уж точно за её счет. А я сразу и не понял.

– Девочки, арендуйте вип-кабинку, или на крайняк, запритесь в туалете. – сказала она двум девушкам, сидящим на ступеньках лестницы… целующих друг друга.

Девушки что делают? Целуются? Друг с другом? Фу какая гадость. Вроде бы есть такое явление на западе. И вроде бы даже официальная наша позиция – это «фу какая гадость». Вот я сейчас увидел, и понял, точно фу. Конкуренция еще. Так бы их мальчики целовали бы… а тут мальчики в сторонке стоят не у дел. Противоестественно и безобразно.

– Ничего себе. И не боятся ничего. – смотрел я себе за плечо.

– У богатеньких детишек такое бывает. – вздохнула Лэйла. – Особенно когда те годик по программе обмена учились в британских университетах. Эти двое как раз летали туда по программе обмена. Нормальные девушки были. А приехали испорченными либералками, да еще и фемками.

– Кем? Фемками?

– Ну, эти, что про равенство полов… но в чем оно состоит не понятно. Где неравенство?

– У аристократии все сложно с равенством полов.

– Аристократы не предоставлены сами себе, они имеют обязательства и ряд требований от рождения. Ну ничего не поделаешь ты с этим. Не род для человека, а человек для рода, и все такое прочее. – вздохнула она, поднимаясь по лестнице. – А я про простых людей.

– Плебеи то как раз свободны от рождения. Нет у них всего вот этого.

Она прислонила карточку к магнитному замку и открыла массивную дверь. Без лишних слов она подошла к бару в просторной комнате. Комната… кажется, она тут живет и работает.       Кровать, рабочий стол, обеденный стол… Все в стиле лофт. Не обычно, но со вкусом. Ну, разве что выбивается огромная встроенная OLED панель. Вроде бы производства Протектората Чосон. После аннексии Японии, Чосон вроде бы остался японским, но вроде бы и нет. И вроде бы там наши войска есть. И вроде бы они имеют независимое правительство и свою валюту. Однако по бумагам вообще нет ясности. А вот восемьдесят миллионов рабочих рук и мозгов бы империи не помешали. Вот только те не войдут в состав без определенных ситуаций. Надо было сразу брать и тащить, а не репу чесать. А ведь на севере Чосона очень богатое месторождение редкоземельных металлов и магическая аномалия класса А, из которой нет-нет, да и вылезет редкий монстр, которого мы быстро потрошим на редкие ингредиенты. Ханьцы давно посматривают на эту аномалию, ведь у них только Б класс, зато много, даже больше, чем у нас такого класса. Хотя может что и скрывают.

Кстати, о комнате, я подозреваю, что раньше это был хайтек, минимализм или подобные. Видимо, когда она стала здесь жить, сделала всё под себя, но оставила огромную панель. Я бы тоже оставил.

– Располагайся. Виски или сначала игристого?

– Смешивать? – с сомнением спросил я.

– Мы же маги, разве нет?

– А я не говорил, что маг.

– Но ты спросил про ранг. Значит тоже маг… – она схватила и то и другое в одну руку, и бокалы в другую, сев на диван, поставив все на столик. – Плебеи? Ты назвал простолюдинов плебеями? – вдруг она поняла мою оговорку.

– Я не имел ничего плохого. Простолюдины, если угодно.

– Ты… аристократ? – вздрогнув, спросила она.

– Эээ… и что? – я понял, что, но что?

– Нет, ничего… В этот действительно ничего такого.

– Прости, что сразу не указал свое место в дворянском сословии. Я граф Андреев Андрей Александрович.

– Граф, который водит спортивную тачку?

– Девушка баронского рода за рулем профессионального спортивного авто за два миллиона рублей? И да, я успел посмотреть справку по твоему авто.

– Я не говорила, что я из баронского рода.

– Богатая русская немка? Даже если ты в обтягивающей молодежной одежде, а не в одежде с гербом рода, то обычно немецкие рода переезжали уже в благородном статусе, или их приглашали из-за их специальных навыков, и они быстро набирали себе заслуг на дворянство.

– Двое благородных притворяющихся простолюдинами нашли друг друга. – улыбнулась она, бахнув игристым и став разливать. – За встречу, Ваше Сиятельство. – подхватила она бокал игристого и сложила ноги друг на друга, слегка повернувшись ко мне.

– За хорошее знакомство. – чокнулся я.

Хм… не дурное. На этикетке бутылки написано Prosecco. Вкус свежий и ароматный, букет плодов разных фруктов и пьется легко. В моей прошлой жизни, еще до вознесения, либо слабенькое пиво, либо очень крепкое вино, первое называли за глаза ослиной мочой, второе пить было очень тяжело, да и было очень дорогим. А став богом, мне стал доступен нектар амброзии. Это хоть и не божественный нектар, но и я не бог.

– Какой интересный. – сказал я, попробовав.

– А то. Мои друзья из Светлейшей Венеции присылают мне время от времени несколько упаковок. Я их консультирую по нашему законодательству.

– Ты юрист? – спросил я.

– Четвертый год Высшей Академии. Юридический факультет. Да и моя семья этим занимается. Юридическая конторка с давней историей и репутацией. Но, как ты понимаешь, не только юридической практикой я живу.

– Я уже понял, что клуб твой.

– Как еще пара баров, ресторан, несколько тематических кафе. В прошлом году я заработала чистыми, после уплаты налогов почти четыреста тысяч рублей. Все создала сама. Ну… клуб пришлось отбивать хитростью у прошлого владельца. Он принадлежал банде, пришлось натравить на них знакомую сотрудницу следственного приказа. Ну, это не секрет.

– Но потратиться пришлось словно заново построила? – спросил я, понимая, что по-иному бы и не было.

– Пришлось выкупать у государства. За четверть его реальной стоимости. Никто из простолюдинов бы его не купил с такой историей, а аристократия таким редко промышляет. – она переложила ногу на ногу, да таким образом, что её грудь подпрыгнула в белом спортивном топе.

– Аристократы в такие заведения не ходят. Я вот впервые в подобном месте. А как удовлетворить вкусы плебеев, которые за годы развития индустриального общества, стали ну куда как более разнообразными. Формула хлеба и зрелищ уже не работает. Теперь хлеб должен быть пятидесяти разных сортов, а зрелища разных жанров и направлений. И вообще, очень мало аристократов знают, что их ливрея с гербом стоит дешевле моего прикида простолюдина, в котором я сижу. Я бы может и справился с развитием развлекательной индустрии для простолюдинов, хоть и не сильно интересно, а вот другие бы просто не стали даже рассматривать, сразу нет.

– Это да. Поэтому мне повезло урвать без всяких аукционов. Только рады избавиться от пассивной гири. А потом пришлось тут ремонтировать. Тут же перестрелка была. Оружия нашли и наркотиков, мама дорогая! Много где при обыске стены разпотрошили. Я сама не ожидала от них такого. А моя подруга из следственного приказа получила повышение за первое же её дело.

– Ты натравила на них… подругу. Чтобы присвоить собственность? – уточнил я её мотив.

– Вот еще! Я хоть и владела тогда одним баром, но, не для расширения бизнеса. Я не могла позволить себе, чтобы меня выдали за главу организованной преступной группы, промышляющей торговлей наркотиками, оружием, организацией борделей и подпольным казино. Даже если наши семьи и были дружны. Отец не хотел и слушать мои возражения. Пришлось со всеми испортить отношения.

А вот и дополнительный контекст. Она ищет мужа. А будучи дворянкой, которая так себя проявила, несмотря на то, что сделала всё правильно и по совести, она не сможет найти мужа из дворян. Она готова к тому, чтобы понизить свой социальный статус браком с человеком из купеческого сословия.

– И теперь ты живешь отдельно от семьи?

– Да. Иначе меня просто запрут. Ну, или выдадут за вдовца лет семидесяти. Лучше и близко не появляться на пороге родового дома в центре.

Я схватил бутылку, обновив себе игристого. Оно протянула свой бокал, и я долил ей.

– Знаешь, сейчас полно аристократов без заморочек.

Она скривилась:

– Они все либералы. Я хоть и не консерватор, я люблю своевременные реформы, но вот этот радикализм мне, как бы это по мягче выразится, претит. Дворянское общество считает меня предателем.

– Шли всех в жопу, ты прекрасна. Ты всё правильно сделала. Может быть и человек для рода. Но дворянский род служит не себе самому, а обществу. Ты это сделала в интересах общества.

– Андрей, ты бы видел сколько здесь было торчков… Они гасились прямо в зале без всякого палева… Я знаю, что это было сделано во благо.

Еще минут двадцать или тридцать мы за разговорами убивали бутылку итальянского игристого. Я не боялся, что что-то произойдет, во всяком случае, не сегодня. Она ожидала кого-то. Она сперва меня спросила, почему я оказался за рулем суперкара, и вообще, будучи главой рода, сиятельным графом, не в ливрее, без герба, без перстня, и такие люди, да без охраны. Пришлось рассказать в каком положении род оказался после похорон родителей. Я себя и сам могу защитить, в защите нуждается родовое поместье и бизнес рода. А бизнес разбросан по Великокняжестве Адыгейском и Кубанско-Черноморской Губернии. Раньше были и в Крымском Генерал-Губернаторстве, но тринадцать лет назад разное произошло, пришлось керамический и лакокрасочный заводы уступить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.