# Тайм-аут

Юлия Кот

Никита и Василиса знакомы с самого детства и… ненавидят друг друга. Он – восходящая звезда спорта, а она хочет играть в высшей лиге. Но когда мечты Василисы о профессиональном баскетболе начинают рушиться, а карьера Никиты оказывается под угрозой, все меняет необычное пари.
Теперь Василиса и Никита – друзья поневоле, пока Василиса не получит приглашение в высшую лигу, а Никита не сдаст экзамен.
Смогут ли они не проиграть, когда на кону не только будущее, но и их сердца?
Для широкого круга читателей.

## 1. Василиса

Апрель 2023


Оставалось всего пять минут, чтобы вырвать победу. Атмосфера в зале была предельно напряженной – казалось, воздух наэлектризовался и вот-вот взорвется искрами. Счет 68:68. Сейчас каждая секунда на вес золота.

Василиса чувствовала, как по спине стекает пот. Она нервно вытерла лоб, облепленный мокрыми волосами. Тяжело дыша, уперлась руками в колени, каждая мышца была напряжена. «Просто сделай это», – велела она себе, закрыв на секунду глаза. На позиции разыгрывающего она играла уже несколько лет, с тех пор, как перешла в юношескую команду «Оникса». Сегодня, на одной из трех последних игр сезона, она должна была показать себя в лучшем свете. Она, первый номер, была головой своей команды и не имела права их подвести.

Пронзительный свисток разрезал воздух: начался овертайм. Как только судья бросил мяч, Василиса тут же рванула вперед. Даша, тяжелый форвард, метнула ей мяч из-за боковой линии. Вцепившись в него мертвой хваткой, Василиса прикинула свои шансы забить трехочковый, замерла на секунду и бросила мяч в корзину. Удар о кольцо. Мимо.

– Да чтоб тебя… – выругалась она сквозь зубы.

Теперь защищаться пришлось «Ониксу», игра переместилась на их половину площадки. Сегодня «Хром» будто надел броню. Они были хладнокровны, выдержанны, мастерски защищались. Василису скаутили[1] другие команды как быстрого, выносливого атакующего игрока. Обычно невероятно ловкая и изворотливая, сегодня она чувствовала, что устает. Слишком большая ответственность. «Сколько там времени осталось?» – пронеслось у нее в голове.

Краем глаза она заметила счет: он все еще оставался прежним. Болельщики скандировали названия команд, трясли яркими плакатами. Василиса чувствовала, как кровь стучит в висках. Ей казалось, она физически ощущает на себе взгляд агента «Атлантов». Сегодня он будет принимать решение, кого приглашать в команду. Получит ли Василиса заветный билет в молодежную команду высшей лиги?

Еще рывок. Василиса ловко увернулась от тяжелого форварда «Хрома», девушки с угольно-черными волосами, которая была чуть ли не вдвое мощнее, чем она.

– Вася! – крикнула Алена, их центровой и самая высокая девушка в команде.

Алена отдала передачу. Пальцы Василисы коснулись прорезиненной поверхности. В два прыжка она оказалась у второй линии.

«Проход. Два очка», – вот что повторяла про себя Василиса, приближаясь к кольцу соперника. Центровая «Хрома» бросилась ей наперерез, защищая кольцо. Василиса не собиралась вести мяч, это было слишком опасно. У нее есть всего три секунды. Она просто обязана вырвать эту победу.

– Вася, пас! – закричала Ника, их атакующий защитник.

Но Василиса мотнула головой. Волосы, стянутые в тугой хвост, хлестнули по щеке. Центровая «Хрома» не отставала, дышала в затылок. Толкнула Василису в бок, так что ту шатнуло в сторону. Размерами Василиса прилично уступала центровой, но в своем стремлении к победе они были равны. Сейчас в этом зале никого яростнее Василисы не было. Ей просто необходимы эти жалкие два очка, которые должны приблизить ее к заветной мечте.

Прикусив губу от напряжения, Василиса зло отпихнула центровую плечом. Толчок, напряжение мышц, тело, вытянувшееся в струну, и рука, готовая забросить мяч, – вот что чувствовала Василиса. Она предвкушала триумф.

Мяч, почти не вращаясь, полетел в кольцо и упал в сетку. «Я сделала это! Сделала!» – подумала она. В ушах стоял оглушительный звон. Внезапно раздался чей-то крик. А затем свисток.

– Номер пятнадцать! Фол! – закричал судья.

Ошарашенная Василиса отпустила кольцо. Спрыгнув на пол, обернулась и увидела растянувшуюся на паркете центровую «Хрома». Та зло смотрела на нее, потирая колено. К ней уже подошел второй судья и девушки из команды.

– Как? – выдохнула Василиса. – Не могла я ее так толкнуть!

Она беспомощно размахивала руками, обращаясь за поддержкой к команде. Тренер Роман Витальевич, стоявший на противоположной стороне площадки, закрыл лицо руками.

В следующее мгновение появились два врача, подняли центровую «Хрома» и увели. Проходя мимо Василисы, девушка обернулась и одарила ее ядовитой усмешкой. Конечно, Вася не могла бы уронить на пол девушку в два раза большее нее самой.

– Черт! Это какой-то бред! Глаза разуйте, она нарочно упала! – возмущаясь, повернулась Василиса к судье.

– Технический фол за неуважительное обращение с судьей. Номер пятнадцать удален с площадки. Штрафной для «Оникса».

– Нет-нет-нет! – запричитала Василиса.

Тренер поднял со скамейки запасных просидевшую на ней всю игру Лару Шведову. Он выбрал ее словно в укор Василисе.

– Ветрова, с площадки! – гаркнул он.

Василиса, глотая злые слезы, подбежала к скамейке запасных и сердито уселась. Прозвучал свисток. После одного штрафного броска «Хром» забил еще четыре дополнительных очка. Она снова облажалась.


–Василий, ты все равно была великолепна! Сражалась как фурия! А эта клуша специально упала, все это прекрасно видели. Судью на мыло! – бушевал Петя Краснов, лучший друг Василисы.

Петя тоже играл в юношеской лиге за «Оникс» – в мужской команде. Они с Василисой дружили с седьмого класса, и эта дружба многим казалась необъяснимой. Она как-то помогла ему подтянуть оценки, и с тех пор ребята стали не разлей вода.

– Ты видел этот позор… – застонала Василиса.

– Прекрати! Ты хорошо играла, просто в какой-то момент… переоценила свои силы, – успокаивал ее Петя, взлохматив свои светло-рыжие волосы.

Он дождался Василису у раздевалки и, несмотря на все мольбы оставить ее в гордом одиночестве, все равно не сдавался. Петя давно изучил характер подруги и знал: в такие моменты ей категорически нельзя оставаться наедине с мыслями о собственных неудачах.

– Сейчас поедем домой, закажем пиццу, посмотрим «Очень странные дела» и будем резаться в настолки.

– Петь… Можно я просто поеду домой? Следующие двадцать четыре часа я планирую пялиться в потолок и, возможно, рыдать…

– Нельзя! Не позволю тебе испортить наш выходной – единственный за целый месяц.

– Я собираюсь испортить его только себе.

Василиса поправила сумку на плече и до подбородка застегнула спортивную кофту. Сейчас она мечтала только о горячем душе, который расслабит мышцы, о стакане свежевыжатого апельсинового сока и о постели. Тусовка с Петей, чья энергия никогда не иссякала, в ее планы не входила.

Петя заботливо распахнул перед ней дверь спортивного комплекса, в котором находился баскетбольный клуб «Оникс». Василиса, угрюмо кивнув, вышла на улицу и поежилась от легкого ветерка. От еще мокрых волос стало неприятно и холодно, голова тут же замерзла. Апрель в Волгограде в этом году выдался не самый теплый.

Петя в белом лонгсливе и серых спортивных штанах, засунув руки в карманы, шагал рядом, без умолку треща об игре, о том, как несправедливо проиграл «Оникс», и осыпая Василису комплиментами. Но она-то знала, что сыграла хуже некуда и потеряла возможность попасть в московский клуб «Атланты», агент которого сидел на трибуне.

До конца сезона оставалось всего два матча, а Василиса все еще не получила ни одного приглашения от клубов высшей лиги, куда так стремилась попасть. Она с досадой поддела камешек носком белой найковской кроссовки.

– Ты меня что, совсем не слушаешь? – спросил Петя.

– Как ты догадался? – мрачно усмехнулась Василиса.

– Так, подруга, завязывай хандрить. Иначе я позвоню в «Скорую помощь бешеных подружек» и попрошу Катю приехать прямо сейчас, а не вечером на тусовку. Ты ведь знаешь: она затащит тебя к себе домой, заставит целый день пролежать с глиняной маской на лице и выпить три литра этой ее зеленой бурды…

Петю передернуло. Он терпеть не мог модный чай матча, который Катерина, наоборот, обожала.

– Звучит хуже некуда, но у меня всегда есть третий, лучший вариант – уехать домой, – заметила Василиса.

– Не-а. – Петя остановился прямо перед ней и положил руки ей на плечи. – Выбирай, Василий: либо я, либо Катерина. И потом, я уже позвонил твоей маман и сказал, что сегодня у нас тусо-овка!

Мать Василисы просто обожала Петю. Честно говоря, трудно было представить себе человека, которому не нравился Петр Краснов. «Исключительно положительный молодой человек», – так о нем отзывались в школе № 152, где учился почти весь состав юношеской команды «Оникса».

Так уж было заведено: тренеры рекомендовали игрокам клуба одну школу для обучения. Так им было проще поддерживать контакт с учителями и директором. Удобно, когда посылать уведомления о том, что ученики отправляются на спортивный выезд, приходится в одну школу, а не в десяток разных.

В субботу у всей команды был единственный в этом месяце выходной. В конце сезона такой подарок – настоящее чудо, и все ему радовались. Все, кроме Василисы. Настроение было безнадежно испорчено, и даже плещущая через край энергия Пети не могла исправить ситуацию.

Погрузившись в мрачные мысли и про себя ругая Петю за звонок маме (если бы не это, от тусовки удалось бы отвертеться), Василиса плелась к автобусной остановке, сосредоточенно разглядывая трещины на сером асфальте. Мышцы начинали ныть, растянутый голеностоп вновь напомнил о себе. Болтовня Пети, раздававшаяся где-то справа, смешивалась с шумом улицы, растворялась в шелесте колес проезжающих машин, счастливых детских возгласах с площадки и обрывках разговоров случайных прохожих. Но все, происходившее вокруг, было совершенно неважно.Она проиграла.

Петя резко дернул Василису за локоть, вынуждая остановиться.

– Эй, ты куда прешь как танк? Я уже три раза повторил, что нам не к автобусу!

– А куда? – недовольно проворчала Василиса, выдергивая руку.

– Во-он туда, – Петя указал рукой в другую сторону.

Там стоял один-единственный автомобиль, и Василиса прекрасно знала, кому он принадлежит. Черный мерседес S-класса с тонированными стеклами замер на парковке.

– Ты что, издеваешься?! – рявкнула Василиса. – Я к Лебедеву в тачку не сяду. Вы, может, и друзья, но притворяться, что он мне нравится, не буду.

– Отказываться поздно, – пожал плечами Петя и снова схватил Василису за руку. – Если бы ты не витала в облаках, то услышала бы, что его водитель отвезет нас ко мне домой.

– Водитель?

– Ну да.

– И только?

– Клянусь! – кивнул Петя и потащил ее за собой.

Василиса снова поплелась за ним. В конце концов, что плохого, если водитель Лебедевых их отвезет? Если представить, что это бесплатное такси, затея уже не кажется такой плохой. Простреливающая боль в голеностопе усиливалась с каждым шагом. Василиса поморщилась. Они подошли к блестящей черной машине, и Петя галантным жестом распахнул перед Василисой дверь. Она скорчила ему рожу и молча плюхнулась на кожаное сиденье. Петя попытался забрать у нее сумку с формой и кроссовками, но она не отдала. Он захлопнул дверь, обошел машину и уселся рядом.

– Добрый вечер, Аркадий, – широко улыбнулся он, здороваясь с водителем.

– Добрый вечер, Петр, – негромко ответил тот, бросив взгляд в зеркало заднего вида.

Василиса видела только профиль водителя, но вся его фигура, казалось, выражала недовольство ее присутствием.

– Добрый вечер, – выдавила она и отвернулась к окну.

«Интересно, это все тот же водитель, что и пять лет назад?» – подумала она.

Щелкнули замки, блокирующие двери, и автомобиль тронулся. Василиса откинулась на спинку сиденья, провела ладонью по прохладной и гладкой бежевой коже обшивки. В салоне приятно пахло чем-то древесным и свежим. Чем-то роскошным.

– В духе Лебедевых, – негромко сказала Василиса, не удержавшись.

– Что-что? – переспросил Петя.

– Говорю, дорогая машина. Показушная. В духе Лебедевых.

Петя округлил глаза, уставившись в спинку переднего сиденья. Только теперь Василиса заметила, что место рядом с водителем занято.

– Еще что скажешь, Ветрова? – послышался знакомый голос.

– Краснов! – взвизгнула Василиса и со всей силы стукнула друга. – Ты же сказал, только водитель! Ты сказал: «Клянусь!»

– Я скрестил пальцы, – обезоруживающе усмехнулся Петя.

– Идиот! Ты же знаешь, я его ненавижу! – бушевала Василиса.

– Продолжишь делать вид, что меня тут нет, Ветрова? – Никита Лебедев повернулся к ним.

Его светлая голова показалась из-за спинки сиденья. Серые глаза, холодные, словно льдины в Северном Ледовитом океане, пристально смотрели на Василису.

– Отвали, Лебедев! Машину остановите, я выйду!

– И куда? – Никита поднял бровь. – Прямо на дорогу? Валяй. Я на это посмотрю.

– Да пошел ты! – взвилась Василиса.

Скрестив руки на груди, она отвернулась и уставилась в темное стекло. Мимо пролетали машины, разрезая светом фар опустившиеся на город сумерки. Все молчали. Василиса чувствовала, что вот-вот лопнет от злости. Еще пара секунд, и, если придурок Лебедев не отвернется, она врежет по его идеально ровному носу.

– Осторожно, Ветрова, сейчас взорвешься, – фыркнул тот.

– Я что, непонятно выразилась, когда попросила остановиться? – не выдержала Василиса.

– Вась, правда, успокойся… – По испуганным глазам Пети было понятно, что он не ожидал такой бурной реакции.

Но как еще Василиса должна была себя вести, если после провальной игры, когда она потеряла шанс попасть в «Атлантов», он запихал ее в машину к человеку, которого она с детства на дух не выносила?

– Ветрова, если ты пять лет копила обиду из-за шрама на лбу, можешь ударить меня, разрешаю. Буду только рад, если тебе полегчает и ты перестанешь вести себя как взбесившаяся морская свинка, – проговорил Никита.

– Что ты сказал? – взвилась Василиса.

– Не, ну, Вась, ты правда похожа немного: волосы такого же цвета, как у этих… У свинок… – решил беззлобно пошутить Петя.

Но это оказалось фатальной ошибкой.

Чувствуя, как пылают ее щеки, Василиса повернулась к другу и, размахнувшись, вмазала ему кулаком в плечо. Удар получился сильным, резкая боль прострелила кисть.

– Я же просто пошутил! – завопил Петя.

– Ветрова, да ты настоящая фурия! – расхохотался Никита.

– Сейчас и тебе достанется! – Василиса вытянула длинную ногу и от души пнула спинку переднего сиденья.

– А вот портить имущество Михаила Дмитриевича не нужно, – неожиданно подал голос водитель.

– Пошли вы оба! – рявкнула Василиса.

Остаток дороги они провели в молчании. Петя неловко ерзал, то и дело поглядывая в смартфон. Несколько раз открывал рот, порываясь что-то сказать, но, перехватив взгляд Василисы, останавливался.

## 2. Никита

5 лет назад


– Девчонки не могут играть в баскет, вали отсюда! – Женька, товарищ Никиты по команде, а также его сосед, толкнул в плечо девчонку со злыми черными глазами.

– Не трогай ее, – велел Никита.

Он был негласным лидером их компании. В свободное от школы и тренировок время ребята собирались поиграть на площадке во дворе. Вот и сегодня, в жаркий августовский день, за две недели до начала учебного года и баскетбольного сезона, пятеро мальчишек тренировались здесь забрасывать трехочковые.

Но все пошло не по плану, когда появилась она – красивая темноволосая девчонка в черной баскетбольной форме. Под мышкой она держала кирпично-оранжевый мяч.

– Ты кто? – спросил Никита.

– Василиса, – угрюмо буркнула девчонка.

– Хочешь играть с нами?

– Хочу.

– Тогда покажи, что умеешь. – Никита указал в сторону площадки.

Девчонка молча кивнула и перекинула мяч из одной руки в другую. Проходя мимо Женьки, она толкнула его – так же, как он ее минуту назад. Дерзкая. Женька шумно выдохнул, сделал шаг в сторону Василисы, но Никита удержал его за футболку. Ему вдруг захотелось посмотреть, что она может.

Мальчишки отошли в сторону. Никита стоял чуть впереди, показывая, кто здесь главный. Он во всем старался подражать отцу и сейчас тоже копировал его, расставив ноги и скрестив руки на груди.

Василиса с вызовом посмотрела на ребят и… побежала. Быстро, поразительно быстро она вела мяч к кольцу, а затем, ловко подпрыгнув, забросила двухочковый.

– Треху давай! – заорал Леша, долговязый веснушчатый пацан. – Ты еще под кольцо встань и забрось! Так любой дурак сможет!

Никита кивнул. Василиса, поймав его взгляд, сдвинула брови и вновь побежала. Оказавшись в центре, она взмыла в воздух, вскинув руку с мячом, и запустила его через всю площадку. Пролетев несколько метров, мяч пару раз ударился о кольцо, провалился в сетку и отскочил от прорезиненной поверхности площадки.

– Красава! – захлопал Дима, тоже тренировавшийся в «Ониксе». – Круто!

Никита не спешил с восторгами. Он старался не проявлять излишних чувств и не показывать эмоций. Отец учил, что настоящие мужчины ведут себя сдержанно. Приблизившись к Василисе, он протянул ей руку. Она коснулась ее своей вспотевшей прохладной ладошкой и крепко сжала.

– Можешь играть с нами, – склонив голову набок, сказал Никита. – Но учти, мы тут серьезно тренируемся, так что будем на равных. Девчонкам никаких поблажек.

– А мне поблажки не нужны.

– Кто твой любимый баскетболист? – прищурившись и все так же неприязненно спросил Женька.

– Это что, вступительные экзамены? – съязвила Василиса, но ответила: – Клей Томпсон из «Даллас Маверик».

Никита одобрительно кивнул, но Женьку ответ не устроил.

– Отстой! – скривился он. – Из легких форвардов лучший – Леброн из «Лос-Анджелес Лейкерс».

– Банальщина, – фыркнула Василиса.

– Эй, слышишь… – раскраснелся Женька и снова сделал шаг в сторону Василисы.

На этот раз его перехватил Леня, удерживая за предплечье.

– Может, лучше сыграем? – предложил он.

– Три на три, – скомандовал Никита, наблюдавший за перепалкой. – Мы с Леней и Антохой против Лехи, Женьки и… Василисы.

– Я с девчонкой в одной команде играть не буду! – задохнулся от возмущения Женя.

– Тогда вали с площадки, – пожал плечами Никита.

Два года тренировок в «Ониксе» научили его не только базовым приемам игры, выносливости, терпению, но и тому, что ничего так не сближает, как игра в одной команде. Он надеялся, что Женька невольно примет Василису, сыграв с ней на одной стороне.

Набычившись, тот взглянул на Василису и молча, отвернувшись от Никиты, прошагал к центру поля и встал у нарисованного посредине круга. Он был самым рослым и крепким из ребят и мечтал стать центровым. Остальные присоединились к нему. Мяч в руках держал Никита.

– На какой позиции хочешь играть, когда вырастешь? – спросил Никита, останавливаясь напротив Василисы.

– Я буду разыгрывающей, – серьезно ответила она.

– Будешь раздавать ассисты[2] или набирать очки?

– Буду руководить игрой.

– А я буду скорером[3]: нет ничего зрелищнее забитых очков, – хмыкнул Никита.

Леня бросил мяч в центр, и борьба началась. Все ребята были знакомы со стандартными баскетбольными правилами. Они даже старались правильно распределиться по площадке: Женька и Антон под кольца – центровые, Василиса с Никитой за трехочковой линией – разыгрывающие, а Леня и Леха в углу – защитники.

Между Никитой и Василисой завязалась настоящая битва. Сначала Никита, схватив мяч, повел его на сторону соперников. Женька защищал кольцо, но Никита умело обошел его, ускользнув и от Василисы с Лехой, и открыл счет, забив двухочковый. Обычно они играли до двадцати очков. Затем Василиса, перехватив мяч, прорвалась на сторону Никиты и тоже забила несколько очков.

Все относились к игре предельно серьезно, не давая ни себе, ни соперникам спуску. Вокруг площадки уже собрались зрители. Счет был 18:18, когда Никита решился на рискованный шаг. Когда Василиса в очередной раз перехватила мяч, устремилась к кольцу, уклонившись от Лени и проскользнув под рукой Антона, он метнулся к ней, пытаясь преградить путь. Но затормозить не успел и врезался в Василису. Несмотря на то что Василиса была довольно рослой для своего возраста, мальчишкам она все же уступала и потому, не удержавшись на ногах, полетела лицом вниз. Падая, она вскинула руки, надеясь смягчить падение, но не успела и с глухим стуком приложилась лбом о поверхность площадки.

Никита бросился на колени рядом с ней, перевернул ее на спину. Девчонка не издала ни звука. Мальчишки обступили ее, раскрасневшиеся потные лица склонились над ней. Кожа на ее лбу была содрана так, будто ее стерли наждачной бумагой. На глазах выступили слезы, но она не издала ни звука. Сжав губы, Василиса смотрела на Никиту. Он протянул ей руку, чтобы помочь подняться, но она оттолкнула ее и сказала:

– У вас фол. Бросаю два штрафных.


Остаток лета Василиса почти каждый день выходила играть на площадку. Оказалось, что она переехала в Волгоград из Ахтубинска, небольшого городка в ста пятидесяти километрах от Волгограда. Ее родители перебрались сюда, чтобы Василиса могла тренироваться в «Ониксе». Жила она теперь в соседнем доме, чему Никита был рад, хотя виду не подавал. Василиса сразу ему понравилась. Смешная, смелая, в баскет гоняет получше некоторых мальчишек и… красивая. Шрам, появившийся после их первой совместной игры, совсем ее не портил.

Начался учебный год, но они по-прежнему проводили вместе много времени. Учились они в разных параллелях, Никита – в «б», а Вася – в «в», но каждую перемену, встретившись в коридоре или в столовой, без умолку болтали, обсуждая баскетбол, видеоигры, комиксы и фильмы.

А однажды Никита пригласил Василису в кино – тогда как раз вышел «Бэтмен против Супермена». Денег он попросил у мамы. Отец считал, что Никите еще рано иметь собственные средства. Стараясь впечатлить Васю, Никита купил карамельный попкорн, колу и билеты на сеанс в 14:00, что в их двенадцать лет было верхом шика. После фильма они еще долго спорили, кто круче: Бэтмен или Супермен.

После школы и тренировок они часто зависали дома у Василисы. Ее родители с радостью принимали Никиту. Васина мама Елена Владимировна пекла вкуснейшую шарлотку, а папа Александр Юрьевич играл с ними в настольные игры. Иногда они часами просиживали за монополией, а потом вдвоем делали уроки.

Так прошло полгода, пока родители Никиты не заинтересовались, где это сын пропадает каждые выходные.

И дружбе пришел конец.

## 3. Никита

Апрель 2023


Он не раз задавался вопросом: «Что творится в голове у девчонок?», но ответа так и не нашел. Он и сейчас думал об этом, представляя, как насупившаяся Ветрова сидит на заднем сиденье отцовского «мерса» и едва не сверлит глазами подголовник его сиденья. Нет, серьезно, если бы Василиса обладала суперспособностью Циклопа из комиксов «Марвел», она бы прожгла лазерами его голову.

«Вот как знал! Никогда не соглашайся на тупые предложения Краснова», – мысленно ругал себя Никита. Петя был его лучшим другом с того дня, как родители привели их восьмилетних в спорткомплекс «Оникса». Играя в одной команде, мальчишки быстро подружились. А потом Петя подружился с Василисой. Сначала Никите не нравилось их общение, но со временем он привык. Они с Ветровой просто игнорировали друг друга, не вмешивая Петю в личные обиды. К тому же Никита больше не вспоминал об их детской ссоре, а вот Ветрова категорически отказывалась идти на примирение.

Когда Петя предложил поехать к нему с ночевкой, Никита сразу согласился, хотя было ясно, что Петя позовет и Василису тоже. Накануне вечером у женской юношеской команды должен был состояться матч с «Хромом». На нем присутствовал агент «Атлантов», и Петя был уверен, что Василиса получит на будущий сезон приглашение в высшую лигу, и они смогут это отметить. Она оставалась одной из немногих девчонок, кто еще не подписал контракт.

Но все пошло не по плану. Гнетущая тишина давила, и Никита с облегчением выдохнул, когда машина наконец подъехала к дому, где жил Краснов.

Василиса выскочила из салона как ошпаренная. Ее стремительно удаляющаяся фигура маячила за лобовым стеклом. Длинный темный хвост яростно метался из стороны в сторону.

Петя сыпал извинениями:

– Никитос, прости за это шоу! Я не ожидал, что так будет!..

– Все в порядке, – отмахнулся Никита. – Типичная Ветрова.

Они попрощались с водителем и синхронно вылезли из машины. Никита поправил ворот разноцветного бомбера, растирая затекшую после поездки шею. Петя понуро шагал рядом, засунув руки в карманы джинсов, едва достающих до щиколоток. Краснов играл на позиции центрового в мужской юношеской команде «Оникса» и был самым высоким из ребят. Петя потер щеку, и она тут же покрылась красными пятнами, веснушки ярче проступили на его бледном лице.

– Нет, правда извини, – продолжал он, – все из-за матча этого дурацкого…

– Петь, ты сам прекрасно знаешь, что мы с Васькой… – Никита так давно не называл ее Васькой, что даже остановился от неожиданности. Помолчав, он продолжил: – Что мы с ней давно не ладим.

– И это мои лучшие друзья, – возвел глаза к небу Петя.

Василиса стояла у подъездной двери, прислонившись к стене. Экран смартфона, по которому она быстро стучала пальцами, подсвечивал ее лицо. Делая вид, что не замечает ребят, Василиса продолжала с кем-то переписываться. Петя приложил к ключ к панели домофона и молча открыл дверь, пропуская ее вперед. Все так же не отрываясь от телефона, Василиса зашла в подъезд.

У лифта ребята переглянулись, наблюдая за ней. Никита не сдержался.

– С ухажерами переписываешься, Ветрова? – насмешливо спросил он.

– Не твое дело, – процедила сквозь зубы Василиса. – Я же у тебя не спрашиваю, кому ты на подготовке к ЕГЭ строчишь, вместо того чтобы задания выполнять.

– Так ты следишь за мной? – не унимался Никита.

Несмотря на беззвучные мольбы Пети, который активно жестикулировал за спиной у Василисы, призывая Никиту остановиться, тот не мог отказать себе в удовольствии подколоть ее. Она становилась такой смешной, когда злилась.

– Да, слежу и в блокнот всех твоих девушек записываю. – Василиса наконец оторвалась телефона. – Мне же больше нечем заняться. Кстати, напомни, на какой балл ты пробник по русскому написал? Вроде бы на сорок пять, да? Один из самых низких в классе.

Настроение у Никиты тут же ухудшилось. Василиса наступила на больную мозоль. Он сжал зубы, желваки на щеках напряглись. Василиса с вызовом смотрела него, ожидая реакции, но он молчал, не сводя с нее глаз. Пробный ЕГЭ был его личной головной болью. Для того чтобы играть в высшей лиге, куда Никита уже получил приглашение, результаты ЕГЭ были не важны. Московский клуб «Железные когти» ждал, когда Никите исполнится восемнадцать и он сможет сам подписать контракт. Вот только отец был против.

Не получив ответа, Василиса победно хмыкнула и вошла в лифт. Парни последовали за ней.

– Итак, сегодня в настолках звездный состав: я, вы, Катюха и Денис с Мишей. В программе – кола, пицца, монополия и плойка[4], – возвестил Петя.

Никита и Василиса хмуро смотрели друг на друга, прислонившись к противоположным стенам лифтам.

– Ребят, ну это ни в какие ворота уже! – разозлился Петя. – Я хочу отдохнуть с друзьями перед последним рывком в сезоне, а вы глотки друг другу перегрызть готовы…

– Да я-то тут при чем? – дернул плечом Никита. – Это ты Ветровой скажи, пусть остынет.

Василиса открыла рот, шумно втянула воздух, по-видимому, готовясь разразиться очередной тирадой, но в этот момент в кабине раздался мелодичный перезвон, лифт остановился. Двери открылись.

– Неженки вперед, – мотнула головой Василиса.

– Уступаю очередь злопамятным девчонкам, – тут же ответил Никита.

– Оба на выход! – рявкнул красный от злости Петя. – Достали!

Василиса, высоко подняв голову, вышла из лифта. Никита двинулся следом за ней. Петя отвесил ему шутливый подзатыльник.

Всунув ключ в замочную скважину, он провернул его несколько раз. С громким щелчком засов замка отодвинулся, и Петя отворил дверь.

В квартире было темно. Петя щелкнул выключателем, и огромная люстра залила светом большой коридор. Никита часто бывал здесь и знал квартиру Красновых так же хорошо, как собственную. Мраморный пол, светлые обои, пушистые ковры на полу – так выглядела пятикомнатная квартира родителей Пети. Одна из гостевых комнат, можно сказать, была закреплена за Никитой, так часто он оставался тут с ночевкой. Скинув бело-синие «Данки»[5], он прошел прямо в спальню и рухнул на кровать с высоты своих ста девяноста пяти сантиметров. Матрас скрипнул, пружиня под его весом. Закинув руки за голову, Никита уставился в потолок, прислушиваясь к голосам в коридоре.

Там происходил оживленный спор. Судя по всему, Ветрова порывалась уйти… Никита сам не знал, обрадует это его или нет. Они игнорировали друг друга уже давно, старались не пересекаться в школе, на подготовке к ЕГЭ садились на противоположных концах класса, а в «Ониксе» здоровались, только если Петя был рядом.

Но Никита иногда наблюдал за Ветровой. Приходил с Красновым посмотреть на ее матчи, только она об этом не знала. Они играли на одинаковых позициях – атакующего форварда, и Никите было интересно наблюдать за ней, сравнивать их приемы и ошибки. Ветрова хорошо играла, но на площадке была слишком агрессивной и дерзкой, и это всегда выходило ей боком. Если бы она попросила у него помощи, он бы ей подсказал. Но этого от нее ждать не приходилось.

– Здесь буду спать я! – выдернул его из раздумий звонкий голос Василисы.

Упираясь руками в бока, она хмуро стояла на пороге.

– А тебе хорошо с распущенными волосами. Не замечал, что они такие… длинные. Ходи так почаще, а не как обычно, с пучком или с хвостом, – подмигнул ей Никита.

– Лебедев, даже если бы ты остался последним парнем на планете, я бы не спросила твоего мнения.

– Мне нравится, что ты представляешь себе, как мы остаемся наедине…

– Идиот! – Стянув с руки резинку для волос, Василиса швырнула ее в Никиту.

– Ранила! – Никита схватился за сердце, когда резинка пролетела мимо его головы. – Но комнату я тебе не отдам. Здесь полно спальных мест, переночуете с Морозовой на диване. Или Краснов отобрал у тебя даже Катю? Опять осталась одна?

Тряхнув темными кудрями, Ветрова развернулась и выбежала из комнаты.

– Один-один, Ветрова! – крикнул Никита ей вслед.

## 4. Василиса

Василиса чувствовала, как злость закипает где-то в горле. Ее кулаки сжимались и разжимались. Она едва сдержалась, чтобы не влепить Лебедеву звонкую пощечину. Перед ее глазами застыло его ухмыляющееся лицо. Как он вообще посмел так с ней разговаривать?

Она влетела в ванную рядом с гостевой спальней. И все еще продолжала слышать, как Лебедев смеется ей вслед.

Единственное, что могло ее сейчас успокоить, – это контрастный душ. Включив воду, Василиса забралась в кабину. И наконец смогла дать волю своим чувствам, зная, что никто ее не увидит и не услышит. Сев на пол, она подтянула колени к груди и подставила голову под непрерывный поток воды. Зажмурилась, чувствуя подступающие слезы, закрыла лицо руками и зарыдала. Все навалилось сразу: сегодняшний провал, сообщения от мамы о том, что, может быть, пора подумать о чем-то, помимо баскетбола, а тут еще и Лебедев…

Через полчаса Василиса вышла из душа – в Петиной пижаме, которая была велика ей на несколько размеров.

В гостиной, объединенной с кухней, было шумно. На полу, заваленном подушками, сидели, обнявшись, Петя с Катериной, а рядом с ними растянулись три долговязых фигуры: Никита, Денис и Миша. В центре разложили «Монополию», вокруг стояли коробки с пиццей и банки с колой. Василиса босиком прошлепала к одной из подушек и села.

– О, Васька! – заулыбался Миша. – Присоединяйся! Мы только начали.

– Привет! – Денис протянул ей широко раскрытую пятерню.

Василиса «отбила» приветствие. Парни играли в юношеской команде «Оникса», и все друг друга знали.

С Катей Морозовой Петя познакомился в школе – она была одноклассницей Василисы и ее лучшей подругой. Катя потянулась к Василисе, они обнялись. Никита, катая игральный кубик в длинных пальцах, рассматривал ковер.

Василиса чувствовала, что глаза все еще щиплет от слез.

– Расстраиваешься из-за игры? – прямо спросил Миша.

– Нет, все в порядке, – отмахнулась Василиса. – Я лучше поем.

– Это правильно! – хохотнул Денис. – Когда у нас еще будет читмил, или как там это у зожников называется? Меня вот мать заставляет каждый день куриную грудку есть, уже в горло не лезет! Еще и контейнеры с собой выдает, говорит: «Это важно для спортсмена». Я когда в Питер перееду, буду каждый день хот-доги есть.

– Тебя, если фастфудом питаться начнешь, из «Атлантов» тут же попрут, – заметил Петя.

– Тебя взяли в «Атланты»? – подняла голову Василиса.

– Ну… да. Просто не хотел при тебе говорить… – почесал голову Денис.

– Поздравляю!

– Спасибо! Надеюсь, что года через два попаду в основу.

Денис был самым взрослым из них, ему уже исполнилось восемнадцать.

– Ден, это здорово. Ты крутой защитник, – кивнула Василиса, протягивая Денису кулак, чтобы тот отбил.

– Ты сегодня тоже хорошо играла…

– Ой, не начинай, – отмахнулась она. – Бросайте уже кубик. Хочу увидеть, как Лебедев останется банкротом.

– Не дождешься, – тут же отреагировал Никита.

Василиса сама не знала, зачем задела его. Но это он нарушил сегодня их пятилетний взаимный игнор, вот пусть теперь и расхлебывает.

– Смотрю, ты принарядилась. – Он опять издевательски подмигнул.

Василиса стукнула его подушкой.


Утром Василиса проснулась в отвратительном настроении. Сначала она не поняла, где находится, и успела испугаться, но спустя несколько секунд вспомнила, что ночует у Пети Краснова. Катя с Никитой тоже остались, а Денис и Миша уехали. Василиса тоже порывалась покинуть хоромы Красновых, но Петя настоял, чтобы лучшая подруга осталась. На следующий день они собирались в боулинг, чтобы провести вместе хотя бы половину общего выходного.

В середине дня Петины родители должны были вернуться, а до тех пор квартира оставалась в его распоряжении.

Василиса пошарила под подушкой и свесилась с кровати в поисках смартфона, который ночью свалился на пол. Часы на экране показывали 12:30. В квартире царила звенящая тишина, и на горизонте забрезжила надежда незаметно улизнуть, чтобы избежать еще одного дня в компании Лебедева.

Василиса села и попыталась нашарить тапки ногами. Но она была не дома, поэтому двух зеленых и пушистых Майков Вазовски у кровати не оказалось. Схватив телефон, она проскользнула в ванную, чтобы привести себя в порядок. Педантичный Петя накануне вечером выдал всем по зубному набору (у его отца была стоматологическая клиника), а еще халат, пижаму и полотенце. Василиса называла это пятизвездочным сервисом.

Бесшумно пробраться на кухню, выпить стакан воды с лимоном и, возможно, найти остатки пиццы, затем вызвать такси и отправиться домой – таков был безупречный план.

Но едва войдя на кухню, Василиса поняла, что он провалился: на диване, стоящем посреди кухни-гостиной, валялся Лебедев. Лежа на животе, он сосредоточенно листал ленту соцсети. Он пока не обратил внимания на застывшую в дверном проеме Василису, так что возможность улизнуть незамеченной еще оставалась. Василиса осторожно сделала шаг назад, но тут Никита повернул голову.

– Ветрова, доброе утро, – пробормотал он, смерив ее взглядом.

– Было бы доброе, если бы тебя здесь не оказалось.

– Как всегда, дружелюбна, – заметил Никита. – Надеялась свалить, пока Петя не проснется?

– Читаешь мысли, – саркастично ответила Василиса.

– Если хочешь – уезжай, скажу, что не видел тебя.

– Что за внезапное благородство?

Василиса достала из холодильника небольшую гроздь винограда и, отрывая по одной ягоде, стала забрасывать их в рот.

– Ветрова, а кто сказал, что я тебя ненавижу?

Никита сел, откинувшись на спинку дивана. Взъерошенный, заспанный, он сверлил Василису серыми глазами.

– Кстати, ты и правда хорошо вчера играла. А если бы не зацикливалась на себе и вовремя сделала передачу, то команда бы выиграла.

– Что?! – задохнулась от возмущения Василиса. – Я разве спрашивала, что ты об этом думаешь?

– Ветрова, я просто сказал, что ты хорошо играла, и указал на ошибку. Чего ты взвилась-то? Если треху стабильно забивать научишься и отработаешь пару передач – цены тебе не будет.

– Это сеанс непрошенных советов? – выгнула бровь Василиса, чувствуя, как нарастает раздражение.

– Перестань, – вздохнул Никита. – Нам сегодня еще полдня предстоит вместе провести. Я уже сделал шаг к примирению. Может, и ты перестанешь вести себя как настоящая…

Он запнулся на полуслове. Василиса прикусила щеку, чтобы не сорваться. Здравый смысл подсказывал ей, что в чем-то Никита был прав.

– Ладно, – сказала она, наливая в стакан воду из фильтра.

– Что – «ладно»?

– Ты прав. Я плохо играла и мало думала о команде.

– Нет, подожди!

Никита оживился и пересел на стул рядом с Василисой.

– Я сказал, что ты хорошо играла… И я знаю, ты ждешь, когда тебя пригласят в команду высшей лиги, но…

– А ты? – перебила его Василиса. – Ты ведь уже получил приглашение?

– Да.

– В «Железные когти»?

– Да.

– Ну так и чего ты ко мне лезешь со своими советами? – Упираясь руками в стол, Василиса нависла над Никитой.

– Послушай…

– А твой папаша? Отпустит тебя в Москву играть в баскетбол? Ты же во всем его слушаешься?

Никита с удивлением смотрел на Василису, как будто не понимал, что на нее нашло. Но она прекрасно знала, что он притворяется, только изображает сочувствие. Лебедеву нельзя доверять. Только не тому, кто предает друзей.

## 5. Василиса

5 лет назад


Родители не сразу согласились отпустить ее на дачу к Лебедевым, но убедившись, что они с Никитой будут под присмотром, сдались. К тому же за полгода они привыкли к Никите и доверяли ему. Лебедевы часто ездили на дачу, которая находилась всего в получасе езды от Волгограда. По рассказам Никиты, родители постоянно оставались там, особенно мать, на плечах которой лежали все домашние дела.

Лебедевы и Ветровы были соседями – многоквартирные дома, в которых они жили, стояли рядом, и дети познакомились на дворовой площадке. Однако родители Василисы и Никиты при редких встречах лишь сухо приветствовали друг друга. Мама Василисы пыталась словно бы невзначай расспросить Никиту о его отношениях с родителями, но тот сразу замыкался в себе, особенно если разговор заходил об отце.

Чтобы Васе не ехать в гости с пустыми руками, мама испекла фирменную шарлотку и положила ее в самый красивый контейнер, который нашелся дома. Она даже заставила Василису надеть джинсы вместо тренировочных штанов, в которых та ходила и дома, и на улице.

Когда к дому подъехал дорогой черный автомобиль, мама опешила.

– Мы, конечно, знали, что папа у Никиты серьезный человек, бизнесом занимается, но это как-то…

– Елена Владимировна! – приветствовал ее Никита, выскакивая из машины. – Вася! Садись скорее, родители уже заждались!

– Привет, Никита, – улыбнулась мама Василисы. – Обещай, что через три часа Василиса будет дома.

– Конечно!

Он выхватил из рук подруги пакет с контейнером. Водитель, выйдя из автомобиля, молча кивнул Елене Владимировне и открыл перед Василисой дверцу. Неуверенно оглядываясь, девочка залезла на заднее сиденье. Никита уселся рядом.

– Там такой ужин приготовили, ты будешь в восторге! – с горящими глазами заявил он. – Мама у плиты часа два провела, не меньше. Ты же любишь ризотто с морепродуктами?

– Ну… да… – пробормотала Василиса, чувствуя себя некомфортно. Она даже не знала, что такое «ризотто».

Машина плавно тронулась с места. В салоне негромко играла музыка, шум города не проникал внутрь, водитель невозмутимо рулил сквозь пробки, и в какой-то момент Василисе показалось, что она пассажир океанского лайнера. Она никогда не ездила на таких дорогих машинах. У папы в Ахтубинске, конечно, была машина, но сравнивать четырнадцатую «Ладу» с иномаркой, в которой они сейчас ехали, было просто смешно.

Никита без умолку трещал о том, как здорово у них дома и он наконец-то покажет Василисе мини-спортзал с беговой дорожкой и велотренажером. Чем дольше они ехали, тем сильнее нервничала Василиса. В какой-то момент она даже перестала отвечать Никите, но он этого, кажется, не заметил.

# Примечания

1

Скаутинг – глубокое исследование соперника, результатом которого является получение информации, обеспечивающей эффективную подготовку к игре (здесь и далее – примеч. автора).

2

Ассист (от англ.assist – результативная передача) – пас на игрока, впоследствии поразившего кольцо соперника.

3

Скорер (от англ.score – счет) – чаще всего атакующий легкий форвард, который имеет хороший бросок и набирает очки для команды.

4

Плойка – разговорное название игровых приставок Sony PlayStation.

5

«Данки» – сокращенное название кроссовок Nike Dunk.