# В поисках настоящей любви или Не страдайте, девки, х(е)иромантией

Ольга Липницкая

– Это что? – у мужика сверкают глаза, и между бровей появляется очень нехорошая складочка.

– Это? – пытаюсь держать лицо. – Доказательства!

– А как вы их добыли? – его взгляд меняется, Домбровский становится похож на хищника во время охоты.

– Это не важно, – взмахиваю рукой. – Важно то, что делает она!

– То, что делаете вы, тоже важно, – а теперь Константин похож на удава напротив кролика. – Потому что вы нарушили около пяти законов Российской Федерации, – он довольно, очень довольно улыбается. – И теперь вы или сядете или сделаете все, что я скажу!

Богатые тоже плачут! Особенно, когда их пытаются посадить еще более богатые! А она всего-то хотела ему показать компромат на его любовницу… Помочь, так сказать… От чистого сердца… А он!..

А что он – читайте во второй книге цикла “Богатые тоже плачут”.

## Глава 1

Людмила


“Вы хотите сказать, что это я убила Мэтью?! Вы идиоты! Если бы это была я, я бы шла с его отрезанной башкой под мышкой, распевая песни счастливым голосом!”

Захлопываю книгу.

Кайф!

Какой же это кайф!

Адреналин, драйв, эмоции и восхитительные декорации в виде замков и поместий! Всегда тяготела к неоклассицизму!

Я, то есть Свиридова Людмила Егоровна, дипломированный специалист по дизайну и архитектуре, магистр в области брендинга территории и дизайна среды, лауреат премий Хрустальный Дедал, Золотое сечение и т. д. и т. п., глубоко вздыхаю.

Эх… Сейчас бы бродить по средневековому замку в поисках… Да пусть и фамильного серебра, если с убийцами не везет. А не вот это вот все.

Не, провести пару недель на Южном побережье Крыма кто ж откажется?

Особенно, если тебе за это еще и платят.

Но это ж опять прорабы, плитка, кладка, фрески…

Ой! Фрески…

Надо написать Ирме.

Дамочка с вычурным именем Ирма Фрес уже много лет была моей подругой и напарницей.

Мы с ней были до жути разные! Я – рыжая, она – блондинка! Я – спортивная, она – вечно на шпильках. Но мы с ней отлично сработались.

Несмотря на игривое звучание имени, Ирма была дотошной, педантичной, обстоятельной… занудой! Зато ж я умела внести капельку сумасшествия в наши дела! Вписаться в неожиданный конкурс, выиграть тендер совершенно не по профилю нашего агентства или взять абсолютно нереальный заказ!

Вот и сейчас! Я сорвала куш! Взялась за обустройство конференц-зала для крупной московской компании. Только по иронии судьбы и благодаря слабому на передок любовнику Ирмы вышло так, что с залом осталась работать она, а мне предстояло подхватить проект напарницы – разгрести завалы в маленьком южном домике какого-то нувориша.

Зная уровень нашего агентства и состояние зала, я подозревала, что по итогам реконструкции обязательно будет труп! Остается надеяться, что не мой… Ирма уже раза три в сердцах хотела меня прибить. Правда, ни разу не предложила расторгнуть творческий союз. И на этом спасибо.

В общем, помня в каком состоянии я оставила подругу и объект, звонить Ирме казалось делом опасным. Решила обойтись сообщением.

“Долетела норм. Приземлились”.

Любимый Южный берег Крыма встретил меня раскаленным сухим воздухом и нестерпимой жарой. И это в мае!

Маленький аэропорт, не оснащенный телескопическим трапом, радостно бросил мне в лицо горсть сухого песка, смешанного с, наверное, еще московской пылью…

“И у кого тут от влажности штукатурка отваливается?!” – на моем лице сами собой скептически скривились губы.

Мысль провести почти месяц среди бестолковых рабочих меня не сильно радовала.

Не то, чтобы я не любила представителей строительных профессий…

Вся жизнь была так или иначе связана со штукатуркой.

Приходится украшать либо чужие квартиры, либо себя, если с квартирами что-то не задалось.

Просто я ненавижу глушь.

А самый крупный город Крымского побережья – это не что иное, как разросшаяся рыбацкая деревня. Ну это я так считаю.

По-моему, это самый лестный эпитет, которого достойна Ялта.

Тут хорошо лежать в шезлонге, отдыхая от городской суеты. Хорошо прогуливаться по набережной в поисках уникального сорта местного вина, хорошо строить глазки загорелым яхтсменам…

Хотя стоп… Откуда тут яхтсмены?

Это же Крым…

Глубоко вздыхаю и плетусь к стоянке такси.

Мне заказан трансфер.

.

## Глава 2


Людмила

– Что значит “приехали”?

Обалдело смотрю на таксиста, который пытается высадить меня перед крутой лестницей.

– Вон дом! – мужик красноречиво взмахивает рукой в небо. – По лестнице поднимайся и все! Приехали!

– А как?.. А мне?.. А чемодан? – лепечу вяло.

– Он у тебя легкий! В ручки возьми и иди! – стоит на своем таксист.

И тут во мне просыпается дизайнер, который тут же падает в обморок от ужаса.

– А стройматериалы как?

– А стройматериалы с объездного шоссе завозят, – хмыкает этот прекрасный экземпляр хамуса обыкновенуса.

Фигасе наглость!

– А меня почему с объездного нельзя?

– Да тут же ж крюк в восемнадцать километров! Не, – машет головой, – я не поеду! Хочешь тут выходи, хочешь весь день со мной катайся, – мужчина кавказской национальности довольно откидывается в кресле. – Я тебя вечером домой привезу, с женами познакомлю.

– С кем? – взвизгиваю. – Да иди ты!

Ну его к черту! Прочь отсюда! Как-нибудь дойду по этой лестнице. В конце концов, я же в кедах! Не на каблуках.

Рядом со мной тут же появляется мой миниатюрный чемоданчик ручной клади, и машина, хрустя гравием, быстренько уносится в закат.

Ну то есть вниз с холма, на котором я стою.

Так…

Судя по карте, тут осталось пути метров сто…

Задираю голову вверх…

Ох ё…

Сто метров крутой лестницы. Местами без перил. А я с чемоданом…

Вот и верь потом объявлениям южан.

Десять минут пешком до пляжа… Ага… А если отступитесь – то две.

Оглядываюсь в поисках потенциальной рабочей силы, но, видимо, город решил, что для меня мужчин, пышущих тестостероном, на сегодня хватит.

Вокруг ни души, и лишь редкие крики доносятся откуда-то сверху. Надеюсь, что птичьи…

– Эх раз, еще раз, еще много, много…

Пыхтя, сопя и маскируя свои завывания музицированием, я медленно, но верно поднимаюсь вверх.

Ступенька, еще одна.

Вот уже и крышу здания видно.

Вот это да!

И Ирма мне не сказала!

Паршивка!

Я бы сразу у нее этот проект отжала!

Аж замираю с открытым ртом!

Замок!

Самый настоящий замок!

Не Ласточкино Гнездо, конечно, но цилиндрическая башня у левого флигеля и остроконечная крыша не оставляют никаких сомнений!

Я попала в средневековье!

От увиденного даже сил прибавилось.

Подхватив свой крошечный чемоданчик, выскакиваю на плато и… замираю!

Труп!

Боже!

Вот это подарок судьбы! Все мечты и сразу!

Ой… Чего это я?

Горло перехватывает от еле сдерживаемого крика, грудь распирает от нахлынувших эмоций, рот приоткрывается, и только тут включается мозг…

Труп?

Тело?

Бездыханное?

Медленно, стараясь не шуметь, подхожу к мужчине, валяющемуся на траве. Лет сорок. Рост около ста семидесяти сантиметров, вес около девяноста килограммов, фенотип – кавказский. Признаков жизни не подает.

В густых волосах, покрывавших почти все участки его тела, кроме головы, путаются насекомые, грудь усыпана крошками, рот приоткрыт, одна рука безвольно откинута в сторону, вторая – поперек лица закрывает глаза.

Точно труп.

– Мужчина, – тихонько зову его зачем-то. – Мужчи-ина, – трогаю носком туфли его руку.

– А? Где? Что? – тело дергается, резко подрывается и выпучивает глаза на меня. – Ты кто?

– Я? – я аж опешила от неожиданности. – Я дизайнер ваш. Вместо Ирмы приехала! Писали же!

– А ты чего тут ходишь? – мужчина кряхтя встает. – Ты что, ненормальная?

– Я ненормальная? – стою, как дура, хлопаю глазками.

– Ты, конечно, – с ощутимым акцентом произносит мужчина. – Разве нормальные будут ходить по этой лестнице?

– Куда таксист привез, туда и пошла! – сами накосячили, еще меня и обзывают. – Могли бы и встретить, между прочим!

– Так пошел Муса встречать на шоссе! Стоит там уже час, – мужик роется в карманах, достает телефон, смотрит на экран. – Уже два…

– А кто такой Муса?

Этого бедолагу вдруг становится нестерпимо жаль.

– Да рабочий наш, – взмахивает рукой мужик. – Все равно бездельник, так за тобой отправили!

– Если он бездельник, то вы тогда кто? – упираю руки в бока, сразу показывая, кто тут главный.

– Я? – мужик выпячивает грудь. – Я Ашот! Прораб!

– Ты? – аж задыхаюсь от возмущения. – Прораб? Да ты ж гонять всех в шею должен, что б работали, а ты сам спишь!

– Да как тут работать-то, – взмахивает руками на манер ветряной мельницы мужик. – Жарко! Плюс тридцать семь в тени.

– Да? – закидываю голову, смотрю на нещадно палящее солнце. – А когда похолодает?

– Ну, – тянет Ашот с сомнением в голосе, – в октябре…

.

## Глава 3


Людмила

– Найти проект! Немедленно!

Рву и мечу.

Эти бездари за три дня, что нет Ирмы, даже планы все потеряли!

– Как вы вообще тут строите? Кто за все это отвечает? Быстро показали мне разводку электричества!

Мужики повтягивали головы в плечи и бегают вокруг меня на полусогнутых.

Спорить не пытаются.

– Расчет нагрузки мощностей! – требую у Ашота.

Остальных и запоминать не пытаюсь.

Смысл?

Всех сейчас уволю!

К чертям собачьим!

Вот кто останется, с теми и познакомимся!

– Кто это проектировал? Кто сказал так сделать?

– Ну я! – слышу раскатистый бас за спиной.

– Ты? – оборачиваюсь к статному красивому мужику абсолютно славянской внешности. – И почему ты сюда двадцать два киловатта заводишь? Где разрешающие? У тебя, вообще, какое образование?

– У меня высшая школа экономики и президентская академия, – хмыкает этот экземпляр.

– Что? – кривлюсь. – И кто ты у нас тут?

– Я у вас тут хозяин! – выдает мужик, окидывая меня высокомерным взглядом. – Домбровский Константин Витальевич.

Вау! Аж дыхание перехватывает.

Хозяин.

А я тут ору на повышенно пониженных.

А мужик-то… Хорош! Нечего сказать! Ему чуть за сорок, наверное. Но сильный, подтянутый. Возраст выдают только волосы – соль с перцем. И цепкий взгляд человека, знающего, чего он хочет.

Ну я и красотка! Надо было хоть досье на него почитать. Че-то я упустила этот момент. Вот про Михайловского я все знаю! В том числе его позицию в списке Форбс. А тут…

Но будь ты хоть трижды хозяин, расскажи мне, откуда у тебя тут лишние киловатты! Потому что подпись под проектом будет моя.

– Отлично! – выдыхаю. – Людмила Свиридова, – протягиваю ему руку, ни капли не смутившись. – Вместо Ирмы буду. Так почему двадцать два киловатта? Город дал мощности?

– У нас солнечные батареи на заднем дворе! – выдает мужик.

– Че? Серьезно? – а вот тут я удивлена. – Покажите!

Рву вперед, ожидая, что меня будет сопровождать Ашот, но через пару шагов оборачиваюсь и понимаю, что со мной идет именно Домбровский.

Ох…

Волнующий момент.

Наниматель.

Да еще какой!

Мужик, чувствуется, серьезный. Не хотелось бы разочаровать.

– Ага! – вижу панели, аккуратно сгруппированные на хозяйственных постройках. – А где? О-о-о-о!

Больше я ничего вымолвить не могу.

Потому что мы забрались на холм и… И я вижу, как в море опускается солнце, окрашивая небо розовыми лучами.

Облака, словно взбитые сливки, растекаются по бледнеющей лазури неба, а багровый диск, маня и дразнясь, уходит в прохладу воды…

– Боже, – выдыхаю я.

– Да, – слышу довольное рядом. – За это я его и купил…

– Это… – горло перехватил спазм. – Это великолепно… – еле выдавливаю из себя. – Окна вашей спальни обязательно должны быть на эту сторону!

– Ну так позаботьтесь об этом! – говорит он с усмешкой. – Насколько я знаю, Ирма еще не завершила планировку и финальный дизайн.

– Да? – оборачиваюсь удивленно. – Если честно, у нас там в Москве произошел жуткий форс-мажор, – улыбаюсь, пожимаю плечами. – Пришлось срочно меняться проектами. Я еще не все изучила, – ловлю на себе его недовольный, оценивающий взгляд. – Но за ночь наверстаю! – улыбаюсь очаровательно. – Я же правильно понимаю, – оборачиваюсь к Ашоту, – из-за жары работаем мы тут по ночам! – в моем голосе явно звучат стальные нотки, прораб тушуется, а Константин довольно ухмыляется.

– Ну что ж, – он разворачивается выходить, – я вижу, мой летний домик в надежных руках…

Летний домик!

Этот особняк в стиле неоклассицизм?

Черт!

Надо-ка еще раз пролистать список Форбс.

– Людмила, – начинает он, – я, собственно, хотел внести некоторые коррективы…

И тут я слышу жутко противное:

– Ко-оть?

.

## Глава 4


Людмила

– Не, ты прикинь, она его зовет “Котя!” – я почти выплевываю это слово. – Он Константин! – размахиваю рукой, чуть не задевая остальных гуляющих. – КОНСТАНТИН! Императорское имя! А она: “Ко-оть!” – кривлюсь.

Умеют же некоторые бабы мужикам, кхм… кое-что подрезать. И самое интересное, что этот Константин на Котю вполне себе добровольно отзывается! Даже всяких там Ашотов не стесняется, блин!

– Да, они оба здесь уже, – вздыхаю в трубку, – живут! Надо ж девочку побаловать, – кривляюсь в трубку. – Перебросили бригаду и сделали себе гостевой домик. Не? Не ты проект рисовала? Ну я так и поняла, что там какая-то безвкусица. Одна комната и джакузи посередине! А то! Для чего ж делалось! Ну вот они в своем бунгало, – ерничаю, передразнивая даму сердца моего нанимателя. – А я в основном доме ремонт делаю.

Я разговариваю с Ирмой. У меня было несколько вопросов по проекту, да и вообще, надо поделиться с подругой впечатлениями.

– Не, он предлагал гостиницу, но там же можно жить на объекте. Я в башню заехала! Там тако-ой вид! – я восторженно закатываю глаза, хотя подруга меня сейчас не видит.

Она сидит у себя на кухне и хлюпает носом. Безумно жаль мою любимую зануду. Она хорошая. И ей хочется большой и светлой любви. Непонятно зачем, но хочется.

Только вот последние пару раз ей в этом прям не повезло. Митька ее, мало того, что пытался жить за ее счет, так еще и бабу привел. В ее квартиру, между прочим. И Ирма сейчас полностью переделывает свою ванную. Сказала, что после чужой девки туда не сядет.

Собственно, это и есть наш форс-мажор. Вот такие мы, девочки, эмоциональные, злопамятные. Хотя, кажется, Ирма больше всего переживает не о том, что ее Митяй ей изменил, а о том, что он оказался самым обычным жиголо. Уходя еще и попросил его абонементы не закрывать, которые Ирма покупала.

– Слушай, – говорю в трубку. – Ну, по-моему, эти отношения хоть честные… Никаких этих симуляций светлых чувств…

Ой блин!

Орет как резанная.

– Ирма! – перебиваю ее поток чувств и ненормативной лексики. – А давай мы тебе погадаем!

Идея пришла мне в голову только что. Прямо тут, на набережной, куда я выбралась проветриться и поужинать.

Между развалами с картинами и фальшивым жемчугом я увидела старичка.

Обычный такой дедок! В панамке! Смешной до жути! Очень легко его представляю с сумкой-авоськой. Чтобы бутылка кефира через дырку торчала, а он бы, поджав губы, персики выбирал.

Так вот этот дедок сидит и на самодельном столе на картах гадает! Цыганский расклад, таро, еще какая-то лабуда!

Не, ну че, я не осуждаю. Каждый крутится, как может. Забавное развлечение для туристов.

– А можно мне? – встраиваюсь в очередь. – Сколько берете?

Старичок поднимает уставший, будто уже недовольный взгляд…

– Ты ж на двоих гадать будешь! Но много с тебя не возьму. Ты ко мне еще придешь.

Стою обалдевшая.

В смысле “на двоих”?

В смысле “приду”?

– Ну? – кассандр выказывает свое нетерпение. – Готова или до завтра погуляешь?

– Готова, – выпаливаю я.

– Ну давай, – он тасует колоду карт.

– Сначала на подругу! – восклицаю. – Ирмой зовут.

– Угу, – старичок методично выкладывает сильно потрепанные прямоугольники рубашкой вверх. – Богатая твоя Ирма. Денег вокруг нее много. И мужиков много. Вот около нее сейчас один. Как прячется.

– Это, наверное, Митька! – выкрикиваю радостно.

– Не знаю, – бурчит гадалк, – тут не написано. Он, значит, вроде как за кого-то себя выдает. А сам любви ищет, – на столик ложится еще карта. – И найдет…

– В смысле “найдет”? Митька кого найдет? – ничего не понимаю я.

– Ты про подругу заказывала? – недовольно фыркает старичок. – Вот у подруги твоей ожидается любовь громадная с мужиком богатым. Если не сглупит, будет счастлива. Теперь ты.

– А что я?

– А что, – щурится, – нечего?

– Да я вроде… – пожимаю плечами.

– Дай руку твою посмотрю, – мужик откладывает карты.

– Руку? – офигеваю я.

– Руку, руку…

Он достает из кармана лупу и долго, шумно сопя, рассматривает линии на моей руке. Изредка отрывается от ладони, бросает на меня то недоверчивый, то насмешливый взгляд, но потом снова утыкается носом мне в конечность.

– Так, – наконец убирает он увеличительное стекло. – Попадешь ты в казенный дом, – он поджимает губы, будто боится рассмеяться. – И вот придет туда король. Выведет тебя – будете до конца дней с ним вместе, выведет другую – несчастья ждать на все ваши головы.

– А… – отдергиваю руку, словно обжегшись, смотрю на него подозрительно. – А как-то поконкретней нельзя?

– А куда уж конкретней? Детали тебе? Это когда в тюрьме сидеть будешь, тогда и узнаешь детали!

– Да что вы дурь какую-то несете! – вскакиваю, разозленная. – Я уважаемый специалист, у меня никогда не было проблем с законом!

– Это пока, – хмыкает старичок и уже отворачивается к следующему клиенту.

– Вот и ошиблись вы, – фыркаю раздраженно. – Никогда я к вам больше не приду, – бросаю на столик крупную купюру, – так что держите полную стоимость.

– Я тебе с этой деньги сдачу не дам, – меланхолично отзывается дедок. – Я тебя тогда второй раз бесплатно приму. А за третий уже заплатишь! – он предупреждающе поднимает палец.

– Какой второй? Какой третий? Вы, вообще, в своем уме?

Резко разворачиваюсь, отхожу к ротонде…

Внутри все клокочет, хотя…

Ну это же просто шарлатан! Обычный курортный шарлатан!

Выдыхаю, делаю пару шагов к пустой в это время дня роще.

Хоть успокоиться в тишине.

И вдруг слышу очень знакомый и очень противный голос:

– Да, да, – тянет фифа, посмевшая звать Константина Котей. – У меня уже все на мази! Скоро будет информация!

.

## Глава 5

Константин

Утро начинается не с кофе!

Натягиваю подушку на голову, пытаюсь вдавиться в матрас…

Да без толку!

Ну когда он орать перестанет?!

А эта… Как ее там… Губастенькая моя.

Она, главное, спит!

Вот же ж крепкая нервная система!

С рыком сползаю с кровати, иду к двери, чуть не спотыкаясь о дурацкое джакузи!

Ну?

Кто?

Что?

Поорите тут у меня!

И первое, что я вижу – это рыжая бестия с горящими глазами и упертыми в бока руками!

Мелкая! Ниже этого ары на голову! Но умудряется смотреть на него так, что он аж приседает.

– Мы люди подневольные! Мы ж просто работники! Не мы решаем! Нам сказали, мы сделали!

– Что тут у вас опять не так?!

Подхожу, снисходительно ворча.

И тут эти очаровательные глазки впиваются в меня.

Точнее…

В мою грудь…

Ее брови ползут вверх, а взгляд вниз…

Не, а че такого? Ну вышел я в шортах! Мы ж на юге! Тут же все всегда в трусах!

– Константин, кхм, Витальевич, – мне показалось, или она покраснела. – Будьте добры, оденьтесь! – выпаливает почти с яростью. – И мы с вами поговорим про сопромат!

– Про что? – такого ругательства я еще не слышал.

Может, мне, как Ашоту, тут уже краснеть пора?

– Про сопротивление материалов! – цедит сквозь зубы. – И про нагрузку на почвы! А также про сваи и глубину заливки фундамента! Потому что эти доблестные труженики мастерка и лопаты утверждают, что все распоряжения им давали лично вы и в императивной форме!

– В какой форме? – это мы хором с Ашотом.

Переглядываемся.

Да, похоже, все-таки пора краснеть.

Она задирает подбородок так, словно кол проглотила, разворачивается на пятках!

– Я пойду заварю чай! Надеюсь, вы составите мне компанию!

.

Людмила

А-афигеть какой мужик!

Я такого тела даже в спортзале не видела!

А как волосы красиво растут… Так… Почти стрелочкой…

Не то, что этот Ашот!

Тот, кстати, вечно голый ходит, но ему ж все равно! У него естественный защитный слой!

Блин!

Надо этому красавчику чего-нибудь собрать пожрать… Не травками ж его после бурной ночи отпаивать.

Че тут у нас?

Сыр я на рынке местный купила, вот хлеб у них вкусный… Ща яйцо зажарю и помидоры… Не местные, еще турецкие, но хорошие…

Он появляется буквально минут через десять.

Уже в рубахе, слава богу…

– Вау! – восклицает довольно. – Яишенка!

Вот же ж хозяин жизни! Даже не сомневается, что это ему приготовлено!

– Так что вы хотели обсудить?

Вздыхаю.

– Вы зачем такой слой цемента приказали налить? – подпихиваю к нему план.

– Ну как… – пожимает плечами. – Чтоб прочнее было. Бабки есть, надо сделать на совесть!

– Боже, – закатываю глаза. – Я трое суток высчитывала, геологоразведку выискивала! У вас же тут плавунец! Сейчас же просто все под тяжестью бетона поедет!

– В смысле?

– В прямом! Пара хороших дождей, и ваш дом поедет к морю… Скорее всего, не быстро, но есть варианты!

Константин так и замирает с занесенной над яичницей вилкой.

– И что теперь делать?

– Снимать, – подпираю щеку рукой, грустно глядя на план. – Ну, можно еще попробовать поставить сваи тут и тут… Здесь, если заглубиться, то мы упремся в каменные породы, но снимать дешевле!

– Не-не, – машет головой мой император. – Не надо дешевле. Надо лучше!

– Лучше, – фыркаю, – было бы не умничать! И сделать так, как тетя Люда рассчитала!

– Это вы что ли тетя Люда? – спрашивает он меня и начинает громко ржать.

Заливисто, задорно! Сволочь такая.

Я молчу. Скрестила руки на груди, смотрю на него, поджав губы.

– Кстати, вкусный у вас чаек, – шумно сербает он из чашки. – Лучше кофе!

– Медку добавьте! – пододвигаю к нему пузатый горшочек. – Вы ж в Крыму! Какой тут кофе! Тут такие травы, что закачаешься!

– Да? – он игриво стреляет своими красивыми карими глазами. – А от чего еще закачаешься?

– От сметы, когда ее увидите! – выдаю безапелляционно, а он аж давится.

– По спинке постучать? – невинно вскидываю брови. – Кстати, я сегодня хотела начать над внутренней планировкой думать. У хозяйки не будет пожеланий?

– У какой хозяйки? – таращит на меня глаза он. – Я не женат!

– Ну-у, – киваю на бунгало и, кажется, краснею. – Я не спросила, как зовут вашу спутницу…

– Спутницу, – хмурится. – А блин! У меня ж в телефоне записано! – достает гаджет последней модели. – Вероника! Точно! Вспомнил! Можно Ника, но только не Вера…

И на его лице появляется довольная улыбка.

Вспомнил, блин…

И тут эта чуда выплывает на кухню.

Морщится, окидывает все брезгливым взглядом.

Не, а чего вы хотели, тут стройка! Скажите “спасибо”, что хоть такое есть.

– Ко-оть, – тянет она призывно.

– О! Видишь, – кивает мне Домбровский заговорщически, – она тоже забыла, как меня зовут!

И чуть громче, обращаясь к ней:

– Я – Костя! – чуть кивает головой. – Константин!

– Витальевич, – зачем-то добавляю я, за что тут же получаю гневный взгляд.

– Я помню! – она садится рядом с ним и без стеснения тянется к моим помидорам. – Коть, а что мы сегодня делать будем? – заглядывает в его глаза призывно.

– Не знаю, – пожимает плечами Домбровский. – Тут сейчас с бетоном возиться начнут, грязно будет, – тянет почти расстроенно. – Можно уехать куда-нибудь дня на три! На яхте! – восклицает, довольный своей идеей, но…

– Не хочу на яхте! – вдруг возмущается Ника. – У меня вообще морская болезнь! Я хочу тут! – и переходит на бархатный шепот. – Мне тут нравится.

## Глава 6

Людмила

Нет, вы подумайте!

Ей нравится!

В полуразобранном старом доме слушать звуки отбойного молотка и мат на двух языках!

Ей нравится!

Та-ак…

Это “ж-ж-ж” неспроста!

Уж я-то тебя выведу на чистую воду!

А то сидишь тут, уплетаешь мои помидоры!

Я с тебя сегодня глаз не спущу!

Тем более мне это сделать очень легко! Я себе кабинет как раз в башне оборудовала.

Сыро, пыльно и грязно.

Но кайфо-ово!

Разложила прямо на козлах две старые двери, поставила какой-то ободранный самодельный стул… На пол бросила старый гобелен с оленями. Тот самый, который был в каждом советском доме.

Для полного образа охотничьего шале не хватает на стене чьих-нибудь рогов. Например, Котиных. Хотя… С трудом верится, что такой, как Константин, позволит себя обвести вокруг пальца.

Но в чем-то эта дамочка его явно обманывает.

Я на своем дизайнерско-архитектурном веку много повидала. Есть такие женщины, которым нравится стройка. Им, как правило, сильно за тридцать и они лазят по всем балкам наравне с прорабами. Страшный сон строителя эти дамочки, я вам скажу…

Вот Котина Ника явно не из таких.

Эта ходит, брезгливо морщась, не знает, куда свой шезлонг приткнуть.

В этот угол, теперь в этот, а теперь…

Да что она его, правда, таскает туда-сюда?

Как-то сильно подозрительно долго она крутится около того угла… Кладку что ли проверяет?

Так!

Мне срочно нужен металлоискатель!

.

Константин

Какого черта эта кукла не хочет в море?

Эх, я б прошелся вдоль берега под парусом.

Места здесь красивые!

Даже эта вечно ободранная штукатурка на ротондах радует глаз.

Смотришь, и сразу детство вспоминается.

Бабушка, Ливадия, санаторий…

Любила моя бабуля отдыхать с размахом императорской семьи.

Так… О чем это я…

Скучно!

На море с утра сходили, по развалам с сувенирами полазили…

Хотел на рынок зайти – уж больно мне сыр у этой дизайнерши понравился…

Но моя краля губки скривила: “Пусть этим занимается прислуга!”

Вот!

Надо нанять кухарку!

Действительно, народа уже много.

Это раз.

А что будет два?

Два… Два… О-па! Вот это попа!

Подхожу как можно тише и…

– Здравствуйте! – гаркаю на весь двор.

– Ой! – подскакивает, задевает головой край подоконника. – О-ой! – хватается за макушку.

– Людмила! – черт, ну я и дурак. – Ну что ж вы так? Не рассекли? Дайте посмотрю!

– Блин, Константин Витальевич! – кривится.

Ну надо же! Еще и злится!

– Кто вас учил так подходить?

– Да нормально я подошел, – врать я хорошо умею. – Просто вы были так увлечены! Чем, кстати?

– Что?

– Что тут делали, спрашиваю, – засовываю руки в карманы шорт, смотрю на нее требовательно. – Работы вроде совсем в другом месте. Тут только кабинет.

По планировке дома здесь не кабинет, а какая-то кладовка. Но сейчас это единственная комната, которая закрывается на ключ. И которая, кстати, достаточно далеко от основного шума. Я там ноут свой бросаю. Кое-какие документы. Когда дела неотложные – работать туда иду.