Осенние истории. Красотка
Лев Биноклев

Иллюстратор Александр Гусев

Фотограф Алексей Филатов

Редактор Полина Полежаева

Корректор Полина Полежаева

Иллюстратор (автор идеи оформления): Алексей Филатов

Составитель Полина Полежаева

© Лев Биноклев, 2024

© Александр Гусев, иллюстрации, 2024

© Алексей Филатов, фотографии, 2024

© (автор идеи оформления): Алексей Филатов, иллюстрации, 2024

© Полина Полежаева, составитель, 2024

ISBN 978-5-0065-0466-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЗАЙЧИКИ

В одной городской квартире на последнем этаже старого кирпичного дома с зеленой крышей и желтым фасадом жили солнечные зайчики. Окна просторной квартиры выходили во двор на южную сторону, и солнце часто заглядывало в окошки, отражаясь в зеркалах и стеклах старинного румынского буфета, сделанного искусным мастером из массива дуба. На верхней полке царицей стояла пузатая хрустальная ваза алмазной огранки – главная семейная реликвия хозяев квартиры. Именно там, в шикарной антикварной вазе, сверкающей на солнце тысячей огней, обитали солнечные зайчики.

Зайчики жили дружной семьей: мама и папа, три сыночка и три дочки. С первыми лучами солнца они веселой гурьбой выскакивали из буфета и начинали подвижные игры. Вместо зарядки зайчата играли в салочки и радостно носились по комнате. Вдоволь набегавшись, они принимались играть в чехарду, по очереди ловко перепрыгивая друг через друга.

Папа и мама учили своих маленьких зайчат всем солнечным премудростям: как правильно отражаться, бликовать и, самое главное, прятаться. Эти знания, отчасти тайные, бережно передавались из поколения в поколение. Особо секретной была игра «Колдунчики»: ее правила родители пока еще не рассказали малышам.

Бабушка и дедушка, в молодости чемпионы по прыг-скоку, по выходным обучали солнечных зайчиков парным танцам. К Новому году ребятне уже хотелось кружиться в вальсе, как снежинкам вокруг пушистой елки, играя светом и отражаясь на зеркальных шарах.

В теплые деньки зайчата устраивали настоящий детский сад. Как только в квартире открывали все окна, к ним присоединялись другие солнечные зайчики и они вместе прыгали и кувыркались по стенам и даже по потолку.

Особенно весело им было играть, когда в квартире оказывались дети. Каждый в этой шумной компании, казалось, понимал другого с полуслова, и вместе они устраивали такие сногсшибательные игры, что у зрителей шла кругом голова.

Самой любимой игрой детей были «прятки». Зайчики то появлялись на полу, то вдруг исчезали. И хотя их никогда не удавалось поймать, ребята не расстраивались, ведь знали, что игра продолжится снова.

Взрослые спокойно наблюдали за играми солнечных зайчиков и детей. Если те чересчур шалили, родители не сердились, а закрывали окна плотными шторами, не пропускающими свет. Так у солнечных зайчиков наступал тихий час.

Иногда на небе появлялась сердитая туча, и тогда солнечные зайчики прятались обратно в свой буфет. Но, как только веселый ветер разгонял облака, зайчики возвращались и начинали новую игру, радуя детей.

К вечеру уставшие от игр зайчата вежливо раскланивались с малышами до следующего солнечного дня, желая им спокойной ночи! Зайчата и ребята с нетерпением ждали новой встречи, чтобы снова играть и веселиться.

Какое счастье, что жители квартиры, в пику скоротечной моде, не вывезли на дачу старинный буфет. В нем они по-прежнему хранят семейную реликвию, красивую хрустальную вазу – надежное прибежище солнечных зайчиков! Под Новый год в квартире наряжают сверкающими гирляндами и игрушками праздничную елку. Под бой часов и «Вальс цветов» из балета «Щелкунчик» волшебство приходит в дом и солнечные зайчики парами начинают кружиться в танце. При двенадцатом ударе кремлевских курантов, как по мановению волшебной палочки, становится понятно, что это солнечные зайчики сохранили пузатую хрустальную вазу алмазной огранки, главную семейную реликвию хозяев квартиры.

ㅤ

ДРУГ

ㅤㅤㅤㅤㅤ Если друг оказался вдруг…

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤВладимир Высоцкий

Вы когда-нибудь дружили с домом? Как будто случайно встретились, познакомились, начали ходить к нему в гости, и со временем это превратилось в настоящую крепкую дружбу. Скажете, что такое бывает только в сказках?

А может, вы просто не умеете знакомиться? Ведь среди домов много достойных и верных друзей, особенно тех, которые запомнили вас еще малышом, в коляске на прогулке с родителями. Еще помнят старые ступени в парадной ваши первые шаги, потом прыжки через ступеньку, спешку на школьные уроки и, наконец, уверенные шаги во взрослую жизнь, в распахнутые двери новых домов. Дома – идеальные собеседники: они умеют слушать. Расскажите им самые сокровенные мысли, и они навсегда останутся в этих стенах, ни одна живая душа не узнает ваших тайн.

Мне кажется, у меня появился новый друг. Это старый дом 1917 года постройки. Большой, с толстыми кирпичными стенами на первом этаже и деревянными на втором. Наше знакомство случилось в трудную для него пору. Старые жильцы, а их было целых пять семей, разъехались по отдельным квартирам, а новый владелец решил переделать дом под себя. Как бы ни было тяжело дому, когда без всякого «наркоза» ломали перегородки и вскрывали полы, он держался молодцом и гостеприимно распахнул двери незнакомому человеку.

Этот дом помнил царских строителей, как те с душой и мастерством выполняли свою работу: копали котлован, заливали фундамент, клали прекрасные кирпичи. Какие тогда были материалы! Балки из лиственницы не поддавались ни одной пиле, а перекрытия по этим балкам за сто лет не прогнулись ни на сантиметр.

Первые владельцы так и не успели пожить в доме – грянула революция, и его стали переделывать под «уплотнение». Спустя почти сто лет он вновь претерпевал превращение: теперь из коммунального возвращался в личное домовладение. Больно и одновременно приятно было дому прощаться с прошлым. Он многое повидал на своем веку: рождение детей, свадьбы, похороны. Веселые застолья под гармошку или патефон сменялись пьяными дебошами с холодным оружием. Во время войны здесь и бойцов провожали на фронт, и похоронки на них получали.

А теперь, случайно подслушав разговор нового хозяина, дом узнал, что на первом этаже, в просторном зале, хотят сделать кукольный театр! Артистов дом пока не видел, но переживал за первую встречу. Будет ли в труппе Буратино, Пьеро и Мальвина? Он слышал эту сказку много раз, в разных комнатах дома и от разных жильцов, но вот запомнил не всех героев. Спохватился дом, что в каморке Папы Карло камин был завешен холстом с нарисованным очагом. Сейчас же все печи в доме убрали, а новых пока не построили – вот и волновался дом, будет ли проектом предусмотрен подземный ход, как в сказке «Золотой ключик»?

Я с большим интересом изучал своего нового друга, переходя из комнаты в комнату. Меня поразила продуманная система вентиляции в кирпичных стенах, о которой старые жильцы сразу забыли, заткнув отверстия, чтобы использовать подвал под хранение продуктов. Удивила и конструкция чернового пола: гладкие деревянные бревна, аккуратно подогнанные между собой, словно пазлы, без единой щели, служили и тепловой, и звуковой изоляцией перекрытий. Белые пластиковые окна, как простенькая оправа у очков, не сильно украшали старого модника, но особо и не портили внешний вид дома – было как у всех.

Обсуждая с новым хозяином планы дальнейшего ремонта, я предостерег его от продолжения работ: следовало для начала обзавестись охранным обязательством от областных чиновников. Как писал Салтыков-Щедрин: «Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления».

Когда буду в тех краях, обязательно навещу своих новых друзей: и дом, и его хозяина. Мне очень хочется хоть одним глазком, хоть через замочную скважину взглянуть на первое представление в детском кукольном театре, если улыбнется счастье достать лишний билетик, и порадоваться за новую, интересную жизнь старого дома, который теперь будет служить искусству.

ㅤ

БЕССОННИЦА

Мои слипающиеся глаза, символ завершения дня, вежливо проморгали морзянкой: «Добрый вечер, пора на боковую!» Голова нежно коснулась подушки: «Стыковка прошла в автоматическом режиме в расчетное время».

Часы на стене, типа ходики – «пролетают годики», вдруг стали тикать громче обычного и, казалось, быстрее отсчитывать секунды. С каждым щелчком стрелки неумолимо сокращался срок, предназначенный для сна. Старый паркет предательски заскрипел под шагами человека-невидимки, одетого в кованые кирзовые сапоги:

Обязательно по дому в этот час
Тихо-тихо ходит дрема возле нас¹.

Стояк с радиатором что есть мочи загудел паровозным гудком, поздравляя жильцов дома с неожиданным началом отопительного сезона и приходом зимы. Первая капля скупой слезой упала из носика смесителя на кухне, медленная китайская пытка водой началась. Минутная стрелка сделала судорожное движение, и следующая капля ударилась судейским гонгом о металлическую раковину. Можно использовать технику подсчета овец примерно до тысячи штук, вещь очень полезную для сна. Я накрыл голову второй подушкой и решил, что надежнее мысленно спеть знакомую с детства колыбельную песню:

Баю-баюшки-баю,
Не ложися на краю:
Придет серенький волчок,
Тебя схватит за бочок.

Болезненный укус прервал мой быстрый сон. Господи, ну откуда в это время года в квартире кровопийцы? Средство от насекомых хорошо подействовало не только на комара, но и на мою психику. «Я – американский ученый-энтомолог, следую на Суматру в поисках бабочек!» – профессор, похожий на меня в старости, в состоянии дежавю объяснял орангутангу цель своего приезда в мою любимую с детства деревню. Крупный самец примата, явно из другого региона, регулировал движение зеленых змей и гусениц на сельском перекрестке бананом, перевязанным полосками черной изоленты. Объяснившись с блюстителем порядка, ловец насекомых, вооруженный сачком, резво пустился вдогонку за бабочкой-капустницей ангельской красоты. Во сне я почувствовал, что человекообразная обезьяна ловко вытаскивает бумажник у меня из заднего кармана. «Задний карман не твой, он для жулика», – хором прорычали мне члены ОПГ. Жаль, что я не смог как следует рассмотреть их морды, чтобы составить фоторобот. «Проснись и пой, нас обокрали!» – оскалились негодяи на прощанье. Я открыл глаза: «Але, милиция, это говорит сегодняшний обокраденный Шпак», – тут же пришла в голову смешная мысль, навеянная ночной дремой. «Смешно, да не до смеха», – отряд приматов украл самое дорогое: мой покой и сон. Лучше бы забрали настенные часы, которые продолжали громко отсчитывать время беспокойной ночи и показывали лишь начало второго.

Я повернулся на другой бок и стал вспоминать положительные примеры здорового и полезного сна: «Известные ученые с мировым именем совершали во сне великие открытия. Например, Менделееву, всеми любимому изобретателю водки, во сне привиделась его таблица, периодическая система химических элементов. Тесла, маг и волшебник беспроводного электричества, свои приборы, говорят, видел во сне во всех подробностях и, проснувшись, оформлял изобретения». Согласно теории, не очень популярной у западных ученых, «великие мысли не рождаются в голове». Человеческий мозг – это приемник, который получает знания из внешнего мира. В информационном поле есть все что угодно, надо только уметь подключаться к сервису. Косвенно это подтверждает суждение о том, что человек использует всего четыре процента своего мозга, а отдельные индивидуумы – и того меньше. «Покупаем за доллар, продаем за три: на эти два процента мы и живем», – я улыбнулся анекдоту с бородой.

«Опять не высплюсь, надо и мне свой ламповый приемник настраивать на волну передачи „Спокойной ночи, малыши“. Интересно, как там поживают тетя Валя и ее маленькие друзья? Хрюша и Степашка теперь, наверное, стали квадроберами вместе с Филей?» – я продолжал ворочаться. Мне ничего не оставалось, кроме как завести в голове старенькую космическую пластинку с песней уже другой тети Вали: «Сон свалил страну зеленоглазую, / Спят мои сокровища чумазые, / Носики-курносики сопят»². Послушав песню по заявке, я растянул баян ночных раздумий: «Все напасти происходят от бесконечного прокручивания в голове, по типу вечного двигателя, уже зашедших туда мыслей». Как заноза в заднице, особенно крепко, по самую шляпку, в голове засели и надоедливо свербели навязчивые думы: регулярная оплата квитанций-жировок, постоянный бытовой и хозяйственный идиотизм, вечные проблемы отцов и детей, переменчивое здоровье, скорое приближение старости и, собственно, смерть. Словно белки в колесе, навязчивые идеи никак не могли успокоиться: все крутили и крутили колесо Сансары. Если меня спросят, как дальше жить, то я отвечу: «Делай жизнь с товарища Теслы! Подключись к внешней волне и спи спокойно, дорогой друг, получи бесплатно новую информацию и стань изобретателем!»

Сладостная дрема с частичным погружением в сон превратила меня в радиолюбителя. В мыслях я удобно расположился у старенькой радиолы в виде полированного ящика с мерцающими разноцветными лампочками. Медленный поиск волны вращением ручки настройки, как и раньше, в детстве, захватил полностью мое внимание. Первым делом в эфире появилось сообщение о старте космического корабля: «„Весна“, я „Заря“, пять минут, полет нормальный, прием!» Потом из динамика радиоприемника зачитали новость о пуске доменной печи, и я очень обрадовался важному событию в жизни страны! Следующим включением был репортаж с места строительства нового железнодорожного моста. Корреспондент не придумал ничего умней, кроме как стать под ним и слушать шум проходящего поезда. Одновременно сквозь сон я услышал рев мощных мотоциклов, проносившихся по улице без глушителей, но просыпаться не стал. Поиск новых волн эфира был интереснее реальности. Наконец, после шума волн и пения птиц я услышал музыку на «Радио JAZZ». Пела SАDE, моя любимая певица. Превосходный вокал и неповторимая манера движения певицы по сцене вместе с чернокожим бэк-вокалистом ввели меня в состояние легкой эйфории, словно я снова оказался на ее концерте. Во сне я вспомнил, что скоро пятница, а сейчас только середина недели: «Работа есть работа, придет и суббота». Радиоволна ушла, и я попал в соседний с доменным кузнечный цех. Рабочие в белых касках на головах что-то сосредоточенно ковали под страшными ударами гидромолота. Присмотревшись к мастерам, я узнал орангутангов и успел подумать: «Быстро ребята устроились работать на завод!» Мне очень захотелось попасть обратно в мир музыки в стиле джаз, но обезьяны крепко схватили меня мозолистыми мохнатыми руками и потащили знакомиться с молотом поближе. Я проснулся в холодном поту с криком: «Пустите, ироды, я спать хочу!» Утренний мусоровоз ни свет ни заря урча доехал до помойки. После слов приветствия дворника на фарси грохот мусорного бака оповестил всю округу о его встрече со спецмашиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Спят усталые игрушки» – музыка Аркадия Островского, стихи Зои Петровой.

Вернуться

2

«Носики-курносики» – Валентина Толкунова, музыка Бориса Емельянова, стихи Ангелины Булычёвой.

Вернуться