Валерий Сковородкин
Философия Вселенной

1-я глава. По дороге домой.

Звездолёт «Арго-1», обновлённый силами команды и усовершенственный с помощью дружественной цивилизации шибурруанцев, стремительно нёсся по космическому пространству с утроенной скоростью света. С неукротимым аппетитом звездолёт пожирал килопарсеки межзвёздных расстояний, цепко держа курс на старушку Землю.

Бывший космоспецназовец, а ныне известный академик Дмитрий Прохоров, пригладив свои непослушные вихры с пробивающейся проседью, присел на свободное кресло старшего помощника капитана звездолёта. И, в который уже раз, по выработанной годами привычке, стал прокручивать в голове все события земной экспедиции на Шибурру. Первой дружественной планетой с цивилизацией рептилоидов.

Прохоровский микрочип встроенной системы жизнеобеспечения, через следящий антропологический терминал звездолёта «Арго-1», тут же стал передавать на индивидуальный монитор космонавта все мыслительные образы, которые проносились в хаосе воспоминаний. Весь сумбур воспоминаний классифицировался по категориям важности, по хронологии и хранился какое-то время в оперативной памяти терминала.

Это было очень удобно, так как значительно облегчало документальную отчётность, которой в этом корабле было не меньше, чем в любом чиновничьем аппарате. По желанию эту индивидуальную информацию можно было и уничтожить, если кто не хотел предавать гласности некоторые интимные моменты своих воспоминаний. Но поскольку эта система срабатывала только в специальном кабинете при командирской рубке, люди были уверены в полной секретности своих воспоминаний и никак не чувствовали себя под «колпаком тотального наблюдения». Если, конечно, кто-то не делал это специально, для своих нездоровых интересов. Правда, следящая система пресекала не совсем этичные попытки прямо на корню, слабым, но очень болезненным разрядом статического электричества.

– Ну, и как тебе в моём кресле? Ложементы не жмут? – от неожиданного баса старпома академик вздрогнул, и экран мыслеприёмника мгновенно отключился.

– Извини, Дима, что помешал. Я почему-то не подумал, что ты можешь придаваться воспоминаниям в моём кресле, – продолжал, как ни в чём не, бывало, старший помощник капитана, подходя ближе к креслу и кладя руку на Димкино плечо, – И чем это кресло вас всех так манит? Мёдом, что ли намазано? Или воспоминания глубже становятся, а? Что скажешь, академик? Опять занимаешься самоанализом своего душевного состояния?

– И это тоже, Петрович. С добрым утром, – вставая с кресла, Димка бросил мимолётный взгляд на корабельный хронометр, попутно крепко пожимая руку давнему другу, – Неплохое начало дня, верно, старпом? А что касается этого кресла…, да оно у тебя, Петрович, самоё тёплое и уютное по всему звездолёту. Уж мне-то да не знать? И вообще, Игнат Петрович, я, как один из директоров проекта, имею полное право сидеть в любом кресле этого звездолёта.

– О! Уже пых-пых? Ты чего, академик, обиделся или как? И даже не думай говорить, что я не прав. Ты уж поверь мне, Дима, времени у нас всех было предостаточно, чтобы хорошо изучить друг друга. И если ты вдруг начинаешь лучшего друга называть по имени и отчеству, значит, обиделся. Ну, извини, что нарушил ход твоих глубоких воспоминаний.

– Вот не выдумывай, Петрович, ничего такого подобного и в мыслях не было!

– Да? – старпом недоверчиво приподнял левую бровь, – А я, грешным делом, уж было решил, что тебя опять тяжёлые воспоминания гнетут?

– Вот в этом ты прав, Петрович. Куда от них денешься? Так и лезут, будь они не ладны, душу беспокоят….

– Э-э-э, друг, знаешь, что говорит в этих случаях наш главный корабельный психолог? Она обычно говорит, что….

– Знаю, Петрович, – не совсем вежливо перебил Димка, – она ведь моя супруга. А родственники друг друга обычно не лечат, только в крайних случаях.

– Так, может, сейчас самое – то время?

– Что? Ну, ты и наглец, Игнат! Вот, хрен тебе, не дождёшься!

– Так это же просто замечательно, Димка! И вообще, устал я тебя всё время подкалывать. Не очень достойное это занятие для старшего помощника капитана звездолёта «Арго-1» Игната Фоменко. Кстати, как там Тнарипса? Всё в порядке?

– Да не совсем, Игнат, – как-то сразу посерьёзнел академик Прохоров, – У сына какие-то непонятные проблемы с иммунной системой. Вот сегодня как раз идём на приём к главному врачу звездолёта. Тот, правда, уверяет нас, что ничего страшного нет. Предлагает небольшой курс лечения стволовыми клетками. У меня такое ощущение, Игнат, что мы не в звездолёте современном находимся, а в каком-то глухом селе. И моего сына пытается лечить какой-то древний деревенский дед-знахарь.

– Этот дед знахарь, как ты говоришь, между прочим, отличный специалист своего дела. А если ты намекаешь на неудачу с Карлосом и удивительное его самоизлечение, то я тебе скажу старую истину, – старпом сурово взглянул на академика Прохорова, – человек, ведь, не Бог. А если возомнит себя таковым, то всё может кончится очень плохо. И прежде всего для него самого. Это я так, на всякий случай. Ты не подумай, Дима, ничего личного….

– Ого, прямо целая проповедь. Ладно, Петрович, тебе уже пора идти вахту сдавать. Убедись в исправной работе автопилота, а мы, наверное, прощаться будем. Мне же ещё своих родных проведать надо, морально поддержать и привет от тебя передать Тнарипсе, и твоему брату. Ты не очень сердись, Игнат, что я его иногда называю «дед-знахарь». Это от большого уважения к нему.

– Угу, да я так и понял, Дима. К тому же, пока мы тут мило беседовали, я свою работу уже сделал, всё проверил. Все системы корабля функционируют нормально, дежурная бригада, как говорится, не дремлет. Да, ещё один вопрос, академик. У тебя не найдётся пару свободных минут?

– Да есть немного, – слегка встревожился Димка, – А почему ты спрашиваешь?

– Да расслабься ты…, – улыбнулся Игнат Петрович своей скупой улыбкой, – всё в порядке, Дима. Просто хочу пригласить тебя в столовую на завтрак. Или ты предпочитаешь провести рабочий день натощак, без солидного подкрепления?

– Фу ты! Я тут со своим самоанализом, точно, скоро голову потеряю. Кстати, хорошее предложение, чего бы его не поддержать? Конечно же, я согласен. Как говорится – категорически «за», двумя руками.

– Прошу прощения, небольшое уточнение, уважаемый академик Прохоров. А что вы имели в виду, сэр, говоря про хорошее предложение? То, что голову потеряете или про нашу столовую?

– Ну, Петрович! – рассмеялся Димка, – уел-таки академика, старый чёрт. Ладно, пошли уже….

В помещении столовой третьей палубы звездолёта было немного посетителей. По корабельному расписанию было ещё раннее утро, и основная масса желающих позавтракать обычно появлялась минут через сорок. Некоторые столики с людьми были окутаны лёгкой, призрачной дымкой.

Это работала ЭРСИ – электронная релаксирующая система иллюзий, весьма популярная электронная программы среди всех членов экипажа звездолёта. Ею пользовались как в личных каютах, так и в местах коллективного отдыха астронавтов; в спортзалах, кинозалах, площадках для игр и отдыха.

Дмитрий с Игнатом присели за один из свободных столиков и нажали кнопку вызова дежурного официанта. В воздухе над столиком возникло небольшое светящееся облачко, быстро сформировавшееся в изображение молодого человека приятной наружности, одетого в красивую корабельную униформу дежурного официанта. Поправив на шее тугую чёрную бабочку, дежурный поприветствовал людей, сидящих за столиком.

– Доброе утро, Игнат. Доброе утро Дмитрий. Мы рады приветствовать вас в нашем заведении здорового питания. Мы очень благодарны, что сегодня вы выбрали именно нашу столовую, одну из самых лучших столовых звездолёта «Арго-1», – произнёс скороговоркой официант и замер в выжидательной позе.

– Доброе утро, уважаемый, – произнёс старпом традиционную фразу-пароль. – Нам бы с другом позавтракать, покажите меню, пожалуйста.

– Слушаюсь, вот, выбирайте на свой вкус, пожалуйста, – очень вежливо ответил официант, высветив на воздушном экране большой список предлагаемых блюд.

– Да ты, Дима, особенно не старайся, – посоветовал старпом, – можешь всего этого не читать, времени не хватит. Просто назови любое блюдо, хоть самое экзотическое, тут же будет готово. Кстати, я с удовольствием заказал бы жареную индейку в овсяных хлопьях. Вкус – просто потрясающий! Ну и кофе со сливками, без сахара. Как ты, согласен?

– Конечно, Петрович! Ты же здесь хозяин, а я гость. Делай заказ, а то есть очень хочется, честное слово.

– Вы всё слышали, уважаемый? Две порции жареной индейки в овсяных хлопьях и два кофе со сливками без сахара.

– Очень хороший выбор, – официант вежливо склонил голову, – ваш заказ будет готов буквально через пару минут. Теперь, пожалуйста, выберете тему для релаксаций, я подожду….

– Дима, ты не против живого тропического пейзажа под номером 2376?

– А что это такое?

– Сейчас увидишь, думаю, что тебе понравится. Это один из моих самых любимых. Тропики, пляж, пальмы, волны ласкают берег и чуть-чуть не достают до наших ног.... Просто прелесть…, – с лёгкой грустинкой вздохнул старпом.

– Звучит интригующе, Игнат. Я согласен, заказывай.

– Официант, пейзаж 2376.

– Уже выполняется, приятного аппетита! – произнёс официант, исчезая с экрана. И всё свободное пространство столовой мгновенно изменилось.

Больше не было светлых стен и длинных рядов столов со стульями. Друзья, как бы, оказались в каком-то райском уголке. Далеко за горизонт, насколько глаз хватало, разливалась синь океана. Ласковые волны ритмично выплёскивались на белый прибрежный коралловый песок, едва не касаясь ног отдыхающих. Лёгкий, тёплый океанский бриз лениво шевелил над головой широкие листья гигантских пальм.

На веранде тропического бунгало стоял сервированный на двоих столик, украшенный большой вазой, доверху заполненной тропическими фруктами. Рядом аппетитно благоухали две порции жареной индейки, а из красивых чашечек китайского тонкого фарфора, доносился аромат свежезаваренного кофе.

– Здорово, мне очень нравится, – удовлетворённо произнёс академик Прохоров, – но мы не заказывали фрукты, верно, Игнат?

– Так это просто бутафория, Дим. Вот, прикоснись….

Прохоров осторожно протянул руку, пытаясь нащупать содержимое фруктовой вазы.

– Твёрдое на ощупь и гладкое, а эти бананы – шершавые. Мне кажется, что они словно настоящие.

– Да? А ты их сильнее сожми….

Димка сжал кисть сильнее, и пальцы сомкнулись где-то в пустоте. Тут же в центре океана появилось строго глядящее лицо официанта.

– Не советую портить нашу бутафорию. Вас могут оштрафовать!

– Извините! – опешил Димка, отдёргивая руку.

– Ну, ты и лопух, Димка! – веселился, смеясь, старпом, – Ходил бы чаще в столовую, не попался бы на такой простой розыгрыш. Привык, что тебе супруга готовит, или я не прав?

– Ну, скажем, частично. Фу-ты, какое сердитое лицо было у официанта…. Честно сказать, я даже слегка испугался. Ох, ну ты и шутник, старпом! В конце концов, Игнат, мы есть будем или нет?

– Да, конечно же, само собой. Поехали, академик….

Друзья с аппетитом набросились на еду, и через десять минут с пищей было покончено.

– Внимание! Академика Прохорова просят зайти к генеральному директору проекта! – раздался по громкой связи голос старшего диспетчера.

– Не понял, а почему они не воспользовались мобильной связью?

– Вот это всё, – старпом обвёл пальцем дымчатую сферу, – прекрасно экранирует внешние сигналы. Пожалуй, это единственный недостаток релаксирующей системы. Но администрация к такому относится терпимо, пока, во всяком случае. Ну, ладно, поели-попили, пора и честь знать. Нас ждут разные дела, верно, Дим?

Игнат нажал невидимую кнопку, и всё исчезло, вместе с грязной посудой. Столик сверкал первозданной стерильной чистотой и ждал очередных посетителей.

***

В кабинете генерального директора проекта собрались все ведущие специалисты и академики «Союза пяти».

Мотье де Пигаль, как главный конструктор звездолёта и по совместительству генеральный директор проекта, сидел с озабоченным лицом, в задумчивости машинально поглаживая подбородок большим и указательным пальцем правой кисти.

– Ну что? Вижу, что все специалисты собрались? – произнёс генеральный директор, откашливаясь, – Уважаемые дамы и господа, хотел бы заранее извиниться, что собрал вас на внеочередную планёрку. Дело в том, что у нашего звездолёта «Арго-1» появились некоторые проблемы технического характера. Пока эти проблемы не предаются широкой огласке по вполне понятным причинам, чтобы зря не беспокоить общество, во избежание паники и несанкционированных действий на корабле. И нам надо будет принять коллегиальное решение по устранению этих проблем. Я, конечно, мог бы и сам озвучить эти проблемы, но это было бы не совсем этично по отношению к моим коллегам из сервисной службы корабля. Поэтому хочу предоставить слово для короткого и содержательного доклада главному инженеру звездолёта Григорию Глицински. Прошу вас, Григорий, начинайте….

«Да-а-а, достойного ученика воспитал в своё время, – подумал академик Прохоров, с отеческой улыбкой наблюдая за генеральным директором проекта, – молодец Мотя. Такие выверенные жесты, а повадки как у английского лорда. Строгий тон и уверенный голос, ну прирождённый лидер. Кто бы мог подумать, что из того сопливого, запуганного и вороватого мальчишки-хакера выйдет такой большой начальник, уважаемый человек, академик? Вот что значит, вовремя направить в нужную сторону…»

– Уважаемые товарищи астронавты, товарищи академики, – произнёс докладчик, невысокий смуглый мужчина, с аккуратной чёрной бородкой. Инженер заметно волновался, но быстро справился со своими эмоциями и продолжил, – Прошло совсем мало времени от момента старта «Арго-1» на нашу родную Землю. Мы преодолели только одну восьмую часть пути. За это время нам удалось разогнать корабль до трёхкратной скорости света. С этой скоростью мы уже летим вторую неделю, точнее, тринадцатые сутки. Два часа назад сервисные службы доложили, что защита звездолёта стала ослабевать и начала расти температура внешней оболочки корабля. Вместе с этой проблемой появилась вторая, незначительное снижение магнитного поля корабля и противорадиационной защиты. Непомерно увеличился расход топлива маршевых двигателей корабля. И третья проблема – наш звездолёт стал похож на гигантскую комету, летящую с недопустимой для кометы скоростью. Гравитационные силы системы искусственной тяжести собрали вокруг корабля всю космическую пыль, весь космический мусор в округе и паразитическим образом тормозят скорость нашего звездолёта, вызывая, таким образом, повышенный расход топлива и преждевременно исчерпывая ресурс двигательной установки. Мы рискуем не долететь домой живыми, погибнем от высокой дозы проникающей радиации, если раньше не взорвётся двигательный отсек. А в случае подобной аварии пространство около нас моментально превратится в чёрную дыру, нет нужды объяснять вам, чем всё это кончится. У меня всё, благодарю за внимание.

– Спасибо. Есть вопросы к докладчику? – обратился директор к собравшимся астронавтам. Лицо Мотье де’ Пигаль было непроницаемо бесстрастным, ни один мускул не шевельнулся, даже цвет кожи не изменился.

«Хорошо держится парень, – продолжал вести молчаливое наблюдение академик Прохоров, – а может всё-таки помочь ему? Снять напряжение?» – и неожиданно для самого себя поднял вверх руку.

– Разрешите, товарищ генеральный директор, задать вопрос докладчику?

– Да, пожалуйста, академик Прохоров. Задавайте свой вопрос, Дмитрий Фёдорович.

– Уважаемые товарищи астронавты, коллеги. Признаться, я тоже не в восторге от таких новостей. А впрочем, удивляться тут нечему. Подобное следовало ожидать, раньше или позже. Разве у нашего звездолёта есть опыт перемещения в пространстве с такой скоростью? Ответ очевиден, конечно, нет. И мы не провели ни одного технического испытания, сразу форсаж врубили на всю железку. По–моему, мы слишком доверились этим сверхразумным шибурруанцам…. Но об этом не будем…, я бы хотел всё-таки до конца услышать мнение специалиста, что он думает предпринять по этому поводу? А, коллега Глицински?

– Конечно, уважаемый академик Прохоров, мы пересмотрели несколько вариантов. Самый простой и эффективный, это постепенное торможение корабля до световой или субсветовой скорости. Уже начав торможение, мы существенно снизим перегрев обшивки звездолёта, соответственно, начнёт возрастать и степень противорадиационной защиты. Но это простое решение удлиняет наше время в пути вдвое, а, то и втрое. А это очень долго, люди просто не доживут до конца путешествия. Короче, к Земле прилетят только андроиды. Можно вернуться к другому методу, правда, он до конца не проверенный из-за нехватки времени. Вновь проверить характеристики искусственной «белой дыры» со стабильными параметрами. Но для этого нашему кораблю понадобится почти месяц для проверки. Ну, а поскольку нам ни то, ни другое не подходит – есть ещё альтернативный вариант. Постепенно снижать скорость до тех пор, пока все защитные силы звездолёта не восстановятся в полном объёме. Оставить дежурных андроидов, а экипажу погрузиться в анабиотические ванны. У меня всё.

– М-да-а-а, вариантов несколько, – задумчиво произнёс генеральный директор проекта, – но, ни один из них не удовлетворяет нас полностью. Поскольку на оперативке мы всё равно не сможем принять никакого решения, ввиду недостаточного времени, у меня будет следующее предложение. Всем заинтересованным специалистам точно просчитать, сколько мы сможем продержаться в зоне риска. Потом, если потребуется, медленно снижать скорость. Как только побочные эффекты исчезнут, продолжать поддерживать установленную скорость и попутно решать проблему быстрого перемещения в пространстве. Думайте, товарищи академики, думайте. Завтра в восемь ноль-ноль очередная оперативка. Все свободны.

***

Очередной рабочий день пролетел незаметно, перенеся на завтра все несделанные и нерешённые дела. Астронавты покидали свои рабочие места, постепенно возвращаясь в свои каюты отдыха или, у кого были семьи, в семейные общежития, расположенные единым блоком на одной из многочисленных палуб звездолёта. И только дежурные круглосуточные посты продолжали нести свою вахту; это навигация, сфера поддержки жизнеобеспечения корабля, медицинский блок и дежурные ремонтные бригады.

Уставший академик Прохоров возвращался в свой семейный блок с чувством некоторой неудовлетворённости. Сидя в кабине корабельного лифта, Димка с досадой думал, что он столкнулся на этот раз с непосильной задачей. Интуитивно он чувствовал, что где-то есть решение этих непростых вопросов. Решение, как говорится, витало в воздухе, вот только пока никак не нащупывалось.

Внезапно Прохоров поймал себя на том, что двери лифта уже давно открыты напротив его каюты, а он даже не заметил этого.

– Что-то я стал слишком рассеянным, – подумал про себя академик. – Это болезнь всех учёных или просто раннее проявление склероза сосудов мозга? Тнарипса что-то говорила мне о подобном заболевании, что при длительных перелётах такое часто бывает, и лечится очень долго. Кстати, надо будет с ней переговорить об этом ещё раз, только, не забыть бы…, – и тут Димка со страхом поймал себя на том, что да, действительно, может забыть. Ибо подобная, невинная на первый взгляд, забывчивость стала его посещать довольно – таки регулярно.

– Тнарипса, дорогая, я, наконец, дома! – Димка чмокнул жену в упругую щёчку, – Ну и денёк сегодня, так замотался, что чуть мимо каюты нашей не проехал. Кстати, а где сын? Как его успехи? У врача были?

Тнарипса кинула в сторону супруга укоризненный взгляд.

– Димка, ты хоть помнишь, как зовут нашего сына?

– Павел, – удивлённо ответил Прохоров, – а ты почему спрашиваешь? Я что-то не пойму…?

– Ну, слава Богу, не забыл. А чему ты удивляешься? Ты почти всегда спрашиваешь «где сын, где сын?», а по имени назвать его трудно? Нет, чтобы спросить, «Как там Павлик?», а ты о нём, как о неодушевлённом предмете! А это твой сын тоже, между прочим!

– Да что с тобой, Тнарипса? Ты такой раньше не была. Может, это отдалённые последствия родов?

– Дима, ты хоть и академик, но ведёшь себя порой, как полный ку-ку!

– Дорогая, да что случилось? Поясни, в чём дело-то?

– Ты прости меня за эту вспышку раздражения, но ты, наверное, уже заметил, что нашего Павлика нет дома?

– Заметил, Тнарипса, и хотел было об этом спросить. Но ты вдруг стала мне предъявлять необоснованные претензии. Может, я в чём-то провинился? В таком случае, я заранее прошу прощения.

– Да нет, Дима, это я виновата, набросилась на тебя, как фурия. Просто этот «дед – знахарь», ну, брат Игната, решил оставить Пашу в своём медицинском блоке, понаблюдать. Очень не нравится ему последние анализы крови, как у нашего сына, так и у многих других детей, рождённых на Шибурру. Не прояснили ситуацию и несколько курсов со стволовыми клетками. Я предложила свою помощь, как-никак я тоже в иммунологии не новичок, но твой «дед-знахарь» решил, что ещё не время.

– Понятно, Тнарипса, но на планете Шибурру, насколько я помню, таких проблем не было. Или были?

– Вот и Рафаэль Довлатович тоже считает, что этих проблем на той планете не было. Он хочет докопаться до сути этого недуга. Здесь явный дефицит в организме некоего редкого микроэлемента, и хоть эффект от лечения есть, но нестойкий. Всего два-три месяца. Наш Павлик как чувствовал, не хотел покидать Шибурру. Ведь у него там осталось столько друзей, маленьких шибурруанцев. У них даже был какой-то свой общий язык для общений, я это давно заметила…, – и Тнарипса глубоко и горестно вздохнула. – Ой, Дима, ты же, наверное, голодный? Я тебя совсем заговорила, сейчас накормлю.

Тнарипса встала и захлопотала возле кухонного терминала.

– Ты права, Тнарипса, перекусить не мешало бы. А то утром как позавтракал с Игнатом в столовой третьей палубы, так потом про еду и не вспомнил.

– Знаю, – отозвалась Тнарипса, продолжая внимательно нажимать кнопки кухонного терминала, – опять он потчевал тебя жареной индейкой и кофе со сливками, и своим любимым пейзажем? А ты, как всегда, делал вид, что видишь всё это впервые?

– Совершенно, верно, дорогая, – Димка слегка приобнял супругу за девичьи плечи, – ради имиджа странноватого академика иногда приходится быть актёром. Да, кстати, Тнарипса, чуть не забыл. Как правильно лечить склероз сосудов? А то в последнее время какая-то забывчивость появилась, рассеянность….

– Качественным питанием и витаминами, дорогой, – усмехнулась Тнарипса, – и потом, академик Прохоров, а вспомни, сколько тебе лет?

– Ну, почти сорок, академик Прохорова. А что?

– А ничего, Дима, это возрастное. Скоро пройдёт, ты просто об этом не будешь помнить, что ты не помнишь.

– Шутить изволите, госпожа академик? Я всегда говорил, что юмор – это мощное лекарство.

– Согласна, господин академик, на все сто процентов. Вот и ужин готов, прошу к столу.

– Спасибо, дорогая. А ты помнишь, Тнарипса, как всё начиналось на этой Шибурре? Как нас не хотели сначала даже пускать на поверхность?

– Помню, помню, милый. И войну с кибурозаврами помню, и лабораторию с их пленниками помню. Ты сначала поешь нормально, потом будем воспоминаниями заниматься, хоть до глубокой ночи….

2-я глава. Шесть лет тому назад…. На орбите Шибурру.

«Арго-1» неподвижно висел на геостационарной орбите неизведанной планеты в ожидании разрешения переместиться на более низкую орбиту. Но по правилам принимающей стороны следовало пройти процедуру карантинного и таможенного досмотра. Довольно-таки утомительное и нудное занятие. На всё про всё могло уйти до двух недель. А пока все жили ожиданием прибытия на земной звездолёт целой делегации принимающей стороны. Первыми должны были прибыть медики из карантинной бригады планеты Шибурру, потом уже правительственная делегация и так далее.

По громкой связи прозвучал голос командира, призывающий экипаж быть на своих местах и приготовиться для встречи карантинной службы планеты Шибурру.

– Внимание, всем службам! Во время прохождения карантинной проверки, всему экипажу находиться на своих рабочих местах или в каютах. Никаких дополнительных движений по кораблю, на время работы инопланетной комиссии, не допускается. До особого распоряжения администрации в словесный контакт с инопланетянами не вступать. Можно только наблюдать. На этом всё.

– Ты это слышал? – спросил своего напарника астронавт из ремонтной бригады. – Теперь ни в душ выйти, ни в столовую зайти. Мне совсем не нравится такое ограничение свободы. Одно успокаивает, что это не затянется надолго. Верно, напарник?

– Ну, парень, сразу видно, что это твой первый полёт на такие расстояния, – снисходительно улыбнулся другой астронавт, более солидного возраста. – Был бы у тебя стаж полётов как у меня, не задавал бы глупых вопросов. Лучше слушайся командира, он зря такие приказы отдавать не будет. Это же тебе не Земля, а другая планета. И какие тут законы, мы ещё не знаем. Ты уж поверь, на Земной орбите карантинные службы нас тоже мариновали подолгу. Пока тщательнейшим образом всё не проверят, не успокоятся.

– Честно говоря, это мой первый такой большой полёт. До этого только в ближнем космосе работал, – ответил молодой астронавт. – Значит, времени у нас много, можно и поговорить. Ты не возражаешь?

– Хм, и о чём? Вроде бы обо всём уж говорили, и не один раз. Хоть роман пиши.

– Ну да, а я вот чего хотел спросить-то. Это правда или легенда, что наш академик Прохоров в молодости был главарём космических пиратов и держал в страхе всё земное правительство?

– Ты с чего это взял? Кто тебе всё это наплёл?

– Ну-у-у, я уже и не помню. Я в школе тогда ещё учился, в младших классах. А ещё в школе про одного Робин Гуда космического говорили, так это вообще отстой. Забирал деньги у богатых и отдавал бедным. Было такое или нет?

– Может, и было, парень, а может…. Тебе всё равно делать нечего, вот возьми и поройся в исторических архивах, соответствующую литературу полистай. А ещё лучше, спроси у самого академика Прохорова.

– Ага, мне ещё пожить хочется…. Я же не совсем того….

– Что, парень, кишка тонка? Зато так будет честнее, чем всякие сплетни по углам собирать, – астронавт осуждающе взглянул на молодого напарника, – я, парень, этим никогда не занимался и тебе не советую. А то ведь, запросто, можешь попасть на суд «Союза пяти академиков». Слышал о таком?

– Слышал, слышал…, – недовольно ответил молодой астронавт. – Так ведь и поговорить уже не о чем! Что делать будем?

– Лучше помолчим, а ты – звёзды посчитай. Или новую планету рассматривай, вдруг что-то интересное заметишь на её поверхности?

Ремонтники заинтересовано уставились в обзорный иллюминатор своей мастерской.

***

Все астронавты звездолёта «Арго-1» давно знали, что планета Шибурру очень похожа на Землю. Хотя были и отличия. Шибурру была крупнее Земли процентов на двадцать. Имела более плотную и мощную атмосферу с сильно выраженным влажным, тропическим климатом.

На этой планете частые и плотные туманы были обычным явлением, но не было резких, сезонных колебаний погоды. Только на полюсах планеты климат был суровее, с морозами до десяти градусов по Цельсию и обильными, но не частыми, снегопадами. Что касалось экологической чистоты, то местные аборигены соблюдали её очень свято. Все производственные процессы были выведены либо на космические высоты, либо были глубоко запрятаны в шахты, и имели полностью замкнутый производственный цикл. Всё что производилось, плавилось, варилось или строилось, было скрыто от посторонних глаз. У инопланетянина создавалось впечатление, что недра планеты сами рождают нужные и необходимые предметы быта, пищу, транспорт и всё остальное.

Из космоса планета выглядела бело-синей жемчужиной, с темно-зелёными прожилками сплошных, густых тропических лесов.

Коротко позвучал сигнал предупредительной сирены, по всему звездолёту почувствовался очень слабый, лёгкий толчок. Это пристыковался небольшой корабль карантинной службы планеты Шибурру.

Гостей уже ждали. Их встречали командир корабля Вано Бровкадзе, главный астронавигатор Карлос Хосе-Муренос, генеральный директор проекта Мотье де Пигаль и супружеская чета академиков Прохоровых. Встречающие были одеты в одинаковые, подчёркивавшие фигуру, элегантные защитные костюмы с гермошлемами. Так, в представлении землян, следовало встречать любую карантинную службу других планет.

Три коротконогие фигуры проверяющих тоже были одеты в подобные защитные костюмы. Конструктивная схожесть костюмов поначалу удивляла, но законы развития эволюции легко проясняли подобные совпадения.

Проверив окружающий воздух, и не найдя ничего подозрительного, аборигены открыли свои гермошлемы. Их лица выглядели несколько непривычно для простого землянина, но не для всех.

– Если я не ошибаюсь…, – произнесла одна из ящероподобных фигур, – неужели это те самые Тнарипса и Карлос?

– Тнецод? – радостно воскликнула, удивлённая в свою очередь, академик Прохорова, – Какая приятная и неожиданная встреча! В это трудно поверить, я поражена такой приятной встречей.

– К сожалению, это не совсем так…, – электронный переводчик несколько запаздывал с переводом, но через несколько секунд корабельные службы устранили этот недостаток, – я не Тнецод, – говорящий смущённо опустил голову, – Вернее, Тнецод второй, старший сын клана Тнецод, имя моё Шдалм. Мой отец много рассказывал о первой встрече с вами, Землянами. Особенно про тот момент, когда вы разбили злобных хищников кибурозавров и спасли наш звездолёт от верной гибели. Я часто смотрел видеозаписи отца, вот вас и запомнил. Вы там очень выделялись на фоне остальных. Чернокожий человек и единственная прекрасная женщина. Я очень рад, что первыми встретил именно вас на вашем звездолёте.

– Спасибо, Тнецод Шдалм, – заговорила далее Тнарипса, не давая остальной делегации даже рта открыть, – а как отец?

– Умер, вот уже два года прошло, – и шибуррунянин печально прижал передние конечности к груди.

– Извините, мы не знали…, примите наши соболезнования.

– Кхм! – кашлянул вежливо командир корабля Вано Бровкадзе, – простите, мы вам не мешаем? Тнарипса, может, ты нас представишь своему знакомому инопланетянину?

– Командир, – прошептала академик Прохорова – ваше замечание не совсем политически корректно. Это мы инопланетяне по отношению к ним…, подробнее разъясню позже, – и продолжила с официальной улыбкой на лице. – Господа гости, разрешите познакомить с членами нашей почётной делегации. Вано Бровкадзе – командир корабля. Мотье де’ Пигаль – генеральный директор проекта «космическая миссия», Дмитрий Прохоров – академик, мой муж. Ну а этого товарища вы узнали безошибочно, действительно, это и есть Карлос Хосе-Муренос, наш главный астронавигатор.

– Я рад нашему знакомству, – произнёс Тнецод младший, облегчённо вздыхая, – а теперь, разрешите, я отдам распоряжение своим подчинённым, чтобы они быстро проверили ваш корабль на наличие карантинных инфекций. И пока они будут заняты, мы сможем с вами пообщаться на интересующие нас обоюдно некоторые темы.

Когда подчинённые Тнецода Шдалм удалились, он вновь обратился к астронавтам.

– Теперь моя задача будет следующая, подготовить вас к правильной встрече с делегацией нашего правительства. Не обижайтесь на такую нашу странную просьбу, но я следую советам моего покойного отца. Чтобы избежать в дальнейшем некоторых недоразумений….

Беседа длилась уже более двух часов, когда вернулись, заметно уставшие, представители карантинной службы планеты Шибурру.

На вопросительный взгляд Тнецода карантинщики только отрицательно покачали головами и указали на светящиеся табло своих приборов.

– Господа, немного должен вас огорчить, – произнёс Тнецод Шдалм, внимательно изучив показания приборов. – Правительственный визит откладывается на неопределённое время. Карантинная служба обнаружила в жилых секциях вашего корабля опасные для наших организмов вирусы. Жители нашей планеты не имеют к ним иммунитета. Я знаю только два выхода из этой ситуации. Вы должны всё простерилизовать в своём звездолёте или ждать, пока наши учёные не сделают противовирусную вакцину, не проверят её и не привьют большую часть населения. Но на это уйдёт много времени. Вам выбирать варианты.

– Да тут и выбирать нечего, уважаемый Тнецод Шдалм, – произнёс Мотье де’ Пигаль, – только первый вариант. Это же так естественно. Одновременно мы проведём всеобщую санацию всего персонала, проверим её результат и сообщим вам. Такие действия устраивают принимающую сторону? В противном случае, по поверхности вашей планеты нам придётся ходить в изолирующих скафандрах.

– Да, уважаемый Мотье де’ Пигаль, принимающую сторону такие ваши действия устраивают, – бесстрастно ответил представитель карантинной службы. – Вы, как и мы, отлично понимаете всё возложенную на себя ответственность. Надеюсь, что вам не следует объяснять, какими будут наши санкции при неудовлетворительном результате. Вам не разрешат находиться на планете Шибурру. С вашего позволения, мы покидаем ваш гостеприимный корабль. Честь имеем, господа Земляне….

– Однако, какие вежливые дипломаты, мать их…, «честь имею» …, – передразнил шибурруанца недовольный главный астронавигатор, – но должен признать, коллеги, они правы, чёрт возьми! Подзапустили мы себя в полёте, подзапустили….

– Согласен, – поддержал Карлоса Вано Бровкадзе, – поэтому я, как командир звездолёта, обязан отдать срочный приказ, – и Вано включил громкую корабельную связь. – Внимание всем астронавтам! Карантинная служба планеты Шибурру обнаружила на нашем корабле опасный для них вирус. Слава Богу, нам этот вирус не угрожает, обычная сапрофитная флора. Поэтому, слушайте мой приказ! Всему населению звездолёта, без исключения, пройти через медицинский блок и пройти полную санацию. В противном случае, нам придётся возвращаться на Землю, не выполнив до конца свою миссию. Приказ исполнять немедленно, уложиться всем в трое суток и ни секундой больше!

– Круто, Вано, – улыбнулся Димка Прохоров. – Единственный кто будет недоволен, так это доктор Зозулица. Рафаэль Довлатович терпеть не может в своём блоке большое скопление людей.

– Ничего, переживёт, как-нибудь, – ответил в полголоса командир корабля, – А почему вы ещё здесь, товарищи? Вам что, больше заняться нечем? Быстренько в медсанчасть, пока народ ещё не набежал.

***

После трёх дней санации всего экипажа, а также жилых и нежилых помещений, карантинная служба планеты Шибурру нанесла ещё один визит на «Арго-1» и не обнаружила в звездолёте опасных для себя инфекций. Вынужденное безделье и бесцельное кружение по орбите подходило к концу. Оставалась ещё одна формальная проверка, таможенный осмотр.

Таможенная шибурруанская служба справилась на удивление быстро. Не обнаружив, даже после тщательнейшего досмотра по всем закоулкам корабля, ничего недозволенного и запрещённого, местные таможенники дали разрешение на транспортировку представительской делегации землян космическим лифтом. Для чего было подготовлено специальное место в межпланетном космодроме шибурруанцев. Столь оригинальное решение несколько удивило землян. Но аборигены объяснили, что так надо для безопасности как самих Землян, так и для членов правительственной делегации планеты Шибурру. И не стоит беспокоиться, так как всё пройдёт в автоматическом режиме. Надо будет только перейти членам делегации Земли на территорию местного орбитального космопорта. Потом оттуда все медленно и плавно, с полным комфортом, будут доставлены на специальную площадку возле правительственной резиденции. Правительственная делегация шибурруанцев уже собралась в полном составе и ждёт.

– Интересно, – спросил командир звездолёта «Арго-1», – по всему видно, что вас что-то беспокоит? Вы кого=то опасаетесь, коль выдвигаете такие полуконспиративные условия? Уж не нас ли?

– Нет, вам мы доверяем. Мы опасаемся нападения беспощадных, злобных наших врагов с планеты Кибур, – бесстрастно пояснил полномочный представитель шибурруанского правительства, – их шпионы, мастера маскировки, могут быть везде.

– Тогда понятно, – задумчиво произнёс Вано Бровкадзе, – но вы не волнуйтесь, мы вам поможем, в случае чего…. И советом, и делом.

По громкой связи была объявлена часовая готовность к спуску на Шибурру.

Прошло ровно шестьдесят минут по земным меркам. На «Арго-1» ничего не изменилось, только за иллюминаторами звёздный пейзаж начал медленно и плавно меняться. Чужие созвездия, незаметно для человеческого глаза, стали перемещаться справа налево, а солнце закатилось куда-то в обратную сторону. Постепенно стали чувствоваться всё нарастающие перегрузки, хотя на корабле давно была отключена искусственная гравитация.

Неожиданно резко возникшая и тут же исчезнувшая мелкая, противная тряска всего звездолёта не успела даже напугать экипаж. Автопилот услужливо предупредил, что произошла стыковка с орбитальным местным космопортом. Теперь почётная делегация может, по открывшемуся шлюзу, спокойно перейти и устроиться в комфортной кабине космического лифта.

Когда делегация удобно устроилась на специальных приспособлениях, сопровождающий представитель шибурруанцев предупредил, что спуск будет не совсем скоростным, поэтому зрелищных моментов, при входе в плотные слои атмосферы, не будет.

Действительно, как оказалось, всем было прекрасно видно проносящуюся за окном картину. Ничего необычного, на первый взгляд. Космический лифт спокойно пронзал мощные слои кучевых облаков, среди просветов мелькала в синей дымке поверхность планеты. Было полное ощущение реального полёта, словно все находились внутри обычного земного воздушного суперлайнера. Но вот за иллюминаторами замелькали какие-то непонятные строения, спиралевидные мачты и лифт мягко коснулся посадочной площадки. Ещё несколько минут плавного скольжения, и лифт остановился в подземном туннеле, стены которого очень ярко светились мягким, белым светом.

Члены земной делегации, переполненные положительными эмоциями прибытия на поверхность чужой планеты, первые минуты не могли произнести ни слова.

– Ух, ты…! Вот это, да-а-а…! – через некоторое время восхищённо произнёс кто-то, это оказался начальник внешней разведки Пригодский Константин, – Такое ощущение, словно мы к Богу в рай попали…! Будь я проклят, но мне кажется, что я это всё уже где-то видел…!

– Браво, Костя, – губы Вано Бровкадзе тронула насмешливая улыбка, – ну ничем тебя удивить нельзя, везде ты бывал и всё видел. И откуда тебе известно, как рай выглядит? Хочешь сказать, что на короткой ноге с самим всевышним? И что подумают о нас местные ребята? Они ведь так, похоже, старались, чтобы нас удивить и ошеломить. А ты взял и всё испортил: «Где-то я уже это видел», – передразнил Костю командир. – И вообще, если что – то, кажется, то крестись. Говорят, помогает.

– Да я серьёзно, Вано, – не унимался начальник внешней разведки, – Точно, говорю, видел где-то похожий туннель, и подобное освещение. Вот только где? Не могу вспомнить…, но вспомню обязательно, иначе не быть мне Костей Пригодским. Мамой клянусь!

– Пригодский! – командир «Арго-1» строго погрозил пальцем, – Ты что творишь, разведка? Это мои слова, это я так говорю. А ты меня, выходит, цитируешь? Оно, конечно, приятно, но как, же авторские права на индивидуальность и неприкосновенность. И где ссылка на автора? – лукаво улыбнулся Вано.

– Ну, извини командир, не подумал, – Пригодский виновато развёл руками.

– Костя, я же пошутил. Господа астронавты, – обратился Вано Бровкадзе к присутствующим, – по-моему, сейчас самое время выходить на встречу с хозяевами планеты Шибурру. Ну, с Богом….

Двери лифта медленно раскрылись, и в глаза брызнул нестерпимо яркий свет. Землянам пришлось даже зажмуриться и прикрыть глаза ладонями. Яркость света начало постепенно угасать, пока не достигло приемлемую для гостей интенсивность.

3-я глава. Первый контакт. В чём схожесть, брат?

– Ну вот, я же говорил, что, между нами, много общего. Этот неизвестный астролёт мы поначалу приняли за одну из наших модификаций, правда, слегка устаревшей и меньшего размера. Да и принципы управления очень схожи. Теперь понятно, почему нам так казалось. Но вы не волнуйтесь, претензий по этому поводу к вам не будет. Если кого в этом и винить, то только покойного нашего учёного-исследователя Тнецода. Но с покойников, какой спрос? – удовлетворённо произнесла, неразличимая в ярком свете, тёмная фигура.

– Итак, жители далёкой планеты Земля, разрешите приветствовать вас на планете Шибурру, – говорящий незнакомец вышел из облака яркого, слепящего света, – Разрешите представиться, почётный член правительства, академик по межгалактическим связям, Россефорп из клана Ацирещ. И, кажется, с некоторыми членами вашей делегации я имел честь познакомиться довольно-таки давно, при весьма трагических ситуациях.

Одетый в чёрный мундир с золотыми пуговицами, незнакомец подошёл ближе и протянул руку для приветствия.

– Рад вас видеть снова, командир Димка Прохоров. Братья, не бойтесь, это наши друзья. Они прибыли к нам с далёкой нашей прародины Земля. Кстати, у них принято при приветствии пожимать всем переднею правую конечность, – произнёс Россефорп, повернувшись куда-то в сторону, а другой рукой подавая какой-то знак.

Ярко-белое светящееся марево защитного экрана тут же рассеялось, и земляне увидели просторное помещение, напоминающее обычный амфитеатр, полностью заполненное зрителями.

– Гм, кажется, нам устроили торжественный приём с пресс-конференцией, – произнёс в полголоса Вано Бровкадзе, – Дима, тебя принимают за главу нашей делегации. Вот ты, на правах, якобы, старого знакомого этого чиновника, и бери на себя командование. Будешь вести переговоры, а я понаблюдаю, пока в сторонке….

– Да я и сам слегка ошарашен, – ответил Прохоров, одновременно улыбаясь и протягивая для приветствия руку Россерфорпу, – Я тоже рад вас видеть, уважаемый академик Россефорп из клана Ацирещ, – Димке с трудом удалось выговорить странное название клана, но принимающая сторона сделала вид, что ничего не заметила.

– Добро пожаловать на планету Шибурру, дорогие гости с далёкой планеты Земля, – торжественно произнёс Россефорп, и его тонкие губы вытянулись в некое подобие улыбки, – В этом зале собрались члены планетарной правительственной делегации. Наш верховный правитель прибудет позже, но он сейчас наблюдает с большим интересом за этой встречей, наряду с остальными жителями планеты. Прямой репортаж этого огромного для нас события передаётся по всем каналам связи, и проникает в самые отдалённые уголки Шибурру.

– Спасибо, братья по разуму, за такую приятную встречу, – Димка Прохоров благодарно прижал руки к груди, – от имени всей Земной делегации, выражаю Вам искреннею признательность….

– Дима, ты чего несёшь, – прошипела около его уха Тнарипса, – Какая признательность, за что им такая честь? Пока об этом говорить ещё рано и преждевременно. Лучше огласи им состав нашей делегации. Пусть почувствуют класс представительства, понял?

– Я к этому и перехожу, – так же, не разжимая губ, ответил супруге Прохоров, – И не забывай, дорогая, что они прекрасные телепаты, но в этом зале все сигналы экранируются. Я успел проверить…, – и продолжил бодрым громким голосом, – Дорогие жители планеты Шибурру, разрешите ознакомить вас с представителями почётной делегации планеты Земля. Выдающиеся академики нашей планеты… (Прохоров быстро перечислил весь состав делегации). Ну, и командир нашего звездолёта «Арго-1» Вано Бровкадзе….

Пресс-конференция межпланетного уровня стала набирать обороты. Представители правительственной делегации Шибурру слушали очень внимательно и с большим интересом, потом наступило время местной прессы. И вот тут-то шибуррианские журналисты дали волю своим профессиональным привычкам. Они буквально засыпали вопросами земную делегацию, и это очень напоминало скорее допрос с пристрастием в какой-нибудь районной прокуратуре, чем межпланетную пресс-конференцию.

– Послушайте, коллега, – полушёпотом обратился один из членов земной делегации, историк по специальности, к своему соседу, географу-геологу, – Вам не кажется, что это всё похоже на какой-то спектакль в сумасшедшем доме?

– О, да, уважаемый коллега, – прошептал в ответ географ-геолог, – полностью с вами согласен. Кстати, вспомнил один земной анекдот на подобную тему. Рассказать?

– А давайте, всё равно для нас здесь ничего интересного…. Пока супруги Прохоровы отдуваются за всех, мы хоть отвлечёмся на секунду….

– Тогда слушайте; послали как-то двух участковых полицейских в одну деревню, выследить и уничтожить конопляное поле. Искали они, искали и нашли. И видят, что на краю того поля сидят три медведя и курят по очереди косяк…. Полицейские смотрят, что это явное нарушение порядка, и как свистнут в свои свистки! Медведи испугались, бросили косяк и убежали в лес. А поле так и сгорело, полицейские еле ноги унесли….

– Господа, – одёрнул шептавшихся Вано Бровкадзе, – видите себя пристойней. Нашли время для анекдотов. Скоро президент местных аборигенов пожалует. Вы уж потерпите, пожалуйста, скоро всё закончится….

В необычном для земного глаза помещении, после короткого затишья, раздались звуки громкой музыки, не совсем привычной для человеческих ушей. Звуки мелодии напоминали нечто среднее между пароходным гудком и клаксоном тяжёлого грузовика, вперемешку с грохотом больших барабанов и колокольных звонов. Это прозвучал торжественный гимн шибурруанцев.

– Его Величество президент и Верховный правитель планеты Шибурру! – прогремел в зале голос невидимого диктора, – Для встречи Бессмертного Ярацым-Шисси и его стражников…, всем встать!

По залу словно прошло некое дуновение ветерка, и все дружно встали в едином порыве. Землянам тоже пришлось встать, отдавая должное местным традициям. Под звуки продолжающегося гимна в зал стройной колонной прошли знаменосцы и, ровно через две секунды, следом за ними важно прошествовала, окружённая личной охраной, низкорослая фигура, тоже одетая в чёрный мундир с золотыми пуговицами. В отличие от остальных голову фигуры увенчивал головной убор изумрудно-золотистого цвета, по форме отдалённо напоминающий земной не-то ананас, не-то лавровый венок.

Правитель остановился точно в центре амфитеатра и вскинул вверх, в знак приветствия, правую переднею конечность. Присутствующие что-то в ответ громко проскандировали несколько раз.

– Спасибо, мои подданные, прошу всех садиться, – произнёс правитель, потом повернулся в сторону земной делегации и, улыбаясь, произнёс первые слова приветствия.

– Уважаемые гости из далёкой планеты Земля, я рад приветствовать всех вас на нашей гостеприимной планете Шибурру. Я многое о вас слышал, в том числе и о ваших геройских поступках во имя спасения нашего исследовательского корабля в далёком космосе. За это мы вам особенно благодарны. Так же мы вам благодарны ещё за то, что именно вы научили моих сограждан употреблять волшебный напиток, который вы называете «кофе».

Продолжая улыбаться, правитель подошёл вплотную к делегации и остановился как раз напротив академика Прохорова, и протянул ему свою переднюю конечность, так похожую на человеческую руку, только зеленоватого цвета.

– Лично вам хочу пожать вашу мужественную руку, Димка. Ибо, несмотря на столь странное для нас ваше имя, именно вы отучили мой народ от врождённого чувства страха и осторожности перед непобедимым врагом.

– Благодарю, конечно, – ответил удивлённый академик Прохоров, оглядываясь недоумённо на Тнарипсу и Карлоса, – за вашу столь высокую похвалу. Правда, что касается нашего кофе, то это больше заслуга моего друга, Бруно Феретти. Он и сейчас продолжает нести нелёгкую службу на просторах околоземного космоса. Но позвольте полюбопытствовать, уважаемый Верховный правитель Ярацым-Шисси, каким образом обычный кофе избавил ваших подданных от многих врождённых недостатков психосоматической системы? Причём так, что это даже отразилось на наследственном уровне?

– О, вы так мудрено говорите…, – правитель вопросительно изогнул свою длинную шею, моргнул несколько раз третьим веком, – на самом деле всё оказалось гораздо проще. Когда ваш друг угостил этим напитком командира спасённого вами нашего корабля, то командир в первый момент был очень шокирован. Но потом распробовал и ощутил такой прилив мужества и отваги, что по пути домой наголову разгромил разведывательный флот кибурозавров, которые уже предвкушали лёгкую победу над потрёпанным звездолётом планеты Шибурру. Теперь на нашей планете выращиваются целые плантации этого чудо – дерева. А кибурозавры даже не смеют приближаться к границам нашей орбиты.

– Вы слышали, друзья мои, – обратился Димка к своим землякам, – что творит обычный кофе на просторах вселенной. Воистину, чудеса, да и только! Теперь, я считаю, что наступил как раз тот самый момент, когда пресс-конференцию уже можно закрывать. А с уважаемым Верховным правителем, уже в спокойной и более комфортной обстановке, мы обсудим все детали нашего дальнейшего пребывания на планете Шибурру. Вы не возражаете, уважаемый Ярацым-Шисси? Тогда разрешите, я представлю вам членов нашей почётной делегации планеты Земля.

– А в этом нет особой нужды, уважаемый академик Прохоров, как говорится, кто есть кто, я уже давно знаю. Вы, я вижу, очень удивлены, братья по разуму? Напрасно, у моей цивилизации большие возможности. Да выключите, пожалуйста, свои электронные переводчики, они только мешают, – обратился к землянам Ярацым-Шисси на чисто земном языке, – Я не желаю больше морочить вам и себе голову. Мой народ давно готовился к встрече с вами, поэтому некоторые энтузиасты, и я в их числе, изучили ваш язык. Он не сложнее других языков, я вас уверяю. Пройдёт время, вы тоже будете общаться с нами на нашем языке и не заметите разницы. Что скажешь на это, академик Тнарипса, вы же жена Димки Прохорова? Вы, Карлос, академик и известный в галактике астронавигатор. Верно? – Карлос в ответ только удивлённо кивнул своей курчавой головой. – Вы, командир звездолёта Вано Бровкадзе. Вы, офицер внешней разведки Костя Пригодский. Ну, а вы, – правитель положил свою узкую пятипалую, перепончатую кисть на плечо директора миссии, – и есть тот самый главный. Мотье де Пигаль, старший администратор проекта «Космическая миссия» и генеральный конструктор звездолёта «Арго-1». Из вашего досье я знаю, что раньше у вас было простое имя, Матвей Пигальский. Друзья вас звали просто, Мотя. И вы были известным на своей планете хакером. Не так ли?

– Как же вам всё это удалось выяснить? – наивно спросил Вано Бровкадзе.

– Ничего особенного, господа, – устало ответил Ярацым-Шисси, – миллионы и миллионы лет эволюции дают свои результаты. К тому же, мы врождённые телепаты, а вы про этот наш феномен подзабыли, кроме Тнарипсы и её мужа. Так что, теперь не удивляйтесь, что мы о вас знаем многое, но в пределах корректности. За определённые рамки мы не выходим. Это у нас карается по закону. Ну а теперь, когда все формальности соблюдены, наступил момент обсудить и согласовать ваши дальнейшие планы ознакомления с моей планетой. Для этого нам всем придётся пройти на лётное поле и отбыть на мою резиденцию. Там есть места, специально отведённые для инопланетных гостей. И ещё, господа земляне, просьба не обращать внимания на мою стражу. Просто следуйте за ними и внимательно следите за их жестами. Это межпланетные жесты и вам они должны быть понятны.

– Само собой, разумеется…, – ответил за всех Димка Прохоров.

– Прекрасно, мы отлично поняли друг друга, – проговорил Верховный правитель и, повернувшись к зрителям в амфитеатре, произнёс так, чтобы смысл могли понять и земляне. – Пресс-конференция закончена! Все свободны! Наши гости устали и желают отдохнуть.

Зрители встали и под шум рукоплесканий проводили инопланетных гостей. Верховный правитель и земляне, в сопровождении почётного караула, торжественной поступью направились в сторону лётного поля.

***

Летательный аппарат странной конструкции прошивал плотные слои атмосферы как иголка редкую марлю, без видимых на то усилий. Земляне с удивлением наблюдали, как такой аппарат, с угловатым и большим широким фюзеляжем, с двумя парами крыльев, прямой и обратной стреловидности, и с изменяемой геометрией крыла, мог вообще летать? Очевидно, это было приемлемо только в здешних условиях и при местном атмосферном давлении.

Минут через двадцать спокойного полёта аппарат медленно опустился на небольшую лужайку, окружённую непроходимой чащей местного леса. Покрытие лужайки быстро разошлось в стороны, обнажив блестящую поверхность посадочного лифта. Ещё несколько плавных движений и летательный аппарат оказался глубоко под землёй, в ярко освещённом просторном помещении.

– Дорогие гости, – произнёс торжественно Ярацым-Шисси, – добро пожаловать в бункер-резиденцию Верховного правителя. Первым выйдет охрана, всё проверит, а потом только мы. Таков порядок.

– Простите, глубокоуважаемый Ярацым-Шисси, – Тнарипса подняла руку, – разрешите задать вам один вопрос?

– Задавайте, прекрасная Тнарипса, – правитель повернул кресло в сторону молодой женщины, – с удовольствием отвечу, если этот вопрос не будет противоречить нашим законам.

– Почему у вас принято скрываться глубоко под землёй? И кого вы здесь опасаетесь?

– Ну, если быть точным, то это уже два вопроса. Но я вам прощаю. Во всём виновато наше первобытное происхождение. Наши древние предки постоянно жили в глубоких норах, отсюда у нас врождённая боязнь открытого пространства. В данный момент, охрана проводит поиск и уничтожение незваных лесных гостей, которые, чисто теоретически, могут попасть сюда сквозь стены. Да-да, иногда им это удаётся.

– И что, такие случаи бывали? – взволнованно спросил Мотье де Пигаль, – И чем же заканчивались эти визиты?

– Да, как всегда, – ответил Ярацым-Шисси, с трудом сдерживая скучающий зевок, – Вот, слышите? – в подземной тиши раздалось несколько, приглушённые толстыми стенами, звуков, очень похожих на револьверные выстрелы, – Это охрана подаёт нам сигнал, что всё в порядке и можно выходить. Они уничтожили парочку хищных грызунов, обычное дело. Прошу на выход, господа Земляне.

– Странно, – произнёс в полголоса Вано Бровкадзе, – а нам говорили, что вы опасаетесь нападения коварных и жестоких кибурозавров. Ваших заклятых врагов.

– Дорогой мой гость, Вано Бровкадзе, – правитель растянул свой узкий рот в подобии улыбки, – это действительно так. Но это уже дело политиков. Впрочем, если вы пожелаете, то мы сможем отдельно вернуться к этому вопросу. Но только не сейчас, я вас умоляю….

– Интересно, – удивился про себя Димка Прохоров, – откуда у местного правителя такие, почти земные, интонации? – и тут же успокоил себя, – Ах да, как я мог забыть? Телепатия…. Они теперь отлично знают тонкости нашего языка, даже эмоции и интонации. Молодцы!

– Хм, а вы как думали? – правитель попытался хвастливо подмигнуть в сторону академика Прохорова, но при наличии третьего века это у него получилось довольно-таки комично.

Внимательно осматриваясь, земная делегация ступила на твёрдую поверхность подземного ангара. Ангар ничем особым не отличался, был очень просторным и равномерно излучал окутывающий мягкий белый свет. Вернувшиеся охранники правителя волочили за длинные, голые хвосты двух крупных мёртвых грызунов отвратительной наружности. О принадлежности этих тварей к отряду грызунов говорили их, сильно выдающиеся вперёд, крупные зубы-клыки и сильно развитые, мускулистые, с короткими мощными когтями, передние лапы. Блестящая, короткая чёрная шерсть и серый лысый череп с большими глазами только усиливали отталкивающий вид этой помеси крысы и крота. Размерами эти грызуны были не меньше среднестатистической земной собаки.

– Ого! – восхищённо воскликнул командир звездолёта, – Какие ужасные монстры? Неужели им по силам прогрызть самые крепкие стены в мире? – Вано Бровкадзе как бы польстил строительным инженерам Шибурру, – И это что, уже взрослые особи?

– Не совсем, – успокаивающе ответил Ярацым-Шисси, – вот эти, просто несмышлёные подростки. Шныряют повсюду ради любопытства, потом в наши смертельные ловушки попадаются. А взрослые особи в два раза крупнее будут. Потому нам и приходится содержать большой штат охотников.

– Ужас, – Мотье де Пигаль осторожно дотронулся ботинком до неподвижной туши одного из мёртвых грызунов, – ну и твари. И куда вы их теперь, на помойку?

– Нет, – улыбнулся правитель, – у этих «тварей», как вы выразились, очень приятное на вкус и питательное мясо. Наши повара приготовят из них очень вкусное блюдо. Ну, почему вы остановились? – обратился Ярацым-Шисси к своим охранникам, – Отнесите добычу моему шеф-повару, пусть приготовит для вас знатный обед.

Охранники щёлкнули каблуками и потащили будущий свой обед за длинные хвосты.

– Да не переживайте вы так, – обратился к гостям правитель Шибурру, – Мы, всё равно, это есть не будем, а вот для моих охранников лучшего блюда и желать не надо. А теперь, уважаемые гости, становимся на эту розовую дорожку и едем в мой личный кабинет для переговоров.

Гости, слегка недоумевая, стали на указанную розовую дорожку. Тут же снизу появились мягкие удобные диваны, и земляне буквально плюхнулись на них от возникшего плавного ускорения.

– Сударь, – тихо обратился Димка Прохоров к сидящему рядом Моте, – вас, так же, как и меня, случайно не покидает чувство «де же вью»? По-моему, такое уже где-то было?

– Точно-точно! – оживился Мотя. – Это тот самый транспорт, что вывез нас из ледяных катакомб Антарктиды, но какой заметный прогресс, – сыронизировал Мотье де Пигаль, – Надеюсь, на этот раз не будет такого резкого торможения, как в том нашем лихом путешествии?

– Господа, – обратился к ним правитель Шибурру, – я не совсем понимаю смысл вашей иронии по поводу нашей транспортной дорожки.

– Потом расскажем! – одновременно ответили, смеясь, академики Прохоров и Мотье де Пигаль, – Был такой случай на нашей планете, очень даже интересный.

– Вы меня заинтриговали, – улыбнулся своей тонкой улыбкой правитель, – ловлю на слове. Буду ждать вашего рассказа с нетерпением. Вот мы и на месте, входите, гости дорогие.

Диван плавно остановился возле двери, украшенной разноцветными кубиками. Земляне понимающе переглянулись, кроме Вано Бровкадзе. Командир никогда в жизни не видел подобного и поэтому таращился на окружающий интерьер ошалевшими глазами.

Войдя в личный кабинет правителя Шибурру, делегация землян увидела скромную обстановку и ряд широких мягких диванов вдоль овальной стены.

– Вы не удивляйтесь, братья по разуму, – произнёс Ярацым-Шисси, – это и есть мой рабочий кабинет. Без лишней роскоши, зато со всеми удобствами, как принято говорить у вас, землян. Охрана моя нам мешать не будет, мои воины умеют быть невидимыми. Ну а я сейчас задействую экранирующую охранную систему, и мы сможем продолжить нашу беседу в спокойной, дружеской обстановке. Кажется, так пишут в ваших официальных средствах массовой информации? – правитель лукаво улыбнулся и нажал невидимую кнопку в стене.

Послышалось едва уловимое нежное жужжание и стены кабинета осветились белым мягким сиянием.

– Имеют ли мои гости какие-то вопросы или претензии? – поинтересовался Ярацым-Шисси.

– Разрешите, – подал голос начальник внешней разведки Костя Пригодский, – вы, на удивление, хорошо осведомлены о нашей Земной жизни. А вот мы, к сожалению, не можем ответить вам подобной взаимности. Мы, признаюсь честно, в такой ситуации бессильны и наши разведывательные данные о вашей планете очень скупы и скудны. Нам будет намного спокойнее услышать от вас полную гарантию нашей неприкосновенности и безопасности.

– Я очень хорошо вас понимаю, братья по разуму, – правитель искренне прижал передние конечности к груди и наивно замигал веками, – Это хорошо, что вы озвучили, давно вас беспокоящие мысли. Я не хотел касаться этой темы раньше вас. И, конечно же, ваша безопасность и неприкосновенность гарантировано конституцией нашей планеты. Там есть соответствующая статья. Вы ведь не первые посещаете нас с дружеским визитом, и, надеюсь, не последние. Вы удовлетворены моим ответом?

– Благодарю вас! – коротко ответил Пригодский и признательно кивнул головой.

– Ваше президентское величество, Ярацым-Шисси, – обратился к правителю Мотье де Пигаль, – разрешите моей делегации непосредственно перейти к обсуждению правил проведения дружественной миссии на вашу планету. Мы расскажем о наших научных целях и задачах, о предполагаемом времени экспедиции. И будем ждать вашего разрешения на временное размещение и проживание нашего научного городка на той территории, которую вы нам сможете выделить. Большего нам и не нужно.

Президент удивлённо вскинул веки, несколько раз моргнул своими блестящими чёрными глазами, потом сделал несколько задумчивых шагов по кабинету.

– О, для меня ваша просьба несколько неожиданна, – Ярацым-Шисси обвёл гостей пристальным немигающим взглядом, – мне надо немного подумать. Такие вопросы не решаются за один день, вы же понимаете? И потом, я немного удивлён вашей такой напористостью, но это выгодно вас отличает от нас. Вы не очень торопитесь?

– Ну что вы, уважаемый правитель Шибурру, – Мотье де Пигаль попытался как можно сильнее скрыть сарказм в своих словах, – если учесть, то время, что мы потратили на перелёт сюда, то немного подождать – для нас это пара пустяков. Мы к этому всегда готовы.

– Ну, хорошо…, – как-то обречённо вздохнул президент, – для начала, если позволите, я расскажу о нашем богатом опыте по встрече инопланетян, и какие они порой выдвигали, даже не просьбы, а требования….

– По-моему, он специально тянет резину, – тихо шепнул Димка Тнарипсе, – намеренно хочет отвлечь от самой сути нашей просьбы….

– Погоди с выводами, Дима, ты лучше улыбайся ему, – шепнула в ответ Тнарипса, – у бедняги просто путаются мысли. Из-за этого светового экрана он плохо контролирует ход наших мыслей, поэтому и ведёт себя таким образом….

– А некоторые пришельцы были настолько наглыми, – продолжал правитель, – что тут же выставляли условия нашей капитуляции перед превосходящей силой их цивилизации. Такие посещения ни к чему хорошему не приводили, только к разрушительным войнам. Конечно, мы научились противостоять захватчикам и даже их побеждать. Но попадались и очень надоедливые инопланетяне, которые не хотели мириться с поражением и продолжали нападать на нас постоянно. Я имею в виду наших заклятых врагов кибурозавров, с планеты Кибур. Пока у нас с ними временное перемирие, но оно может скоро прекратиться. Как только они узнают о вашем к нам визите, тут же захотят захватить ваш звездолёт, а вас поработить. Вот это-то меня и беспокоит больше всего….

– Вообще-то, у нас уже есть опыт боевых действий с вашим врагом, – не преминул слегка прихвастнуть Димка Прохоров, – как-то мы им хорошо надрали одно место. Вряд ли кто из их флота смог уцелеть! И если вопрос только в этом, мы обещаем, думаю, товарищи меня поддержат, военную помощь с нашей стороны. Верно, братцы! – повернулся Димка к своим землякам.

– Однозначно! Конечно, поможем! Слово даём! Пусть не переживает! – почти хором ответила земная делегация.

– Значит, на вас можно надеяться? У вас нет захватнических интересов на наши территории?

– Ну, конечно же, нет! О чём вы таком говорите, уважаемый Ярацым-Шисси? Да всё будет тип-топ! – и Димка подошёл ближе к правителю, чтобы дружески похлопать его по щуплому плечу, но заметив краем глаза, как вдруг напряглись телохранители, решил воздержаться и ограничился крепким рукопожатием.

– Хорошо, – задумчиво ответил правитель, потирая правую ладонь и слегка дуя на неё, – это, конечно, странно, но я вам почему-то верю. Тогда продолжим нашу беседу на более высоком уровне. Пригласите в кабинет доверенного премьер-министра, – обратился к неподвижно стоящим охранникам Ярацым-Шисси.

Охранники, громко топая, вышли из кабинета. Вместо них возник, словно из ниоткуда, невысокого роста абориген, тоже одетый в чёрный мундир с золотыми пуговицами и в головном уборе гранатового цвета.

– Разрешите представить вам, – торжественно произнёс правитель Шибурру, – моего друга и одновременно моего оппозиционера, доверенного премьер-министра правительства планеты Шибурру. Всеми уважаемый политик Цнирпс, из клана Акрицис.

Невысокий учтиво поклонился правителю, землянам и неподвижно замер, присев рядом со своим боссом.

– Ну вот, – удовлетворённо заметил Ярацым-Шисси, – теперь все в сборе. Продолжаем нашу беседу….

***

Переговоры за закрытыми дверями продолжались уже более четырёх земных часов. После дипломатических взаимных прощупываний, лёгких споров и взаимным обменом символическими подарками с обеих сторон, были достигнуты некоторые определённые договорённости.

Шибурруанцы поверили в истинно-научную миссию пришельцев с далёкой Земли и разрешили им находиться на своей планете какое-то время. Для этих целей местное правительство, в лице премьер-министра Цнирпс, из клана Акрицис, решило предоставить небольшой участок своей территории, недалеко от давно заброшенного культового сооружения. Земляне на этом участке предполагали разбить временный жилой лагерь для научных изысканий. А взамен, от земной делегации требовалось соблюдать все местные правила поведения и уважать законодательство, и тесно сотрудничать с правительством Шибурру по всем вопросам внешней и внутренней политики.

Земная делегация с большой благодарностью подписало данное двухстороннее соглашение, хотя и выразило некоторые сомнения по поводу тесного сотрудничества по вопросам внутренней и внешней политики. Но правитель планеты Шибурру успокоил землян, сказав, что это обычная формальность в протокольной записи и, ни к чему серьёзному не обязывает.

– Теперь и я согласен с вашими словами, – с пафосом произнёс Мотье де Пигаль, – у нас с вами есть общая схожесть. Я даже знаю в чём.

– И в чём же наша схожесть, брат? – и Ярацым-Шисси глубокомысленно взглянул на директора земной миссии.

– Схожесть наша в умении правильно и адекватно мыслить, и быть толерантным к братьям по разуму, которые отличаются только внешними признаками.

– Несколько витиевато, но в целом правильно, – согласился Ярацым-Шисси.

После торжественного подписания двухсторонних протоколов, и не менее торжественных проводов, все переехали по розовой дорожке обратно к правительственному космическому лифту. Потом последовали взаимные рукопожатия и вежливые объятия. Наконец-то земляне распрощались с правительством планеты Шибурру и через короткое время уже были на борту своего звездолёта «Арго-1».

– Ну вот, дорогие мои коллеги, на правах директора миссии, хочу объявить всему экипажу о результатах нашего короткой встречи с представителями местной власти этой планеты. Предлагаю режим видеотрансляции по всему звездолёту. Но только после небольшого отдыха, – Мотье де Пигаль устало опустился в кресло кают-компании, – а то пить очень хочется. Минеральной воды всем, пожалуйста, – хлопнул в ладоши генеральный директор проекта.

Жадно сделав несколько крупных глотков из бокала, услужливо поданным роботом-официантом, Мотье де Пигаль энергично помассировал свои виски.

– Да, чёрт возьми, до сих пор в моей голове не укладывается, что открыли новую строку, нет, даже главу, в истории освоения космоса человечеством! – воскликнул директор и, встав с кресла, возбуждённо подошёл к обзорному иллюминатору, – А у вас, друзья мои, какие соображения или чувства по поводу такого чрезвычайного события?

– Чувства разнообразные, Мотя, – спокойно произнесла Тнарипса, – Ты, вот, лучше прими успокоительное лекарство. Да не бойся, в этой капсуле экстракт обычной валерьянки. И, как медик-психолог, предлагаю то же самое сделать всем остальным. Никакие отговорки не принимаются. Всем выполнять! – в голосе Тнарипсы прозвучал такой металл, что никто не посмел её ослушаться, – Вот теперь все могут спокойно выговориться…. Кто начнёт?

– Позвольте мне, коллеги, – Карлос допил остатки воды в своём бокале, – Однако, какая гадость эта ваша валерьянка…. Так вот, если реально посмотреть на это событие, то мой вывод такой; мы имеем дело с очень развитой и хорошо отлаженной цивилизацией, построенной на принципах господствующего империализма. Да-да, это самая настоящая империя. И управляет всем этим миром, что ни на есть, самый настоящий император Ярацым-Шисси. Правда, он титулует себя «правителем планеты», но это сути не меняет. Кстати, электронный переводчик слово «правитель» и «император» переводит на местный язык одинаковыми звукосочетаниями. Я это уже проверил.

– Браво, Карлос, насчёт империи ты, возможно, и прав. Но я бы хотел вот что отметить, – Костя Пригодский задумчиво посмотрел в иллюминатор, – Отсюда, правда, не видно место нашего будущего базирования, и я не смогу вам наглядно показать, но мне кажется, что этот хитрый шибурруанец намеренно выделил для нас такой участок. Как бывший военный разведчик, скажу, что у нас ограничено место для манёвра. Ближайший населённый пункт может быть зоной постоянного за нами наблюдения и прослушивания, а с другой стороны, мы ограничены непроходимыми местными джунглями. И потом, эта устная рекомендация от доверенного премьер-министра Цнирпс, ограничить высоту воздушного коридора не более двухсот метров. Это что, угроза или предупреждение? Что-то они недоговаривают, и это мне кажется очень и очень подозрительным. Моим специалистам придётся крепко поработать, чтобы в этом во всём разобраться.

– Насколько я вас знаю, Константин, – улыбнулся Мотье де Пигаль, – всё, что вы только озвучили, уже давно делается? А службы безопасности Медоборского и ваши службы не подведут? Я угадал?

– Нет, ну с вами совсем не интересно, шеф, – Пригодский нарочито обречённо развёл руками, – вы всё знаете наперёд….

– Пожалуйста, давайте оставим подобные комплименты в стороне. Мои биографы сами разберутся, – скромно опустил глаза директор миссии. – Я бы хотел услышать мнение академика Прохорова.

– Знаете, парни, – Димка насмешливо взглянул на своих коллег, – в нашем деле главное – не терять голову, сохранять трезвость ума и холодный расчёт. Тогда нам ни один чёрт не будет страшен. А что касается выше сказанного моими друзьями, думаю, что в этом есть зерно рационального. Но всё может быть гораздо прозаичнее, если мы изучим их законы и правила поведения. И тогда некоторые вещи нам покажутся просто смешными и неоправданными.

– Вот именно такие слова я и надеялся услышать, – облегчённо произнёс Мотье де Пигаль. – Спасибо вам, Дмитрий Фёдорович. Теперь слушайте моё распоряжение. После нашего обращения к экипажу, всем отдыхать. Далее займёмся плановым изучением местных материалов и законов. Сроки у нас имеются. Первая высадка основной рабочей группы не ранее, чем через две недели. У меня всё.

***

4-я глава. В джунглях Шибурру.

Шёл уже пятый месяц пребывания земной экспедиции на поверхности планеты Шибурру. За это время, недалеко от развалин местного культового сооружения, успел вырасти небольшой городок из модульных жилых конструкций. Городок насчитывал около десяти тысяч постоянно проживающих и ещё около двух тысяч астронавтов, работающих вахтовым методом. Они прилетали в городок на две-три недели, потом их сменяла следующая группа командировочных. Таким образом, население городка никогда не превышало означенный лимит в двенадцать тысяч, что и было когда-то оговорено в двухстороннем соглашении между землянами и шибурруанцами.

За это время земляне легко освоили правила пользования космическим лифтом. И хотя сама лифтовая площадка находилась на территории небольшого городка шибурруанцев, находящегося всего в двадцати километрах от базы землян, астронавтов это не очень беспокоило. Первые дни добирались до базового городка своим воздушным транспортом, потом, в целях экономии энергетических ресурсов, проложили качественное полотно для наземного транспорта. Несколько вместительных роботизированных электроавтобусов могли быстро доставлять не только бригады командировочных, но и экскурсантов из прилегающих окрестностей.

Вообще-то строительство землянами автобана воспринималось аборигенами как некое чудачество. Шибурруанцы, ещё с незапамятных времён, перестали пользоваться наземным транспортом, считая это полным анахронизмом. Они давно познали законы гравитационного поля и очень широко развили транспорт на этой основе. Поэтому они с большим любопытством наблюдали за строительством землянами дорожной автомагистрали. Некоторые даже пытались по новенькой дороге прокатиться на своих своеобразных спортивных снарядах и приходили в большой восторг.

Тем временем наши академики, полностью освоившись на новом поселении, стали ощущать знакомый творческий зуд и тягу к исследованию прилегающей местности. Их взоры всё чаще и чаще обращались в сторону голубеющих далей лесных массивов шибурруанских джунглей. Все доступные космические снимки этих джунглей были тщательно изучены и некоторые объекты на них привлекли внимание наших специалистов. И почему-то именно те места, куда местные учёные, с выражением мистического ужаса на лице, не советовали землянам «даже носа туда показывать». Но дух авантюризма и жажда новых приключений были непобедимы, и призывали землян к активным действиям. Но не всё было так просто, как хотелось нашим исследователям неизведанных земель. Ибо по правилам последней конституции планеты Шибурру всем инопланетянам, гостившим у них, для самостоятельного передвижения по поверхности и исследования определённых участков планеты, следовало подать подробное прошение с указанием даты, времени, места, цели и состава экспедиции с предполагаемым списком проводников. Потом следовало ждать ответа от доверенного премьер-министра Цнирпс, из клана Акрицис, в течение десяти дней или даже месяца.

Такая махровая бюрократия, по мнению Мотье де Пигаль, совсем не устраивала пришельцев с далёкой планеты Земля. Но внимательно вчитавшись ещё раз в документ, специально адаптированный для понимания земной делегации, директор миссии, чертыхнувшись напоследок, составил прошение по всем местным правилам и отправил факс в тамошний кабинет министров. Ответ пришёл на удивление очень быстро. Точнее, не пришёл, а прилетел на небольшом правительственном гравитоплане. Управлял аппаратом сам, очень взволнованный, премьер-министр.

– Дорогие гости с планеты Земля, – премьер-министр сразу же перешёл к делу, без обязательных в подобных встречах дипломатических разговоров о погоде и прочей политической шелухи, – я подробно изучил ваше прошение на исследовательское путешествие по выбранному вами маршруту в наших джунглях. И у меня возникло к вам несколько вопросов. Вы, возможно, не представляете ту опасность, которой вы можете подвергнуться? Ведь наши учёные чётко дали вам понять, что этот район особо опасен, и его лучше обойти стороной. Вы же, так и стремитесь попасть в самый эпицентр тех ужасов, которые только можно себе вообразить!

– Но, позвольте, уважаемый Цнирпс, из клана Акрицис, – попытался возразить премьеру директор Земной миссии, – мы же идём не как беспечные туристы на воскресную прогулку. Мы подготовились к этой экспедиции соответствующим образом. Усилили многократно функции защитных силовых барьеров, даже предоставили вам список надёжных проводников из местного городка.

– Вот как? – удивился премьер-министр, хитро скосил свои тёмные глаза, – Позвольте уточнить, а кто возглавляет список надёжных проводников из местных?

– Он стоит первым в этом списке, – любезно улыбнулся Мотье де Пигаль, – Это мэр города, всеми уважаемый Стлавс, из клана Акрицис. Он с удовольствием пошёл нам на встречу, и обещал всевозможную помощь в проведении изыскательской экспедиции.

– Что?! – Цнирпс удивлённо заморгал округлившимися глазами, – Мой троюродный племянник? Да он же первый авантюрист! Позор нашего клана! И что он попросил взамен? Какой процент от дохода?

– Да, практически, ничего…, – проговорил, неприятно огорчённый неожиданным поворотом дела, директор миссии, – какие-то жалкие три процента от акций нашей компании, которой даже не существует и в помине.

– И вы, конечно, согласились?

– А что прикажете делать, если он сказал, что является самым лучшим геологом на этих землях? Приходится верить, ведь нашим специалистам понадобится намного больший срок. А так, мы очень сильно экономим по времени.

– Что верно, то верно. Стлавс, действительно, самый лучший геолог на всей планете, хоть и авантюрист, фантазёр и прожектёр!

– Ого, столько титулов для одного племянника? Не многовато ли, уважаемый премьер-министр?

– И это ещё не все его заслуги. Ваша кампания не успеет опомниться, как он всё быстро переиначит и ваши девяносто семь процентов дохода превратятся в его капитал. А у вас останется всего три, это в лучшем случае. В худшем, он заберёт себе все сто процентов. Вот так, уважаемый Мотье де Пигаль.

– Уважаемый премьер-министр, – Мотя потряс головой, словно отгоняя от себя стаи назойливых мух, – не надо морочить мне голову вашими местными байками. Я скажу по этому поводу проще. У нас, землян, есть такая поговорка: «Не стоит делить шкуру ещё не убитого медведя». Медведь, это такой крупный зверь-хищник. Вам понятен смысл этой поговорки? Или объяснить подробнее?

– Нет нужды, – ответил недовольно Цнирпс, – смысл понятен. У нас тоже есть похожая поговорка.

– Вот и хорошо, – спокойно продолжил Мотье де Пигаль, – тогда скажите, вы даёте разрешение на проведение нашей экспедицией изыскательских работ или нет?

– Но это очень опасно! Вы можете не вернуться.

– Не думаю, что подобное может случиться. Повторяю, у нас очень мощная защита.

– Я не хочу вас пугать или разочаровывать, – вздохнул доверенный премьер-министр, – но поймите меня правильно. В тех местах пропадают все сигналы и все силовые поля. Со спутников ничего не прослеживается, только сплошной растительный покров, который глушит все сигналы. Ни туда, ни обратно. До сих пор никому из смельчаков не удалось этот феномен разгадать. Теперь этот район считается у нас гибельным местом.

– Вот поэтому мы и хотим его исследовать, и выявить причину этого вашего «феномена». И знайте, уважаемый премьер-министр Цнирпс, у нас, землян, очень силён дух авантюризма и жажда к приключениям. В этом ваш троюродный племянник в чём-то немного похож на нас. Так подпишите прошение или нет? В последний раз вас прошу. Заметьте, по-хорошему прошу.

– Ну, уважаемый Мотье де Пигаль, умеете же вы своего добиваться. Я первый раз вижу таких ненормальных инопланетян, которые готовы рисковать своими жизнями ради поисков каких-то истинных причин непознаваемых событий.

– А у нас говорят, кто не рискует, тот не пьёт шампанское.

– Так вот оно что…? – протяжно произнёс Цнирпс, из клана Акрицис, – Про этот ваш колдовской напиток и кофе упоминал ещё покойный Тнецод, когда рассказывал о своей победе над вражеской флотилией. М-да-а-а, чего только не совершишь по пьяной лавочке, – улыбнулся премьер, – Теперь мне всё понятно. Я подпишу ваше прошение прямо сейчас, но с одним условием…, – и сделал выжидательную паузу.

– Слушаю вас очень внимательно, уважаемый доверенный премьер-министр, – широко улыбнулся в ответ директор земной миссии, – заранее согласен на все ваши условия.

– Ну, зачем же так опрометчиво, – у премьера заметно улучшалось настроение, – вдруг я захочу чего-то несбыточного?

– Неужели хотите составить компанию в нашей экспедиции? – съехидничал Мотье де Пигаль.

– Угадали, почти, – премьер выглядел очень серьёзным, – Да, это, действительно, несбыточная мечта моего детства. Моё условие будет одно, прямо сейчас удаляете из списка моего троюродного племянника. Я с этим мальчишкой ещё дома поговорю, совсем от рук отбился. Самостоятельности захотел. Моя семья его воспитала, вырастила, выучила, престижную должность дала. Его родители погибли в военной стычке с кибурозаврами, вот мы и взяли сироту на воспитание. И что выросло? Позор всего клана Акрицис и только….

– И это все условия? – несколько удивлённо произнёс Мотье де’ Пигаль, – Если вы так опасаетесь за жизнь своего горячо любимого племянника, то какие могут быть проблемы? Вот, смотрите. Чирк, и готово! Больше его нет в общих списках. Только учтите одно, что он мальчик уже достаточно взрослый и волен поступать так, как сам решит. И никакие запреты его не остановят. Поверьте, моему жизненному опыту.

– А это мы ещё посмотрим, – премьер взглянул на Мотю снизу вверх, – Вот ваше прошение, мною подписанное. В свою очередь, я снимаю с себя всякую ответственность, за всё то, что может с вами произойти. Вы уж извините…. Да, ещё вот что, за вашей экспедицией будет следить вся планета. Поэтому хочу пожелать всем вам большой удачи. Засим, прощайте…! – почти со слезой произнёс Цнирпс и величественно удалился в летающий агрегат, вместе со своей охраной.

– Да уж нет, лучше до скорого свидания, – задумчиво проговорил Мотье де Пигаль, прослеживая глазами за гравитопланом, быстро исчезающего в небесах Шибурру.

***

Для начальника объединённой службы безопасности, Медоборского Андрея Васильевича, начались самые напряжённые рабочие будни. Оставив на звездолёте своего первого заместителя, Андрей Васильевич все усилия своей службы сосредоточил для улучшения безопасности базового городка астронавтов и предстоящей исследовательской экспедиции в соседние джунгли. Его сотрудники, практически невидимые для посторонних, и незаметные для наших астронавтов, работали в усиленном режиме. Поставленная задача была не из простых; следовало выявить скрытую шпионскую деятельность, как стороны шибурруанцев, так и со стороны других враждебных сил. Здесь имелось в виду действие разведок из соседних обитаемых планет. Планета кибурозавров подозревалась первой. Но время шло, а работа контрразведки не приносила никаких плодов. С одной стороны, это было неплохим признаком межпланетного спокойствия. Но, с другой стороны, люди прекрасно понимали, что космический недоброжелатель всячески постарается усыпить бдительность нашей службы безопасности, чтобы выждать удобный момент для нанесения коварного удара.

Прошло уже две недели после визита в базовый лагерь доверенного премьер-министра от императора Ярацым-Шисси. Кстати, сам Ярацым-Шисси нисколько не возражал, что пришельцы величают его именно так. Он в этом не видел никакого отличия. На его языке слова «правитель» и «император» звучали абсолютно одинаково. А академик Прохоров с удовольствием убедился ещё раз в могуществе и богатстве земных языков над другими инопланетными языками. Те казались для него примитивнее и эмоционально беднее.

Итак, подготовка к исследовательской экспедиции в джунгли Шибурру достигла конечного этапа. Мотье де Пигаль лично посетил местного мэра и передал ему запись своей беседы с доверенным премьер-министром правителя планеты.

Троюродный племянник премьер-министра спокойно просмотрел запись, а по окончании просмотра разразился бурной и обличительной речью.

– Ну, старый коррупционер, проходимец! Да, я стыжусь своей принадлежности к этому клану. Он в этом прав, так же, как и в том, что я ему обязан всем тем, что на данный момент имею. Но вот только тайна гибели моих родителей так и осталась тайной. Я попытался исследовать базу данных военных архивов, но каждый раз вся информация, которая касалась моих родителей, была заблокирована как секретная. А дядя с детства мне внушал, что всё то, что он говорит, это всё истинная правда. Ну а раз он исключил меня из списка, что ж, это его воля. В нашем клане принято слушаться старших. Но никто не запрещал мне принять участие в вашей экспедиции под другим именем. А всё то, что он вам про меня наговорил – чистый бред параноика. Клянусь своей последней чешуёй! Ты мне веришь, Мотье де Пигаль?

– Вообще-то, дорогой мэр Лиркас, из клана Акрицис, я не привык слепо доверять словам. Я верю твоим глазам, ибо тот высокий интеллект, который светится в них, не может принадлежать «фантазёру, авантюристу, прожектёру», а именно так охарактеризовал тебя твой троюродный дядя. Ты нам действительно нужен, как грамотный специалист своего дела. А что касается твоего нового имени в списках, я предлагаю взять земное имя, для конспирации. Ну, например, Харлей Дэвидсон, очень популярное имя на Земле. Согласен?

– О, да! Спасибо, друг! – и мэр Лиркас протянул своему земному другу свою узкую, зеленовато-бледного цвета ладонь, – Я не знал, что имя производителя земных мотоциклов так у вас популярно. Ещё раз спасибо! На этот раз мой дядя потерпит фиаско.

– Дался тебе твой дядя, забей! – Мотя был неприятно поражён такими энциклопедическими знаниями нового друга, – Но послушай, Лиркас, как ты догадался про мотоциклетную фирму Харлей-Дэвидсон?

– Ничего здесь удивительного нет, Мотье де Пигаль.

– Да ладно тебе, Лиркас. Зови меня просто, Мотя. Так меня зовут только самые близкие друзья, а я тебя считаю именно таким другом. Так что ты говорил перед этим?

– Вот за такое доверие, Мотя, я тебе очень благодарен. А хотел я сказать, что у меня сохранилась полная копия дневников покойного Тнецода. Командира первого нашего корабля, который встретился с вами, землянами. И в одном из последних дневников я нашёл уцелевшую запись с полной информацией о планете Земля. Там было всё о её устройстве, о производстве, про экологическую угрозу и так далее. Именно оттуда я узнал про ваш наземный транспорт, в том числе и о мотоциклах фирмы Харлей-Дэвидсон. Всё банально просто.

– Вот уж, действительно, твои пути неисповедимы, Господи…, – произнёс слегка ошарашенный Мотя.

– Не понял, о чём ты, друг?

– А, этот так, чисто земное суеверие. Связано с нашей религией. Не стоит обращать внимания. Так ты согласен быть занесённым в наш список под именем Харлей Дэвидсон?

– Я уже давно дал согласие на это, Мотя. Когда можно будет приступить к моим новым обязанностям проводника по джунглям?

– Завтра, Лиркас. Как пройдёт ваш традиционный утренний туман, так и приступим….

Рано утром следующего дня, как только начал рассеиваться плотный туман, у главных защитных ворот базового лагеря раздался требовательный сигнал прилетевшего грузового гравитоплана.

– А вот и наши проводники прибыли, – обрадовался директор миссии, обращаясь к членам исследовательской экспедиции, – Да ещё во главе с самим мэром соседствующего с нами поселения. Знакомьтесь, это Лиркас, из клана Акрицис, местный мэр и по совместительству бригадир проводников. Хочу сразу предупредить, в наших списках он значится под именем Харлей Дэвидсон. Не удивляйтесь, так надо для конспирации от его троюродного дяди, доверенного премьер-министра.

– А почему у него такое имя? – спросил удивлённо Карлос. – Несколько необычно звучит для аборигена, вы не находите, коллеги?

– Только не надо делать такие удивлённые глаза, Карлос, – усмехнулся Мотя, – Лиркас очень эрудированный шибурруанец и это имя он выбрал сам, правда, не без моей помощи.

– Ну, тогда всё понятно…, бедный Лиркас, что с ним будет дальше с таким-то именем?

– Всё, Карлос, это не обсуждается. Всем приготовиться к погрузке оборудования и слушать нашего проводника Харлей Дэвидсон. Он неоднократно бывал в здешних джунглях и хорошо их изучил. До места доберётесь на гравитоплане, а дальше по обстоятельствам. Старший группы назначается Андрей Васильевич Медоборский. Хорошей вам дороги и лёгкого путешествия.

– А как же ты, шеф? – поинтересовался Константин Пригодский. – Ты разве не с нами, Мотя?

– Извините, ребята, – развёл руками Мотье де Пигаль, – кто-то же должен отсюда наблюдать за вашей операцией. Вовремя помощь оказать, в случае чего. И потом, я ведь не могу оставить наш базовый лагерь совсем без руководства. Тем более что Дима с Тнарипсой сейчас находятся на «Арго-1», будут следить за экспедицией из космоса. Как говорится, на шибурруанцев надейся, а сам не плошай. Вопросы есть?!

– Никак нет, шеф! Разрешите выполнять!

– Давно уже разрешил, – сдержанно улыбнулся директор земной миссии, – ну вы и комедианты, парни.

– Ты же знаешь, Мотя, что без этого нам никак нельзя, – и Медоборский ободряюще похлопал директора по левому плечу. – А где этот твой Харлей Дэвидсон?

– Давно ждёт вас снаружи. И поторопитесь ребятки, пока туман окончательно не рассеялся. А то местные наблюдатели быстро раскусят фокус с Лиркасом – Харлеем.

Когда туман растаял окончательно и дневной свет залил все потаённые уголки окрестностей, городок астронавтов выглядел тихим и спокойным. Только по новенькой трассе медленно курсировали одинокие электроавтобусы, заполненные очередными туристами-экскурсантами.

***

Гравитоплан завис в воздухе на расстоянии полуметра от поверхности планеты. Впереди вздымалась сплошная, практически непроходимая, стена шибурруанских джунглей высотой до ста метров.

– Что дальше, Лиркас? – спросил Медоборский старшего проводника, – Так и будем неподвижно парить над землёй?

– Всё, мы приехали, Андрей, – Лиркас продолжал внимательно изучать приборную панель гравитоплана, – Теперь попросите своих помощников приступить к разгрузке оборудования. Дальше придётся добираться своим ходом. Приборы гравитоплана показывают высокий уровень вредных для здоровья газов в лесной атмосфере. Ацетилен, сероводород и углекислый газ в этих джунглях выше предельно допустимых концентраций в три раза. Так же очень высок уровень влажности и присутствует масса мелких кровососущих насекомых, могущих заразить нас неизлечимыми болезнями.

– Понятно, мы что-то подобное ожидали и приняли соответствующие меры безопасности.

– Вы чересчур самоуверенны, земляне. Как только войдём в лес, ваши защитные барьеры не станут работать. В этих джунглях работает только закон гравитационных полей. На первых порах они помогут нам перемещать тяжёлое оборудование. Дойдём до определённого места, я его пометил на карте вот этим крестиком, там и разобьём небольшой стояночный лагерь. Исследования будем строить так, чтобы за световой день вернуться на нашу стоянку. Я именно так и делал каждый раз, когда ходил в эти места.

– И это всё? – Андрей снисходительно посмотрел сверху вниз на шибурруанца, – По-моему, Лиркас, вы что-то ещё забыли нам сказать?

– Да, Андрей, только не забыл, а не успел. Вы же меня постоянно перебиваете. А теперь самое главное. Всем нам, в том числе и вашим людям, предстоит переодеться в лёгкие защитные костюмы, с гермошлемами и фильтрами для воздуха. У вас и у нас они примерно одинаковой конструкции.

– Все слышали? – обратился Медоборский к членам земной экспедиции, – Выполнять.

Через пять минут все уже были в лёгких защитных костюмах с закрытыми гермошлемами. Оборудование стояло рядом в небольших пластиковых контейнерах.

Лиркас придирчиво и очень внимательно оглядел всех и удовлетворённо кивнул.

– Всё в порядке, теперь мы можем идти в эти джунгли.

– Ну, так веди нас, Харлей-Дэвидсон. Вперёд, земляне! – и Медоборский сделал два широких шага в сторону леса.

– Стойте! – резким окриком Лиркас остановил не в меру ретивого землянина, – Советую лучше следовать моим правилам, уважаемый Андрей Васильевич. Здесь очень враждебная среда для всего живого. Один неосторожный шаг и…, всё пропало.

– Да хватит нас запугивать, Лиркас, – возмутился Медоборский, – мы же не маленькие дети!

– Никто вас не собирается запугивать. Джунгли знают только меня. Я стараюсь объяснить вам реальную ситуацию. И я обещал сохранить ваши жизни, во что бы то ни стало!

– Ну, хорошо, Лиркас. Я, кажется, был не прав, – несколько смущённо проговорил Андрей, – Тогда говори, что надо делать и как?

– Идём по одному, я впереди. Андрей, ты за мной, а за тобой все остальные. Проводники, замыкающие и охраняющие. Вот теперь можно и в путь….

На ходу Лиркас достал из нагрудного кармана небольшого размера пультик и нажал на одну из его кнопок. Контейнеры с оборудованием плавно поднялись в воздух и послушно поплыли следом.

Джунгли встретили отряд, вторгшийся в их владения, шумом вековых деревьев, хлюпающим под ногами влажным мхом, каркающими и свистящими звуками, дикими и пронзительными воплями, и постоянно вьющимися над головами, противно жужжащими, роями мелких кровососущих мошек.

Мошкара облепила защитные костюмы тонким слоем неприятно шевелящейся массы, и ограничивала обзор через стёкла гермошлемов.

– Ничего, ничего, потерпите немного, – успокаивал всех Харлей Дэвидсон, – Скоро выйдем на продуваемый участок, и видимость станет лучше. Но гермошлемы не открывать. И желательно ступать след в след!

Преодолев, в течение двух часов, труднопроходимый заболоченный участок, со следами жестокого бурелома, группа вышла на небольшой пригорок, постоянно обдуваемый небольшими ветрами. Стряхнув с защитных костюмов оставшихся насекомых, и обработав всё вокруг себя очищающим аэрозолем, отряд решил немного передохнуть.

– Харлей Дэвидсон, покажи-ка нам на карте, где мы сейчас находимся, – обратился к проводнику Костя Пригодский, – а то мой GPS-навигатор забарахлил, ничего не показывает.

– И мой тоже! И мой! И у меня такая же ерунда! – послышалось со всех сторон от удивлённых астронавтов.

– Всё правильно, – спокойно ответил Лиркас, – мы вошли в мёртвую зону. Я уже говорил, что здесь исчезают все сигналы, даже звуки. Слышите, какая здесь тишина? Хотя кроны деревьев раскачиваются от ветра, и листва трепещет. Можно снять гермошлемы, но биофильтры оставьте. Воздух здесь, по-прежнему, непригоден для дыхания.

– Интересно, – произнёс, задумчиво наморщив лоб, Медоборский, – а что может явиться причиной такого странного явления?

– Я думаю, что вот это, – и Лиркас указал рукой куда-то поверх густых крон папоротникообразных деревьев, – В этих местах формируется устойчивая постоянная облачность. Возможно, каким-то образом это отражается на прохождении сигналов. Из космоса нас практически не видят ни одним современным прибором.

– Хм, идеальное место для контрабандистов, – сделал вывод Пригодский, – Но всё-таки, где мы находимся?

– А вот здесь, Костя, – и Лиркас ткнул в карту своим изящным зеленоватым пальцем, – Совсем недалеко от помеченного нами места. Привал окончен, нам пора в путь, если вы хотите к вечеру оказаться в благоустроенном лагере.

– Надо же, – неодобрительно хмыкнул Медоборский, – раскомандовался тут. Ладно, веди нас дальше, Иван Сусанин.

Ещё два часа пешего перехода по мшистой, но уже сухой, почве вывели группу исследователей на небольшой холм, полого возвышающийся над кронами деревьев.

– Вот там, – указал рукой старший проводник, – как раз посередине южного склона, находится моё скромное убежище. Это и охотничий домик, и моя научная лаборатория. Я иногда позволяю себе, в свободное время, заняться геологическими изысканиями. Кстати, все могут открыть гермошлемы, здесь отличная вентиляция и воздух очень даже приятный для дыхания, – и Лиркас первым раскрыл свой гермошлем и отключил биофильтры. Его примеру последовали все остальные. Разгорячённых лиц астронавтов нежно и ласково коснулся свежий, пахнущий озоном и лесом, небольшой ветерок. После такой длительной тишины шум деревьев и голоса джунглей показались просто оглушительными.

Когда достигли южной стороны холма, перед глазами открылась небольшая поляна, окружённая сплошной живой изгородью из местного, остроконечного и с очень жёсткими широкими листьями кустарника. Посреди поляны возвышалось куполообразное строение с овальными окнами-бойницами. В своём плане оно отдалённо напоминало земную долговременную огневую точку времён войн двадцатого века.

– Друзья мои, земляне, – извиняющимся тоном произнёс Лиркас, – прошу немного подождать, пока введу код для отключения силового барьера.

Местный мэр коснулся пальцами своей коробочки, и светящийся нимб над поляной исчез вместе с низкочастотным гулом.

– Теперь всех прошу в моё скромное жилище, – и Лиркас сделал приглашающий жест рукой.

Когда всё было устроено, ощупано и осмотрено любопытными землянами, а оборудование удачно подключено в лабораторном помещении, Медоборский с Пригодским позволили своим помощникам немного отдохнуть.

– Уф! Ну, братья по разуму…, – Медоборский расслабленно развалился на встроенном в стену диване, – прямо ног под собой не чувствую, так устал. Теперь бы душ принять, поужинать и спать…, – и мечтательно прикрыл глаза.

Хозяин жилища изобразил на своём лице подобие понимающей улыбки.

– Андрей, идите за мной. Я вам покажу, где здесь место для общей гигиены и для принятия пищи. Располагайтесь, как у себя дома…. А утром начнём обследование ближней территории. Хочу показать вам одно очень интересное место. Думаю, оно вас сильно заинтересует, – и Лиркас заговорщицки подмигнул Медоборскому.

Утро следующего дня наступило, как показалось уставшим от перехода исследователям, буквально через пару мгновений. Сквозь постоянный туман едва пробивалось местное светило, а джунгли буквально надрывались от всевозможных криков, воплей, рычаний и заливистых трелей, очень похожих на трели земных птиц.

Группа, облачённая в защитные костюмы, шла налегке по едва заметной узкой тропе. Как сказал Лиркас, этой тропой пользуются местные звери, спускаясь на водопой к небольшому озеру. Правда, за всё время пути никто посторонний группе не повстречался. Обитатели джунглей или ещё спали, или были заняты своими неотложными делами, скорее всего, поисками подходящей пищи.

– Чёрт возьми, Андрей, – слегка встревожено произнёс Пригодский, – который уже час меня не покидает противное чувство, что за нами кто-то наблюдает или подсматривает. Тебе так не кажется?

– Нисколько, – Медоборский в недоумении пожал плечами, – Всё как обычно, Костя. Кстати, у тебя, раньше, не было приступов клаустрофобии?

– Не понял юмора, Андрей. Причём тут замкнутое пространство. Это джунгли, правда, довольно-таки жутковатые.

– Ну вот, и я про это. Ты же знаешь, что ограниченный обзор тоже может вызывать приступ клаустрофобии у людей с неустойчивой психикой.

– Я бы попросил тщательнее выбирать слова, Андрей, – слегка обиделся Пригодский, – У меня с этим как раз всё в порядке. А вот ощущение слежки всё-таки присутствует. Я этот взгляд спиной чувствую, уж поверь старому разведчику.

– Ну, не знаю, Андрей. Если серьёзно, то я ничего такого не заметил. Да и мои люди подали бы условный знак. Всё под контролем.

– Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу, – местный мэр учтиво прижал правую руку к груди, – но беспокойство твоего товарища, Андрей, не лишено оснований.

– Гм, это что-то новенькое. Тогда поясни, Лиркас, почему и отчего моему другу, кругом мерещатся враги?

– Это не враги, – принялся разъяснять Лиркас, приняв картинную позу лектора, – это, скорее, любопытные. Мы сейчас пересекаем охотничьи угодья местного пещерного племени. Они совсем не похожи на нас, имеют очень большое сходство с вами. Насколько мне известно, они стараются избегать контактов с чужаками. А если делают это, то в крайней степени нужды и то очень осторожно, и с явной неохотой. Практически, мы о них ничего не знаем. Откуда взялись, откуда пришли, как существуют? Повторяюсь, они очень осторожны и скрытны. Правда, они не агрессивны и не коварны, это точно. Живут на уровне очень примитивного общества. И если Косте показалось, что за нами наблюдают, то, скорее всего, так оно и есть. Кстати, я тоже ощущаю на себе чей-то взгляд. Возможно, это и есть представители пещерного племени. Так сказать, передовая разведка.

– Очень увлекательно и занятно, – саркастически заметил Константин, – а вдруг это вовсе не они, а какой-нибудь хищный зверь? Может мы уже в опасности?

– Послушай, друг землянин, – произнёс слишком спокойным тоном шибурруанец, – старайтесь не показывать таких вот своих эмоций. Это может привлечь совсем нежелательных визитёров. Что касается настоящих хищников, то они выжидать и наблюдать не будут. В этих джунглях всё решают, буквально, секунды. Чуть зевнул…, и ты уже чей-то ужин. И не надо так волноваться, наше защитное поле срабатывает ещё быстрее, в случае непосредственной опасности. Ещё есть вопросы?

– Спасибо, дорогой Лиркас, разъяснил всё предельно ясно. О, а куда это мы пришли? И что это за долина, и эта гора перед нами? О, да это, похоже, именно и есть тот самый пещерный город? – и Медоборский приник к раздвижному экрану мощной видеокамеры, – Вот это да, смотрите, друзья, да здесь какие-то развалины, остатки непонятных изваяний! А чуть дальше возвышается ещё один пригорок. И на нём какой-то, довольно-таки отвратительный, зверь! Во-во-во! Смотрите! Какая-то фигура с горящим факелом забежала в пещеру! Что это, Лиркас? Ты куда нас привёл, Харлей Дэвидсон? А, Иван Сусанин?

– Я же обещал вам, что покажу сегодня одно очень интересное место? Оно теперь перед вами, изучайте. Вы идите, а мы останемся здесь. Лично нас туда не пустят. Вы уж извините, но оборудование теперь нести вам. Держите гравипульт. Не беспокойтесь, мы будем за вами постоянно наблюдать и переговариваться. В случае чего, поможем. Но, я думаю, – шибурруанец озорно подмигнул левым глазом, – дело до этого не дойдёт. Вперёд, друзья земляне, вас там ждут, – и дружески подтолкнул упиравшегося Медоборского в спину.

Осторожным шагом группа землян двинулась в сторону виднеющейся пещеры, умело маскируясь в естественных складках местности. Ботаники и геологи каждый раз восторженно вскрикивали, когда обнаруживали что-то достойное их внимания.

Раздавшийся из-за кустов свист, очень похожий на разбойничий посвист сказочного персонажа, оглушил всех своей неожиданностью. Вслед за свистом последовала короткая команда на каком-то знакомом наречии, кажется, из группы славянских языков.

Исследователи замерли как вкопанные. Даже если бы им в эту минуту повстречался какой-нибудь местный монстр, то и тогда бы они не выразили такого изумления, какое было сейчас написано на их лицах.

Густые листья местных зарослей раздвинулись, и оттуда осторожно вышла группа, вооружённые спортивными луками и деревянными копьями, обнажённых дикарей в набедренных повязках цвета хаки. Все их тела, без исключения, были густо разукрашены сине-фиолетовой татуировкой с чередующимися белыми полосами. Идеальная маскировочная раскраска в местных условиях.

– Вы кто такие и откуда? «И куда вы путь держите?» —произнёс один из чумазых, выставив навстречу своё первобытное копьё.

– Исследовательская экспедиция с планеты Земля…, – произнёс, быстро пришедший в себя, Медоборский, – держим путь в пещеру на горе. Возможно, к вам в гости. Сами-то откуда будете?

– Мы-то местные, а вот вы кто такие? Это мы сейчас и выясним. Следуйте за нами, а ящероподобных попрошу оставаться на месте, – и говорящий дикарь убедительно потряс своим деревянным копьём с металлическим наконечником. – Сейчас мы узнаем, с какой вы планеты. И с какой такой ещё Земли, самозванцы!

5-я глава. Загадки пещерного племени.

Группа исследователей, под конвоем дикарей, прошла через плотные заросли джунглей и вышла на открытое место. Перед ними начинался крутой подъём в гору и в таинственную пещеру. Вверх вела, извивающаяся как змея, дорожка с грубо вырубленными в скальной породе ступенями.

– Однако, Андрей, несмотря на весь комизм данной ситуации, – Костя опасливо покосился на шедшего рядом дикаря с копьём, – меня не покидает чувство, вернее, ощущение какой-то нереальности. Эти дикари, говорящие на каком-то малопонятном наречии? Откуда они здесь взялись? Их, по идеи, не должно здесь быть, никоим образом. Что за мистика, на самом деле? Кто сможет мне всё это объяснить? Что, где и как? Или это опять чудеса твои, Господи?

– Пригодский, я знаю не больше твоего. Если тебе так любопытно, попытайся расспросить об этом, ну хотя бы вот того сурового конвоира с его примитивным копьём. Но я бы на твоём месте не лез бы с расспросами….

– А ну, стой! – дикарь в упор приставил своё копьё к груди Медоборского, – И чего вы, джентльмены, такие запуганные? Да вы не бойтесь, мы вас не сразу съедим. Может, из кого консервы сделаем? Чё? Не понимаете? А ещё лопочете, что вы с планеты Земля…. Так вы же лжецы! Не надо было болтать лишнего, как те попугаи на дереве. А ну, двигайтесь вперёд, инопланетяне, мать вашу….

– Ты что-нибудь понял, Костя? Это он что сказал?

– Ну, мало чего, Андрей. Одно только понятно, что если они нас съедят, то не сразу. Перед этим законсервируют. И ещё, они не верят, что мы земляне.

– Костя, а почему не сработало наше защитное поле?

– Не знаю, но Лиркас предупреждал, что оно здесь не функционирует. Я проверял, всё безуспешно.

– На вашем месте, я бы особо не доверял этому мэру Лиркасу, из клана Акрицис, – усмехнулся дикарь, наблюдая за реакцией исследователей, – Ещё тот проходимец. Наобещает все ваши просьбы исполнить, а на самом деле, попытается всё сделать по-своему. Ну что вытаращились? Земного юмора не понимаете?

Дикарь сполоснул свою грязную физиономию водой из фляги, висевшей на поясном ремне. И на землян глянула смуглое лицо обычного европейца, с лёгкими симпатичными негроидными чертами.

– Так кто же вы, в конце-то концов? – задал первый осмысленный вопрос Медоборский.

– Так я вам всё сразу и сказал, – дикарь крепко сжал древко копья, – Имейте терпение, парни. Вот доведу вас до нашего укрытия, там и поговорим обо всём. Шире шаг! Да осторожней, крутые ступеньки…. Кстати, меня можете называть Лео, это моё настоящее имя. Не то, что у некоторых….

Когда группа подошла совсем близко к входу в пещеру, им внезапно преградило дорогу некое, грозно рычащее, мускулистое животное с оскаленными, огромными клыками.

– Фу! Артос! Фу! – и дикарь замахнулся на животное своим копьём, словно посохом, – Брысь на место! Эти люди свои, понял?!

Животное виновато опустило голову и, незлобно рыча, отошло в сторону, часто оглядываясь на пришельцев и плотоядно облизываясь.

– Это наш верный охранник, – пояснил Лео, – что-то вроде собаки, только гораздо умнее, сильнее и быстрее. И что хорошо, не очень прожорлив. Но уйти от него ещё никому не удавалось. Любую дичь догонит и прикончит.

– Простите, Лео, – не выдержал Пригодский, – а для чего вы его так расхваливаете? Уж не хотите ли продать нам этого зверя?

– Хм, неплохая идея, не правда ли? За два десятка спичечных коробков…, я бы ещё подумал, Костя, – Лео выжидательно взглянул на пришельцев и добавил, – но я друзей не продаю, я ими горжусь.

– И правильно поступаешь, Лео, – произнёс Медоборский, – не будем зря тратить времени, веди нас к вождю своего племени. Нам нужно сообщить ему очень ценную информацию.

– Вы правы, идёмте, вот по этой тропе, – и Лео указал копьём нужное направление, – Вождь непременно вас примет и внимательно выслушает, а потом решит вашу дальнейшую судьбу…. И не стоит волноваться, уважаемые пришельцы, вождь наш справедлив и милостив.

– Андрей, как ты считаешь, это у него пафос такой или проявление местного патриотизма? – пробурчал Пригодский.

Медоборский ничего не ответил, только неопределённо пожал плечами и, незаметно для Лео, слегка прикоснулся указательным пальцем виска.

– Ага…, ну да, ну да…, – разочарованно протянул Костя и пошёл следом за остальными.

Вход в пещеру был сильно закопчён от частого употребления смолистых факелов и, возможно, от постоянного использования сигнальных костров или чего-то подобного в этом роде, такой вывод напрашивался сам собой, даже при беглом взгляде. Но при более внимательном осмотре, всё это оказывалось искусной бутафорией. Тёмный коридор пещеры освещался горящими факелами, которые давали интенсивный яркий свет и издавали приятный запах смеси лаванды и сосны. Сам коридор заканчивался глухой стеной.

Лео подошёл к стене, вставил копьё в какую-то расселину и слегка поднажал. Раздалось короткое гудение, потом последовал мелодичный перезвон, напоминающий хрустальный и в стене открылся идеально правильной формы дверной проём.

– Один момент, – Лео предупредительно поднял руку, – Извините, что здесь так темно. Опять что-то с атомным генератором, старый он уже, сильно изношен. Приходится переходить на аккумуляторное питание, – и, пошарив в темноте, громко щёлкнул выключателем.

Мягкий свет залил просторную комнату, обставленную каким-то старым оборудованием и скудной мебелью. В центре комнаты возвышалось некое подобие трона.

– Это и есть комната вождя. Вы немного подождите, я должен ему сообщить о вашем визите. Вождь скоро будет, – и с этими словами Лео исчез за другой дверью, умело замаскированной под старинный книжный шкаф.

– Господа, – промолвил один из геологов, – это вам не напоминает некую бездарную игру в плохом спектакле?

– А что, Костя, кажется, господин Томпсон в чём-то и прав? Мне это тоже напоминает некий дешёвый водевиль.

– А что такое водевиль? – почти в один голос спросили астронавты.

– Ну, знаете ли, – Медоборский возмущённо воздел руки к небу, – ваше невежество в этом вопросе просто убивает. Я вам потом объясню, отдельно каждому….

– Уважаемые пришельцы, – раздался громкий и торжественный голос Лео, – вождь пещерного племени приветствует вас!

Все встали и огляделись кругом, но никаких новых лиц в комнате не наблюдалось.

– Простите, а где вождь? – спросил, начинающий понемногу сердиться, Пригодский. – Что-то я никого больше не наблюдаю….

– Он перед вами, – произнёс Лео перебираясь в центр комнаты и усаживаясь на возвышении как на царский трон, только скипетра в руках не хватало. – Какие вы невнимательные, господа, – произнёс Лео, слегка поёрзав на своём троне, – я и есть вождь пещерного племени.

Только сейчас астронавты заметили, что за время своего отсутствия дикарь разительно преобразился. До блеска вымытый и благоухающий дорогой туалетной водой, одетый во фрак с красной бабочкой, он чем-то напоминал официанта из фешенебельного ресторана.

– А-а-а…, так это? А как же там? В лесу, на охоте? Вы…? Так вы, и есть вождь? —не совсем корректно произнёс Медоборский.

– Да что тут непонятного? – раздражённо махнул рукой Лео, тяжело вздыхая, – Людей катастрофически не хватает, вот и приходится совмещать несколько обязанностей. Обратили внимание, что около входа несколько полуразрушенных изваяний? Это бывшие памятники нашим прежним вождям. Время ничего и никого не щадит. Эх, какое это было время хорошее…, если верить рассказам моего деда и моих родителей. Они завораживали меня в детстве своими рассказами о далёкой планете Земля. Но мечта так и осталась мечтой…, – и Лео печально склонил голову, – Но хватит о прошлом. Господа, теперь я готов выслушать вашу версию, как вы оказались на этой планете, откуда прибыли и куда держите путь? Кто начнёт? Как видите, у меня нет секретарши и протокола вести некому, но у меня всё записывается автоматически на компьютерный терминал. Правда, не успел проверить, нормально ли он работает? А то заглючит опять, не дай Бог…. Ну, говорите, Андрей, кажется, вы среди всех старший?

– Да, ваша честь! – Медоборский повернулся в сторону трона, – В вашем лице мы рады приветствовать ещё одних жителей планеты Шибурру. Эта уникальная планета дала приют сразу нескольким цивилизациям, которые эволюционно развивались независимо друг от друга. Делегация землян прибыла на эту планету с дружественной миссией, чтобы потом рассказать о вас своим потомкам.

– Да ладно вам, ребята, – вождь расслабленно взмахнул рукой, – оставьте этот политический трёп для журналистов шибурруанцев. Расскажите лучше мне подробнее о планете моих предков. Какая она…, эта загадочная планета Земля?

– Разрешите, я начну, ваша честь, – Карлос вежливо кашлянул в кулак, – тем более что мне будет вдвойне приятно рассказывать про нашу планету брату по крови. Надеюсь, никто из моих друзей не будет возражать?

– Карлос, мы и так знаем, что лучше тебя никто не расскажет, – Медоборский одобряюще подмигнул, – не подкачай, дружище.

Ваша честь, – обратился Андрей уже в сторону вождя, – вот прекрасный рассказчик и главный астронавигатор нашего звездолёта по имени Карлос Хосе Муренос. Если он и упустит какой-то момент в своём рассказе, то мы дополним.

– Да, было бы ещё лучше передавать мысленные образы на экран, – добавил Карлос, – но аппаратуры такого уровня у вас, похоже, нет? А свои приборы, к сожалению, мы оставили в базовом лагере.

– А это легко поправить, – Лео хитро подмигнул землянам, – мы тоже кое-что можем. Как ни как, а осторожное общение с шибурруанцами приносит свои плоды. Иногда дарят устаревшую технику. Акт доброй воли с их стороны, так сказать.

С этими словами вождь порылся в недрах своего трона и извлёк на белый свет какой-то чепец, с торчащими наружу проводами.

– Одевайте, и смело подключайтесь к этому ящику. Аппарат работает, я им пользовался, и ни один раз….

Карлос повертел в руках сомнительный «чепчик», расправил запутавшиеся провода и осторожно натянул сооружение на голову.

– Хм, очень похоже, – удовлетворённо хмыкнул Карлос, – почти такая же модель, как и у нас. Только у нас она беспроводная. Итак, я начинаю своё повествование….

На протяжении всего многочасового рассказа Лео не проронил ни звука, только неотрывно смотрел во все глаза на воздушный экран монитора.

– М-да-а-а…, – озабоченно протянул вождь, – теперь понятно, что вас привело сюда. Не только простое любопытство и желание лучше познать цивилизацию планеты Шибурру. Вы истощили свои планетные ресурсы, да и с экологией большие проблемы. Но вы на правильном пути. У шибурруанцев такие проблемы были тоже, в далёком прошлом. И они начали с того, что вынесли все вредные производства в космос или в глубокие шахты, с полным замкнутым циклом. И этим историческим шагом они очень гордятся. И на общих встречах, эти моменты своей истории они постоянно нам напоминают. Словно учат нас. Кстати, вас они не пробовали учить своим правилам?

– Не замечали, – улыбнулся Медоборский, – скорее наоборот. Это они нам кое-чем обязаны. Но прежде, чем спуститься с орбиты, мы внимательно изучили их законы поведения в обществе и конституцию. Ну, а теперь хотелось бы услышать и ваш рассказ.

– О, эта целая сага, изобилующая приключениями и трагедиями. Если коротко, то, как рассказывали мне родители и мой дед по отцовской линии, всё началось где-то лет двести назад. Мои предки служили наёмными специалистами высшей категории в космических войсках Китайской империи. Империя в те времена охватывала территорию всей Азии и центральной Африки. Говорят, что даже некоторые страны Южной Америки вели прямые переговоры о присоединении к новой империи. И вот эта империя послала небольшой звездолёт, с многонациональным экипажем, в сторону созвездия Кита с исследовательской миссией. Но по дороге звездолёт захватывают космические пираты с планеты Кибур и порабощают всех, перед этим убив командира. Экипажу удаётся совершить нечто невероятное. Они смогли, через какое-то время, вновь завладеть своим звездолётом и бежать. Правда, в виду сильных повреждений, далеко уйти не смогли. Чтобы избежать полного уничтожения, пришлось скрыться в плотной атмосфере соседней планеты Шибурру. К сожалению, корабль уже не подлежал восстановлению и люди стали невольными колонистами на чужой и далёкой планете. Мои родители родились уже на Шибурру, а дед умер, когда мне исполнилось четырнадцать. За это время он успел меня кое-чему обучить. Сейчас мне уже сорок, родители умерли от какой-то местной инфекции. Наш иммунитет не вырабатывает к ней защиты, а врачей у нас, практически, нет. Вот так и живём, иногда пользуемся помощью местных, но мы этим стараемся не злоупотреблять. Жизнь моих предков на планете Кибур научила не доверять всем подряд, даже тем, кто предлагает безвозмездную помощь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.